Жанр: Фантастика
Орте 2. Древний свет
...теперь нам трудно действовать в качестве третейского судьи, хотя мы и постараемся.
Передайте ей, что Башня, возможно, - ближайший для Орте собственный третейский
судья.
- Да, - сказал Тетмет.
Белый солнечный свет Таткаэра проникал сквозь крону зику, падая светлыми
пятнами на его гладко обритую черную гриву и золотисто-зеленую кожу, сияние которой
делало ее почти невидимой. Лежала позабытая доска для игры в охмир, две трети малых
шестиугольников на которой были покрыты белыми фишками: феррорн, турин, леремок.
Как смог уроженец Топей разобраться в этой игре телестре настолько, чтобы побеждать
Халтерна н'ри н'сут Бет'ру-элена? Обитатели Топей живут подолгу...
- Шан'тай, не могли бы вы остаться? - спросила я. - Мне нужно будет
попросить вас кое о чем. Не Чародея, а лично вас.
Он ответил:
- Я останусь.
Ступени, ведшие на второй этаж, были высокими, а солнце сильно пекло голову. Я
остановилась передохнуть, оглянулась на уроженца Топей и заметила, что тот наблюдал
за мной. Я вошла внутрь.
В первой комнате возле головизора стояли Рави Сингх и Чандра Хэйнзелл. У него
был недоумевающий вид, а она увлеченно беседовала с репортером ЭВВ Лутайей, и когда
я вошла, оба повернулись в мою сторону.
- Я выйду к вам через минуту, - сказала я и отодвинула в сторону занавес из
бусинок в арке входа во вторую комнату. Там все еще заметна была атмосфера
заброшенности, на низких столиках валялись распечатки данных и микрорекордеры.
Сидевший в кресле-кушетке возле открытого окна Халтерн подняв голову, взглянул на
меня. Здесь же стоял Патри Шанатару, глядя на гавань. Он не обернулся, когда я вошла.
А Дуг пристально смотрел на Прамилу Ишиду с таким сложным выражением на
лице, что я и не надеялась его понять.
- Линн. Вы вызовете Службу безопасности Компании или я как посол могу
применить свою власть, арестовав и депортировав эту женщину?
- Погодите минутку...
Тихоокеанка положила руку на спинку кресла-кушетки, опираясь на него. Я поняла,
что она на грани обморока, схватила ее за локоть, проводила к другому креслу и усадила в
него. Потом отвела Дуга на несколько шагов в сторону.
- Да, я уведомлю Службу безопасности, но Прамилу не депортируют - до тех пор,
пока мы не узнаем точно, что она разрешила, занимаясь ввозом оружия. И она может
понадобиться мне еще кое для чего.
- Она должна ответить за то, что сделала. - Дуг вздохнул, едва заметно потряс
головой. - Линн, я вас не понимаю. Инструкции в сторону, но то, что натворила эта
голубушка на Орте, - ущерб, нанесенный ее действиями, - приводит меня в ярость. Вы
знаете, я думал, что мне нужно удержать себя от мысли об убийстве.
В небольшой комнате было жарко, тесно. Снаружи, в городе, резко зазвонили
колокола, их размеренные удары отмечали полдень, заглушая грохот скурраи-джасин и
высокие голоса аширен.
- То, что она сделала, - больше, чем преступление... Дугги, и я могла бы сделать
это в ее положении. - Я быстро продолжила: - Сейчас я хочу вот чего: получить анализ
изображений флота, переданных со спутников. Где-то на этих кораблях есть ортеанцы из
хайек Анжади. А потом я намерена взять с собой Ишиду, лететь туда и попытаться
вступить с ними в контакт. - Он ничего не сказал на это, и я сердито проворчала: -
Кто-то должен попытаться это сделать.
Он на мгновение повернул голову так, что я увидела его профиль с ослепшим
глазом, поглядел на Патри Шанатару, а затем снова перевел взгляд с темнокожего
ортеанца на меня.
- Пожалуй, от разговоров с ортеанцами Пустынного Побережья будет мало толку.
Сейчас они находятся под влиянием харантишского Народа Колдунов, и если вы
планируете установить контакт с кем-нибудь из них, то, полагаю, поймете, что это более
чем бесполезно. Линн, это тот момент, когда опасность перевешивает возможную выгоду.
- Мы, наверное, за четыре дня, заранее узнали, что флот может достигнуть
побережья Мелкати, а затем получили полномасштабное вторжение! - Я заметила, что
голоса во внешней комнате смолкли, и добавила, тише: - Я также намерена просить
Тетмета отправиться со мной, если он согласится.
- Он - советник Чародея, а это могло бы как раз посеять некоторые сомнения в
головах харантишцев.
- Вы должны поговорить с Патри... - Дуг замолчал: из внешней комнаты вошел
Мехмет Лутайя.
- Я все приготовил к записи, Представитель. Не только для "Ариадны". Есть коекто
от "Трисмегиста" и "Ананси". - Лутайя выжидающе прищурил миндалевидные
глаза.
- Мы сейчас выйдем.
Халтерн, пошатываясь, поднялся со своего кресла-кушетки возле окна. Налегая
почти всей своей тяжестью на палку из ханелиса с серебряным наконечником, он подошел
ко мне и встал рядом. Прищурил прикрытые перепонками, как у рептилий, глаза и лениво
улыбнулся знакомой хитрой улыбкой.
- Не отказывайте старому человеку в возможности разобраться, С'арант-те.
Узнать, как обитатели другого мира видят нас, - было бы превосходно. - Он помолчал,
обращаясь к репортеру ЭВВ. - Узнать, считают ли они, что мы нуждаемся в... как вы это
называете? "Защищенный Статус". Это также будет великолепно.
- И если они не понимают этого таким образом, то вам лишь очень хотелось бы
сказать о том, как это необходимо - заставить их понять это... Хал, вы не меняетесь.
Полагаю, нам следует быть благодарными вам за это маленькое удовольствие.
Мы сгрудились вокруг головизора в соседней комнате. За нами последовал Патри
Шанатару, а также и Прамила Ишида, у которой был такой вид, будто она могла только
стоять. "Разве это разумно?" - с удивлением подумала я. Дугги бросил на меня довольно
насмешливый взгляд. "Но если здесь представлены правительство и Компания, -
подумала я, помня о Рави и Чандре, а также о прочих лицах из Коммерческого персонала,
- если здесь есть люди из такширие, от Народа Колдунов из Харантиша и репортеры
ЭВВ, то какое значение имеет присутствие еще одного человека? Если бы я знала, как это
сделать, то здесь у меня были бы и ортеанцы из хайек".
- Это один из моих, - сказал Лутайя, включая головизор, и на мгновение на его
самоуверенном лице появилось выражение робости, не столь сильной, однако, как я
полагала, чтобы он забывал делать комментарии. - Для потребления во Внутренних
Мирах. Полная модернизация.
Головизор заполнила темнота. В ее глубинах принимали определенные формы и
сияли звездные поля, а точка зрения плавно смещалась к бело-голубому полукругу:
"Каррик V, называемый его обитателями, разумными гуманоидами, "Орте", мог бы
и дальше оставаться всего лишь еще одним захолустным миром на рубеже между
Звездами Сердца и Внутренними Звездами, если бы не одно обстоятельство - его
прошлое. По Орте разбросаны руины огромной и древней, неведомой
высокотехнологической цивилизации - следы войны, разрушившей ее за два тысячелетия
до того, как земляне освоили полеты в космосе".
Сидевший рядом со мной Дугги тихо произнес:
- О Господи...
- Это вопрос подачи материала, - поморщилась я.
Голографическое изображение появилось наплывом - вид с воздуха системы
каналов Пустынного Побережья, которая, в свою очередь, переходила в снятые издалека
кадры с изображением стен, похожих на белую столовую гору, - Кель Харантиш.
"Шесть месяцев тому назад Орте перестала быть захолустной планетой,
представляющей интерес лишь для антропологов и исследователей. Шесть месяцев
назад были обнаружены артефакты Народа Колдунов - артефакты, все еще
находящиеся в рабочем состоянии. Мультикорпорация "ПанОкеания" направила
коммерческо-исследовательскую группу".
Город на Пустынном Побережье резко сменил другой сюжет: обширное устье реки,
усеянное островами, потемневшее от дыма небо, охваченные огнем здания на ближнем
острове. По проливу двигались джат-рай с металлическими парусами, их изображение
было достаточно четким, и можно было видеть стоявших вдоль поручней вооруженных
мужчин и женщин.
"Вот результат спустя шесть месяцев".
- Я протестую, - произнесла Прамила Ишида. Она стояла, опершись руками на
край головизора, а потом, поймав мой взгляд, нахмурилась, как будто растерявшись. -
Это... Я не делаю отчета для Компании, ничего подобного, но все это не так просто.
- Это сводка. Прочие записи не удались, - сказал Лутайя, когда в головизоре
появилось его собственное изображение. В кадре был он сам, а сзади, на фоне устья реки,
Свободного порта и далекого Расрхе-и-Мелуур, стояла Кори Мендес.
"Командор Мендес, вы стоите во главе Сил безопасности, которые вызвала сюда,
на Орте, "ПанОкеания". Можете ли вы как-либо прокомментировать вторичное
использование вооруженных сил против местного населения - второе за три недели?"
"В обоих случаях ограниченное применение вооруженных сил было санкционировано,
но не против местного населения, а в целях предостережения, против гражданских
объектов. Удары нанесены в основном по портовым сооружениям".
"Попытайся посмотреть на это со стороны, - подумала я, разглядывая
морщинистое, способное к внушению лицо Кори. - Может ли она внушать доверие?
Права ли она?"
"Командор Мендес, по самым надежным оценкам цифры потерь на южном
побережье следующие: 6 убитых в Решебете, 3 убитых в Надразиире и 24 - в
Пазрамире..."
"Эти цифры могут быть интерпретированы и по-иному. Существенно то, что,
причинив некоторые неизбежные страдания, мы уничтожили возможность тотальной
гражданской войны между туземцами".
Дуг Клиффорд покачал головой:
- Неумно.
- Иногда они тонут сами, - заметил репортер ЭВВ, а его голографическое
изображение спокойно продолжало:
"Я понимаю, что существуют некие туземные военные силы, которые примерно на
семистах кораблях держат сейчас курс на северный континент. Командор, не есть ли
это та самая "тотальная гражданская война", которую вы пытались
предотвратить?"
"Я не могу комментировать события на данном этапе; советую вам обратиться к
исполняющей обязанности представителя Компании".
- Благодарю вас, Кори, - тихо проговорила я. Когда изображение постепенно
исчезло, сменившись видом внутренних помещений, по округлым коричневым стенам
которых я узнала Дом-источник Ашиэл, я взглянула на Лутайю. - Это та запись, что я
видела и одобрила?
- Это чистовой вариант.
В новом кадре Мехмет Лутайя отсутствовал, видно было лишь изображение
женщины: светлые волосы, ей еще нет сорока, комбинезон с логограммой
"ПанОкеании"... "Неужели это я?" - как всегда подумалось мне. Она сидит в одном из
кресел-кушеток в Доме-источнике, ее лицо слишком серьезно; на нем видны возрастные
морщинки, которых я никогда не вижу в зеркале.
"Мисс Кристи, вы - исполняющая обязанности Представителя "ПанОкеании" на
этой планете, вы сменили погибшего Представителя, Молли Рэйчел. Можете ли вы
рассказать мне, какова политика Компании в ситуации, когда идет война?"
"Во-первых, мне хотелось бы пояснить, что это не есть ситуация войны - имели
место некоторые случаи проявления враждебности, и наша политика заключается в том,
чтобы сдерживать их везде, где это возможно".
Дуг поднял голову от головизора:
- Так кто же упрощает выпуски? Не говоря уже о том, что сам вопрос весьма не
простой...
- Мне приходится получать этот материал после персонала Службы безопасности
на орбитальной станции, и вам это известно.
Теперь на экране головизора был Лутайя, сидевший, как я вспомнила, напротив
меня:
"Мисс Кристи, что, по вашему мнению, вызвало эти "случаи проявления
враждебности?"
"По моему мнению - исключительно и просто: бедность. Это мир людей, живущих
на грани нищеты. Живущих на небольших пространствах, не превратившихся тысячи
лет назад в бесплодную горную породу. На Орте никогда не было достаточно места,
чтобы прокормить общины, - а там, где это удавалось в прошлом, сейчас такой
возможности нет. Почва истощена. Особенно на южном континенте, где возник флот,
о котором вы упомянули".
- Здесь я мог бы отредактировать получше, - бесстрастно проговорил Лутайя.
"И все же войны не было до тех пор, пока на Орте не начала действовать
"ПанОкеания".
"Земная технология вывела из равновесия социальную систему... запустила процесс,
который, в конце концов, и так начался бы по мере того, как все большее число общин
доходило бы до нижней границы прожиточного минимума. Да, это так. Верно также и
то, что земная технология в состоянии исправить это... посредством должным образом
финансируемой Программы Помощи голодающим районам".
"Возможно ли это теперь?"
- Лучшей реплики и желать нельзя, - заметил Дугги.
Я наблюдала за своим молчащим изображением и успела подумать: "Слишком
напыщенно, слишком простодушно". Надеясь, что сказанное мной содержало достаточно
явной поддержки Компании, чтобы передать ее скрытую критику.
"Возможно, если мы сумеем остановить боевые действия... Социальное равновесие
на Орте столь хрупко, столь искусственно - в конце концов, существует очень немного
обществ, переживших подобную катастрофу, - что оно с трудом может
воспринимать какие бы то ни было внешние контакты. Мы подходим к этому очень
осторожно. Говоря "мы", я имею в виду британское правительство, мою Компанию, все
иные мультикорпоративные компании в этом секторе и, разумеется, самих ортеанцев...
- Разумеется, - вкрадчиво произнес Халтерн.
"...и не исключено, что могут быть введены некоторые ограничения. Пожалуй,
Каррик V нуждается в Статусе Защищенного Мира. "ПанОкеания" не желала бы нести
ответственность за причинение серьезного культурного шока инопланетной цивилизации
гоминидов".
Слишком занятая мыслью о том, почему же я не рассказала им, что мы причинили
страшный ущерб и теперь отчаянно пытаемся исправить положение, я не заметила смены
изображения, пока не услышала резкий вдох Патри Шанатару... в кадре были они с
Халтерном н'ри н'сут Бет'ру-элен. Экран головизора покрылся "снегом" помех, который
лишь слегка рассеялся, но этого было достаточно, чтобы увидеть переданную спутниками
картину пустыни к западу от реки Ай. Серебристое сияние бесплодной горной породы:
Сияющая Равнина. За кадром звучал голос Лутайи:
"Сколь бы ни казалась серьезной ситуация, это еще не вся история. Существующее
на Орте положение возникло с обнаружением Древней Технологии Народа Колдунов. Это
одна из охвативших целые континенты зон опустошения на субмолекулярном уровне,
оставшаяся после применения тысячи лет назад какого-то невообразимого неведомого
оружия. Я спросил старшего исследовательской группы Рави Сингха и о возможности
существования этой технологии в рабочем состоянии.
- Вы выяснили это через меня? Я такого не помню.
Мехмет Лутайя пожал плечами, не отрывая взгляда от изображения на головизоре.
Появились черты смуглого лица Рави, на фоне которого я выглядела как купол центра
связи на острове Кумиэл по сравнению с расположенным рядом транслятором.
"Профессор Сингх, возможно ли, если на Орте были обнаружены и другие примеры
действующей неизвестной технологии, чтобы существовала также и технология
осуществления этого разрушения?"
Один лишь взгляд на лицо Рави заставил меня вздрогнуть. "Почему бы не выбрать
Чандру, - подумала я, - или любого другого из группы Компании? Зачем было отбирать
для этого наиболее консервативного человека в "ПанОкеании"?"
"Боюсь, у вас об этом более чем неверные представления, что не редкость в ЭВВсредствах.
Технология не может существовать без "глубокого тыла" - без общества,
которое обучает своих членов, чтобы те могли создавать отрасли промышленности -
разработку месторождений полезных ископаемых, обрабатывающую промышленность,
- которые, в свою очередь, могут создавать действующие технологические
устройства. Все это на Каррике V исчезло".
Сидевший слева от меня Чандра с чертами лица, напоминавшими орлиные,
ухмыльнулся и тихо проговорил:
- Единожды преподаватель - всегда преподаватель...
Изображение Лутайи упорствовало:
"Ваша исследовательская группа обнаружила артефакты в рабочем состоянии,
возраст которых составляет приблизительно две с половиной тысячи лет. Отчего бы не
могло уцелеть и оружие?"
"Если бы даже это было возможно, в чем я очень сомневаюсь, знания, необходимые
для использования такой технологии, утрачены".
"Профессор Сингх, на южном континенте имеется действующая система каналов
и очистки воды, возраст которой составляет по меньшей мере две тысячи лет, и
местное население, кажется, не испытывает сложностей при пользовании ею".
"Это не доказано".
Раздражение на лице Рави сменилось чем-то вроде самодовольного и лишь
частичного сожаления:
"К сожалению, при трагическом нападении на доктора Рашида Акиду были
утрачены материалы исследований Компании. Однако могу вас заверить, что не было
найдено никаких свидетельств, доказывающих, что система каналов используется както
иначе, чем как памятные сооружения, дарованные свыше этой культуре".
Изображение сменилось: вместо Рави появился Лутайя. Репортер ЭВВ стоял на
острове Кумиэл, а позади него было голубое небо в дневных звездах.
"Такова сегодня ситуация на..."
- Т'ан Кристи.
Я подняла голову от головизора, полуослепленная его яркими изображениями, и
сначала не могла понять, кто меня отвлек. Потом взглянула вниз и увидела черногривого
аширен, стоявшего в дверном проеме: ребенок Кассирур. Ке смотрело на всю нашу группу
с поразительным самообладанием.
- Что такое, аширен-те!
- Пришел посыльный, чтобы видеть вас, т'ан. - Ребенок оглядел остальных,
стоявших в этой залитой солнцем, пыльной комнате: ортеанцев и землян. - Сообщение
для т'ан С'арант.
- Я спущусь.
- У меня есть материалы, снятые непосредственно в Свободном порте Морврен. -
Лутайя переключил головизор в режим блокировки. - Я получил также кое-какие отзывы
от ЭВВ из Внутренних Миров.
- Это то, что я хочу увидеть... Я вернусь через несколько минут. Дугги, думаю, вы
извините меня...
Он улыбнулся и наклонил голову, а когда за мной сомкнулся занавес из бусинок, я
услышала нарастающий гул голосов и пошла вслед за аширен вниз по ступеням Арентине
на Западном холме в комнаты нижнего этажа.
Глава 33. Изменчивые тени
Интрига в телестре - вторая натура, поэтому меня ничуть не озадачила просьба о
личной встрече и я лишь мысленно перебирала имена тех Т'Анов, которые хотели бы
получить какую-либо выгоду от связей с представителем Компании, то есть всех подряд.
Аширен стрелой летело вниз по ступеням и сквозь занавес из бусинок, за которым на
нижнем этаже находилась кухня. В этих помещениях был шиферный пол, и в них даже
жарким летом Таткаэра сохранялась прохлада. Я прошла через кухню мимо л'ри-ана,
занятого приготовлением обеда. Занавес из бусинок на внешней двери был отодвинут в
сторону. Деревянные косяки обвивали усики ночного цветка кацсиса.
Женщина с черной как смоль кожей склонилась над большим столом, протянула
руку, чтобы взять с него засахаренные фрукты и передать их ребенку:
- Благодарю тебя, аширен-те. Приветствую вас, Кристи.
Ее лицо закрывала обычная для Касабаарде маска из мягкой кожи. Она нащупала
единственной рукой ее завязки, сняла, тряхнув головой и подстриженной черной гривой.
Она улыбнулась. Глаза, желтые как солнечный свет... Вот она встала, и лязгнули ее харурнилгири
и харур-нацари, висевшие на плече, чтобы удобнее было пользоваться ими левой
рукой. На ней были простая сорочка и брюки, в которые мог бы быть одет любой
наемник. Ноги ее были босы и загрубели.
- Вы сошли с ума? - проговорила я.
- Тетмет только что спрашивал меня об этом. - Рурик снова протянула руку через
стол, взяла пригоршню плодов киза и сунула ее себе в рот. Потом невнятно сказала: -
Выйдем наружу. Так будет меньше вероятность того, что нам помешают.
- Вы сошли с ума.
- С какого же? - Она опять улыбнулась. - Скажем так, многие из моих памятей о
прошлом того же мнения. Я думаю иначе. Посмотрим.
Уже собравшись следовать за нею во внутренний двор, я внезапно для себя
остановилась.
- Но в Таткаэре... нельзя, чтобы вас увидели в Таткаэре.
Она остановилась в дверях, повернув ко мне голову; падавшее снаружи солнце
делало ее блестящим черным силуэтом. Ее лицо было в тени. Минувшие десять лет
лежали на ней тяжелым бременем: она теперь не Т'Ан Командующая или Т'Ан Мелкати,
выбранная на большой Площади ниже Цитадели, здесь, в белом городе, в Таткаэре.
- Я не собираюсь быть здесь долго. Говорила я и с Т'Ан Сутаи-телестре. С
Нелумом Сантилом Римнитом... - Она усмехнулась. В усмешке промелькнуло нечто
вроде удивления. Повернувшись, чтобы выйти за дверь, она указала мне на поднос с
вином из зиира и керамическими бокалами. - Возьмите это, если хотите. Мне нужно
выпить, не знаю, как вам.
- Но...
К тому времени как я вынесла поднос на столик во внутреннем дворе, темнокожая
ортеанка уселась там в тени зику и не обращала никакого явного внимания на стоявшего
рядом с нею уроженца Топей.
- ...лежит ответственность; вам никогда нельзя покидать Башню! Что если вас
убьют?
- У меня в Башне все-таки есть ученики. - Рурик Чародей подняла голову,
внимательно посмотрела на окна верхнего этажа, на небо в дневных звездах, и
мигательные перепонки неспешно прикрыли ее желтые глаза. Она прислонилась спиной к
стволу зику. Немного отросшая грива, отброшенная назад со лба, открыла сморщенный
шрам клейма изгнания.
Словно почувствовав мой взгляд, она улыбнулась, и глаза ее прояснились.
- Вы думаете, я сошла с ума, придя сюда? Маленький аширен и л'ри-ан не знают
меня, а в городе я всегда ношу маску. Вашим С'аранти, конечно же, все равно, кто я. -
Она сделала своей единственной рукой приглашающий жест, и я села напротив. - Есть
ли здесь, в Резиденции, кто-нибудь, кто мог бы меня беспокоить?
Думая вслух, я сказала:
- Патри Шанатару из Харантиша, но, думаю, он никогда не встречался с вами... и
не слышал о вас. Потом... Рурик, здесь Хал, Халтерн Бет'ру-элен.
Уроженец Топей посмотрел на нее чрезвычайно недвусмысленным взглядом,
означавшим "Что я говорил", какого я никогда не видела прежде у этого ортеанца. Он
повернулся к нам спиной, внимательно глядя на арочный вход во внутренний дворик, и в
каждой части его похожего на скелет тела угадывалось осуждение. Рурик стала разливать
вино из зиира. Выражение ее лица изменилось. Она мягко сказала:
- Я увижусь с Халтерном, прежде чем уйти.
- Рурик...
- Нет, - сказала ортеанка. - Если бы я была Рурик, меня бы здесь не было. Я
здесь потому, что я Чародей, и потому, что с незапамятных времен Чародей обладал
некоторым влиянием на семьи-хайек... и даже, может быть, на Народ Колдунов из Кель
Харантиша.
Сидя там, я ясно слышала шум города, голоса молодых ортеанцев на кухне и как
кто-то вдалеке распевал одну из атональных песен Дадени. Было жарко, пыльно, и я
подумала о том, насколько сильнее жара и бесплоднее земля к востоку отсюда, в Мелкати,
где воины Калил и партизаны из хайек ждут кораблей, идущих под парусами, надутыми
юго-западным ветром.
- Когда вы покинули Башню?
- Неделю назад... нет, восемь дней, - поправила она себя. - Мои люди доставили
мне сообщение о кораблях хайек в Архипелаге и слухи о том, что Морврен, вероятно,
подвергнется нападению. Что, как я считала, могло произойти. Потом я получила
сообщение от Аннекта, из Кель Харантиша. Он передал, что город опустел, все линии
крови ушли, ускользнули на джатах Побережья в ночные часы; Калил бел-Риоч,
претендующая на то, чтобы быть Сантендор'лин-сандру, исчезла из Кель Харантиша...
Она подняла бокал с зииром и отпила из него, поставила на стол и вытерла губы
запястьем. Ее темное лицо выражало язвительную иронию.
- Я оставила Башню, чтобы прийти и спорить с Народом Колдунов из Харантиша
- глупый поступок, не сомневаюсь, но что еще я могу сделать? Я Чародей. Все оружие,
какое у меня есть, - это слова. Какое оружие может быть у Калил бел-Риоч - вот что
страшит меня. Подозреваю, что у нее ни чего нет, но разве я не могу рискнуть?
В этот момент мне стало кое-что ясно. Я подождала, что бы наши взгляды
встретились, и сказала:
- Я не собираюсь говорить вам, что вы поступили разумно, вернувшись в Таткаэр.
В особенности, когда четыре пятых причины вообще отсутствуют. Дело в том, что Сто
Тысяч подверглись нападению - я права?
Она подняла заостренный подбородок и посмотрела на меня с высокомерием Ста
Тысяч; это был взгляд Далзиэлле Керис-Андрете - Т'Ан Сутаи-телестре. Все
добродушие исчезло, и она сказала:
- Что дает вам основание думать, будто вы обязаны мне что-то говорить?
- Не знаю. Я никогда не могла говорить вам многого. Во всяком случае, вы не
стали бы слушать.
Ее поджатые губы невольно подергивались, она умышленно посмотрела в сторону,
на окна верхнего этажа, а затем засмеялась, запрокинув назад голову, и выругалась:
- Амари С'арант! И все вы, обитатели другого мира, лишенные Матери...
- Вы слишком отчаянны. Вы слишком рискуете.
- Не более, чем кто-либо другой. - Темнокожая ортеанка сидела, покрытая
пятнами тени: свет блестел на рукоятках харуров. Она посмотрела в спину Тетмету. Тот
рассеянно смотрел на небольшой пыльный внутренний дворик. Она улыбнулась. - Есть и
другие, которые могут занять мое место.
- Нет.
Она взглянула на меня с изумлением, ее желтые глаза прикрылись перепонками,
затем прояснились, и меня пронзил такой взгляд, что я подумала: "Что же такого она
услышала от меня?" И сама удивилась. Во время последовавшего молчания я сделала
глоток зиира. Его острый вкус вернул меня в реальность из воспоминаний о событиях
восьмилетней давности.
- Я не знаю... вернуться ли мне в Римнит и Кеверилде или попытаться вступить в
контакт с флотом хайек. Сейчас они должны находиться к югу от устья Медуэда. Что вы
об этом думаете?
Она подняла руку, понадежнее закрепляя длинными темными пальцами пустой
рукав. Эта шестипалая рука задержалась, чтобы потереть культю, словно та по-прежнему
болела после стольких минувших лет, и белый солнечный свет стер с ее лица все
морщины, говорившие о возрасте.
- Поговорите с семьями, плывущими на джатах и джат-рай. Я приду. Мне
захочется первой увидеть ваши записи, с'аранти. - Она улыбнулась. - Да, С'арант-те.
Мне хотелось бы, чтобы вы сказали: это подходящее дело для Чародея.
Затем улыбка исчезла, и на мгновение я увидела перед собой сер
...Поділитися у соцмережах
