Жанр: Фантастика
Белка в колесе
...ить.
- Леонид, нам нужно кое-что проверить. - Он, не понимая, смотрел на нее, а девушка
продолжила: - Сейчас у вас могут возникнуть своего рода неприятные ощущения, но вы не
пугайтесь. Просто постарайтесь описать нам их.
Последовал кивок, и, "взяв" нас троих, Лена "ушла к себе".
- Да, братцы, как будто ночью у негра в ж... - Ленька держался изо всех сил, но лицо у
него было растерянным.
- А что еще?
- Еще темно дышать, и "космос", будто лишний литр водки выпил.
Да, хакер был нормальным на все сто процентов, в отличие от нас, выродков.
- Не беспокойтесь, Леня, сейчас всё пройдет. - И мы опять в реальном мире,
окруженные фантастическими пейзажами обезлюдевшего города. Оставив "у Лены" комп и все
книги, что были обнаружены в доме, мы продолжили. Дальше наш путь лежал в
книгохранилище. "Хакнув", как выразился Ленька, всё, что там было, и "скачав на винт", то
есть оставив "у Лены", стали держать совет.
- Какие будут предложения? - спросил я.
- В смысле? - не понял Ленька.
- Ну, можно обосноваться здесь стационарно, но я за амбулаторный курс.
- Так что, уже домой?
- Не навсегда ведь, подумаем, книжки полистаем.
- Надо бы еще пару машин прихватить. Уверен, что кроме детских стрелялок на том
винте ничего нет.
- Так предлагай, вернее даже, веди и мародерствуй не стесняясь.
Глаза у Леньки за блестели, и мы отправились мародерствовать дальше.
- Ты как себя чувствуешь? - спросил я у возбужденного программиста,
сволакивающего в кучу, по-моему, двадцатый компьютер. При этом на каждый вешалась
соответствующая бирочка вроде: "Комн. 19. мож. быть проекта, инст. возм. строит", и всё в
таком же духе. Я помогал таскать, а девочки остались на соседней улице у останков магазина
одежды. Да уж, Париж вздрогнет и пластом ляжет у ног принарядившихся модниц.
- Да нормально чувствую, - выдержав паузу, ответил он. - За последний месяц
никогда так хорошо себя не ощущал. Жаль, конечно, немного мне осталось, но всё равно
спасибо.
- Потом поблагодаришь, лет через двадцать. - Несмотря на отсутствие доказательств,
во мне жила какая-то отчаянная надежда, что всё будет хорошо. - Ты лучше скажи, как
по-твоему, нам одним по силам освоить всё это хозяйство?
Он покачал головой.
- То-то и оно, что нет. - Я пытливо посмотрел на друга. - Сможешь найти человек
десять пофигистов с мозгами? За бабки отвечаю я, и условия те же.
- Да хоть двадцать, - ответили мне, - но ты меня что-то пугаешь.
Мы были знакомы с первого курса, то есть лет семнадцать, а потому я просто сказал ему:
- Иди ты.
Он же спросил:
- А что это?.. Когда пропал свет.
- Как раз то, через что сюда попадают. И ты, выходит, можешь заблудиться.
- И это не лечится?
По-моему, рак так не расстроил его, как это отличие, без которого миллионы людей
спокойно живут.
- К сожалению, не лечится. Но мы же команда, и ты ее полноправный член.
- Скорее уж убогий и на окладе.
Врать не хотелось, но такой Ленька, с развивающимся комплексом неполноценности, мне
не нужен.
- Все мы тут на жалованье, просто профили разные. И к счастью, у каждого свой.
Короче, так. На сегодня закругляемся и валим обратно. Ты уж извини, но придется тебе опять
вздремнуть. Дома денька три покопаешься в железе, может, и удастся оживить. А уж потом,
смотря что нароем, начнем думать, кого привлечь. Но инспектором по кадрам я назначаю тебя.
Понял?
Он отдал честь, а я выдал:
- К пустой голове...
- Важна не форма, а содержание. - Я помолчал и добавил:
- Да, Лень, это ведь опасно. И, ты понимаешь, можно ведь не вернуться.
- Это я давно понял, но ты не дрейфь. - Ну как вам это нравится?
Увидев кучу, Инна захохотала, а Лена начала насвистывать "Из чего же, из чего же, из
чего же сделаны наши мальчишки". Но "забрала" всё в одно касание, хитро глянув на
очумелого добытчика. Ничего, пусть привыкает, что у каждого своя специализация.
Спустя три минуты настала очередь ржать нам с Ленькой, заставив Лену пожалеть о том,
что не "уволокла" эту Джомолунгму одежды потихоньку от нас. Блин, не занести бы домой
какую-нибудь заразу. Но кто не рискует, тот, как говорится... Да и с тряпками я уговорю их
подождать. На железе же вряд ли много осело. Ну, протрем спиртом. И отлакируем для
профилактики тонким слоем.
Лена забрала шмотки, потом достала пистолет и взглянула на Леньку. Тот послушно
улегся прямо на пол.
- Ин, ты как, может, подежуришь?
- Да, в общем, хотелось бы пройтись. Любопытно всё-таки. - Пройтись так пройтись,
ничего со спящим не станется.
35
Я "провел" девочек в лагерь, мы немного отдохнули и двинулись в обратный путь. Опять
на ум пришли велосипеды, и я поклялся на цыганский манер стегнуть себя плеткой по заднице.
Дабы, каждый раз садясь, вспоминать причину, по которой болит, и освежать в памяти повод.
"Границу" мы даже не заметили, став для неведомого стража "своими". И вот он, домик.
Я составил велосипеды прямо посреди стихийно образовавшегося дворика, решив повременить
с членовредительством. Оп-ля, вот мы и дома.
- Давай за Ленькой. - Лена послушно "вышла", а мы с Инной принялись выкидывать на
пальцах, кому готовить чай.
Пока будущий "инспектор по кадрам" спал, по очереди приняли душ. Надо отказываться
от столь зверских мер с инъекциями, и пусть все желающие переходят на таблетки. Не так
убийственно, и дозу можно подобрать, как раз чтоб обойтись без ожидания.
Я сбегал за водкой, и мы, вылив шесть бутылок в ведро, щедро протерли весь металлолом,
ничтоже сумняшеся по поводу затекания жидкости внутрь. Ничё-ничё, окосеют - новых
натаскаем.
Проснулось светило науки и выдало перл: нужно доставить всё это добро в институт.
Дабы раскурочить парочку и поэкспериментировать с трансформаторами и частотой тока.
- Главным условием всего мероприятия является полная кон-спи-ра-ци-я. - Я был
категоричен. - А институт я тебе собственный организую.
- Инна что, дочь Рокфеллера?
- А Ленка его двоюродная сестра.
- Вы что, серьезно, ребята?
- Серьезней некуда. Завтра подыщем что-нибудь под Москвой. Так что не дрейфь.
Прошло три дня. Ленька немного дулся за то, что ему не дали забрать с собой железо, но я
был непреклонен.
- Собирай оборудование, - велел я, - да не экономь, не нищие.
А сам занялся поиском подходящего здания. Нужен двух-трехэтажный дом с подвалом.
Комнат на тридцать - тридцать пять. Я рассчитывал, что десять отведем под лаборатории,
офис должен занять комнат пять-семь. Плюс гостиница с кухней и столовой.
Желая привлечь как можно большее количество людей, сказав при этом как можно
меньше правды, я рисковал перехитрить самого себя. Вызвав то самое большое недоверие,
рождаемое маленькой ложью. И в самом деле, кто меня гонит? Впереди, надеюсь, длинная
жизнь. И сам потихоньку раскопаю, что получится. А хлопот значительно меньше. Вот только
что я смогу отыскать, а что пропущу, пройдя мимо, с глазами, зашоренными
некомпетентностью? Тогда уж лучше просто пробежаться по безлюдной земле эдаким
мародерским рейдом, взрывая золотохранилища и обирая ювелирные лавки. Насчет
возможности чего-то посерьезней, вроде передовых технологий, я не обольщался. Но как ни
крути, а для привлечения большого количества специалистов этот самый рейд придется
совершить. Но сначала надо подыскать рынок сбыта, а то, выбрось я, скажем, тонну золота, и
опять потянется шлейф трупов. Умерших с нашей помощью от золотой лихорадки. Снова
некомпетентность, и нужен толковый финансист, знающий ситуацию на рынке и, желательно,
не связанный с мафией. Финансистов знакомых у меня не было, зато имелся Виктор. И я набрал
номер.
- Здравствуйте, сэнсэй, это ваш неправильный ученик.
- Здравствуйте, Юрий, что-то произошло? - Голос звучал бесстрастно, не выдавая и
тени заинтересованности.
- Не то чтобы случилось, но хотелось бы тет-а-тет. Знаете, столько развелось
любопытных.
- Тогда приезжайте в Сокольники. Через час устроит? - Меня устраивало, и я положил
трубку.
Мы шли по дорожке, и я не знал с чего начать. Рассказать правду - сочтет за
сумасшедшего. А полуправда ничего не давала, так как нужен единомышленник, а не цепной
пес на жалованье. Он же, как человек, воспитанный Алексеем Степановичем, просто ждал, пока
я созрею. А-а, была не была, в любом деле главное начать.
- Хочу предложить вам работу. - Удивленный взгляд в ответ.
Я мысленно хлопнул себя ладошкой по лбу. И с чего это я решил, что Виктор свободен?
Да, он уделил мне какую-то часть своего времени по просьбе отца Алексия. Но это не значит,
что я могу вот так вот взять и потащить его за собой.
- Работа - это хорошо, - наконец подал он голос, а я облегченно вздохнул, - и по
какому же профилю?
- Полагаю, охрана материальных ценностей. Очень больших, и вознаграждение
соответственное. Скорее, даже процент от каждого груза.
- И какова же примерная сумма?
Если бы я знал сам, какова эта сумма, и вообще, сколь высоки ставки в этой авантюре. Но
обратной дороги не было, и я достал из кармана пачку денег.
- Здесь десять тысяч долларов. Аванс за подготовительный период, пока толком не
начали. Если передумаете - аванс можете не возвращать. Ну а ежели вознамеритесь - тогда
денька через три нам с вами предстоит ознакомительная экскурсия.
Он в задумчивости кивнул, а я стал прощаться. Не потому, что очень уж торопился,
просто не знал, что еще сказать. Лучше уж пусть сам всё увидит и принимает решение.
- Представляешь, у них была республика. - В голосе Лены слышалось восхищение.
- Ну и что. - Мне было не до специфики общественного строя ушедших цивилизаций.
Да и мало ли стран выбрали именно такую форму правления.
- Всемирная, понимаешь? Одно государство на всю планету.
- Ага, и государственный язык - русский. - Прям утопия какая-то.
- Государственный что-то вроде пиджн-инглиш, но русский наравне с испанским входил
в базовый минимум начальной школы.
До меня стало постепенно доходить, и я уставился на Лену.
- Тогда кто же их того? Ежели проклятых империалистов не существовало, а слуги
джихада сменили зеленые повязки на овечьи шкуры?
- Об этом здесь не написано. Но мне кажется, Ленька что-то должен накопать. И вообще,
надо бы залезть в какой-нибудь телецентр. Телевизионщики и перед лицом костлявой
продолжают освещать и анализировать.
Тут подал голос Ленька, который, исповедуя принцип "если гора не идет к Магомету...",
натащил гору разных трансформаторов ко мне, и вот уже второй день в спальне, из которой он
выбросил всю мебель, что-то гудело. Ночевать уходили в "убежища". Лена к себе, я оставался у
Инны, но, увлеченный реанимацией чужой аппаратуры, программер ничего не замечал. Или
делал вид, что не замечает.
- У них всё на базе Люникса!
По мне, так хоть феникса, но из вежливости я спросил:
- И что это значит?
- Люникс - это операционная система с открытыми кодами, и, имея минимальные
навыки программирования, можно доделывать ее самостоятельно.
- Каждый под себя, что ли?
Но он уже опять скрылся в комнате и уткнулся носом в экран монитора.
- Идите сюда, - позвал он еще минут через десять, и мы столпились у него за спиной.
На экране мужчина с профессорской внешностью вовсю разглагольствовал. На тему как
раз из разряда наболевших. Немного мешало различие языков, но ведь любой россиянин при
желании поймет белоруса или хохла. И наоборот.
- Вы говорите: "Этого никогда не происходило", - но это вовсе не означает, что "этого
никогда не случится", иначе полное право имеют утверждения: "Моя рука не ломается, потому
что я никогда не ломал руку", либо: "Я бессмертен, так как никогда не умирал".
Лектор, казалось, смотрел в глаза именно вам, и мне стало жутковато. Вот он, давно
истлевший, вещает с экрана, стараясь сделать себе имя в научном мире и завоевать
популярность у аудитории, не подозревая, насколько окажется прав.
- Если популяция насекомых, к примеру саранчи или кузнечиков, без видимых на то
причин внезапно достигает непостижимых здравому уму размеров, а потом внезапно и
совершенно непостижимым образом возвращается к своему первоначальному состоянию, мы
обычно говорим: "Произошло нашествие насекомых".
Количество организмов, стоящих на более высокой ступени развития, также подвержено
значительным изменениям в ту или иную сторону. К ним относятся лемминги, постоянно
повторяющие свой цикл развития. Некоторое время мы не замечаем диких кроликов, пока они
не размножатся до такой степени, что становятся настоящим стихийным бедствием. И вдруг на
них нападает мор - все кролики исчезают. Мы склонны думать о существовании некоего
биологического закона, утверждающего, что численность особей в роду есть величина
переменная, меняющаяся от высшей до низшей точек. Чем выше ступень развития, тем
медленнее идет процесс размножения и длительнее амплитуда достижения этих точек.
На протяжении почти ста лет африканский буйвол являлся царем вельда. Если бы в те
времена существовала статистика животного мира, она бы, без сомнения, подтвердила, как
десятилетиями происходил постоянный рост численности этого могучего, с минимальным
количеством естественных врагов, зверя. К концу века вид этот достигает своей
кульминационной точки и неожиданно падает жертвой страшной болезни - чумы крупного
рогатого скота. Буйвол стал удивительной редкостью, а в некоторых районах вымер полностью.
В последние пятьдесят лет вид этот медленно, но все же увеличивается в своем поголовье.
Камера повернулась и показала ведущую.
- Вы хотите сказать, что?..
Мужчина отпил воды и снова кинулся в бой:
- Что касается человека, то у нас нет веских оснований предполагать, что его минует
судьба остального животного мира. И если действительно существует закон "приливов" и
"отливов", то будущее человечества можно рисовать в несколько мрачных тонах. За десять
тысяч лет, невзирая на войны, болезни и голод, численность человечества росла, и, с каждым
годом увеличивая темпы, росла неуклонно. С биологической точки зрения, мы долгое время
находились в чрезмерно благоприятных условиях существования и размножения.
Звук пропал, и по экрану пошли полосы. Но и услышанного хватило, чтобы по телу
побежали мурашки. Это ж надо. Вот просто так взяли и вымерли, повинуясь высшей
необходимости. Проглядывало в этом что-то унизительное, недостойное звания человека.
Выходит, ускоряя прогресс и облегчая жизнь, мы сами роем себе могилу, увеличивая
численность населения? А войны, значит, величайшее благо, посланное нам свыше?
Лицо выдавало меня с головой, и потому Лена уже держала в руках толстенный том
"оттуда".
- Их было более двенадцати миллиардов. И что удивительно, по-моему, никто не
голодал.
Да уж, стоило ли строить развитое общество, чтобы потом вот так, как саранча?
- Когда переезжаем? - сменил я тему, а то что-то больно мы углубились. Да и
критической массы в двенадцать миллиардов достигнуть в ближайшем будущем нам не грозит.
- Давай еще разок сходим в безлюдный мир, а уж потом. - Но я не согласился:
- Шагать не хочу, а потому предлагаю пересесть не мотоциклы. И потом, мне надоело
смотреть, как оставленная мне папой с мамой квартира превращается в штаб предвыборной
кампании пополам с лабораторией безумного профессора. В общем, давайте, девочки, грузите
весь этот оживший хлам "к себе", потом берите такси и проваливайте. А "отчалим" завтра. Да,
и я хочу позвать в дело Виктора.
Кандидатура Виктора возражений не вызвала, и мы принялись за работу.
- Как с кадрами? - Не то чтобы существовала срочная необходимость, но надо же знать,
на кого можно рассчитывать.
- Пока переговорил с двоими. С Ритой, с биологического, у них в институте сейчас
завал, и со стариком Прохоровым.
Если насчет Риты я не уверен, то участие в деле старого профессора вызывало прилив
энтузиазма. Проф - неординарный человек, с острым умом и необычным взглядом на вещи.
Хотя нет, он мог посмотреть на любую ситуацию сразу под несколькими углами, ухитряясь
комбинировать точки зрения и выдавать парадоксальные умозаключения. Если мне не изменяет
память, сейчас ему чуть за шестьдесят. Но, несмотря на столь почтенный возраст, в его
согласии на любые авантюры я не сомневался.
- Тогда завтра вези их на базу, и пойдем. А сейчас помоги мне с мотоциклами.
Но мотоциклы оказались неходовым товаром, и нам удалось купить лишь пять штук.
Недостачу же пришлось восполнить джипами. Когда я вывалил гору наличности, у хозяина
автосалона округлились глаза. А Виктор кивком указал на зама, вышедшего из кабинета. Я
мотнул головой и, предложив продолжить оформление без меня, вышел следом.
- По виду лохи, но с кучей бабок. Да, прямо сейчас. - Он говорил в трубку, нервно
оглядываясь по сторонам.
Что ж, подождем "крышу", столь настойчиво навязываемую настырным клерком. Не
секрет, что приобретение новой иномарки облагается налогом. В большинстве случаев
покупатели - солидные люди, имеющие собственные охранные структуры. Но случаются и
такие, как мы, наивные простачки, гордо принесшие заработанное в такой вот салон и тем
самым засветившиеся. Наметанным глазом определив в нас лохов, этот доморощенный
психолог поспешил зарабатывать свои тридцать сребреников. Правда, с небольшой нагрузкой, в
виде ма-а-аленького такого геморройчика. Мы были втроем, а их в кабинет вошло аж пятеро.
Окинув нас взглядом, бригадир усмехнулся, выдав что-то вроде:
- Любишь кататься - надо делиться.
Я вежливо попросил хозяина выйти, прихватив с собой Леньку, а сам сразу начал
буйствовать.
Не вставая, ударил одного подъемом стопы по коленной чашечке. И тут же, выхватив
из-под себя стул, долбанул второго по голове. Так, двое готовы. Еще одного, попытавшегося
достать пистолет, вырубил ударом между глаз и, повернувшись к первому, с поврежденной
ногой, заехал тому пяткой в горло.
Виктор не отставал, и вскоре все пятеро лежали в живописных позах без признаков былой
агрессии.
- Пригласите, пожалуйста, стукача, - я посмотрел на сэнсэя, - и, ради бога,
постарайтесь понять меня правильно.
Он втолкнул шестерку в кабинет, а сам остался за дверью. Тот был бледен, а на штанах
темнело пятно.
- Боишься, сука? Правильно делаешь.
Церемониться я не стал, повернув его голову на сто восемьдесят градусов и начал
"перетаскивать" сборщиков дани в коридор. Конечно, в принципе, они не виноваты, и, выдавив
несколько прыщей, не вылечить болезнь. Но даже такая "косметическая операция" казалась
мне безусловно полезной.
Таким образом, у нас стало на один джип больше. С плохой овцы, как говорится...
Назавтра собрались в трехэтажном особняке, купленном в восьмидесяти километрах от
Москвы. Подходящий почти идеально, он стоял на опушке леса, в окружении вековых сосен.
От входа вели три дорожки, расходящиеся радиально, со статуями, явно передовиков
производства. Штукатурка на фасаде кое-где отвалилась, да и двор требовал хозяйской руки, но
в целом дом был крепким, и казалось, простоит еще сто лет. Когда-то здесь действовал
санаторий небольшого сыроваренного заводика, районного подчинения. Но пришли новые
хозяева, и отдых трудящихся стал делом рук самих трудящихся. Здравницу же попросту
забросили, посчитав невыгодным вкладывать деньги в столь отдаленный от Москвы уголок. Да
и коммуникаций хороших не существовало, но для нас, владельцев транспортной компании, это
не составляло проблем. Таким образом, всего за триста тысяч "зеленью" мы стали
полноправными владельцами этого покинутого приюта.
К великому моему сожалению, не помню имени японского поэта, написавшего
замечательные стихи, давшие название нашей базе.
Покинутый приют, весь в зарослях плюща.
Тоскливо здесь, хозяин всё забросил.
Нет никого, и только каждый год
Печальная сюда приходит осень.
Я привез Виктора, Ленька прибыл в сопровождении двоих кандидатов в бог его знает что,
на такси. Девчонки ночевали на базе и теперь встречали нас чаем и пирогами магазинной
выпечки.
- Молодой человек, это не вы постигали азы машиностроения в нашей альма-матер лет
эдак семнадцать назад? - спросил меня старый профессор, поправив указательным пальцем
очки.
- Грешен, - не стал изображать Зою Космодемьянскую я. - Но с тех пор много воды
утекло. Да и с азами машиностроения я поругался всерьез и надолго.
- Это не так уж и страшно, учитывая, в каком состоянии находится сейчас производство.
Но Леонид рассказывал удивительные вещи. Настолько странные, что я даже решился лично
убедиться в их достоверности.
- И, смею надеяться, я мы вас не разочаруем. Но... э-э... вас предупредили о... м-м-м...
некоторой специфике жанра?
- Да, и могу заверить, что я здоров как бык. - Он выпятил грудь, гордо вздернув голову.
- Надеюсь, финансовая часть вас устроила?
- Вполне, знаете ли, и даже, я бы сказал, слишком.
- Уверяю вас, что отработаете сполна каждую копейку, да еще и с процентами.
Я выдал "заму по кадрам" сто тысяч, строго-настрого наказав: меня в ближайший месяц
по пустякам не беспокоить.
- Ну что ж, тогда по кроватям, - скомандовал я, а Виктор недоверчиво осведомился:
- А это обязательно?
Ни я, ни девочки не тестировали его, но я абсолютно уверен в его "нормальности" и
потому строго произнес.
- В первый раз - да. А там посмотрим.
Все разлеглись, и Ленька, как ветеран, побывавший и сумевший вернуться, первым
проглотил капсулу, которыми мы заменили пистолет. Подав тем самым пример для
подражания.
Джипы и мотоциклы Лена уже забрала "к себе", а потому я взял девочек за руки, и мы
"вышли" к моему домику, так уютно пристроившемуся на берегу реки.
Земля вдоль берега довольно плотная, и велосипеды с широкими шинами, созданные для
экстремалов, шли как по асфальту. Километров двадцать в час мы делали точно, и вот он,
лагерь, отмечающий "соседний" эпицентр, так старательно разбитый несколько дней назад. Мы
побросали железных коней и "перешли", не задержавшись ни на секунду. Ну что за люди, а?
Пару раз сходили туда-сюда, и на тебе. Никакого трепета, ни тени сомнений, не коридор, а
проходной двор какой-то.
Не успев выйти, Лена пропала, и хлоп - перед нами стоят две кровати, которых спустя
секунду стало уже четыре.
Пока мы с Инной расталкивали лежебок, "грузчица" "повытаскивала" весь транспорт,
имеющийся в наличии, и уселась за руль "Патруля".
- Можно я поеду на этом?
- Могла бы и не спрашивать.
Всё же переход на таблетки значительно сократил время ожидания. И если после
инъекции человек спал как убитый не менее семи часов, то теперь его можно попросту
растормошить и, вручив кружку с кофе, заставить поторопиться.
- Мальчики и девочки. Время - деньги. Все расселись по машинам, кому какая
нравится, и разбежались, то есть разъехались. Дабы не дублировать друг друга и не таскать
одинаковые экземпляры, предлагаю обсудить условия поиска.
Все смотрели на меня, такого делового и самоуверенного. Но, предвидя ворох вопросов, я
решил пресечь, как говорится, на корню. А к моменту возвращения большая часть вопросов
отпадет сама собой. Да и группы я решил комплектовать по принципу новичок - ветеран.
- Значит, так. - Это я продолжал распоряжаться, не давая дурным мыслям пробраться в
умные головы. - Ленька и профессор, вы двигаете на поиски телецентра, на худой конец
сойдет и радио или редакция какой-нибудь газетенки.
- Девчонки - берете Риту и постарайтесь разыскать больницы, их в таком мегаполисе
должно иметься немало. Карту города возьмите в том магазине, что мы обчистили в прошлый
раз. Сориентируйтесь в датах и тащите истории болезней за последние две недели.
- Виктор, вы - со мной. Итак, по машинам, сбор предлагаю устроить здесь через пять
часов.
И мы, взревев моторами и оглашая воплями этот безмолвный мир, двинулись грабить и
мародерствовать.
- А почему ты не озвучил наш маршрут? - Бывший учитель внимательно смотрел на
меня.
- Кто же идет грабить банк, крича об этом во всю глотку? - Он удовлетворенно кивнул:
- Я так и думал. Золото обычно хранят глубоко под землей. И существуют разного рода
сюрпризы, вроде ядовитых газов, знаешь ли.
Для меня это стало новостью, и я опешил.
- Но ведь можно дать время проветрится? - Он улыбнулся и покачал головой:
- Не так сразу. На первый раз давай ограничимся какой-нибудь лавкой, продающей
бижутерию. А к следующему походу я подготовлюсь получше. - Он немного помолчал, и
спросил: - Каков мой процент?
- Любой, в пределах разумного, конечно.
- Тогда десятая часть, и реализацией я займусь сам.
Я был готов и на двадцать и потому кивнул с чувством облегчения.
Мы ссыпали кулоны и цепочки в мешок. Третий по счету. И выходило, что наш улов
составил около девяноста килограммов золота, вперемежку с драгоценными камнями. Виктор
иногда поглядывал на меня, а потом решился спросить:
- А кто заказчик?
Передо мной был не наивный Ленька, и я не стал врать.
- Это целиком коммерческое предприятие. Многопрофильное, правда. Так что держатель
контрольного пакета прямо перед тобой.
- Валькирии тоже в деле?
- Да, а что, заметно?
- Да нет, просто Инна сама собой разумеется, а в Лене есть что-то такое... Сразу видно,
не на зарплате человек.
- Виктор... - начал я, - а не мог бы ты заняться полной реализацией? Все мои таланты
лежат несколько в другой области, и руки ты мне развяжешь здорово.
Возможно, это было опрометчиво с моей стороны, но нельзя же жить, никому не доверяя.
В ответ он кивнул, не без колебаний, правда, и это радовало. Мы погрузили мешки в
багажник джипа, и я опять спросил:
- Как по-твоему, сколько человек возможно привлечь, без утечки информации?
- Утечка будет так или иначе, но я думаю, пока вход-выход будешь контролировать ты
сам, все сведения будут сродни фантастике. А золото я реализую через Израиль, есть там у меня
один кореш.
- Да ведь здесь его тонны!
- А у еврейского банкира мешки денег! А там, глядишь, и пару собственных банков
купим.
Перспектива стать владельцем банка слегка будоражила, но я выбросил это из головы. До
сбора оставалось сорок минут, и мы двинулись по направлению к месту "выхода".
По дороге то и дело попадались странные конструкции, напоминающие металлические
скелеты. На месте тазобедренного сустава находилось некое по
...Поділитися у соцмережах
