Жанр: Фантастика
Досье Дрездена 4. Летний рыцарь
...лизнула кровь со своего клинка, а тем временем еще один
воин из Летних припал на колено спиной к реке, подняв меч в отчаянной попытке
остановить надвигающихся на него всадников.
Вода снова вскипела, из нее высунулись тонкие, бледные женские руки и схватили
его за горло. Я успел увидеть мелькнувшие золотые глаза, оскал зеленозубой улыбки, и
вопль несчастного оборвался, а сам он скрылся под водой. Оставшиеся летние воины
спасались бегством, а верховые Зимние преследовали их.
- Твоя крестная шлет тебе привет, - крикнула мне Мэйв. - Мне стоило бы
действовать быстрее, но это вышел бы честный поединок, а это не по моей части.
- Мне нужно попасть к Столу, - крикнул я в ответ.
- Мне передали, - кивнула Мэйв. Она тронула коня, подъехала к неподвижной
фигуре Ллойда Слейта, и ее красивое лицо снова осветилось сияющей улыбкой. - Мои
всадники атакуют ниже по течению, отвлекая силы неприятеля на себя. Ты сможешь
подняться вверх по течению, - она перегнулась с седла. - Привет, Ллойд, - ласково
мурлыкнула она. - Нам надо поговорить.
- Раз так, пошли, - с усилием произнесла Мерил. - Вы можете идти?
Вместо ответа я поднялся на ноги. Мерил тоже встала, хотя я и видел, как
перекосилось ее лицо от боли. Хват держал наготове свой окровавленный разводной
ключ. Я подобрал посох, но жезла не нашел. Черный акушерский саквояж лежал рядом, и
я на всякий случай проверил, в порядке ли его содержимое, прежде чем застегнул его и
поднял с земли.
- Ладно, ребята. Пошли.
Мы бежали вдоль берега трусцой, экономя силы. Я не знал, далеко ли нам до цели.
Вокруг царили хаос и смятение. Рой светлячков обогнал нас, а за поворотом реки
взглядам нашим открылся десяток здоровенных, с футбольный мяч пауков, в паутине
которых билось с дюжину тех самых светлячков. Свора серых и зеленых гончих гналась
за пантероподобным существом, пытавшимся прорваться к реке. В воздухе свистели
стрелы, и повсюду виднелись мертвые или умирающие фэйре.
Наконец земля под ногами начала подниматься, и поглядев вперед, я увидел перед
нами холм с Каменным Столом на вершине. Я мог даже различить там, наверху,
массивную тушу Коррика, который пятился от каменной фигуры Лилии - судя по всему,
ее только что поставили на Стол. Рядом виднелась стройная фигурка Авроры -
спешившись, она злобно смотрела в нашу сторону.
- Лилия! - вскричала Мерил, но голос ее дрогнул. Хват тревожно повернулся к
ней, и она, скривившись от боли, опустилась на одно колено. - Найди ее, Хват. - Спаси
ее и отведи домой, - она огляделась по сторонам, и взгляд ее остановился на мне. - Вы
ему поможете?
- Вы же заплатили, - заверил я ее. - Оставайтесь здесь. Не вставайте. Вы и так
сделали что могли.
Она покачала головой.
- Не все, - выдохнула она, но все же опустилась на землю, зажав рукой рану и
тяжело дыша.
Аврора бросила Коррику какую-то команду. Кентавр кивнул и, зажав в руке копье,
поскакал по склону нам навстречу.
- Вот черт, - буркнул я. - Билли, этот парень - тяжеловес. Не приближайтесь к
нему. Лучше попробуйте отвлечь его.
Билли согласно прорычал что-то, и оборотни устремились наперехват кентавру.
Сблизившись с ним, они рассыпались веером и по очереди, уворачиваясь от его копыт и
копья, принялись терзать его за бока и бедра.
- Оставайтесь с Мерил, - сказал я Хвату и, обогнув волков с кентавром, поспешил
вверх по склону к Каменному Столу.
Я подошел достаточно близко, чтобы видеть, как Аврора замерла перед изваянием
Лилии. В руках она держала Расклятье Матери Зимы. Она прижала его к статуе и
потянула за свободные концы нити, начиная распускать вязку. Я ощутил нечто, какую-то
темную тяжесть, бесцеремонно коснувшуюся моих магических чувств. Нить за нитью, ряд
за рядом Расклятье распускалось в тонких пальцах Авроры.
Я протянул руку к ним; адреналин и боль сообщали мне достаточно энергии для
заклятья.
- Ventas servitas! - крикнул я. Внезапный порыв ветра подхватил клочок вязаной
ткани, вырвал его из рук Авроры и швырнул в мою сторону. Я подхватил его и показал
Авроре язык. - Мип-мип! - завопил я, подражая мультяшному страусу Роудраннеру, и
очертя голову бросился вниз по склону.
- Будь ты проклят, чародей! - взвизгнула Аврора, и звук ее голоса вцепился в
меня зазубренными когтями. Она подняла руки, выкрикнула что-то еще, и земля под
ногами содрогнулась, лишив меня равновесия. Я упал и покатился вниз, к самому
подножию холма. Мне понадобилась целая секунда, чтобы суметь хотя бы вздохнуть, а
потом я перекатился на спину и сел.
Новый порыв ветра ударил мне в лицо, опрокинул обратно на землю и вырвал
Расклятье у меня из рук. Я поднял взгляд и увидел, как Аврора небрежно поймала его и не
спеша пошла обратно наверх. Я пытался встать и броситься следом, но не смог даже
сесть: ветер продолжал прижимать меня к земле.
- Все, никаких помех больше, - бросила Аврора и махнула рукой.
Земля застонала. Из нее, извиваясь, вырос вдруг усеянный шипами росток толщиной
в мою руку, за ним показался другой, и вокруг вершины выросла живая изгородь, такая
густая, что я не видел сквозь нее ни Авроры, ни Стола с Лилией.
Я боролся с заклятьем Авроры, но физических сил моих не хватало, и я даже не
пытался разорвать его своими жалкими магическими силами. Я перестал трепыхаться и
закрыл глаза, пытаясь нащупать в нем слабое место.
- Гарри? - услышал я крик Хвата. - Гарри! На помощь!
Один из волков громко взвизгнул от боли, потом другой. Мысли мои путались -
как нельзя невовремя. Эти люди были здесь из-за меня, и будь я проклят, если собирался
позволить еще какой-нибудь гадости случиться с ними. Я пытался сконцентрироваться,
найти конец, потянув за который можно будет распустить Аврорино заклятье, но страх,
злость и тревога мешали мне сделать это. Такие вещи хороши в качестве топлива для
заклятья, но для тонкой работы они были только помехой.
Тяжелые копыта простучали по склону и замерли совсем рядом со мной. Я повернул
голову и увидел воина в зеленых доспехах - единственного из того отряда Летних сидхе,
оставшегося в седле. Он возвышался надо мной, конь рыл землю копытом, а копье его
целилось мне в голову.
- Не надо! - сказал я. - Постойте!
Всадник не обратил на мои слова ни малейшего внимания. Он отвел руку для удара,
острие копья блеснуло в лунном свете и устремилось вниз, в мое ничем не защищенное
горло.
Глава тридцать третья
Копье вонзилось в землю у самой моей шеи, и знакомый женский голос прошипел
из-под забрала: "Лежи смирно!"
Она соскочила с коня, подняла руку и сняла шлем. Прекрасные, цвета зрелой
пшеницы волосы Элейн сбились в беспорядке, растрепавшись из пучка на затылке, и она
то и дело раздраженно смахивала их с лица.
- Лежи и не трепыхайся. Сейчас освобожу.
- Элейн, - произнес я. - Самые разные эмоции боролись во мне в эту минуту, и у
меня не было времени ни на одну из них. - Я бы сказал, что рад видеть тебя, но не уверен
в этом.
- Это все потому, что ты всегда был немного сухарем, Гарри, - не без ехидства
заметила она. Потом прикрыла глаза и положила руки в перчатках мне на грудь. Она
пробормотала что-то себе под нос. - Вот. Саманьяна.
Какая-то мягкая, но уверенная сила коснулась меня, и ветер, пришпиливавший меня
к земле, сразу стих. Шатаясь, я поднялся на ноги.
- Ладно, - сказала она. - Давай убираться отсюда.
- Нет, - выдохнул я. - Я еще не разобрался с делами, - я подобрал с земли
посох и саквояж. - Мне нужно пробраться через эти шипы.
- Это невозможно, - возразила Элейн. - Гарри, я знаю это заклятье. Эти шипы не
просто острые, они отравлены. Если один из них оцарапает тебя, тебя просто парализует
на пару минут. Но два или три убьют тебя.
Я нахмурился и крепче взялся за посох.
- И огонь их не берет, - добавила Элейн.
- О... - я стиснул зубы. - Что ж, тогда я раздвину их.
- Это все равно что пытаться отодвинуть дверь с сильной пружиной, Гарри. Стоит
тебе чуть ослабить концентрацию, и они вернутся на место.
- Значит, я ее не ослаблю.
- У тебя ничего не получится, Гарри, - настаивала Элейн. - Стоит тебе начать
прорываться через них, как Аврора почувствует это и разорвет тебя на мелкие клочки.
Если ты будешь отталкивать от себя шипы, ты не в состоянии будешь защититься от всего
остального.
Я опустил посох и перевел взгляд с шипов обратно на Элейн.
- Отлично, - сказал я. - Значит, тебе придется раздвинуть их для меня.
Глаза Элейн потрясенно округлились.
- Что?
- Ты будешь раздвигать шипы. Я пойду внутрь.
- Ты пойдешь к Авроре? Один?
- Ну, с твоей помощью, - уточнил я.
Элейн прикусила губу и отвернулась.
- Ну же, Элейн, - настаивал я. - Ты и так уже изменила ей. И я все равно
проникну сквозь эти шипы - с твоей помощью или без.
- Я не знаю...
- Еще как знаешь, - вздохнул я. - Если ты собираешься меня убить, у тебя уже
была такая возможность. А если Аврора довершит то, что затеяла, я все равно что труп.
- Ты не понимаешь...
- Я знаю, что не знаю, - огрызнулся я. - Я не понимаю, почему ты ей помогаешь.
Я не понимаю, как ты можешь просто стоять рядом и позволять ей делать то, что она
делает. Я не понимаю, как ты можешь стоять здесь, позволяя умереть этой девушке, - я
сделал паузу, позволяя ей переварить это. - И я не понимаю, как ты можешь предавать
меня вот так. В очередной раз.
- Ну, посмотреть на это твоими глазами, еще не все потеряно, - заметила Элейн.
- Я запросто могу отпустить шипы на полпути и убить тебя ради нее.
- Может, и так, - согласился я. - Но я не хочу верить в это, Элейн. Мы любили
друг друга когда-то. Я знаю, что ты не трусиха, и что ты не убийца. Я хочу верить в то,
что мы кое-что значим друг для друга, даже сейчас. Что я могу доверить тебе свою жизнь
точно так же, как ты можешь доверить мне свою.
Она горько усмехнулась.
- Ты ведь не знаешь, в кого я превратилась, Гарри, - она подняла взгляд на меня.
- Но я тебе верю. Я знаю, что могу довериться тебе.
- Тогда помоги мне.
Она кивнула.
- Только тебе придется бежать. Я не такая сильная, как ты, а это тяжелая работа. Я
не смогу раздвинуть и держать ее долго.
Я кивнул. Ну, конечно, в душе меня слегка терзали сомнения. Что, если она и впрямь
сделает это снова? Чего-чего, а по ведомству предельной честности Элейн никак не
проходила. Я посмотрел, как она сосредотачивается на предстоящей задаче: лицо
утратило выражение, руки скрещены на груди, ладони на плечах - как у мумии в
египетском саркофаге...
Блин, я ведь миллион раз мог сегодня погибнуть. Что значит еще один шанс? По
крайней мере, я накроюсь медным тазом, делая нечто достойное. Я повернулся и
пригнулся, приготовившись к бегу.
Элейн пробормотала что-то, и вокруг нее взметнулся ветер, еще сильнее растрепав
волосы. Она открыла глаза - взгляд ее остался отсутствующим, далеким - и развела
руки в стороны.
Ветер свился в колонну футов пяти в диаметре и устремился к колючей стене. Кусты
вздрогнули и начали поддаваться заклятью, расходясь в стороны.
- Давай! - выдохнула она. - Быстро!
Я побежал.
Ветер почти ослепил меня, и мне приходилось бежать, пригнувшись, надеясь только,
что я не собьюсь с пути и не врежусь прямиком в шипы. Один зацепился за мою куртку,
но кожи не прорвал. Элейн не подвела. Не прошло и нескольких секунд, как я миновал
стену и вырвался на вершину холма, к Каменному Столу.
Стол стоял на том же месте, что и прежде, но руны на его поверхности светились
теперь золотым светом. Аврора стояла у Стола, и пальцы ее порхали над Расклятьем,
прижатым ко лбу стоявшей на коленях, все еще каменной девушки. Я взял чуть вбок,
чтобы она не увидела меня краем глаза, и бросился к ним.
Когда до Стола оставалось каких-то несколько футов, Расклятье вдруг исчезло во
вспышке ослепительно-холодного белого света. Волна света прокатилась по изваянию,
превращая белый мрамор в теплую плоть, а каменные волосы - в изумрудно-зеленые
пряди. Лилия открыла глаза, охнула, вздохнув, и неуверенно огляделась по сторонам.
Аврора схватила Лилию за горло, прижала к поверхности Каменного Стола и
потянула из-за пояса нож.
Боюсь, я поступил не совсем по-джентльменски, но я с размаху огрел Летнюю Леди
по спине посохом.
Судя по всему, звезды как раз заняли нужное положение, наступила полночь, сила
Лета пошла на убыль и светящиеся руны на Столе сменили цвет с золотого на холодный
голубой.
От удара нож вылетел у Авроры из руки и упал на каменную плиту стола. Лилия
взвизгнула, вывернулась из-под руки Авроры, перекатилась по столу и бросилась прочь от
нее.
Стремительно, как это умеют одни сидхе, Аврора повернулась ко мне, облокотилась
о стол и уперлась ногами мне в грудь. Она с силой оттолкнула меня и, не давая мне
опомниться, швырнула в меня огненный шар. Я приподнялся на коленях и успел
выставить перед собой посох, отбив огонь в затянутое туманом небо.
Красный отсвет упал на зеленого фэйерского жеребца, взвившегося в прыжке над
колючей изгородью. Он не смог одолеть высокого препятствия и отчаянно заржал, рухнув
на отравленные шипы. Однако всадник его выбросился из седла, описал в воздухе
изящное сальто и целым и невредимым приземлился внутри ограды.
Аврора расхохоталась как безумная.
- Убей его, Лорд-Маршал! - приказала она.
Талос с залитым кровью лицом выхватил меч и направился ко мне. Я полагал, что
первый удар будет направлен мне в живот, но он обманул меня, и меч метнулся из
стороны в сторону, выбив у меня из рук посох и отшвырнув его в колючие кусты. Я
схватил саквояж и попятился от него, лихорадочно оглядываясь в поисках хоть какогонибудь
оружия, чего угодного, способного подарить мне несколько секунд.
И тут холм содрогнулся от низкого, басовитого рева. Даже Аврора застыла на
секунду. Стена зелени и шипов качнулась, и кто-то массивный прорвался сквозь нее и
выступил на открытое место. Тролль был огромный, зеленый, жуткий и до ужаса
сильный. В руке он легко, как пластмассовый нож для пикника, держал топор. Всю кожу
его покрывали вздувшиеся рубцы, раны от отравленных шипов, и его собственная темнозеленая
кровь. В боку зияла ужасная рана, из которой сочилась сукровица. Он шел,
шатаясь, несмотря на раны, но видно было, что он умирает.
И это была Мерил. Она сделала Выбор.
Я в оцепенении смотрел на нее, угадывая за безумными чертами лица тролля черты
Мерил. Тролль ринулся на Талоса, и Лорд-Маршал Летних резко обернулся, а сияющий
меч его отсек тому одну из рук. Другой рукой она схватила его за ногу и, падая, с
яростным, торжествующим воплем подгребла под себя и придавила всем весом к земле.
Я оглянулся назад. Аврора, схватив Лилию за зеленые волосы, тащила ее обратно к
Столу. Я бросился наперерез и первым успел схватить нож - кривой, зазубренный
камень.
- Болван, - прошипела Аврора. - Я разорву ей глотку голыми руками!
Я отшвырнул нож в сторону.
- А вот и нет, - возразил я.
Аврора снова расхохоталась. Взгляд ее сделался совсем уже безумным.
- Это почему же?
Я расстегнул саквояж.
- Потому, что я знаю кое-что, а вы - нет.
- Что? - хохотнула она. - Что такого можешь знать ты, что имело бы значение
сейчас?
Я одарил ее холодной улыбкой.
- Телефон "Пицца-Экспресса", - ответил я и открыл саквояж. - Сделай ее, Тук!
Из саквояжа послышался пронзительный, высокий трубный глас, и Тук-Тук вылетел
на волю, волоча за собой шлейф светящейся алой пыльцы. Крошечный фэйре оставался в
своих самодельных доспехах, однако сменил оружие на то, что я просил Билли купить в
"Уолл-Марте" - резак с торчащим из оранжевой пластмассовой рукоятки острым
лезвием.
Аврора еще раз усмехнулась - на этот раз это получилось у нее неприятнее.
- И что эта мелюзга может поделать? - поинтересовалась она.
Тук снова подул в свой крошечный рог.
- Во имя Властелина Пиццы! - пронзительным голосом выкрикнул он. - В атаку!
И саквояж взорвался облаком алой искрящейся пыльцы. Рой светлячков,
вооруженных острыми стальными лезвиями в оранжевой пластиковой оболочке вырвался
наружу и устремился на Аврору.
На мгновение она встретилась со мной взглядом, и я увидел в ее глазах внезапный
страх: до нее дошло, что сейчас произойдет. Она подняла руку, накапливая в ней золотую
энергию, но один из светлячков налетел на нее и резанул по ладони стальным лезвием.
Она вскрикнула, из руки брызнула кровь, и золотой свет померк.
- Нет! - вскричала она. - Нет! Не сейчас!
Рой светлячков окутал ее, и зрелище это было не из приятных. Светлая волшебная
кольчуга не защищала от стали, и резаки вспарывали ее как картон. Прошло всего
несколько секунд, а Тук-Тук с товарищами успели поразить ее с разных сторон в дюжину
мест.
Я увидел, как глаза ее широко раскрылись и вспыхнули озарением, несмотря на то,
что светлячки продолжали кромсать ее бледную кожу своими резаками. Она с трудом
сделала шаг к Столу.
Стоило ей умереть на его поверхности, и ее мечта исполнилась бы. Огромное
количество энергии передалось бы Зимней династии, уничтожив равновесие сил. Я
бросился на Стол и стащил ее обратно на землю.
Она визжала от досады и пыталась сопротивляться - но сил у нее больше не
осталось. Мы перекатились по поляне в одну, другую сторону и, наконец, застыли - я
прижимал ее к земле, не давая пошевелиться.
Аврора посмотрела на меня; зеленые глаза ее почти обесцветились и заволоклись
туманом.
- Подожди, - произнесла она слабым, неожиданно юным голосом. Она больше не
казалась сошедшей с ума колдуньей-фэйре. Она казалась просто напуганной девчонкой.
- Подожди... Ты не понимаешь. Я хотела остановить это. Остановить боль...
Я отвел с ее глаз окровавленную прядь волос. Я ощущал себя ужасно усталым.
- Единственные, кто не испытывает боли - это те, кто уже умер, - сказал я.
Глаза ее угасали, дыхание замедлялось.
- Я не понимаю, - чуть слышно прошептала она.
- Я тоже, - ответил я.
Слеза скатилась из ее глаза и смешалась с кровью.
А потом она умерла.
Я все сделал. Я спас девушку, помешал вору, доказал невиновность Мэб и заручился
ее поддержкой Белому Совету, а тем самым спас собственную задницу.
Вот так.
Я лежал в обнимку с мертвым телом Авроры, слишком усталый, чтобы
пошевелиться. Королевы нашли меня там, наверное, минут пятнадцать спустя. Я едва
замечал их - золотой и голубой свет, встретившиеся надо мной. Золотой свет на
мгновение сгустился над мертвым телом, а потом уплыл, забрав его с собой. А меня,
замерзшего и усталого оставили лежать на земле.
Золотой свет исчез, остался только холодный, голубой. Мгновением спустя я ощутил
на голове прикосновение пальцев Мэб.
- Чародей, - прошептала она. - Я довольна тобой.
- Уходите, Мэб, - устало произнес я.
Она рассмеялась.
- Нет, смертный, - сказала она. - Это ты должен уйти. Ты и твои спутники.
- Что будет с Тук-Туком? - спросил я.
- Нельзя сказать, чтобы это было в порядке вещей, когда смертный призывает
фэйре, пусть даже из низших, к себе на службу, но такое случалось и раньше. Не бойся за
своих маленьких воинов. Они были твоим орудием, так что всю ответственность за их
действия несешь ты один. Забери с собой их сталь, и этого будет довольно.
Я посмотрел на нее.
- Вы исполните свою часть уговора? - спросил я.
- Разумеется. Чародеи получают право свободного прохода.
- Не того уговора. Нашего.
Прекрасные, опасные губы Мэб изогнулись в улыбке.
- Прежде позволь мне сделать тебе одно предложение.
Она махнула рукой, и шипы расступились. В проеме стояла Мэйв в своей белой
броне, а за ней - Мать Зима в черном балахоне. На земле между ними стоял на коленях
Ллойд Слейт, совершенно сломленный, с руками, прикованными к стягивающим горло
колодкам из дымчатого льда. Судя по всему, он испытывал жуткую боль.
- Среди нас нашелся предатель, - мурлыкнула Мэб. - И с ним надлежит
поступить соответственно проступку. Как следствие у нас открывается вакансия на нового
Рыцаря, - она внимательно посмотрела на меня. - Я знаю, человека, заслуживающего
доверия в значительно большей степени, буде он займет его место. Прими эту власть, и
все долги между нами списываются.
- Не просто "нет", - пробормотал я. - Трижды, черт подери, нет!
Улыбка Мэб сделалась шире.
- Что ж, раз так, хорошо. Полагаю, мы изыщем способ развлечься с этим, прежде
чем выдвигать новые предложения.
Слейт поднял голову, и в глазах его мелькнула паника.
- Нет. Нет, Дрезден. Дрезден, не позволяйте им! Не позволяйте им забрать меня!
Примите предложение, пожалуйста, только пусть они не заставляют меня ждать!
Мэб снова коснулась моей головы.
- В таком случае, еще два поручения - и ты свободен.
И они ушли.
Вопли Ллойда Слейта тоже стихли.
Я сидел, так и не в силах подняться, пока огни не начали гаснуть. Я смутно помню,
как Эбинизер поднял меня с земли, закинув мою руку себе на плечо. Привратник произнес
что-то вполголоса, и Билли ответил ему.
Я проснулся у себя дома, в постели.
Билли, дремавший в кресле у изголовья, всхрапнув, проснулся.
- Ага, наконец-то, - сказал он. - Пить хочешь?
Я кивнул - горло слишком пересохло, чтобы говорить - и он протянул мне стакан
холодной воды.
- Что случилось? - спросил я, когда обрел, наконец, дар речи.
Он покачал головой.
- Мерил умерла. Она просила передать тебе, что сделала Выбор и не жалеет об
этом. Мы нашли ее на земле рядом с тобой.
Я закрыл глаза и кивнул.
- Эбинизер сказал, ты многих привел в бешенство, но что пусть тебя это не
беспокоит.
- Э, - оборвал я его. - А Альфы?
- Супер! - отвечал Билли, и в голосе его зазвучала гордость. - Сто пятьдесят пять
швов на всех, и все же мы вышли из этого более-менее целыми. Сбор у меня сегодня
вечером - пицца и игры.
При слове "пицца" у меня в животе заурчало.
Я принял душ, вытерся и переоделся чистую одежду. Потом до меня дошло, и я
зажмурился.
- Это ты? - спросил я у Билли, вернувшись в спальню. - Ты убрал все? И
постирал?
Он покачал головой.
- Не я, - в дверь постучали, и он повернулся к ней. - Минуточку, - я услышал,
как он вышел и сказал что-то через дверь, потом вернулся. - К тебе гости.
Я натянул носки и обулся в кроссовки.
- Кто там?
- Новые Летние Леди и Рыцарь, - отозвался Билли.
- Чего им, неприятностей мало?
- Да ты выйди, поговори, - ухмыльнулся Билли.
Я испепелил его взглядом и следом за ним вышел в гостиную. Она была чиста - ни
пятнышка. Почти вся моя мебель куплена в секонд-хэнде - старая, крепкая мебель из
настоящих досок, с обилием тканевой обивки. Она тоже казалась чистой, и все потеки
куда-то делись. Мои ковры - начиная с тех, что могли бы летать в небесах мифической
Аравии, и кончая сотканными для заезжих туристов индейскими поделками, тоже были
вычищены и проветрены. Я не поленился и заглянул под ковер. Пол был отшкурен и
выдраен. У камина лежала поленница дров, а сам камин вычищен только что не добела.
Мои посох и жезл стояли в углу и блестели как полированные. Смазанный пистолет
висел в кобуре. Пистолет тоже отполировали.
Я подошел к нише с плитой, мойкой и ледником. Видите ли, я пользуюсь
старомодным ледником - ну, таким, в который кладут настоящий лед. Очень удобно,
учитывая мои проблемы с электричеством. Кто-то вычистил его и загрузил свежим льдом.
На льду лежал аккуратными рядами запас продовольствия: свежие фрукты и овощи, сок,
кола - даже мороженое. Шкаф ломился от сухих припасов, банок, всяких там макарон и
соусов. У Мистера появился новый поддон в туалете - деревянный, с пластиковым
покрытием, и полный свежим наполнителем. Еще у него появились деревянные миска и
плошка для воды. Сам Мистер валялся на полу и лениво теребил лапой матерчатый
бантик, привязанный бечевкой к ручке двери платяного шкафа.
- Я умер, - сказал я. - Я умер, а кто-то допустил конторскую ошибку, и это рай.
Я оглянулся на Билли - тот ухмылялся как последний идиот. Он ткнул пальцем в
сторону двери.
- Заставляешь заезжих знаменитостей ждать.
Я подошел к двери и не без опаски выглянул.
За дверью стоял Хват в комбинезоне слесаря. Его белая шевелюра стояла дыбом, что
шло его ухмыляющемуся лицу. Лицо и руки его были перепачканы смазкой, и на земле
рядом с ним стоял уже знакомый мне ящик с инструментами. С другой стороны стояла
Лилия - стройная, ладная фигурка в простых темных слаксах и зеленой блузке. Волосы
ее были схвачены хвостиком.
Только теперь они стали белыми как снег.
- Гарри, - улыбнулся Хват. - Как дела?
Я все глазел на Лилию.
- Вы? Новая Летняя Леди?
Лилия очень мило зарделась и кивнула.
- Я понимаю. Я ведь не хотела, но когда... когда Аврора умерла, ее энергия
перетекла в ближайшее тело из Летних. Обыкновенно она передается другим Королевам,
но я и так уже обладала энергией Рыцаря, вот она... ну, типа, влилась в меня.
Я заломил бровь.
- Ну, и как это вам?
Она нахмурилась.
- Ну, не знаю. Слишком много всего сразу. И ведь это впервые, когда такая власть
передается смертному.
- Вы хотите сказать, вы не... гм... То есть, не...
- Сделала Выбор? - догадалась Лилия и покачала головой. - Нет, это просто я. Я
даже не знаю, что делать дальше, но Титания сказала, она меня научит.
Я перевел взгляд на ее спутника.
- И вы выбрали Хвата своим Рыцарем, так?
Она улыбнулась Хвату.
- Я ему доверяю.
- Что ж, мне нравится, - кивнул я. - Хват уже надрал раз задницу Зимнему
Рыцарю.
Лили удивленно повернулась к Хвату. Парень покраснел как рак и - ей-Богу, не вру
- принялся ковырять землю носком ботинка.
Лилия улыбнулась и протянула мне руку.
- Мне хотелось познакомиться с вами. И поблагодарить вас, мистер Дрезден. Я
ведь обязана вам жизнью.
- Вы мне ничем не обязаны, - возразил я, но руку пожал. - Я теперь спасаю
дамочек чисто рефлекторно, - мне как-то расхотелось улыбаться. - И потом, я ведь был
всего лишь наемным спасателем. Так что спасибо Мерил.
Лилия нахмурилась.
- Не вините себя в том, что произошло, - сказала она. - Вы поступили так, как
поступили, потому что у вас доброе сердце, мистер Дрезден. И Мерил тоже. Мне нечем
отблагодарить за такую доброту, а пройдут еще годы, прежде чем я научусь пользоваться
своей... своей... - она никак не могла найти нужное слово.
- Властью?
- Ну да, властью. Но если вам нужна будет помощь или убежище, вы всегда можете
обратиться ко мне
Закладка в соц.сетях
