Жанр: Фантастика
Досье Дрездена 4. Летний рыцарь
...иблизившись, он поднял забрало своего покрытого странными узорами шлема,
напоминавшего хитиновую скорлупу насекомого. Мгновение его золотые кошачьи глаза
смотрели на нас сверху вниз, потом он склонил голову и поднял руку. Шум битвы
мгновенно стих, словно кто-то выключил радио, и наступившая тишина еще сильнее
действовала мне на нервы.
- Эмиссар, - произнес рыцарь-сидхе. - Приветствую тебя и твоих спутников.
- Привет и тебе, воин, - отозвался я. - Мне необходимо безотлагательно
поговорить с Королевой Мэб.
Он кивнул.
- Я провожу тебя, - отвечал он. - Следуй за мной. Да прикажи своим спутникам
спрятать оружие в присутствии Ее Величества.
Я кивнул и повернулся к своим.
- Спрячьте зубы и столовые приборы, ребята. Некоторое время нам придется вести
себя пай-мальчиками.
Следом за рыцарем мы поднялись по склону холма на вершину, где воздух сделался
таким холодным, что обжигал легкие. Я плотнее запахнул куртку; на ресницах почти
сразу же выросли кристаллики льда. Я надеялся только, что волосы мои не промерзнут
насквозь и не отломятся как сосульки.
Мэб сидела на белом жеребце; распущенные волосы ее ниспадали шелковыми
волнами, путаясь с гривой и хвостом коня. На ней было белоснежное платье, рукава и
подол которого свисали до самой земли. Губы и ресницы ее переливались оттенками
голубого, глаза казались белыми как облака в лунном свете. От ее холодной, жестокой
красоты захватывало дух. Воздух вокруг нее вибрировал от энергии, переливаясь белоголубым
сиянием.
- О Господи, - прошептал Хват.
Я оглянулся. Оборотни глазели на Мэб точно так же, как делал это Хват. Мерил
смотрела на нее из-под бесстрастной маски, но глаза ее горели непривычным, диким
огнем.
- Спокойно, ребята, - шепнул я и шагнул вперед.
Королева фэйре обратила на меня свой взгляд и наклонила голову.
- Мой эмиссар, - негромко произнесла она. - Нашел ли ты вора?
Я склонил голову.
- Да, Королева Мэб. Это Леди Лето, Аврора.
Глаза Мэб расширились - она сразу же увидела все, что стояло за этой моей
короткой фразой.
- Разумеется. И можешь ли ты представить нам доказательства этого?
- Если буду действовать без промедления, - ответил я. - Мне нужно попасть к
Каменному Столу до полуночи.
Пустые глаза Мэб поднялись к звездам, и мне показалось, я увидел в них тревогу.
- Сегодня они перемещаются быстро, чародей, - она помолчала. - Само время,
- выдохнула она чуть слышно, - действует против тебя.
- Что можно сделать, чтобы я попал туда?
Мэб покачала головой и снова посмотрела на раскинувшееся у наших ног поле
битвы. Едва ли не половина его вдруг осветилась золотым сиянием. Мэб подняла руку, и
окружавшая ее аура вспыхнула небесно-голубым огнем. Сгустившийся воздух швырнул
это пламя навстречу золотому, и они сшиблись фонтаном изумрудных искр, загасив друг
друга. Мэб опустила руку и снова повернулась ко мне. Взгляд ее упал на осколок камня на
серебряной нити, и глаза ее снова расширились.
- Рашид. У него-то какой интерес в этом деле?
- Э... - замялся я. - Видите ли, в данном случае он действует не от имени
Совета, то есть, Совет, типа, не вмешивается...
Мэб оторвала взгляд от битвы на время, достаточно долгое, чтобы я ощутил себя
дурак-дураком.
- Я знаю. И твой бальзам. Я узнаю запах - это его рецепт.
- Да, это он помог мне найти это место.
Уголки рта Мэб чуть дрогнули.
- Ну да. Что старый лис пустыни задумал на этот раз? - она тряхнула головой. -
Впрочем, это не важно. Камень не сможет проводить тебя к столу. Прямой путь заведет
тебя в самую гущу битвы, где смертному не выжить. Тебе придется идти другим путем.
- Я весь внимание.
Она подняла взгляд к небу.
- Пусть я и Королева Воздуха, но эти небеса до сих пор оспариваются. Титания в
зените своих сил; мои же - в упадке. Нет, не туда, - она махнула рукой в сторону поля,
туман над которым окрашивался золотым и голубым, зеленым и лиловым. - К тому же
Летние, несмотря ни на что, теснят нас. Наш Рыцарь не бьется в наших рядах.
Подозреваю, его перекупили.
- Да, - подтвердил я. - Он с Авророй.
- Это последний раз, - проворчала Мэб, - когда я позволяю Мэйв самой
вербовать помощников. Я ей слишком много прощала, - она махнула рукой, подавая
сигнал, и десятки летучих мышей размером с хороший дельтаплан вырвались откуда-то
из-за ее спины, заполнив перепончатыми крыльями чуть не полнеба. - Мы пока
удерживаем реку, чародей, хотя противник охватывает нас с флангов. Твоя крестная и моя
дочь пытаются сдержать их. Но если ты прорвешься к реке, она проведет тебя сквозь
битву к холму Каменного Стола.
- Прорваться к реке, - пробормотал я. - Что ж. Это, пожалуй, можно
попробовать.
- Те, кто бьется под моими знаменами, чародей, тебя знают, - сообщила Мэб. -
Не давай им повода - и они не тронут тебя, - она отвернулась от меня, целиком
поглощенная битвой, и сразу же шум сражения накатил на нас чудовищной приливной
волной.
Я вернулся к оборотням и подкидышам.
- Спускаемся к реке, - крикнул я, перекрывая шум битвы. - Старайтесь
держаться голубого тумана и не задирайтесь ни с кем.
Я двинулся вниз по склону - насколько мне известно, это самый простой способ
найти воду. Мы миновали еще несколько сотен фэйре, по большей части оправлявшихся
от первых боевых потрясений: закованных в доспехи огров; их кровь казалась почти
бесцветной на фоне красной и синей кожи. Рядом отряд темнокожих гномов оказывал
первую помощь своим раненым, накладывая им повязки из мхов. Небольшая группа
сильфид с окровавленными лицами, грудью и крыльями стервятниками толпилась вокруг
груды трупов. Еще один отряд гоблинов, неуклюжих зубастых гуманоидов с ушами как у
летучих мышей, деловито тащил своих мертвых и - судя по доносившимся до меня
воплям - раненых на съедение сильфидам.
Мой желудок судорожно сжался. С трудом одолевая страх и отвращение, я
постарался заблокировать образы царящей вокруг меня кошмарной бойни.
Я продолжал спускаться, подгоняя себя мыслями о долге, в котором немного
сомневался - но надо же мне было подавать пример волкам. Могу только представить,
каково приходилось Билли, Джорджии и остальным - это при их-то обостренных
волчьих чувствах. Я кричал им что-то ободряющее, хотя до сих пор не уверен, слышали
ли они меня, и тем более не уверен, помогало это им или нет. И все-таки я старался
сделать хоть что-то, ведь это я притащил их сюда. Кроме того, я старался держаться рядом
с Хватом, закрывая собой самые страшные картины. Мерил благодарно кивнула мне.
Голубой туман впереди нас начинал кое-где уступать место зеленому, волшебная
сталь звенела о волшебную сталь, а шум и крики битвы сделались еще громче. Что
важнее, сквозь вопли и крики я услышал плеск воды. Мы приближались к реке.
- О'кей, ребята! - крикнул я. - Бежим вперед, к реке! И не задерживайтесь, что
бы там вам ни кричали! Не останавливайтесь, пока не будете стоять по колено в воде!
Или, подумал я, пока какой-нибудь солдат-фэйре не отрубит вам ноги...
И первым бросился в гущу битвы.
Глава тридцать первая
В почти мелодичном звоне клинков возник странный жужжащий звук,
становившийся громче по мере нашего приближения. Я увидел еще один отряд гоблинов.
Те, что стояли по периметру неровного каре, пытались прикрыться щитами от стрел,
летевших сквозь стелившийся над водой туман, тогда как те, кто находился в середине,
отмахивались копьями от источника этого жужжания: примерно полсотни шмелей
размером с парковую скамейку, роились над гоблинами, по одному пикируя вниз. С
дюжину гоблинов уже лежало на земле; одни бились в конвульсиях, отравленные
смертоносными жалами, другие уже не шевелились. Из глаз или горла у некоторых
торчали стрелы с белым или зеленым оперением.
С дюжину этих слоноподобных пчелок отвлеклось от гоблинов и устремилось на
нас, производя крыльями гул, сопоставимый с целым оркестром играющих на пилах
виртуозов.
- Господи, сохрани! - выдохнул Хват.
- Ву-уф? - потрясенно спросил Билли-Оборотень.
- Держитесь за моей спиной! - крикнул я и бросил на землю все кроме жезла и
посоха. Пчелы нацелились на меня; вихрь возмущенного их крыльями воздуха поднимал с
земли пыль не хуже лопастей вертолета.
Я выставил посох перед собой и послал в него заряд энергии, готовясь выстроить
перед атакующими пчелами невидимую стену. Впрочем, я медлил с ударом до тех пор,
пока не смог разглядеть ячейки их фасетчатых глаз, и только тогда махнул посохом справа
налево и выкрикнул: "Forzare!"
Занавес ослепительно-алой энергии мгновенно развернулся передо мной, ударив
атакующих пчел подобно огромному стеклянному щиту. С громким стуком врезались они
в него и отлетали назад. Несколько из них рухнули на землю и лежали, оглушенные, но
две или три ухитрились в последний момент отвернуть и заходили теперь в новую атаку.
Я поднял жезл, прицелился в ближнюю и рявкнул: "Fuego!"
Струя пурпурной, белой на острие энергии сорвалась с конца жезла и ударила в
огромную насекомую тварь. Огонь испепелил ей крылья, и та рухнула на землю, только
дымящийся кончик крыла описал в воздухе спираль и приземлился у самой воды.
Остальные две заложили крутой вираж и пустились наутек; их товарки, атаковавшие
гоблинов, последовали их примеру. Зеленые тона, преобладавшие в клубившемся над
рекой тумане, сменились голубыми, и гоблины взорвались воплями свирепого восторга.
Я оглянулся и увидел, что Хват и Мерил стоят, уставившись на меня широко
открытыми глазами. Губы Хвата шевелились, и я скорее угадал, чем услышал потрясенное
"Уау!"
Сам же я едва не рвал на себе волосы от досады.
- Пошли! - рявкнул я и бросился вперед, к воде, едва не силой таща их за собой.
- Пошли! Ну, ну, живо!
Нас отделяло от воды каких-то десять футов, когда я услышал доносившийся с
противоположного берега цокот копыт. Я поднял взгляд и увидел плывущих сквозь туман
коней - не летающих, но длинноногих фэйерских жеребцов с развевающимися золотыми
и зелеными гривами. Одним прыжком они запросто перемахнули через реку на наш берег.
На жеребце, копыта которого первыми коснулись земли, восседал Зимний Рыцарь
собственной персоной. Ллойд Слейт был с головы до ног заляпан разноцветными
пятнами, которые не могли быть ничем иным, кроме как кровью. В одной руке он держал
меч, в другой - поводья. Он смеялся. Стоило ему приземлиться, как ближние гоблины
ринулись на него.
Слейт повернулся к ним, и меч с ураганным свистом описал над его головой
сияющий круг. С клинка его срывались осколки льда. Он скрестил клинки с первым
гоблином, и меч его неприятеля разлетелся на куски. Слейт дернул плечом и послал коня
в прыжок. За его спиной голова гоблина покатилась с плеч, а из обрубка шеи фонтаном
ударила зеленая кровь. Тело постояло еще несколько секунд и только потом повалилось
на землю рядом с упавшей головой. Остальные гоблины бросились врассыпную, и Слейт
развернул своего жеребца в мою сторону.
- Чародей! - расхохотался он. - Ба, да ты еще жив!
Все новые фэйерские скакуны перемахивали через реку. Воины Летних Сидхе
выстраивались в своих разноцветных доспехах за спиной Слейта. Одним из них оказался
Талос в своем темном панцире, также забрызганном кровью; длинный меч его
переливался столькими цветами, что казалось, будто он перерезал горло новорожденной
радуге. За ними перепрыгнула на наш берег и сама Аврора в сияющем платье-кольчуге, а
секундой спустя послышался грохот копыт, и на берегу приземлился, едва не по бабки
зарывшись в землю, Коррик.
На спине его, пристегнутая ремнями к полу-человеческим, полу-конским плечам,
виднелась каменная статуя коленопреклоненной девушки - Лилия, нынешнее
воплощение Летнего Рыцаря.
Аврора натянула поводья, и глаза ее расширились. Должно быть, конь почувствовал
ее смятение, потому что попятился, беспокойно шарахаясь из стороны в сторону. Летняя
Леди подняла руку, и шум битвы снова мгновенно стих.
- Ты, - почти прошептала она.
- Отдайте мне Расклятье и отпустите девушку, Аврора. Все кончено.
Глаза Летней Леди вспыхнули ослепительным изумрудным светом. Она посмотрела
на звезды, потом обратно на меня - все тем же до ужаса напряженным взглядом. До меня
начало доходить. Мало того, что она принадлежала к сидхе, изначально чуждым
человеческой породе. Мало того, что она была Королевой Фэйре, преследовавшей цели,
понять которых сполна я не мог, следовавшей правилам, которые я только-только начинал
узнавать.
Она еще и сошла с ума. Совершеннейшая клиника.
- Час пробил, чародей, - прошипела она. - Зима возрождается - и это положит
конец этому бессмысленному замкнутому кругу. Воистину, навсегда!
- Мэб все известно, Аврора, - возразил я. - И Титания тоже скоро узнает. Все это
лишено смысла. Они не позволят вам совершить это.
Аврора запрокинула голову и расхохоталась до ужаса заливистым смехом. Смех этот
натянул мои нервы до предела, и мне пришлось усилием воли подавить свои реакции.
Оборотням и подкидышам пришлось тяжелее. Волки жалобно скулили или испуганно
рычали, а Мерил с Хватом просто рухнули на колени, зажав уши руками.
- Им не остановить меня, чародей, - заявила Аврора, продолжая давиться этим
безумным смехом. - И тебе тоже, - взгляд ее снова вспыхнул, и она уставила в меня
палец. - Коррик, со мной. Остальные - убейте Гарри Дрездена. Убейте их всех!
Она повернула коня и поскакала вниз по течению; туман в радиусе двадцати футов
от нее светился золотым. Кентавр следовал за ней по пятам. Грохот битвы - весь ее ужас,
вся музыка, боевые фанфары, барабаны, крики, звон - снова лавиной обрушились на нас.
Десяток рыцарей-сидхе развернулись ко мне, выхватив мечи или подняв свои длинные
пики. Талос в заговоренной броне - наверное, именно она помогала ему изображать огра
- стряхнул разноцветные пятна со своего клинка и угрожающе сощурил свои кошачьи
глаза. Слейт снова расхохотался, как игрушку вертя в руках свой меч.
Я скорее слышал, чем видел, как волки, с рыком припадая к земле, окружили меня.
Мерил, шатаясь, заставила себя встать; из ушей ее текла кровь. В одной руке она держала
свой топор, в другой - мачете. Побледневший Хват, тоже с окровавленными ушами,
дрожащими руками расстегнул свой ящик и достал оттуда здоровенный разводной ключ.
Я удобнее перехватил свои посох с жезлом и широко расставил ноги. Потом
собрался с силами, поднял посох и стукнул им по земле. Результат напоминал удар грома
- не то, чтобы слишком уж мощный, но неприятельские кони беспокойно попятились.
Слейт нацелил в меня свой меч и с криком послал своего продолжавшего пятиться
жеребца вперед. Следом за ним ринулись в атаку Летние воины, доспехи которых
переливались в лунном свете. Кони ржали, и вся эта кавалерийская лава неслась на нас.
Волки испустили свирепый, жуткий вой. Мерил визжала как фурия, и даже Хват
угрожающе пискнул что-то.
Шум стоял невообразимый, и боюсь, меня никто не слышал, но я все-таки издал
свой собственный боевой клич, на мой взгляд, более чем достойный в сложившейся
ситуации. Какого черта!
- Я не верю в фей!
Кавалерийские атаки быстротечны. На тебя несутся, раскатывая все катком на своем
пути, разъяренные лошадь со всадником, общим весом примерно в тонну. Глядя на
несущуюся в нашу сторону вдоль реки кавалерию сидхе, слыша оглушительный грохот
сердца в ушах, ощущая, как начинают трястись поджилки, я понимал, что если я хочу
остаться на протяжении следующих нескольких секунд живым, мне нужно найти способ
украсть всю энергию этой атаки и обратить ее себе на пользу.
Я отшвырнул свой жезл, перехватил посох обеими руками и выставил его
горизонтально перед собой. Стоило мне сделать это, как всадники-сидхе принялись
быстрыми взмахами рук выстраивать перед собой магическую защиту, дабы отразить
любое заклятье, которое я мог швырнуть им навстречу.
А вот скакуны их ничего такого не делали.
Я выставил щит, но не в виде высокой стены. Поступи я так, и в нее врезался бы
десяток элитных рыцарей-фэйре, а я не знаю ни одного чародея, способного устоять перед
такой силой. Нет, я выстроил щит высотой всего каких-нибудь два фута и вытянул его
лентой на уровне ног Слейтова жеребца.
Конь Зимнего Рыцаря, огромная серо-зеленая скотина, так и не понял, обо что
споткнулся. Выстроенный мной барьер ударил его чуть ниже колен, и он со ржанием
полетел на землю, увлекая за собой Слейта. Скакавший правее Слейта Талос не успел
задержать своего коня или послать его в прыжок через стену, но вылетел из седла, стоило
тому потерять равновесие, перекатился по земле с ловкостью героя исторического
боевика и вскочил на ноги. Он вихрем повернулся и, приплясывая в такт музыке битвы,
двинулся ко мне, занося меч для удара.
До меня продолжало смутно доноситься ржание сталкивающихся с барьером и друг
с другом лошадей, но я не стал смотреть, как подействовало мое заклятье на остальных
сидхе. Я был слишком занят, подныривая под первый удар Талоса и отползая из-под
следующего.
Мерил бросилась между нами и перехватила меч Талоса скрещенными топором и
мачете. Напрягая все мускулы, она пыталась сдержать Лорд-Маршала Летних. Я уже
испытал на себе силу этой девушки-подкидыша, но Талос без особого усилия медленно,
но одолевал ее.
- Зачем ты делаешь это, дитя-подкидыш? - не повышая голоса, спросил Талос. -
Ты, которая так долго боролась с Зимними? Это лишено смысла. Не вмешивайся. Я не
желаю тебе зла.
- Как не желаешь зла Лилии? - выкрикнула Мерил. - Как ты мог поступить с ней
таким образом?
- Это не доставляет мне радости, дитя мое, но не мне решать, - отвечал Талос. -
Она моя Королева.
- Но не моя! - зарычала Мерил и врезала лбом в нос Талосу. Удар вышел таким
смачным, что даже я со своего места слышал стук, и он отшвырнул Лорд-Маршала на
несколько шагов.
Мерил не видела, как Слейт поднялся с земли и ринулся на нее сбоку.
- Мерил! - крикнул я сквозь рев сражения. - Берегись!
Она меня не услышала. Обледеневший меч Зимнего Рыцаря ударил ее под нижнее
ребро и вошел в тело больше чем на фут, пронзив ее насквозь, выскочив спереди
окровавленным ростком. Она пошатнулась, открыв рот в беззвучном крике. Топор с
мачете выпали из ее рук.
- Мерил! - взвизгнул Хват.
Слейт рассмеялся и произнес что-то, чего я не расслышал. Потом резким движением
повернул меч в ране и выдернул его. Мгновение Мерил молча смотрела на него, потом
подняла руку. Слейт презрительно отшвырнул ее руку и повернулся к ней спиной. Она
повалилась на землю.
Я ощутил закипающую во мне ярость и вскочил, взявшись за посох обеими руками.
Слейт наклонился и одной рукой поднял с земли Талоса.
- Слейт! - крикнул я. - Эй, ублюдок, а ну обернись!
Голова Зимнего Рыцаря повернулась в мою сторону. Он выставил меч в
оборонительную позицию. Глаза Талоса расширились, и пальцы его описали в воздухе
несколько быстрых охранительных жестов.
Я собрал воедино свой гнев, и гнев бушующей под ногами грозы - они были под
стать друг другу. Я ткнул концом посоха в затянутую туманом землю-тучу, словно
пробивал пешней лунку во льду, и вытянул правую руку в направлении Зимнего Рыцаря.
- Ventas! - крикнул я. - Ventas fulmino!
Энергия грозы ринулась по волокнам моего посоха, через мое тело, и вырвалась
бело-голубой молнией из моей правой руки, ударив в острие Слейтова меча. Рыцарь
окутался облаком сверкающих искр.
Тело Слейта дернулось, выгнувшись дугой. Грянул гром, и электрический разряд
швырнул Слейта в воздух. Ударная волна от молнии бросила меня и всех, кто оказался
рядом, на землю.
Всех кроме Талоса.
Летний Лорд-Маршал устоял перед стихией, прикрыв глаза рукой, словно речь шла
о легком дуновении ветерка. А потом, в наступившей звонкой тишине, поднял меч и
шагнул ко мне.
Я дотянулся до лежавшего на земле жезла поднял его и послал в Талоса огненный
заряд. Тот даже не позаботился отбить его. Огонь лизнул его и погас, а легкое движение
его меча выбило жезл у меня из рук, и тот, вращаясь, отлетел в сторону. Левой рукой я
сделал жалкую попытку прикрыться посохом, и он выбил из рук и его.
Должно быть, слух вернулся ко мне - по крайней мере, настолько, чтобы услышать
его слова:
- Ну, вот и все.
- Чертовски верно, - буркнул я. - Гляньте-ка вниз.
Он поглядел.
Пока он выбивал из моей левой руки посох, правой я достал свой револьвер. Я
оперся на землю правым локтем и нажал на спуск.
Новый удар грома, короче предыдущего, грянул над призрачной землей, и на дуле
моего пистолета расцвел огненный цветок. Сомневаюсь, чтобы пуля одолела темную
фэйерскую броню, поскольку она не пробила Талоса насквозь, как ей полагалось бы.
Вместо этого она ударила в него с силой кувалды, отшвырнув назад и опрокинув на
землю. Мгновение он лежал, оглушенный.
Черт, это было дешево, но я попал на гребаную войну и к тому же разозлился не на
шутку. Я двинул его башмаком по лицу, а потом нагнулся и молотил тяжелым стволом по
голове до тех пор, пока его слабые попытки прикрыться не прекратились совсем, и он не
затих с лицом, изувеченным ожогами в местах, где его коснулась сталь моего револьвера.
Я оторвал от него взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ллойд Слейт с
бессильно болтающейся правой рукой левой обрушивает мне на голову обломок тяжелой
пики. В глазах у меня вспыхнуло, и я повалился на землю, слишком оглушенный, чтобы
переживать за то, опасно ли меня двинули. Я попытался поднять пистолет, но Слейт
просто вынул его у меня из руки, крутанул на пальце и уставил стволом мне в голову,
большим пальцем взводя курок. Я видел опускающийся пистолет и понимал, что Слейт не
будет тратить время на положенный в вестерне диалог. Стоило мне увидеть черное
отверстие ствола, как я отпрянул вбок, вскинув обе руки вверх. Рявкнул выстрел, и я
приготовился увидеть обещанный свет в конце длинного, полого спускающегося туннеля.
Слейт промахнулся. Полный ярости, срывающийся крик заставил его повернуть
голову в сторону нового нападавшего.
Держа разводной ключ обеими руками, Хват с размаху опустил его на запястье
Ллойда Слейта. Послышался зловещий хруст, и мой револьвер полетел в воду. Слейт
зарычал и замахнулся сломанной рукой на Хвата, но коротышка оказался быстрее. Он
отбил удар разводным ключом, и из них двоих именно Слейт завизжал и отшатнулся от
удара.
- Ты ее ранил! - визжал Хват. Следующий его удар угодил Слейту по левой
коленной чашечке, и тот упал. - Ты ранил Мерил!
Слейт пытался откатиться в сторону, но Хват продолжал молотить его ключом по
спине. Судя по всему, какая-то часть сил, позволивших Слейту ослабить удар молнии,
все-таки осталась, иначе он не выдержал бы такого напора. Коротышка-подкидыш бил
Слейта по спине, крича что-то яростное, и так продолжалось до тех пор, пока один из
ударов не угодил тому в затылок. Зимний Рыцарь обмяк и больше не шевелился.
Хват подошел ко мне и помог встать. Волки снова окружили нас; часть из них была
окровавлена, но все до одного угрожающе скалили клыки. Я оглушенно покосился на них,
потом на оставшихся сидхе. Те перестраивали свои ряды. Двое-трое раненых лежали на
земле. Одна лошадь билась со сломанной ногой, остальные разбежались. Только один
воин удержался в седле - стройный сидхе в зеленых доспехах с лицом, закрытым
забралом. Впрочем, никто из оставшихся в строю не выпустил оружия из рук, и они явно
готовились к новой атаке.
- Помогите мне, - взмолился Хват, пытаясь поднять Мерил за плечи.
Негнущимися ногами я сделал шаг в их сторону, но меня опередили. Билли, обнаженный,
залитый разноцветной фэйерской кровью, подхватил Мерил и отволок под защиту
остальных волков.
- Плохо дело, - сообщил он. - У нас было преимущество: их лошади нас
боялись. А вот как мы справимся с пешими - не знаю. Почти все наши ранены. Как
Гарри?
- Черт, - с усилием прохрипела Мерил. - Пустите меня. Со мной почти все в
порядке. Посмотрите чародея. Если мы его потеряем, никому из нас не вернуться живым.
- Мерил! - обрадовался Хват. - А я боялся, тебя ранили тяжело.
Мерил села. Лицо ее было белым как мел, одежда пропиталась кровью.
- Большая часть крови не моя, - сказала она, хотя я понимал, что она лжет. - Как
он?
Билли усадил меня на какую-то кочку, и я ощутил, как его пальцы ощупывают мне
голову. Когда он коснулся больного места, я поморщился. Сидеть было легче, и я начал
приходить в себя.
- Череп не пробит, - сказал Билли. - Может, сотрясение. Не знаю.
- Дайте мне минуту, - прохрипел я. - Сейчас отойду.
Билли с облегченным вздохом схватил меня за плечо.
- Давай. Только не слишком задерживайся, Гарри. Надо сматываться. Битва
приближается сюда.
Билли не ошибался. Я слышал в тумане близкое ржание и топот сотен бегущих в
ногу гоблинов.
- Мы не можем бежать, - возразила Мерил. - Лилия все еще у Авроры.
- Поговорим позже, - оборвал ее Билли. - Они уже идут! - он опустился на
четвереньки и обратился волком, пока мы поворачивались к надвигавшимся воинамсидхе.
Река за их спиной внезапно вскипела, и из волн вырвался на берег новый отряд
кавалеристов в синем и фиолетовом. Всадники тоже были сидхе, но в причудливых
доспехах, украшенных стилизованными снежинками. Их было немного - всего десятьдвенадцать,
но они атаковали верхом и с тыла. Они врезались в ряды Летних клином, на
острие которого скакал всадник в белоснежной кольчуге с сияющим ледяным мечом в
руках. Летние пытались организовать оборону, но их застали врасплох, и они понимали
это.
Предводитель отряда Зимних зарубил одного пешего рыцаря, потом повернулся к
другому и быстро описал рукой замысловатую фигуру в воздухе. Облачко холодного пара
сгустилось вокруг того, и он застыл, а на поверхности его тела и доспехов мгновенно
наросла ледяная корка, словно тот замерз изнутри. В считанные секунды он превратился в
ледяную глыбу, внутри которой смутно виднелась человеческая фигура. Бледный всадник
небрежно повернул коня, и тот ударил в глыбу копытом.
Лед раскололся на мелкие обломки, и на земле не осталось ничего, кроме
бесформенной груды медленно тающих ледышек.
Бледный всадник снял шлем и одарил меня ослепительной улыбкой. Это была Мэйв,
Зимняя Леди; глаза ее сияли свирепой жаждой крови, волосы прилипли ко лбу мокрыми
прядями. Она мечтательно с
...Закладка в соц.сетях
