Жанр: Фантастика
досье дрездена 3. Могила в подарок
...рри, - не выдержал Майкл, - вы снова что-то утаиваете.
- Что бы там ни думала про меня Черити, Майкл, я не бросаюсь к телефону звонить
вам каждый раз, когда сталкиваюсь с проблемами, - я хлопнул его по плечу и протянул
руку отцу Фортхиллу. Тот пожал ее с серьезным видом. Со мной обошлись без объятий и
чмоканий в щечку.
- С нетерпением жду дня, - улыбнулся мне Фортхилл, - когда вы посвятите свою
жизнь Господу, мистер Дрезден. Ему пригодятся люди с вашей отвагой.
Я постарался улыбнуться в ответ, но, боюсь, улыбка вышла несколько вымученной.
- Послушайте, святой отец, я с удовольствием побеседую с вами на эту тему какнибудь,
но сейчас мы к вам по делу.
- Разумеется, - согласился Фортхилл. Энтузиазма в его взгляде несколько
убавилось, и он разом посерьезнел. Он повернулся и зашагал по чисто убранному
коридору с темными деревянными балками на потолке и изображениями святых на
стенах. Мы старались не отставать от него. - Видите ли, вчера, как раз перед заходом
солнца ко мне пришла молодая дама.
- И как, с ней все было в порядке?
Он насупил кустистые брови.
- В порядке? Я бы ответил отрицательно. Все признаки душевного смятения.
Сильное истощение. К тому же у нее явно была температура, хотя и не слишком высокая,
и еще, она в последний раз принимала душ довольно давно. В общем, вид такой, словно
она спасается от чего-то бегством.
Я нахмурился.
- Угу. Мне тоже показалось, она не в лучшей форме, - я вкратце изложил свой
разговор с Лидией и мое решение помочь ей.
Отец Фортхилл покачал головой.
- Я дал ей чистую одежду и накормил. Я как раз собирался отослать ее спать, когда
это случилось.
- Что случилось.
- Ее начало трясти, - ответил Фортхилл. - Глаза закатились. Она так и осталась
сидеть за столом, но опрокинула тарелку супа на пол. Я решил, что у нее припадок, и
попытался удержать и сунуть ей что-нибудь в рот, чтобы она не прикусила языка, - он
вздохнул и заложил руки за спину. - Боюсь, я мало чем мог помочь бедной девочке.
Припадок, похоже, прошел через несколько секунд, но она продолжала дрожать и вся
побелела.
- Слезы Кассандры, - сказал я.
- Или наркотическая ломка, - заметил Фортхилл. - Так или иначе, она нуждалась
в помощи. Я отвел ее в спальню. Она умоляла не оставлять ее одну, поэтому я сел рядом и
принялся читать ей отрывки из Святого Матвея. Она, казалось, немного успокоилась, но
взгляд ее... - пожилой священник вздохнул. - Взгляд у нее был такой, словно она знала
точно, что пропала. Отчаяние - и у столь юной девушки...
- Когда на вас напали?
- Минут через десять после этого, - ответил священник. - Все началось с
жуткого такого завывания ветра. Господь да простит мне мое неверие, но в ту минуту я не
сомневался, что окна не выдержат и разлетятся под его порывами. Потом мы услышали со
двора звуки, - он судорожно сглотнул. - Ужасные звуки. Кто-то расхаживал взадвперед.
Тяжелые такие шаги. А потом кто-то начал звать ее по имени, - священник зябко
охватил себя руками. -Я встал и обратился к этому существу, спросив, как его зовут, но
оно только рассмеялось в ответ. Я начал заклинать его словами Священного Писания, и
оно совершенно обезумело. Мы слышали, как оно сокрушает все на улице. Не побоюсь
признаться вам, страшнее этого я в жизни ничего не испытывал.
Девушка пыталась уйти. Выйти к этому существу. Она говорила, что не желает,
чтобы со мной что-то случилось, что оно до нее все равно доберется. Ну, разумеется, я
запретил ей это, и отказался выпустить ее. Это, снаружи, продолжало погром, а я
продолжал читать девушке вслух Писание. Существо на улице продолжало ждать. Я... я
ощущал его присутствие, но в окно ничего не видел. Только темноту. Ну, и слышал, когда
оно сокрушало что-то еще.
Ну, через несколько часов оно, похоже, утихомирилось. Девушка уснула. Я обошел
помещения проверить, все ли окна и двери на запоре, а когда вернулся, она исчезла.
- Исчезла? - переспросил я. - Исчезла в смысле - ушла? Или просто исчезла на
ровном месте?
Фортхилл неуверенно улыбнулся.
- Задняя дверь оказалась не заперта, хотя она и прикрыла ее за собой, - священник
покачал головой. - Разумеется, я немедленно позвонил Майклу...
- Нам необходимо найти эту девушку, - сказал я.
Фортхилл мрачно кивнул.
- Мистер Дрезден, я уверен, что только властью Всевышнего мы нынче остались
целы в этих стенах.
- Не буду с вами спорить, отец.
- И все же... доведись вам ощутить всю злобу этого существа, всю его... ярость,
Мистер Дрезден... Мне бы не хотелось встретиться с ним вне церкви, не обратившись к
помощи Господа.
- А я разве не обратился к ней? - я ткнул пальцем в Майкла. - Блин, да разве
одного Рыцаря Креста недостаточно? И я всегда могу свистнуть двум остальным.
Фортхилл улыбнулся.
- Я вовсе не об этом, и вы это прекрасно понимаете. Впрочем, как хотите. Решение
принимать вам самим, - он поднял взгляд на нас обоих. - Надеюсь, джентльмены, я
могу полагаться на ваше молчание в этом вопросе? В полицейском протоколе наверняка
будет записано лишь, что неизвестные лица учинили акт вандализма.
Я фыркнул.
- Немного лжи во благо, Святой отец? - я сразу пожалел, что сказал это, но, черт,
я устал от вежливых бесед.
- Зло черпает силы из страха, мистер Дрезден, - ответил Фортхилл. - В нашей
Церкви имеются специальные учреждения, которые занимаются подобного рода делами,
- он на мгновение положил руку на плечо Майклу. - Однако огласка этих событий,
пусть даже среди братии, не приведет ни к чему, только напугает множество людей и тем
самым поможет врагу творить зло.
Я согласно кивнул.
- Разумный подход, Святой отец. Вы рассуждаете почти как чародей.
Брови его удивленно поползли вверх, но почти сразу же он устало рассмеялся.
- Молю вас, будьте осторожны, и да пребудет с вами Бог, - он перекрестил нас, и
я ощутил сгущение энергии, как порой вблизи от Майкла. Вера. Майкл с Фортхиллом
обменялись вполголоса несколькими словами о семье Майкла - я держался в стороне.
Фортхилл вызвался крестить младенца, когда бы Черити ни разрешилась от бремени. Они
снова обнялись, потом Фортхилл обменялся со мной дружеским, но все-таки деловым
рукопожатием, и мы ушли.
Оказавшись на улице, Майкл посмотрел на меня.
- Ну, - спросил он. - Что дальше?
Я нахмурился и сунул руки в карманы. Солнце поднялось уже довольно высоко; по
ярко-голубому небу бежали пухлые белые облачка.
- Я знаю одного типа, довольно тесно общающегося с местной нечистью. Этого
психа в Олдтауне.
Майкл нахмурился и сплюнул.
- Некроманта.
Я фыркнул.
- Он не некромант. Максимум, на что он способен - это вызвать духа, чтобы
поговорить с ним, да и то с трудом. По большей части ему приходится прибегать к
дешевым трюкам, - я умолчал о том, что будь он настоящим некромантом, Белый Совет
давно уже прижал бы его к ногтю. Я совершенно не сомневался в том, что к тому, о ком я
говорил, наведывался по меньшей мере один из наших церберов и предупреждал его о
возможных последствиях слишком жгучего интереса к темным искусствам.
- Зачем тогда с ним вообще говорить, если он такой бездарь?
- Возможно, он ближе к потустороннему миру, чем кто бы то ни было другой в
нашем городе. Ну, не считая меня, конечно. И еще, я пошлю на разведку Боба -
посмотрим, что ему удастся нарыть. Чем больше источников информации, тем лучше.
Майкл хмуро посмотрел на меня.
- Не доверяю я этой практике общения с духами, Гарри. Если отцу Фортхиллу или
кому-нибудь из остальных станет известно об этом вашем приятеле...
- Боб не приятель, - возразил я.
- Но функции выполняет именно эти, не так ли?
Я возмущенно фыркнул.
- Приятели работают за так. Бобу-то я плачу.
- Платите? - подозрительно переспросил он. - Чем платите?
- В основном дамскими романами. Ну, иногда еще я трачусь на...
Майкл выглядел потрясенным до глубины души.
- Право же, Гарри, я не хочу знать. Неужели вы не можете рассчитать какое-нибудь
заклинание прямо здесь, вместо того, чтобы полагаться на этих нечистых?
Я вздохнул и покачал головой.
- Мне очень жаль, Майкл. Будь он демоном, он оставил бы следы и еще какие-либо
физические проявления, по которым я мог бы его найти. Но я совершенно уверен в том,
что это был дух. Только чертовски сильный.
- Гарри! - сурово произнес Майкл.
- Извините, сорвалось. Призраки редко вселяются в оболочку, в магическое тело.
Это всего лишь сгустки энергии. Они не оставляют за собой физических следов - во
всяком случае, таких, которые сохранились бы дольше часа-полутора. Если бы он
находился здесь сейчас, возможно, я бы смог рассказать о нем больше и попытался бы
напрямую воздействовать на него своей магией. Но его здесь нет, так что...
Майкл вздохнул.
- Очень хорошо. Я попрошу тех, с кем связан, поискать девушку. Как вы сказали,
ее зовут? Лидия?
- Угу, - я описал ее Майклу. - И на запястье у нее был оберег. Тот браслет, что я
носил несколько последних вечеров.
- А он ее защитит? - поинтересовался Майкл.
Я пожал плечами.
- От чего-то, столь опасного, как представляется по описанию эта тварь... Если
честно, не знаю. Нам необходимо узнать, кем был этот призрак при жизни, и унять его.
- Что так и не говорит нам ничего о том, кто или что будоражит призраков в
городе, - Майкл отворил дверцу пикапа, и мы уселись в машину.
- Что мне нравится в вас, Майкл - так это то, что вы всегда мыслите позитивно.
Он ухмыльнулся в ответ.
- Вера, Гарри. Господь Бог умеет присматривать за тем, чтобы все рано или поздно
устраивалось.
Он тронул машину с места, я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Первым
делом поговорить с этим моим психом. Потом послать Боба разузнать побольше о том,
что выглядело как самый опасный призрак из всех, с которыми мне приходилось иметь
дело несколько последних лет. А потом отыскать того, кто стоит за всей этой
чертовщиной и ласково гладить его по головке до тех пор, пока он не исправится. Просто,
как два пальца об асфальт.
Я поежился, устроился поудобнее и остро пожалел о том, что вообще встал сегодня
утром из теплой постели.
Глава десятая
Мортимер Линдквист пытался придать своему дому этакую готическую мрачность.
По углам крыши торчали замшелые химеры. С улицы к дому вели кованые чугунные
ворота и проезд, с обеих сторон обставленный статуями. Палисадник зарос высокой
травой. Когда б его дом не представлял собой крытый красной черепицей,
оштукатуренный клон южно-калифорнийского особняка, это, возможно, и сработало бы.
В результате его трудов дом выглядел скорее как диснейлендовский дом призраков,
чем зловещая обитель заклинателя мертвых. К черным чугунным воротам с обеих сторон
примыкала обычная изгородь из проволочной сетки. Химеры при более пристальном
рассмотрении оказывались пластиковыми копиями. Крашеный гипс скульптурных
изваяний тоже мало напоминал благородный мрамор. В нетронутые заросли так и
напрашивался розовый фламинго. Впрочем, я вполне допускаю, что при надлежащем
освещении и с надлежащих ракурсов это могло и произвести впечатление на кого-нибудь.
Я тряхнул головой и поднял руку, чтобы постучать в дверь.
Она отворилась прежде, чем я успел коснуться ее, и прямо на меня, пыхтя,
попятилась спиной вперед фигура с покатыми плечами, увенчанными блестящей лысиной.
Я отступил вбок, пропуская ее. Маленький человечек вытащил на крыльцо здоровенный
чемодан и, так и не замечая меня, остановился вытереть пот с лысины.
Я скользнул за его спиной в дверь, тогда как он, бормоча что-то себе под нос,
повернулся тащить свой чемодан к калитке. Я покачал головой и прошел в дом. Дверь
служила входом для посетителей - никакого покалывающего ощущения, обычного при
пересечении порога чьего-либо жилища, я не почувствовал. Прихожая сразу же давала
представление о характере внутреннего убранства всего дома. Черные драпировки на
стенах, дверях и окнах. Расставленные повсюду красные и черные свечи. Ухмыляющийся
человеческий череп на полке, где тома Британской энциклопедии соседствовали с
нацарапанными на коже неопределенного происхождения письменами. Череп, разумеется,
тоже был из пластмассы.
Из обстановки Морти держал в этом помещении стол, вокруг которого стояло
несколько стульев, а за ним, лицом к дверям - кресло с высокой спинкой, украшенное
резными чудовищами. Я уселся в кресло, положил руки на стол перед собой и принялся
ждать.
Человечек вернулся почти сразу же, вытирая лицо платком-банданой, пыхтя и
отдуваясь.
- Закрой дверь, - сказал я. - Потолковать надо, Морти.
Он подпрыгнул и уставился на меня.
- В-вы, - пролепетал он. - Дрезден. Что это вы здесь делаете?
Я пристально посмотрел на него.
- Да ты заходи, Морти.
Он сделал шаг к столу, но дверь за собой не закрыл. Несмотря на всю свою
округлость, двигался он с беспокойной резкостью потревоженной кошки. На белой
рубашке выступили подмышками темные пятна.
- Послушайте, Дрезден. Я же говорил уже вашим парням: я соблюдаю все ваши
гребаные правила, ясно? Ничего я такого не делал, что вы хотите мне припаять.
Ага. Значит, Белый Совет все-таки посылал к нему кого-то. Морти был
профессиональным мошенником. Я не рассчитывал вытянуть из него хоть один
правдивый ответ, не затратив на это изрядных усилий. Что ж, можно попробовать
разыграть эту карту - это сэкономит время и силы.
- Позволь сказать тебе кое-что, Морти. Когда я прихожу к кому-то и не говорю
ничего, кроме "давай поговорим", а в ответ слышу: "Это не я, не я!" - это невольно
заставляет заподозрить, что тот, к кому я обращаюсь, в чем-то замешан. Ты понимаешь, о
чем я?
Его раскрасневшееся лицо разом заметно побледнело.
- Не выйдет, приятель. Послушайте, я не имею никакого отношения к тому, что
творится. Я в этом не виноват, да и не мое это дело, вот как.
- К тому, что творится, - повторил я. Некоторое время я смотрел на свои
сцепленные пальцами руки, потом снова поднял взгляд.
- К чему чемоданчик, а, Морти? Похоже, тебе приспичило уехать на время из
города?
Он судорожно сглотнул и поежился.
- Послушайте, Дрезден... мистер Дрезден. У меня сестра заболела, понимаете? Вот
я и собираюсь ее проведать.
- Конечно, конечно, - кивнул я. - Только это и ничего больше. Уехать из города,
чтобы проведать больную сестру.
- Богом клянусь, - с самым что есть искренним видом заявил Морти, подняв руку.
Я указал на стул напротив.
- Сядь, Морти.
- Я бы с удовольствием, только такси вот-вот придет, - он повернулся к двери.
- Ventas servitas, - театрально прошипел я (очень классно вышло!), и швырнул в
дверь небольшой сгусток воли. Внезапный порыв ветра захлопнул дверь прямо у него
перед носом. Он взвизгнул, попятился от двери и повернулся ко мне.
Остаток заклинания я потратил на то, чтобы выдвинуть ему стоявший напротив меня
стул.
- Присядь, Морти. У меня к тебе несколько вопросов. Ответишь на них быстро -
успеешь на такси. А не ответишь... - я зловеще оборвал фразу. Что хорошо в намеках -
так это что люди как правило воображают себе вещи куда страшнее, чем то, что ты
можешь с ним сделать. Тут главное - оставить простор воображению.
Он уставился на меня и снова судорожно сглотнул, шевеля кадыком. Потом
осторожно, мелкими шажками подобрался к стулу, словно ожидая, что стоит ему сесть,
как из стула вылетят цепи и сами собой прикуют его. Он умостился на самом краешке
стула, нервно облизнул губы и посмотрел на меня, возможно, выдумывая ложь поудобнее
на те вопросы, что он ожидал от меня.
- Знаешь, Морти, - сказал я, - а я ведь читал твои книжки. "Духи Чикаго".
"Потусторонний Фактор". Ну там, еще две или три. Ты неплохо поработал.
Выражение лица его изменилось; глаза подозрительно сощурились.
- Спасибо.
- Я хочу сказать, лет двадцать назад ты был чертовски неплохим исследователем.
Чувствительности к духовным энергиям у тебя не отнять. Ты был - то, что у нас
называется эктомант от природы.
- Угу, - согласился он. Если не его голос, то уж взгляд немного смягчился.
Впрочем, смотреть в упор мне в лицо он избегал. Да что там, не он первый. - Только это
было давно.
Я старался сохранять то же выражение голоса.
- И что теперь? Ты пробавляешься дешевыми сеансами. Как часто тебе
действительно удается установить контакт с духом? Один раз из десяти? Или из двадцати?
И что у тебя осталось от настоящего дара, а?
Чего-чего, а прятать свои эмоции он умел. Надо отдать ему должное. Но и я неплохо
умею наблюдать за людьми. В том, как он держал шею и плечи, я разглядел злость.
- Я на законных основаниях оказываю помощь тем, кто в ней нуждается.
- Черта с два. Ты играешь на их горе, чтобы вытянуть из них сколько сможешь. Ты
ведь и сам не веришь в то, что творишь добро - верно ведь, Морти - в глубине-то
души? Ты можешь оправдывать это чем угодно, но тебе самому противно то, чем ты
занимаешься. Будь это по-другому, твои способности не ослабли бы настолько.
Он стиснул зубы, не пытаясь больше скрыть злость - первая искренняя его реакция
с того момента, как он увидел меня за своим столом.
- Если у вас ко мне дело, Дрезден, выкладывайте. Мне еще на самолет успеть надо.
Я положил руки ладонями на стол и растопырил пальцы.
- В последние две недели, - начал я, - всякая нечисть совершенно съехала с
катушек. Ты, наверное, и сам знаешь, сколько пакости они уже натворили. Полтергейст в
доме Кэмпбеллов. Чудище в университетском подвале. Агата Хэгглторн в Кук-Каунти.
Морти поморщился и снова вытер пот с лица.
- Ну слышал, слышал. Вы с Рыцарем Креста справились с худшими случаями.
- Что еще происходит, Морти? Учти: я раздражительный - очень уж от
недосыпания колбасит - так что выкладывай быстро и четко.
- Не знаю, - буркнул он. - Я же утратил силу, не забывайте.
Я сощурил глаза.
- Но ты же слышишь кое-что, верно? У тебя до сих пор кое-какие связи в
Небывальщине. Почему ты уезжаешь из города?
Он рассмеялся, хотя и не слишком весело.
- Вы сказали, вы читали все мои книги. Значит, и "Они Восстанут" - тоже?
- Перелистал. Типичный вздор о конце света. Я так понял, ты слишком много
общался не с теми духами. Они страсть как любят продавать людям Армагеддон.
Большинство такие же мошенники, как и ты.
Он не обратил на мои слова никакого внимания.
- Значит, вам известна и моя теория насчет барьера между нашим миром и
Небывальщиной. И о том, что он медленно, но неуклонно разрушается.
- И тебе кажется, что он начал рушиться окончательно? Морти, эта стена
существует с начала времен. Не думаю, чтобы она рухнула именно сейчас.
- Стена, - он презрительно хмыкнул. - Скорее, тонкая пленка. Кисельный берег.
Она изгибается, и размывается, - он поежился и вытер вспотевшие ладони о штаны.
- И сейчас она рушится?
- Да вы посмотрите вокруг себя! - он почти кричал. - Боже мой, чародей. За
последние две недели граница вихляется как бедра у шлюхи на панели. Какого черта, вы
думаете, все эти духи так всполошились?
Я сделал вид, что крик его меня совсем не смущает.
- Так ты утверждаешь, что эта нестабильность дает духам возможность легче
проникать в наш мир?
- А еще делает духов, возникающих при смерти людей, сильнее и крепче, -
добавил он. - Вы думаете, те, с которыми вы имели дело в последние дни, самые крутые?
Подождите, пока какую-нибудь студентку-отличницу не пришьют случайно в
гангстерской разборке. Или пока добродетельный семьянин не испустит дыхание от
СПИДа, которым его заразят по халатности при переливании крови.
- Призраки крупнее и опаснее, - медленно произнес я. - Суперпризраки. Вот,
значит, что ты имеешь в виду.
Он хрипло рассмеялся.
- На подходе новое поколение вирусов. Жизнь вообще превратится в ад. Боюсь, у
вас теперь будет больше проблем с нападениями демонов, чем с уличными бандами.
Я покачал головой.
- Ладно, - вздохнул я. - Допустим, я покупаю эту твою доктрину насчет того,
что барьер не бетонный, а жидкий. Допустим, в нем существуют завихрения,
облегчающие пересечение барьера в обе стороны. Может что-то искусственно вызывать
эти возмущения?
- Откуда мне, черт подери, знать? - огрызнулся он. - Вам не понять, каково это,
Дрезден - говорить с существами, которые жили в прошлом, которые живут сейчас и
будут жить в будущем. Приглашать их к себе на закуски, чтобы они рассказали вам, как
укокошили жену во сне...
- Я хочу сказать, вам кажется, что все под контролем, но в конце концов все идет
прахом. Мошенничать проще и спокойнее, Дрезден. Тут ты сам все решаешь. Людям ведь
по барабану, действительно ли дядюшка Джеффри простил их за то, что они не явились к
нему на день рождения. Им просто хочется услышать, что окружающий их мир - такое
место, где дядюшка Джеффри обязательно их простит, - он замолчал и окинул взглядом
полку с фальшивыми фолиантами и фальшивым черепом. - Вот это я им и продаю.
Утешение. Это вроде телевидения: все хотят знать, что все будет хорошо, и просто
счастливы платить за это.
На улице посигналила машина. Морти свирепо покосился на меня.
- Ну что, ко мне больше ничего?
Я кивнул.
Он вскочил на ноги, и щеки его чуть порозовели - правда, пятнами.
- Видит Бог, мне нужно выпить. Уезжайте из города, Дрезден. Нынче ночью
наведывалось что-то такое, чего я никогда еще не встречал.
Я вспомнил покореженные машины и остатки роз.
- Тебе известно, что это было?
- Большое, - сказал Морти. - И злобное как... как... Оно жаждет крови, Дрезден.
И сомневаюсь, чтобы вам или кому-либо еще удалось остановить его.
- Но это призрак?
Он улыбнулся мне волчьей ухмылкой. На его круглом, с широко посаженными
глазами лице она казалась особенно зловещей.
- Это Кошмар, - он повернулся и пошел к двери. Я с радостью отпустил бы его,
но не мог. Этот человек стал лжецом, ловким мошенником... впрочем, он и раньше был
таким.
Я встал и толчком прижал его к двери, схватив за руку. Он выдернул руку и
повернулся ко мне, вызывающе глядя мне в глаза. Я отвел взгляд. Что-то мне не очень
хотелось заглядывать в душу Мортимера Линдквиста.
- Морти, - негромко произнес я. - Отдохни от своих сеансов - хоть на время.
Поезжай в какое-нибудь тихое место. Почитай. Отоспись. Ты ведь стал старше, сильнее.
Дай себе шанс - и твои силы вернутся.
Он снова рассмеялся - устало, безнадежно.
- Разумеется, Дрезден. Что-нибудь в этом роде.
- Морти...
Он отвернулся и вышел. Он даже не позаботился запереть за собой дом. Я стоял на
крыльце и смотрел, как он садится в такси, ожидавшее его у тротуара. Он запихнул свой
чемодан на заднее сиденье и сам полез следом.
Прежде, чем машина тронулась с места, он опустил стекло.
- Дрезден, - окликнул он меня. - Под моим креслом есть ящик. Мои записи.
Если вам так уж хочется свернуть себе шею, пытаясь выстоять против этой твари, хоть
будете знать, во что ввязываетесь.
Он поднял стекло, и машина тронулась с места. Некоторое время я смотрел ей вслед,
потом вернулся в дом. Я нашел выдвижной ящик, спрятанный под подушкой резного
кресла, а в ящике - три толстых тетради в кожаной обложке. Пергаментные страницы их
были исписаны почерком, четким и аккуратным в самых ранних записях, и едва
разборчивыми каракулями в самых свежих по времени. Я поднес тетради к лицу и
вдохнул аромат кожи, бумаги и чернил - настоящих, а не всяких там геля или пасты.
Морти мог ведь и не отдавать мне своих записей. Возможно, какие-то корни его
личности и не погибли еще. Возможно, я чуть помог ему этим своим советом. Во всяком
случае, мне хотелось бы так думать.
Я сделал глубокий вздох и пошел к телефону заказать такси и себе самому. Нужно
было постараться освободить из-под ареста "Жучка" - если получится. Может, Мёрфи
смогла бы помочь мне в этом.
Я взял тетради и вышел на крыльцо дожидаться такси, захлопнув за собой дверь.
Что-то здоровенное шляется по городу, так говорил Морти.
- Кошмар, - произнес я вслух.
Может, Морти и не ошибается? Может, барьер, отделяющий мир духов от нашего,
рушится к чертовой матери? От этой мысли мне сделалось не по себе. Что-то назревало, и
это "что-то" было огромным и ужасным. И чутье мое подсказывало, что все это не просто
так. Все силы, добрые или злые, догадывается об этом их обладатель или нет, имеют
какую-то цель.
Значит, этот Кошмар явился сюда с какой-то целью. Интересно, что ему все-таки
нужно. И что он для этого будет делать.
Я боялся, что узнаю это, и даже слишком скоро.
Непримечательная машина с обычными номерами, в которой сидело двое
непримечательных мужчин в штатском, ждала меня у подъезда к моему дому.
Я вылез из такси, расплатился и кивнул тому, что сидел за рулем - детективу
Рудольфу. За год, проведенный в отделе Специальных Расследований - негласном ответе
Чикаго официально не признаваемому миру сверхъестественного - Руди мало изменился
внешне. И все же время немного закалило его и уж наверняка добавило теней под глазами.
Рудольф кивнул мне в ответ, даже не стараясь скрыть раздражения. Он меня терпеть
не может. Может, из-за истории, имевшей место несколько месяцев тому назад. Руди
слинял с места происшествия, вместо того, чтобы держаться поближе ко мне. А еще перед
этим мне пришлось сбежать из кутузки, в которой ему полагалось за мной следить.
Вообще-то у меня имелся чертовски серьезный повод удрать оттуда, так что с его стороны
некрасиво держать на меня за это зуб... Однако интересно, что привело его ко мне?
- Салют, детектив, - произнес я. - С чем пожаловал?
- Садись в машину, - буркнул Рудольф.
Я расставил ноги пошире и сунул руки в карманы.
- Я что, арестован?
Рудольф сощурил взгляд и открыл было рот для ответа, но сидевший справа от него
мужчина положил руку ему на плечо.
- Привет, Гарри, - кивнул мне сержант Джон Столлингз.
- Как дела, Джон? Чему обязан визитом?
- Мёрф попросила нас пригласить тебя на место происшествия, - он поднял руку
и поскреб недельную щетину на подбородке. - Надеюсь, ты не слишком занят. Мы
звякнули было к тебе в офис, но ты сегодня туда еще не заезжал, вот она и послала нас
сюда.
Я помахал тетрадками Морти Линдквиста.
- Вообще-то я сегодня занят. С этим нельзя подождать?
Рудольф сплюнул на землю.
- Лейтенант сказала, ты ей нужен сейчас, так что шевели задницей и лезь в
машину. Ну?
Столлингз поко
...Закладка в соц.сетях
