Жанр: Энциклопедия
Туристическая энциклопедия (маршруты СНГ)
...ой бочке и подошли. Визжи я давно, мы бы в нее в тех
фартуках, вернее, без тех фартуков не полезли. То есть, он
хотел меня расшевелить до визга. Он на носу никогда не сидел.
Сноска 4: загребной рулевому не товарищ.
И вот стоим мы в бочке. Я жду, когда кончится вода над
головой и опять мне приходит в голову мысль, что этот спорт не
для меня, потому что я так долго не дышать не могу, но,
понимая, что на меня смотрят сзади, интеллигентно пытаюсь
поправить (пока все еще думая "Ну не дурак же! ) волосы - вода
с головы схлынула. Но, оказалось, что в лодку. Остойчивость я
писала раньше через "у", по сему пытаюсь изогнувшись в талии -
это чисто женское - поставить лодку как положено - к воде дном,
к небу мной. А он мне говорит: "Выходим", и руку, прошу
заметить не подает. Успела я еще ехидно намекая, что мол не
долго мы нынче катались, спросить "Уже?!! ",
ну и выныриваю себе как бы к берегу, хотя сносит. Барахло
с лодкой, разумеется - не мои уж теперь проблемы - это чисто
женское, ан мимо плывет весло. Только я за него... (см.
Сноску1), а Он как - то не ласково так: "Это мое весло! " Я
знаю, что он - не жадный, и говорю, что, мол, мое-таки! Вон -
говорит, твое плывет- ну то есть натурально еще метров
несколько по порогу за веслом... Хоть я порядок и люблю, но
повернула к берегу - все-таки катать собирался, мог бы второе и
не брать. Не от страха, а просто рыболовные снасти у нас в
биксе лежали. Такой блестящий, новый, стальной и красивый. Там
ВСЕ снасти лежали. Поскольку я рыбу хорошо ловлю, на продуктах
мы сэкономили - взяли червей, они, правда, тоже в биксе лежали.
И он на биксе сидел. И пока он сидел, бикс, конечно, никуда
деться не мог. А тут я в раздумьях за веслом плыть или к берегу
вижу бикс. Он скачет на гребешках и сияет стальными боками,
пуская зайчики над каждой бочкой. Я поняла, что буду выглядеть
на этом отрезке гораздо бледнее бикса и повернула к берегу. Тем
более, что Он байду уже оседлал и понесся следом за биксом и
моим веслом. Ну, думаю, "Не дурак ведь! ". Так вот мысль о
мокрой попе и проходит (см. Сноску3) - она сливается с фоном
после киля. Он вернулся с байдой, частью (лучшей) барахла и
слегка виноватым видом - не смог догнать бикс. Мы еще до конца
похода смотрели в кустах - не блеснет ли? Не блеснул. Не
блеснили больше и мы.
Вывод1: биксы тонут.
Я знаю травы, но они растут позднее, когда тепло. Молодые
побеги рябины с "НЗ - шными" кубиками, и даже высохло все! Он
сказал, что со мной лодка не такая, как без меня, потому все
так вышло, а он раньше никогда и не килялся. И мне даже было
приятно - это чисто женское - что я вот какая, что со мной все
по-другому... Наутро как "Отче наш"-"Ну не дурак же ведь! ",
сажусь кататься. Весло (свое) скотчем пометила, держу крепче и
ближе к себе. И почему-то ну очень много очень быстро текущей и
шумящей воды впереди, он говорит "Как - то я не узнаю порог"
Сноска 5: не верьте, если говорят обратное -
выпендриваются.
"Причаливаем". Я послушная - это чисто женское. Хватаюсь
за торчащие из воды кусты, - но он же интеллигент! Он эстет и
читал книги, там пишут, что причаливать надо задом к
направлению течения реки. Я (последний раз на маршруте) думаю:
"Ну не дурак же" и отпускаю кусты. В порог мы так задом и
вошли. Говорят, есть такой способ прохождения, но у нас он не
получился.
Сноска6: с той Суны у меня так и не прошел комплекс: я
спокойно иду в порог только, когда вижу конец. Это - чисто
женское. И ненавижу что бы то ни было задом.
Вынырнув под перевернутую байду я отдышалась и нырнула
снова, незаметно для него, скорей от невозможности подать знак,
чем из вредности. И как-то гетры начало смывать, я за них
хваталась под водой, вобщем, замешкалась. Когда наконец, снова
вынырнула, вижу - по манере торчания над водой - он не доволен.
Тогда я закатила скандал и, обидевшись, шла по берегу довольно
долго, так как кататься не получилось. Чем хороши реки,
удаленные от населенных пунктов - бездорожьем по берегу - в
смысле пришлось мириться, садиться в лодку и грести. И больше
не было уже ничего интересного, то есть чисто женского. Он,
правда, поскольку, уже не катал, пытался хоть командовать, ну
типа "левым-правым" в порогах, как более опытный и Мужик. Или
наоборот - как Мужик опытный. Наутро я, бывало, слушалась - еще
что-то чисто женское осталось, но в порогах он всегда путал
левое с правым (интеллигент же, знаете, нож ручкой вперед... ).
Опять же на нос-то сам посадил - пока сообразит, я уже в бочке
и само собой ориентируюсь быстрее. Притерлись, так и ходим.
Бикс (новый) привязываем к стрингеру. Только Он, как и все
мужики, любит оригинальные позы. Например, предлагает сделать
траверс струи посреди порога. Я, хоть и без комплексов, не
всегда соглашаюсь - ну чисто по-женски. Тогда скандалим, а в
общем ничего получается. Вместо того, чтобы комнату снять,
байду новую купили. Экипаж родился. Ой, девочки, не садитесь
кататься в "Таймень" - засосет!
Взгляд с кормы
Автор не рекомендует
использовать данное описание
в качестве лоции.
Как-то так получилось, что три года ходил я на двойке
один. Даже правильнее сказать не три года, а всегда. Вообще-то
на эту иглу я сел случайно, а сопротивлялся долго. А все первый
"байдарочный поход". Собрался на работе народ расслабиться на
природе. Я только поступил. Для антуража в профкоме байды есть.
Не так далеко пара озер и между ними протока километра три. В
общем маршрут. Для меня прогуляться пару десятков километров по
лесу — разминка. Однако привык, чтоб лыжи были легкие и с
собой, ну пара упаковок аскорбинки максимум. Поэтому вид
платформы, скрытой под горой рюкзаков, мне сразу не понравился.
И дальше все суета — быстрей забрось, еще быстрей скинь. А
потом это слово... - волок. Мне взвалили тройку Таймень на
спину и рюкзак на грудь. Сказали иди по шпалам, скоро поворот
налево, а там и озеро недалеко. Может там и был поворот, да
только у меня глаза не настолько вылезли, чтоб за габарит
рюкзака перед мордой. В общем, когда они меня хватились, в
догон послали и настигли, к водному туризму я относился крайне
отрицательно. Настолько, что когда в процессе "освоения"
горящих денег мне всучили двойку Таймень (это уже трудно
представить, но больше ничего в магазинах в те годы не было), я
ее года на два забыл на балконе. Но сами знаете — много охочих
до халявы: "Что у тебя лодка пропадает....., собака на
сене...... ". Мне бы отдать ее и забыть. Так ведь жаба душит.
Ладно, говорю, но только идем в Карелию, а не на местные
сточные канавы. Ну, например, Суна. Красивая речка, рыбачил
как-то. Идем двумя двойками. Сборы, барахло. рюкзаки,
потаскунство. А змей искуситель в последний момент соскочил. Я
первый раз и один. Ну а Суна в хорошую погоду..... сами знаете
— игла. Так с нее и не слезть. А как привык, так и ходил один.
И ходить бы одному, помалкивать. Так ведь нет — да отсохни мой
язык — ну как долгими зимними вечерами не замочить походную
байку? И началось — возьми да возьми. Бывают моменты, когда
невозможно женщине отказать. Тут то нам и садятся на плечи.
Короче, сломался и говорю в сердцах — ладно, прокатимся по
Суне, первая любовь все-таки. Эх плохо я Алису читал. А Кэррол
ее не спроста написал: видно ему довелось с женщинами
пообщаться. Уж если есть у слова хотя бы два значения, даже не
значения, а возможности трактовки — будьте уверены, вас не
понимают. Это я сейчас соображаю, что "прокатимся" можно
услышать как "покатаю". Врубись я тогда — спустил бы на
тормозах. Но ведь когда в мае абстинентный синдром ломает,
башка только о речке. Недосчитал. А когда Она начала
допытываться, зачем второе весло, было поздно. Под мостом в
Поросозере не бросишь, а с реки уйти, когда вот она.... не
смог. И весна как назло затяжная. В середине мая метр снега
выпало и вместо высокой воды въезжаем в самый что ни на есть
паводок. Сорикоски, Горикоски..... — хорошо. И тут в эйфории
фраернулся я второй раз. Чувствую, лодка не та. Да, думаю,
невостребованные за зиму функции отмерли. Ослаб. Раньше то нос
как поплавок взлетал, полкорпуса зависало и продавливало бочки
(во всяком случае на карельских речках). А тут прет, как танк.
В Ней всего-то полста, а все не так. Зарывается нос, Она волны
грудью разгоняет. Чувствую, недоумевает. И тут я с удивлением
выясняю, что рефлекторные навыки движения веслом есть не у
всех. Она весло как штангу держит. А дискуссии на тему
неоднозначности восприятия формулировок типа "налево" и "левым"
затягиваются аккурат до конца порога. Так что основополагающей
командой, выполняемой с четкостью, характерной для очень
слаженного экипажа, стала "суши весло". На том первый ходовой
день кончился. Тут выяснилось — есть вещи, в которых Ей нет
равных. Например, ловить рыбу. У меня в этом деле отработанный
годами примитивизм. На ночь ставлю десяток рогаток и 2 — 3
щуки за стоянку всегда беру. Но поймать для этой цели десяток
живцов для меня просто мученье. Надо заготовить дрова,
поставить палатку, приготовить ужин....., а вместо этого
сидишь, как дурак и пялишься на воду. В общем, не умею я
рыбачить. Зато она..... Бывало идет задумчиво с удочкой.
Смотрит на воду проникновенно. Вдруг остановится, к берегу
подкрадется, снасть закинет. Сразу оп.... Есть живец. Задумчиво
посмотрит на небо, скажет: "Здесь больше нет..... " и пойдет
дальше. А то и вовсе живца вытащит — в котелок не влезает.
Короче — удалось мне спихнуть на нее всю тяжелую работу. Хотя
иногда, задумавшись, я начинаю сомневаться. Может все дело в
червях? Ведь я как — считаю в такой глуши рыба должна брать из
чистого любопытства. Ну хоть на сосновую шишку. А Она нет.
Половину времени сборов я копал червей, холил их и лелеял. Им
отводилось лучшее место в рюкзаке рядом с НЗ-ными орехами. Она
знала их всех по имени. И они в благодарность не жалели живота
своего. Так что может на рыбалке с червями, как со стоячим --
любой дурак сможет. Короче — кайфанули мы на первой стоянке.
Разбор полетов я не сделал, поведение лодки не проанализировал.
А на следующий день прямо с утреца и началось. Ну, утрецо это
конечно условно, сами понимаете.
Тот порог я хорошо помнил - длинная петляющая шивера, в
конце, перед входом в длинное узкое озеро, подряд несколько
бочек. Самая сильная — первая. Основной слив вдоль левого
берега. По лету вне слива камни и лучше не соваться. Ну и идем
по главному. Хорошо идем. Она, четко так, весло сушит. А
впереди бочка. Ну она там и должна была быть, чего удивляться.
Я темп набрал перед бочкой, вхожу. А нос не взлетает!!!
Зарывается нос в бочку, заходит треть корпуса, аккурат только
верх каски Ее из пены торчит. И останавливаемся!!! И СТОИМ!!!
Решительно стоим! А фартук, блин, рассчитан, что нос взлетает!
И с треском "мы так не договаривались", исчезает фартук куда-то
вниз. Ну и вода, тут как тут, за ним. Так что не удалось нам
постоять долго. Я еще, помню, удивился — ну прямо библейский
сюжет какой-то — "по морю аки посуху" — лодка под водой в
натуре, фальшборт сантиметров 10 под водой, ее со стороны и не
видно вовсе, а мы непринужденно сидим на поверхности и машем
веслами. Жаль. со стороны смотреть было некому. Впрочем там,
внизу, лодка нашла струю и медленно пошла. Она наконец-то из
пены вышла. Ну прямо Венера, только в каске и спасике. Тут
настала моя очередь через бочку проходить. Помню очень сильно
коленками в борта упирался — казалось вот-вот вырвет. Но нет
— прошли. Дальше еще пара бочек, но те поменьше и мы вроде как
привыкли уже. А тут и быстроток в разлив. Только чувствую,
что-то лодка стала ну уж очень тяжелая. Ее (лодку) доводит
лагом. Я упираюсь, а ей пофиг. И так медленно-медленно к
течению кренить начинает. Ну я сразу начал вспоминать теорию
остойчивости судов. Но все как-то безрадостно. Все отсеки, что
можно было затопить, уже затопили, сидим по пояс в воде и
ситуация экстраполируется неутешительно. Ну я ей ласково так
говорю, мол давай выходим, пока на борту лежим, хоть пузырь
воздуха в лодке оставим. А Она так удивленно, видно привыкла,
понравилось и выходить не хочет — "Уже? ". А может в том
смысле, что до берега еще далеко, куда выходить-то? Однако
обычную для выхода фразу: "Не могу, промочу ноги", сказать
забыла. Диспут наш надолго не затянулся и теоретические
выкладки по поводу остойчивости изложить я не успел. Процесс
оверкиля набирал темп и выйти все-таки пришлось. Дальнейшее до
сих пор удивляет меня неспешностью и отсутствием суеты, столь,
казалось бы, естественных в данной ситуации. Во-первых я увидел
разъяренные глаза сместившиеся куда-то на лоб и понял, что все
в порядке. Ощутил весло и подумал, что вода намного теплее, чем
я предполагал. Этой самой воды кругом было так много, что
никакого риска быть притертыми к камням у нас не было и я
спокойно осмотрел место нашего крушения. Оно являло собой
классическое зрелище. Все затмевая собой, поблескивая на
солнце, как шпиль Петропавловки, дрейфовал бикс со снастями.
Рядом, в явно упадническом настроении еще виднелись пустые
рюкзаки от лодки (прямо на биксе сидеть было жестко) и совсем
рядом- бутылка с чаем. Большая такая, двухлитровая. А чая в ней
всего литр, потому и не утонула. Я все обдумал очень логично --
бикс плывет очень гордо и я его всегда найду по сиянию, тряпки
плывут не гордо и я их все равно не найду. А вот сырую воду из
реки глотать не престало, поэтому бутылку с чаем надо забрать.
Тут я почувствовал какое-то новое движение, чем-то нарушающее
общую гармонию ситуации. Сосредоточившись на нем, я понял, что
у меня хотят вырвать из рук весло. Проследив взглядом
направление, на другом конце весла я увидел уже не на лбу, а на
своих местах, но все еще разъяренные глаза и объяснил, что это
МОЕ ВЕСЛО! Пристыдил Ее и объяснил, что чем заниматься
неприкрытым разбоем, следует приложить все усилия к спасению
инвентаря, что потеря весла приравнивается к потере личного
оружия, что спасение утопающих в сознании дело рук самих
утопающих, пока они еще в сознании и что-то еще более
назидательное. Все-таки в критической ситуации даже женщины
становятся мудры и открываются с самой лучшей стороны. Она не
стала спорить!!! А увидев проплывающее невдалеке весло,
покраснела, вежливо извинилась и безропотно отплыла его ловить.
Каждый раз. вспоминая об этом, мне хочется кильнуться.
После двадцатиминутного купания и получасового
барражирования стало ясно, что биксы тонут. Потом я выяснил,
донышко у них не приварено по периметру, а только прихвачено.
Зазор оставляет не так уж много времени на его спасение. Его
гордое плавание — не более чем бравада. После короткой паузы
мы осознали, что единственный способ согреться — махать
веслами и мы пошли дальше. Если у вас матрос халявит, гребет от
локоточка и только опускает в фазе весло — промочите все и
поставьте его перед фактом. Поверьте, результат превзойдет все
ожидания. С Ней я провел всего три такие тренировки и по ходу
нас еще никто не обходил. Тогда была постановка техники гребка,
а мастерство пришло на следующий год в мае на Тунгуде, когда
разгоряченные тела с вожделением ждали очередного залпового
заряда дождя со снегом в морду и с шипением испаряли
долгожданную прохладу. Короче — в тот день мы прошли
километров сорок с лишком, останавливаясь только чтобы пожевать
клюквы прямо из лодки, заплывая на заливные болота. Она начала
различать тонкие нюансы слов "покатать" и "покататься", а я
сделал вывод о необходимости изготовить пуленепробиваемый
фартук и герметичные юбки. Пока гром не грянет......
Вообще-то по жизни Она знает кайф физической нагрузки. А
когда все просохло, брюхо набито (пусть даже и не рыбой) и на
фоне величественной тишины идет весеннее буйство жизни — Ее
забрало.
Следующий день был напоминанием о необходимости платить за
кайф. Втягиваемся в порог. Он какой-то бесконечный. Широкий
разлив. Наконец вспоминаю — это тот, что перед мостом. Летом
тут было море камней, полное отсутствие видимого слива, пробой
в шкуре и т. д. и т. п. — море негативных ассоциаций. Сейчас
же вроде ничего. Порожек веселенький, вода журчит бодренько.
Идти бы да идти. Так ведь нет. Дай, думаю зачалюсь и посмотрю.
Это я думаю, а Ей ничего не говорю. Чего зря впадать в
дискуссии. Разворачиваюсь и делаю траверс к берегу. Что тут
началось. Прав Жванецкий — женщине надо четко объяснять что мы
с ней собираемся делать. До меня доносятся обрывки фраз типа:
"предпочитаю.... смерти в глаза..... ". А мы уже у берега. Она
была тогда еще не утопающая, а хватательные рефлексы уже
активизировались. Соломы рядом не было, поэтому начала
хвататься за кусты. А место, прямо скажем, ну совсем
неподходящее для чалки — нас наворачивает бортом на камень, да
и на берег тут не вылезешь. А течение между тем сильное. Ну и в
этой многопараметрической задаче кусты оказались лишними в силу
своей новизны. От кустов я ее оторвал, но на это ушло слишком
много сил и внимания, а главное пришлось отойти от берега, чтоб
до этих самых кустов Она не дотягивалась. А тут еще лодка
тяжелая — полста всего, а какой эффект. Упираюсь на полную, а
лодку все равно сносит. И тихонечко так в бочечку. Задом. И
бочечка то небольшая совсем, и берег в двух метрах, а только
пошла вода через негерметичную юбку и просела корма и уж не
ручеек, а поток непреодолимый льется в лодку и даже про
остойчивость подумать не успел. Легли. Я еще из под лодки выйти
не успел, а чувствую — злой как собака. Ну на ровном месте, ну
вообще без причин и............................. Вышел. Бочка
где-то посреди корпуса. Она, значит еще не там. Нос от берега
заводит, значит не притерло под лодкой. Куда-то ногами упираюсь
и подтягиваю корму к берегу. Считаю до 5. Ее нет. Начинаю
сердиться и смотрю под ноги, не проплывают ли какие чужеродные
для речки предметы. Проплывают — гетры Ейные (сразу Блок
вспомнился "Гетры белые носила.... "), еще какие-то детали
нижнего белья. Начинаю нервничать. На всякий случай сосчитал
еще до 5. Чувствую — издевается надо мной. Потом чу — каска и
опять эти глаза. И вот очень меня этот момент пронял.
Выразительные такие глаза. Как сказал бы Станиславский --
"Верю!! ". И ведь даже не сказала ничего. А все понятно. Ну
мужики вообще мудрее, поэтому я не сказал "сама виновата". И
вообще ничего не сказал, а только корму к берегу подтащил, пока
лодка еще лагом в бочке крутилась.
И ведь место то ровное и берег рядом, а течение такое, что
с Нее половину туалетов смыло, а у меня подметки от кроссовок
куда-то исчезли. Сами кроссовки остались только потому, что
шнурками вокруг ног были завязаны. Ну а ноги повыдергивать было
конечно слабо, хотя и было за что. И вот стоим мы и не понимаем
оба. Я — не понимаю чего это вдруг и какие это выводы можно
сделать. Про фартук я еще в тот раз сделал. Чего опять мордой
возить? А насчет суетиться — так вроде и не суетился особо. А
Она что-то вроде "как с таким козлом...... ". Ну дальше ясно. А
выглядит между тем ничего — много всего с Нее смыло. Гетры
между тем уплыли и подметки от кроссовок и еще чего-то. А
ловить не хочется. Стоим молчим, думаем, остываем. Я все в уме
до 5 считаю и потом холодным обливаюсь. Все-таки категорийность
надо выбирать по квалификации матроса. С тех пор кошмар меня
преследует — ролик рекламный. Речка, бочка, хорошая такая,
ложимся. А я как бы из камеры все это наблюдаю, так над самой
водой. Пена, рев. Тут ее каска из пены появляется, вода
сливается по лицу, долго так сливается. Наконец слилась. У Нее
улыбка голивудская, взгляд игривый, абсолютно совершенный
макияж. И воркует "Только Lancome! ". Это все от Ее взгляда. А
потом во всей своей неприкрытой наготе встал вопрос "Что
дальше? ". Она порывается превратить водный поход в пеший. Но я
злой был все-таки. На ровном месте, кусты эти чертовы. Короче
— загнал я ее в лодку, весло сушить заставил и пошли. Хорошо
пошли. Без иллюзий. Я себя мысленно успокаиваю — мастерство
растет. Во второй раз тряпками пожертвовала, а весло из рук не
выпустила.
Кстати, набрав с годами иллюстративного материала, я
как-то задумался об особенностях психологии свежекильнувшихся.
Первые слова и действия человека, легшего первый, второй, ну
может быть третий раз являются самым совершенным
психологическим тестом. Мне, например, казалось, что
байдаркофобия является естественной реакцией и Она, вроде, это
подтверждала. Однако, однажды на Хемеге наблюдал сцену и
пришлось усомниться. Ситуация один в один. Матросом женщина,
которую катают первый раз. Похоже действительно катали. Мы
потом шли за ними через день, так фантики от конфет на воде
через каждые сто метров. И так до конца Охты! А на вокзале в
Кеми еще нас угощали из большого мешка! Но это так, к слову. В
горловине там прижим вправо. Ну кэп отработал его так резко,
что они простреливают слив, упираются носом в какой-то камень у
берега (акурат у меня в ногах, как в первом ряду партера),
корму по сливу сносит, становятся лагом и ложатся. Вода чистая,
мелко. Ее и притерло к дну. Под лодкой лежит, видно
недовольная. Ну нос скинули — поднялась. Темперамент сразу
видно — другой, т. к. взгляд у нее какой-то отрешенный.
Однако, вместо ожидаемого "я больше никогда..... ", она
забирается в только что перевернутую и под борта залитую байду
со словами "вези, я не могу идти..... ". А это середина порога!
После третьего киля наступает автоматизм привычки, губящий
индивидуальность. Так, в тот же год на Охтапороге ну очень
яростная команда. Идут лодка за лодкой в кильватерном гордом
строю и ложатся один за другим. Мы по неопытности метаться
начали, а потом смотрим — профи. Киль, спокойно выходят,
матрос сразу отваливает, добро, что до берега 10 метров, а кэп
сразу на корму и правит по сливу. Ну как по писанному. Никто не
суетится, марковки не кидают, ну разве что матросу ручку
подадут, чтоб приятней на берег вылезать. Руководительница на
камеру летопись пишет. Я с восхищением, мол, наверно всю зиму в
бассейне тренировались, уж больно киляетесь правильно. А они --
"нет, мы просто все время киляемся". Но это все так, к слову. А
к нашим баранам. На первых после киля порогах Она еще
напрягалась, чувствую, а потом ничего. А куда денешься? Прошли
мы в тот день остатки и стояли уже под Ледяным. Кто был --
знает это место. Шило после предыдущего отходняка еще
оставалось. И когда Она с грустью всплакнула, узнав, что
шумящий наверху порог был последним, я понял — на мне еще
покатаются.
1994 год. 30 июля - августа.
Маршрут: Москва - Петрозаводск - ст.Сиг - р.Ундикса -
оз.Лещевое, оз.Магрено - р.Ундикса - Белое море -
р.Воньга - ст.Воньга - ст.Лоухи - Москва.
Протяженность около 70 км. Расчетное количество
ходовых дней - 3, фактически - 9.
Состав
команды: Нефедовы Лена, Антон, Таня (10 лет);
Островские Ира, Сергей, Аня (7 лет);
Бабкины Лариса, Сергей, Юля (10 лет);
Сабуровы Оля, Миша;
Князев Игорь.
Итак, позади метания последних недель. Сомнения в реальности
похода отпали, и мы на вокзале, несмотря ни на что (даже
на оставленные незакрытыми квартиры). Островских провожают
Ирины родители, Нефедовых - Пашка, доставивший нефедовские вещи
вместе с ними самими в шикарном белом лимузине, и всех -
чинный Алик с дипломатом, из которого он в нужный момент достал
шампанское и водку, устроив шикарные проводы.В час ночи с
хвостиком отбыли. Проснулись от духоты, казалось, едем в Севастополь,
а никак не за полярный круг (почти). Дети бесились,
заливали вагон лимонадом, взрослые вяло ели, энергично обмахивались
и немного оживились, споря с Князем о нации и фнкционале.
Энциклопедическими познаниями в любой области нас Князь
забил, а небольшой пробел в мостостроении обещал восполнить. В
Петрозаводске были в четыре часа. По графику на пересадку в
другой поезд оставалось что-то около часа, но действительность
преподнесла сюрприз - наш поезд опаздывал на 4 часа. На жаре
побегали по ларечкам, выпили пива и съели мороженое, перетащили
вещи к предполагаемому месту стоянки "4-го" вагона, куда
билеты, перекусили. Дети без конца покупали жвачки, конфеты и
булочки. Ира с Леной сокрушались по поводу полного отсутствия
летней одежды. По непонятной причине не включалась камера у
Сережи Б., и так же непонятно почему включилась. Пережили
стресс и перевели дух. Лишь Островский Сережа ни о че не тревожился,
уснув на центральном газоне привокзальной площади.
Так и поезд "веселый" подошел. В "4-ом" вагоне духота и почти
полное отсутствие мест. Застигнутые врасплох мужчины кинулись
искать пустой вагон, он оказался в
...Поділитися у соцмережах
