Жанр: Энциклопедия
Сто великих разведчиков
..."Арийцем". "Для верности" у него была с собой расписка фон Шелии о получении им
в 1938 году шести с половиной тысяч долларов.
Проведенная гестапо операция позволила захватить Эрну, а затем на квартире Ильзы
Штёбе была устроена засада, в которую попал и Генрих Коенен. Расписка сыграла
роковую роль, и вскоре фон Шелия был арестован.
За несколько месяцев до ареста Ильза Штёбе переехала в Берлин и работала
начальником берлинского бюро немецкого газетного концерна. Она ежедневно
говорила по телефону со Стокгольмом, столицей нейтральной Швеции. Но как
использовать эту возможность для связи с Москвой? Она не знала.
Проявив "немецкий патриотизм", она попросилась на Восточный фронт в качестве
военной корреспондентки, надеясь перейти линию фронта. Ее поблагодарили за
"порыв", но вежливо отказали.
И вот теперь она оказалась в гестаповском застенке. На допросах Ильза держалась
стойко. Она не выдала ни одного члена своей группы.
Ее ежедневно избивали до потери сознания. Обливали водой и вновь начинали бить.
Оставшаяся в живых соседка Ильзы по камере рассказывала, что поражалась ее
спокойствию и выдержке. Возвращаясь в камеру после допроса, Ильза даже пыталась
улыбаться! Однажды она сказала соседке:
- Сегодня они опять ничего не выжали из меня.
Гестаповцы ненавидели Ильзу не только потому, что она была их врагом, но и
потому, что против нее не было прямых улик. И вдруг они появились...
Аристократ, кавалерист, любимец женщин фон Шелия не выдержал допросов и
сломался. Он выдал все, что знал. К счастью, кроме Ильзы
352
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
он не знал никого, поэтому его слабость оказалась роковой только для "Альты".
За два дня до суда ей разрешили увидеть мать и брата. Они не могли без
содрогания смотреть на ее измученное и изувеченное побоями лицо. Но она уже
знала об успехах Красной армии под Сталинградом, и это придавало ей силы.
14 декабря 1942 года Имперский военный суд приговорил Ильзу Ште-бе к смертной
казни. В своем последнем слове она сказала:
- Я не сделала ничего несправедливого. Вы приговариваете меня к смерти
незаконно.
А вечером 14 декабря, вернувшись с последнего заседания суда, она поделилась с
соседкой:
- Теперь все позади: меня приговорили к смерти. Теперь можно сказать, что я
выстояла, - все уже миновало. Своим молчанием я спасла жизнь по крайней мере
трем мужчинам и одной женщине.
Накануне казни 21 декабря 1942 года она писала матери: "Благодарю тебя, мамочка,
за исполнение моих последних желаний. Не печалься! В таких случаях печали нет
места. И не носи, прошу, черное платье". (Мать Ильзы была брошена в женский
концлагерь Равенсбрюк и погибла там. Часть письма чудом сохранилась.)
В этот же день Гитлер подписал распоряжение:
"Фюрер. Ставка фюрера. 21.12.1942.
I. Я утверждаю приговор Имперского военного суда от 14 декабря 1942 года,
вынесенный бывшему легационному советнику Рудольфу фон Шелия и журналистке Ильзе
Штёбе, а также приговор Имперского суда от 19 декабря 1942 года, вынесенный
обер-лейтенанту Харро Шульце-Бой-зену и другим...
II. В помиловании отказываю.
III. Приговоры в отношении Рудольфа фон Шелии, Харро Шульце-Бойзена, Арвида
Харнака, Курта Шумахера и Иоганнеса Грауденца привести в исполнение через
повешение. Остальные смертные приговоры привести в исполнение через
обезглавливание.
Подлинный подписал: Адольф Гитлер.
Начальник штаба Верховного главнокомандования вооруженных сил: Кейтель".
В соответствии с приговором Имперского суда и распоряжением фюрера 22 декабря
1942 года в 20 часов 27 минут Ильза Штёбе была гильотинирована в тюрьме
Плетцензее.
Какова судьба ее соратников?
Что касается ее "крестного" Рудольфа Херрнштадта, то, находясь в Москве, он до
1943 года работал в аппарате Разведуправления и Коминтерна. В 1943 году
участвовал в создании комитета "Свободная Германия", а после победы Красной
армии вернулся в Берлин, где вначале был шефом-редактором газеты "Берлинер
цайтунг", а с 1949 года газеты "Нойес Дойчланд". Затем избирался в члены ЦК и
даже Политбюро ЦК СЕПГ. Но 26 июня 1953 года его исключили из Политбюро и ЦК, а
в 1954 году и из партии. После этого работал в Центральном архиве ГДР.
Герхард Кегель находился под наблюдением, но арестован не был. Он продолжал
тайную антифашистскую деятельность. После 1945 года
РИХАРД ЗОРГЕ
работал главным редактором газеты "Берлинер цайтунг" и руководителем
издательства, затем в ЦК СЕПГ занимался вопросами внешней политики, а позже был
представителем ГДР при ООН в ранге чрезвычайного и полномочного посла.
В своих воспоминаниях он писал: "Одним из трех спасенных Ильзой мужчин был я, а
женщиной - моя жена и боевая соратница Шарлотта".
РИХАРД ЗОРГЕ
(1895-1944)
О Рихарде Зорге написано так много и причем самого разного, что изложить коротко
его биографию и не повториться было бы очень трудно. Тем не менее попробуем еще
раз рассказать о нем.
В 1964 году Н.С. Хрущев случайно попал на просмотр всемирно известного (кроме
как в СССР и других социалистических странах) фильма французского кинорежиссера
И. Чампе "Кто вы, доктор Зорге?" Наутро Никита Сергеевич позвонил начальнику
разведки и спросил, известен ли ему Зорге. Получив утвердительный ответ,
воскликнул: "Так ведь это же герой!"
Так имя Зорге впервые прозвучало в Советском Союзе, и слава его распространилась
мгновенно. Он посмертно получил звание Героя Советского Союза, его соратники,
как оставшиеся в живых, так и погибшие, были награждены боевыми орденами. Родина
признала своего резидента "Рамзая".
А вот что о нем еще раньше писал начальник разведки штаба генерала Макартура
генерал Чарлз Уиллоби в своей книге "Зорге - суперзвезда советского шпионажа":
"Группа под руководством блестящего изобретательного разведчика Рихарда Зорге
совершала поистине чудеса. В течение восьми лет она действовала смело,
решительно и успешно, работая на свою духовную родину - Советский Союз.
Начав буквально на пустом месте, в стране, о которой он имел самое смутное
представление, Зорге сумел создать самую блистательную организацию... В течение
восьми лет своей деятельности Зорге передавал в Москву бесчисленное множество
важных сообщений, каждое из которых подвергалось с его стороны скрупулезному
анализу и тщательной проверке. Руководители советской разведки и Красной армии
всегда были в курсе всех планов японских и германских вооруженных сил.
...Все члены группы Зорге, как это ни покажется необычным, работали ради идеи,
ради общего дела, а не ради денег. Те средства, которые они получали из Центра
(по нашим понятиям весьма скромные), шли на оплату конспиративных квартир и
переезды..."
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
Шеф ЦРУ США Аллен Даллес в книге "Искусство разведки" признал: "Основным
достижением группы Зорге было предоставление Сталину в середине 1941 года
определенных доказательств, что японцы не имели намерений нападать на Советский
Союз и концентрировали свои усилия против Юго-Восточной Азии и района Тихого
океана, тоесть затевали тактику Пёрл-Харбора. Эта информация была равноценна
многим дивизиям..." Кем же был этот человек, стоивший нескольких дивизий?
Рихард Зорге родился в Баку, в семье инженера-нефтяника. Вскоре семья вернулась
в Германию. Рихард закончил школу, а когда началась Первая мировая война, пошел
добровольцем на фронт. Получил три ранения. На Восточном фронте он впервые узнал
о революционном движении, услышал имя Ленина. Тогда же он сделал свой выбор,
стал социал-демократом, а затем и коммунистом, работал с руководителем компартии
Эрнстом Тельманом, а в 1925 году по его совету поехал в СССР.
Вместе с другими молодыми революционерами учился в институте марксизмаленинизма,
готовился нести знамя мировой революции. Еще раньше, в 1919 году, он
получил степень доктора социологии в Гамбургском университете. Одновременно
занимался научным творчеством: только с 1925 по 1927 год были изданы две его
книги и семнадцать серьезных статей, он стал ученым. Но в 1929 году Ян Берзин
привлек Зорге к работе на советскую военную разведку. Это было сделать нетрудно.
Страна, ставшая для Зорге родиной, была окружена врагами. Они готовили
интервенцию, устраивали провокации, угрожали ее границам. Ее надо было защищать.
Первая зарубежная командировка Зорге состоялась в Китай, куда он прибыл как
специальный корреспондент немецкого журнала "Дас зоцио-логише магазин" и
представитель нескольких американских газет. Центру нужна была информация о
происках Японии в Китае. Зорге ездил по всему Китаю, собирая нужные данные.
Вместе с ним работал Макс Кла-узен, новый шанхайский знакомый Зорге, автомеханик
и любитель-коротковолновик. Он собрал передатчик и легко наладил связь с
советской радиостанцией во Владивостоке.
Время, проведенное в Китае, Зорге посвятил не только сбору информации, но и
легализации, налаживанию нужных связей, изучению обстановки как в Китае, так и в
соседней Японии. Теперь путь его лежал туда, но не напрямую, а через Берлин.
Там, где уже у власти были фашисты, ему предстояло выступать под своим именем,
именем человека, о котором было известно, что он в прошлом коммунист, автор ряда
книг, знаком с Тельманом. Сейчас трудно представить, что фашистская
контрразведка могла сделать подобный промах, но это факт. Она была еще молода и
неопытна, ей некогда было проверять биографию каждого, тем более "отказавшегося"
от своих прежних идей.
Так Зорге стал собственным корреспондентом либерально-буржуазной газеты
"Франкфуртер цайтунг" в Токио. 6 сентября 1933 года новый журналист сошел с
борта парохода в порту Иокогама.
Статьи Зорге оказались очень ценными для газеты и интересными для публики. Они
отличались глубиной анализа, четкостью выводов, широтой охвата темы. Завоевав
авторитет как журналист, он взялся за следующую задачу - "вживание в немецкие
круги", прежде всего в поРИХАРД
ЗОРГЕ
сольские. Самым перспективным знакомым Зорге стал полковник Эйген Отт, вначале
военный наблюдатель, а затем военный атташе Германии в Токио. Он чрезвычайно
высоко оценил Зорге как специалиста, знатока Японии и блестящего аналитика.
Из донесения в Москву группы "Рамзая":
"Когда Отт получает интересный материал или собирается сам что-то написать, он
приглашает Зорге, знакомит его с материалами. Менее важные материалы он по
просьбе Зорге передает ему на дом для ознакомления, более важные секретные
материалы Зорге читает у него в кабинете".
29 апреля 1938 года новый германский посол в Токио, "друг" Зорге генерал-майор
Эйген Отт вручил императору свои верительные грамоти.
Теперь Зорге получил неограниченный доступ к информации из первых рук. Иногда
Зорге по просьбе Отта писал доклады его берлинскому начальству. Работы было
столько, что приходилось не спать ночами. А нужно было еще вести и журналистскую
и светскую жизнь. Сводки японской контрразведки кэмпэйтай показывают, что он был
обычным человеком, со своими слабостями и недостатками. Он не прочь был выпить и
не отказывал себе в этом удовольствии. Сотрудники японской наружки бесстрастно
зафиксировали, что он не был пуританином и в отношениях с женщинами - за восемь
лет пребывания в Японии он встречался с тремя десятками представительниц
прекрасного пола. Может быть, таким путем он расслаблялся, а может быть, носил
маску донжуана, чтобы прикрыть свое нутро разведчика.
К середине 1930-х годов в Токио сложилась и начала действовать группа "Рамзая".
В нее входили японский журналист и общественный деятель Ходзуми Одзаки,
корреспондент французского еженедельника "Ви" и белградской "Политики" Бранко
Вукелич, немецкий коммерсант Макс Клаузен, художник Мияги. Все они были зрелыми
людьми, интернационалистами, но Зорге немало сил вложил в их воспитание как
разведчиков. Особенно трудно пришлось с Одзаки, который считал, что его
убеждения интернационалиста, а тем более работа с Зорге, противоречат его
преданности Японии.
Восемь лет проработали эти люди вместе, без провалов, всецело доверяя друг
другу.
Главной задачей группы Зорге было способствовать предотвращению войны между
Японией и СССР и быть в курсе отношений между Японией и гитлеровской Германией.
С первой половиной задачи Рамзаю помогал справляться Одзаки. Человек с тонким
аналитическим умом, высококультурный и хорошо образованный, в июле 1938 года он
стал неофициальным советником при тогдашнем премьер-министре Коноэ. Это
позволяло ему не только быть в курсе политики, но и в какой-то, пусть самой
минимальной степени, влиять на принимаемые решения.
Первой, чисто военной информацией "Рамзая" стала его телеграмма с выводами о
том, что японский генштаб готовит внезапный удар против Монгольской народной
республики. Это позволило руководству Красной армии подготовиться к ответному
удару и разгромить японцев на реке Халхин-Гол.
В 1939 году положение Зорге в германском посольстве укрепилось, так как посол
Эйген Отт предложил ему место пресс-атташе. По суще356
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
ствовавшим правилам это лишало Зорге права сотрудничать в газетах. Но помощь
пришла с неожиданной стороны. Незадолго до этого в посольство прибыл гестаповец
Мейзингер с заданием проверить личный состав посольства, причем на Зорге, как на
бывшего коммуниста, ему предложили обратить особое внимание. Однако Зорге сумел
так очаровать гестаповца, что тот выдал ему самую лестную характеристику и
способствовал тому, что ему разрешили наряду с исполнением обязанности прессатташе
сотрудничать и в газетах.
Надо сказать, что Зорге немало делал и как пресс-атташе. Ведь он прикрывался
личиной правоверного нациста и в Германии числился токийским агентом Главного
управления имперской безопасности, снабжавшим нацистскую разведку первоклассной
информацией о Японии. Ее очень высоко ценил Шелленберг, о чем он упомянул в
своих мемуарах. И немцы так до конца и не могли поверить, что Зорге работает не
на них. Сведения о том, что Зорге работает на немецкую разведку, поступали и в
Москву, и, вероятно, это было одной из причин, почему Сталин не доверял ему.
Между тем приближалось время великих испытаний для всего человечества. От Зорге
приходили тревожные телеграммы. Вот изложение некоторых из них:
Май - июнь 1939 года: информация о подготовке Германии к захвату Польши;
нападение начнется в конце августа - начале сентября.
Февраль - апрель 1940 года: предупреждение о широкомасштабном наступлении немцев
против Франции и Англии; после порабощения Европы планируется нападение на
Советский Союз.
18 ноября 1940 года: данные о проводимых Германией мерах по подготовке агрессии
против СССР. "На германо-советской границе сосредоточено восемьдесят немецких
дивизий. Гитлер намерен оккупировать территорию по линии Харьков - Москва -
Ленинград".
5 марта 1941 года: "Прибывшие сюда представители Гитлера подтверждают: война
начнется в конце мая. Германия сосредоточила против СССР девять армий, состоящих
из ста пятидесяти дивизий".
20 мая 1941 года: "Нападение на СССР произойдет 20 июня; направление главного
удара на Москву".
31 мая 1941 года: "22 июня Германия без объявления войны совершит нападение на
Россию".
15 июня 1941 года: "Нападение произойдет на широком фронте на рассвете 22 июня".
Стоп! Ведь точнее не скажешь! Но Сталин не верил не только Зорге, но и ШульцеБойзену
и другим, которые называли эту дату. Тому были и объективные и
субъективные причины. Об объективных говорить не будем, они достаточно хорошо
известны. А основной субъективной причиной недоверия был многократный отказ
Зорге под разными предлогами приехать в Советский Союз в отпуск или в
командировку. На нем чуть ли не было поставлено страшное клеймо "невозвращенец".
А можно ли доверять такому? Но, кстати, и Зорге платил той же монетой - он,
скорее всего, не верил, что сможет съездить в Советский Союз и вернуться оттуда
живым, так как слишком много его боевых друзей уехали и не вернулись. Например,
Берзин.
Была и еще одна причина. Даты нападения на СССР поступали из многих источников,
их даже публиковали в газетах нейтральных стран. И
все они не подтвердились. Не подтвердились и некоторые предупреждения Зорге
(конец мая, 20 июня...).
Так или иначе Сталин не поверил, и война началась. Теперь надо было выяснять
позицию Японии.
2 июля 1941 года под председательством императора Хирохито проходит заседание
Тронного совета. Принято решение: нападение на Индокитай, сохранение пакта о
ненападении с СССР, приведение в готовность достаточного количества войск, чтобы
при удобном случае все же осуществить нападение.
3 июля в Москву уходит радиограмма: "Япония, несмотря на нажим гитлеровской
Германии, пока не вступит в войну против СССР".
Сентябрь - ноябрь 1941 года. Гитлеровские танки движутся на Москву. Перед
советским командованием встает судьбоносный вопрос: можно ли сибирские части
перебрасывать на Запад для обороны Москвы?
6 сентября 1941 года в Москву уходит тщательно проверенное донесение: "...В
текущем году Япония на Дальнем Востоке не выступит".
Начало октября 1941 года: "Если до 15 октября японское правительство не
достигнет соглашения с США, Япония начнет войну на юге против Сингапура. Военные
действия между Японией и США должны начаться к концу года".
Зорге подготовил и еще одну телеграмму: "Наша миссия в Японии выполнена. Войны
между Японией и СССР удалось избежать. Верните нас в Москву или направьте в
Германию". Отправить ее не удалось.
18 октября 1941 года Зорге был арестован. Арест его группы расценивался японской
контрразведкой как самая большая удача. Тридцать два ее сотрудника получили
высшие ордена.
Следствие тянулось несколько лет. Позиция защиты, выработанная Зорге, была
трудноуязвимой: "Центр инструктировал нас в том смысле, что своей деятельностью
мы должны отвести возможность войны между Японией и СССР. И я... с начала и до
конца твердо придерживался этой линии".
Однако суд приговорил Рихарда Зорге и Ходзуми Одзаки к смертной казни. Остальные
члены группы были приговорены к разным срокам заключения, но выйти на волю
удалось только Клаузену, которого после поражения Японии освободили американские
оккупационные власти.
Арест и осуждение Рихарда Зорге произвели в германском посольстве эффект
разорвавшейся бомбы. И Отт, и Мейзингер постарались преуменьшить свою роль в
отношениях с Зорге. Чтобы как-то объяснить провал, о Зорге был создан миф, как о
"сверхчеловеке, проходящем сквозь стены".
7 ноября 1944 года, после трех с лишним лет заключения, Зорге был повешен. После
его смерти остались "мемуары" - записи, сделанные им в тюрьме. В них он и
друзьям и врагам твердо заявил, что умер коммунистом, веря в победу СССР.
Часто задают вопрос, можно ли было спасти Зорге, обменяв его на японских
разведчиков, арестованных в Советском Союзе? Вряд ли. В военное время такой
обмен не практиковался ни одной из воюющих сторон.
Часть V
ВТОРАЯ МИРОВАЯ
рут куэн
(ок. 1916 - после 1960)
Гавайские острова не только одно из красивейших мест в мире. Это еще и место
стоянки Тихоокеанского флота США. Именно здесь он был почти полностью уничтожен
японской авиацией 7 декабря 1941 года.
О том, что произошло здесь в этот день, написано много, и вину за катастрофу
возлагают на многих, даже на президента Рузвельта, который якобы знал о
предстоящем нападении, но не принял никаких мер: ему было нужно такое потрясение
для Америки, чтобы она бескомпромиссно вступила в войну с японским империализмом
и германским фашизмом Но это другой вопрос. Нам же интересны те подспудные силы,
которые способствовали успеху японской акции. И здесь мы выйдем на женщину,
которую можно смело причислить к плеяде наиболее результативных разведчиц
мировой истории.
Восемнадцатилетняя Рут Куэн была сестрой адъютанта доктора Геббельса,
гитлеровского министра пропаганды, и стала его любовницей. Об этой связи
прознала Магда, жена министра. Обычно относившаяся снисходительно к похождениям
своего любвеобильного супруга, на этот раз она потребовала, чтобы муж отправил
любовницу куда подальше, "хоть на Гавайские острова". Министр послушался жену и
дал соответствующие указания.
По рекомендации Геббельса, доктор Карл Хаусхофер, работавший в разведке
министерства иностранных дел и поддерживавший тесные связи с Японией, занялся
судьбой Рут Куэн.
В предвоенные годы японская разведка испытывала большую нужду в "белых" шпионах,
которых можно было бы внедрять в те страны, где выглядящие "по-восточному" люди
могли вызвать подозрение.
Карл Хаусхофер вскоре доложил Геббельсу, что ему удалось пристроить Рут Куэн и
всю ее семью именно туда, куда указал ему Геббельс. Перед отъездом все семейство
прошло курс разведывательной подготовки.
Отчим Рут, доктор Бернард Юлиус Отто Куэн, уроженец Берлина, во время Первой
мировой войны служил на крейсере. В 1915 году в морском бою крейсер утонул, а
Бернард попал в плен и оказался в Англии, где на редкость быстро освоил
английский язык. Вернувшись после войны в Германию, не смог найти там работу,
снова устроился на военно-морскую службу, но в связи с ликвидацией флота опять
остался на мели. Ему удалось получить медицинское образование, одновременно он
стал
РУТ КУЭН
заядлым нацистом, но ни в чем не преуспел. Зато с детства воспитывал свою дочь в
нацистском духе. Будучи личным другом Гиммлера, доктор Куэн рассчитывал получить
место начальника полиции в одном из германских городов, но вместо этого, из-за
красоты и опрометчивости своей дочери, вынужден был отправиться в изгнание на
Гавайи.
Семья Куэнов высадилась в Гонолулу 15 августа 1935 года - сам доктор Куэн, его
супруга
Фридель, ее дочь от первого брака Рут и шестилетний сынишка Ханс Иоахим. Только
Леопольд, старший сын Фридель, остался при Геббельсе.
Официальной причиной появления Куэнов на Гавайях стало желание главы семьи
посвятить себя изучению японского языка, а дочь Рут мечтала изучать историю
Гавайских островов. Отец и дочь объехали все крупные острова - Оауху, Гавайи,
Малокаи, Мауи, Кауаи и множество маленьких, тщательно и скрупулезно, с немецкой
дотошностью записывая и отмечая на картах все, что их могло заинтересовать.
Вскоре они стали, пожалуй, лучшими специалистами по топографии Гавайев того
времени.
Благочестивое семейство находилось на службе сразу у двух союзных стран, Японии
и Германии. Копии всех докладов, направляемых в Токио, отсылались в Берлин.
Помимо долга перед родиной ими руководили и меркантильные соображения. Они
черпали средства сразу из двух источников, что при любви и Рут и Бернарда к
красивой жизни было совсем не лишним. На вопросы знакомых о политических
взглядах Куэны всегда подчеркивали, что не любят нацистов, а Рут говорила:
- Я была еще такой юной, когда мы покинули Германию!
Доктор писал статьи в местные газеты о древних поселенцах островов. Жизнь текла
спокойно. У Куэнов был красивый дом, коллекция произведений искусства, столовое
серебро - все свидетельствовало о богатстве и культуре семьи. Соседи и знакомые
считали их состоятельными людьми: они постоянно имели доходы со своего имущества
в Голландии и Германии За первые три года пребывания на островах они получили
семьдесят тысяч долларов, переведенных Роттердамским банком через банк Гонолулу.
ФБР и военная разведка впоследствии установили, что позже семья Куэн получила
еще более ста тысяч долларов. Этого нельзя было не заметить, но никто не обратил
внимания на такие доходы.
Обязанности связной выполняла почтенная мать семейства, Фридель. Она несколько
раз ездила в Токио с донесениями. Только из одной поездки привезла шестнадцать
тысяч долларов наличными.
В начале 1939 года Куэн объявил, что ему требуется более тихое и спокойное место
для занятия языками. Семья продала дом и перебралась в Пёрл-Харбор, поближе к
главной стоянке Тихоокеанского флота США.
збо
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
Здесь Рут открыла салон красоты. Он пользовался большой популярностью у жен
офицеров американского военно-морского флота. Жены, встречаясь в салоне как в
клубе, спешили обменяться новостями - о новых назначениях, вакансиях, о том,
когда и куда отправлялись в плавание их мужья, о встречах прибывающих кораблей,
иногда даже об их боевых характеристиках, и, конечно же, не забывали перемывать
косточки всему начальству, от командующего флотом до командиров отдельных судов.
Ежедневно Рут и Фрид ель, которая тоже работала в салоне, докладывали доктору об
услышанных разговорах. От него через связных цепочка шла в германское и японское
консульства.
Однажды японский консул в Гонолулу Отохиро Окуда послал за Рут и ее отцом. Они
провели секретную встречу. Окуда поставил новую задачу: собирать сведения об
обстановке на флоте - точные даты выхода и возвращения судов, точные места
стоянок, количество и типы судов. Он поблагодарил их за прошлую работу, но
нацелил на новую, обещая платить за нее гораздо больше.
Рут запросила сорок тысяч долларов, но отец согласился на четырнадцать тысяч
авансом с тем, что остальные будут выплачиваться после успешного завершения
работы. Доктор Куэн был обеспокоен: откуда он достанет такую информацию. Но Рут
только рассмеялась - она уже была помолвлена с высокопоставленным морским
офицером и могла все! Теперь она командовала парадом, а отец выполнял ее
поручения. Пригодилось и то, что он когда-то был моряком и имел способности
аналитика. Вдвоем они составили отличную пару.
Более того, им теперь помогал и десятилетний Ханс Иоахим. Всегда одетый в
матросский костюмчик, веселый и шустрый, он был любимцем моряков. Они брали его
на корабли и показывали все "игрушки", которые там были. Отца на корабль не
пускали, он и не настаивал на этом, но Рут узнавала от приятелей-офицеров обо
всем, что видел и чем интересовался ее маленький братик. Да и тот кое о чем
рассказывал, в меру своего понимания и возраста.
Сама Рут по приглашению своего жениха побывала на военном судне. Но больше не
ходила туда, так как услышала, как за ее спиной кто-то довольно внятно произнес:
"Женщина на корабле - быть беде!"
Рут Куэн изобрела систему подачи сигналов из нового домика, который они купили
тоже в районе базы Пёрл-Харбор, в
...Закладка в соц.сетях
