Купить
 
 
Жанр: Учеба

Краткое содержание произведений русской литературы (сборник 1)

страница №3

офицерские
курсы и оказался на фронте, где в одном из боев попал в плен. Лариса Федоровна
поступила сестрой в санитар­ный поезд и отправилась искать мужа. Подпоручик
Галиуллин, знав­ший Пашу с детства, утверждал, что видел, как он погиб.

Живаго оказался свидетелем развала армии, бесчинства анархист­вующих дезертиров,
а вернувшись в Москву, застал еще более страш­ную разруху. Увиденное и пережитое
заставило доктора многое пересмотреть в своем отношении к революции.

Чтобы выжить, семья двинулась на Урал, в бывшее имение Крюгеров Варыкино,
неподалеку от города Юрятина. Путь пролегал через заснеженные пространства, на
которых хозяйничали вооруженные банды, через области недавно усмиренных
восстаний, с ужасом по­вторявших имя Стрельникова, теснившего белых под
командованием полковника Галиуллина.

В Варыкине они остановились сначала у бывшего управляющего Крюгеров Микулицына,
а потом в пристройке для челяди. Сажали картошку и капусту, приводили в порядок
дом, доктор иногда прини­мал больных. Нежданно объявившийся сводный брат Евграф,
энер­гичный, загадочный, очень влиятельный, помог упрочить их поло­жение.
Антонина Александровна, похоже, ожидала ребенка.

С течением времени Юрий Андреевич получил возможность бы­вать в Юрятине в
библиотеке, где увидел Ларису Федоровну Антипову. Она рассказала ему о себе, о
том, что Стрельников - это ее муж Павел Антипов, вернувшийся из плена, но
скрывшийся под другой фамилией и не поддерживающий отношений с семьей. Когда он
брал Юрятин, забрасывал город снарядами и ни разу не осведомился, живы ли жена и
дочь.

Через два месяца Юрий Андреевич в очередной раз возвращался из города в
Варыкино, Он обманывал Тоню, продолжая любить ее, и мучился этим. В тот день он
ехал домой с намерением признаться жене во всем и больше не встречаться с Ларой.

Вдруг трое вооруженных людей преградили ему дорогу и объяви­ли, что доктор с
этого момента мобилизован в отряд Аиверия Мику­лицына. Работы у доктора было по
горло: зимой - сыпняк, летом - дизентерия и во все времена года - раненые. Перед
Ливерием Юрий Андреевич не скрывал, что идеи Октября его не воспламеняют, что
они еще так далеки от осуществления, а за одни лишь толки об этом заплачено
морями крови, так что цель не оправдывает средства. Да и сама идея переделки
жизни рождена людьми, не почувствовав­шими ее духа. Два года неволи, разлуки с
семьей, лишений и опас­ности завершились все же побегом.

В Юрятине доктор появился в момент, когда из города ушли белые, сдав его
красным. Выглядел он одичалым, немытым, голодным и ослабевшим. Ларисы Федоровны
и Катеньки дома не было. В тай­нике для ключей он обнаружил записку. Аариса с
дочерью отправи­лась в Варыкино, надеясь застать его там. Мысли его путались,
усталость клонила ко сну. Он растопил печь, немного поел и, не раз­деваясь,
крепко заснул. Очнувшись же, понял, что раздет, умыт и лежит в чистой постели,
что долго болел, но быстро поправляется бла­годаря заботам Лары, хотя до полного
выздоровления нечего и думать о возвращении в Москву. Живаго пошел служить в
губздрав, а Лариса Федоровна - в губоно. Однако тучи над ними сгущались. В
докторе видели социально чуждого, под Стрельниковым начинала колебаться почва. В
городе свирепствовала чрезвычайка.

В это время пришло письмо от Тони: семья была в Москве, но профессора Громеко, а
с ним ее и детей (теперь у них, кроме сына, есть дочь Маша) высылают за границу.
Горе еще в том, что она любит его, а он ее - нет. Пусть строит жизнь по своему
разумению.

Неожиданно объявился Комаровский. Он приглашен правительст­вом Дальневосточной
Республики и готов взять их с собой: им обоим грозит смертельная опасность. Юрий
Андреевич сразу отверг это предложение. Лара уже давно поведала ему о той
роковой роли, что сыграл в ее жизни этот человек, а он рассказал ей, что Виктор
Ипполитович был виновником самоубийства его отца. Решено было ук­рыться в
Барыкине. Село было давно покинуто жителями, вокруг по ночам выли волки, но
страшнее было бы появление людей, а они не взяли с собой оружие. Кроме того,
недавно Лара сказала, что, кажет­ся, беременна. Надо было думать уже не о себе.
Тут как раз снова прибыл Комаровский. Он привез весть, что Стрельников
приговорен к расстрелу и надо спасать Катеньку, если уж Лара не думает о себе.
Доктор сказал Ларе, чтобы она ехала с Комаровским.

В снежном, лесном одиночестве Юрий Андреевич медленно схо­дил с ума. Он пил и
писал стихи, посвященные Ларе. Плач по утра­ченной любимой вырастал в обобщенные
мысли об истории и человеке, о революции как утраченном и оплакиваемом идеале.

В один из вечеров доктор услышал хруст шагов, и в дверях пока­зался человек.

Юрий Андреевич не сразу узнал Стрельникова. Выхо­дило, что Комаровский обманул
их! Они проговорили почти всю ночь.

О революции, о Ларе, о детстве на Тверской-Ямской. Улеглись под утро, но,
проснувшись и выйдя за водой, доктор обнаружил своего собеседника
застрелившимся.

...В Москве Живаго появился уже в начале нэпа исхудавшим, об­росшим и одичавшим.
Большую часть пути он проделал пешком. В течение последующих восьми-девяти лет
своей жизни он терял вра­чебные навыки и утрачивал писательские, но все же
брался за перо и писал тоненькие книжечки. Любители их ценили.

По хозяйству помогала ему дочь бывшего дворника Марина, она служила на телеграфе
на линии зарубежной связи. Со временем она стала женой доктора и у них родились
две дочери. Но в один из лет­них дней Юрий Андреевич вдруг исчез. Марина
получила от него письмо, что он хочет пожить некоторое время в одиночестве и
чтобы его не искали. Он не сообщил, что вновь неизвестно откуда появив­шийся
брат Евграф снял ему комнату в Камергерском, снабдил день­гами, начал хлопотать
о хорошем месте работы.

Однако душным августовским днем Юрий Андреевич умер от сер­дечного приступа.
Попрощаться с ним пришло в Камергерский не­ожиданно много народу. Среди
прощающихся оказалась и Лариса Федоровна. Она зашла в эту квартиру по старой
памяти. Здесь когда-то жил ее первый муж Павел Антипов. Через несколько дней
после похорон она неожиданно исчезла: ушла из дому и не вернулась. Види­мо, ее
арестовали.

Уже в сорок третьем году, на фронте, генерал-майор Евграф Анд­реевич Живаго,
расспрашивая бельевщицу Таньку Безочередову о ее героической подруге разведчице
Христине Орлецовой, поинтересовал­ся и ее, Таниной, судьбой. Он быстро понял,
что это дочь Ларисы и брата Юрия. Убегая с Комаровским в Монголию, когда красные
под­ходили к Приморью, Лара оставила девочку на железнодорожном разъезде
сторожихе Марфе, кончившей дни в сумасшедшем доме. Потом беспризорщина,
скитания...

Между прочим, Евграф Андреевич не только позаботился о Татья­не, но и собрал все
написанное братом. Среди стихов его было и сти­хотворение "Зимняя ночь": "Мело,
мело по всей земле / Во все пределы. / Свеча горела на столе, / Свеча горела..."

Булгаков

Белая гвардия

Роман (1923-1924)

Действие романа происходит зимой 1918/19 г. в некоем Городе, в котором явно
угадывается Киев. Город занят немецкими оккупацион­ными войсками, у власти стоит
гетман "всея Украины". Однако со дня на день в Город может войти армия Петлюры -
бои идут уже в двенадцати километрах от Города. Город живет странной,
неестест­венной жизнью: он полон приезжих из Москвы и Петербурга - бан­киров,
дельцов, журналистов, адвокатов, поэтов, - которые устре­мились туда с момента
избрания гетмана, с весны 1918 г.

В столовой дома Турбиных за ужином Алексей Турбин, врач, его младший брат
Николка, унтер-офицер, их сестра Елена и друзья семьи - поручик Мышлаевский,
подпоручик Степанов по прозвищу Карась и поручик Шервинский, адъютант в штабе
князя Белорукова, командующего всеми военными силами Украины, - взволнованно
об­суждают судьбу любимого ими Города. Старший Турбин считает, что во всем
виноват гетман со своей украинизацией: вплоть до самого послед­него момента он
не допускал формирования русской армии, а если бы это произошло вовремя - была
бы сформирована отборная армия из юнкеров, студентов, гимназистов и офицеров,
которых здесь тысячи, и не только отстояли бы Город, но Петлюры духу бы не было
в Малорос­сии, мало того - пошли бы на Москву и Россию бы спасли.

Муж Елены, капитан генерального штаба Сергей Иванович Тальберг, объявляет жене о
том, что немцы оставляют Город и его, Тальберга, берут в отправляющийся сегодня
ночью штабной поезд. Тальберг уверен, что не пройдет и трех месяцев, как он
вернется в Город с армией Деникина, формирующейся сейчас на Дону. А пока он не
может взять Елену в неизвестность, и ей придется остаться в Городе.

Для защиты от наступающих войск Петлюры в Городе начинается формирование русских
военных соединений. Карась, Мышлаевский и Алексей Турбин являются к командиру
формирующегося мортирного дивизиона полковнику Малышеву и поступают на службу:
Карась и Мышлаевский - в качестве офицеров, Турбин - в качестве дивизи­онного
врача. Однако на следующую ночь - с 13 на 14 декабря - гетман и генерал
Белоруков бегут из Города в германском поезде, и полковник Малышев распускает
только что сформированный дивизи­он: защищать ему некого, законной власти в
Городе не существует.


Полковник Най-Турс к 10 декабря заканчивает формирование второго отдела первой
дружины. Считая ведение войны без зимней экипировки солдат невозможным,
полковник Най-Турс, угрожая кольтом начальнику отдела снабжения, получает для
своих ста пяти­десяти юнкеров валенки и папахи. Утром 14 декабря Петлюра
атаку­ет Город; Най-Турс получает приказ охранять Политехническое шоссе и, в
случае появления неприятеля, принять бой. Най-Турс, вступив в бой с передовыми
отрядами противника, посылает троих юнкеров уз­нать, где гетманские части.
Посланные возвращаются с сообщением, что частей нет нигде, в тылу - пулеметная
стрельба, а неприятель­ская конница входит в Город. Най понимает, что они
оказались в за­падне.

Часом раньше Николай Турбин, ефрейтор третьего отдела первой пехотной дружины,
получает приказ вести команду по маршруту. Прибыв в назначенное место, Николка с
ужасом видит бегущих юн­керов и слышит команду полковника Най-Турса,
приказывающего всем юнкерам - и своим, и из команды Николки - срывать пого­ны,
кокарды, бросать оружие, рвать документы, бежать и прятаться. Сам же полковник
прикрывает отход юнкеров. На глазах Николки смертельно раненный полковник
умирает. Потрясенный Николка, ос­тавив Най-Турса, дворами и переулками
пробирается к дому.

Тем временем Алексей, которому не сообщили о роспуске диви­зиона, явившись, как
ему было приказано, к двум часам, находит пус­тое здание с брошенными орудиями.
Отыскав полковника Малышева, он получает объяснение происходящему: Город взят
войсками Петлюры. Алексей, сорвав погоны, отправляется домой, но наталкивается
на петлюровских солдат, которые, узнав в нем офицера (в спешке он забыл сорвать
кокарду с папахи), преследуют его. Раненного в руку Алексея укрывает у себя в
доме незнакомая ему женщина по имени Юлия Рейсе. На. следующий день, переодев
Алексея в штатское пла­тье, Юлия на извозчике отвозит его домой. Одновременно с
Алексеем к Турбиным приезжает из Житомира двоюродный брат Тальберга Ларион,
переживший личную драму: от него ушла жена. Лариону очень нравится в доме
Турбиных, и все Турбины находят его очень симпатичным.

Василий Иванович Лисович по прозвищу Василиса, хозяин дома, в котором живут
Турбины, занимает в том же доме первый этаж, тогда как Турбины живут во втором.
Накануне того дня, когда Петлюра вошел в Город, Василиса сооружает тайник, в
котором прячет деньги и драгоценности. Однако сквозь щель в неплотно
занавешен­ном окне за действиями Василисы наблюдает неизвестный. На сле­дующий
день к Василисе приходят трое вооруженных людей с ордером на обыск. Первым делом
они вскрывают тайник, а затем за­бирают часы, костюм и ботинки Василисы. После
ухода "гостей" Ва­силиса с женой догадываются, что это были бандиты. Василиса
бежит к Турбиным, и для защиты от возможного нового нападения к ним направляется
Карась. Обычно скуповатая Ванда Михайловна, жена Василисы, тут не скупится: на
столе и коньяк, и телятина, и марино­ванные грибочки. Счастливый Карась дремлет,
слушая жалобные речи Василисы.

Спустя три дня Николка, узнав адрес семьи Най-Турса, отправля­ется к родным
полковника. Он сообщает матери и сестре Ная по­дробности его гибели. Вместе с
сестрой полковника Ириной Николка находит в морге тело Най-Турса, и в ту же ночь
в часовне при анато­мическом театре Най-Турса отпевают.

Через несколько дней рана Алексея воспаляется, а кроме того, у него сыпной тиф:
высокая температура, бред. По заключению конси­лиума, больной безнадежен; 22
декабря начинается агония. Елена за­пирается в спальне и страстно молится
Пресвятой Богородице, умоляя спасти брата от смерти. "Пусть Сергей не
возвращается, - шепчет она, - но этого смертью не карай". К изумлению
дежурив­шего при нем врача, Алексей приходит в сознание - кризис мино­вал.

Спустя полтора месяца окончательно выздоровевший Алексей от­правляется к Юлии
Рейсе, спасшей его от смерти, и дарит ей браслет своей покойной матери. Алексей
просит у Юлии разрешения бывать у нее. Уйдя от Юлии, он встречает Николку,
возвращающегося от Ирины Най-Турс.

Елена получает письмо от подруги из Варшавы, в котором та сооб­щает ей о
предстоящей женитьбе Тальберга на их общей знакомой. Елена, рыдая, вспоминает
свою молитву.

В ночь со 2 на 3 февраля начинается выход петлюровских войск из Города. Слышен
грохот орудий большевиков, подошедших к Городу.

Роковые яйца

Повесть (1924)

Действие происходит в СССР летом 1928 г. Владимир Ипатьевич Персиков, профессор
зоологии IV государственного университета и директор Московского зооинститута,
совершенно неожиданно для себя делает научное открытие огромной важности: в
окуляре микро­скопа при случайном движении зеркала и объектива он видит
не­обыкновенный луч - "луч жизни", как называет его впоследствии ассистент
профессора приват-доцент Петр Степанович Иванов. Под воздействием этого луча
обычные амебы ведут себя страннейшим об­разом: идет бешеное, опрокидывающее все
естественнонаучные зако­ны размножение; вновь рожденные амебы яростно
набрасываются друг на друга, рвут в клочья и глотают; побеждают лучшие и
сильней­шие, и эти лучшие ужасны: в два раза превышают размерами обыч­ные
экземпляры и, кроме того, отличаются какой-то особенной злобой и резвостью.


При помощи системы линз и зеркал приват-доцент Иванов соору­жает несколько
камер, в которых в увеличенном виде вне микроско­па получает такой же, но более
мощный луч, и ученые ставят опыты с икрой лягушек. В течение двух суток из
икринок вылупливаются тысячи головастиков, за сутки вырастающих в таких злых и
прожор­ливых лягушек, что одна половина тут же пожирает другую, а остав­шиеся в
живых за два дня безо всякого луча выводят новое, совершенно бесчисленное
потомство. Слухи об опытах профессора Персикова просачиваются в печать.

В это же время в стране начинается странная, не известная науке куриная болезнь:
заразившись этой болезнью, курица в течение не­скольких часов погибает.
Профессор Персиков входит в состав чрезвычайной комиссии по борьбе с куриной
чумой. Тем не менее через две недели на территории Советского Союза вымирают все
куры до одной.

В кабинете профессора Персикова появляется Александр Семено­вич Рокк, только что
назначенный заведующим показательным совхо­зом "Красный луч", с "бумагой из
Кремля", в которой профессору предлагается предоставить сконструированные им
камеры в распоря­жение Рокка "для поднятия куроводства в стране". Профессор
предо­стерегает Рокка, говоря, что свойства луча еще недостаточно хорошо
изучены, однако Рокк совершенно уверен, что все будет в порядке и он быстро
выведет прекрасных цыплят. Люди Рокка увозят три боль­шие камеры, оставив
профессору его первую, маленькую камеру.

Профессор Персиков для своих опытов выписывает из-за границы яйца тропических
животных - анаконд, питонов, страусов, крокоди­лов. В то же время Рокк для
возрождения куроводства также из-за границы выписывает куриные яйца. И
происходит ужасное: заказы оказываются перепутанными, и в смоленский совхоз
приходит посыл­ка со змеиными, крокодильими и страусиными яйцами. Ни о чем не
подозревающий Рокк помещает необыкновенно крупные и какие-то странные на вид
яйца в камеры, и тут же в окрестностях совхоза умолкают все лягушки, снимаются с
места и улетают прочь все птицы, включая воробьев, а в соседней деревне начинают
тоскливо выть собаки. Через несколько дней из яиц начинают вылупливаться
крокодилы и змеи. Одна из змей, выросшая к вечеру до невероятных размеров,
нападает на жену Рокка Маню, которая становится первой жертвой этого чудовищного
недоразумения. Мгновенно поседевший Рокк, на глазах которого произошло это
несчастье, явившись в управ­ление ГПУ, рассказывает о чудовищном происшествии в
совхозе, од­нако сотрудники ГПУ считают его рассказ плодом галлюцинации. Однако,
приехав в совхоз, они с ужасом видят огромное количество гигантских змей, а
также крокодилов и страусов. Оба уполномочен­ных ГПУ погибают.

В стране происходят ужасные события: артиллерия обстреливает можайский лес,
громя залежи крокодильих яиц, в окрестностях Мо­жайска идут бои со страусовыми
стаями, огромные полчища пресмы­кающихся с запада, юго-запада и с юга
приближаются к Москве. Человеческие жертвы неисчислимы. Начинается эвакуация
населения из Москвы, город полон беженцев из Смоленской губернии, в столи­це
вводится военное положение. Бедный профессор Персиков погиба­ет от рук
разъяренной толпы, считающей его виновником всех обрушившихся на страну
несчастий.

В ночь с 19 на 20 августа неожиданный и неслыханный мороз, до­стигнув - 18
градусов, держится двое суток и спасает столицу от ужасного нашествия. Леса,
поля, болота завалены разноцветными яйцами, покрытыми странным рисунком, но уже
совершенно без­вредными: мороз убил зародышей. На необозримых пространствах
земли гниют бесчисленные трупы крокодилов, змей, страусов неверо­ятных размеров.
Однако к весне 1929 г. армия приводит все в поря­док, леса и поля расчищает, а
трупы сжигает.

О необыкновенном луче и катастрофе долго еще говорит и пишет весь мир, тем не
менее волшебный луч получить вновь уже никому не удается, не исключая и приватдоцента
Иванова.

Собачье сердце - ЧУДОВИЩНАЯ ИСТОРИЯ

Повесть (1925)

Действие происходит в Москве зимой 1924/25 г. Профессор Филипп Филиппович
Преображенский открыл способ омоложения организма посредством пересадки людям
желез внутренней секреции животных. В своей семикомнатной квартире в большом
доме на Пречистенке он ведет прием пациентов. В доме проходит "уплотнение": в
квартиры прежних жильцов вселяют новых - "жилтоварищей". К Преобра­женскому
приходит председатель домкома Швондер с требованием освободить две комнаты в его
квартире. Однако профессор, позвонив по телефону одному из своих
высокопоставленных пациентов, получа­ет на свою квартиру броню, и Швондер уходит
ни с чем.


Профессор Преображенский и его ассистент доктор Иван Арноль­дович Борменталь
обедают в столовой у профессора. Откуда-то сверху доносится хоровое пение - это
проходит общее собрание "жилтова­рищей". Профессор возмущен происходящим в доме:
с парадной лестницы украли ковер, заколотили парадную дверь и ходят теперь через
черный ход, с калошной стойки в подъезде в апреле 1917 г. пропали разом все
калоши. "Разруха", - замечает Борменталь и по­лучает в ответ: "Если я вместо
того, чтобы оперировать, начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет
разруха!"

Профессор Преображенский подбирает на улице беспородного пса, больного и с
ободранной шерстью, приводит его домой, поручает домработнице Зине кормить его и
ухаживать за ним. Через неделю чистый и сытый Шарик становится ласковым,
обаятельным и краси­вым псом.

Профессор проводит операцию - пересаживает Шарику железы внутренней секреции
Клима Чугункина, 25 лет, трижды судимого за кражи, игравшего на балалайке по
трактирам, погибшего от удара ножом. Эксперимент удался - пес не погибает, а,
напротив, посте­пенно превращается в человека: прибавляет в росте и весе, у него
вы­падает шерсть, он начинает говорить. Через три недели это уже человек
небольшого роста, несимпатичной наружности, который с ув­лечением играет на
балалайке, курит и сквернословит. Через некото­рое время он требует у Филиппа
Филипповича, чтобы тот прописал его, для чего ему необходим документ, а имя и
фамилию он уже себе выбрал: Полиграф Полиграфович Шариков.

От прежней собачьей жизни у Шарикова остается ненависть к котам. Однажды,
погнавшись за котом, забежавшим в ванную, Ша­риков защелкивает в ванной замок,
случайно выворачивает водопро­водный кран, и всю квартиру заливает водой.
Профессор вынужден отменить прием. Дворник Федор, вызванный для починки крана,
смущенно просит Филиппа Филипповича заплатить за разбитое Ша­риковым окно: тот
пытался обнять кухарку из седьмой квартиры, хо­зяин стал его гнать. Шариков же в
ответ начал швырять в него камнями.

Филипп Филиппович, Борменталь и Шариков обедают; снова и снова Борменталь
безуспешно учит Шарикова хорошим манерам. На вопрос Филиппа Филипповича о том,
что Шариков сейчас читает, он отвечает: "Переписку Энгельса с Каутским" - и
добавляет, что он не согласен с обоими, а вообще "все надо поделить", а то "один
в семи комнатах расселся, а другой в сорных ящиках пропитание ищет". Возмущенный
профессор объявляет Шарикову, что тот стоит на самой низшей ступени развития и
тем не менее позволяет себе пода­вать советы космического масштаба. Вредную же
книжку профессор приказывает бросить в печь.

Через неделю Шариков предъявляет профессору документ, из ко­торого следует, что
он, Шариков, является членом жилтоварищества и ему полагается комната в
профессорской квартире. Тем же вечером в кабинете профессора Шариков присваивает
два червонца и возвраща­ется ночью совершенно пьяный в сопровождении двух
неизвестных, которые удалились лишь после звонка в милицию, прихватив, однако, с
собой малахитовую пепельницу, трость и бобровую шапку Филиппа Филипповича.

Той же ночью в своем кабинете профессор Преображенский бесе­дует с Борменталем.
Анализируя происходящее, ученый приходит в отчаяние от того, что он из милейшего
пса получил такую мразь. И весь ужас в том, что у него уже не собачье, а именно
человечье серд­це, и самое паршивое из всех, которые существуют в природе. Он
уверен, что перед ними - Клим Чугункин со всеми его кражами и судимостями.

Однажды, придя домой, Шариков предъявляет Филиппу Филиппо­вичу удостоверение, из
которого явствует, что он, Шариков, состоит заведующим подотделом очистки города
Москвы от бродячих живот­ных (котов и прочее). Спустя несколько дней Шариков
приводит домой барышню, с которой, по его словам, он собирается расписать­ся и
жить в квартире Преображенского. Профессор рассказывает ба­рышне о прошлом
Шарикова; она рыдает, говоря, что он шрам от операции выдавал за боевое ранение.

На следующий день один из высокопоставленных пациентов про­фессора приносит ему
написанный на него Шариковым донос, в ко­тором упоминается и брошенный в печь
Энгельс, и "контрре­волюционные речи" профессора. Филипп Филиппович предлагает
Шарикову собрать свои вещи и немедленно убираться из квартиры. В ответ на это
одной рукой Шариков показывает профессору шиш, а другой вынимает из кармана
револьвер... Через несколько минут бледный Борменталь перерезает провод звонка,
запирает парадную дверь и черный ход и скрывается вместе с профессором в
смотровой.

Спустя десять дней в квартире появляется следователь с ордером на обыск и арест
профессора Преображенского и доктора Борменталя по обвинению их в убийстве
заведующего подотделом очистки Шарикова П. П. "Какого Шарикова? - спрашивает
профессор. - Ах пса, которого я оперировал!" И представляет пришедшим пса
странного вида: местами лысый, местами с пятнами отрастающей шерсти, он выходит
на задних лапах, потом встает на все четыре, затем опять поднимается на задние
лапы и садится в кресло. Следова­тель падает в обморок.


Проходит два месяца. По вечерам пес мирно дремлет на ковре в кабинете
профессора, и жизнь в квартире идет своим чередом.

Зойкина квартира

Пьеса (1926)

Действие происходит в 1920-е гг. в Москве.

Майский вечер. Зоя Денисовна Пельц, тридцатипятилетняя вдова, одевается перед
зеркалом. К'ней по делу приходит председатель дом­кома Аллилуя. Он предупреждает
Зою о том, что ее постановили уп­лотнить - у нее шесть комнат. После долгих
разговоров Зоя показывает Аллилуе разрешение на открытие пошивочной мастер­ской
и школы. Дополнительная площадь - шестнадцать саженей. Зоя дает Аллилуе взятку,
и тот говорит, что, быть может, отстоит и остальные комнаты, после чего уходит.
Входит Павел Федорович Обольянинов, любовник Зои. Он плохо себя чувствует, и Зоя
посылает горничную Манюшку за морфием к китайцу, который часто его про­дает
Обольянинову. Китаец Газолин и его помощник Херувим торгу­ют наркотиками.
Манюшка велит Газолину, известному жулику, идти с ней и при Зое развести морфий
в нужной пропорции - сам у себя он делает жидко. Газолин посылает с ней своего
помощника, китай­ца-красавчика Херувима. Зоя делает Обольянинову укол, и тот
ожива­ет. Херувим объявляет цену большую, чем цена Газолина, но Павел дает ему
еще и на чай и договаривается с "честным" китайцем, что он будет ежедневно
приносить морфий. Зоя же, в свою очередь, на­нимает его гладить в мастерской.
Обрадованный Херувим уходит. Зоя рассказывает Павлу о своих планах, Манюшка, уже
посвященная во все дела Зои, уходит за пивом и забывает закрыть дверь, в которую
незамедлительно проникает Аметистов, кузен Зои, шулер и жулик. Он подслушивает
разговор Зои и Павла о "мастерской", которой нужен администратор, и моментально
догадывается, в чем дело. При­бегает Манюшка, зовет Зою. Та каменеет при виде
кузена. Павел ос­тавляет их вдвоем, и Зоя удивляется, что она сама читала, как
его расстр

Список страниц

Закладка в соц.сетях

Купить

☏ Заказ рекламы: +380504468872

© Ассоциация электронных библиотек Украины

☝ Все материалы сайта (включая статьи, изображения, рекламные объявления и пр.) предназначены только для предварительного ознакомления. Все права на публикации, представленные на сайте принадлежат их законным владельцам. Просим Вас не сохранять копии информации.