Жанр: Экономика
Хрестоматия (ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ).
...каждый год известное количество других вещей,
способных это удовольствие приносить. Этот выбор предлагается природой,
а не человеческими установлениями. Это не правительство говорит
изолированному охотнику: "Вы можете преследовать дичь с голыми руками
и поймать, что вам удастся, или вы можете сделать лук и поймать больше".
В природе лука заключена способность добавлять нечто к добыче охотника,
и более того, он способен добавлять к этой добыче столько, что охотник
получает время для изготовления другого лука, когда первый износится, и
больше дичи для своего личного потребления, чем он мог бы иметь в
противном случае. Короче говоря, производительность капитала создается
законами общества. Будучи производительным, он может передавать свой
продукт непосредственно собственнику или кому-нибудь другому, кто заплатит
собственнику за пользование им. Выплачивание процента есть
покупка продукта капитала, подобно тому как выплачивание заработной
платы есть покупка продукта труда. Способность капитала создавать
продукт есть, таким образом, основа процента.
Тот факт, что продукт капитала отчуждаем, имеет большое значение
как мотив воздержания. Наступит время, когда владелец не сможет его
использовать. Люди погибают, но капитал остается; и хотя он может
перейти в руки ваших детей или других лиц, которые не смогут его лично
использовать, наследники будут продолжать получать ценность продукта,
если они отдадут капитал взаймы и таким образом продадут его продукт
другим лицам. Это вскрывает мотив накопления производительного
богатства. Он состоит в том, чтобы получить доход, который никогда не
перестанет поступать, и, следовательно, в том, чтобы получать доход,
который целиком, за исключением не-
102
значительной части, отходящей к другим лицам, будет поступать лицу,
воздержание которого создало капитал. Определенную долю самого себя
капитал будет доставлять каждый год, и при отсутствии катастроф он будет
это делать бесконечно (это значит бесконечно дольше любой человеческой
жизни).
При допущении статистических условий общества мы предполагаем
также отсутствие тех катастроф, которые могли бы разрушить капитал, и мы
равным образом предполагаем неизменными величину самого капитала и
его способности приносить доход. Если эти статистические условия
сохраняются, то процент установится раз и навсегда на исходном уровне.
Эти неизменные условия не могут, однако, существовать, если только
стимул к сбережению какой-либо части дохода не равен стимулу к
расходованию его. В статическом состоянии не имеет места воздержание
или создание нового капитала... Весь вопрос о создании капитала...
относится к отделу экономической науки, посвященному динамике.
общественного труда зависит от его количественного
отношения к капиталу
Повсюду в данной работе термином "капитал" будет обозначаться то,
что понимает под этим словом деловой человек. Это перманентный фонд
производительного богатства, то, что обычно называют "деньгами",
вложенными в производительные блага, наличный состав которых вечно
меняется. Предметы, воплощающие фонд, являются подобно частицам воды
в реке исчезающими вещами, тогда как сам фонд подобно реке есть
сохраняющаяся вещь.
Бросается в глаза тот факт, что труд есть тоже перманентная сила -
фонд человеческой энергии, который никогда не перестанет существовать и
действовать. Люди так же бренны, как и капитальные блага, но труд так же
перманентен, как и капитал. Проблема заработной платы должна иметь дело
с той непрерывной способностью приносить заработок, которой обладает и
будет обладать вечный агент - труд. Вопрос заключается в следующем: что
будет труд создавать и получать в течение данного года, будущего года и
всех последующих лет? Если уровень заработной платы в будущем должен
возрастать, это означает, что с годами труд достигнет возрастающей
производительности.
Что уже было показано и что очень важно для нас в данном случае, -
это тот факт, что всякое увеличение или уменьшение количества труда,
употребленного в связи с данной величиной капитала, заставляет этот
капитал изменить свои формы. Там, где на каждого рабочего приходится
капитал в пятьсот долларов, там этот фонд находится в одной группе форм,
а там, где на каждого человека приходится капитал в тысячу долларов, там
он находится в другой группе форм. Рабочая сила меняет свои формы таким
же путем... Когда капитал увеличивается и принимает форму дорогих и
усовершенствованных машин, трудовые процессы везде осуществляются
новыми и измененными путями. То, что относительные величины труда и
капитала должны изменяться, означает, что должны изменяться формы
обоих; это значит, что каждый агент должен приспособиться к требованиям
другого. Там, где соединены два агента, взаимное приспособление является
правилом.
Мы подготовлены теперь к тому, чтобы выявить производительную
силу, присущую конечному приращению каждого из этих перманентных
агентов. Какова величина продукта, производимого единицей труда при
наличии рабочей силы в тысячу человек, работающих десятилетие за
десятилетием, не сокращаясь и не возрастая, при наличии капитала в
миллион долларов, также не меняющего своей величины? Ответ на этот
вопрос - и этот ответ образует закон заработной платы - гласит: "Эти
доходы определяются конечной производительностью труда и капитала
как перманентных агентов производства".
Формулу, которая может быть использована для объяснения земельной
ренты, мы можем успешно применить новым путем. Мы можем получить
простой пример, если отвлечемся на один момент от существования того
вспомогательного капитала, который нужен труду для обработки почвы. Мы
предположим, что каждый рабочий располагает несложным орудием, стоимость
которого слишком мала, чтобы представлять собой сколько-нибудь
заметную величину богатства. В таком случае практически невооруженный,
этот труд применяется на участке земли и создает доход в форме урожая.
Надо заметить, что это сведение вспомогательного капитала практически к
нулю не влияет на исследуемый нами принцип, так как положение, которое
мы должны доказать, могло бы быть превосходно обосновано, если бы мы
применили и более сложный пример, допуская, что рабочие были снабжены
сложным комплектом орудий, семян, скота и т.д. Продукт, который может
быть вменен пос-
ледней единице труда, прилагаемого к земле, доставляет, однако, наиболее
подходящую в силу своей наибольшей простоты иллюстрацию принципа
конечной производительности труда.
Мы ищем сейчас статический стандарт заработной платы. Поле и
рабочая сила предполагаются неизменными, причем методы и окружающая
обстановка также остаются постоянными. Какой перманентный доход
должны мы при таких условиях вменить конечной единице труда? Мы
производим простейший опыт, какой только можно сделать, когда мы из
общего количества рабочей силы отнимаем одного человека и так
располагаем остающихся людей, что производство от этого устранения не
испытывает сколько-нибудь заметного нарушения. Поле по-прежнему
возделывается на всей своей площади, но оно возделывается менее полно, и
урожай снижается на известную величину. С другой стороны, мы можем
добавить человека к имеющейся рабочей силе и так перестроить всех, чтобы
в результате этого добавления не получилось никакой несогласованности.
Результатом этого явится более интенсивная обработка поля и как следствие
этого - определенное увеличение продукта.
Величина, на которую уменьшается урожай, когда от рабочей силы
отнимается один работник, измеряет эффективную производительность
каждого работника с такими же личными способностями. Представляется
безразличным, какой из подобных работников выбирается для опыта.
Устранение любого из них уменьшает рабочую силу на одну единицу. А мы
как раз хотим измерить сокращение урожая, вызываемое изъятием из наличной
рабочей силы одной единицы. Ни один человек не может получить
больше того, что добавляется его присутствием к тому продукту, который
могли бы создать без него земля и труд.
Теперь если мы допустим на минуту, что эта территория есть
замкнутое в себе государство и что рабочие не поступают сюда из других
промышленных областей и не уходят в другие области, тогда размер
заработной платы определяется тем, чего человек действительно стоит на
этой изолированной плантации. Человек может требовать не того, что
выплачивается людям где-нибудь в другом месте, но того, что он здесь
фактически доставляет своему предпринимателю. Только при таких обстоятельствах
заработная плата определяется продуктом, вменяемым конечной
единице труда.
Если предположенное сокращение в рабочей силе перманентно, так
что сила остается уменьшенной навсегда, то урожай вследствие этого
сокращения будет каждый год выражаться в
меньшей величине, чем в первом году. Аналогичный опыт можно
проделать, добавляя единицу труда, вместо того чтобы ее отнимать. В этом
случае, если добавление перманентно и рабочая сила всегда продолжает
оставаться на единицу большей, средний урожай увеличится. Это позволяет
нам измерить перманентный доход, вменяемый единице труда.
Именно конечная производительность труда, измеренная таким
образом, определяет заработную плату. Этот термин - "конечный" -
предполагает порядок последовательности: он означает, что нужно
различать первую, вторую и последнюю единицы труда. При обычном
методе иллюстрации закона ценности имеется конечная единица известного
вида товара, потребляемого одним лицом. Мы даем ему один предмет
данного вида, затем - другой и через некоторое время - последний; и мы
обнаруживаем, что они становятся все менее и менее полезными для него по
мере того, как ряд продвигается к завершению. Последняя единица имеет
меньше полезности, чем всякая другая. Согласно закону, хорошо знакомому
благодаря исследованиям австрийской школы, ценность любого предмета в
этом ряду благ одного вида определяется полезностью конечного блага -
конечная полезность является универсальным мерилом ценности.
Мы поставили себе цель применить этот принцип к производительной
силе различных агентов производства и в данный момент применяем его к
труду. Мы можем, при желании, рабочих, одинаковых по личным
способностям и могущих заменять один другого, расположить в подобные
воображаемые ряды. Мы будем в таком случае вводить по одному человеку
на поле и наблюдать, какой продукт фактически создается каждым из них.
При наличии одного человека на поле данного размера некоторый урожай в
среднем будет обеспечен. При двух рабочих, однако, урожай не удвоится;
ибо второй рабочий произведет меньше, чем первый. Это уменьшение
производительности последовательных единиц труда в том виде, как они
расположены при возделывании поля определенного размера, доставляет
базис общего закона.
Конечно, верно, что, если два человека могут соединить свой труд так,
чтобы помогать друг другу существенным образом, такое изменение их
специфической производительности может не обнаружиться. Два человека
делают возможной зачаточную организацию труда, а это уже новое явление,
с которым должно считаться всестороннее исследование. Если мы исходим
из наличия одного человека, совершенно одинокого на очень обшир-
ной земельной площади, он может работать с известными неудобствами; и
второй человек может настолько значительно уменьшить эти неудобства,
что обеспечит более чем удвоенный урожай. Третий, четвертый и пятый
человек могут способствовать улучшению организации и этим в известной
степени приостановить действие закона убывающей доходности, который
мы установили. Но, в конце концов, этот закон должен проявить свое
действие. Если на поле находятся, например, двадцать человек, то
добавление двадцать первого не окажет заметного действия на улучшение
организации, тогда как, с другой стороны, он перегрузит и переполнит
работой участок земли. Непосредственное действие такого переполнения мы
и должны теперь исследовать.
Мы предположим... что на большое поле выходит один человек, затем
другой и третий, пока их не станет двадцать. Мы предположим, что их
методы возделывания почвы остаются неизменными, и отвлечемся от
увеличенной производительной силы, которая на ранних ступенях
возрастания рабочей силы может быть получена от кооперации. Весь
процесс такого построения рабочей силы является, конечно, воображаемым.
Он являет собой нереальный и односторонний процесс в экономической динамике.
Никогда и нигде не могли бы найти такой эксперимент. Фермер в
действительности никогда не поместил бы одного рабочего на 200 акрах
земли, не оставил бы его здесь на год и не стал бы потом измерять урожай;
не стал бы, далее, вводя сюда на следующий год добавочного человека,
измерять увеличение урожая. Он, конечно, не стал бы продолжать подобный
эксперимент в течение 20 лет, превратив таким образом свою ферму в
лабораторию, где экономист мог бы видеть в законченном действии закон
убывающей доходности возделываемой земли. Имея двадцать рабочих на
200 акрах, фермер, правда, удостоверился бы каким-либо
экспериментальным путем, насколько велик продукт, вменяемый
двадцатому рабочему. Он выяснил бы конечную производительность труда
и установил бы, что продукт, обязанный своим возникновением
присутствию двадцатого человека, меньше того продукта, который этот
человек вызвал бы к жизни, если бы поле было менее насыщено трудом.
Этот факт, широко подтверждаемый опытом, подкрепляется дедуктивным
рассуждением и является одной из неоспоримых истин экономической
науки. Земля данной величины и качества производит на человека все
меньше и меньше по мере того, как все большее количество людей
принимает участие в возделывании ее. Простей-
ший и наиболее естественный способ иллюстрации этого закона состоит в
том, чтобы представить себе, что люди вводятся на поле один за другим до
тех пор, пока число их здесь не достигнет двадцати. Можно будет видеть,
таким образом, что каждый из них добавляет к урожаю меньше, чем его
предшественник. Продукт, который может быть вменен каждому
отдельному человеку, делается постепенно меньше, по мере того как
рабочая сила доводится таким образом до своего полного состава. И
величина, созданная двадцатым человеком, - меньшая из всех. Если все
люди должны принять в качестве вознаграждения столько, сколько этот
человек производит, то мы имеем решение проблемы заработной платы.
Каждая единица, когда она добавляется к рабочей силе, является на
некоторое время предельной, и она устанавливает стандарт оплаты. Но
когда поступает последняя единица, ее продукт становится перманентным
стандартом, так как рабочая сила далее уже не увеличивается и оплата
людей уже не меняется. Весь этот процесс является воображаемым, но он
иллюстрирует два принципа, которые, вместе взятые, управляют судьбами
трудящегося человечества, а именно: 1) во всякое время заработная плата
тяготеет к тому, чтобы быть равной продукту конечной единицы труда; 2)
этот продукт становится меньше или больше по мере того, как при прочих
равных условиях рабочая сила увеличивается или уменьшается. Первый
принцип является статическим и управляет заработной платой в каждом
периоде, тогда как второй принцип - динамический и совместно с другими
динамическими принципами управляет будущим трудящегося класса.
Простое увеличение населения, не сопровождаемое дальнейшими
изменениями, оказывает обедняющее влияние.
Каким же образом получается так, что продукт, вменяемый
последнему работнику, устанавливает оплату всех работников? Здесь мы
должны позаботиться о том, чтобы условия нашей иллюстрации были
согласованы с жизненными фактами. Фермер нанимает своих людей на
общем рынке и платит им заработную плату в размере, который рынок
некоторым путем установил. Он затем вводит своих рабочих на поле до тех
пор, пока согласно закону убывающей доходности продукт конечного
рабочего не становится таким незначительным, что доставляет одну только
заработную плату. Размер оплаты, нужно заметить, устанавливается в
основном вне пределов этой фермы,
и конечная производительность труда на ферме должна соответствовать
этому размеру оплаты.
заработную плату и процент
Для получения более полного представления о действии закона
конечной производительности мы составляем теперь рабочую силу единица
за единицей, предполагая капитал неизменным по величине, хотя и
меняющим свои формы с появлением каждой новой единицы труда. Пусть
каждое приращение количества состоит из тысячи рабочих и пусть
фермеры, плотники, кузнецы, ткачи, печатники и т.п. будут представлены в
ней в строго соответствующих пропорциях. Каждое занятие должно иметь
своих представителей, и сравнительное число их должно быть установлено
соответственно закону, который мы вскоре будем изучать. Все, что нам
нужно знать сейчас об этом законе, заключается в том, что он так
распределяет труд между различными группами и подгруппами, что
производительная сила труда в различных отраслях приводится к
известному единообразию. Обычный и приспособленный труд должен
производить в одной подгруппе столько же, сколько и в другой.
Дайте теперь этому изолированному обществу капитал в сто
миллионов долларов и введите постепенно соответствующую рабочую силу.
Поместите тысячу работников в то богатое окружение, которое эти условия
доставляет, и их продукт на одного человека будет огромным. Их труду
будет помогать капитал в размере ста тысяч долларов на человека. Эта
сумма примет такие формы, в каких рабочие могут ее наилучшим образом
использовать, и в руках каждого работника будет иметься изобилие
полезных орудий, машин, материалов и т.п.
Прибавьте теперь к этой силе вторую тысячу рабочих; тогда с
находящимися в их распоряжении средствами, измененными по форме, как
это должно быть для их использования большим числом людей, выработка
на одного человека будет меньше, чем раньше. Это второе приращение
труда имеет в своем распоряжении капитал, достигающий только
пятидесяти тысяч долларов на человека; и этот капитал был получен от
рабочих, которые ранее эти деньги использовали. При употреблении капитала
новая рабочая сила участвует на равных правах с той рабочей силой,
которая была уже ранее в производстве. Там, где первоначально рабочий
имел усовершенствованную машину,
там он имеет более дешевую и менее производительную; и стоящие с ним
рядом новые рабочие также пользуются машинами более дешевого сорта.
Это уменьшение производительности орудий, употреблявшихся
первоначальными рабочими, должно быть принято во внимание при оценке
того, сколько новый рабочий может добавить к продукту отрасли. Его
присутствие удешевило средства производства, используемые первой
группой рабочих, и частично уменьшило их производительность. Его
собственная доля в первоначальном капитале, переданная ему рабочими,
ранее занятыми на его участке, состоит также из более дешевых и менее
производительных средств производства. По двум причинам, следовательно,
он создает меньше богатства, чем всякий другой в первой группе
работников.
Мы должны быть осторожны в арифметике этих изменений. Продукт,
который может быть вменен этому второму приращению труда, не
совпадает, конечно, со всем тем, что этот труд создает при помощи
капитала, уделенного ему предыдущей группой рабочих... Когда тысяча
рабочих применяла весь капитал, продукт был равен четырем единицам; при
двух тысячах - это четыре плюс сколько-то, и эта добавленная величина,
какой бы она ни была, измеряет продукт, вменяемый исключительно
второму приращению труда. При исчислении продукта, вменяемого
конечной единице труда, должна быть принята во внимание вычитаемая
величина. Если мы возьмем сначала все, что эта единица создает при
помощи капитала, уделенного ей, и затем вычтем то, что взято из продукта
ранней группы рабочих и их капитала благодаря той доле капитала, которую
они уделили новым рабочим, то мы получим чистое добавление, сделанное
новыми рабочими к продукту данной отрасли производства.
Продолжайте увеличивать рабочую силу до тех пор, пока она не
достигнет ста тысяч человек, имея по-прежнему капитал в сто миллионов
долларов, но уже в измененной форме.
И вот если это сотое приращение труда есть последнее приращение,
происходящее в изолированном обществе, то мы получаем закон заработной
платы. Мы черпали из населения рабочую силу до тех пор, пока там не
осталось никакого резерва. Последняя сложная единица труда - конечная
группа в тысячу человек - произвела свой собственный специфический
продукт. Он меньше продукта, вменяемого любой из более ранних групп; но
теперь, когда эта часть рабочей силы вступила в производство, никакая
группа не является более производитель-
ной, чем она. Если бы какая-нибудь предыдущая часть рабочей силы
потребовала себе больше, нежели то, что производит последняя,
предприниматель мог бы освободить ее и поставить на ее место последнюю
группу работников. То, что он потерял бы в результате ухода любой группы
в тысячу человек, измеряется продуктом, созданным последней вступившей
в работу группой.
Каждая единица труда, следовательно, ценится предпринимателем во
столько, сколько производит последняя единица. Если рабочая сила
укомплектована, ни одна группа в тысячу человек не может уйти, не
уменьшая продукта всего общества на ту самую величину, которую мы
приписываем последней вступившей в работу группе. Эффективная
ценность любой единицы труда есть то, что производит общество при
помощи всего своего капитала, минус то, что оно производило бы, если бы
эта единица была удалена. Таким образом устанавливается всеобщий
стандарт оплаты. Единица труда состоит в предполагаемом случае из
тысячи человек, и продукт ее есть естественное вознаграждение для тысячи
человек. Если люди одинаковы, тысячная часть этой суммы является
естественным вознаграждением каждого из них.
В действительности ни одна единица не является во времени
последней. Сто тысяч человек с капиталом в сто миллионов долларов
работают год за годом, и ни одна группа в тысячу человек не может быть
выделена как та особенная группа, продукт которой определяет заработную
плату. Любая из таких групп рабочих всегда оценивается их нанимателем во
столько, сколько производила бы конечная группа, если бы мы вводили их в
работу в таком порядке последовательности, какой для иллюстрации
описали выше. То, что рабочие получат эти суммы, обеспечено
конкуренцией нанимателей. Конечная группа в тысячу человек имеет в
своих руках определенный потенциальный продукт, когда она предлагает
свои услуги нанимателям. Если одна группа предпринимателей не
предложит им его ценности, это сделает другая, если только конкуренция
является совершенной. При идеально полной и свободной системе
конкуренции каждая единица труда может получить точно то, что
производится конечной единицей. При несовершенной конкуренции она все
же имеет тенденцию получить эту же сумму. Конечный продукт труда устанавливает
стандарт оплаты труда, и действительная заработная плата с
отклонениями тяготеет к нему.
Мы отмечали тот факт, что чистая предпринимательская прибыль -
стимул конкуренции. Это торговая прибыль, и на-
личие ее означает, что предприниматели продают свой продукт дороже того,
что они оплачивают в форме заработной платы и процента, что цена товаров
превышает стоимость элементов, образующих их. Мы отмечали, что
"естественная цена" как она определялась экономистами в действительности
состоит из заработной платы и процента, так как она равна сумме этих двух
видов издержек. Цена, приносящая прибыль, превышает эту сумму, но
конкуренция, стремящаяся уничтожить прибыль, срезает ее с двух концов.
Конкурируя друг с другом при продаже товаров, предприниматели снижают
цены, а, конкурируя друг с другом при найме труда и капитала, они
повышают заработную плату и процент. На труде получается прибыль до
тех пор, пока рабочие оплачиваются ниже того, что производит предельный
рабочий. Но конкуренция стремится уничтожить эту прибыль и сделать
оплату труда равной продукту конечной его единицы.
Мы можем теперь суммировать уже достигнутые нами выводы
относительно естественного стандарта заработной платы в следующий ряд
положений:
1) труд подобно товарам подчинен закону предельной оценки... Цена
устанавливается рынком для конечной единицы запаса каждого из них и
распространяется на весь запас. И подобно тому, как последняя единица
потребительских благ является ценообразующей, так последняя единица
труда определяет заработную плату;
2) термин конечный не обозначает особенной единицы, которая может
быть установлена как таковая и отделена от других. Так, например, в
элеваторах Соединенных Штатов нет специального количества пшеницы,
находящегося в особом стратегическом положении и имеющего
ценообразующую силу, которой не обладает остальная пшеница. Любая
единица этого товара конечна в экономическом смысле, так как своим
наличием доводит запас до его теперешней действительной величины... Мы
тщательно подчеркивали, что базисом закона заработной платы является
единица труда как такового и что состав людей должен быть среднего
качества обычных работников, если он образует такую единицу;
3) при изложении закона конечной полезности обычно располагают
единицы товара в воображаемый ряд, чтобы представить их один за другим
и убедиться, как важен каждый из них для потребителя. И все же товары
никогда не поступают на рынок в таком порядке. Весь наличный запас
товара предлага-
Посмотри в окно!
Чтобы сохранить великий дар природы — зрение,
врачи рекомендуют читать непрерывно не более 45–50 минут,
а потом делать перерыв для ослабления мышц глаза.
В перерывах между чтением полезны
гимнастические упражнения: переключение зрения с ближней точки на более дальнюю.
ется на рынке, но цена, с которой он поступает, определена той важностью,
которая была бы присуща конечной единице, если бы запас был предложен
в виде подобного ряда единиц.
Подобным образом мы можем признать полезным при изложении
закона, определяющего заработную плату, пройти через воображаемый
процесс ввода людей в
...Закладка в соц.сетях
