Жанр: Драма
Повелитель железа
...ролев почувствовал, что
камнем летит вниз, инстинктивно сжимая в руках деревянный круг. Он потерял
сознание.
Очнувшись через минуту, он никак не мог сообразить, что случилось. Его
пальцы продолжали судорожно сжимать круг. Он висел в воздухе. Прямо над ним
стоял, покачиваясь, шелковый парашют.
Земля и люди, бегущие по ней, плавно поднимались к его ногам.
- Вот это трюк! - с восторгом подумал Королев, чувствуя, что он спасен.
Глава двадцать девятая
Две экспедиции
Сбежавшиеся со всех сторон рабочие-индусы окружили Королева.
- Мне нужно видеть Рамашандру. Проведите меня к нему как можно
скорей, - сказал Королев, с наслаждением вытягивая оцепеневшие пальцы. - Я
только что бежал от "Повелителя железа"...
Рабочие заволновались.
- Рамашандра в главном штабе.
- Ведите меня к нему.
Двое рабочих повели Королева в штаб Рамашандры.
Он помещался в конторе главного корпуса доков "Реджинальд Симпль".
Рамашандра сидел на ящике с пулеметными лентами и колотил по коробке
полевого телефона.
Он кричал:
- Черт возьми! Кажется, это проклятая машина обратного тока опять
пущена в ход. Связь прервана. Ружья перестали стрелять. Мы не можем
продолжать наступление на правительственные войска Хейса, начатое так
удачно.
Королев подошел к Рамашандре.
- Товарищ Рамашандра, - сказал он по-индусски, - моя фамилия Королев, я
сотрудник московской газеты "Вечерний пожар", слышали? Две минуты тому назад
я прилетел от "Повелителя железа", у меня есть к вам важное дело.
Рамашандра вскочил.
- Что? Вы знаете, кто такой "Повелитель железа"? Говорите скорей! Где
находится машина обратного тока? Мы немедленно должны ее уничтожить. Иначе
нам не удастся расколотить полковника Хейса и все наше выступление кончится
ничем.
Королев улыбнулся. Он не торопясь набил трубку и закурил. Вся эта
обстановка революционного штаба в разгар гражданской войны: ящики с
пулеметными лентами, полевые телефонные аппараты, мясные консервы и
маузеры - повеяла на него давно забытой и милой сердцу романтикой
девятнадцатого года в России.
Он сел на подоконник и, широко расставив ноги, короткo и точно
рассказал Рамашандре все, что он знал относительно "Повелителя железа" и его
машины.
Рамашандра выслушал его с необыкновенным вниманием.
- Как видно, сумасбродный профессор собирается взять нас измором, заметил
он, - черт возьми, этот старый осел испортил нам все дело. Ничего не
поделаешь. Придется снарядить специальную экспедицию для того, чтобы
захватить машину в свои руки.
- Я для этого и прилетел к вам, - сказал Королев.
- Вы оказали большую услугу революции. Спасибо, - просто заметил
Рамашандра, крепко пожимая руку Королеву. - Придется вам, товарищ Королев,
взять на себя организацию экспедиции в "Долину мира". Я ни на минуту не могу
отлучиться от штаба. Все нити восстания сосредоточены в моих руках. Вы
согласны?
- Располагайте мною по своему усмотрению. Мне это дельце приходится по
вкусу.
- Вот и отлично. Завтра на рассвете вы должны будете с небольшим конным
отрядом выступить в путь. Тысячу километров на лошадях - это солидное
путешествие. Но ничего не поделаешь. Все железо оцепенело благодаря действию
проклятой машины. Железнодорожное сообщение парализовано.
- На лошадях так на лошадях. Мне все равно.
- А теперь, - я думаю, Шандромуки будет очень рада услышать весточку о
своем брате, которого она считает погибшим на французском фронте еще в
шестнадцатом году. Сейчас я отдам ребятам необходимые распоряжения, и мы
отправимся к ней. Все равно пока делать нечего.
Полковник Хейс прислушался и сердито сказал:
- Выстрелы смолкли. Это очень странно.
Он вскочил и хотел позвонить адъютанту, но не мог сделать ни шага.
- Ах, черт возьми, - буркнул он, - опять начинаются эти
электромагнитные штучки. "Повелитель железа" продолжает исправно вмешиваться
в наши военные дела.
Полковник сердито снял сапоги со слипшимися шпорами и хлопнул ладонью
по столу.
- Не понимаю, куда смотрят эти два дурака, Холмс и Допкинс! Я готов
заплатить миллион фунтов стерлингов тому, кто обнаружит машину обратного
тока.
В кабинет вошел адъютант.
- Господин полковник, честь имею доложить, машина обратного тока опять
пущена в действие.
Полковник кисло поморщился.
- Знаю, знаю. Вы всегда лезете со своими устаревшими открытиями.
Неужели вы не видите, что я опять как старый дурак сижу в одних носках.
Позвать сюда Холмса и Допкинса.
Холмс и Допкинс вышли от полковника Хейса красные как вареные раки. Они
сердито косились друг на друга.
Холмс уныло наигрывал на скрипке польку "Великая Британия" в миноре.
Допкинс демонстративно заткнул уши.
- Знаете что, мистер Холмс, - сказал он, - должен вам откровенно
признаться, что вы и ваша скрипка мне надоели до последней степени. Более
бездарного сыщика, чем вы, я еще никогда в жизни не видел. Тьфу!
- Что вы этим хотите сказать? - обиделся Стэнли.
- А то, что сегодня хорошая погода. Вам направо? До свиданья. Мне
налево. Я сам буду искать "Повелителя железа". Черт с вами.
С этими словами Допкинс глубоко засунул руки в карманы штанов и пошёл
прочь. Стэнли Холмс с сожалением посмотрел ему вслед. Затем он сыграл "На
сопках Маньчжурии", что бывало с ним в моменты высокого творческого
напряжения, и, блеснув глазами, пробормотал:
- "Повелитель железа"... Машина обратного тока... Мне кажется, что мне
удастся с успехом разрешить эту маленькую проблему. У меня уже есть
кое-какие соображения на этот счет. Смею надеяться, что я нахожусь на верном
пути. И действительно...
Между тем Допкинс на минуту забежал к себе домой и вышел оттуда
неузнаваемым. Смуглое лицо. Синяя рабочая блуза. Рука на перевязи. Можно
было подумать, что он только что дрался на баррикадах с правительственными
войсками и теперь идет немного отдохнуть на окраину к себе домой.
В его голове созрел блестящий план.
Допкинс не сомневался, что машина обратного тока находится в руках у
Рамашандры. Значит, надо проникнуть в его штаб и хорошенько там разнюхать
насчет машины.
Пробравшись незамеченным через заставы и сторожевые охранения, до
самого вечера Допкинс шлялся в рабочих предместьях, вступая в разговоры с
прохожими. Наконец ему удалось узнать, что рано утром в штаб Рамащандры
прибыл какой-то человек, якобы от "Повелителя железа". Кроме того, Допкинсу
удалось разузнать, где живет Шандромуки. А это было очень важно.
Поздно ночью в хижине. Шандромуки на отдаленной окраине Калькутты горел
огонь.
На грубом деревянном столе была разостлана карта.
Вокруг стола, наклонившись над картой, сидели Рамашандра, Шандромуки,
Королев и еще несколько человек из революционного комитета, высказывая свои
соображения и споря.
Наконец план был выработан.
Во главе отряда стоит Королев. Шандромуки, как сестра Курами и лицо,
хорошо знакомое с языком и обычаями местностей южных Гималаев, отправляется
также с отрядом. Весь отряд состоит из трехсот лучших всадников.
- Клянусь умереть или уничтожить машину обратного тока, - сказал
Королев по окончании заседания.
Рамашандра серьезно посмотрел на Королева и заметил:
- Не забудь, что в твоих руках, быть может, судьба индусского
пролетариата.
И, понизив голос, прибавил: - Береги Шандромуки.
До рассвета еще оставалось несколько часов. Можно было выспаться перед
утомительной и далекой экспедицией.
Допкинс, который наблюдал за этой сценой через окно и слышал все от
слова до слова, бросился в город и велел разбудить полковника Хейса.
- Пятьсот всадников... немедленно... в мое распоряжение, - проговорил
он, задыхаясь. - Я напал на след "Повелителя железа".
Полковник Хейс велел позвать адъютанта и отдал соответствующие
распоряжения.
С первыми лучами восходящего солнца отряд в триста всадников во главе с
Королевым и Шандромуки, переодетой индусом, выехал с северной окраины
Калькутты и взял направление на северо-запад.
Рамашандра долго смотрел ему вслед, прикрывая глаза ладонью от косых
лучей утреннего солнца.
Получасом позже другой отряд в пятьсот всадников, во главе которого был
Допкинс, выехал с западной окраины Калькутты и взял то же направление.
Полковник Хейс долго смотрел ему вслед в бинокль с крыши своей виллы.
Между тем Стэнли Холмс пробирался со скрипкой под мышкой через южную
окраину города по направлению Бенгальского залива. Его планы несколько
отличались от планов Допкинса. Но, несомненно, они были не лишены некоторого
остроумия...
Оцепенение
Прошла неделя.
Полковник Хейс расхаживал, по своему кабинету и нервно тер щеку.
Натеза-Састри и Джемс Раунд сидели в своих обычных позах - друг против
друга в креслах.
Все "Акционерное общество по распространению рюмок для еды яиц всмятку"
имело весьма удрученный вид.
Вот уже четверть часа в кабинете Хейса висело тягостное молчание.
Первым нарушил молчание полковник.
- Друзья мои, - сказал он, - события повернулись совершенно неожиданным
образом. Действие машины обратного тока оказалось значительно серьезнее, чем
можно было ожидать.
Натеза-Састри и Джемс Раунд тяжело вздохнули, а полковник продолжал:
- Фабрики и заводы оцепенели. Корабли стоят слипшись на рейдах и не
могут сдвинуться с места. Электричества нет. Радио не работает. Воду
приходится доставать из колодца деревянными ведрами. В башмаках, подбитых
железными гвоздями, невозможно ходить по улицам-то и дело рискуешь
прилипнуть к чему-нибудь железному. Голод и нищета надвигаются на нас. Мы
отрезаны от всего цивилизованного мира. Дисциплина в гарнизоне падает. Ужас!
Ужас!
- Одна надежда на мистера Холмса, - сказал Джемс Раунд.
- А я думаю, что Допкинс и никто другой найдет машину обратного тока и
спасет положение, - заметил Натеза-Састри.
Полковник Хейс кисло поморщился.
- Скорее, можно выдоить из старого выдержанного козла две жестянки
сгущенного молока, чем от этих дураков какого-нибудь проку. Вот они у меня
где сидят, ваши знаменитые детективы!
С этими словами полковник Хейс постучал ребром ладони по своей лиловой
жилистой шее. Он прибавил:
- Мне надоело сидеть на вареной картошке и простокваше. Хочу бифштекса.
Хочу производства!
Тем временем отряд Королева медленно, но верно по - двигался на
северо-запад.
Удручающая картина расстилалась вокруг.
Семь дней действия машины обратного тока наложили страшный отпечаток
смерти и оцепенения на шумную, многолюдную и плодородную страну.
Поезда не ходили. Фабрики не работали. Колеса повозок не вертелись.
Нечем было возделывать рисовые плантации. Нечем было собирать урожай. Нечем
было очинить карандаш. Нечем было выкопать яму.
Темное крестьянское население считало это гневом Шивы-Разрушителя и с
дикой покорностью готовилось к смерти, проклиная революцию.
Неподкованные лошади отряда сбивали копыта и падали в пути. Но Королев
стремился неуклонно к намеченной цели, отлично сознавая, что чем скорее он
захватит в свои руки машину обратного тока, тем скорее этот ужас окончится.
Рамашандра, стиснув зубы и сжав кулаки, метался по канцелярии штаба.
Со всех сторон приходили дурные вести.
Он говорил собравшимся членам ревкома:
- Положение тяжелое. Одна надежда на Королева. Если он не разрушит
проклятую машину обратного тока, мы можем считать свою игру проигранной.
Оружие больше не повинуется нам. В религиозно настроенных массах идет
брожение. Жрецы под руководством Натеза-Састри ведут бешеную пропаганду
против нас. Не сегодня завтра голодная толпа, лишенная пищи и воды,
растерзает нас голыми руками.
- Но что же делать?
- Что предпринять?
Рамашандра задумался.
- Нам остается одно - ждать. В нашем распоряжении продуктов всего на
три дня. Если к этому времени Королев не разрушит проклятую машину, все
погибнет.
Рамашандра топнул ногой.
- А ведь победа была так близка. Теперь буржуазия всего мира наделает
каких-нибудь убийственных машин из меди, которые не будут подвержены
действию машины обратного тока, и раздавит нас. Надо поддержать настроение
масс. Да будет проклят профессор Савельев, который под видом всеобщего мира
ведет, пролетариат Индии к гибели. Сегодня я объявляю, что мною получены от
Королева утешительные сведения. Цель оправдывает средства.
Отряд Допкинса шел по пятам за отрядом Королева, выслав вперед
разведчиков и держась от него в стороне на расстоянии пяти километров.
План Допкинса был такой: выследить местонахождение "Долины мира", у
входа в нее дать рукопашный бой Королеву, разбить его и овладеть машиной
обратного тока.
Солнце всходило и заходило над оцепеневшей местностью.
На рассвете восьмого дня вдали показались скалистые пики Гималаев.
Королев не подозревал о грозящей ему опасности.
Профессор Савельев стоял на открытой вышке своей лаборатории.
Машина обратного тока гудела, заставляя содрогаться стекла и рамы.
Синие искры сыпались с медного шара над хрустальным куполом.
Кроваво-красный закат охватил полнеба зловещим заревом, и алое сияние стояло
вокруг львиной головы профессора. Глаза его вспыхивали под темными
консервами зловещими огоньками.
"Повелитель железа" бормотал:
- Жалкие люди. Я говорил вам о вечном мире. Я просил. Я умолял, я
приказывал - вы не послушались меня. Теперь пожинайте плоды своего
упрямства. Что? Вам не нравится действие машины обратного тока? Ха-ха-ха.
Что ж, вы вполне заслужили его. Затворы ваших пушек и ружей больше не
открываются. Штыки, которыми вы убивали друг друга, слиплись. Заводы, на
которых вы производили орудия истребления, оцепенели. Посмотрим, будете ли
вы слушаться теперь "Повелителя железа"! О, вы еще придете ко мне. Вы
окружите мою лабораторию. Вы осыплете меня розами. Лучшие поэты будут
складывать песни в честь "Повелителя железа"!
Профессор Савельев был ужасен.
А где-то там, за стеклянным колпаком, содрогалась чудовищная машина
обратного тока, похожая на большое израненное сердце сумасшедшего. И капли
синей крови брызгали с треском из его порванных сосудов.
Отряд Королева приближался к "Долине мира". Уже вдалеке виднелись
скалы, окружавшие ее.
Из трехсот всадников в отряде Королева осталось едва ли семьдесят
человек.
Вдруг Шандромуки наклонилась к Королеву и шепнула:
- Господин... может быть, мне померещилось, но я видела позади нас
всадников, которые скрылись за скалами.
Королев насторожился.
- Да, мне тоже показалось, что я слышу конский топот.
- За нами погоня.
Королев дал знак отряду остановиться. Он слез с лошади и вскарабкался
на ближайшую скалу. Там он лег на живот и некоторое время осматривал
окрестности. Затем вернулся к отряду.
- Товарищи, - сказал он, - нас преследует большой конный отряд
правительственных войск. Мы почти у цели. За мной.
Отряд из последних сил бросился за Королевым карьером туда, где
виднелись отвесные скалы - цель их экспедиции.
Допкинс привстал на деревянных стременах. Он закричал:
- Нас заметили! Не дайте негодяям улизнуть! Вперед!
С этими словами Допкинс кинулся в погоню за Королевым.
Красная ракета
Отряд Королева во весь карьер приближался к южным скалам "Долины мира".
Допкинс во главе своего отряда скакал наперерез Королеву.
Лошади, ломая ноги, скатывались с острых скал. Всадники, раскинув руки,
падали навзничь.
Уже до расселины оставалось не более километра.
Королев задыхался.
Отрад Допкинса почти втрое превышал отряд Королева.
Лошади у правительственных драгунов были значительно лучше. Надо было
спасать положение.
Расстояние между отрядами быстро уменьшалось.
Внезапно Королев круто осадил лошадь.
Он отдал порывисто приказание, и половина отряда спешилась.
- Товарищи! - закричал Королев, - десять минут - и мы будем в "Долине
мира". Именем революции приказываю вам задержать неприятельский отряд или
умереть. Спешившиеся рассыпались в цепь. Они были обречены на верную смерть.
Но каждый из них готов был отдать за революцию жизнь. Отряд Допкинса летел
прямо на них.
Между тем Королев с остальными всадниками помчался к расселине.
Спешившиеся быстро вскарабкались на скалы, и едва только отряд Допкинса
поравнялся с ними, как град камней полетел в него. Революционеры, обдирая в
кровь пальцы, выламывали куски песчаника и сбрасывали их на головы
атакующих. В рядах всадников Допкинса произошло замешательство. Обезумевшие
лошади подымались на дыбы и ржали.
- К черту! Слезай с лошадей! - закричал Допкинс. - Мы передушим
мятежников голыми руками.
Отряд Допкинса спешился. Началось единственное, беспримерное в истории
сражение при "Долине мира".
Люди хватали друг друга за горло, катались в судорогах под ногами
взбесившихся лошадей, разбивали камнями друг другу головы. Каждая минута
приносила кому-нибудь гибель, но зато каждая минута приближала торжество
индусского пролетариата.
Остатки отряда Королева наконец достигли расселины.
Она была плотно замкнута. Королев вытащил из кармана ракету и с силой
потянул ее за шнур.
Огненная змея взвилась высоко в небо и, лопнув там, распустилась
огненно-красной громадной розой.
Ни oдин из спешившихся революционеров не остался в живых. Но зато
десять минут были спасены.
- На коней! - вскрикнул Допкинс, когда все было кончено. Драгуны вихрем
понеслись на кучу всадников Королева, сбившуюся около замкнутого ущелья.
- Если Курами не заметит моего сигнала - мы погибли.
Уже слышался свист и гиканье мчащейся конницы Допкинса.
- Еще минута...
Но в этот миг трещина в скважине стала увеличиваться.
Скалы расступились перед Королевым.
- За мной! - вскричал Королев, - мы спасены.
Он первый влетел в черный зияющий коридор. За ним последовали и
остальные. Лошади хрипели и спотыкались во тьме. Ущелье казалось чудовищно
длинным... бесконечным... Наконец всадники увидели впереди свет. Еще минута,
и они вылетели в "Долину".
Увидев, что скалы расступились перед Королевым, Допкинс испустил
страшное проклятие.
- За мной! - захрипел он, - как можно скорее! В ущелье!
Драгуны, предводительствуемые Допкинсом, влетели в черный зияющий
коридор. И вдруг стены его начали медленно сдвигаться.
Крик ужаса раздался в темноте. Допкинс хотел повернуть, но было поздно.
Механизм действовал неуклонно и неотвратимо. Раздался хруст костей, слабый
стон, и стены бесшумно сомкнулись на том месте, где минуту тому назад был
отряд Допкинса. Все было кончено.
Японец Саки взволнованно вбежал в лабораторию. Он был бледен.
- Профессор... В "Долине" люди... Их много... Они на лошадях...
Савельев окаменел.
- Как? Люди? Много? В "Долине"?..
Он не находил слов.
- Это измена! Как они проникли?
- Скорее, профессор... Они мчатся карьером.
В два прыжка "Повелитель железа" очутился на лестнице и взбежал на
вышку.
В желтом закатном свете, рассыпавшись лавой, к лаборатории приближались
всадники Королева. Их было человек тридцать. Они размахивали руками и что-то
кричали. Тихая "Долина мира", до этого времени не знавшая тревоги и шума,
теперь содрогалась от конского топота.
Японец Саки растерянно смотрел на профессора. А профессор уперся сухими
холодными руками в перила и, вытянув шею, всматривался в скачущих.
Вдруг его лицо исказилось страшной улыбкой.
- Я знаю... Я понимаю... - забормотал он. - Это делегация от
человечества... Она прислана просить у меня пощады. Они хотят мира... Я так
и знал... Я был уверен, что рано или поздно это случится.
Всадники приблизились к лаборатории и спешились под вышкой.
- "Повелитель железа"! "Повелитель железа"! - кричали они, - машина
обратного тока!..
Профессор Савельев поднял руки и сказал громким хрипловатым голосом:
- Братья! Я знал, что вы придете ко мне. Я ждал вас. Я знал, что на
земле наступит мир. Я заставил вас перестать. Машина обратного тока...
- Где она! Мы требуем машину обратного тока! Мы уничтожим ее!!! Смерть
"Повелителю железа"!!! Душителю рабочего класса!!! Смерть! Смерть!
Профессор Савельев пошатнулся. Его лицо исказилось.
- Аааааа! Что я слышу! Остановитесь, безумцы! Что вы хотите делать?
Крик измученных, утомленных людей, крик торжества и надежды заглушил
последние слова профессора. Множество рук поднялось над головами.
- Остановитесь, безумцы! Великие заповеди мира...
Королев пытался что-то объяснить рабочим. Но он потерял над ними
власть.
Ломая на своем пути ограду и розы, толпа ринулась в вестибюль дома.
Лица людей были безумны в своей ярости. Сыпались куски стекол. Дубовые
ступеньки лестницы бил озноб башмаков. Толпа подымалась в лабораторию.
- Ааааа! Вы не слушаете меня... Вы не хотите мира... Хорошо же...
Савельев бросился в лабораторию и схватил молоток.
Королев, первый ворвавшийся в лабораторию, остановился на пороге.
Профессор Савельев бил молотком наотмашь по машине обратного тока.
Хрупкие части звенели и ломались под бешеными ударами. Синие искры летели во
все стороны. Темные очки профессора упали на пол. Старческие голубоватые
глаза, прозрачные глаза сумасшедшего, остекленели. Машина замолкла.
Профессор Савельев по-детски сел на пол и вдруг захохотал визглявым, ни с
чем не сравнимым смехом идиота.
- Вот вам... Вот... Вот... Я умываю руки. А где же ваши розы?
Хрупкие обломки машины обратного тока устилали пол лаборатории. В углу
валялся брошенный молоток.
Переворот в Индии
Рамашандра стоял на штабеле угля.
Угрюмая голодная толпа слушала его речи. Глухой ропот недовольства
изредка нарушал тишину.
- Товарищи! - хриплым голосом кричал Рамашандра. - Еще немного
терпения. Я уверен, что экспедиция Королева увенчается успехом. Не
поддавайтесь панике. Смотрите! На нашу сторону ежедневно переходят сотни
солдат из лагеря Хейса. Победа близка. Да здравствует революция!
Толпа молчала. Тогда появился новый оратор. Это был Хаморами.
Он влез на штабель угля и стал рядом с Рамашандрой.
- Предатель! - воскликнул Рамашандра, увидев его.
Он схватил Хаморами за горло.
Толпа глухo зашумела.
- Не тронь его, Рамашандра! Мы довольно долго слушали тебя. Мы хотим
услышать, что говорят другие. Пусть говорит Хаморами.
Рамашандра понял, что в данный момент благоразумнее всего не
противоречить толпе. Глаза Хаморами лукаво прищурились. Он сказал медовым
голосом:
- Дорогие товарищи! Я, конечно, ничего не имею против многоуважаемого
нашего вождя Рамашандры, но пора посмотреть истине в глаза. Пора великих
заблуждений миновала. Я сам еще недавно был революционером. Мы разгневали
богов. Мы подняли оружие на наших друзей и покровителей. Вы сами видите
прекрасно, что раньше были сыты и одеты. А теперь что?
Раздались одобрительные возгласы.
- Но нам хотелось лучшего... Нам хотелось рая, ха-ха-ха...
Рамашандра сжал кулаки. "Интересно знать, сколько этот негодяй получил
от верховного жреца Натеза-Састри рупий за свое новое предательство!" подумал
он. Хаморами продолжал:
- Довольно. Я уверен, что боги будут к нам милостивы, если мы сознаем
свои ошибки. Покайтесь, братья, пока не поздно!
- Правильно!
- Верно! Идем к верховному жрецу!
- Долой Рамашандру!
Толпа в нерешительности замялась. Часть требовала немедленного ареста
Рамашандры и прекращения мятежа.
Часть готова была еще немного ждать. Часть колебалась.
Тогда Хаморами что было силы крикнул:
- Довольно колебаний! Убейте Рамашандру, и Шива-Разрушитель помилует
вас!
Рамашандра почувствовал, что почва уходит из-под его ног. Часть
озверевшей толпы ринулась на него с кулаками.
Желтая полоса вечерней зари закачалась в глазах Рамашандры. "Все
погибло!" - подумал он.
И вдруг со стороны Бенгальского залива грянул выстрел. Тяжелый морской
снаряд просвистал высоко над толпой и ударился в кирпичный корпус
"Реджинальд Симпля". Сноп огня, дыма и каменьев повалил из проломленной
крыши. Толпа оцепенела.
- Машина обратного тока прекратила свое действие! - закричал
Рамашандра. - Предатель Хаморами обманывал вас! Смерть предателю!!! К
оружию! На баррикады!!!
Настроение толпы резко переменилось. Малодушие прошло. Хаморами
побледнел.
- Да здравствует Рамашандра! К оружию! Смерть предателю!
Рамашандра схватил Хаморами поперек туловища и швырнул его, как щенка,
в толпу. Только клочья полетели.
А через пять минут на улицах Калькутты уже кипел ожесточенный бой.
Широкая европейская улица в Калькутте. Свист пуль.
Уличный бой.
И среди общего смятения "Акционерное общество по распространению рюмок
для еды яиц всмятку" бежало, прячась за выступы домов, в следующем порядке:
впереди полковник Хейс в красных носках. За ним Джемс Раунд, держась за
печень. И третьим верховный жрец Натеза-Састри, путаясь в пышном одеянии и
развеваясь, как знамя...
Королев бросился по лестнице в камеру радиостанции.
Кроме всего прочего, Королев также не плохо знал и технику радиосвязи.
Он быстро надел слуховые трубки и моментально настроил тон тока, как
опытный арфист арфу.
Наконец-то Королев дорвался до способа сообщения с "Вечерним пожаром".
Но прежде чем послать привет в Москву, Королев вошел в соприкосновение с
Калькуттой.
Там было все в порядке. Правительственные войска разбиты. Полковник
Хейс бежал. Рамашандра приветствует Королева и целует Шандромуки.
Несколько часов подряд Королев сидел как зачарованный, слушая
Закладка в соц.сетях
