Жанр: Драма
Дикое племя
...йств, и после этого
мог разговаривать с ней так, будто ничего не случилось. Он был
раздосадован тем, что ему пришлось убить молодого человека, но это
раздражение, казалось, было последним из всего, что он чувствовал при
этом.
За стеной дома их ожидали вооруженные люди. Энинву чуть
замедлила шаг, пропуская Доро впереди себя, как только они
приблизились к ним. Она была уверена, что сейчас последуют новые
убийства. Но как только Доро заговорил с мужчинами, сказав всего
лишь несколько слов, они тут же расступились, освобождая ему дорогу.
Затем Доро коротко поговорил с каждым, и люди отошли от него еще
дальше. Наконец, он вывел Энинву к реке, где им удалось украсть каноэ
и весла.
- Ты должен грести сам, - сказала она ему, как только они спустили
суденышко на воду. - Я буду помогать тебе, когда это место исчезнет из
вида.
- Тебе не приходилось плавать на каноэ?
- Не более трех раз за тот срок, сколько прожило на свете вот это
твое новое тело.
Он кивнул и начал грести один.
- Но ты не должен был убивать ребенка, - сказала она с печалью в
голосе. - Это было ошибкой, независимо от того, почему ты сделал это.
- Но ведь и твои люди тоже убивают детей.
- Они убивают лишь тех, кто должен быть убит из-за
отвратительных недостатков. И даже в этом случае...очень часто, когда
эти недостатки были невелики, я пыталась остановить убийство. Я
говорила голосом бога, и всякий раз, когда нарушения традиций были
небольшими, мои люди слушались меня.
- Убийство детей слишком расточительно, - согласился он. - Кто
может знать, какую пользу могут принести они, становясь взрослыми?
Но для спокойствия, иногда приходится жертвовать и детьми.
Она подумала о своих сыновьях и их детях, и поняла, что она была
абсолютно права, уводя Доро от них. Ведь он без колебаний убил бы
любого из них, чтобы испугать остальных. Ее потомки были самыми
обычными людьми, вполне способными позаботиться о себе. Но они не
смогли бы остановить Доро, соберись он расправиться с любым из них, и
надеть на себя его тело. Трудно представить, чем можно было бы
остановить этот дух. Он был дух, и не имело никакого значения, что он
говорил о себе. У него не было собственной плоти.
Уже не первый раз почти за триста прожитых лет, Энинву
пожалела, что не может помолиться богам, обратившись к ним с
просьбой о помощи. Но она должна была помогать себе сама, пользуясь
тем волшебством, на которое было способно ее собственное тело. Как
она могла справиться, имея только это, с тем существом, которое могло в
любой момент отнять у нее ее тело? И что он почувствовал бы, когда
собрался бы "пожертвовать" ей? Досаду? Раздражение? Или раскаяние?
Она взглянула на него и была поражена, увидев, что он улыбается.
Он глубоко вздохнул и выдохнул воздух с явным удовольствием. -
Тебе нет необходимости грести в ближайшее время, - сказал он ей. -
Отдыхай. Это тело здоровое и сильное. Как хорошо, когда отступил этот
проклятый кашель.
3.
Доро всегда был в хорошем настроении после перемены тела,
особенно когда ему удавалось делать такие перемены несколько раз
через короткие промежутки, или когда он получал тело одного из тех
людей, которых разводил специально для этой цели. Вот и на этот раз,
ощущение удовольствия все еще не исчезло, когда они, наконец,
добрались до берега. Он заметил, что Энинву была слишком тихой и
подавленной. Он посчитал это за признак усталости и решил, что отдых
не помешает ей. И к тому же, она только что видела нечто такое, что
было необычным и новым для нее. Доро знал, что людям нужно время,
чтобы привыкнуть к перемене его облика. Кажется, только его дети
воспринимают это должным образом. И он был готов дать Энинву
столько времени, сколько ей понадобится.
На берегу толпились работорговцы. Здесь жил английский
комиссионер, который служил в Королевской Африканской компании, и
между прочим, был человеком Доро. Звали его Бернард Дейли. У него
было три темнокожих жены, несколько детей-полукровок и явный
иммунитет к многочисленным местным болезням. К тому же он был
однорукий. Несколько лет назад Доро отрубил ему руку.
Дейли как раз присматривал за тем, как клеймили новых рабов,
когда Энинву и Доро подошли на своей лодке к берегу. В воздухе стоял
запах горелого человеческого тела и крики мальчика-раба.
- Доро, это место, где поселился дьявол, - прошептала Энинву.
Теперь она ни на шаг не отходила от него. Он только взглянул на нее.
Она по-прежнему была в обличье невысокого мускулистого мужчины, но
он так и не привык относиться к ней, как к представителю сильного
пола. Один раз он спросил ее, почему она предпочитает путешествовать
в таком облике. - Я еще не имела случая увидеть, чтобы ты разгуливал в
облике женщины, - отпарировала она. - Люди всегда думают, прежде чем
напасть даже не невысокого мужчину. И они не очень то злятся, если он
дает им сдачи.
Он только рассмеялся, но понял, что она была права. Будучи
мужчиной, она находилась в некоторой безопасности, хотя о какой
безопасности можно было говорить здесь, среди африканских и
европейских работорговцев, где на самом деле никто не мог
рассчитывать ни на какую безопасность вообще. Даже он сам мог быть
вынужден сменить свое новое тело, прежде, чем ему удалось бы
добраться до Дейли. Но с Энинву не должен был упасть ни один волос.
Он должен очень хорошо следить за этим.
- Почему мы здесь остановились? - спросила она.
- Здесь есть человек, который может знать, что случилось с моими
людьми, с людьми, которых я хотел забрать с собой. Этот морской порт
был самый ближайший к ним.
- Морской порт... Она повторила это слово точно так же, как он и
произнес его, по-английски. Он не знал слова на ее родном языке,
которое бы обозначало море. Он попытался описать ей широкое и на вид
бесконечное водное пространство, которое им предстояло пересечь, но
несмотря на это, она не сводила с него глаз в молчаливом благоговении.
Звук прибоя казалось испугал ее, смешиваясь с криками заклейменных
рабов. Видимо в первый раз она выглядела так, будто множество новых
незнакомых для нее вещей смогли ошеломить ее. Казалось, что она
готова сорваться с места и побежать в лес, как зачастую пытались делать
рабы. Полностью выведенная из себя, она выглядела просто испуганной.
Тогда он остановился, повернулся к ней лицом и крепко взял за
плечи. - Никто не причинит тебе вреда, Энинву. Он старался говорить
как можно более убедительно. - Ни эти работорговцы, ни это море,
вообще никто и ничто. Я довел тебя до этого места совсем не для того,
чтобы потерять. Ты знаешь мою силу. Тут он почувствовал, как она
вздрогнула. - Но эта сила также не причинит тебе вреда. Я согласен
принять тебя, как свою жену, тебе же остается только повиноваться мне.
Она внимательно смотрела на него пока он говорил, как будто ее
глаза могли читать его мысли по выражению лица, отыскивая в них
правду. Обычные люди не могли так себя вести с ним, но она была
далеко не обычной. У нее было достаточно времени за столь долгую
жизнь, чтобы научиться понимать людей, почти так же как умел это и
сам Доро. Некоторые из его людей были уверены, что он может читать
их невысказанные мысли, настолько прозрачны были они, когда лгали
ему. Но полуправда, однако, была уже совсем иным делом.
Казалось, что Энинву смягчилась и успокоилась. Затем что-то
попало в поле ее бокового зрения, и она будто остолбенела. - Вот это и
есть один из твоих белых людей? - прошептала она. Он рассказывал ей о
европейцах, объясняя, что несмотря на их бледную кожу, они не
являются ни альбиносами, ни прокаженными. Она слышала о таких
людях, но до сих пор не видела ни одного.
Доро взглянул на приближающегося европейца и сказал: - Да, но
он всего лишь мужчина. Он может умереть так же легко, как и черный
человек. А сейчас, отойди от меня.
Энинву немедленно подчинилась.
Доро и не намеревался убивать этого белого, если мог избежать
встречи с ним. Он уже убил достаточно людей из окружения Дейли во
время их первой встречи, чтобы заставить англичанина бросить свой
бизнес. Дейли, не смотря на это, оказался сговорчивым, и Доро помог
ему выжить.
- Мы рады видеть тебя, - сказал по-английски этот белый. - Может
быть у тебя есть еще рабы для продажи? Было очевидно, что новое тело
Доро здесь явно не чужое. Доро взглянул на Энинву и заметил, как она
смотрела на работорговца. Мужчина был бородатым грязным и худым,
как будто его мучила болезнь. Эта земля пожирала белых людей. Этот
рабовладелец был худшим представителем своего вида, но Энинву не
знала этого. Она смотрела во все глаза. Ее любопытство теперь брало
верх над страхом.
- А ты уверен, что знаешь меня? - спокойно спросил его Доро. И
тут же его голос дал ожидаемый эффект.
Человек тут же остановился и нахмурился от удивленья и
смущения. - Кто ты? - поинтересовался он. - Кто....Что тебе надо здесь?
Он не казался испуганным. Он просто не знал Доро и едва ли понимал,
что делает ошибку. Он стоял, глядя вверх на высокого темнокожего
человека, и был настроен явно враждебно.
- Я приятель Бернарда Дейли, - сказал Доро. - У меня с ним есть
общие дела. Доро говорил по-английски, так же как делал это
работорговец, и без всякого сомнения, они понимали друг друга.
Поскольку работорговец продолжал смотреть на него, Доро начал
обходить его, направляясь к месту, где клеймили рабов и где он видел
Дейли, разговаривавшего с кем-то еще.
Но работорговец на этом не успокоился. Он выхватил свой мечь. -
Так ты хочешь видеть капитана? - едва ли не выкрикнул он. Следует
заметить, что Дейли не командовал кораблем вот уже почти пятнадцать
лет, но продолжал носить капитанский титул. Работорговец
ухмыльнулся, глядя на Доро, оскалив редкие желтые зубы. - Ты очень
скоро увидишь его!
Доро, увидев в его руках оружие, был раздосадован. Одним, почти
неуловимым, движением он поднял тяжелое мачете и выбил более легкий
клинок из руки белого.
В следующий момент мачете было прижато к горлу работорговца.
- Вместо этого могла быть твоя рука, - очень спокойно сказал Доро. -
Или твоя голова.
- Но тогда мои люди убили бы тебя прямо на месте.
- Но что тебе-то от этого?
Последовало молчание.
- Поворачивайся, и мы вместе подойдем к Дейли.
Работорговец неохотно подчинился, бормоча что-то непристойное
по поводу предков Доро.
- Очередное слово будет стоить тебе головы, - предупредил его тот.
И вновь последовало молчание.
Итак, все трое, двигаясь друг за другом, прошли мимо скованных
цепями рабов, мимо костра, где уже закончили клеймить вновь
прибывших, мимо людей Дейли, которые во все глаза смотрели на них.
Они направились прямо к тому месту, где под навесом, огороженном с
трех сторон, на деревянном ящике сидел Дейли, попивая что-то из
глиняного кувшина. Он опустил кувшин, чтобы получше разглядеть
Доро и Энинву.
- Я вижу твое дело процветает, - сказал Доро.
Дейли встал. Он был невысокого роста, коренастый,
прочерневший на солнце и заросший бородой. - Повтори еще раз, -
прорычал он. - Кто ты? Он был слегка туговат на ухо, но Доро понимал,
что тем не менее он все хорошо расслышал. В этом человеке Доро
наблюдал странное сочетание опасений и предусмотрительности, что он
наблюдал и у большинства его людей. Он знал, что когда они встречали
его, проявляя именно эти свои качества, он по-прежнему мог считать их
своими слугами, преданными и покорными.
- Ты прекрасно знаешь, кто я, - сказал он.
Работорговец отступил на шаг.
- Я сохранил твоему человеку жизнь, - продолжал Доро. - Но ты
должен научить его хорошим манерам.
- Я займусь этим. Он махнул рукой, показывая смущенному и
разгневанному человеку, что тот может уходить. Некоторое время
человек смотрел на Доро и на мачете, теперь опущенное острием вниз.
Наконец, он медленно и осторожно пошел прочь.
Когда белый человек удалился, Доро спросил Дейли: - А моя
команда появлялась здесь?
- И не один раз, - ответил работорговец. - Только вчера, твой сын
Лейл выбрал здесь двух мужчин и трех женщин. Это были молодые и
сильные чернокожие, лучшие из всей моей партии.
- Скоро я увижу это, - ответил Доро.
Неожиданно Энинву вскрикнула.
Доро тут же быстро взглянул в ее сторону, опасаясь, не обидел ли
ее кто-нибудь. Затем он перевел глаза на Дейли и на его людей. - Ну,
женщина, ты можешь вынудить меня сделать ошибку! - прбормотал он
себе под нос.
- Это Окойя, - прошептала она. - Сын моей самой младшей дочери.
Должно быть эти люди напали на их деревню.
- Где он?
- Вон там! Она указала рукой на молодого человека, которому
только что поставили клеймо. Он лежал задыхаясь прямо на земле, весь
грязный, в синяках и ушибах, которые получил, сопротивляясь
раскаленному железу.
- Я подойду к нему, - тихо сказала Энинву, - хотя он и не знает
меня.
- Хорошо, иди, - сказал ей Доро. Затем он опять прешел на
английский. - У меня есть еще одно дело к тебе, Дейли. Вот этот
мальчик.
- Но... он уже запродан. Корабль компании...
- Какая жалость, - заметил Доро. - Значит ты не получишь никакой
выгоды от него.
Белый поднял обрубок руки, чтобы почесать заросший
подбородок. - А что ты предлагаешь? У него уже вошло в привычку
пополнять свое скудное жалованье приторговывая с посторонними, не
относящимися к компании людьми, каким в данный момент являлся
Доро. Это было опасное занятие, но Англия была далеко, и он, вероятнее
всего, вряд ли был бы пойман.
- Подожди минуту, - сказал ему Доро, а затем перешел на другой
язык: - Энинву, этот мальчик здесь один, или есть еще кто-то из твоей
семьи?
- Он один, других уже увезли куда-то.
- Когда?
Она очень быстро заговорила о чем-то со своим внуком, а затем
вновь повернулась к Доро. - Последние из них были проданы белым уже
много дней назад.
Доро вздохнул. Это было ему знакомо. Родственники этого
мальчика, совершенно незнакомые ему, исчезли точно так же, как и
люди из деревни его племени. Он повернулся и сделал Дейли
предложение, которое заставило того облизнуть губы. Он и так отдал бы
мальчика без всяких принуждений и нашел бы замену для тех, кто уже
купил его. Но вот это темное выжженное на детской груди клеймо,
выглядело теперь бессмысленным. - Сними с него цепи, - приказал Доро.
Дейли махнул одному из своих людей, и тот снял цепи.
- Я пришлю тебе своего человека с деньгами, - пообещал Доро.
Дейли лишь покачал головой, и вышел из-под навеса. - Я
отправлюсь с тобой, - сказал он. - Ведь это не так далеко. К тому же один
из твоих людей может пристрелить тебя, если увидит в этом обличье, да
еще в компании с двумя чернокожими.
Доро рассмеялся и принял предложение. Ему так или иначе
хотелось поговорить с Дейли о той деревне, где оставалось его племя. -
Неужели ты думаешь, что я обману тебя? - спросил он. - После стольких
лет?
Дейли улыбнулся, оглянувшись на мальчика, который шел теперь
рядом с Энинву. - Ты вполне можешь обмануть меня, - сказал он. - Ты
можешь ограбить меня, всякий раз, когда ты что-то выбираешь,
несмотря на то что хорошо платишь при этом. Почему?
- Возможно потому, что ты достаточно умен, чтобы принимать
как есть то, чего ты не в состоянии понять.
- Тебя?
- Меня. Что такое по-твоему я? Как ты себе это объясняешь?
- Чаще всего я думал, что ты сущий дьявол.
Доро вновь рассмеляся. Он обычно позволял своим людям
говорить все, что они думают, до тех пор, пока они не останавливались
по его знаку и не подчинялись его командам. Дейли достаточно долго
был связан с ним, чтобы не знать этого. - А кто же тогда ты? - спросил он
рабовладельца. - Иов?
- Нет. Дейли лишь печально покачал головой. - Иов был гораздо
сильнее меня.
Тут Доро остановился, повернулся и взглянул на него. - Ты должен
радоваться, что живешь на свете, - сказал он.
Дейли отвернулся, не желая встречаться взглядом ни с чем, что
могло смотреть на него из самых обычных глаз, принадлежащих этому
телу, которое сейчас носил Доро. Но когда Доро вновь двинулся вперед,
Дейли последовал за ним. Он последует вслед за Доро на корабль, и если
Доро предложит ему деньги за мальчика, он должен будет отказаться от
них. Этот мальчик должен стать подарком. Дейли никогда не брал
деньги прямо из рук Доро, но всегда был готов разделить его общество.
- А почему этот белый зверь следует за нами? - спросил мальчик
достаточно громко, чтобы Доро услышал его слова. - Что он теперь
собирается сделать с нами?
- Мой хозяин должен заплатить ему за тебя, - сказала Энинву. Она
представилась мальчику дальним родственником его матери. - И, кроме
того, мне кажется, что этот человек хочет услужить ему.
- Но если этот белый человек раб, то почему ему следует платить?
На этот раз ответил сам Доро. - Потому что я хочу заплатить ему,
Окойя. Ведь может же человек сам решить, как ему поступать со своими
рабами.
- Так значит это ты послал своих рабов, чтобы убить наших
родственников и забрать нас?
- Нет, - сказал Доро. - Мои люди только покупают и продают
рабов. Он подумал о том, что покупает только вполне определенных
рабов, если Дейли по-прежнему повинуется ему. Скоро это будет
известно.
- А затем они пришлют других, чтобы грабить и убивать нас. Это
то же самое!
- То, что я разрешаю своим людям, это мое дело, - сказал Доро.
- Но они.....!
Доро неожиданно резко остановился, повернулся лицом к
молодому негру, который и сам начал неуклюже останавливаться. - То,
что я разрешаю им делать, это мое дело, Окойя. Вот и все.
Вероятно, недолгое время, проведенное в рабстве, научило его
терпенью. Окойя ничего не ответил на эти слова. Энинву же лишь
пристально посмотрела на Доро, но продолжала молчать.
- О чем они говорят? - спросил Дейли у Доро.
- Они не одобряют твоей профессии, - пояснил ему Доро.
- Проклятые дикари, - пробормотал тот. - Это настоящие
животные, и к тому же сплошь сущие людоеды.
- Вот эти как раз нет, - сказал Доро, - хотя некоторые из их соседей,
несомненно.
- Все они, все, - настаивал Дейли. - Дай им только случай.
Доро улыбнулся. - Конечно, без всякого сомненья, миссионеры со
временем доберутся и к ним, чтобы обучить их практике символического
людоедства.
Дейли даже подскочил на месте. Он считал себя набожным
человеком, не смотря на свое занятие. - Но ты не должен говорить
подобные вещи, - зашептал он. - Даже если ты и не досягаем для Бога.
- Только избавь меня от твоей мифологии, - сказал ему Доро, - и от
твоего праведного негодования. Дейли слишком долго вел дела с Доро,
чтобы не быть искушенным в подобных делах. - По крайней мере, мы
честно говорим о том, что мы делаем, - продолжал Доро. - Мы не
претендуем, как делаете это вы, рабовладельцы, на то, что делаем это
ради спасения души наших жертв. И уж никогда не убеждаем самих себя,
что ловим их только для того, чтобы обучить их цивилизованной
религии.
У Дейли округлились глаза. - Но....Ведь я не имел в виду, что
именно ты.... и являлешься.....этим.... Я не имел в виду.....
- А почему нет? Доро продолжал глядеть на него, забавляясь его
смущением. - Уверяю тебя, я самый способный из всех людоедов,
которых тебе только доводилось встречать.
Дейли промолчал. Он вытер свои брови и смотрел в сторону моря.
Доро проследил за его взглядом и заметил, что теперь там можно было
разглядеть корабль, стоявший на якоре в маленькой бухте. Это был
собственный корабль Доро, "Серебряная Звезда", небольшой, но очень
крепкий и более подходящий, чем его более крупные корабли, для того,
чтобы проходить в запрещенные места и вывозить рабов,
принадлежавших Королевской Компании. Еще ближе Доро смог
разглядеть некоторых из своих людей, которые грузили в длинную лодку
батат. Очень скоро он должен быть на пути к дому.
Доро пригласил Дейли подняться на корабль. Там, прежде всего,
он разместил Энинву и ее внука в своей собственной каюте, а уже затем
он ел и пил с Дейли, расспрашивая его о своей деревне.
- Нет, это не жители побережья, - сказал Доро. - Это племя из
внутренних районов страны, жившее в долинах, окруженных лесами. Я
показывал тебе некоторых из них несколько лет назад, когда мы
встретились с тобой.
- Эти черномазые для меня все на одно лицо, - сказал Дейли. - Мне
трудно что-либо сказать. Он глотнул бренди.
Доро через пространство маленького стола быстро схватил его за
единственную оставшуюся руку как раз повыше запястья. - Если ты не
сделаешь этого, ты будешь для меня просто бесполезен, - сказал он.
Дейли остолбенел от страха, не сумев даже во время отреагировать
и выдернуть захваченную руку. Он тихо сидел, вполне возможно
вспоминая о том, как умирали его люди в предыдущие годы, и о том,
дотрагивался ли при этом до них Доро, или нет. - Это была всего лишь
шутка, - хрипло прошептал он.
Доро ничего не сказал, только взглянул на него.
- В твоих людях была арабская кровь, - очень быстро заговорил
Дейли. - Я припоминаю их взгляды и их язык, которому ты учил меня, а
так же их отвратительный характер. Таких людей не просто превратить в
рабов, чтобы при этом они остались в живых. Никто, похожий на них не
проходил через мои руки, не будучи опознанным.
- Повтори слова, которым я научил тебя.
Дейли произнес их, те самые слова, на языке людей из племени
Доро, которые он должен был задавать, чтобы убедиться, что перед ним
те самые люди, "соплеменники Доро". И только после этого тот
отпустил его руку. Работорговец произносил все слова абсолютно верно,
но никто из людей Доро не ответил на них. Эти люди, как и говорил
Дейли, были очень трудными людьми: с плохим характером, более
подозрительные, чем большинство остальных чужеземцов, более
способные на убийство своих соседей, они охотнее других соблюдали
свои обычаи и удовлетворяли голод человеческим мясом. Именно по
этим причинам Доро и изолировал их внутри редко населенной саванны.
Будь они гораздо ближе к большим и сильным племенам, они давно бы
исчезли бы с лица земли как некое недоразумение.
Но кроме того, это были люди с сильно развитой интуицией,
которая непроизвольно позволяла им читать чужие мысли и бороться
друг с другом скорее с помощью дьявольских намерений, нежели с
помощью дьявольских поступков. И все это они совершали даже не
задумываясь о том, что делали что-то необычное. Доро был их
истинным богом с тех самых пор, когда он собрал несколько их
поколений и разрешал им жениться только друг на друге, или же на
чужеземцах, которых сам приводил к ним. Они подчинялись ему,
выбрасывали прочь явно недоразвитых детей, рожденных от
близкородственных браков, и усиливали те качества, которые делали их
столь полезными для Доро. Если те же самые качества делали их сверх
нормы раздражительными и злобными, порочными и нетерпимыми до
жестокости по отношению к таким же людям, как и они, то это не
принималось в расчет. Доро был очень доволен ими, а они, в течение
многих веков, свыклись с идеей, что его радость, это самое главное, что
они призваны поддерживать.
- Твои люди наверняка все погибли, если бы их попытались
захватить, - сказал Дейли. - Те немногие, которых ты приводил сюда
много лет назад, могли создать себе врагов везде, где бы они не
оказались.
Доро забрал из той деревни лишь пятерых, чтобы скрестить их с
вполне определенными людьми другой породы, которых он отыскивал и
собирал. Они оскорбляли каждого своим высокомерием и
враждебностью, но они же могли и размножаться именно так, как
приказывал им Доро, и приносили детей, детей с еще большей по
величине и более управляемой обостренностью чувств.
- Некоторые из них живы, - сказал Доро. - Я даже ощущаю, как их
живой организм притягивает меня, когда я думаю о них. Я собираюсь
отыскать и выследить стольких их них, сколько смогу, прежде чем ктонибудь
не перебьет их всех.
- Мне очень жаль, - сказал Дейли. - Хотелось бы, чтобы они
попали ко мне. Сколь ни плохи они были, я бы все равно попридержал
их, чтобы передать тебе.
Доро только вздохнул, кивая головой. - Да, я уверен, что ты
поступил бы именно так.
Остатки напряженности, еще остававшиеся у работорговца,
растаяли после этих слов. Он знал, что Доро не будет винить его за
исчезновение его людей, как не будет и наказывать. - Что это за
маленький Айбо, которого ты притащил на корабль? - с любопытством
спросил Дейли. Теперь подошло время удовлетворять любопытство.
- Дикое племя, - сказал Доро. - Здесь налицо, как мне кажется,
давно утерянная родовая наследственность, и, я думаю, что другой такой
просто не существует. Мне необходимо кое с чем разобраться в ее
происхождении, раз уж ей удалось выжить.
- Она! Но...ведь этот черный - мужчина.
- Временами. Но она родилась женщиной. И она женщина
большую часть времени.
Дейли лишь недоверчиво покачал головой. - Что за уродов ты
собираешь! Я могу предположить, что теперь ты будешь разводить
существ, которые даже не будут знать, как им мочиться, стоя или сидя.
- Они узнают это, если я выведу их. Они будут это знать, но не в
том дело.
- Подобные существа должны быть сожжены. Они появляются
против воли божьей!
Доро лишь рассмеялся и ничего не сказал. Он знал, так же как и
сам Дейли, что работорговец желал бы стать одним из этих уродов.
Возможно, что Дейли был жив до сих пор благодаря этому желанию.
Десять лет назад на его пути встало нечто, что он посчитал всего лишь за
черномазого дикаря, возглавлявшего пятерых, менее черных, но таких же
диких на вид людей. Все шестеро показались достаточно молодыми и
здоровыми, как раз пригодными для того, чтобы пополнить партию
рабов. Дейли послал своих чернокожих наемников, чтобы захватить их.
В этот день он потерял тринадцать человек. На его глазах они падали
как колосья под косой. Затем, обезумевший от страха он столкнулся с
Доро, который был в облике последнего из его убитых людей. Дейли
выхватил собственный меч. Это движение стоило ему правой руки. Он
так никогда и не понял, почему это не могло стоить ему жизни. Он не
знал привычек Доро оставлять подчинившихся ему представителей
власти в разных частях света, которые были готовы услужить ему, как
только в них возникала необходимость. Все, что Дейли понимал, так это
то, что ему сохранили жизнь: Доро обработал его рану и следил за ней до
его полного выздоровления.
А к тому време
...Закладка в соц.сетях
