Жанр: Детектив
Машина смерти
...чему не
удивляться. Ну скажите на милость, что общего может иметь "Китти Хоук",
один из крупнейших американских авианосцев, с обглоданными до блеска
скелетами, найденными в Сахаре?
- Губернатор действительно поднял шум по этому поводу? -
поинтересовался Мак-Кэйб, обращаясь к Сэмпсону.
- Определенно, сэр, - ответил командор.
- А этот шаман?
- Он уже ждет на месте, - кивнул Сэмпсон.
Я вопросительно взглянул на адмирала Мак-Кэйба, но он предостерегающе
поднял свою мощную лапу, поросшую густым рыжим волосом.
- Несколько слов о Мали. Я был в составе группы специалистов, которые
вылетали туда для исследования скелетов... - Мак-Кэйб приблизил запястье
к глазам и посмотрел на часы. - Впереди у нас еще полтора часа лета, и я
расскажу об этом поподробнее...
Глава 6
Бэзил Фитч, которому было адресовано письмо Билла Доремю, подобно
многим своим соотечественникам, еще в ранней молодости покинул Будапешт
и отправился на Запад в поисках счастья и материального благополучия.
Теперь ему было тридцать девять лет. Он имел весьма привлекательную
внешность. Его черные волосы были густыми, блестящими, мягкими на вид и
лежали красивой волной над его чистым ровным лбом. Невозможно было
представить, чтобы его шевелюра могла когда-нибудь находиться в
беспорядке. Черты лица Бэзила были настолько правильны, что он мог быть
натурщиком художника, пишущего святых. Но самым главным в облике Фитча
были, конечно, глаза. Темные и крупные, подобные спелым маслинам, в
обрамлении длинных загнутых кверху ресниц. Вне всяких сомнений многим
представительницам прекрасной половины человечества эти задумчивые
ласковые глаза снились душными и прохладными ночами. Кто-кто, а женщины
Бэзила любили. К тому же, Фитч обладал невероятным обаянием, которое,
впрочем, присуще большинству венгров. Ко всем достоинствам Бог одарил
Бэзила редкой деловой хваткой. Он постарался как можно быстрее
обзавестись британским гражданством, изменив свои прежние имя и фамилию
Бэзул Федоравич на Бэзил Фитч и самозабвенно стал заниматься
кинематографическими делами на пару со своим соотечественником
Александром Кордой из фирмы "Британский лев" и добился значительных
успехов. Благодаря очарованию своих актеров, а точнее - актрис, он
довольно быстро стал представителем ряда американских агентств за
рубежом. При такой внешности это было не сложно. Бэзил без труда
добивался расположения хорошеньких женщин, а уж они готовы были ради
него на все, о чем бы он ни попросил. Именно эти связи помогли ему
попасть в высшие круги общества. Имея в своем распоряжении кредитку
клуба "Замочной скважины" и письмо Доремю, Бэзил Фитч связался с
американским послом при дворе Святого Джеймса, филадельфийским издателем
Анненбергом, рекомендованным на эту должность известным
священнослужителем. Посол Анненберг серьезно воспринял сведения, которые
предоставил Фитч, и сразу же отправил их Президенту по дипломатической
почте. В Вашингтоне Президент Никсон вызвал к себе министра обороны, а
также шефа АНБ адмирала Мак-Кэйба. В условиях строжайшей секретности
адмирал Мак-Кэйб лично возглавил группу расследования, которая и
занялась находкой в Тимбукту. Как британский гражданин, Бэзил Фитч был
приведен к присяге, согласно официальному закону о секретной
деятельности Великобритании, проводимой британской спецслужбой Эм-Ай-6
<Британская королевская разведка, именуемая также Secret Intelligence
Service и обозначаемая двумя идентичными аббревиатурами MI-6 (Эм-Ай-6)
либо SIS (Эс-Ай-Эс), известными в неграмотном переводе как МИ-6 и СИС.
Эм-Ай-6 действует за пределами страны, занимаясь как шпионажем, так и
контрразведкой и является единственной британской спецслужбой,
уполномоченной добывать секретную информацию в иностранных государствах
нелегальными средствами. В отличие от Эм-Ай-6, служба контрразведки,
именуемая Эм-Ай-5, действует исключительно на британских территориях,
обязана строго соблюдать законы и подобно отделу безопасности ФБР
является чисто контрразведывательной организацией.>. Мак-Кэйб и его
следователи по особо важным делам встретились с шефом Эм-Ай-6 сэром
Джулианом Киизом на Гибралтаре, откуда вылетели в Мали для эксгумации и
аутопсии трупа Дэна Галлахера и детального исследования, находящихся в
полицейском морге Тимбукту четырех неопознанных скелетов. В ходе
расследования удалось выяснить, что первый скелет принадлежал полковнику
Рику Кондону, секретному агенту отдела военно-воздушной разведки АНБ.
Полковник Кондон родился в Бостоне, поступил на профессиональную службу
в ВВС после второй мировой войны, но особенно отличился на поприще
разведывательной деятельности. Именно Кондон установил факт
существования таинственной "Замочной скважины".
Второй скелет принадлежал шестидесятилетнему англичанину, по имени
Хэвлок Дюнн. Хэвлок Дюнн был секретным агентом со стажем. Он никогда не
служил в армии, но являлся одним из самых опытных агентов Эм-Ай-6,
осуществлявших разведывательную деятельность в Женеве во время второй
мировой войны. Сэр Джулиан Кииз был ошеломлен и подавлен, обнаружив
останки этого агента. Джулиан Кииз редко оказывался в подобном
положении. Все, кто знали его, говорили, что это человек, не знающий
человеческих слабостей. Усилием воли сэр Джулиан попытался как можно
быстрее справиться с охватившей его растерянностью.
- Надежный был парень, - с трудом произнес он. - Если эта организация
смогла устранить старика Дюнна, то я боюсь, нам придется гораздо
труднее, чем можно предположить.
Адмирал Мак-Кэйб был такого же мнения о полковнике Рике Кондоне. До
самой смерти Кондон никому не позволял оставить себя в дураках.
Третий скелет оказался женским, что явствовало из более широкого и
продолговатого отверстия малого таза. При жизни женщина была стройна,
молода, одевалась по последней моде и имела роскошные темно-рыжие
волосы, которые сохранились в нетронутом виде, запутавшись в шейных
позвонках, на верхнем из которых, именуемом медиками атлантом, покоился
курносый, совершенно лысый, белоснежный череп благородной формы с
прекрасно сохранившимися ровными жемчужными зубами. По ажурному
серебряному кольцу, являвшемуся фамильной реликвией и волею случая
уцелевшему на фаланговой кости безымянного пальца левой руки, шеф
французской контрразведки полковник Марат опознал останки Клодин Дюфон,
своей внучатой племянницы, тайной агентессы Второго бюро, которую он
собственноручно послал на задание. Прямой потомок наполеоновского
генерала, унаследовавший внешность и многие черты своего знаменитого
предка, полковник Альфонс Марат был чрезвычайно огорчен потерей своей
горячо любимой внучатой племянницы Клодин Дюфон.
Четвертый скелет, одетый в элегантный серо-голубой костюм из
лондонского салона-ателье "Семь иголок", принадлежал рослому
тридцатилетнему мужчине со сломанной грудиной и крупнокалиберной пулей в
пятом поясничном позвонке позвоночного столба.
Ни французы, ни англичане, ни американцы не могли установить личность
четвертой жертвы "Замочной скважины", пролежавшей в песках Сахары дольше
всех остальных.
В Стокгольме шведская секретная служба "Чиффербирернэс",
функционирующая под эгидой министерства обороны, также заинтересовалась
таинственной "Замочной скважиной" после обращения к ним крупного
бизнесмена Кнута Демсона, который вскоре уехал в Италию, где при
загадочных обстоятельствах, в необъяснимом приступе внезапного безумия
совершил "самоубийство". Кроме того, японец Найкуку Сосахицо получил
шифровку от Анго Кэнкю Хэна из их спецслужб, в которой говорилось, что
высокопоставленный сотрудник токийской фирмы "Мачида Лайф Иншуренс
Компани" сообщил им о некой "Замочной скважине" за два дня до того, как
выбросился или выпал из окна здания ООН в Нью-Йорке во время участия в
международной конференции по страхованию морских перевозок.
"Замочная скважина" действовала столь скрытно, надежно и прибыльно,
что ни одному секретному агенту пяти великих держав мира не удалось пока
раздобыть никаких серьезных изобличающих сведений.
За полчаса до приземления в аэропорту Нанди мы переоделись в белые
летние костюмы. Я был несказанно рад сменить обременительные
антарктические одежды на легкий летний костюм. Фиджи находятся всего
лишь в шестнадцати градусах южнее экватора. Предстояло резкое изменение
температуры: от 60 градусов ниже нуля на полярной станции Мак-Мердо до
90 градусов выше нуля <По Фаренгейту.> в Нанди. Меня крайне беспокоило
то, что операция должна была проводиться при любых обстоятельствах. Это
означало, что моя миссия далеко небезопасна и может стоить жизни не
только мне одному. Я допускал, что грядущая операция настолько важна,
что для ее благополучного исхода можно пожертвовать жизнью. Но, черт
побери, почему именно моей? К тому же, хотя Мак-Кэйб неоднократно
повторял сказанное, я никак не мог уяснить, что, собственно, от меня
требовалось. Я пытался получить у него более ясные ответы, но он всякий
раз уклонялся, находя все новые отговорки. Поэтому я нащупывал суть дела
почти вслепую, словно путник, заблудившийся ночью в густом тумане.
Тем временем вопросы адмирала следовали один за другим.
- Что ты знаешь об АНБ?
- Ничего. Я не любопытный.
- Какое второе имя
Гарри Трумэна?
- Зачем так много вопросов? - невозмутимо изрек я. - Среднее имя
Президента Гарри Эс Трумэна то ли Шайп, то ли
Соломон. Так звали двух его дедушек.
Мак-Кэйб глубоко вздохнул и продолжил инструктаж, длинный и нудный,
как послание Папы Римского.
- Так или иначе, именно Гарри Трумэн 4 ноября 1952 года создал
Агентство Национальной Безопасности.
- Неужели так давно? - удивился я.
Мак-Кэйб проигнорировал мою реплику.
- Директива о создании АНБ держалась в строжайшей тайне и мир узнал о
создании этой организации только через пять лет, - продолжал адмирал. -
Затем в правительственных инструкциях стали упоминать о ней,
подчеркивая, что Агентство Национальной Безопасности подчиняется
министру обороны и преследует цель координации деятельности различных
государственных органов по вопросам национальной безопасности. Мак-Кэйб громко рассмеялся, выставляя напоказ свои зубы, желтые и
длинные, словно у старого коня. Мак-Кэйб шумно втягивал огромным ртом
воздух в бочкообразную грудь и отрывисто лаял на выдохе, но глаза его
по-прежнему оставались ледяными.
- Ни об одной организации на правительственном уровне не говорят
столь мало и так редко, - отдышавшись прохрипел Мак-Кэйб.
- А чем в действительности занимается АНБ?
- Вся получаемая информация строго классифицирована, - ответил он
наставительным тоном. Это означало, что вопросы с моей стороны останутся
без ответов. Я должен знать только то, что расскажет мне сам Мак-Кэйб. -
АНБ перехватывает, анализирует, расшифровывает, просеивает сквозь мелкое
сито всю информацию, как военную, так и экономическую всех государств
мира, как дружественных, так и враждебных.
Я был ошеломлен.
- Просто невероятно! - если бы это говорил не сам Мак-Кэйб и не в
такой ситуации, я бы просто не поверил своим ушам.
- Всю информацию обрабатывают компьютеры. Сверхмощные компьютеры.
Суперкомпьютер 7094 - это сравнительно небольшое устройство, способное
обрабатывать практически неограниченный объем информации. Кроме того, мы
координируем все линии связи и шифровальные системы наших вооруженных
сил, не говоря о ЦРУ, ФБР и прочих государственных органах, получающих
информацию из секретных источников. - Колоссальный объем информации, -
сказал я, с трудом переваривая услышанное.
- Немного обширнее, чем сама Солнечная система, - ответил Мак-Кэйб.
- А вы понимаете, - медленно спросил я, - что это посягательство на
неприкосновенность личной жизни граждан?
- Неприкосновенность личной жизни... - Мак-Кэйб задумчиво покачал
головой и язвительно фыркнул. - А что это такое?! Наш маленький Земной
шарик населяют миллиарды живых существ, которые не столь гуманны, как
кажется на первый взгляд и которые ценят чужую жизнь не более, чем свое
дерьмо.
- И все-таки... - как можно тверже сказал я.
Мак-Кэйб устало улыбнулся и махнул рукой куда-то в пустоту.
- Я знаю, что ты говоришь вполне серьезно. Твоя искренность написана
у тебя на физиономии.
Я уставился на адмирала. Мак-Кэйб закурил сигарету и слегка
прищурился. - В нашей стране есть организация, именуемая Департаментом
государственных сборов. Там не только знают все о всех, но даже, черт
побери, имеют право схватить, посадить, потребовать уплаты штрафа,
преследовать судебным порядком, облить грязью, высушить и снова обложить
налогом. Это полная тирания, осуществляемая хорошо оплачиваемыми
бездельниками. - Мак-Кэйб откинулся на спинку кресла. - А моя
организация и подавно действует за пределами законных рамок, поскольку
АНБ защищает безопасность страны, а безопасность превыше всего. АНБ
наделено властью, которая пугает даже меня! Неприкосновенность личной
жизни! Как странно! Это так же странно, как если бы местный банк делал
анализ крови прежде чем позволить сдать на хранение чумные награбленные
деньги клиента в свои стерильно чистые бронированные подвалы. - Мак-Кэйб
сделал короткую паузу. - Даже Государственный департамент
<Государственный департамент - внешнеполитическое ведомство США (с 1789
года), выполняющее функции Министерства иностранных дел. Возглавляется
госсекретарем.> знает о всех передвижениях своих граждан в обоих
полушариях мира и о том, являются ли они красными, коричневыми или
голубыми либо просто белыми, краснокожими, черными или цветными.
Продолжать дальше? - Адмирал вышел из себя. - Неприкосновенность личной
жизни! Может мы обсудим во всех деталях случай с твоей женой?
- Мы никогда не будем этого обсуждать, - как можно спокойнее ответил
я.
- Хорошо, Сэм, - Мак-Кэйб дотянулся до моего плеча и положил на него
свою лохматую лапу. - Я вовсе не хотел задеть тебя за живое, я лишь
хочу, чтобы ты ясно понял, что если не избавишься от какого бы то ни
было благодушия и не будешь действовать предельно собранно и жестко, то
скоро станешь очередной жертвой "Замочной скважины", как Патрик Генри
Даффи, историю жуткой гибели которого тебе стоит узнать во всех деталях.
Патрик Генри Даффи, вице-президент "Фэлмут Нэшнел-бэнк" в Бостоне не
верил, что смерть совсем рядом. В возрасте пятидесяти пяти лет он
придерживался самой древней философии - воровать, чтобы жить.
Даффи полагал, что в любой момент сумеет замести следы. В очередной
раз он прикарманил из авуаров банка около пятидесяти тысяч долларов и
даже принимал участие в судебном расследовании по делу сотрудника банка,
которому подбросил небольшую сумму из похищенных денег. Угрызения
совести абсолютно не беспокоили ловкого Патрика Даффи.
Однажды Пэт Даффи, овдовевший несколько лет назад, повстречался с
молодой незамужней женщиной по имени Диана Димс. Мисс Димс была весьма
привлекательной особой с пышным бюстом, сочными губами и пленительными
бедрами. Черты лица были несколько вульгарны, но белокурые локоны
придавали облику Дианы неповторимую чувственную притягательность.
Интимная связь с ненасытной Дианой побуждала Патрика Даффи к краже все
более крупных сумм, которые мисс Димс тратила также с нарастающим
размахом. Но Даффи был готов ради нее на все, поскольку Диана Димс
обладала поистине уникальными сексуальными способностями. Пэт Даффи
просто сходил с ума в порыве бешеной страсти, очарованный умением мисс
Димс вызывать у него затяжной оргазм. Даффи не сомневался ни секунды,
что нашел в лице свей новой возлюбленной бесценное сокровище. Он
прекрасно знал сколь привередливы такие женщины как Диана и поэтому ждал
лишь удобного случая, чтобы прикарманить сумму побольше и в
сопровождении своего сексробота отправиться в бесконечное путешествие по
дальним странам, не выдающим американским властям состоятельных
преступников. Мистеру Даффи оставалось десять лет до ухода в отставку,
его ждала весьма солидная пенсия, внушительный пакет акций и золотые
именные часы, но все это было ничто по сравнению с восторгом, который
вызывала мисс Димс, тесно прижимаясь своим нежным личиком к его
возбужденному члену.
В четверг, девятнадцатого апреля Пэт Даффи в последний раз пришел в
свой офис. Он провел здесь многие, причем неплохие годы. В кармане
пиджака уже лежали билеты на самолет авиакомпании "Вэридж", летящий в
Рио-де-Жанейро, а в подкладке костюма, безупречно сидевшего на его
энергичной фигуре, были зашиты сто тысяч долларов. Еще триста тысяч
долларов лежали в его новом чемодане с двойным дном. Еще сто тысяч
долларов в десятитысячных купюрах с изображением сурового лица Соломона
П.Чейза были спрятаны под холостяцким фотопортретом самого Даффи.
Отдавшись напоследок приятным воспоминаниям и радужным мечтам у себя в
кабинете, мистер Даффи после нескольких унций коньяка невольно вздремнул
в удобном кресле.
Неожиданно раздался сигнал интеркома, разбудив Патрика Даффи и
оторвав от сладостных сновидений, главным действующим лицом которых была
конечно же мисс Димс и ее бесподобное тело.
В кабинет вошла мисс Саймондс, бывшая его личным секретарем на
протяжении семнадцати лет. Неодобрительно посмотрев на шефа, она
сказала:
- К вам пришли мистер и миссис Ламбет. Я сказала им, что вы заняты,
но они заявили, что речь идет о жизни и смерти.
Услышав последние слова, Даффи недовольно поморщился, но все же решил
принять посетителей.
- Хорошо, пусть войдут, - напустил он на себя строгий вид.
Секретарша открыла дверь, пропуская в кабинет мужчину и женщину.
Даффи намеревался смутить их, но вместо этого смутился сам. Пара была
весьма странная и даже жуткая. Даффи показалось, что он их где-то видел.
И потом, на протяжении всего визита, он не мог отделаться от этого
навязчивого ощущения. Только позже, после их ухода, Даффи понял, что
никогда прежде не встречал эту пару, просто они напоминали ему типичных
персонажей из фильмов ужасов. - Ламбет! - хрипло представился мужчина,
нагло протянув руку в черной кожаной перчатке. - Генри Ламбет. А это моя
жена Лавиния. Впрочем, неважно! Тем более, что она мне вовсе не жена,
зовут ее, в действительности, не Лавиния, и супругами мы быть не
собираемся!
Даффи вдруг ощутил некоторое опасение, неотвратимо перерастающее в
отчетливый страх, пронизывающий все его существо волной внутренней
дрожи. Стремясь заглушить свой страх, Даффи сказал твердым, решительным
голосом:
- Я очень занятой человек...
- Отныне ты наш человек! - бесцеремонно перебила Лавиния, пристально
посмотрев в глаза обескураженному Даффи.
Непрошеные гости дружно рассмеялись.
- Что вам от меня надо?! - нервно заорал Даффи.
- Не кипятись, приятель, - мрачно сказал Генри Ламбет, - если хочешь
благополучно добраться с мисс Димс в Рио-де-Жанейро.
Потрясенный осведомленностью посетителей и жестким напором, Даффи
попытался встать с кресла, но Лавиния предупредила:
- Не вздумай поднимать свой зад, милок. От нас так просто не
отделаешься. Все только начинается, поэтому наберись терпения и сиди
смирно.
Лавиния пристально посмотрела на растерянного Даффи своими
немигающими налитыми кровью глазами без ресниц и бровей. Ее покрытое
пунцовыми пятнами, гладкое без морщин лицо почти не меняло своего
выражения и казалось необычайно волевым. Среди кривых зубов особенно
выделялись торчащие вперед два острых, как у крысы, клыка. Ужасный голос
напоминал урчание больного раком горла. Лавиния выглядела лет на
тридцать, хотя волосы ее были совершенно седыми, а очертания фигуры
скрывались под бесформенным, как мешок, пальто.
Мистер Ламбет производил еще более жуткое впечатление. Он был
высокого роста, но с протезом вместо ноги. Густая неопрятная борода
делала его похожим на морского волка, только что вернувшегося из
Нью-Бедфорда после неудачной охоты за белым китом. Когда он ухмылялся,
обнажались пожелтевшие от табака гнилые зубы. Густые брови низко
нависали над черными свирепыми глазами. Мясистое одутловатое лицо имело
омерзительный зеленоватый оттенок и напоминало разлагающуюся мертвечину.
Давно не стиранная потрепанная одежда пахла то ли мочой, то ли потом.
Даффи незаметно выдвинул правый ящик стола и покосился на лежавший
там увесистый револьвер марки "кольт-питон".
- Разговор закончен, - резко сказал Даффи.
- Прекрасно, я сам не люблю много болтать, - произнес Ламбет и
посмотрел на Лавинию. - Что скажешь, дорогая?
- Иногда излишняя краткость также вредит делу, - ответила Лавиния.
- Даю вам одну минуту, чтобы убраться отсюда, иначе я вызову полицию!
голос Даффи заметно дрожал.
Лавиния оскалила кривые зубы и подмигнула Ламбету.
- По-моему он просто глуп.
Ламбет ответил широким жестом.
- Пусть покается перед ФБР в том, что обкрадывает свой банк, если его
замучила совесть.
Даффи затравленно прищурился.
- Что это значит?
Мистер Ламбет самодовольно осклабился.
- Услуга за услугу и все будет шито-крыто.
- Шантаж? - обреченно осведомился Даффи.
- Я бы назвал это вымогательством, - дружелюбно уточнил Ламбет. - А
может и того хуже.
- Что вы имеете в виду? - похолодел загнанный в угол банкир.
- Бесконечную, как твои холостяцкие оргазмы, агонию! - злорадно
пояснила Лавиния, еще более шокировав Даффи своей осведомленностью.
- Сколько? - только и смог выговорить окончательно обомлевший банкир.
- Все до единого цента! - твердо, как приговор, произнесла Лавиния.
Онемевший Даффи молча пожирал своих палачей отчаянным взглядом.
Радужные надежды на беззаботную счастливую жизнь в теплых странах вместе
с восхитительной Дианой Димс катастрофически рушились. Теперь он до
гробовой доски, без сна и отдыха вынужден будет работать на этих
ненасытных вампиров. Теперь они ни за что не выпустят его из своих
когтей. Патрик Даффи снова покосился на лежащий в выдвижном ящике
рабочего стола "кольт-питон-магнум" тридцать шестого калибра с полной
обоймой. Но онемевшие от непреодолимого страха конечности не подчинялись
его воле. Не в силах пошевелить и пальцем, обливаясь холодным потом,
банкир судорожно откинулся на спинку кресла, запрокинув голову и закатив
глаза. Челюсть его отвисла, и в приступе предсмертной тоски из груди
вырвался беспомощный стон.
Видя, что сейчас их жертва лишится чувств, Генри Ламбет вкрадчиво
произнес:
- Ты отдашь нам все наворованное, приятель, абсолютно все до
последнего цента, но у тебя есть время до завтрашней ночи, чтобы украсть
в своем банке кругленькую сумму еще и для себя! - Ламбет сделал паузу. -
Но не вздумай играть с нами в кошки-мышки, беби, иначе тебе будет очень
больно. Будь паинькой и тебя никто не обидит.
Поникший Даффи блуждал бессмысленным взглядом по стенам своего
просторного кабинета.
Видя, что банкир дошел до совершенно зависимого состояния и способен
лишь беспрекословно выполнять любые их команды, миссис Лавиния
приблизилась вплотную и начала детальный инструктаж:
- Полет в Рио-де-Жанейро отменяется. Вместо этого ты сегодня же
явишься в "Кеннеди-аэропорт", подойдешь к окошку авиакомпании
Би-Оу-Эй-Си и возьмешь два билета первого класса на самолет, вылетающий
в Лондон завтра ночью. - Лавиния говорила безапеляционным тоном, прочно
вдалбливая в голову подавленного банкира каждое слово. - В Лондоне ты
будешь в субботу утром. В "Дорчестер-отеле" для тебя забронирован
номер-люкс 104-105. Деньги должны находиться в атташе-кейсе.
Мистер Ламбет поставил на стол банкира черный вместительный кейс.
- Повтори указания! - властным тоном сказал он.
К своему ужасу Даффи безропотно, как автомат, повторил слово в слово
все распоряжения безобразной Лавинии, которая, выслушав его, молча
отвернулась и направилась к выходу, всем своим видом показывая, что
сопротивляться бесполезно и любое неподчинение будет подавлено самым
беспощадным образом.
Мистер Ламбет, опередив напарницу, галантно распахнул перед ней дверь
и, пропустив вперед, повернулся к Патрику Даффи, провожающему непрошеных
гостей тоскливым безнадежным взглядом.
- Малейшая попытка обмануть нас закончится для тебя кошмаром, -
вместо прощания произнес Ламбет и скрылся из виду.
Пэт Даффи, несмотря на пережитое потрясение, прекрасно понимал, что
из ворованных денег ему ничего не оставят, сколько бы он ни украл за
оставшиеся в его распоряжении сутки, тем более, что он и сам собирался
непосредственно перед бегством из Бостона обокрасть свой банк на
рекордную сумму.
Мисс Диана Димс отнеслась к его сообщению о вымогательстве совершенно
спокойно и даже легкомысленно. Она хоть и транжирила ворованные Патриком
деньги, но в его кражах не участвовала. Чувствуя себя вне опасности,
Диана наотрез отказалась лететь в Лондон.
- Тебя просто разыгрывают, пупсик, - ворковала она, настаивая на
первоначальном плане. - Не расстраивайся по пустякам и не расстраивай
меня. Они рассчитывают на твой испуг. Нас никто не найдет. Прикарманива
...Закладка в соц.сетях
