Жанр: Детектив
Сано исиро 3. путь предателя
...нное расследование в отношении этих людей. Среди них вы
обнаружите настоящих изменников.
Хирата поклонился. Верховный судья Такэда погрузился в размышления. Сано с
тревогой ждал; неумолкающие военные барабаны вторили ударам его сердца.
Потом Такэда обратился к стражникам:
- Подведите сёсакана Сано.
Стражники подтащили Сано к возвышению. От кандалов у него онемели руки и
ноги, но, стоя на коленях рядом с Хиратой, он забыл о физических страданиях. Взгляд
верховного судьи уперся в них. Стальные тиски страха сдавили легкие Сано; он
чувствовал, что Хирата тоже взволнован. Но благодаря самурайской выучке они
сохраняли стоическую бесстрастность, пока ожидали решения верховного судьи
Такэды.
- Сёсакан Сано, заявление вашего вассала подтверждает ваши показания, а его
преданность красноречиво свидетельствует о ваших и его человеческих качествах.
Поэтому я дарую вам возможность доказать свою невиновность.
Потрясенный помилованием, Сано ощутил головокружение, звон в ушах,
внезапное расслабление мышц, бывших в страшном напряжении, и учащение дыхания.
Ему хотелось прыгать и кричать от радостного облегчения; ему хотелось упасть и
рыдать от благодарности. Однако честь и протокол требовали достойного поведения.
- Благодарю вас, досточтимый судья, - тихо сказал Сано.
Потом повернулся к Хирате. Один молчаливый взгляд разрешил все
существовавшие между ними разногласия, скрепил их узы. Сано понял, как ему не
хватало Хираты и что он не мог - и не должен был - отказывать товарищу-самураю
в праве служить чести. Раздобытая Хиратой информация укрепляла подозрения против
их обвинителей, но именно его преданность в конечном счете смягчила верховного
судью Такэду. Отвергнув такую дружбу, Сано, возможно, избежал бы боли, но обрек
себя на постоянное одиночество и проиграл бы баталии, которые не мог выиграть
один. Только теперь Сано принял Хирату как настоящего соратника, в славе и в
поражении, в чести и позоре. Это был Путь воина: абсолютный, вечный.
В омытых слезами ясных глазах Хираты светились радость и понимание. Казалось,
Хирату озарил внутренний свет, словно итог процесса и поощрение верховным судьей
Такэдой его преданности подтвердили его достоинства и принесли ему покой.
Торжественно поклонившись друг другу, они выразили взаимное уважение.
- Это нарушение закона, - заметил судья Сэгава.
- Канцлер Янагисава не одобрит такого подхода, - добавил судья Дазай.
Когда оба судьи начали спорить, отстаивая прежний вердикт и приговор, у Сано
упало сердце. Он понял, что они с Хиратой пока не в безопасности.
- Досточтимые коллеги, не забывайте, что руковожу этим трибуналом я, -
произнес верховный судья Такэда. - Ваши возражения должным образом
зафиксированы и отклонены.
Сано, однако, сознавал, что Такэда достиг своего положения не потому, что
доверял всем без разбора или игнорировал политические реалии жизни бакуфу, и это
подтвердили его следующие слова:
- Сёсакан Сано, я сам буду контролировать вашу работу со старшим чиновником
Охирой и пойду вместе с вами к месту встречи контрабандистов. Если вам удастся
представить преступников, обвинения против вас будут сняты. Если же вы провалите
расследование, смертный приговор будет приведен в исполнение - и он
распространится не только на ваши семьи в полном составе, но и на всех людей,
связанных с вами. Помните об этом, когда мы будем осуществлять ваш план, сёсакан
Сано.
Глава 33
Полночь. С высокой скалы за чертой города Сано смотрел на Нагасаки. Тьма
покрывала город, словно одеяло человека, видящего тревожные сны. Луна, как
полупрозрачный белый пузырь, попавший в сеть облаков, освещала военные суда,
катера и голландский корабль, стоящие в заливе. На берегу и на улицах, где солдаты
продолжали патрулирование, то и дело мелькали огоньки факелов. На укреплениях,
расположенных на вершинах скал, горели костры. Военные барабаны били все
настойчивее. Опасность, физически ощутимая, вибрировала в теплом ночном воздухе,
усугубляя тревожное настроение Сано. Отведя взгляд от пейзажа внизу, он повернулся
к своим спутникам.
Хирата неподвижно сидел на корточках среди стволов сосен, вслушиваясь в
каждый звук. Верховный судья Такэда пристроился на камне, сложив руки на груди и
спрятав лицо в тени полей шляпы. Судьи Сэгава и Дазай стояли рядом, всем своим
видом выказывая нетерпение и осуждение.
- Мы ждем по меньшей мере два часа, а ваш информатор еще не пришел, -
возмутился Сэгава. - Пора бы заканчивать, сёсакан Сано!
- Он придет. - Сано старался, чтобы в его голосе звучала уверенность, которой у
него оставалось все меньше. Он с беспокойством посмотрел на четырех помощников
верховного судьи Такэды, стоявших по периметру поляны. Они были здесь для того,
чтобы помочь арестовать контрабандистов или отвести Сано и Хирату в тюрьму, если
план провалится. - Возможно, ему трудно выбраться из города. Но он скоро придет.
Когда старшего чиновника Охиру вызвали в суд - под предлогом необходимости
перепроверить его показания, - он сообщил, где контрабандисты запланировали
встречу, и согласился отвести туда членов трибунала, но его поведение встревожило
Сано. Стоя на коленях перед возвышением, Охира казался тенью, которая могла
исчезнуть в любой момент. Его глаза смотрели мимо всех, не отражая ни узнавания, ни
эмоций. Однако Сано оставалось только одно: довериться Охире. Его жизнь и жизнь
Хираты зависели от поимки контрабандистов, а привести к ним мог лишь старший
чиновник. Чтобы не вызвать подозрений у коррумпированных представителей властей,
Охира отправился до наступления ночи выполнять свои обычные обязанности. Он
пообещал прислать слугу, чтобы тот отвел их туда, откуда они вместе пойдут к месту
встречи контрабандистов.
Всю оставшуюся часть дня Сано, Хирата и члены трибунала провели за стенами
резиденции, делая вид, что ведут затянувшийся процесс. Ради сохранения тайны
никому не позволили входить или выходить. Наверху расположились помощники
Такэды на тот случай, если Сано и Хирата попытаются бежать. Слуги вымыли их,
принесли еды, чистую одежду и постельные принадлежности. Хирата уснул, а Сано
никак не мог избавиться от напряжения. Он слышал, как судьи Сэгава и Дазай спорят с
Такэдой. Перед воротами часто появлялись посланцы губернатора Нагаи, желавшие
выяснить, как идет процесс. Сано видел в окно, как помощники Такэды отсылают их с
сообщениями, что трибунал еще не пришел к заключению. Время шло; начинались
сумерки. Сано поинтересовался новостями о голландском корабле и опечалился, узнав,
что он продолжает стоять в заливе, готовый к атаке. Долгое ожидание тревожило Сано.
Вдруг враги разгадали его план? Вдруг Охира нарушит свое обещание ?
Когда наступила ночь, пришел слуга Такэды с двумя простыми темными плащами
и двумя комплектами мечей.
- Господин предлагает надеть это. Время пришло.
Сано разбудил Хирату. Они оделись, взяли оружие. Помощник Такэды проводил
самураев до задней двери, где их ждали судьи и пожилой слуга старшего чиновника
Охиры.
- Это глупо, - сказал судья Сэгава. Он и Дазай не спускали глаз с Сано. -
Такэда-сан, эти преступники намереваются убить нас и скрыться.
Во взгляде верховного судьи Такэды горела юношеская жажда приключений;
видимо, она и определила его решение.
- Мои люди присмотрят за ними. Идемте.
Сано последовал за слугой в ночь, за ним Хирата и судьи; замыкали шествие
четыре вассала Такэды. Нагасаки, бывший приют пиратов, заговорщиков и тайных
христиан, еще не открыл всех своих секретов закону и порядку Токугавы. Слуга вел
пеший отряд Сано кружным путем, известным только старожилу, изогнутыми
переулками, подземными туннелями, по крышам и под мостами, вдоль реки. Они
проскальзывали под самым носом патрулировавших солдат. Неуклонно двигаясь
вверх, они вышли из города и углубились в лес. Тревога в душе Сано сменилась
неистовым возбуждением, ему вспомнилась успешная охота на похитителей трупов.
Но теперь, когда ночь тянулась так медленно, а Охира все не появлялся,
беспокойство вернулось. Судьи Сэгава и Дазай обменивались тихими злобными
репликами. Помощники подошли ближе к Сано и Хирате. Сано передалось нетерпение
Такэды; он видел, что его собственные сомнения разделяет Хирата. Перед Сано
мелькали жуткие сцены: смертный ход к месту казни; он и Хирата, стоящие на коленях
перед мечом палача; солдаты, ведущие их родных и друзей на казнь.
Подал голос верховный судья Такэда:
- Подождем еще несколько минут.
Били военные барабаны. Дым костров наполнял воздух горечью. Сано шестым
чувством ощутил какое-то волнение в окружающей атмосфере. Его спутники
насторожились, тоже почувствовав присутствие кого-то невидимого. На поляне, не
издав ни звука, появился старший чиновник Охира. Свет луны подчеркивал его
восковую бледность. Глаза Охиры напоминали черные провалы, словно ночь
отражалась в них.
- Идемте, - сказал он.
Охира повернулся и направился через лес. Сано, который спешил, чтобы не
потерять из поля зрения почти невидимую фигуру, чувствовал себя так, словно идет за
призраком в преисподнюю. В нем проснулся какой-то первобытный страх. Ему
чудились демоны и чудовища, и он был рад, что рядом с ним Хирата. Охира то исчезал
в тени, то снова появлялся, ведя их едва различимыми, узкими и извилистыми лесными
тропками, крутым проходом, лежащим за серебристым занавесом водопада. Над ними
поднимались наблюдательные башни. Костры светились ближе, ярче. По мере того как
они поднимались в горы, воздух становился прозрачнее и холоднее, ветер - сильнее.
От усталости у Сано горели ноги, болело плечо; он тяжело дышал. Они с трудом
двигались в кромешной темноте, то поднимаясь вверх, то спускаясь.
- Путешествие в никуда с проводником-безумцем, - пробормотал судья Сэгава.
- Погодите, канцлер Янагисава еще услышит об этом.
Внезапно они вышли на открытую дорогу. Из темноты поднялась высокая
каменная стена. Свирепые драконы изгибались над резными стойками ворот. Отряд,
предшествуемый Охирой, прошел в ворота и очутился в другом мире. Лес был
вырублен, а территория превращена в ровную как стол открытую площадку.
Декоративные деревья обрамляли гравиевые дорожки. Цветочные клумбы окружали
садики из камней; в поблескивавшем пруду квакали лягушки. Перед Сано открылись
во всем своем великолепии молитвенные залы, павильоны, высокие каменные
светильники, громадный колокол в деревянной клетке. С крыш, стен, колонн
скалились резные демоны, казавшиеся серыми в свете луны. Пагода рукотворной
тенью поднималась над китайским храмом Нагасаки - некогда священным
пристанищем тысячи монахов, теперь - логовищем настоятеля Лю Юня и банды
контрабандистов.
- Не вижу никаких огней, - сказал судья Сэгава. - Место совершенно
безлюдное. Такэда-сан, не отказаться ли нам от этой нелепой затеи?
Но старший чиновник Охира продолжал идти по дорожке через храмовый
комплекс.
- Тише, - предупредил Сано. Он и Хирата поспешили за Охирой. Остальные
последовали за ними. Когда Охира внезапно спрятался за деревом, Сано сделал то же
самое, подав знак остальным затаиться.
Перед ними был главный молитвенный зал с изображением оскалившегося льва.
Скаты тяжелой черепичной крыши загибались вверх, словно крылья демона, большие
двустворчатые двери находились в тени глубокой веранды. Перед залом расхаживал
самурай. Очертания его мечей отчетливо проступали на фоне белого гравия дорожки.
Из-за его спины долетали глухие удары, скрежет и приглушенные голоса. От
возбуждения у Сано зачастило сердце. Он не мог различить слов, но уловил уже
знакомые звуки голландской и японской речи. Видимо, контрабандисты подносят
товары. Кто из варваров с ними?
Сано тихо сказал спутникам, чтобы они двигались за ним к задней части
молитвенного зала, где, похоже, все и происходило. Он сделал несколько шагов,
прежде чем заметил, что Охира стоит как вкопанный. Другие во главе с Хиратой
пробежали через сад и спрятались за клеткой колокола. С тревогой осмотревшись
вокруг, Сано жестом предложил отряду ждать, а сам бегом вернулся к Охире.
- Что случилось? - прошептал он.
- Я вам больше не нужен. - Охира отвернулся. - Идите и оставьте меня в покое.
Сано не мог позволить старшему чиновнику оставаться здесь одному. Охира вел
себя очень странно; а что, если он предупредил контрабандистов?
- Идемте. - Сано потянул Охиру к остальным членам отряда.
Передвигаясь от дерева к камню, от камня к статуе и обогнув пагоду, они прошли
вокруг молитвенного зала. Сано держался возле Охиры, который спотыкался и
отставал. Звуки стали громче, и до Сано долетели обрывки разговора: "Теперь
осторожней... не уроните..." Добравшись до задней части зала, они спрятались за
павильоном с соломенной крышей и стенами из деревянных решеток. У заднего входа
в зал горели светильники. Два самурая, неся большой деревянный ящик, с трудом
поднимались по ступеням. Еще один стоял на веранде.
- Поспешите, - сказал он. - У нас не вся ночь впереди.
- Нирин, - шепнул Хирата.
Люди пронесли ящик через открытые двери в ярко освещенные внутренние
помещения зала.
- Вижу, что вовсе не ошибся в вас, сёсакан Сано, - промолвил судья Такэда. Его
коллеги нехотя пробурчали что-то в знак согласия. Такэда и его помощники обнажили
мечи. - Нам доставит удовольствие оказать вам содействие в захвате этих
преступников.
- Подождите, - сказал Сано, увидев огни за левой частью зала.
Через ворота в храмовой стене прошла процессия самураев: одни несли ящики,
другие факелы. С противоположной стороны еще два самурая вели группу людей в
плащах, шляпах и без мечей. Они соединились у входа в зал, где им нетерпеливо махал
рукой Нирин.
- Пусть они войдут внутрь, - шепнул Сано, насчитав у входа в зал по меньшей
мере десять самураев. Сколько еще внутри? Безоружные простолюдины в расчет не
идут, но его отряд все равно уступает по численности. Сано знал, что контрабандисты
просто так не сдадутся, как это было и в случае с Миосином, и с похитителями трупов.
Он полагал, что Охира не принесет пользы в бою, равно как и судьи Сэгава и Дазай.
Значит, остаются Такэда - старик, Хирата - измученный тремя днями непрерывной
травли, четыре вассала Такэды с сомнительными навыками владения мечом и он сам со
своими ранами. У них одно преимущество - элемент внезапности.
Вновь прибывшие вступили в зал. Нирин прошел за ними и закрыл дверь. Один
самурай остался на веранде как часовой. Рулады лягушек и сверчков снова нарушили
внезапно установившуюся тишину. Сано тихо заговорил:
- Такэда-сан, вы, я и двое ваших помощников ворвемся в дверь. Хирата, возьми
двух других и обойди спереди. Расчисти вход. Подожди моего сигнала, потом вступай.
Хирата и его группа растворились в темноте.
- А как же мы? - спросил судья Сэгава, поеживаясь рядом с Дазаем. - Мы не
хотим идти туда. - Затем он указал на старшего чиновника Охиру. - А как быть с
ним?
Сано быстро принял решение:
- Вы останетесь здесь. - У него не будет времени защищать их, и он не
испытывал уверенности, что Охира не сорвет рейд. - Позаботьтесь, чтобы старший
чиновник не скрылся. И проследите, чтобы он молчал.
- Как мы пройдем мимо охранника? - спросил Такэда.
Сано поднял камень и бросил его в темноту правее зала, поморщившись от боли в
плече. Камень упал с довольно громким стуком. Эта самая старая в истории уловка
сработала. Охранник обернулся на шум и пошел проверить, в чем дело. Сано выбрался
из-за павильона и стал красться следом за ним.
Охранник стоял в саду спиной к Сано, высматривая источник шума. Сано
подкрался к нему сзади и резко ударил его ладонями по ушам. Охранник, потеряв
сознание, рухнул на землю. Сано снял с него пояс, порвал его вдоль на три полосы,
связал охранника и заткнул ему рот. Он надеялся, что Хирате так же повезет с
охранником у переднего входа. Сано вернулся к Такэде.
- Пошли!
Глядя, нет ли часовых, Сано пересек открытое место у молитвенного зала и на
цыпочках поднялся по лестнице. Остальные присоединились к нему на веранде. Сано с
трудом отодвинул тяжелую резную дверь и заглянул внутрь.
Помещение зала было просторным, с потолка свешивались лампы. Их дымный
золотистый свет играл на красных лакированных колоннах, на статуях божествхранителей,
на ярких росписях на стенах, изображавших китайский рай с его замками,
озерами и лесами. На алтаре, где в языках пламени и лепестках священного лотоса
восседал многорукий Будда, горели свечи. Двенадцать самураев, в которых Сано
опознал стражников с Дэсимы, снимали крышки с четырех ящиков. Десять
простолюдинов сбросили плащи и шляпы, открыв бритые головы и татуированные
руки и ноги: бандиты.
Нирин, доставая разные предметы из ящиков, показывал им:
- Пряности. Шелк. Лекарства.
Сано не верил, что Нирин, несмотря на всю его властность, был главным среди
контрабандистов. Он разглядел двух людей, которые смотрели в противоположную
дверям сторону, хотя их наполовину заслоняла статуя воина в доспехах. На одном была
черная голландская, на другом обычная соломенная шляпа. "Обернись!" - молча
заклинал Сано. Он знал, что варвар - это доктор Хюйгенс; не сомневался в этом. Но
кто же другой? Настоятель Лю Юнь?
Из одной из ниш зала выдвинулась хрупкая фигурка в оранжевом халате и
парчовой накидке. Засунув руки в широкие рукава халата, Лю Юнь молча смотрел на
голландца.
Может, этот японец - Урабэ, которого Сано связывал с бандитами. Или
губернатор Нагаи, не доверивший подчиненным продажу незаконной добычи? Однако
присутствие варвара навело Сано на мысль о том, кто этот человек.
- Хорошо, мы увидели довольно, - сказал Нирину главарь бандитов и
повернулся к своим людям. - Закрывайте ящики. - Он отвязал от пояса массивный
матерчатый кошель и передал его Нирину.
- Платите боссу, - указав в сторону, проговорил Нирин.
Голландец поднялся и подошел к ящикам. Это был заместитель директора де Граф.
Сано ощутил, как внутри его разливается теплая волна облегчения - в конечном счете
он не ошибся в докторе, доверившись ему, и не чувствовал вины в том, что
несправедливо подозревал своего друга. Затем подошел японец, и догадка Сано
подтвердилась. Постукивая переносным столиком для письма, он подергивался от
нервного возбуждения; на лице его играла белозубая улыбка. Это был переводчик
Исино. Поскольку он говорил по-голландски, его присутствие было необходимо при
переговорах с варварами. "Босс" - руководитель шайки контрабандистов.
- Я возьму это, - заявил Исино. Он расставил столик, плоский прямоугольный
ящичек с закрепленной на шарнирах покатой крышкой. Потом сложил ладони
лодочкой, с торжествующей улыбкой глядя, как бандит высыпает в них золотые
монеты. - Спасибо, спасибо.
Опустившись на колени, Исино начал складывать монеты в стопки и считать их.
Бандиты снова уложили товары в ящики. Настоятель Лю Юнь, де Граф и японцы
выстроились в ряд перед Исино.
- Заместителю директора де Графу за товары, которые он и директор Спаен так
любезно ввезли в страну. - Исино передал монеты де Графу, достал из ящичка кисть,
баночку с тушью, маленькую книгу и сделал в ней запись о выплате. - Настоятелю
Лю Юню за использование его храма и за выполнение обязанностей связного с черным
рынком.
Лю Юнь взял деньги и встал рядом с де Графом, который пересчитывал свои
монеты. Исино продолжал делить выручку, делая в книге соответствующие записи.
- Командиру стражи Нирину и стражникам Дэсимы за обеспечение безопасности
и транспорт.
Бандиты закончили паковать ящики и стали опечатывать их; последний стражник
получил свои деньги. Исино закрыл баночку с тушью. Иерархия контрабандистов была
ясна, однако оставалась неизвестна личность убийцы Спаена и Пеон. Но Сано должен
действовать, пока контрабандисты и товары не исчезли из зала. Оставалось надеяться,
что Хирате хватило времени и он занял позицию у передней двери.
- Что ж, теперь пошли, - сказал Сано Такэде.
Он выхватил меч, распахнул дверь и ворвался внутрь.
- Никому не двигаться! - крикнул Сано. - Вы все арестованы!
В зале воцарилась гробовая тишина. Контрабандисты ошеломленно смотрели на
Сано и его спутников. Для Сано картина распалась на отдельные фрагменты:
крошечный настоятель Лю Юнь и высокий заместитель директора де Граф застыли,
стоя плечом к плечу; угасающая улыбка на губах Нирина; перекошенное испугом лицо
переводчика Исино; стражники с Дэсимы с деньгами в руках; вытаращившиеся
бандиты с синими от татуировок руками. Затем началась суматоха.
- Бежим! - крикнул главарь бандитов.
Его люди кинулись к противоположной двери. В тот же момент в нее ворвалась
группа Хираты с мечами в руках, отрезав им путь к бегству. Стражники с Дэсимы
последовали за бандитами, но тут раздался крик Нирина:
- Назад, трусы! Убейте их, и мы спасены!
Он вырвал из ножен меч. Его подчиненные сначала смешались, потом сгрудились
вокруг него и обнажили клинки. Вслед за Нирином они набросились на Сано и Такэду.
Готовясь к схватке, Сано старался держать в поле зрения одновременно всех
противников. Де Граф бежал к боковому выходу, настоятель Лю Юнь спешил за ним.
Переводчик Исино схватил свой столик и скрылся. Группа Хираты сошлась лицом к
лицу с бандитами. Один из них метнул нож, и помощник слева от Хираты, коротко
вскрикнув, упал замертво; из его груди торчала рукоять ножа.
- Пропустите бандитов! - Хоть Сано и предпочел бы захватить участников
контрабандных операций с обеих сторон, его отряду не удалось бы справиться со
всеми. - Ловите Исино, Лю Юня и де Графа!
Нирин сделал выпад, сверкнул клинок.
- Теперь ты расплатишься за то, что сбросил меня в колодец!
Сано отбивался от множества клинков, вертевшихся вокруг него. Его контратака не
удалась: он дотянулся лишь до рукава Нирина. Сано уклонился от нацеленного в
голову удара, затем отстранился как раз вовремя, чтобы избежать двух клинков
дэсимских стражников. Такэда и его вассалы дрались с остальными десятью
противниками. Энергия, переполнявшая Сано, несла с собой обостренное восприятие
окружающего. Наступая и пятясь, он видел, что Хирата гонится за Лю Юнем и де
Графом. Настоятель зажал в руке кинжал, который он до того прятал в рукаве.
- Твой партнер убил моего брата! - вскричал он, настигая де Графа. Должно
быть, Лю Юнь выжидал удобного момента для нападения, и рейд побудил его
действовать. - Теперь ты умрешь, как и Ян Спаен. Во Вселенной воцарится гармония
- "Ицзин" не обманывает. Наконец я отомщу тебе, подлый голландский наемник!
Испуганный варвар понесся вокруг зала. Настоятель Лю Юнь визгливо изрыгал
проклятия на китайском языке.
Резким ударом Сано рассек горло одному из стражников с Дэсимы. Тот свалился
рядом с коллегой, зарубленным Такэдой. Перепрыгнув через трупы, Сано продолжил
схватку с Нирином и тремя другими стражниками. Один из вассалов Такэды снес череп
солдату, распорол грудь другому, затем получил смертельный удар поперек живота.
Верховный судья дрался умело, но вся его одежда была иссечена в клочья, на
неприкрытых ногах кровоточили раны. Сано чувствовал, как у него самого убывают
силы, рефлексы замедляются, рана на плече сильно кровоточит. Он выхватил короткий
меч и начал отражать удары двумя руками, снижая таким образом нагрузку на раненое
плечо.
Настоятель Лю Юнь, прижав де Графа к алтарю, завизжал: "Умри! Умри!" - и
принялся наносить удары кинжалом. Варвар, защищаясь, вскинул руки. Кинжал резал
ему ладони и погружался в грудь. Де Граф, вскрикнув, упал. Хирата попытался
оттащить Лю Юня, но настоятель прыгнул на голландца и продолжал добивать его
кинжалом. Де Графу удалось ухватиться за лезвие, и противники начали отчаянно
бороться за обладание оружием. Голландские и китайские проклятия разносились по
залу.
Поднырнув под рубящий удар, Сано округло полоснул клинком по ногам одного из
стражников. Выпрямляясь, он увидел, что де Граф завладел кинжалом и направил его в
настоятеля Лю Юня. Теперь уже вопли китайца заглушали звон мечей. Упавшего
стражника сменили двое других. Сано пропустил удар по бедру и попятился.
Противники ринулись вперед, чтобы добить его.
В этот момент позади них внезапно возникла чья-то фигура. Они оба странно
хрюкнули; их лица стали отрешенными, и они рухнули плашмя. Перед Сано стоял
Хирата с поднятым окровавленным мечом.
- Варвар и Лю Юнь убивают друг друга, - сказал он Сано. - Ловите Исино. Я
займусь остальными.
Он присоединился к верховному судье Такэде и двум его вассалам, сражавшимся с
Нирином и семерыми стражниками. Сано колебался: ему очень не хотелось бросать
союзников. Он осмотрелся вокруг. Переводчика Исино нигде не было видно. Сано
побежал по залу мимо возвышающихся статуй и поблескивавших фресок, опасаясь, что
главе контрабандистов во время суматохи удалось скрыться. Тут он увидел Исино.
Переводчик сидел на корточках в нише под аркой из позолоченных языков
пламени. Столик стоял перед ним. Ожидая, что победа будет на их стороне, он явно
выбрал это место, позволявшее оставаться в безопасности и наблюдать за боем. Увидев
Сано, Исино побледнел. Схватив столик, он забился в глубь ниши.
- Сёсакан-сама, это вовсе не то, что вы думаете. - На губах Исино мелькнуло
жалкое подобие его обычной улыбки. - Я могу объяснить все, все.
Сано остановился перед этим ничтожеством, который оболгал его и оставил
сообщников биться в одиночку.
- Иди сюда, Исино. - Он не станет убивать Исино, но как же он порадуется,
глядя, как Исино пытают и казнят.
Исино всплеснул руками:
- Подождите, подождите. Я не один из них. - Его глаза возбужденно забегали.
- Я... я раскрыл наличие контрабандной цепочки и проник в нее, чтобы выяснить, кто
эти преступники. Я собирался своевременно доложить о них властям, чтобы спасти
вас. - Исино улыбнулся и закивал головой. - Это правда, клянусь!
- Он... лжет.
Это хриплое карканье издал настоятель Лю Юнь, который лежал у алтаря. Кровь из
колотых ран на его груди заливала оранжевый халат. Лицо Лю Юня исказила боль.
Неподалеку лежал мертвый заместитель директора де Граф, сжимая в руке кинжал. Лю
Юнь закашлялся, попытался поглубже вздохнуть и продолжил:
- Исино... начал контрабандные операции... Заплати
...Закладка в соц.сетях
