Жанр: Детектив
Миллион причин умереть
...т.
Счастливых тебе, коллега, праздников!
Еще раз смерив Толика с головы до пят брезгливым взглядом, она совсем было уже
собралась бежать на автобусную остановку, дабы побыстрее добраться до дома Сергея,
когда коллега пригвоздил ее к месту очередным своим сногсшибательным заявлением.
- Нет, не предупредил еще! Остановись же ты, наконец!
Ого! Когда самый виновный из виноватых позволяет себе повысить голос на человека,
перед которым же и провинился, то ему непременно следует уделить минуту-другую.
- Я слушаю тебя, - стараясь казаться надменной, что, собственно, было против ее
человеческой природы, Ольга слегка приподняла подбородок и шевельнула бровями. -
Покороче, если можно...
Толик был немногословен. Точнее, пары предложений оказалось достаточно, чтобы
сбить с нее и чуждую ей спесь, и ощущение покоя, которое успело воцариться в душе
после его откровений, развеявших все страшные предположения об отголосках ее
прошлого.
- Они забрали нож! Он валялся на полу в прихожей и был окровавлен! - свистящим
шепотом поведал ей коллега, едва не опрокинув Ольгу в обморок.
- Зачем?! - По его примеру понижая голос до шепота, поинтересовалась она. - Что им с
него?!
- Танька сначала обрадовалась. Думала, что ты убийца. Схватила его, ну.., как улику,
что ли, против тебя.
- Зря старалась, - фыркнула Ольга. - Убийца пойман и в настоящий момент дает
показания.
- Я знаю, что ты никого не убивала, - поспешил вставить Толик, понемногу сумевший
вернуть самообладание. - И Танькин отец знает. Но нож спрятал в своем сейфе. Говорит,
что с тобой что-то не так. Я же не знаю... Но он так говорит. Ждет каких-то сведений о
тебе. Ты наверняка знаешь, о чем я говорю.
- А ты? А ты знаешь?
- Нет. - Кулешов облизнул губы и, минуту потерзав их зубами, продолжил:
- Когда я у него спросил, зачем ему нож, он погано так ухмыльнулся и говорит, что
рано или поздно нож ему сможет пригодиться.
Чертовщина какая-то...
- Именно! - Ольга поежилась под усилившимися порывами ветра и поглубже натянула
шапочку. - Толенька! Так, кажется, тебя зовут. Не лезь ты во все это.
Нет здесь ничего такого, за что тебе нужно идти на костер. Тебе хочется стать героем?
Нет. Да и вряд ли ты на такое способен. Извини, конечно, но на меня ты произвел
впечатление человека, который не знает, чего он хочет от этой жизни. А таких людей я
остерегаюсь называть своими друзьями. Спасибо тебе, конечно, за предупреждение, но не
думаю, что мой собственный нож с моей собственной кровью можно будет использовать
против меня.
- А если против кого-нибудь еще! - с пылом воскликнул Толик, сильно оскорбившись
нелестной характеристикой в свой адрес. - А если тебя попытаются убить или похитить,
представив мертвой...
- Не трудись! - Ольга мрачно ухмыльнулась. - Я вот уже полгода как не числюсь в
живых. И.., определись наконец ты со своими желаниями и чувствами.
- И что тогда? - Толик нахохлился и исподлобья уставился на Ольгу. Неприятное
чувство шевельнулось в его груди, когда он отметил, как она несказанно похорошела. -
Все получится, что ли?
- Возможно...
- А у Сереги-то? - опомнившись, решился он узнать самое главное. Собственно, то, изза
чего он и мерз у ее подъезда. - У Сереги получилось?
Поначалу Ольга хотела оскорбиться. Наговорить гадостей, которые просто просились с
языка. Швырнуть ему в лицо кучу обвинений в трусости, малодушии и еще бог знает в
каких грехах. Да и вообще!!!
Какое он имеет право намекать на то, что связывает ее о Сергеем?! Хам!!! Мелкий,
трусливый хам!!!
Но Толик под пронизывающим декабрьским ветром показался ей вдруг до того
несчастным, до того нуждающимся в поддержке, жалости, наконец, что она смолчала.
Пару минут молча разглядывала его, трясущегося осиновым листом в своей не застегнутой
наглухо куртке, с покрасневшими глазами и потрескавшимися, будто от лихорадки,
губами. И Ольга вдруг, вздохнув, сказала ему совсем не то, что хотела:
- У Сереги получилось, Толик! Он просто знал, чего хотел. Он просто-напросто знал...
- И что же? - птичьим клекотом вырвался наружу его вопрос. Боль и слезы - вот что
услышала Ольга в нем. И она, пожав плечами, опять же против воли и собственных
правил, выдала:
- А он, Толенька, хотел меня! Только меня и никого более...
Глава 14
Вот так-то вот: швырнула оземь, растоптала и разметала клочки по закоулочкам!
Толик Кулешов полными слез глазами смотрел на удалявшуюся в сторону автобусной
остановки Ольгу и изо всех сил старался сдержать крик, рвущийся наружу.
Почему?! Почему с ним, а не с кем-нибудь еще?!
Что он такого сделал в этой жизни?! Ни разу ни с кем не подрался, никого никогда не
оскорбил (во всяком случае, вслух), никому и никогда не сделал плохого.
Пусть и хорошего тоже, но плохого-то не было!
А может, зря он так-то?! Может, напрасно либеральничал с хамами? Отшучивался,
натыкаясь на откровенную наглость? Делал вид, что не замечает чьей-то вульгарности...
Боже правый!!! Где она, истина?! Где ее отыскать?!
Где ответ на извечные вопросы: как быть и что делать?! Или поступать по законам
современных крутых молодчиков, жизненное кредо которых заключается совсем в других
вопросах: кого бить и кому вставить.
Он-то, он - Толик Кулешов, пусть не совершенство, но не такой же, как они! Он же
всегда хотел как лучше. Допустим, в первую очередь он хотел этого лучшего для себя, но
пусть кинет в него камнем тот, кто хочет иначе...
Серега... Сволочь вероломная! Гад!!! Точно также, как и все, участвовал в этом
дурацком споре! Так же, как и все, сплетничал о ней за ее спиной. И не успели они и
глазом моргнуть, как Ольга оказалась в его постели.
А как же он?! Что с ним теперь?! Сколько раз за эти последние дни судьба измывалась
над ним. То подарит надежду, то вновь отберет. То поманит за собой, обещая райские
кущи, то дает пинка под зад в направлении адского омута. И ведь до сих пор ситуация не
разрешилась.
С Ольгой-то, конечно, все - конец. А вот с Танькой...
Что же все-таки ему с ней делать? Поутру раздался телефонный звонок, и ее радостный
щебет о намечающемся новогоднем застолье и куче друзей семьи - пронзительно
отвратительный щебет - вновь вверг его в пучину душевного раздрая.
Это как же так можно? Разругались в пух и прах.
Расстались если не врагами, но ведь расстались же!
А она: "Толенька, Толенька". Словно ничего и не было. Папа тут ее еще загадочный
донельзя. Сфинкс зажопинский, мать его!
Женись на ней, и все тут! А ему это надо?! Это Танькиному папе надо, а не ему. Хотя,
тому тоже неизвестно, чего надобно...
В плечо его вдруг толкнули.
- Чего столбом стоишь, мужик? Закурить не найдется?
До Кулешова не сразу и дошло, кто и зачем к нему обращается. Он дернул шеей,
пытаясь повернуть голову в сторону говорившего, но там - чуть сзади и левее, никого не
оказалось А человек уже навис над ним темной массой и, буравя темными глазами,
отчего-то сердито вновь вопрошал:
- Закурить-то, спрашиваю, не найдется?
- А-а?
- Глухой, что ли?..
Сцена сильно напоминала эпизод из любимого фильма детства "Бриллиантовая рука".
С той лишь разницей, что вместо лета была зима и у Толика не было бриллиантов в гипсе,
как, впрочем, и самого гипса не было. А вот персонаж, стоящий напротив, был очень даже
колоритен. Глаза не прикрывали темные очки (хотя уж лучше бы и прикрыли - таким
холодом из них сквозило, замерзнуть можно). В руках мужчина не держал цепочку. Но в
остальном...
Зловещее, именно что-то зловещее почудилось Толику в облике незнакомца. Высокий,
гибкий. Черное длинное пальто. Спортивная черная шапочка, надвинутая на самые брови.
Руки в карманах. Половина лица прикрыта черным же шарфом. И только глаза...
Чертовщина просто какая-то, а не взгляд, цвета непонятного, что-то перекатывается
там серо-стальное.
Будто расплавленный свинец или волны холодной, начинающей подмерзать воды. Эти
самые гадкие глаза заморозили Толика до самых костей...
- Нет, не глухой, но не курю. - Толик справился после недолгого замешательства с
оцепенением и отвернулся, ясно давая понять, что разговор окончен.
Но незнакомец и не думал оставлять его в покое.
- Который час? - снова возник он в поле его зрения.
- Пять часов вечера, - пробубнил Кулешов и решительно направился со двора, но
метров через шесть остановился и, обернувшись на следовавшего за ним по пятам
мужчину, язвительно добавил:
- То бишь семнадцать ноль-ноль. Что-нибудь еще?
- Да нет, все в порядке, брат. - Тот все-таки выудил руку из кармана и протянул ее
Толику со словами:
- С наступающим. Извини, если что не так. Тут приехал к родственникам в гости, а
дома никого.
Смотрю, ты с девушкой разговариваешь. Нервничаешь. Дай, думаю, пожелаю человеку
счастливого Нового года. Ты не против?
Печальный вздох, вырвавшийся из груди Толика при упоминании об Ольге, едва не
свалил незнакомца с ног.
- Да уж.., поговорили.
- Поссорились? - как-то уж слишком участливо поинтересовался незнакомец.
- Хуже...
Плечи у Толика поникли, в носу защипало, и он еле-еле сдержался, едва не припав к
плечу молодого мужчины с тем, чтобы выплакать тому свою боль.
- Э-э-э, брат, - присвистнул незнакомец, медленно вышагивая рядом с Толиком,
бесцельно бредущим непонятно куда. - Дела, я смотрю, совсем швах.
- Хуже не бывает, - согласился Толик и шмыгнул носом. - Я ее потерял, понимаешь?!
Насовсем потерял! Возврата уже не будет...
- Жаль, конечно, девушка красивая. Даже очень красивая. Но ты знаешь, - он
ободряюще похлопал Кулешова до плечу. - Не все так безнадежно в этой жизни. И если
учесть, что все бабы суки, то утешься хотя бы этим. Да и, думаю, наверняка у такого
джигита, как ты, есть запасной вариант. Ведь есть, признавайся?!
Он шутливо ткнул Толика локтем в бок, отчего тот едва устоял на ногах, и почти весело
рассмеялся, обнажая ряд белоснежных зубов. Его заразительный смех снял напряжение с
обмершей от горя души Толика Кулешова. Он с надеждой посмотрел на незнакомца,
удивляясь прежнему своему впечатлению на предмет его зловещего вида - совершеннейше
ведь симпатичный парень, к тому же участие проявил к его горю. Пусть он всего-то
навсего время убивает, но опять же из чисто мужской солидарности поддержал его,
разговорил немного. С души капельку отлегло.
Взор, затянувшийся было пеленой беспросветности, вдруг вновь засиял, и окружающий
Толика мир расцвел утраченными было красками.
- Слушай, тебя как зовут? - Он с интересом посмотрел на парня, уставившегося вдруг в
витрину частного кондитерского магазинчика. - Меня Толиком.
- Олег я, - рассеянно отозвался тот, сосредоточенно разглядывая огромных размеров
торт, выставленный на всеобщее обозрение. - Как думаешь, Толян, сколько такое
искусство может стоить?
- Ну.., не знаю. Дорого, наверное. Здесь простой работяга не отоваривается. Шишкари
городские только лишь.
- А качество как?
- Отменное! Я тут однажды девушку пирожными угощал, вкусно.
- Как в той песне, что ли? - Парень насмешливо блеснул темными глазами из-под
низко опущенного края вязаной шапочки. - Ты кормил ее дорогим печеньем, а она тебя
кинула?..
- Да нет! - Толик невольно заулыбался: нет, определенно, парень ему нравился все
больше и больше. - То была совсем другая девушка. Как говорится - совсем другая
история, старина!
- О-о-о! Да я посмотрю, ты парень не промах! Молоток! Так держать! - Он
одобрительно похлопал Толика по плечу и почти тут же протянул ему руку. - Ну, бывай,
брат! Пойду родственникам подарок куплю.
А то неудобно как-то с пустыми руками заваливать.
Нет, вино, конечно же, я купил, конфеты. Шампанское как символ. Но вот торт этот...
Чудо просто! Никогда не видел такого.
Они простились, и, звякнув дверным колокольчиком, Олег скрылся в недрах
кондитерской. Постояв еще минуты три и понаблюдав за суетливыми хлопотами
продавца, метнувшегося к потенциальному покупателю из-за прилавка, Толик
недоуменно пожал плечами и двинулся в направлении своего дома.
Славный он парень все-таки, этот Олег. Сначала его утешал, как мог. Потом
родственникам решил приятное сделать. Тортик-то такой наверняка сотен на пять
потянет, если не больше. Четыре яруса Горы воздушного взбитого крема. Розочки, фрукты
засахаренные, орехи. Вкусно, конечно же, но Толик в этом отношении был прагматиком.
Выкидывать такие деньги на сладости... Блажь это все, блажь и не более того. А с другой
стороны может себе человек подобное позволить - почему нет.
Шаги его становились все более уверенными, думы не такими печальными. И, бросив
быстрый взгляд на часы, Толик Кулешов почти с удовлетворением отметил: времени до
полуночи еще более чем предостаточно. Так что он еще успеет сделать себе легкую
закуску, принять ванну и полностью экипироваться.
Когда там, говорила Танька, она за ним подъедет?
В двадцать два тридцать, кажется. Ну что же! Пусть будет так. Почему не пообщаться с
приятными людьми (это он, конечно же, о гостях, а не о хозяевах), если их там должна
собраться приличная толпа. Не в одиночестве же ему кислятину цедить из фужера и в
телевизор пялиться. К Таньке, значит, к Таньке. А что там дальше - видно будет. В конце
концов, что тебе судьба уготовила, рыпайся ты - не рыпайся, исход будет один.
Толик окончательно согнал с себя всю душещипательную ересь, высоко задрал
подбородок, мысленно послав всех дур баб куда подальше, и скорыми шагами поспешил к
себе домой готовиться к званому ужину в семействе Якиных.
- Оленька, милая... - Ласковый шепот Сергея обживал и уносил куда-то в небытие, туда,
где не о места страху и подлости. - Иди ко мне, дорогая.
Иди ко мне...
Ольга нежилась в его руках, подобно ребенку. Ей было так славно, так надежно.
Непередаваемость и неповторимость подобных ощущений были ей прежде неведомы. Нет,
конечно же, у нее случались романы, но такого блаженства, как теперь... Нет, этого точно
не было. Пойди пойми, отчего ее тело и душа так реагируют на ласки и слова этого
мужчины? Она сама однозначно не смогла бы ответить на этот вопрос.
Какое-то определенное чувство, то бишь любовь или привязанность, она вряд ли
испытывала к нему. Во всяком случае, для подобных умозаключений время еще не
наступило. Но эйфория покоя и умиротворенности была налицо.
- Мне так хорошо, - еле слышно выдохнула она, едва касаясь губами мочки его уха. - Ты
не можешь себе представить, насколько мне хорошо.
- Почему же? - Он хмыкнул и еще крепче прижал ее к себе. - Очень даже представляю,
потому что мне тоже очень хорошо с тобой. И мне кажется, я люблю тебя. Выйдешь за
меня, Оля?
Ого! Такого поворота она не ждала. Во всяком случае, так скоро.
- Что молчишь? - В голосе Сергея явно послышались нотки беспокойства. - Оля! Ты не
хочешь? Что-то не так?!
О боже!!! Вот этого она не терпела. Когда начинают давить, наседать, требовать от нее
молниеносного принятия решений. Она не готова к ответу сейчас, потому что совершенно
не готова к замужеству.
Оля высвободилась из теплых, ставших тесноватыми в ту же минуту объятий, и выдала
ему все это вслух.
Не сказать, чтобы ее ответ сразил наповал Сергея, но то, что он был сильно
разочарован, сомнений не вызывало.
Он откатился от нее на другой край кровати. Подложил под голову обе руки и пустым
взглядом уставился в потолок. Весь его вид кричал о том, что подобного от нее он не
ожидал.
- Сережа, не обижайся, - Оля нежно коснулась пальцами волос на его голове и слегка
потянула за чуб. - Дай мне хотя бы время на раздумье. Мы не так уж давно знакомы,
чтобы так скоропалительно принимать подобное решение. Я никогда не была замужем. К
тому же...
- Ты намекаешь на мой неудавшийся брак?!
Нет, ну что за дура! Что ни слово, то оплеуха по его самолюбию. Он так трепетнонежен
с ней, предупредителен. А она...
- Помилуй, господи! - поспешила она его успокоить. - Я ни на что не намекаю. Просто
не зная брода, не хочется в воду.
- Все понятно! - горестно воскликнул Сергей и пружиной соскочил с кровати. - Ты
боишься, что из меня выйдет плохой муж! Как же! Если один брак закончился разводом,
то второй - непременно завершится на той же ноте. Оля, Оля, я же тебе поверил, невзирая
ни на что! Я, можно сказать, за тобой и в огонь и в воду, когда все кругом тычут в тебя
пальцем, а ты!..
- Ну вот, - попыталась она пошутить. - Мы еще не поженились, а семейная ссора уже
маячит на горизонте.
Боже! Видел бы кто, каким взглядом он полоснул по ней. Куда подевались его
нежность и трепетность?
Обиженный самовлюбленный самец, вот кого увидела Ольга в нем в то самое
мгновение. И это открытие ее неприятно поразило. Видимо, ее чувства слишком уж
отчетливо проступили на ее лице, потому как Сергей быстренько постарался взять себя в
руки. Он подсел к оторопевшей Ольге и попытался ее обнять.
- Ладно тебе, Оль, не обращай внимания. Что-то я не то говорю. Извини. Просто твое
замешательство...
Оно было воспринято мною как отказ, а...
- А к этому мы не привыкли, так, что ли? - Оля выскользнула из кольца его рук и, встав
с кровати, потянула на себя край простыни. - Сережа, давай пока не будем больше
возвращаться к этому разговору. Хорошо?
- Конечно, милая, конечно. Прости меня!
Сережа ласково засмеялся. Совершил какой-то немыслимый кульбит, в результате
которого Ольга оказалась вновь на кровати, распростертая под его сильным телом. И
почти счастливо забормотал ей на ухо, перемежая все это затяжными поцелуями.
- Милая моя девочка! Я буду ждать сколько угодно! Мне так славно с тобой. Просто я
боюсь, что ты упорхнешь из моей жизни так же внезапно, как и появилась в ней. Мне
страшно от этой мысли. Я... люблю тебя...
Жаркий, жаркий, жаркий шепот. Слова вновь закружили ей голову, погружая в
атмосферу сладостного небытия. Оля обвила его шею руками и постаралась полностью
изгнать маленькое неприятное чувство, вызванное гневным всплеском ее мужчины. Но
как бы ни был сладок миг забвения, маленький гаденький червячок все же успел
поселиться в области ее сердца.
С поразительным упорством и монотонностью он принялся точить ее сомнениями, и
они ей совсем не понравились.
"Спешка, Маринка, нужна только лишь при ловле блох! - любила поучать ее в детстве
баба Люба. Мать запойного отца, который свой недуг унаследовал от своей мамашки. - Во
всем остальном: рассудительность и неторопливость!"
Что-то с Сергеем она немного того... Как-то уж слишком все быстро, почти мгновенно.
Их отношения развиваются с немыслимым ускорением. А это и радует и, в свою очередь,
не может не настораживать.
А если парень патологически ревнив, что тогда?
И, словно отвечая на ее немые вопросы, в ее мысли вторгся подозрительный голос
Сергея:
- Милая, а почему ты мне ничего не расскажешь о вчерашнем дне? Где ты была, что
делала?
- Это так важно? - Ольга внутренне сжалась в комочек в ожидании дальнейших
расспросов, но она даже не могла себе предположить, насколько далеко зайдет Сергей в
своем желании отследить весь ее день по минутам.
- И ты мне ничего не рассказала?! - округлил он в ярости глаза после того, как Ольга
умолкла. - Я же просил тебя!!! О, черт!!!
Он принялся метаться по спальне, задевая обнаженными бедрами за стулья и
прикроватные тумбочки. Негодование его было столь живописным, что Ольга поначалу и
действительно застыдилась своего "непотребного" поведения. ;
Нет, ну почему действительно было не рассказать?
Подумаешь, пощадила его радужное настроение! Подумаешь, не хотела портить
эйфорию грядущей новогодней ночи! Ведь не успев перешагнуть порог его квартиры,
Ольга тут же с головой окунулась в предпраздничные хлопоты: запекла индейку, выпекла
торт по рецепту словоохотливой старушенции из телефона-автомата, на скорую руку
соорудила сразу несколько салатов. К слову сказать, получилось все отменно вкусным.
Сергей без устали нахваливал ее стряпню, с аппетитом опорожняя тарелки. Не забывая,
впрочем, воздавать должное ее умению привести себя в соответствующий случаю вид.
- Ты такая красавица!!! Выпьем за тебя!.. - то и дело подливал он ей шампанского в
высокий фужер. - Все так сказочно! Так великолепно!..
Если честно, то Ольга просто забыла обо всех перипетиях дня минувшего. Именно
оттого, что ей пришлось собственноручно создавать это самое великолепие, она и
позабыла. Да и после откровений Кулешова происшедшее уже не казалось ей такой уж
немыслимой катастрофой.
Закрутилась, забегалась, и.., вот вам результат.
- Как ты могла!!! Я же просил тебя не связывать мое имя с ментами!!! - Сережина
истерия между тем нарастала. - За каким чертом ты поперлась к этому сыскарю, скажи?!
- Мне надо было убедиться... - попыталась вставить Ольга хотя бы слово.
- Тебе нужно было просто немного подождать!!! - рявкнул Сергей, нависая над
девушкой. - Всего каких-то пару-тройку часов потерпеть, чтобы дождаться появления
Тольки и выслушать его откровения!!! Понимаешь ты или нет?!
- Что я должна понимать? - Ложная стыдливость на предмет своего "свинского"
поведения понемногу начала отпускать ее, и на смену ей пришло глухое раздражение. -
Что я должна понимать?!
- Что твоя торопливость только все испортила!
- Но не забывай, дорогой, что результатом моей торопливости явилась поимка
опасного преступника, - оскорбленно заявила Ольга и, встав с кровати, двинулась в
ванную. - Который терроризировал местное население все последнее время.
- Ах, скажите пожалуйста!!! - Сергей саркастически рассмеялся, сделавшись на
удивление некрасивым. - Наша милая леди только и делает, что способствует поимке
опасных преступников. Тебе это не надоело?!
- Что?
- Стучать на всех! Может, ты и на меня донести успела?! - Он уже почти повизгивал от
переизбытка чувств, исказивших его лицо до неузнаваемости. - На меня ментам не успела
донести?! Не заявятся сюда в первый день Нового года?! С опергруппой?..
Какой, по-вашему, должна быть реакция нормального человека с нормальной
гражданской позицией?
Правильно! Он оскорбится, вспылит и даже, может быть, захочет пустить в ход кулаки.
Ольга была нормальным человеком, поэтому, ахнув, охнув и выругавшись, она влепила
Сергею смачную пощечину. След от ее пяти пальцев отчетливо запечатлелся на его
смуглой холеной щеке. Она подбоченилась и, невзирая на то, что голышом выглядела не
очень-то презентабельно, презрительно прошипела:
- Слизняк! Трус! Вас в ваш отдел на конкурсной основе принимали, не иначе! Один
другого стоите!
- Да, а ты немного разбавила наш застоявшийся омут... - кивнул он согласно, сатанея
прямо на глазах. - Своей сущностью ментовской шлюхи!..
- Что?! - Выпустив когти, подобно кошке, Ольга полоснула его все по той же щеке и
принялась наносить весьма ощутимые удары по его голым плечам и животу. - Скотина!!!
Мразь!!! Да как ты смеешь?!
А еще замуж звал!!! Правильно жена сделала, что бросила тебя, мерзавца!!!
- Ах, жена!!! Ну держись, сука!!!
И тут вконец остервеневший Сергей, подогретый ее откровениями и оплеухами, ударил
ее. Будь перед ним мужчина, вряд ли бы его удар показался тому столь ощутимым. Но
Ольга была женщиной, причем очень молодой и недостаточно сильной, поэтому, отлетев
метра на полтора и больно ударившись головой о стену, она медленно сползла на пол и
тихонечко заскулила.
Сергей, инстинктивно сделавший к ней пару быстрых шагов, вдруг словно наткнулся на
незримую преграду, обхватил голову руками и глухо простонал:
- Боже мой! Что я наделал?! Оленька, милая, прости!!!
- Пошел ты! - плаксиво ответила Оля и, подобрав колени повыше, обхватила их рукой. -
Козел!!!
Отвратительная сцена, вызванная его неуемной ревностью и ее невоздержанностью в
высказываниях, возможно, и имела бы продолжение, не раздайся в этот самый момент
звонок в дверь.
- Кто это?! - почти одновременно спросили они друг у друга.
- Ты кого-то ждешь? - решила все же уточнить Ольга, встала и принялась натягивать на
себя ночной наряд - сильно декольтированное короткое платье, сейчас, при свете дня,
выглядевшее несколько неуместно.
- Нет... Не знаю... - Сергей, по всей видимости, был растерян не меньше ее. Хватая
трусы, спортивные брюки и путаясь в них ногами, он без устали повторял:
- Кого черти, интересно, могли принести?! Кто это может быть?! Ко мне в дверь вот
уже полгода никто не звонил...
К входной двери они бежали едва ли не наперегонки, боясь опоздать и не застать
неожиданного визитера. Но о последнем им беспокоиться не стоило, потому как за
дверью стоял человек, чьи упорство и напористость помогли ему определиться в выборе
профессии.
Сергей Анатольевич, тот, что был помоложе своего коллеги и тезки в одном лице,
стоял, облокотившись о притолоку входной двери. Скалился на них и на свет божий
белозубой своей улыбкой и совершенно не собирался уходить, огорченный долгим
отсутствием хозяев.
- Вы?! - выдохнула Ольга изумленно и затравленно оглянулась на Сергея,
показавшегося ей обезумевшим при виде незваного гостя. - У вас есть для меня новости?
- Новости? С чего вы взяли? - Сергей Анатольевич, все так же счастливо улыбаясь,
потеснил хозяев широкой грудью и вторгся на территорию прихожей.
- А... - Ольга беспомощно оглянулась на Сергея. - А.., зачем же тогда вы здесь?
Сергей при этих ее словах громко фыркнул и заклеймил очередным взглядом,
выражавшим, надо думать, полнейшее недоверие и презрение.
- Только вот этого не надо, дорогой! - взорвалась она и покраснела до мочек ушей. - Не
надо думать, что я звала его сюда! Я даже адреса не называла!..
Высоко вздернутый подбородок и глубокий вздох, сопроводивший это самое движение,
могли засвидетельствовать, что веры ей нет и не будет впредь.
- Пройдем, что ли? - продолжал веселиться между тем следователь и, не снимая
ботинок, изрядно сдобренных песчано-солевой тротуарной массой, прошествовал впереди
них в гостиную. - О! Уютно у тебя...
К кому он конкретно обращался, Ольге было непонятно, как и непонятна реакция
Сергея. Ведь не мог же он знать, что явившийся без приглашения - мент! Или... Или он его
действительно знал. И знал достаточно хорошо. И, вероятнее всего, знакомство
произошло при не совсем приятных обстоятельствах.
В неведении Ольга оставалась не очень д
...Закладка в соц.сетях
