Жанр: Детектив
Миллион причин умереть
...ягивая с себя
одежду, она вдруг всерьез озаботилась.
А ну как захочется ее гостю на нее взглянуть, ему в этом случае даже двери
приоткрывать не нужно. Просто подойти и постоять тихонько...
Но Артем, судя по всему, был в этом отношении человеком серьезным и
принципиальным, потому как, вернувшись в комнату, Ольга обнаружила его возлежащим
на диване у самой стены и задумчиво разглядывающим ее растрескавшийся потолок.
Ее появление на него никакого впечатления не произвело. А если и произвело, то он
никак не дал об этом знать. Просто лежал, глазел в потолок и молчал.
Ольга щелкнула выключателем, не забыв удостовериться, что часы показывают
двадцать два ноль-ноль, и, нырнув под свое одеяло, затихла...
Прошло минут двадцать, не больше. Паузы никто нарушать не собирался, хотя ни он,
ни она не спали.
Попеременно вздыхали, встряхивали одеялами и ворочались с боку на бок. Где-то за
стеной орал телевизор. На лестничной клетке то и дело раздавался громкий хохот. Кто-то
топал, носясь без устали вверх-вниз по лестнице, невзирая на поздний час. Хотя чему
удивляться - первый день Нового года. Народ сначала спал часов до пяти. Потом принялся
похмеляться, и веселье пошло по новому кругу. И только у них повисла гнетущая душу
тишина. Ольга назвала бы ее даже зловещей. А ну как, насладившись за вечер всеми
оттенками ее страха и потешив долго вынашиваемое чувство мести, Артем решится
придушить ее ночью! Не просто же так он явился к ней, хотя, если верить его словам, и
нарвался на нее случайно. Что-то же все-таки привело его в этот город?
И тут, когда под окном оглушительно взвизгнула тормозами чья-то машина, Ольга
вздрогнула и в голове у нее словно щелкнуло. Наконец-то на нее снизошло прозрение.
Конечно же! Как же она раньше-то!..
Что еще может привести киллера в какой-нибудь Задрищинск, как не работа!
Очередное задание, с которым он сюда прибыл, должно быть выполнено в срок и без
задержек, так обычно бывало в детективных сериалах. Наверняка и в случае с ним так же.
Неделя на изучение территории и объекта. Потом выполнение конкретного задания, то
бишь - убийства.
И следом - исчезновение. Невидимка-киллер растворяется в толпе, оставляя после себя
труп или несколько и полное отсутствие улик.
Так, так, так... Не такой уж ты премудрый, Артем Ленский, подпольная кличка -
Артемон (а может, у него их с десяток, кто знает). И на старуху бывает проруха. Быстро
как тебя удалось разгадать. Теперь остается только вычислить - кто жертва, и все, полный
порядок.'...
Вот на этом самом месте Ольга и споткнулась.
В чем, собственно, заключается этот самый полный порядок? В том, чтобы застукать
его на месте преступления и сдать властям?! Так это уже было, было! И ничего хорошего
из этого не вышло. И преступление не получилось предотвратить, и жизнь себе удалось
испоганить. Ну, узнает она, кого он собрался пристрелить или там ножом прирезать, и
что? Пойдет к этому дяде или тете и с милой улыбкой пробормочет, что на вас, мол,
готовится покушение. Это нереально изначально. Во-первых, Ленский ее никуда от себя
не отпустит. А во-вторых, ей вряд ли кто поверит. Чужой она человек в этом городе,
чужой, да к тому же живущий под чужим именем и фамилией...
А все же интересно, кому уготовил Ленский смертный приговор? Попытаться бы
вычислить, да как?
Так... Появление его в этом районе вполне объяснимо - он шел к бывшему сокамернику
или коллеге по цеху, если можно так выразиться. Набрел на опечатанную квартиру и тут
увидел ее. Сворачивать задание из-за того, что негде перекантоваться, ему не резон,
потому и решил использовать ее, Ольгу, в своих интересах. А заодно и жестоко отомстить.
Что-то он там намекал насчет сумы с тюрьмою...
- О, черт!!! - Ольга даже подскочила на месте и, отшвырнув одеяло в сторону,
трагически прошептала в сторону притихшего Артема:
- Так вот до чего ты додумался, гад?! Ты хочешь использовать меня?! Ты хочешь моими
руками?! Ничего не говори!!! Лучше заткнись, понял?! Я теперь поняла!!! Все поняла!!!
- Молодец, - ласковым шепотом отозвался Ленский и, похлопав рукой по ее подушке,
улыбнулся. - Я всегда знал, что ты умная девочка. Ты ложись, ложись. Завтра нам нужно
будет выехать за город.
- Зачем?!
- На этюды. - Он громко рассмеялся и привлек девушку к себе. - Ты никогда не
выезжала на этюды, душа моя? Нет? Ну так завтра тебе представится прекрасная
возможность. Это чудно, поверь мне.
Ольга слушала и не слушала его многозначительный шепот, каждое слово которого
было наполнено зловещим смыслом и вселяло в ее душу леденящий страх, ужас и
безысходность.
- Я не поеду никуда, - пискнула она слабо, попытавшись вырваться из его рук.
- Поедешь, девочка, поедешь, - пообещал он и, едва не сломав ей шею, уложил голову
Ольги себе на грудь. - Нет, а ты действительно молодец. Весь вечер так славно держалась.
А потом полежала, подумала и поняла... Умница. Кабы не твоя сволочная сущность, ейбогу,
полюбил бы тебя!
- Артем, пожалуйста! Прости меня! - Слезы закипели у нее в глазах. - Прости и..,
отпусти...
- Нет!
- Но я не могу! Убей меня лучше, что ли! - Ольга все же разрыдалась. - Ты понимаешь,
что ты задумал?!
- Понимаю, конечно! - Он улыбнулся в темноте и принялся поглаживать ее по волосам.
- Не плачь, девочка, не плачь. Убить тебя было бы слишком просто.
Не убить - нельзя. Потому как за то, что ты со мной сотворила, отвечать должна.
- Но это не я убила тех несчастных! - вскричала она, пытаясь подняться. - Не я, а ты!
- Представь себе, я их тоже не убивал.
Ленский сказал это тихо, без горечи, без сожаления. Даже злости в этих словах она не
услышала. Просто сказал, как отрезал, не ударяя себя кулаком в грудь.
- Как не убивал?!
- А вот так! Ты посадила меня за те преступления, которых я не совершал. Я не делал
ту работу, дорогая.
Кто-то сделал ее за меня, вернее, до меня. Я приходил туда, когда уже все свершалось.
Правильнее сказать, меня пригоняли туда, словно глупого бычару!!! - На последних словах
выдержка все же изменила ему, и он отчетливо скрипнул зубами. - Каким-то сукам, это
мне еще предстоит выяснить, было очень нужно подставить меня. И я, придурок,
лоханулся... Профессионал, тоже мне! Опять же, соблюдал все меры предосторожности. И
все бы съехало на тормозах, кабы не ты, дрянь глазастая и языкастая. И ты еще просишь
простить себя?! Черта с два, детка! Черта с два! Ты посадила меня за преступления,
которых я не совершал, а я посажу тебя за преступление, которое ты совершишь своими
собственными ручками. Вот этими самыми милыми, холеными ручками...
С этими словами он грубо схватил ее за кисти рук и принялся трясти их.
- Завтра мы выедем с тобой за город, и ты освоишь правила ведения стрельбы из
винтовки с оптическим прицелом, - сопровождал он все это словами. - Затем мы с тобой
займем наблюдательную позицию и последим. А затем... Пиф-паф, и милая прекрасная
девочка отправляется в тюрьму за преднамеренное убийство.
- Нет!!! - Ольга изо всех сил затрясла головой, пытаясь отогнать парализующее волю
наваждение.
- Да, милая, да!
- Я никогда не сделаю этого, никогда!!! - Она попыталась взвизгнуть, но тут же рот ей
накрыла жесткая ладонь Артема.
- Ты сделаешь это! Причем сделаешь профессионально. И обязательно попадешься. И..,
предстанешь перед судом. И будешь сидеть на нарах и пользоваться одним очком на сорок
поганых баб. И будешь давать охраннику-контролеру за пайку чая и возможность лишний
раз увидеть свою маму через стекло. Все это будет с тобой, дорогуша! Все это будет! Ты
презирала меня, когда давала показания в суде! Я видел это!!!
Я не сводил глаз с твоего точеного профиля. Ты была такой чистенькой, такой
незапятнанной. А меня ты презирала всеми фибрами своей души, потому что убийство, по
твоим меркам, это противоестественно.
Это ненормально! Это - патология!!!
- Артем откинулся на подушку, выпустив ее кисти из тисков своих рук и дав ей
возможность отползти на самый край дивана, и ненадолго замолчал. Ольга всхлипывала,
не говоря ни слова. Ее слова теперь уже ничего не могли изменить.
- Я очень долго думал, что мне сотворить с тобой, когда выйду на свободу. Очень
долго. Но так и не смог ничего придумать, - начал он вновь после паузы. - И лишь когда
увидел тебя с этим парнем... Ты и над ним поиздевалась вволю, да? На нем просто лица
не было, когда он остался один.
- Теперь у него еще и мозгов нет, - всхлипнула она. - И это твоих рук дело!
- Я не трогал его, - вяло огрызнулся Артем и снова пододвинулся к ней. - Потом тот,
другой... Он ломился в твою дверь, кричал что-то, мне показалось, что даже плакал... Ты
оставляешь за собой искалеченные судьбы и разбитые сердца. Ты - страшный человек!!!
Такая ангельская внешность, и такое нутро...
Он покачал головой и протянул к ее лицу ладонь.
Ольга, испугавшись, попыталась отпрянуть, но он, поймав ее за обе щеки, сильно
сдавил их и повторил с заметной брезгливостью:
- Такая ангельская внешность, и такое нутро; подумать только...
- А ты?! - просипела Ольга в ответ, лишенная возможности говорить внятно. - А ты?!
Да за таким красавцем, как ты, любая побежала бы сломя голову, будь ты врачом или
инженером. А ты - убийца! Киллер, по-современному! И это не я тебя посадила в тюрьму,
а ты сам себя посадил, когда первый раз взял в руки оружие! Сам!!!
- Вот и ты сама себя посадишь, - он мелко-мелко засмеялся и вдруг навалился на нее
всем телом. - Красавец, говоришь... Ну а ты бы побежала за мной, если бы я не был
убийцей? Сломя голову побежала бы?!
- Побежала! - вполне искренне ответила Ольга, почти задыхаясь под его тяжестью. - Ты
очень красивый, Артем, но очень...
- Что?
- Порочный! Пусти меня, пожалуйста.
С таким же успехом можно было просить о чем-то гранитную скалу. Артем Ленский,
подобно камню, был глух и нем к ее мольбам.
- Порочный, значит. И в чем ты видишь порок? - Он уронил свою голову на ее плечо и
принялся обрисовывать кончиком языка ее ключицу. - В том, что я избавляю общество об
мерзавцев? Взять хотя бы Леху Стрижа...
- А что Леха? - осторожно поинтересовалась Ольга, старательно скрадывая дрожь в
голосе.
- Хоть я его и не убивал, но ты же не можешь не согласиться, что это была мразь
порядочная. Согласна? - Его язык пополз ниже. Дыхание стало более обжигающим. - Тебе
и самой наверняка не раз хотелось его придушить, когда он тебя в подъезде лапал.
Хотелось?
- Хотелось, - сдавленно пробормотала Ольга, изо всех сил борясь с желанием.
- Ум-м, какая ты... - Артем чуть приподнял голову, ненадолго прерывая экскурс по ее
телу. - Хотя и подлая, но... Слушай, Олька, или как там тебя. Ну пусть будет Олька... А
ведь мы с тобой оба приличные мерзавцы. Ты в своей ипостаси, а я в своей!
- Сравнил тоже! - попыталась она возмутиться, а заодно и принять позу, не столь
располагающую к физиологическим откровениям. - Я никого не убивала!
- А могла бы... В тебе много нерастраченной страсти. Ты с таким жаром выступала в
суде, что я сам едва слезу не пустил. Был бы суд присяжных, вышка бы мне горела - точно!
- Артем ухватил зубами пуговку на ее пижаме и принялся ее теребить, мотая головой из
стороны в сторону. - А что же там у нас ниже?! Все так же хорошо, как и сверху, или еще
лучше...
О! Хотя он и выговаривал все это невнятно, так как рот его был занят в данный
момент, Ольга прекрасно разобрала все до словечка. - Разобрала и по-настоящему
запаниковала.
Что делать?! Оказывать сопротивление? Занятие неблагодарное и бесполезное. Она
полностью в его руках. Со всеми ее потрохами, мыслями и чаяниями.
Попытаться его вразумить, так не далее как час назад она поняла, что результат в
данном случае - нулевой.
Оставалось надеяться на случай, который сможет все же помешать ему. Помешать хотя
бы в этом, раз уж в другом она является заложницей и орудием его мстительных
замыслов.
Звонок в дверь все же раздался. Раздался как раз в тот момент, когда Ольга (не без
горечи и удивления) вспоминала о покойной бабке Любе и о ее философском трактате на
предмет "хишшников двуногих". То ли бабка была права на все сто, то ли Ольга
окончательно свихнулась на почве стольких нервных потрясений, следующих как по
заказу - одно за другим, но звонок в дверь не очень-то ее и порадовал. Даже более того,
она испытала что-то сродни разочарованию, потому как Артем мгновенно от нее
отпрянул, встряхнулся и, выудив непонятно откуда пистолет, прошипел, почти не
размыкая губ:
- Кого ждешь?!
- Не знаю, - Ольга не врала. Она действительно не могла предположить, кто бы это мог
быть. Хотя... - Может быть, это Сережа.
- Какой Сережа?
- Ну, тот, что...
- А-а, хахаль твой новогодний. Понятно. Что делать будем?
- Открывать, конечно же. Иначе он дверь разворотит.
В дверь и на самом деле принялись колотить пинками, при этом не переставая
звонить. Ощущение было такое, что на лестничной клетке буянят сразу несколько
человек.
- Ладно, иди открывай, но помни. - Ленский улегся на живот, сунул руку с пистолетом
под подушку, накрылся одеялом почти с головой и уже оттуда глухо предостерег:
- Вякнешь хоть слово, гы и мать твоя - покойники.
- А если это милиция? - Почему эта мысль пришла ей в голову, Ольга затруднялась
ответить, но на всякий случай решила ее озвучить, чтобы подстраховаться на предмет
непредсказуемости ситуации. - В подъезде сегодня было совершено покушение на
Кулешова. Мало ли что... Может, они всех соседей опрашивают.
Артем вжался в подушку. Помолчал минуту, размышляя, и, чеканя каждое слово,
предупредил:
- Если это менты - молчи! Я - твой любовник, муж, брат, сват. Кем хочешь назови, но
молчи. Иначе мать твоя смерти будет просить. Замести меня не смогут, я чист. А вот ты
будешь до конца дней своих мучиться, если что... Иди открывай уже, что стоишь, рот
раззявив!!!
Ольга ринулась в прихожую, споткнувшись о свои разбросанные в разные стороны
ботинки и едва не растянувшись на полу. Замок опять же начало заедать, когда она
пыталась открыть его подрагивающими пальцами. А непрошеные визитеры, казалось,
ополоумели окончательно. Звонить в дверь перестали, но удары ногами сыпались теперь
уже градом.
- Какого черта! - начала было она, распахивая дверь, но тут же замолчала, уперевшись
взглядом в глаза Сергея Анатольевича, встревоженные сверх всякой меры. - Вы?! Какими
судьбами?! Вот кому дома-то не сидится...
Оперативник, не проронив ни слова, отпихнул ее от двери. Влетел вихрем в квартиру и
сразу прямиком ринулся в комнату.
- Кто это? - вибрирующим то ли от волнения, то ли от злости голосом спросил он,
указывая пальцем на укутанного с головой мужчину, издающего слабые звуки храпа.
- Это?! - Мысли лихорадочно запрыгали в голове, словно водяные блохи по ряске.
Надо же быть такой идиоткой и не поинтересоваться, кто теперь Ленский по паспорту.
Но Сергей Анатольевич сам пришел ей на выручку.
Перво-наперво он обошел кругом стол, на котором все еще возвышался забытый всеми
торт с развороченными кремовыми розочками в центре Потом прищуренным взглядом он
прошелся по ее фигуре, облаченной в полурасстегнутую пижаму с отгрызенной
пуговицей. Подняв взгляд, оглядел шею, губы, чем заставил Ольгу засмущаться. И затем,
многозначительно хмыкнув, поманил ее пальцем в кухню.
- А ты у нас молодец, Ольгуша... - криво заухмылялся следователь, седлая табуретку и
не снизойдя до того, чтобы обращаться к ней на "вы". - Молоток просто! Не успела из
одной постели выпрыгнуть, как сразу...
- Знаете что! - взъярилась она вдруг. - Хватит!
Из той постели меня, между прочим, вы сами и вытащили! Из нее же в свое время
выудили себе супругу!
Следователь крякнул, казалось, смущенно. Затем сделал мину простака-парня и почти
виновато попросил:
- Слушай, Оль, дай пепельницу. Черт, сигареты забыл. У тебя нет?
- Нет, - отрезала она, не купившись на его профессиональное умение
трансформироваться. Чему-чему, а этим ментовским приемчикам она была хорошо
обучена и немного научилась в них разбираться.
- А парень твой не курит? - Ну что за взгляд, боже правый! Честнейшего парня из
местной слободки, рубахи-парня, можно сказать. Весь свой в доску, в богадушу-гробамать.
- Не курит и вам не советует! Что-то еще?!
- А что еще? - Он затрепетал длинными ресницами, недоуменно задергал плечами и
затряс подбородком, что, видимо, должно было означать полнейшее непонимание
обращенного к нему вопроса.
- Нет, ну для чего-то вы дверь мою с петель снимали! - фыркнула она, заводясь все
сильнее и сильнее. - Не иначе с Новым годом поздравить решили.
Так виделись уже сегодня вроде!
- А чего долго не открывала? Хотя о чем это я, господи, - мент елейно заухмылялся. -
Дело молодое, понятно. Пока пижамку накинешь, пока волосики пригладишь.
- Мент, да ты хамишь! - против воли вырвалось у Ольги, когда краска хлынула ей в
лицо, чуть не выдавив глазные яблоки.
- А ты нет?! - Он среагировал моментально - честь и хвала российской милиции.
Вскочил с места и стал метаться по тесной кухоньке, норовя вплюснуть Ольгу в одну из
стен. - А ты не хамишь! Ты черт знает что делаешь, идиотка!!! Дура чертова! На хрена мне
все это нужно, вот скажи?!
- Вы о чем?
- Обо всем! Что за мудак у тебя в кровати, отвечай?! - Сергей Анатольевич вцепился ей
в плечо длинными пальцами, сильно сдавил и, понизив голос до шепота, почти жалобно
попросил:
- Не будь дурой, Олька, ответь! Мои ребята в коридоре, одно твое слово - и он наш!
- Кто? - тоже шепотом спросила она, сама поражаясь тому, как ей удается так ловко
играть свою роль - не причастной ни к чему особы. - Кто ваш, Сергей Анатольевич?!
- Тот, кто постель твою греет сейчас, дура! - Мент скрипнул зубами и еще сильнее
стиснул
ей плечо.
- Моя постель - кого хочу, того в нее и укладываю! И если это все, что вы ко мне имели,
то попрошу на выход!
- Ага, вот так значит... - Он уронил руку, словно плеть. Несколько раз ударил себя по
ноге и пошел к выходу, на ходу не переставая повторять:
- Вот так значит... Ладно, хорошо... Вот так, значит... Да!
Он, будто вспомнив что-то, резко тормознул у самой двери и как ни в чем не бывало
полюбопытствовал:
- А как зовут твою нынешнюю пассию-то, я не расслышал?
- Вы не расслышали, потому что не спрашивали. - Ольга нервно комкала курточку
пижамы на груди, боясь ляпнуть что-то невпопад. - Для меня он просто Гарик...
- Ишь ты... Гарик! - Он дернул на себя входную дверь, едва не вырвав петли из
притолоки, и, перед тем как захлопнуть ее за собой, еще раз повторил:
- Гарик, значит, мать твою...
Ольга заперла дверь на замок и почти тут же обессиленно сползла по стене. Ей даже
нечего было выдохнуть с облегчением, настолько пустыми оказались ее легкие. Во рту
привкус горечи. Сердца не слышно, хотя должно было грохотать где-то в горле. Руки и
ноги онемели. Да все внутри онемело!
Зачем он приходил?! Что ему было нужно?! Если из-за Толика Кулешова, то почему не
задал ни единого вопроса о нем? Нет, здесь что-то другое... Что-то такое, что заставило
его выламывать ей дверь. Словно... Словно он испугался за нее. Может быть, это из-за
Сергея. А почему нет? Зная истинную сущность этого ревнивца, ему было проще простого
предположить трагическую развязку событий. Он и сам наверняка с ним сталкивался на
этой самой почве.
Нет, не вяжется. Он мог узнать о передвижениях Сергея, позвонив ему домой или
съездив туда. Хотя, если Сергей причастен к происшествию в ее подъезде, то вполне
логичным будет его отсутствие дома...
Черт, кажется, она окончательно запуталась в своем желании найти объяснение
необъяснимому.
- Как его зовут? - передразнила она его, скорчив смешную рожицу, и почти тут же
рванула в комнату, подхваченная вихрем моментально вспыхнувшей ярости. - Вставай,
гад!!!
Артем лениво перевернулся на спину и насмешливо нараспев произнес:
- Что нас так взволновало?
- Почему я должна объясняться с этим ментом, скотина ты такая?! - плохо соображая,
что говорит, выплюнула она ему в лицо оскорбление. - Почему?!
- А потому, что все то время, пока длился его визит, в твоем подсознании билась
тревожная мыслишка: "А что будет с моей мамочкой, со мной..." Так ведь, Оленька?
Она помолчала немного, пытаясь прийти в себя, потом махнула обреченно рукой и
устало опустилась на край дивана.
- Конечно, ты прав. Все то время, что он был здесь... Все то время... Как было бы легко
и просто сдать тебя ему. Одно только слово... Как было бы просто.
- Да, конечно, тем более что опыт какой-никакой в этом у тебя уже имеется, -
беззлобно уколол он ее и потрепал по плечу. - Понимаю твои чувства, девочка, очень даже
понимаю. Когда и хочется и колется...
- Все равно! - упрямо дернула она плечом. - Мог бы хотя бы предупредить меня и
сказать, какое твое новое имя по паспорту! Он спрашивает, а я, как идиотка, мычу что-то
нечленораздельное. А если бы он твои документы затребовал?!
- Как же ты ему меня назвала?
- Ох, страшно вспомнить. Сказала что-то... - Ольга настороженно оглянулась,
почувствовав его пальцы под пижамной курткой на своей спине. - Сказала, что тебя зовут
Гариком.
- Молодец, девочка! По паспорту я теперича - Игорь. Молодец...
- Сколько похвал за один вечер, подумать только! - Ольга попыталась отодвинуться
подальше на край дивана. - Смотри...
- Куда? - К его пальцам присоединились губы и принялись вытворять такое, от чего
кожа ее мгновенно покрылась мурашками.
- Ну, я в том смысле, что увлечешься мною...
Потом вдруг влюбишься. Ну что ты делаешь, Артем?! - Ей снова стало трудно дышать.
- Даже если и влюблюсь, то что? - Он и не думал останавливаться, обводя контур ее
лопаток языком и обдавая их горячим дыханием.
- Как же ты меня тогда в тюрьму посадишь?! Не жалко будет?! - Она все же соскочила с
дивана и, отойдя на безопасное расстояние, уперла руки в бока. - Отвечай же, Гарик
чертов! Как ты сумеешь меня посадить тогда?! Как переживешь разлуку?!
- Я сильнее, чем ты думаешь, - Артем криво ухмыльнулся и, вытянув вперед правую
руку, призывно шевельнул пальцами. - Иди сюда, девочка. Иди и ничего не бойся.
Глазами самого разнесчастного человека Ольга посмотрела на этого красивого
мужчину, который возлежал сейчас на ее диване и сделал ее существование в этом мире
непереносимым, и вдруг жалобно запричитала:
- Артемчик, ну пожалуйста, ну прости меня! Ну оставь меня в покое! Я ничего не хочу!
Я не смогу...
Я не буду ничего делать!!! Боже! В какую яму ты меня загоняешь! Если бы ты только
знал, как было велико искушение, но я не выдала тебя!
- Приз - в студию, - он захлопал в ладоши, умело копируя мимику известного
телеведущего.
- Я никогда больше никого не выдам! Пожалуйста, оставь меня! Я так устала от всего.
Так устала. Устала бояться и оглядываться. Я не могу так больше! А сейчас мое
положение еще хуже, чем было!
- Почему? Ну что ты! Чем же оно ухудшилось?
Тот, кто был для тебя вестником смерти, теперь в поле досягаемости. Удара в спину не
будет. Неизвестности тоже нет. Все стало более или менее ясным. Чем же оно стало хуже,
твое положение?
- Потому что, промолчав сейчас и не сдав тебя милиции, я стала твоей соучастницей! -
Оля обреченно заплакала, спрятав лицо в ладонях. - Все сгустилось вокруг. Ты, со своей
одержимой идеей отомстить.
Толик, преследовавший меня из каких-то там благих побуждений и в результате
обнаруженный с пробитым черепом в непосредственной близости от моего жилья. Мент
этот настырный... Сергей, от которого никогда не знаешь, чего ждать. Танька эта еще...
- Что за Танька?
Артем задал вопрос, не меняя позы и не меняя интонации, но Ольга уловила некую
долю настороженности в его голосе. Что-то подсказало ей, что вопрос был задан не из
праздного любопытства, а вполне с конкретной целью - получить исчерпывающий ответ.
Какой бы беззаботностью он ни старался наполнить свой взгляд, озабоченность все же
тенью проскочила. Едва уловимо, но все же проскочила...
Одним словом, какое-то седьмое, а может, двадцатое чувство подсказало ей, что ключ
к разгадке кроется именно здесь. И Ольге вдруг до одури захотелось узнать: где этот
самый ключик, и самое главное - какую же дверь им должно и нужно открыть. И, может
быть, узнав обо всем, она сможет что-то изменить в своей судьбе. Правильнее сказать:
вернуться туда, откуда ее выставили полгода назад.
Ведь там и только там она была самой собой и по-настоящему счастлива.
Глава 19
- Толик, родной... - Татьяна обхватила обеими руками безвольно лежавшую на краю
больничной койки кисть Кулешова и поднесла ее к губам. - Ты слышишь меня, счастье
мое?! Открой глаза, я умоляю тебя... Господи! Накажи меня за все, но не забирай его у
меня! Я умоляю тебя, господи!!!
Слезы струились по ее щекам, размыв безупречный макияж и сделав лицо на редкость
некрасивым. Но Татьяну это сейчас мало заботило. Отдельная палата.
Любимый в беспамятстве. Можно позволить себе расслабиться и дать волю эмоциям,
что удушливым спазмом встали в горле.
Все рушится, летит куда-то под гору. Свернуть в процессе этого скоростного спуска не
представляется возможным. А сворачивать нужно, иначе кончится и благополучие, и,
возможно, сама жизнь.
Как ей сейчас не хватало поддержки. Сильного плеча рядом. Пусть Толик последним
похвастать особенно не мог, но все же не чужой человек. На понимание-то, на понимание
она могла рассчитывать, черт бы всех побрал!!!
Татьяна закусила губу и затряслась в беззвучных рыданиях.
Кто бы только знал, как она устала! Устала делать вид, что ничего не понимает и не
замечает. Устала притворяться, изображая заботливую любящую дочь.
Фальшь. Кругом одна фальшь и страх. Страх быть уличенной во лжи и неискренности.
И еще больший страх дать понять, что ты боишься. Ведь как только это обнаружится, она
погибла.
Татьяна не была, конечно, уверена в том, что ее могут лишить жизни. Нет. Но ей могли
создать такие условия, что само понятие жизнь будет восприниматься ею как наказание...
- Толик, приди в себя, прошу тебя, миленький, - она уронила голову рядом с его
перебинтованной на подушку и задышала горячо в его бледное лицо. - Мне очень плохо
без тебя, поверь! Вернись ко мн
...Закладка в соц.сетях
