Жанр: Детектив
Кругом одни лжецы
... а если навесят еще и убийство Дэйна, им не о чем будет беспокоиться.
- Вы нашли мой кольт?
- Ага, на пожарной лестнице. Жаль, что ты не сверзился с нее - избавил бы нас от
лишних хлопот. А мы бы занялись вплотную твоей красоткой.
- Далась она вам! Чем она-то может вам навредить?
- Конечно, она не так опасна, как ты... был, но все же придется ею заняться. И мы ее
найдем.
Освободив мои кисти, он протянул мне признание и ручку. Я поставил подпись на
последней странице, подписал: "Шелдон Скотт", без всяких выкрутасов и без колебаний.
Понятное дело, копам нужно было подписанное мною признание, и все же оно ничего им не
давало, пока я жив. Пока они меня не кокнули, мое лжепризнание могло дать противоположный
результат, так что моя подпись не имела значения. С другой стороны, мертвому мне наплевать
на все. Поэтому я не задумываясь поставил свою красивую подпись с завитушками и отдал
бумаги и ручку Карверу.
- Встань! - приказал он.
Я поднялся, и Карвер снова защелкнул наручники на моих кистях, но, к моей великой
радости не заводя мне руки назад. Так мне легче было двигать ими, я даже мог бы нанести удар,
и мне подумалось: "Да он просто ошибся!" И на всякий случай я начал болтать, чтобы отвлечь
его внимание.
- Вот почти и все, а, Карвер? Вы практически добились своего. Особенно, если вы
наложили лапу на собственность фонда. Вам уже удалось это, парни?
Он наморщил лоб и сморгнул:
- Как, черт возьми, ты это просек?
- Нечто сказанное Бароном навело меня на мысль, - солгал я без запинки. - Потом это
вписывается в вашу затею в целом.
Тряхнув головой, он похвастался:
- Ну, мы заимели большинство голосов. Во всяком случае, заимеем через несколько
дней.
- Угу, когда кто-то займет место Дэйна. Тот пляж практически в ваших руках, а?
Он ухмыльнулся:
- Не совсем так, приятель, не так, как с нашими непосредственными приобретениями,
однако юридически мы будем контролировать фонд. Со временем город сможет получить пляж
обратно. Когда мы сорвем хороший куш на этой сделке.
Отступив на шаг, он поднял мои руки вперед и вверх, но недалеко и невысоко - цепочку
от наручников он пропустил под брючный ремень.
- Не-а, уж мы не промахнемся. И никаких проблем. Пошли, Скотт.
- Куда это?
Он снова ухмыльнулся:
- Можешь считать, что мы перевозим тебя в столицу округа. Уж очень тут все настроены
против тебя, приятель. Мы просто вынуждены перевезти тебя.
- Ну конечно же, чтобы ревущая толпа не ворвалась сюда и не линчевала меня.
Мы вышли из "голубой комнаты" - шеф и Мак впереди, Карвер сзади меня. Главный
вход в полицейский участок находился справа, но мы повернули налево и прошли до конца
коридора к двери, выходящей на боковую улицу - улицу Вязов.
Мак вышел первым, приблизился к стоящему у тротуара черному полицейскому седану,
открыл обе дверцы и отступил в сторону, как и полагается персональному шоферу. Пересекая
тротуар, я подумал было, не рвануть ли мне когти? Однако выбросил эту мысль из головы еще
до того, как Карвер тихо проговорил за моей спиной:
- Давай, Скотт, пробегись-ка немного по улице, чтобы все выглядело естественно.
Неплохо иметь свидетелей.
Я проглотил ком в горле. Это было бы замечательно. Простодушные свидетели показали
бы, что Смертельный Стрелок Карвер уложил меня при попытке к бегству. По тротуарам
двигались мужчины и женщины. Поблизости стояло с полдюжины машин. Что-то привлекло
мое внимание к коричневой двухместной машине, припаркованной на противоположной
стороне улицы, но, когда я попытался разглядеть, что именно, мы оказались уже у
полицейского седана, и Карвер затолкал меня на заднее сиденье. Мак забрался следом, и Карвер
захлопнул дверцу.
Я бросил еще один взгляд на коричневую машину - из окна дверцы со стороны водителя
свисал некий предмет, который не назовешь стандартной принадлежностью "форда". Это был
кожаный футляр фотоаппарата, ремешок которого держала белая рука. Лица водителя не было
видно, но одно не вызывало сомнений: футляр явно был от моей "лейки". И у меня не осталось
сомнений: коричневый "форд" принадлежал Бетти и ее рука держала ремешок футляра. На
моих глазах футляр был втянут внутрь машины. Я заставил себя смотреть вперед, на лобовое
стекло полицейской машины, и не поворачиваться к "форду". Карвер скользнул на переднее
сиденье справа, а шеф Турмонд обошел машину спереди и забрался за руль.
Карвер обернулся ко мне, и я опасался, что он посмотрит за мою спину и увидит "форд"
на другой стороне улицы, может, даже узнает его. И я постарался отвлечь его, чтобы его взгляд
подольше задержался на моем лице, поэтому брякнул первое, что пришло мне в голову:
- Карвер, ты знаешь, что я просек всю вашу затею, иначе бы мне не пришлось
отправляться сейчас "в последний путь". Но напоследок мне хотелось бы узнать одну вещь: кто
убил Дэйна? Я знаю, что Барон отдал приказ, а кто спустил курок?
Он хохотнул:
- Жмурик, Скотт. Он мертв.
- Циммерман?
- Он самый. Чуть позже ты с ним свидишься. - Он нагло ухмыльнулся мне в лицо. -
Жаль, нет твоей подружки, она бы составила тебе компанию.
У меня ком застрял в горле, и все же я выдавил из себя:
- Она, вероятно, уже в Сан-Франциско.
На противоположной стороне улицы заскрежетал стартер "форда", потом мотор завелся.
Шеф Турмонд завел свою полицейскую машину и отъехал от тротуара. Через три квартала он
повернул налево. Все это время я заставлял себя смотреть прямо перед собой, но на повороте я
бросил быстрый взгляд на оставшуюся позади улицу. Коричневый "форд" держался в
полуквартале от нас.
Сомнений не осталось. За нами следовала Бетти. Меня охватила паника, сердце
затрепыхалось в груди. Она же ничего не могла поделать. Разве что подставиться под пули.
Какого черта она здесь? Почему не смылась, пока у нее был шанс?
Я подтянул свои скованные руки к животу, положил их на пояс и нащупал указательным
пальцем металлическую пряжку. Мак сидел справа от меня, прислонившись к дверце и
направив свой ствол в мою грудь.
На затылке у меня шевельнулись волосы. Я-то предполагал, что меня отвезут в пустынное
место, выведут из машины, всадят одну-две пули в мою черепушку. А сейчас, глядя на "пушку"
в руке Мака и на его физиономию, я поразился, почему мне в голову пришла такая идиотская
мысль.
"Ведь им вовсе не обязательно было ждать, пока я вылезу из машины!"
Глава 17
Внезапно заговорил шеф Турмонд:
- Подходящее местечко, а?
Мы находились в паре миль от Сиклиффа, на двухрядном шоссе, по обочинам которого
росли деревья и высокая трава. Прелестный сельский пейзаж! Из тени деревьев веяло
прохладой.
Карвер, сидевший полуобернувшись на переднем сиденье, посмотрел в заднее стекло и
подтвердил:
- Вполне. И шоссе почти пустынное. Только одна машина плетется. Пропусти-ка ее
вперед.
Как бы отреагировав на его слова, я обернулся назад. Мак, справа от меня, тоже бросил
беглый взгляд в заднее стекло, но тут же уставился обратно на меня. Коричневый "форд" все
еще довольно далеко держался позади нас, но, пока я глазел, он начал медленно нагонять нас.
Во рту и в горле у меня пересохло. Надеясь отвлечь внимание копов от "форда" на себя, я
заговорил снова:
- Карвер, дело, похоже, идет к концу. Так удовлетвори напоследок мое любопытство.
Прав я был с самого начала или нет? В чем состоит участие Норриса? Силовое давление?
Карвера рассмешил мой глупый вопрос, поэтому он важно поджал губы и сказал:
- Все верно, тебе конец, приятель. Да, здорово ты все просек. Тебе просто повезло
вычислить, что босс - Барон. Но тебе этого мало. Так тебя разбирает любопытство по поводу
Норриса, а? Ну что ж, приятель, так и должно быть, понятно? Норрис пашет на Барона. Если бы
кто-нибудь догадался про операции с недвижимостью, он, естественно, посчитал бы
виновными Норриса и его профессионалов - как людей мафии. Разумеется, Норрис вложил
много баксов в дело, потому и прибыль получит большую. А вот Барон... Это стоит ему
немного дороже, зато он чист, как клык собаки. Ловко, а?
- Ага. Ловко.
Я просто умирал от желания взглянуть на дорогу позади нас, но заставил себя смотреть в
лицо Карвера. "Что, черт побери, задумала Бетти? Если она просто будет тащиться сзади, парни
все поймут".
Я повернулся к Маку и процедил:
- Тебе обязательно все время целиться в меня?
Он чуть не сломался - так ему это показалось смешным, а я воспользовался предлогом,
чтобы повернуть голову чуть дальше и бросить беглый взгляд через заднее стекло. "Форд" был
уже ярдах в тридцати и мчался на гораздо большей скорости, чем мы. Мой пульс участился, и я
снова прижал одну ладонь к своему ремню, нащупывая пряжку и надеясь, что палец Мака не
слишком сильно нажимает на спусковой крючок. Бетти даже и не пыталась выехать из ряда,
чтобы обогнать нас. Я вдруг понял, что она намеревается сделать - она собирается
протаранить нас.
Я продолжал говорить с Карвером, стараясь одновременно отсчитывать последние
секунды и угадать момент удара.
- Карвер, мне известно, что Дороти Крэйг вступила в интимную связь с издателем
"Стар", а позже и с Бароном. И Джозефсон не пропускает в печать ничего, что могло бы
помешать операции Барона. В этом и заключается роль мисс Крэйг?
Мысленно я отсчитал пять секунд, прижал ступни к нижней части сиденья, напряг мышцы
ног и запустил палец под пряжку.
Карвер пояснил:
- У нее было несколько писем старого козла - отличный материален. Теперь они у
Барона.
Я заметил, что шеф смотрит в зеркало заднего обзора. Он что-то крикнул, и его руки
сильнее сжались на руле. Я рванул пряжку на ремне и почувствовал, как она расстегнулась.
Мои руки дернулись вверх передо мной. Мак завопил: "Эй!" - и сунул свою "пушку"
практически мне в лицо.
Я отдернул голову в сторону, уставившись в дуло револьвера Мака, но успел заметить,
как оскалился его рот, обнажая крепко сжатые зубы, когда он начал нажимать на спусковой
крючок. Уголком глаза я увидел смутное коричневое пятно "форда", вплотную надвинувшегося
на нас, и тут он врезался в нашу машину.
"Пушка" Мака громыхнула почти мне в лицо, жар выстрела опалил мою кожу, жгучие
крупинки пороха впились в мою щеку. Однако удар "форда" вжал всех нас в спинки сидений, и
пуля Мака просвистела мимо моей головы и разбила стекло бокового окна.
Седан повело боком по дороге. Мы все потеряли равновесие, но остальные в большей
степени, чем я, ибо я был готов к толчку. И прежде, чем Мак выпрямился и снова прицелился в
меня, я размахнулся обеими скованными наручниками руками и изо всех сил врезал ему
тяжелыми стальными кольцами по лбу. Он отключился, и револьвер выпал из его рук на пол.
На переднем сиденье кто-то вскрикнул, но я даже не взглянул туда, а соскользнул с
сиденья, упал коленями на пол и стал шарить обеими руками в поисках упавшей "пушки". Моя
правая ладонь охватила ее рукоятку, и указательный палец сам лег на спусковой крючок.
Я не ждал ни секунды. Мне было плевать, держал ли Карвер свою "пушку" в руке. Даже
не взглянув вверх, я поднял зажатый в кулаке револьвер к спинке сиденья передо мной и начал
нажимать на спусковой крючок. Я выстрелил три раза сквозь спинку, позволяя отдаче
поднимать ствол все выше с каждым выстрелом, и, только спустив курок в четвертый раз,
увидел лицо Карвера и "пушку" в его руке.
Ее ствол был нацелен прямо мне в голову, но еще до моего четвертого выстрела Карвер
ослаб настолько, что его палец уже не смог нажать на спусковой крючок. Его грудь окрасилась
красным, и пальцы уже разжимались на рукоятке револьвера. И тут моя четвертая пуля угодила
ему точно в пробор, он повалился назад и рухнул на пол между сиденьем и приборной доской.
Голова шефа полиции была повернута ко мне, его рука уже поднималась от бедра, где он
носил свою "пушку", седан почти остановился, но его тормоза еще визжали.
Я сунул револьвер под нос шефа и пригрозил:
- Только подними свою "хлопушку", и я снесу тебе череп.
Из его горла вырвался писк, рука поднялась пустой.
- Ухватись за руль и следи за дорогой, - велел я. - Припаркуй машину.
Едва я успел произнести последние слова, как раздался жуткий грохот, и седан прыгнул
вперед футов на пять. Меня отбросило на заднее сиденье, но я все еще сжимал в обеих руках
револьвер, и мой правый указательный палец лежал на спусковом крючке.
Турмонд сумел остановить машину на обочине шоссе, пока "форд" не стукнул нас снова.
Я наклонился вперед, приставил дуло револьвера к уху шефа и приказал:
- Смотри прямо перед собой! Поверни вверх зеркало заднего обзора!
Он повиновался. Я велел ему повернуть зеркало для того, чтобы он не видел, как я огрею
его по затылку. Он не видел и свалился поверх Карвера. Я вылез из машины и огляделся.
Никого. Потом недалеко от себя я увидел "форд", стоящий поперек проезжей части. Бетти была
хладнокровна, как полк морской пехоты, но спятила она не совсем. Я замахал обеими руками
над головой и закричал. Потом еще раз. Мне только казалось, что я кричал, но ни звука не
вырвалось из моего горла. Со мной все было в порядке, все о'кей. Просто застрял ком в горле.
Наконец я проглотил его, глотнул немного воздуха, и завопил опять, и опять ухитрился лишь
выдавить из себя еле слышный звук. "Форд" повернул, подъехал ко мне, и из его окна
выглянула Бетти с белым как мел лицом.
Дрожащим голосом она попыталась заговорить:
- Ты... с тобой...
- Порядок, - заверил ее я и, когда она вылезла из машины, засыпал ее вопросами: -
Что это ты надумала? Откуда ты взялась? Как ты узнала...
Она остановила меня:
- Ой, что же они сделали с твоим лицом? Как ты себя чувствуешь?
- Да так, отвалтузили немного, зато не подстрелили. Если бы не ты, я бы сейчас протекал
во многих местах. Ну и страха я натерпелся. - Только-только начинала сказываться реакция:
мои руки дрожали, как листики дерева. - Как ты оказалась у выхода из участка?
Она разразилась скороговоркой:
- Я провела там уйму времени, ждала, и ждала, и ждала. Я знала, что ты должен быть
там, но не имела понятия, жив ли ты, и не могла зайти и спросить их. Когда вы все выходили, я
вывесила в окно твой футляр в надежде, что ты увидишь его и догадаешься, что это я. И я
поехала следом за вашей машиной, еще не представляя себе, что предпринять. Выезжая из
города, я решила: если они остановятся, чтобы... сделать что-нибудь с тобой, я начну гудеть и
вопить, чтобы они знали, что есть свидетель, и, может быть, испугались бы. Я сама была в
таком ужасе, что ни в чем не была уверена. Потом, в последний момент, меня осенило, что надо
протаранить вашу машину. Я надеялась, что ты сможешь этим воспользоваться.
- Подожди минутку. Забудь, что... - Я смолк, ибо она стала белой как простыня. - С
тобой все в порядке, золотце?
Она кивнула, пролепетала:
- Да. Я... - И упала в обморок.
Я неудачно попытался подхватить ее, но все же ухитрился смягчить падение на асфальт.
Оставив ее лежать, я обошел полицейскую машину с другой стороны, открыл дверцу и
пошарил по чужим карманам, пока не нашел ключ от наручников. Через минуту мне удалось
освободиться от них, и я сковал ими руки шефа полиции Турмонда и Мака. Потом поднял
Бетти на руки и посадил в "форд".
Ее ресницы затрепетали, с минуту ее лицо выражало ужас, затем она вздохнула, обвила
мою шею руками и притянула к себе. И пару минут мы наслаждались нашими объятиями.
Наконец я сказал ей, что она спасла меня от неминуемой смерти и что, если хочет, может
получить мою левую руку - да что там! - все мои руки и ноги и все, что ни пожелает, а она
попросила:
- Поцелуй меня.
И я поцеловал ее, а она пожаловалась:
- От твоих усов щекотно.
И я пощекотал ее еще немножко. Наконец я высвободился из ее объятий и напомнил:
- Золотце, дело еще не закончено. Но сначала скажи, как ты нашла фотокамеру? И как
ты вообще узнала, где я нахожусь?
- Ну, когда ты не вернулся утром, я поняла: что-то не так. Слушая радио, я узнала, что
случилось. Примерно в половине седьмого я покинула мотель, нашла свою машину и поехала
на Главную улицу. По радио сообщили только, что тебя схватили у помоста Красного Креста, а
ты назвал его нашей базой и назначил встречу именно там, в случае, если что-то пойдет не так.
Я подумала, что ты мог пробыть у помоста какое-то время до того, как тебя задержали, и
осмотрела там все, вдруг ты оставил или бросил там что-нибудь? Я и фотокамеру искала,
однако не очень-то тщательно, ибо предполагала, что полиция прихватила тебя вместе с ней. Я
даже твою кровь искала.
- В меня не попали.
- Я видела пулевые отверстия. Позднее я ушла оттуда и позвонила в газету. Поговорила
с одним репортером по имени Мартин. Он рассказал мне все, что знал, и даже больше, чем
передавали по радио. Меня интересовало, вычислила ли полиция, что ты проник в офис
адвоката, и обнаружили ли они у тебя "лейку"? Мартин навел справки и узнал, какие личные
вещи изъяли у тебя. Фотокамеру не упомянули. А я специально просила Мартина узнать это, и
он сообщил, что полицейского удивил его вопрос. Так я поняла, что ты отделался от нее. Я не
знала, где, но логика подсказывала - помост Красного Креста. Я вернулась туда и обыскала
все вокруг, в том числе и ту маленькую заднюю комнату. И заметила дыру в материи,
обтягивающей помост. Я заползла под него и нашла твою "лейку".
- Золотце, - проговорил я, ошеломленный, - не хочешь ли заняться частным сыском?
Наше бюро мы назовем "Бетти и помощник".
Она улыбнулась:
- Никакой особой дедукции не потребовалось. Как мне кажется, я просто действовала
по-умному. Я знала, зачем тебе нужны те снимки, поэтому я снова позвонила Мартину, а потом
проехала мимо "Стар" и бросила кассету с пленкой в припаркованную там его машину. Затем я
отправилась к полицейскому участку и стала ждать, не вывезут ли тебя оттуда. Ты говорил, что
они могут это сделать. Мартин же занялся всем остальным, то есть проявил пленку и отвез
снимки на графологическую экспертизу.
Я переварил информацию и воскликнул:
- Черт побери! Когда мы можем справиться у эксперта?
- Я уже звонила ему. Да! Я завернула кассету в открытку Эмметта, которую ты оставил
мне прошлой ночью. Поскольку на ней стоит подлинная подпись Эмметта, я передала ее
Мартину. - Она на миг нахмурилась. - Я говорила по телефону с мистером Бриджесом -
экспертом-графологом. Он мог дать, по его словам, только предварительный ответ, а именно:
он почти уверен, что единственная поддельная подпись стоит на почтовой открытке.
Ее слова ошеломили меня. Это был настоящий удар под дых. Я даже засомневался, уж не
оставил ли Эмметт свою собственность Дороти Крэйг, уж не подлинное ли в самом деле
завещание?
Было непонятно, как я мог так ошибиться? Если иметь в виду все случившееся.
- Бетти, эксперт ведь не сказал, что подпись на открытке подделана? Просто она
отличается от той, что на завещании, верно?
- Ну, по телефону он сказал, что трудно быть совершенно уверенным, когда имеешь дело
с фотографиями.
Сравнив подписи на фотокопиях завещания, на полудюжине других документов и на
открытке, он пришел к заключению, что все подписи одинаковые, кроме подписи на открытке.
Последняя отличается лишь немного, добавил он, но именно она - явная подделка.
- Как раз наоборот! Подделаны все подписи, кроме той, что на открытке Эма. Вот как
обстоят дела. Они затеяли все давным-давно, и все документы, найденные мною в сейфе, -
фальшивки. Все до единой. При сличении в суде подпись на завещании оказалась бы
идентичной подписям Дэйна на других бумагах. Естественно, они же подделаны одним и тем
же лицом. Круто задумано!
"И все еще туго завязано", - подумал я.
Остается непреложным сам факт, что я застрелил двух полисменов и оглушил самого
шефа полиции. Правда, Блэйка и Карвера я убил за какие-то мгновения до того, как они с
радостью безжалостно укокошили бы меня. Интересно, удастся ли мне убедить жюри
присяжных?
- Что нам делать теперь, Шелл? - спросила Бетти.
- Хотел бы я сам знать. Пожалуй, нам остается только одно - то, что мы обсуждали
вчера. Я попытаюсь пробраться к Барону и побеседовать с ним. У меня тут два живых копа, но
что стоит мое свидетельство против их показаний? Нам нужно что-то поубедительней. Гораздо
убедительней!
- Позволь мне помочь тебе, Шелл. - Она посерьезнела. - Как ты думаешь связаться с
Бароном?
- Он, скорее всего, в своем офисе. Я просто зайду к нему.
Она сердито насупилась.
"Она права - прозвучало это глуповато", - подумал я.
- Весь город наводнен полицейскими, - возразила она. - И все они знают тебя в лицо,
сам понимаешь.
- Понимаю. Даже хорошо, что город кишит копами. Может, никто и не заметит еще
одного. Не подглядывай!
Оставив ее в "форде", я зашел с другой стороны полицейской машины и занялся делом.
Когда я закончил, тело Карвера лежало на полу между сиденьями, на него я навалил шефа
полиции и Мака - связанных, в наручниках и с кляпами во рту. На Маке остались одни трусы,
я же вырядился копом.
Форма Мака была мне тесновата, но тяжесть его "пушки" на моем бедре приятно
согревала меня. Поправив фуражку, я подошел к "форду".
- Как я выгляжу?
- Не очень-то ты похож на полисмена. Однако может сойти.
- Еще как! Должно! Один коп похож на другого. Люди обычно смотрят на форму, а не на
лицо. Так я надеюсь.
- Я тоже надеюсь, Шелл. Ну, теперь мы готовы?
- Вполне. Поехали.
Бетти оставила свой "форд" на обочине дороги и села рядом со мной на переднее сиденье
полицейской машины, и мы помчались обратно в город. Наши три копа спокойно лежали сзади,
прикрытые моей одеждой и чехлами с сидений "форда". Рация была на полицейской волне, но
ничего интересного для нас не передавалось. Я подробно остановился на том, что мы
собирались проделать, и, уже въезжая в пригород, спросил:
- Ты все поняла?
- Естественно. Мне досталась легкая роль.
- Вовсе не легкая, детка. И у тебя должно все получиться, иначе нам конец. В полиции
могут найтись и другие продажные шкуры вроде Турмонда и Карвера. Неизвестно. К тому же
мне кажется, Норрис и его подручные уже ищут тебя. А увидев, ни один из них не пройдет
мимо, по-джентльменски поприветствовав тебя снятием шляпы. - Я спрятал в бардачке
лишние "пушки". Сейчас я открыл его, достал полицейский револьвер и положил его ей на
колени. - Тебе он не помешает, золотце! И если придется прибегнуть к стрельбе, целься в
голову. Это в кино лелеют миф, будто стоит подстрелить человека, и он падает замертво. В
Сиклиффе так не получается!
Она попыталась улыбнуться, но явно была не в том настроении. Как и я. Подъехав к
автостоянке на Перечной улице, я припарковался у тротуара.
- Если что, бибикни разок, - бросил я, распрямил плечи и пошел на стоянку.
Я помнил ночного дежурного. Если и он запомнил меня, его немало удивит моя форма.
Поэтому я двинулся прямо к нему и резко произнес:
- Эй, приятель!
Он взглянул на меня и, насколько я мог понять, увидел всего лишь копа. Я продолжал без
запинки:
- Я ищу черный "кадиллак" с откидным верхом, который видели здесь.
Он постарался быть полезным:
- Конечно, командир. Думаю, я знаю, о чем вы говорите. Тут только один такой. Он что,
краденый?
Его любопытство я пресек свирепым взглядом:
- Где он?
Он куда-то побежал и быстро вернулся с моими ключами, вручил их мне и наблюдал, как
я открываю багажник. Увидев мое барахло, он не удержался от восклицания:
- Это что же такое?
Еще раз я наградил его злым взглядом, и он заткнулся и молчал все время, пока я рылся в
хламе в поисках нужных мне вещей. Наконец я нашел две коробочки и служащий опять не
стерпел:
- Та самая машина?
- Ага, она. - Я немигающе уставился на него. - Спасибо. Это все.
Он отошел, абсолютно убежденный, что я самый настоящий коп. Я взял две коробочки,
закрыл багажник и вернулся к полицейской машине, ощущая нервное подергивание между
лопатками.
Сев за руль, я поехал в сторону Главной улицы, все еще ощущая неприятное подергивание
между лопатками. На Главной мы проехали мимо другой черной патрульной машины,
попавшейся нам навстречу, и ничего не случилось, квартал между Четвертой и Пятой улицами
был все еще блокирован в связи с кампанией Красного Креста, и у его помоста толпилась масса
народу. Я объехал этот квартал, снова вырулил на пересечение Главной и Пятой улиц, повернул
направо и припарковался.
- Готова? - спросил я Бетти, когда она выходила из машины.
- Д-д-да. - В руке она держала одну из моих коробочек за ременную петлю.
- Не испорть все. Сделай именно так, как я тебе объяснил. Начнем точно в пять
пятнадцать. Поосторожнее с этой штуковиной.
- Я боюсь. Не очень, но боюсь. Не беспокойся, я сделаю все, как надо. Просто... Я боюсь
немного.
- Не больше, чем я. Мы отлично справимся, золотце!
- Да, разумеется. - Она повернулась и пересекла Пятую улицу.
Я завел двигатель, проехал два с половиной квартала и остановился на полосе,
ограниченной красной линией, запрещающей стоянку напротив входа в "Алмазный дом".
Оставалось подняться на седьмой этаж и зайти в дверь с номером 712. Барон просто обязан
быть в своем офисе! Он даже мог в этот момент видеть в окно припаркованную полицейскую
машину. Было уже начало шестого, и из здания начали выходить первые служащие. Самое
подходящее время, пока вокруг крутится множество людей.
Я вылез из машины, захлопнул дверцу и с пересохшим от волнения горлом пересек
широкий тротуар к парадному подъезду "Алмазного дома".
Сквозь густую толпу служащих я пробрался к лифтам. Почувствовав боль в челюстях, я
сообразил, что сжимаю зубы с неимоверной силой. Когда передо мной раскрылись дверцы
лифта и пассажиры вышли, лифтерша взглянула на меня, потом на коробку, зажатую под моим
локтем, и сказала усталым голосом:
- Наверх.
Я шагнул в лифт, стараясь расслабиться, и бросил:
- Седьмой.
За мной вошел еще один мужчина и попросил:
- Четвертый. - Потом прислонился к стенке.
Я его никогда прежде не видел, да и он не обратил на меня никакого внимания. На
четвертом этаже он вышел, а мы поднялись на седьмой. В холле я огляделся и подождал, пока
лифт не начнет спускаться, и только тогда подошел к двери с номером 712.
Мгновение я колебался - приоткрыть дверь по-тих
...Закладка в соц.сетях
