Жанр: Детектив
Мавр сделал свое дело
...десь произошло?", как поняла: сарафан здесь не сам по
себе, он здесь вместе со своей хозяйкой. Я
увидела перепачканную землей коленку и приготовилась кричать. Антон между тем
раздвинул ветви. Жуткая картина
открылась нашим глазам: Ирина лежала лицом вниз, вывернув шею, волосы на затылке
слиплись от крови, в них уже
копошились насекомые, и это произвело на меня гораздо большее впечатление, чем
мысль о том, что Ирина мертва.
- Не может быть, - пробормотал Антон, с ужасом глядя то на меня, то на
Ирину. - Не может быть...
- Надо срочно звонить в милицию. - Я думала лишь об одном: только бы
побыстрее уйти отсюда, чтобы не видеть жуткую
рану на голове и копошащихся в ней насекомых.
- Да-да, конечно, в милицию, - кивнул Антон, достал мобильный и набрал
номер.
Милиция появилась довольно быстро. К тому моменту все в доме уже знали об
убийстве и совершили паломничество к
трупу, хотя я и говорила, что делать это неразумно, там ведь могли быть следы и
эти "экскурсии" вряд ли придутся господам
сыщикам по вкусу.
Собравшись возле камина, как и накануне, обитатели дома охали, бормотали
"ужас" и время от времени дергали плечами.
Я проделывала это вместе со всеми, констатируя у себя полное отсутствие мыслей и
жуткую душевную тоску, что, впрочем,
не удивительно, обнаружить труп мне довелось впервые.
Антон остался возле Ирины (он сам вызвался добровольцем), прибывшая
следственная бригада разделилась, двое пошли в
лес, а двое занялись нами.
- Мы должны задать вам несколько вопросов, - строго сказал мужчина лет
сорока с пышными усами и седой гривой волос.
Выглядел он импозантно, как-то сразу вызывал доверие, а также острое желание
покаяться.
В тот момент я и подумала, что ситуация, в которой я оказалась, мягко
говоря, неприятная. Вчера выяснилось, что понастоящему
серьезные деньги наследники могут получить только после смерти Ирины,
и вот она уже лежит в кустах с
проломленной головой. С точки зрения милиции мы все подозреваемые, даже я.
Вполне логично предположить, что я
решила помочь сестре в расчете на ее большую благодарность. Это для меня такая
мысль несусветная глупость, а для них
может быть в самый раз. Прибавьте к этому мою ночную прогулку... Подтвердить,
что я была на озере, а не подстерегала
Ирину в засаде, я ничем не смогу. Вот и выходит...
От эдакой мысли мне стало не по себе, и я покрылась липким потом. Следовало
как можно быстрее решить, что говорить
следователю, а о чем лучше умолчать. И тут меня озарило: Леопольд. Ну конечно,
карлик следовал за Ириной и, вполне
возможно, видел убийцу. А если не видел? И я лишь навлеку на него подозрения,
сообщив, что он следил за ней? Убить
Ирину ударом по голове он точно не мог, потому что просто физически не способен
на такое, но объяснить, с какой целью он
следил за ней, ему тоже будет затруднительно.
Вдруг я вспомнила нашу с ним утренней встречу и вторично испытала шок. Что
он болтал тогда о каком-то кладе?
Интересно, как долго он его ищет? С момента гибели старика? Или клад
заинтересовал его лишь сегодня, по той простой
причине, что он уже знал: Ирины нет в живых? "Точно, знал", - едва не брякнула я
вслух. Он же сказал, что раньше восьми,
кроме Ирины, в доме никто не встает. А ее он не боялся. Почему? Да потому что
был уверен: она его в коридоре не
застукает, так как сегодня утром рано не встанет. Ну и в историю я влипла! И все
благодаря сестрице. Тут я, конечно, и о ней
вспомнила. Не мешало бы Таньке появиться или хотя бы позвонить. Ладно, сама ей
позвоню, когда все кончится.., если не
окажусь в тюремной камере без мобильного, светлых мыслей и адвоката.
В таком состоянии духа я и предстала перед следователем, когда пришла моя
очередь отвечать на его вопросы. К тому
моменту я была твердо уверена, что ничего хорошего ждать от жизни не следует,
зато необходимо соблюдать осторожность.
Ни в коем случае не врать, но и с правдой не спешить, раз эта правда может быть
понята превратно.
Вопросы мне задавал тот самый дядька с усами. Начал он мягко, по-отечески,
кто я, что я и чего мне здесь понадобилось.
Я ответила с максимальной честностью, глядя на него с трепетной надеждой. Затем
описала вчерашний вечер. Завещание, о
котором он, безусловно, знал (пока я ждала своей очереди, прибыл адвокат), его
очень интересовало. Особенно то, как на
него отреагировали наследники.
- У меня есть показания, что Виталий Гостюхин был взвинчен, очень
нервничал...
Топить кого-либо в мои планы не входило, "взвинчен и нервничал" еще не
значит, что убил, но и врать я поостереглась.
- По-моему, он не ожидал, что денег будет так мало, и не смог скрыть своего
разочарования.
- То есть он, по-вашему, ожидал гораздо большей суммы?
- Наверное. Мы с сестрой, когда увидели дом, тоже решили, что дядя -
миллионер.
- И тоже расстроились? - улыбнулся следователь.
- Чего нам расстраиваться? Шесть тысяч долларов большие деньги. Для меня,
по крайней мере, немалые. Я считаю, что
сестра с мужем должны быть довольны, ни с того ни с сего получить такие
деньги...
- Ну, теперь они могут получить гораздо больше, - вновь улыбнулся
следователь. Я пожала плечами, демонстрируя
уныние. - А правда, будто Антон говорил, что со смертью сестры все остальные
выиграют?
- Антон вчера много шутил. Знаете, он из тех мужчин, что любят поболтать.
Возможно, кто-то воспринял его слова
чересчур серьезно. Я же так не считаю. Если честно, вчера я просто не придала им
значения.
- Вчера, а сегодня?
- А сегодня я думаю, что дурацкие мысли лучше держать при себе, чтобы не
накаркать. Конечно, я никого из этих людей
толком не знаю. Мы познакомились лишь вчера. Но мне кажется, что слова Антона
просто глупая болтовня. К тому же, если
он замышлял что-то подобное, зачем же рассказывать об этом? По-моему, нелогично.
Свои намерения преступник должен
держать в тайне. Так мне кажется, - повторила я.
- Возможно, его слова натолкнули кого-то из присутствующих на мысль
действительно избавиться от сестры?
- Ничего не могу вам сказать по этому поводу.
- Хорошо. Вернемся ко вчерашнему вечеру. Что вы делали после ужина?
- Мы с Антоном пошли прогуляться.
- Молодой человек вам понравился?
- Если честно, не очень. Мне нравятся стройные брюнеты. Но я здесь никого
не знаю, а ложиться спать было еще рано.
Поэтому, когда он предложил составить мне компанию, я согласилась.
- О чем вы говорили?
Антона уже допрашивали и наверняка задавали те же вопросы, так что скрывать
было бы глупо.
- Об убийстве, конечно.
- О каком?
- Об убийстве дяди. Хозяина этого дома. Я думала, он задохнулся во время
приступа, потому что ему не успели оказать
медицинскую помощь. Свекровь моей сестры даже намекала на отравление, а Антон
прямо сказал, что его убили. И тоже в
лесу. Это правда?
- Да. Причем на том же месте, что и Ирину. А почему вы сомневаетесь в
словах Антона?
- Я же объясняла, он из тех мужчин, что любят поболтать, мог и наврать с
три короба, просто так, интересничая.
- Вот оно что, - усмехнулся следователь, взгляд его прямо-таки излучал
благодушие, но почему-то в искренность этого
благодушия не верилось. - А какие-нибудь версии он высказывал?
- Конечно. По-моему, глупые. Например, говорил, что убила его Ирина.
Женщина и вдруг бьет родного дядю по голове? С
какой стати?
- К примеру, из-за наследства.
- Из-за наследства убивают только в детективах, - не выдержала я.
- Вот как. Почему?
- Потому что в милиции сидят не дураки и выйдет, что вместо наследства
человек получит тюремное заключение. Он в
тюрьме, зато родственникам радость. Скажите на милость, разве это не глупо?
Дядька захихикал, ни ничего определенного по этому поводу не сказал.
- Долго вы прогуливались?
- Не знаю. Я на часы не смотрела. Наверное, час. Может, и больше.
- Когда вернулись в дом, с Ириной разговаривали?
- Нет. Мы вообще никого не встретили. Простились возле моей комнаты.
- И вы легли спать? - улыбнулся следователь, а я посоветовала себе
тщательно обдумать свои слова, прежде чем отвечать.
- Нет. Я открыла окно и устроилась в кресле с книгой, но не столько читала,
сколько любовалась луной.
- Понятно. Вы девушка романтичная...
- Как большинство девушек моего возраста. К тому же я довольно давно не
была за городом, а здесь прекрасный вид из
окна.
- Значит, вы читали и смотрели в окно? Ничего интересного помимо луны не
заметили?
- Видела силуэт на тропинке, - ответила я со вздохом, не рискнув соврать.
- Очень интересно. Чей силуэт?
- Мне показалось, это была женщина в светлом платье. Думаю, Ирина. Но
утверждать не берусь. Было уже темно.
- Она прошла мимо вашего окна?
- Не знаю. Вряд ли. Я бы услышала. Просто в какой-то момент я перевела
взгляд на тропинку и увидела там нечто белое,
быстро удаляющееся.
- Где расположена ваша комната?
Я объяснила, но этого усатому показалось недостаточно, и мы отправились в
комнату, где я провела ночь. Я открыла окно
и показала на то место, где заметила Ирину.
- Если она вышла из дома через кухню, то идти мимо вашего окна ей бы не
пришлось, - изрек дядя. - Она была одна?
- Наверное, - пожала я плечами. - Больше я никого не видела. - "Скажи ему
про карлика, - мысленно твердила я. - Речь
идет об убийстве. Леопольд наверняка что-то видел. Должен был видеть, ведь он
шел за ней. Я скажу про карлика, а он
скажет про меня, и тогда получится, что я соврала, будто ночью сидела в своей
комнате. А если я не скажу, а он расскажет..,
будет еще хуже". - Тут еще был Леопольд, - сообщила я с душевной мукой.
- Кто? - не понял следователь. Я бы тоже не поняла.
- Карлик. Смешной такой, и имя у него смешное. Мы с ним познакомились, как
только с сестрой приехали. Он вертелся
возле дома, и мы немного поболтали.
- Подождите, - нахмурился следователь. - Когда поболтали?
- Сначала, когда приехали. Мы вышли из машины, а он, как я уже сказала, был
здесь, то есть появился из кустов. Он
произвел на нее незабываемое впечатление.
- Чем?
- Вы карликов часто встречаете? - спросила я. - Я - нет. А тут настоящий
карлик, появился, точно из-под земли.
Раскланивался, говорил как-то забавно, назвал меня принцессой. Так что эту
встречу вполне логично назвать незабываемой.
И вечером, когда я любовалась луной, он вновь появился. Наверное, обратил
внимание на открытое окно, увидел меня и
подошел. Мы устроились на подоконнике и немного поболтали.
- О чем?
- В основном об оборотнях. В лунную ночь всякая нечисть выползает из своих
нор. - Следователь смотрел на меня так,
точно заподозрил, что я сошла с ума.
- Вы что, серьезно?
- Теперь мне все это кажется глупостью, а вчера я даже испугалась. Потом
Леопольд ушел, а я перебралась в постель и
еще долго читала.
- Ничего не слышали?
- Нет.
- Откуда вообще взялся этот карлик?
- Он живет в поселке.
- Он ушел до того, как вы заметили силуэт, или после?
- До, - с чистой совестью ответила я, потому что Леопольд сначала спрыгнул
с подоконника и лишь потом я увидела
Ирину.
- Как вы думаете, зачем он приходил?
- Я думаю, ему просто нечего делать и он рад с кем-нибудь поболтать.
- Больше вы его не видели?
- Нет, - вздохнула я. Наверное, правильнее было бы рассказать о нашей
встрече утром, но все эти бредни про чертей и
клады вряд ли произведут на милиционера хорошее впечатление, а неприятностей
Леопольду я не желала. Быть убийцей
Ирины из-за своего роста он никак не может (вряд ли она встала на колени, чтобы
он ударил ее по голове), а дурацкие сказки,
которыми он пытался разнообразить свою жизнь, выйдут ему боком.
Проявляя завидное терпение, следователь задавал мне вопросы еще минут
двадцать, затем я подписала какие-то бумаги, и
он вполне вежливо попросил меня "задержаться в этом доме на некоторое время". На
какое время, не уточнил, а я
спрашивать не стала.
Как только мы простились, я набрала номер Танькиного мобильного. Ее телефон
был отключен. Очень похоже на
сестрицу. Позвонила в офис, и ее секретарь радостно мне сообщила, что у Таньки
совещание и соединить меня с ней она не
может.
- Как только моя сестра освободится, передайте, пожалуйста, что я благодаря
ее глупости оказалась замешанной в
убийстве.
Танька позвонила через десять минут.
- Я знаю, что ты скажешь, но у меня не было другого выхода, - затараторила
она. - Я должна была появиться на работе.
Дел чертова прорва, а ты все равно отдыхаешь. Я приеду сегодня вечером. Нет,
завтра. Хорошо?
- Плохо. То есть можешь совсем не приезжать. Надеюсь, что в конце концов я
смогу выбраться отсюда. Если еще раньше
не окажусь в тюрьме.
- Что за глупости ты болтаешь? И зачем ты запугала Лариску, она влетела в
кабинет вся зеленая. Сестры так себя не ведут.
- Ведут, если их подозревают в убийстве.
- Какое убийство? - пискнула Танька, а я осчастливила ее:
- Сегодня утром мы с Антоном обнаружили труп Ирины. Кто-то ударил ее по
затылку, да так, что пробил голову. Ты меня
слышишь?
- Слышу. Но не могу поверить. Ты все нарочно выдумываешь, да? Чтобы я
поскорее приехала?
- Найди мне хорошего адвоката, - посоветовала я.
- Неужто правда убили? - запричитала Танька. - А кто?
- Господи, откуда мне знать? Думаю, милицейские подозревают всех. А мне еще
пришлось врать.
- Зачем?
- Затем, что, скажи я им правду, быстро бы оказалась подозреваемым номер
один. Я за ней следила.
- За кем?
- Скажи, пожалуйста, за что тебя считают умной? - разозлилась я.
- За то, что в дурацкие истории не попадаю, - рявкнула Танька. - Немедленно
рассказывай, что произошло. - Разумеется, я
рассказала. - Все не так уж и плохо, - по окончании моей затянувшейся речи
вынесла вердикт умная Танька. - Про купание в
озере и вправду распространяться не стоило. Лишь бы карлик не проболтался. Но в
его интересах помалкивать. Постарайся
найти его раньше, чем менты, и прояснить ситуацию. А я подумаю, что можно
сделать, чтобы избавить тебя от всего этого
безобразия.
- Ага. Подумай. Только недолго.
Испортив сестре настроение, я почувствовала себя увереннее. Танька права:
надо поговорить с Леопольдом. Чем скорее,
тем лучше. Проблема в том, где его искать. Ирина сказала, что карлик живет в
поселке. Значит, туда и следует отправиться.
Дом, по крайней мере, я найду без труда, а если повезет, то и Леопольда.
Воспользовавшись тем, что никого по соседству нет
(в целях конспирации я звонила, прогуливаясь по улице), я быстро зашагала по
дорожке в сторону озера.
Вскоре оказалось, что путь до поселка совсем не близкий, на машине мы
преодолели его за несколько минут, у меня же на
это ушло почти полчаса. Я вышла к магазину и для начала решила спросить, где
живет Леопольд. Толкнула дверь и увидела
старушек в количестве семи человек, которые увлеченно что-то обсуждали.
При моем появлении они перешли на шепот, но слово "убийство" я уловила.
Значит, жители о гибели Ирины уже знают и
обсуждают данное происшествие.
- Здравствуйте, - сказала я. Мне никто не ответил. Продавец, женщина лет
пятидесяти, судя по всему принимавшая
живейшее участие в обсуждении, выжидающе уставилась на меня. - Я ищу Леопольда,
- не мудрствуя особо, сообщила я. -
Кто-нибудь знает, где он живет?
Бабульки быстро переглянулись.
- А вы кто такая будете? - спросила продавщица. Бабки заинтересованно
вытянули шеи.
- Знакомая.
- Это не вы вчера к Костолевским приезжали? - влезла в разговор сухонькая
бабка, и я ее сразу же вспомнила: именно у
нее мы покупали цветы.
- Мы, - ответила я со вздохом.
- Неужто Ирку вправду убили? - ахнула старушка. Интерес публики только
увеличился.
- Правда.
- Ужас какой. В лесу убили? За каким лешим ее ночью в лес понесло? А
говорят, район у нас благополучный. Людей
убивают, точно курей по осени. Сначала Леву-христопродавца, а потом и Ирку.
- Почему христопродавца? - насторожилась я.
Разговор показался мне занятным. Старушки взглянули на приятельницу
укоризненно.
- Это она так, болтает, - кашлянув, заметила продавщица.
- Я не болтаю, - возвысила голос старушка. - Всем в поселке известно, что
его черти с потрохами купили.
- Будет болтать-то, Раиса. Девчонка ему, поди, родственница.
- Если родственница, должна знать, что у нее за родня такая. С чертом он
точно знался.
- Леопольд живет в десятом доме по улице Первомайской, - громко сказала
продавщица. - От магазина сразу направо.
Все замолчали, выжидательно глядя на меня. Мне следовало убраться отсюда,
хотя очень хотелось остаться и узнать, с
каким таким чертом знался покойный Костолевский? Синяки по-прежнему украшали мои
плечи, и бабкины слова я не
спешила обзывать мистическими бреднями.
Очень сожалея, что нельзя продолжить разговор, я повернулась и в гробовом
молчании пошла к двери.
Десятый дом на Первомайской я нашла без труда. Типовая застройка, столь
популярная в сельской местности в прошлом
веке. Дом имел два крыльца, следовательно, и хозяев тоже двое. Я толкнула
ближайшую калитку и замерла, потому что из-за
сарая выскочила здоровенная собака, оглашая округу громким лаем. Дверь дома
распахнулась, и я увидела женщину в
цветастом халате.
- Леопольд здесь живет? - спросила я жалобно, косясь на собаку.
- Рекс, ступай на место, - крикнула хозяйка, пес исчез за сараями, а я
благодарно улыбнулась. - Зачем вам Леопольд? -
сурово спросила женщина.
- Мы вчера познакомились...
- И что?
- Ничего. Просто хотела его увидеть.
Женщина посуровела еще больше.
- Что он натворил?
- По-моему, ничего. А почему вы спросили?
- Потому что его с вечера дома нет. Любит по ночам шастать, к этому-то я
привыкла. Но днем он обычно дома сидит.
Злых людей на свете много, а его любой обидеть может, - сказала она и вдруг
заплакала. - Вы правда ничего не знаете? -
спросила женщина жалобно.
- Нет.
- Милиция его спрашивала. Говорят, Ирку Костолевскую убили. Небось слышали?
- Да.
- Вы откуда здесь взялись? Приехали к кому-нибудь?
Стало ясно: эта женщина предпочитает сама задавать вопросы, а не отвечать
на них.
- Когда Леопольд придет, передайте, что его искала принцесса. Он знает, кто
это.
- Это он вам такое прозвище придумал? На прозвища он мастер. А вы и вправду
на принцессу похожи. Жалко мне его, -
вздохнула женщина. - Так жалко, что сердце кровью обливается. Ему ведь скоро
сорок лет. А он точно дитя малое. Вот
помру, что он делать будет? Ладно, ступайте. Передам, что вы его искали.
Она с силой захлопнула дверь, а я, немного потоптавшись у крыльца, пошла к
калитке. То, что Леопольд до сих пор не
появился дома, меня очень насторожило. Это лишь подтвердило мои догадки: он
знает, что произошло ночью. Возможно,
даже видел убийцу. Если он просто напуган и где-то прячется, то это не беда, а
если... Конечно, он ловок и увертлив, но вряд
ли справится с человеком, который способен проломить женщине голову.
Беспокойство переполняло меня, и я уже жалела, что не рассказала
следователю всей правды. Впрочем, что бы
изменилось? В таком довольно плачевном состоянии духа я двигала по сельской
улице, мало реагируя на окружающее. А
надо бы... Меня едва не сбил паренек на велосипеде. Хоть я и оказалась
пострадавшей, однако повел он себя так, точно
коленка была ободрана у него.
- Не видишь, что ли, куда прешь? - заорал он.
- Мог бы объехать, - пожала я плечами. Спорить с ним в мои планы не
входило, какой от этого толк, если коленка уже
содрана?
- Напугала до смерти, - продолжал гневаться парень.
Тут на соседнем крыльце появилась молодая женщина и крикнула:
- Пашка, ты в Озерное?
- Ага, - откликнулся велосипедист.
- Захвати творог Лаврентьевым. Они ждут, а мне некогда.
- Давай, - без энтузиазма согласился паренек, начисто потеряв интерес ко
мне.
Он ждал, когда женщина вынесет творог, а я ждала неизвестно чего. Как
видно, улицу Озерную местные не считали
частью поселка, для них это отдельный населенный пункт, что, в общем-то,
объяснимо: и находится от села на приличном
расстоянии, и живут там люди не здешние, а из города. Парнишка только что
сказал, что едет в Озерное, то есть на улицу
Озерную, но едет почему-то в противоположном мне направлении, раз мы только что
столкнулись. Следовательно, туда есть
еще одна дорога, надо полагать, короче той, по которой шла я. Учитывая содранное
колено, путь не худо бы сократить.
- Есть еще одна дорога на Озерную? - спросила я. - Или только та, что к
магазину выходит?
- Есть, - буркнул парень с некоторым облегчением. То, что я стою столбом,
его, как видно, начало беспокоить. Он
объяснил мне, как пройти, и я зашагала в указанном направлении. Вскоре паренек
догнал меня и крикнул:
- В конце улицы тропинку увидишь и дуй все время прямо.
Я помахала ему рукой в знак того, что поняла, и продолжила путь.
Улица вскоре закончилась, и началась тропинка, точнее сказать, их здесь
было великое множество, я выбрала ту, что шла
прямо, как и советовал паренек. Сам он давно скрылся с глаз. Оставалось уповать
на то, что я ничего не напутаю и выйду
туда, куда намереваюсь. Поле, по которому я некоторое время шла, сменил
перелесок, потом лес, потом стало ясно, что я
выбрала не ту тропинку, что и неудивительно, коли их здесь не счесть. Я уже
преодолела расстояние гораздо большее, чем
оно могло быть до Озерной, а на заветную улицу ничто не намекало. Парнишке тоже
пора было возвращаться, но мы не
встретились - лишний повод решить, что я заблудилась. Не скажу, что я была
напугана. Конечно, перспектива бродить здесь
долгое время меня совсем не вдохновляла, с другой стороны, окружающая природа
радовала. Я не прочь прогуляться, а
какая-нибудь тропинка непременно выведет к людям.
Только я об этом подумала, как лес вдруг расступился и впереди я увидела
крышу дома, а затем целую улицу деревянных
домов. Никакого указателя здесь не было. Дома выглядели необитаемыми. Правда,
стекла в окнах целы и на дверях замки,
так что хозяева у этих домов скорее всего все-таки есть. Слева виднелось
кладбище, заросшее, неухоженное, а за ним еще
несколько домов. Возле ближайшего стояла машина, а вскоре появился и ее хозяин.
От него я и узнала, что деревня
называется Сергеевкой и от нужной мне Озерной находится довольно далеко.
- Идите через хутор, - посоветовал мужчина и объяснил, как лучше пройти.
Хутором оказался одинокий дом, примерно в километре от Сергеевки. К дому
вела песчаная дорога. Дом был из кирпича,
на окнах тяжелые ставни, вокруг трава по пояс, однако забор добротный. Я
огляделась. Казалось, что здесь давно никто не
бывал. Тропинка к дому заросла травой. Однако за домом, безусловно,
приглядывали. Дома, в которых не живут, ветшают
очень быстро, а этот впечатления ветхого не производил. Тут я поймала себя на
мысли, что чересчур пристально
вглядываюсь в него, нет бы идти себе мимо. Но дом точно притягивал и мой взгляд,
и мои мысли. А еще было в нем нечто
зловещее, потому что я вдруг ощутила большое желание оказаться как можно дальше
отсюда, по возможности среди
большого количества людей. Теперь лес вокруг казался мне каким-то грозным, а
тишина гнетущей. Я поспешила уйти от
дома, но все-таки не удержалась, обернулась, чтобы еще раз взглянуть на него. И
замерла с открытым ртом. Возле дома
появилась женщина. В светло-салатовом платье, в сандалиях и венком из полевых
цветов на голове. Длинные волосы
заплетены в косу.
Не могу сказать, что меня чем-то поразил ее наряд, почему бы и не сплести
венок, и не водрузить его себе на голову? Но
женщина вела себя странно, хотя я и не могла сразу понять, в чем эта самая
странность заключалась. Синяки на плечах не
давали мне покоя, и я вновь совершенно серьезно подумала, что места здесь и
впрямь загадочные, и если женщина вдруг
окажется вовсе не женщиной, а бог весть кем, я ничуть не удивлюсь.
Я тихо сошла с тропинки и укрылась в кустах, чтобы женщина меня не увидела,
и стала ждать, что будет дальше. Она
подошла к калитке и замерла напротив нее. С того места, где она стояла, дом был
хорошо виден, калитка из металлических
прутьев, а забор из кирпича, из-за него не очень-то разглядишь дом. Стояла она
так минут десять. Я пыталась понять, что ее
занимает, и не смогла. "Наверное, приезжая, - решила я. - Забрела сюда случайно,
и теперь гадает, что это за дом". Вдруг
женщина трижды перекрестилась и низко до земли поклонилась. С мыслью о нечистой
силе можно проститься, но теперь ее
поведение заинтриговало меня даже больше. Женщина резко развернулась и пошла по
тропинке, а я, недолго думая,
припустила за ней. Следить за кем-то в лесу то еще занятие, особенно если нет
навыков. И не приблизишься, чтобы себя не
выдать, и упустить страшно. Метрах в ста от дома женщина подняла что-то с земли,
присмотревшись, я увидела, что это
этюдник. Ну конечно, она художница, бродит здесь в поисках вдохновения. Только с
какой стати ей на дом креститься? В
общем, несмотря на то что с женщиной стало все более-менее ясно, я упорно
продолжала следовать за ней.
Она шла быстро, не оглядываясь, что значительно упрощало мою задачу. Минут
через двадцать мы вышли к какому-то
поселку. Поначалу я решила, что это Дубровка, но очень быстро поняла, что
ошиблась, впереди торчала кирпичная труба
(какой-нибудь завод или фабрика), а в Дубровке ничего подобного я не видела.
Женщина уверенно подошла к крайнему
дому. Деревянный, двухэтажный, он выглядел довольно обветшалым. Калитка
болталась на одной петле, забор давно
покосился и держался на честном слове.
Взойдя на крыльцо, она пошарила рукой где-то под низкой крышей крыльца и
достала ключ. Быстро огляделась, открыла
дверь и скрылась с моих глаз. А я только вздохнула. Любопытство сыграло со мной
злую шутку. Бог знает, где я сейчас
нахожусь и как отсюда выберусь. Может, в Дубровку ходит какой-то транспорт?
Бродить по этим тропинкам я могу еще
очень долго.
Раздосадованная на свое глупое любопытство, я зашагала к центру поселка и
вскоре увидела автобусную остановку. На
скамейке сидела бабка, держа козу на веревке. Коза с интересом разглядывала
лопух. Сельская жизнь начала действовать мне
на нервы, остро захотелось быть поближе к цивилизации.
- Простите, как мне лучше до Дубровки доехать? - вежливо спросила я.
- Никак, - вяло ответила бабка.
- Но
...Закладка в соц.сетях
