Жанр: Детектив
Люди мы резкие
...нувшись хозяину
БМВ
.
— А вам, собственно, какое до этого дело? — вопросом на вопрос хмуро
ответил лысый, подозрительно прищурив свои масляно-агатовые глазки. — Жорик,
разберись-ка с фраерами!
Водитель
БМВ
тут же послушно вылез из машины, прихватив с собой в
качестве железного аргумента увесистую монтировку. Но воспользоваться ею шоферу
не дали. Рыжий парень без всяких дипломатических прелюдий встретил его прямым
ударом в челюсть, после которого тот сразу не только монтировку свою потерял,
но и сознание. Схлопотав нокаут, водила свалился под колеса
БМВ
и
благополучно-глубоко
задремал
, уже совершенно не интересуясь происходящим.
Шедший мимо городской люд старательно отводил глаза в сторону,
благоразумно придерживаясь
обезьяньего
принципа:
ничего не вижу, ничего не
слышу, ничего никому не скажу
. Даже милицейский патруль из двух молоденьких
сержантов равнодушно продолжал свой путь по проспекту, не проявив ни малейшего
интереса к бесхозно валявшемуся на дороге мужику с окровавленным ртом.
С местными ментами у ребят из Мерседеса
все схвачено
, — догадалась
Светка, с опаской и уважением покосившись на рыжего детину, в этот момент
флегматично-спокойно и не скрываясь вытиравшему носовым платком бурые капли с
медных колечек кастета, надетого на пальцы правой руки.
— Здоровьишко у тебя явно ни к черту, землячок. Давление скачет прямо как
рысак-медалист, — заметил тип в черном, любуясь на физиономию лысого борова,
покрывшуюся яркими морковными пятнами то ли ярости, то ли панического страха. —
А личное здоровье надо беречь и холить. Короче, если я тебя, самозванец, еще
хоть раз в моем районе увижу — ты все свои симпатичные золотые зубы тут же
проглотишь, не запивая. Усек?
Неудачливый рэкетир продолжал подавленно молчать, завороженно уставившись
на торчащие из-за колеса ноги Жорика в тяжелых тупорылых бутсах.
— Ладушки. Молчание — знак согласия, — понимающе усмехнулся черноволосый и
обернулся к Светке: — Садись в нашу тачку, крошка, мы тебя подбросим, куда
скажешь. — И даже галантно открыл перед слегка растерявшейся девушкой дверцу,
пропуская впереди себя.
Устроившись рядом со Светкой на заднем сиденье
мерса
, полюбопытствовал:
— Как тебя звать, девочка?
— Светлана.
— Так я, по ходу, о тебе уже слышал! — почему-то развеселившись, сообщил
ее сосед. — Ты Света-КПСС, верно?
— Да, — нехотя подтвердила Светка, решив при случае высказать болтушке
Верке все, что о ней думает.
— Говорят, бедствуешь? — продолжал вечер вопросов и ответов не в меру
любопытный
траурный
мужчина.
— Не так уж, чтобы очень, — заявила Светка, постаравшись придать лицу
независимо-гордое выражение.
— Ладно, не смущайся, крошка, — улыбнулся черноволосый, которого
театральная мимика собеседницы в заблуждение не ввела. — Все твои горести уже
позади. Если, конечно, ты не будешь больше нарушать главную заповедь путан.
— Какую такую заповедь? — Светка изумленно вытаращила глаза, пытаясь
понять — шутит с ней странный тип или говорит на полном серьезе.
— Очень простую, славная девочка: надо трудиться в коллективе и под
надежным прикрытием. В твоей профессии одиночки весьма редко выживают. Даже
благородные волки, заметь, в трудные и голодные времена сбиваются в стаю.
Короче, предлагаю тебе непыльную работенку в моей гостинице. Будешь со своей
подружкой Веркой в одном номере жить. Подумай, Светлана, хорошенько взвесь все
про
и
контра
то бишь. Щедро отстегиваю тебе целых пять секунд на
размышления. Время пошло.
— Думаю, Евген, надо выписать за счет фирмы золотозубому козлику путевку
в Сочи
, чтоб больше глаза не мозолил, — обернулся со своего водительского
места рыжий парень.
— Пока он такой привилегии еще не заслужил, братишка, — отозвался
черноволосый. — Ну, так как, милая крошка? Подписываешься у нас работать?
— Я согласна, — неуверенно тряхнула кудряшками Светка, подумав про себя:
Он, конечно, гангстер, но зато солидный человек — не только иномаркой и
гостиницей владеет, а еще и какой-то туристической фирмой. Наверняка настоящий
миллионер, без дураков
.
— Вот и ладушки. Весьма мудрое решение, — усмехнулся работодатель,
закуривая. — Тебе у нас будет хорошо. И сытно и безопасно то бишь. Кстати, у
меня есть замечательный секретный бальзамчик для твоей нежной капээсэс.
Моментально все синяки сойдут на нет, уж поверь опытному человеку.
— Раз Евген говорит — так и будет. Гарантия! — весело подтвердил рыжий и
повернул ключ зажигания, плавно трогая машину с места.
Проспект Ленина празднично сиял многоцветьем реклам и вывесок, находясь в
явном заблуждении — гордо считал себя главной улицей Екатеринбурга, а не местом
тусовки городских проституток.
ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА
Выражение глаз собеседника мне явно не нравилось. Того и гляди он вмажет
мне пулю в живот прямо из-под стола. Такая малоприятная перспектива совсем не
радовала, и поэтому я подал знак мальчикам. Цыпа со Студентом отреагировали
моментально — покинув соседний столик, пересели за наш, надежно заблокировав
Шика с обеих сторон.
— В чем дело, Монах?! — недовольно скривил губы Шик, косясь на своих
нежданных соседей. — Ты, по ходу, мне не доверяешь?
— Доверие в наше время слишком дорого, — усмехнулся я. — Я же человек
небогатый и позволить себе такую роскошь не могу. А ты?
Шик сморщил рожу, словно по ошибке уксуса вместо шампанского хлебнул.
— Можешь не отвечать, — щедро разрешил я слегка сбитому с панталыку
коллеге и подмигнул ребятам: — У нашего приятеля в зобу дыханье сперло, по
ходу. Впрочем, молчание — золото. Ладушки! Давай к делу перейдем. Зачем о
встрече просил? Да еще так настойчиво.
— Никакого подвоха здесь и в помине нет, Монах, — хмуро заверил Шик. — Зря
ты дуешь на воду. Предлагаю поставить крест на наших прошлых разногласиях и
забыть. Списать за ненадобностью в архив, короче.
— Очень любопытно! — чуток удивился я, с неподдельным интересом изучая
мрачную физиономию конкурента по бизнесу и пытаясь вычислить, что почем. Откуда
ветер дует то бишь.
— Я к тебе пришел как к брату, — продолжал Шик, окончательно повергая меня
в изумление. — Из двух зол надо выбирать меньшее. Посему предлагаю объединить
наши группы. Под твоим началом, естественно.
— Ладушки. Как понял, я — меньшее зло. А кто для тебя большее? Кончай
тянуть кота за хвост, браток. Рассказывай! Здесь все свои.
— В натуре? — Шик саркастически скривил тонкие губы, покосившись на моих
костоломов, каменно-неподвижно застывших за столом вроде секретарей-референтов
на некоем официальном дипломатическом приеме.
— Тебе чем-то не нравятся мои мальчики? — невинно полюбопытствовал я,
закуривая
Стюардессу
. — У меня от них секретов нет. Раз не желаешь базарить в
их присутствии — гуляй восвояси. Держать никто не будет.
— Ты не так понял, Монах, — тут же пошел на попятную Шик, довольно
убедительно изобразив на морде честно-искреннее выражение. — Никаких претензий
у меня к ним нет. Люди они, ясно, серьезно проверенные и надежные. Других, как
всем известно, ты при себе не держишь.
— Вот и ладушки. Так в чем суть проблемы? Чего это ты вдруг ко мне в
подчинение восхотел пойти? Проясни-ка ситуацию, браток. И поподробней,
пожалуйста.
— Все предельно просто. СКВ окончательно пережал нашей фирме кислород. Без
твоей поддержки нам с ним не совладать. Лучше стать вашими партнерами, чем
шестерками
у СКВ.
— Станислава Корнеевича Волошина имеешь в виду? Валюту? — уточнил я на
всякий случай, хотя никаких сомнений на данный счет не испытывал, отлично зная
крокодильские ухватки Валюты — одного из основных моих конкурентов на ниве
торговли женскими прелестями и путевками
в Сочи
.
— Его самого, кого ж еще?! — некультурно не сдержал сильного раздражения
Шик, неприятно скрипнув зубами. — Да и тебе, насколько в курсе, Валюта
запостоянку солнышко заслоняет. Считаю, пора нам с ним разобраться раз и
навсегда.
— И каким же манером? — спросил я чисто для проформы, так как ответ был
совершенно очевиден.
— Твоим излюбленным! Самым радикальным, короче.
— Большая война в мои ближайшие планы не входит. — Теряя всякий интерес к
разговору, я откинулся на спинку кресла и перевел взгляд на ресторанную
эстраду, где инструментальный ансамбль на весьма приличном уровне наяривал мой
с детства любимый рок-н-ролл. — Валюта — кадр солидный, да и крутых хлопцев у
него как собак нерезаных. Немереное число то бишь.
— Никак ты его боишься? В цвет, Монах? — нахально попытался подначить меня
Шик, насмешливо ухмыляясь всей своей конопатой рожей.
— В жизни я боюсь только зубной боли и человеческой тупости, — популярно
жеванул
я не в меру распоясавшемуся собеседнику, выпустив в его сторону
плотную струю сигаретного дыма для наглядности. Уж перед кем-кем, а перед Шиком
я пасовать не намерен. Западло.
— Взвесь все
про
и
контра
, — неожиданно интеллигентно выразился Шик. —
Другого такого удобного случая разобраться с СКВ тебе может не представиться. У
меня с ним забита стрелка на завтра. Махом можешь все свои и наши проблемы с
Валютой порешить.
— Где встреча назначена? — уточнил я, начиная вновь приобретать некоторый
интерес к разговору.
— Как обычно — на двенадцатом километре Тагильского тракта. В полдень.
— У водонапорной башни? — встрял в
базар
Цыпа, возбужденно заблестев
глазенками. — Отличное место, Евген! Запросто там дельце обтяпаем. Гарантия!
— Тем более что Валюта ожидает увидеть лишь моих ребят и особо
страховаться не станет, — подлил масла в огонь Шик. — На твоей стороне
внезапность, Монах. И значит — ключ к успеху. В натуре!
— Ладно, кончайте бухтеть. Я еще ничего не решил.
Вот ведь: не было печали — черти накачали! Личное настроение нынче удивило
меня редкостным миролюбием, и затевать крупную мокруху даже малейшего желания в
наличии не имелось.
Мимо нашего столика продефилировала стриптизерка клуба Мари, призывно
виляя соблазнительно-аппетитной задницей, туго обтянутой розовыми лосинами, но
у меня даже головка не шевельнулась, так как голова была занята совсем иными
материями, весьма далекими от плотских утех.
Кстати, недавно прочитал в периодике одну прелюбопытнейшую информацию
последних научных открытий в области генной инженерии. Ученые со всей
очевидностью сумели доказать существование у части мужчин наследственной
неверности по отношению к партнершам. Называется этот ген
Д-4
. Выходит, мое
супержадное влечение к женской половине человечества объясняется вовсе не
развратной разнузданностью, а обыкновенными выкрутасами ДНК. Между прочим,
Д-4
наиболее свойствен высокоинтеллектуальным, творческим личностям.
— Так что же ты в оконцовке решил, Монах? — явно сильно раздосадованный
моим слегка затянувшимся молчанием, спросил Шик, ослабляя узел цветного
импортного галстука. Воздуха, видать, не хватает бедолажке, хотя в зале
исправно функционируют два мощных стационарных кондиционера. А может, он просто
вспотел с непривычки к дипломатическим
базарам
? Насколько мне известно,
разговаривать Шик не очень-то любит, обычно поручает это делать излюбленному
своему
дружку
— вороненому
ТТ
качественного китайского производства.
— Мозгами надо хорошенько пораскинуть, дабы какой накладки не вышло, —
откровенно сообщил я собеседнику творческий ход моих мыслей. — Не журись,
коллега, все будет в елочку!
Шик остался явно недоволен этим несколько расплывчатым высказыванием и
хотел прямо поставить меня об этом в известность, но его сразу обрезал Цыпа,
твердо и жестко заявив:
— Раз Михалыч говорит — так и будет! Фирменная гарантия, короче! И нечего
больше базарить зазря!
Мне, признаться, уже наскучило любоваться постной рожей собеседника, да и
жареная баранина нынче оказалась слегка переперченной, поэтому, поднявшись
из-за стола, я подвел итог затянувшейся дискуссии:
— В общем, коллега, мы нарисуемся завтра к полудню в назначенном месте.
Сколько с собой ребятишек планируешь прихватить?
— Мы с Валютой пришли к соглашению, что с каждой стороны будет не более
пяти человек. — Шик вскинул на меня прищуренно-внимательные глаза. — А сколько
ты возьмешь? Думаю, дюжины мальчиков за глаза хватит.
— Зачем так много? — удивился я. — До такой неслыханной степени боишься
СКВ с его пятью гавриками?
— Лучше перестраховаться, — высказал трусливую мысль этот конченый
паникер. — У тебя ведь как раз с дюжину основных наберется?
— Ладушки! — согласился я, весьма разочарованный в храбрости коллеги.
Впрочем, следует хоть иногда проявлять снисходительность к слабостям других.
Видать, его так сильно зашугал Валюта, что он со страху был близок к тому, чтоб
в штаны наделать. А ведь раньше я имел довольно высокое мнение о выдержке Шика.
Но все течет — все изменяется, как реалистично глаголет известная народная
мудрость.
— До завтра, браток! — Кивнув на прощание, я покинул с соратниками злачное
заведение. Надо не забыть завтра шеф-повару внушительную нахлобучку дать за
неэкономный перебор перца в мясе. Должен бы, жирный боров, уже давно мои
вкусовые пристрастия отлично изучить.
На улице ощутимо веяло вечерней прохладой, хоть и июнь на уральском дворе.
Пока мы шли до автостоянки, я буквально продрог, так как имел на личном торсе,
кроме рубашки, всего лишь легкую шведскую куртку из некой разновидности
коттона.
— Слушай сюда, Студент, — сказал я, открывая дверцу нашего
мерса
. — Ты
здесь тормознись. Хватай какого-нибудь автомобилиста-
левака
и плотно садись
на хвост Шику. Жду от тебя подробной информации о всех передвижениях бывшего
конкурента. Усек? Я буду у себя на телефоне. Поехали, Цыпа!
На личной фатере с удовольствием позанимался регулярным и любимым делом —
перестановкой книг на стеллажах в кабинете.
— И чего, Евген, ты так часто книжки тусуешь? — полюбопытствовал Цыпленок,
наблюдая из кресла за моими стараниями. — Цветовую гамму на полках меняешь, да?
Чисто для разнообразия?
— На цветовую гамму мне глубоко наплевать, — сообщил я наивному соратнику,
продолжая менять местами собрания сочинений Скотта и Золя. — Даже на
особом
режиме постоянно переводят заключенных из камеры в камеру, чтоб они вконец не
обрыдли друг другу. Неужто, брат, ты считаешь Монаха хуже тюремной
администрации?!
Цыпа вылупил на меня свои небесно-голубые буркалы как на какого-то
придурка, но промолчал, явно не зная, что ответить. Да и наплевать. Просто не
дано понять этому прожженному головорезу тонких движений души шефа. Давно уж
мне пора привыкнуть, в натуре.
Примерно через час позвонил Студент и доложил, что Шик, ни к кому не
заезжая, забурился к себе на хазу и, видимо, нынче уже никуда не собирается.
Велев нашему
наружнику
не терять бдительности и продолжать наблюдение за
объектом
, я повесил трубку и обернулся к Цыпе:
— Давай-ка спать, друг ситный. Завтра напряженный денек нам светит; Я в
спальню пойду, а ты здесь скромно на диванчике устраивайся. Спартанцы, между
прочим, вообще на голой земле спали. Хорошо и душу и тело закаляет. Бери пример
с героев, брат!
Сказал я это, ясно, чисто для понта, но, проснувшись утром, с изумлением
обнаружил молодого соратника в кабинете не на диване, а рядом с ним. Прямо на
ковре то бишь. По ходу, Цыпленок понял мои слова буквально и, не откладывая,
сразу решил слегка
позакаляться
.
С трудом сдерживая позыв на гомерический хохот, я растормошил
телохранителя и осведомился, нет ли каких известий от Студента.
— Пока не звонил, — принимая вертикальное положение, зевнул во всю пасть
соратник. — Я бы услышал, гарантия. Может, спать на жестком и полезно, но
сильно неудобно, Евген. Всю ночь ворочался, как в ИВС на нарах. Кемарил
вполглаза, короче.
— В твоей бдительности я нисколько не сомневаюсь, — успокоил я Цыпу. —
Ладушки! Давай одевайся и приготовь нам легкий завтрак, на-скоряк.
— Моментом сварганю. Даже душ принять не успеешь, — самоуверенно заявил
Цыпа, натягивая на свое мускул исто-тренированное тело сине-джинсовый костюм.
Впрочем, когда я вышел из ванной комнаты, запахиваясь в длинный махровый
халат, то и впрямь обнаружил уже готовый завтрак. Правда, Цыпленок слегка
схалтурил и приготовил яичницу не с ветчиной, как обычно, а с полуфабрикатными
сосисками, хитровански сэкономив таким манером несколько минут. Такое редкое
качество, как находчивость, я в людях весьма ценю и уважаю. Поэтому ничего не
стал выговаривать телохранителю за отход от утренне-трапезной традиции.
— Садись, Евген, гостем будешь! — довольно плосковато пошутил Цыпа,
накладывая себе на бутерброд красную икру столовой ложкой. — Кстати, у тебя в
холодильнике ветчина уже вся в аут вышла. Надо сегодня на рынок в обязаловку
заскочить.
— Ладно, после дела заедем, — в очередной раз слегка разочаровавшись в
соратнике, кивнул я, усаживаясь за дубовый кухонный стол.
— Не пора ребят скликать? Восемь часов уже натекало, — поделился личными
соображениями Цыпа, прямо целиком запихивая в рот сосиску.
— Пищу, брат, надо тщательно прожевывать для эффективного пищеварения, —
поделился я познаниями с этим проглотом, никогда в руки не бравшим
научно-популярных брошюрок. — А ребят без звонка Студента собирать не будем,
чтоб не фраернуться. Может, и не поедем на стрелку. Нехорошее у меня
предчувствие какое-то.
Словно мне в ответ, тревожно зазвонил телефон из соседней комнаты. Пройдя
в кабинет, я поднял трубку и тут же получил полное подтверждение своему
пасмурно-паскудному настроению.
— Монах? — раздался с той стороны провода хрипловатый баритон Студента. —
Тут что-то странное творится.
— Что? Где? — невольно чуть ли не дословно продублировал я название
популярной телепередачи, не сдержав усмешки. Каламбуры у меня сами собой
получаются, даже когда вообще о них не думаю. Творческий живой талант в карман
не запрячешь, как говорится.
— Сейчас я нахожусь около кабака
Полярная звезда
. В ресторане теплая
компашка собралась. Кто, думаешь?
— Не тяни кота за хвост, Студент!
— Тут состыковались чуть ли не все мальчики Шика и Валюты. Уже более
двадцати рыл в наличии и еще подъезжают. Серьезный сходняк, по ходу. Между
прочим, Валюта с Шиком пьют шампань и довольно-таки дружески меж собой базарят.
Даже ха-ха ловят. Мне через окошко их отлично видать.
— Рви когти оттуда, пока тебя не засекли, и отправляйся на боковую, —
распорядился я и, не сдержав эмоций, швырнул трубку на рычаг, чуть не разбив
телефонный аппарат семейства
Панасоник
. Весьма жалко было бы, в натуре.
В дверях, продолжая жевать, нарисовался Цыпа, озабоченно уставившись на
мой перекошенный фэйс.
— Что-то случилось, Евген? С кем-то из наших?
— Слава Всевышнему — нет! — уже приходя в себя, сообщил я соратнику. — А
вполне ведь могло! Да проглоти, наконец, ты свой дурацкий бутерброд!
Цыпа, чуть не подавившись, выполнил мое указание и обиженно заморгал
глазенками. В другой раз я, по свойственной с детства доброй чуткости, его бы
тут же пожалел, а сейчас мне вдруг стало чрезвычайно весело. Из-за нервного
перенапряга, наверно.
— Не журись, братишка, все путем! — разразился я каким-то противным
каркающим смехом. Даже слегка неловко стало.
Старательно откашлявшись, пояснил ситуацию:
— Нынче нас всех могли запросто перехлопать, как в тире! Но воровской фарт
опять на нашей стороне.
— Как так, Евген?
— Да очень просто! Сука Шик втихаря снюхался с Валютой, и его вчерашний со
мной
базар
— сплошная мутная подлянка! Хотели, козлы, заманить нас в ловушку
и спокойненько отправить на покой
в Сочи
. Около трех десятков бойцов для
этого уже собрали. Но кто предупрежден — тот вооружен! И, главное,
быки
безрогие о нашей осведомленности даже не догадываются!
Когда я посвятил Цыпу в подробности телефонного разговора, тот неожиданно
поставил мои выводы под сомнение:
— А может, Евген, они просто по телефону изменили место стрелки и все
дела? Доказательств измены, согласись, ноль целых, хрен десятых.
— Близорук ты больно, — сразу поставил я Цыпе точный диагноз. — Сам
посуди: практически поголовно обе кодлы в
Полярной звезде
собрались. Крупную
разборку в центре города не провернешь, да и деловую встречу — тоже. Менты ведь
всех скопом могут прихватить. Доказывай потом, что ты не верблюд! На обычную
стрелку явилось бы всего лишь несколько человек.
— Чистое паскудство! Вот гады ползучие! — наконец-то разглядел Цыпленок
реальную действительность и истинную сущность конкурентов. — Надо, Евген, с
ними срочно и конкретно разобраться! Ты же сам часто любишь повторять — любой
негатив можно запросто перековать в позитив, если с головой подойти к делу!
Короче, я вызываю всех наших мальчиков!
— Постой, брат! — остановил я руку соратника, потянувшуюся к телефону. — К
делу надо с трезвой головой подходить, а не с возбужденной головкой! Пораскинем
мозгами в нужном направлении и без вредной спешки.
Я поудобнее устроился на диване и закурил
Стюардессу
. Цыпа последовал
моему примеру, но отдал предпочтение своему любимому штатовскому
Кэмелу
.
Искурив до самого фильтра две сигареты подряд, я принял решение.
Бесповоротно окончательное и без права на обжалование, так сказать.
Бдительно уловив изменение выражения моего лица, соратник нетерпеливо
подался вперед:
— Звоню ребятам?
— Я сам позвоню. И не ребятам, — усмехнулся я. — Мыслю, что с тобой вдвоем
на двенадцатый километр отправимся и легко сумеем разобраться с бандами Валюты
— Шика. Раз и навсегда!
— Как так? — Цыпа воззрился на меня, как на статую Аполлона
Бельведерского, вдруг нагло заявившую чисто по-русски, что он — Венера
Милосская. Потом соратник усиленно запыхтел сигаретой и демонстративно
отвернулся. Видно, подумал, дурашка, что я просто над ним шуткую-издеваюсь.
Не желая тратить время на разъяснения, я поднял телефонную трубку и набрал
служебный номер оперуполномоченного Инина.
— Узнаешь старых друзей, майор? — поинтересовался я, услыхав в мембране
знакомый утробный рокот. — Вот и чудненько! Ты давно мне плешь переел жалобами,
что я тебе какое-нибудь солидное дело не подкидываю. Кажется, есть для тебя
нечто подобное. При удачном раскладе погоны подполковника, уверен, заработаешь.
На самый крайняк — денежную премию.
— Очень любопытно, — равнодушно бормотнул опер и громко-протяжно зевнул.
Должно быть, с вечера сильно набрался, как обычно, и с утра ему все было до
лампочки.
— Еще не успел промочить горлышко? — понимающе посочувствовал я, так как и
сам, признаться, частенько маюсь похмельным синдромом.
— Внимательно тебя слушаю! — явно не желая вдаваться в интимные
подробности своей забубенной жизни, буркнул Инин и недовольно засопел в трубку.
— Вот и молодец, сразу видно, что служба для тебя — превыше всего! —
язвительно подбодрил я и, поменяв тон на сугубо серьезный, перешел к делу: —
Совершенно случайно мне стало известно, что сегодня в полдень на двенадцатом
километре Тагильского тракта состоится разборка между двумя бандами киллеров.
Всего ожидается человек тридцать.
— Откуда информация? — заметно оживившись, поинтересовался опер, перестав
наконец гнусно сопеть.
— Ветром надуло! — усмехнулся я. — Как и ты, я свои источники не
засвечиваю, чтоб враз не иссякли. Но не сомневайся — данные точные и
проверенные. Туфту разве я когда-нибудь тебе сливал?
— Вроде нет, — чуток подумав, вынужден был признать Инин. — Ну, ладно.
Допустим, мы их задержим, а дальше что? Через пару часов придется всех
выпускать — предъявить-то им будет нечего!
— Такие сущие пустяки органы беспокоят? — слегка посетовал я. — Во-первых,
гарантирую, что поголовно все гаврики окажутся при козырях, а...
— Каких систем? &m
...Закладка в соц.сетях
