Жанр: Детектив
Инспектор Лев Гуров 1-6
...ативной работы, получив необходимую информацию
и неограниченную власть, сумеете навести порядок в королевстве Датском.
- Я получу информацию и посажу вас всех в тюрьму.
- Это несерьезно, - возразил Референт. - Нам не хватает оперативника, а
с умными людьми у нас все в порядке. Иначе бы мы не располагали миллиардным
капиталом.
- Я, надеюсь, тоже не дурак, но не представляю, коим образом вы можете
обезопасить себя.
Референт улыбнулся.
- Нам будет достаточно вашего слова. Да-да, Лев Иванович, вы не
ослышались. Вы даете честное слово, что не используете полученную информацию
нам во вред, и мы начинаем сотрудничать.
Теперь опешил Гуров, откашлялся и несколько растерянно Сказал:
- Письменно?
- Я сказал - слово. Не расписку, не обязательство. Вы сейчас
произнесете, что, мол, даете честное слово, и так далее. Вы охотник, вы
хищник. Но в первую очередь вы человек порядочный.
Гуров понимал, что торопится, необходимо подумать, проанализировать, но
не совладал с собой и выпалил:
- Невозможно. Я согласен на драку, кто кого. Но я не скрываю, моя
задача - вас уничтожить.
- Значит, сотрудничество не состоится. Ничего вы нам не сделаете,
информацией не располагаете. Вам известны финансисты Лебедев и Волин? Старик
вообще из колоды выпал. А я займусь своей официальной деятельностью.
Организация будет жить не так комфортно, как хотелось бы, но, когда нет
гербовой, пишут на простой.
Гуров был обескуражен и молчал, но это уже было не молчание победителя.
Референт взглянул понимающе.
- Вы поторопились с ответом, мы хотим иметь гарантии личной
безопасности. Судьба посторонних людей, которые неизбежно попадут в поле
вашего зрения, нас не интересует. Вы занимаетесь привычной оперативной
работой, выявляете преступников, передаете их следствию, в прокуратуру... мы
лишь укажем вам круг неприкасаемых.
- Я стану чистильщиком, членом вашей банды?
- Элементарная юридическая безграмотность - нашу Корпорацию по роду ее
деятельности квалифицировать как банду. Послушайте! - Референт был спокоен,
но изобразил гнев и раздражение, повысил голос: - Вы работаете в кровавом
бардаке и не изображайте из себя институтку-девственницу, которая брезгует
снять белые перчатки. У вас ничего нет! Ни техники, ни людей, ни информации!
Ничего!.. Вам предлагают работу. Вашу работу! - Он вздохнул. - Я устал от
вас. Подумайте. А пока предлагаю небольшую сделку. Сейчас в Москве находятся
пять боевиков, убийцы, насильники. Насколько мне известно, трое из них во
всесоюзном розыске, я вам их отдаю - вы мне оказываете личную услугу.
- Смотря какую.
Референт усмехнулся и осуждающе покачал головой.
- Сегодня в двадцать часов в условленном месте вы встречаетесь с
генералом Потаповым, даете слово, что его жизнь находится в безопасности, мы
не знаем и знать не хотим, каким образом вам удалось его удавить, мы с ним
расстаемся, но не желаем иметь под своим креслом мину замедленного действия.
Гуров смотрел на незваного гостя и размышлял. Этого человека можно
считать либо безумно смелым, либо безгранично наглым, но в уверенности и уме
ему не откажешь. Явился в дом, открыл карты, признал свое место в преступной
организации и связь с генералом МВД. Какая же сила стоит за ним и дает ему
возможность вести себя таким образом!
Заманчиво получить бандитов взамен нескольких слов. Тем более что
убивать Потапова никто и не собирается. Не будь наивным ребенком, сыщик,
сделка есть сделка. Гуров, пересилив сомнения, сказал:
- Согласен. Где состоится встреча на вашем уровне?
- Я вам еще позвоню. - Референт взглянул на часы, встал, протянул
хозяину конверт:
- Все вооружены, руководителя группы не ищите, его нет в Москве.
Таким образом Референт сдал МУРу боевиков Эффенди, а подполковник Гуров
впервые в жизни принял взятку. Референт дорогостоящим выстрелом стремился
поразить несколько мишеней. Во-первых, окончательно отрезать Корпорацию от
Средней Азии, а люди Эффенди были именно оттуда и совершенно не годились для
работы в Москве и Прибалтике. Во-вторых, взяв одно, Гуров начнет неизбежно
вязнуть во взаимоотношениях. И главное, он придет на встречу с генералом
Потаповым. Через несколько часов перед принципиальным сыщиком ляжет дорога,
которая ведет только в одну сторону.
Вернувшись в кабинет, Гуров позвонил полковнику Орлову, продиктовал ему
фамилии и назвал место пребывания бандитов. Орлов выслушал, долго молчал.
Гурову казалось, что он слышит недовольное сопение начальника.
- Вступил в прямой контакт с руководством и начал брать взятки, -
подвел итог своим размышлениям Орлов. - И что от тебя потребовали взамен?
- Безделицу.
- Ты прекрасно знаешь, что так не бывает. Либо этот списочек - полное
надувательство, либо ты дурак и принимаешь за безделицу вещи крайне
серьезные.
- Петр Николаевич, каждый решает свои проблемы. Ты проверяешь
информацию, проводишь задержания, а я почешу в затылке и решу, пить кофе
черный или со сливками. Договорились? - Гуров, не ожидая ответа, положил
трубку и начал прикидывать, чем может обернуться встреча с Потаповым.
"Допустим, никакой встречи не предполагается, а его просто заманивают в
ловушку. Цель? Убить? Глупо и дорого, убить меня можно значительно проще. Я
им нужен живой. Скомпрометировать? Как? Подсунуть голых девок, снять на
видео? Дешевка, Референт- человек умный, значит, серьезный, меня нельзя
лишить свободы, так как я сразу теряю всякую ценность. Они преследуют
единственную цель - втянуть меня в обмен информацией, сжечь за мной мосты и
превратить в Азефа".
Вскоре зашел Денис Сергачев, рассказал о вчерашнем вечере и удивился,
что Гуров очень подробно расспрашивает об Олеге Веселове и совершенно не
интересуется главным действующим лицом.
- Оформляй трудовое соглашение, - подвел итог Гуров, - и начинай
работать. Волин, естественно, тебя обманывает, его сказки прикрывают
совершенно другие цели. Но, как говорится, кто не рискует, тот не
выигрывает.
- Мне это не нравится, - ответил Денис. - Я не боюсь драки, но должен
знать правила.
- Всего-навсего? - Гуров вздохнул. - У нас свои правила, у них - свои.
Я тебе помочь не могу, и не ври, что не боишься. Ты элементарно трусишь, не
хочешь вывозиться в грязи. Это естественно. Решай.
Денис посмотрел на Гурова, хотел матюгнуться, но Гуров его опередил:
- Кстати, я бы на твоем месте плюнул и забыл.
- Давай каждый будет решать сам, - перебил Сергачев и встал. - Ты -
свое, я - свое.
- Вольному воля. - Гуров проводил Дениса, закрыв за ним дверь,
рассмеялся. Ох и прост этот чемпион! Скажи "слабо", и он твой. "Втянул я
парня в историю. Стыдоба. Но без него мне сейчас будет сложно".
Референт позвонил в семь, через тридцать минут заехал, открыл Гурову
дверцу серебристой "тойоты".
- Когда-нибудь в этой стране будут такие машины, - сказал Референт,
выезжая на Садовое кольцо, - только жаль, что мы до этого не доживем.
- А чего вы у нас мучаетесь? - спросил Гуров. - У вас деньги, хватка,
мотали бы на Запад.
- Мои деньги и хватка хороши для бизнеса на подмосковной даче. А там, -
Референт постучал рукой по рулю, - я буду лишь кое-как обеспеченным холуем,
человеком второго сорта.
- Вам здесь не страшно?
- Случается.
Гуров запоминал дорогу, определял место, где они находятся.
Вскоре машина остановилась у старого, добротной постройки дома. Гуров
вышел, демонстративно посмотрел на название улицы и номер дома.
- Не утруждайтесь. - Волин запер машину, вошел в подъезд первым. -
Помещение снято для одноразового использования.
Референт лгал: он привез Гурова на конспиративную квартиру генерала
Потапова. Она использовалась органами со сталинских времен, порой
простаивала и сегодня числилась за генералом. Если бы Гуров об этом
догадался, то не шагал бы так уверенно, а призадумался.
Референт отпер дверь, пригласил Гурова войти.
- Располагайтесь. Генерал прибудет с минуты на минуту. Я вернусь за
вами минут через сорок. Успокойте человека, иначе он может доставить
неприятности нам, да и вам. Вы лучше меня знаете: многое не доказывается, но
пятно остается.
Гуров повесил плащ, огляделся.
- Надеюсь, никто не явится, чтобы обвинить меня в попытке ограбления?
- Надеюсь, - в тон ему ответил Референт. - Вы распорядились по адресу,
который я вам передал? Ваши люди, надеюсь, уже выехали?
- Вы, кажется, собирались уходить?
Когда дверь захлопнулась, Гуров накинул цепочку и занялся осмотром
помещения. Если здесь вмонтирована записывающая аппаратура, мне все равно ее
не обнаружить, решил он, но продолжал приглядываться. Вещи старые, но в
хорошем состоянии, новые лишь холодильник и телевизор. Здесь не живут
постоянно, только наведываются, возможно, хозяева обитают на даче.
Персональные пенсионеры.
Квартира имела черный ход, и будь у Гурова больше времени, он бы
обнаружил его и сумел изменить ситуацию. Но минуты, отпущенные на
размышления, истекли. Приоткрылась дверь, рванулась цепочка, тут же раздался
звонок.
Гуров шагнул в прихожую и, увидев в узкой щели золотой генеральский
погон, открыл дверь. А вот как три человека вошли через черный ход, сыщик не
услышал.
Шагнув в квартиру, Потапов улыбнулся.
- Великолепно! Гость запирается от хозяина!
Гуров не ожидал, что Потапов может заявиться в форме, растерялся, но
тут же взял себя в руки.
- Случается. Проходите, чувствуйте себя как дома.
- Благодарю, вы очень любезны, - рассмеялся Потапов, закрыл за собой
дверь, снял плащ и предстал перед Гуровым в парадном мундире и блеске
некогда полученных орденов.
Моложавый, подтянутый генерал был красив и импозантен. Держался он
совершенно свободно, раскованно. Гуров ожидал встретить человека собранного,
настороженного и вдруг почувствовал, что теряет инициативу, ему показалось,
что разыгрывается спектакль, не объявленный в программе.
- Я рад, искренне рад. - Генерал, звякнув орденами, прошел в комнату,
достал из серванта бутылку марочного коньяка и рюмки, наполнил их. - Значит,
в нашем полку прибыло. Вам, Лев Иванович, следовало вступить в него
пораньше, когда мы были хозяевами. Но лучше поздно, чем никогда.
Гуров молчал, пытаясь разгадать новый сценарий и продумать отведенную
ему роль.
- Ты уж извини меня за парад, так вышло, я прямо оттуда. - Генерал
ткнул пальцем в потолок. - Ты умный, сделал выбор правильно. А в роще ты
меня прихватил знатно. - Он чокнулся с Гуровым, выпил и вновь налил. - Я,
честно сказать, легонечко струхнул. Конечно, убивать меня резона не было, но
уж больно физиономия у тебя была неподходящая. Ладно, расслабься.
Потапов вновь выпил. Гуров взял рюмку, пригубил. Он понял, что Потапов
здесь бывал, мало того, чувствовал себя как дома. Значит, Волин обманул и
квартира отнюдь не одноразового пользования. Генерал прибыл сюда не для
того, чтобы выслушивать заверения в своей безопасности. Референта Гуров
недооценил, полковник Орлов прав, что его сейчас используют втемную.
В основном Гуров рассуждал правильно: Волин его обманул. Только
спектакль изменили не в последний момент, а спланировали заранее.
Расставшись с сыщиком, Референт встретился с Потаповым именно в этой
квартире, и между ними состоялся короткий разговор.
- Поздравляю, уважаемый Сергей Михайлович, - сказал Референт. - Мы вам
подобрали сильного помощника, он поступает в ваше полное распоряжение.
- Никогда! - возмутился Потапов. - Было оговорено, это мое непременное
условие, что я имею связь только с Патроном, Лебедевым и вами. В моем
положении три посвященных - и так слишком много.
- А подполковник Гуров? - улыбнулся Референт. - Кажется, совсем недавно
вы с ним вступили в контакт. Или я не прав?
- Не я с ним, а он со мной, - резко ответил Потапов. - Гуров - враг,
которого вы недооцениваете. И чем скорее вы его ликвидируете, тем дольше
пробудете на свободе. Он не мой личный враг, он ищет выход на вас и Патрона.
Мне хотелось бы сказать, что чертов сыщик - упертый, идейный тупица. Но, к
нашему общему сожалению, он человек талантливый, потому крайне опасный.
- Талантливый? Прекрасно, генерал. А зачем вам бездарный помощник?
- Он согласился на сотрудничество? И вы ему поверили?
- Вы постоянно нас недооцениваете, - сказал Референт. - Понятия
"поверили" для нас не существует, мы кладем перед человеком одноколейку,
отключаем задний ход, а тормоза оставляем себе. Неужели собственный опыт вас
ничему не научил?
- Что ж, если вы уверены и решили, я рад. Подчиняться он, конечно, мне
не станет, да и в оперативных делах я ему действительно не указ. Я ведь
только руководитель, служащий.
- Ничего, сработаетесь. - Референт заговорил деловито. - Сегодня,
здесь, в двадцать часов. Он будет один, я приду чуть позже, решите ваши
милицейские проблемы наедине. Наденьте мундир и все награды.
- Руслан Алексеевич, - перебил Потапов. - Ни к чему...
- Надо, Сережа, надо, - строго сказал Референт. - Патрон просил. А его
просьба для нас - сам понимаешь... - Он впервые назвал генерала по имени и
на "ты". - Патрон считает, что раз Гуров будет замкнут непосредственно на
тебя, то необходимо с первой минуты расставить все точки над "i".
На этом и расстались. У Потапова было время подумать, и он пришел к
выводу, что его старое, проверенное правило - повиноваться старшим - никогда
еще не подводило, а добра от добра не ищут.
Он выполнил все, что от него требовалось, а для значительности, как и
положено начальству, слегка задержался.
- Теперь к делу, подполковник. Никто никогда деньги за просто так не
платит. Давай прикинем наши возможности...
Гуров увидел, как вдруг застыло яйцо генерала, хотел прыгнуть в
сторону, однако не двинулся с места, мозг команду дал, а тело опоздало.
Локти Гурова оказались скованными. На лбу у Потапова вспыхнуло пятно. Гуров
услышал за спиной хлопок выстрела, увидел, как валится вперед орденоносный
генерал. Раздался короткий смех, что-то влажное залепило ему лицо. Он
попытался не дышать, рванулся, но захрипел, тяжело вздохнул. Гуров никогда
не думал, что человек может так четко фиксировать потерю сознания. Правая
ладонь ощутила ребристую рукоять пистолета. Гуров инстинктивно сжал
пистолет, повернулся, и яркая вспышка ослепила его.
Референт сделал еще один снимок, уместив в объективе мертвого генерала
и Гурова с оружием, повернулся к Олегу Веселову и Эффенди.
- Все. Эффенди, ты немедленно выезжаешь из Москвы, а ты, Олег, сажаешь
героя, - Референт кивнул на Гурова, - в такси, водитель - наш человек, но
лучше, чтобы он тебя в лицо не видел.
- За какие подвиги генерал получил столько бранзулеток? - спросил
Эффенди, смял салфетку, смоченную хлороформом, и держал в вытянутой руке, не
зная, куда выбросить.
Веселов был в шоке, ни о каком убийстве он предупрежден не был.
Сказали, что требуется лишь схватить милиционера сзади и придержать пару
минут, чтобы он не дергался. Убили генерала, и он, Олег Веселов, соучастник.
Бывший спортсмен большим умом не отличался, но создавшуюся ситуацию осознал
и теперь молча потел.
Референт взглянул на него мельком, брезгливо, навел на Гурова и
Потапова "поляроид", сделал еще один снимок, выползшую фотографию убрал в
конверт. Затем вынул из кармана носовой платок, обернул им ствол пистолета,
который все еще сжимал Гуров, вынул оружие из вялой руки и уложил в загодя
приготовленную коробку.
- Чемпион, - сказал он Веселову, - покойников никогда не видел? Тебе
сказано, отнеси живого в машину, отправляйся к девкам или куда там желаешь,
ты здесь никогда не был, ничего не видел. - И повернулся к Эффенди: - До
завтра. Помоги этому мыслителю.
Референт положил конверт с фотографиями в карман Гурову, а Эффенди
зашел в туалет, выбросил салфетку, сполоснул руки, вышел, взял бутылку с
коньяком и плеснул немного жидкости Гурову на грудь, затем помог Веселову
взвалить безвольное тело на плечи и проводил до такси.
Референт тем временем протер полотенцем рюмки, чашки, бутылку, на
всякий случай и спинки стульев, снял телефонную трубку и набрал номер
полковника Орлова. Услышав ответ, сказал:
- Добрый вечер, Петр Николаевич. - Волин обладал уникальной
способностью изменять голос и сейчас говорил тонким женским голоском. - Я
обещала позвонить... Выезжайте с группой, - он продиктовал адрес, -
уведомите прокуратуру, спасибо за внимание.
Гуров лежал на тахте в квартире Сергачева, куда его доставили час
назад, но уже не в той машине, в которую его погрузил Веселов.
Денис помог матерящемуся водителю затащить Гурова и уложил его на
тахту. Сейчас Денис варил на кухне кофе и не мог понять, что же произошло.
Лишь одно он знал точно: с сыщиком сотворили какую-то мерзость. Денис
услышал, как скрипнули пружины, заглянул в комнату. Гуров сидел на краю
тахты и, как нормальный человек, оказавшийся в ненормальной ситуации,
держался за голову.
Денис протянул ему чашку крепчайшего кофе, сел в кресло. Гуров
посмотрел на хозяина так, словно ничего особенного не произошло, просто
человек выпил лишнего и вот сейчас очухался, проснулся и сказал совершенно
неожиданное:
- А у тебя лучше, чем в вытрезвителе.
Он оттянул двумя пальцами рубашку, понюхал, покачал головой.
- В вытрезвителе? - удивился Денис.
Откуда ему было знать, какие эксперименты проделывались над сыщиком,
что не так давно Лебедев отравил Гурова, так же вот облил спиртным и бросил
бесчувственного у вытрезвителя.
- Ты не знаешь, чего они ко мне привязались?
- Лев Иванович, кажется, вы начали первым, - не удержался Денис. - Там,
на юге, кто полез в драку? Или я ошибаюсь?
- Воспитываешь. - Гуров поднялся, взял со стула пиджак, начал проверять
карманы, на месте ли документы, вытащил конверт. Осмотрел его на просвет,
зачем-то понюхал, вынул фотографию.
Генерал при орденах и с дыркой во лбу, рядом подполковник, без орденов,
зато с пистолетом. Сыщик не знал, что существует еще один снимок, где
подполковник не лежит, а на полусогнутых ногах стоит над поверженным
противником. Но данной фотокарточки более чем достаточно, плюс у них имеется
пистолет с моими "пальчиками", подумал он. Время давать или не давать
честное слово прошло, все правила отменены, можно бить сапогом в пах и
чувствовать себя героем. "Вы хоть и жестокие, но, надо признать, умные и
хитрые: собираетесь со мной работать, поэтому позаботились о моей семье -
доставили не домой..."
- Еще кофе, - сказал Гуров и добавил: - Пожалуйста. - Потом позвонил
Рите, предупредил, что задерживается.
"Они убили Потапова, который стал опасен, а труп повесили на меня.
Волину надоело изображать интеллигента".
Гуров взял протянутую ему чашку.
- Сядь и помолчи, сейчас сориентируюсь в пространстве и времени...
Волин сказал, что им мешает междоусобица, излишняя стрельба, а сам
распорядился убить. Однако междоусобица и распри могут быть правдой. Им не
обойтись без услуг профессиональных уголовников-исполнителей, но их
следовало держать в узде. В своем хозяйстве решили навести - порядок, хотят
использовать милицию, подполковника Гурова как руководителя. "Отдавая нам
неуправляемых, взбунтовавшихся, хотят организовать беспрекословное
подчинение. Элита и среднее звено относятся, как Референт выразился, к
разряду "неприкасаемых". Чтобы я не вырвался из-под контроля, они накинули
мне на шею петлю и свободный конец веревки держат в своих руках. Петля?
Проверим, насколько она прочна. Петлю следует порвать, а видимость ее
существования оставить. Так. Теоретическую базу я подвел, остался "пустяк" -
воплотить ее в жизнь. Как?
На месте убийства присутствовали как минимум двое, скорее трое. Один
держал. Однажды я уже испытал такую хватку. Прошлым летом, во время моего
"похищения" спортсменами. Олег Веселов... Не слишком ли просто? Веселова
следует проверить".
Гуров взглянул на Дениса, который, развалившись в кресле, читал
"Огонек".
"Вернемся к убийству. Один стрелял. Эффенди? Скорее всего. Зачем Волину
впутывать в рискованную историю лишних людей? А раз без лишних, то и
фотографировал лично Руслан Алексеевич Волин. Если так, то это вторая
серьезная ошибка Волина". Неожиданно Гуров запел:
- Ошибка резидента... Ошибка Референта. Понимаешь, Денис, жизнь любого
человека состоит из находок и потерь, поступков правильных и ошибок.
- Ты философ, Лев Иванович.
- Это точно, - согласился Гуров. - Ты прошлым летом, помнится,
хвастался, какие в спорте замечательные ребята выросли, как они переживают,
что их порой с рэкетирами и мафией связывают. Было?
- На Веселова намекаешь? Паршивая овца. А среди вас?..
- И среди нас, - перебил Гуров. - Ты из тех ребят найди двух-трех
надежных.
- А как определить? Я теперь пуганый, а в душу не залезешь...
- А в душу и не надо, люди этого не любят. Повстречайся, присмотрись.
Сегодня люди достаток не скрывают, легкие деньги видно. Сколько бы человек
ни зарабатывал, дай бог каждому поболе, но трудовые деньги - одно,
ворованные - иное. Найди. троих верных, смелых...
- Среди нас трусов нет, - перебил Денис.
- Хорошо, хорошо, - раздраженно сказал Гуров. - Ты не мальчик, от
категоричных суждений воздержись.
Гуров начал инструктаж, старался говорить коротко, конкретно.
Приглушенно зазвонил телефон. Денис снял трубку.
- Слушаю.
- Добрый вечер. Передайте трубочку Льву Ивановичу.
Денис посмотрел на Гурова, чуть помедлил и спросил:
- Простите, вы какой номер набираете?
- Скажите Гурову, что с ним хочет говорить Петр Николаевич.
- Какой-то Петр Николаевич. - Денис зажал ладонью мембрану и взглянул
вопросительно. Гуров взял трубку.
- Здравствуй, Петр Николаевич.
- Я здравствую и жду тебя немедленно, - ответил Орлов и отсоединился.
- Кто это?
- Профессионал.
Глава шестая
Как Гуров и ожидая, полковник Орлов был в кабинете один. Орлов не делал
вид, что чем-то занят, сидел, слегка навалившись на стол, и, когда Гуров
сел, выдохнул:
- Рассказывай.
- В квартире я был, но кто стрелял - не видел. Его должны были убить.
Орлов оглядел Гурова, прищурился.
- Хлороформ?
- Да.
- Кто тебя пригласил?
- Ты же знаешь.
- Руслан Алексеевич Волин. Он прикрыл деньги Лебедева.
- С тобой приятно работать.
- Приятно, мать твою, рыбу ловить и грибы собирать! - сорвался Орлов. -
А в дерьме и крови валяться, тебя, сукиного сына, из канализации
вытаскивать, отвратительно!
- Я тебя об этом не просил.
- А ты вообще-то в жизни чего-нибудь просил? - Орлов брезгливо
поморщился. - Ладно. Я не спрашиваю, как ты, такой талантливый, проглотил
крючок, видно, наживка была соблазнительная.
- На моем месте ты вел бы себя точно так же. В подробности я тебя
посвящать не имею права. Сам знаешь, я как другу тебе не вру. Ты же не
пойдешь к Константину Константиновичу, не выложишь ему всю правду-матку на
стол, ну а я на твой стол не выкладываю.
- Тебя вербуют, это понятно. Что конкретно требуют-то? Информации?
Какой? - Орлов не спрашивал, рассуждал вслух. - Информаторы у них имеются,
может, не твоего калибра... Да, запамятовал, боевиков, которых они тебе
отдали, мы задержали. Все в масть, оружие, наркотики. Мне надо писать
рапорт. Откуда я получил сигнал?
- Анонимный звонок.
- И генерал поверит?
- Кто кому сейчас верит? - Гуров пожал плечами. - Он об убийстве,
конечно, знает?
- Выезжал на место. - Орлов взглянул на часы. - В министерстве.
Совещаются. Не каждый день генералов убивают.
- Так какая будет официальная версия?
- Версия официальная и не официальная одна. Самоубийство.
- В центр лба никто себе не стреляет, да и ожога нет.
- Даже видел, куда пуля попала? - Орлов смотрел внимательно. - А кто
стрелял, не видел?
- Не веришь?
- Веришь - не веришь, игра детская. Ладно, каждый решает свои проблемы
сам. Как мы с тобой будем жить дальше?
Эффенди охотно застрелил генерала Потапова не оттого, что любил
убивать. Он не получал от стрельбы удовольствия - зарезать курицу мало
радости, но жрать захочешь, нож в руки возьмешь, никуда не денешься. А вот
что ребят арестовали - привело Эффенди в бешенство. Парни, конечно,
никчемные, двое наркоманы, но жизнью их мог распоряжаться только он - и
никто другой.
Эффенди уже привык к мысли, что живой он только пока на свободе. Арест
повлечет неминуемый расстрел. Эффенди жил, не задумываясь о дне завтрашнем,
однако годы берут свое, и мысли об уходе на пенсию, или, как пишут в
газетах, на заслуженный отдых, последнее время все чаще посещали его перед
сном.
Пистолет Волин забрал, но данное обстоятельство убийцу не беспокоило.
Оружия, как и денег, у него было в достатке.
Сидя на подмосковной даче и попивая из самовара безвкусный чай, Эффенди
всерьез подумывал о выходе из дела. Из страны ему официально не выехать.
Сегодня на границе с Турцией обстановка подходящая, но с чем уходить?
Чемодан бумажных денег? Не годится, нужны либо валюта, золото, либо
наркотики. Героин? Четыреста рублей грамм... В валюте, конечно, меньше, но
если у Референта отнять килограммов двадцать, то на всю жизнь хватит и чужим
детям останется. Что в Корпорации готовят операцию с наркотиками, Эффенди
догадывался.
Эффенди размял щепотку "травки", смешал с табаком, набил прокуренную
трубочку, зажег и легонько пыхнул сладковатым дымком. Эффенди "покурива
...Закладка в соц.сетях
