Жанр: Детектив
Палуба
...ал ей на ухо.
Оксфорд
Разбудил Ливингстона печально знаменитый скрежещущий лязг тормозов
автобуса колледжа "Сент-Поликарп".
Где-то после одиннадцати комиссар заснул и сейчас был удивлен тем, что время
перевалило за полночь.
Его руки и ноги закоченели. По вечерам стало уже довольно прохладно, а в
студии, где он расположился, было к
тому же сыровато.
Открылась и захлопнулась входная дверь.
Неожиданно комиссар почувствовал себя совершенно проснувшимся.
- Из всех неприятных, занудных дней, которые мне когда-либо доводилось
проводить, Филипп, этот является,
пожалуй, самым отвратительным, уверяю тебя...
- Ну, Вэл... м-м-мне так жаль, если... Ливингстон подумал, что они,
должно быть, не заметили его машины у своего
дома. Скорее всего, именно это и случилось, тем более потому, что припарковал он
свою машину за поворотом дороги.
Пришлось комиссару громко прокашляться. Они и после этого не заметили его
присутствия.
- Во-первых, как получилось, что ты не заказал для нас новый автобус? А
ведь я напомнила тебе про это вчера
перед сном.
- Н-н-но, - протянул Филипп, - видишь ли, наш стажер должен был везти
младшую группу к зубному в южный
Лондон. Он не любит возить их в старом автобусе... из-за тормозов, да и вообще.
- А я, значит, должна путешествовать на этом дерьме! И все только потому,
что кто-то хочет сэкономить на
ремонте! - закричала Вэл. - Ведь мы тоже, помилуй Боже, везли не кого-то там, а
студентов колледжа на загородную
прогулку. Наконец, почему у нас не оказалось запасного колеса?
- Да, тут я не проявил должной предусмотрительности, птичка моя, -
извиняющимся тоном произнес Филипп. - Пп-прости
меня... я расстроил тебя...
"Вот тебе и влюбленные пташки. Совсем не похоже", - подумал Ливингстон.
На этот раз он так громко закашлял,
что его должна была услышать даже Пенелопа.
Оба были явно потрясены, когда увидели комиссара, выходящего из дверей
студии.
Филипп побледнел.
- Что-нибудь случилось с Пенелопой? Ей опять стало плохо? Она что?..
Вэл тоже как будто бы хотела что-то сказать, но, закусив губу,
промолчала.
- Нет-нет, - мягко ответил Ливингстон. - Я только что очень приятно
побеседовал с мисс Этуотер.
- Тогда... - Филипп не знал, что предположить. "Он слишком вежлив, чтобы
напрямик спросить меня, какого черта
я тут делаю", - подумал Ливингстон.
- Дело в том, что у меня есть несколько вопросов к мисс Твайлер.
- Ваши вопросы, безусловно, могут подождать до завтра, - резко сказала
Вэл. - Вы даже представить себе не
можете, что за день был у меня сегодня!
"Неплохо это у нее получается, - отметил Ливингстон, - и не в первый раз,
кстати. Если она и нервничает, то
прекрасно это скрывает. А вот Филипп, напротив, выглядит страшно обеспокоенным".
Вэл продолжала стоять в центре коридора.
- Пожалуйста, спрашивайте поскорее. Я устала и хочу лечь спать.
- Мисс Твайлер, являетесь ли вы одновременно еще и некоей Мэри В.Кук и
были ли вы гувернанткой в доме тети
Атены Пополус, некоей Элен Карвелус тогда, когда миссис Карвелус была убита?
У Филиппа перехватило дыхание.
- Вэл, когда я тебе рассказывал об Атене...
- Заткнись! - приказала Вэл.
- Когда это вы рассказывали про Атену? - мягко переспросил Ливингстон.
- Нет, ничего, - заикаясь, ответил Филипп.
- Я прошу вас проследовать вместе со мною в полицейский участок, - столь
же мягко сказал Ливингстон. - Мы
продолжим наш разговор, наш допрос там.
И Филипп, и Вэл знали, что комиссар вовсе не просит их о чем-либо. Он
приказывает.
В море
По залу ходил официант, предлагая всем желающим чаю или кофе. Мало кто
соглашался.
"Все, вероятно, хотят уже побыстрее разойтись по каютам и начать
собираться, - думала Риган. - Это все тоже
типично для завершающего периода путешествия: ты успел подружиться с другими
пассажирами, немного расстроен
перспективой расставания с ними, но уже заглядываешь в будущее, строишь новые
планы".
Иммакулата вся просто сияла.
- Не могу дождаться завтрашнего утра, когда мы будем проплывать мимо
статуи Свободы. Лучший друг моей
бабушки, чья семья приехала в Америку давным-давно из Сицилии, рассказывал, что
он вместе с другими школьниками
сдавал свои сбережения в специальный школьный фонд, из средств которого потом
построили основание для этого
величественного памятника. Вы представляете, они привезли статую сюда из самой
Франции, а потом в течение многих лет
она лежала, потому что не было средств для сооружения необходимого постамента.
Хардвик неожиданно поднялся.
- Желаю всем спокойной ночи. Марио посмотрел ему вслед.
- Мне вовсе не жаль, что он ушел.
- О, Марио, - попыталась успокоить его жена, - не обращай на него
внимания. Он просто злой, раздражительный
человек, а такие люди - самые большие враги для самих себя. Давай-ка лучше
пойдем и немного потанцуем, а потом
отправимся спать и сделаем это сегодня пораньше. Ведь мы так планировали
завершить сегодняшний день, не правда ли? -
Иммакулата хлопнула ресницами, влюбленно глядя на мужа.
- Да, именно так. Пойдем сбацаем что-нибудь под эту шикарную музыку,
детка. - Марио улыбнулся в ответ жене, и
они оба поднялись, одновременно оттолкнув назад стулья. - Надеюсь всех вас
увидеть завтра рано утром на палубе.
- Обязательно будем там! - воскликнула Вероника.
Из другого конца зала подошел Милтон. Он предложил Сильви потанцевать.
При этом очень элегантно, может
быть, даже немного вычурно, протянул ей руку.
- Могу ли я пригласить вас, моя дорогая? Риган наблюдала, как Сильви
выпорхнула из своего кресла. "Интересно, -
подумала она, - а куда же это Милтон подевал свою сестричку?" Риган была
уверена, что та вот-вот появится как из-под
земли и что Милтон с Сильви не успеют закончить и первого пируэта. Виолет,
пожалуй, надо поступить на работу к какойнибудь
молоденькой знатной особе, чтобы оберегать ее от ненужных знакомств, а то
и вообще вышибалой в любой бар.
Дейл положил салфетку на стол.
- Мы с Кеннетом пошли в казино. Увидимся позднее. - При этом он хитро
подмигнул Риган.
- Все же попробуем еще раз. Может, выиграем немного денег. Пока нам не
особенно везло, и это будет наш
последний шанс, - добавил Кеннет, после чего они с Дейлом удалились.
Риган показалось, что Гэбби опять состроил какую-то гримасу.
- А вы, Гевин, тоже собираетесь лечь сегодня пораньше?
- Я совсем не хочу еще спать, - возразил тот.
- Что ж, а вот мне как раз хочется спать, - заметила Вероника. -
Путешествие было просто замечательным. Все было
прекрасно и завершается великолепно. Я права, господин Грей?
- Надеюсь, что так, - ответил Гевин.
Оксфорд
Ливингстон провел Вэл и Филиппа в свой кабинет в полицейском участке. На
его столе все еще лежали переводы
статей из греческих газет. Он нашел нужную статью и передал Вэл, указав на
напечатанную в ней фотографию.
- Это вы, мисс Твайлер? Вэл кивнула.
Ливингстон показал ту же фотографию Филиппу.
- Вот это да, Вэл... - Филипп так и не смог договорить. Столь очевидное
доказательство того, что Вэл была близко
знакома с Атеной и даже запечатлена с ней на одном групповом снимке, казалось,
буквально потрясло его.
- Профессор, я хочу попросить вас подождать в соседней комнате. Мне нужно
поговорить с мисс Твайлер один на
один.
- Да, конечно. Естественно. - Филипп тяжело поднялся и медленно
направился к двери. На выходе его ждал
помощник Ливингстона, чтобы сопроводить в соседний кабинет. "Разделяй и властвуй
- вот оно, старое полицейское
правило в действии", - подумал Ливингстон, глядя на понурые плечи удаляющегося
Филиппа, его мятый пиджак.
Ливингстон также отметил про себя, что, уходя, Филипп нарочно избежал
предупреждающего взгляда Вэл.
Комиссару показалось хорошим знаком то, что допрашиваемые не встретились
глазами.
- Мисс Твайлер... у меня к вам несколько вопросов.
В следующий час Вэл последовательно пыталась отбиваться от сложных
вопросов полицейского. При этом она
использовала именно ту аргументацию, которую он от нее и ожидал услышать. Да,
подтвердила Вэл, она действительно
была гувернанткой в доме тети Атены и именно в то время, когда там произошел тот
трагический инцидент. Как и многих
других, ее допрашивали по этому поводу. Позже полиция неоднократно заявлялась к
ней в учебный городок школы
Пирсонс-холл. Это, естественно, породило всякого рода неприятные пересуды. Вэл,
по ее собственным словам и
подозревать не могла, что Атена собиралась приехать в "Сент-Поликарп" на учебу.
- Вы все это так и не рассказали своему жениху, Филиппу Уиткомбу?
- Видите ли, все мы какие-то вещи из своего прошлого предпочитаем не
вспоминать и никому не рассказывать.
- Такие вещи, как трупы? - высказал предположение Ливингстон. - А вот
Филипп явно что-то доверил вам очень
важное. Что это было?
- Не знаю, что именно он имел в виду.
- В одно время у вас был голубой "остин", не правда ли?
- Верно. - Глаза Вэл сузились.
- А можете вы вспомнить регистрационный номер?
- Нет, вряд ли. Не смогу.
- Он случайно не начинался с цифр три, один и пять?
- Я не помню.
- Мисс Твайлер, Атена Пополус записала "Б.А., три-один-пять" на спичках,
которые оказались у нее в баре "Бул энд
Беар". Почему, как вы думаете, она это сделала?
- Не имею ни малейшего представления.
- А вы были в баре "Бул энд Беар" в ночь на двадцать третье апреля тысяча
девятьсот восемьдесят второго года, то
есть тогда, когда приезжали в Оксфорд на собеседование?
- Да, я заезжала в какой-то бар, чтобы перекусить по дороге обратно в
Пирсонс-холл. Но я не уверена, что была
именно в называемом вами баре.
- Знаете ли вы некоего Камерона Хардвика? Впервые Вэл, казалось, немного
дрогнула.
- Не уверена, может быть.
- Владелец гостиницы "Барлейнек Инн" может подтвердить, что вы с ним
регулярно виделись там в течение всех
последних десяти лет.
- Это все так и было до моего обручения с Филиппом.
- Нет, не совсем так, в последний раз вы пили с Хардвиком чай в его
номере в прошлую субботу.
- Я ездила к нему, чтобы сказать, что выхожу замуж.
"Сильна, все же она очень сильна", - вновь подумал Ливингстон.
- А не кажется вам странным совпадением то, что Камерон Хардвик сейчас
плывет на "Куин Гиневер"?
- Да нет, он вообще часто плавает на кораблях.
- Чем он занимается в жизни?
- Консультант по капиталовложениям. Во всех этих круизах всегда бывает
куча пожилых женщин, готовых сделать
крупные капиталовложения, но не знающих, как это сделать.
"Возможно, - констатировал Ливингстон. И даже вполне правдоподобно, черт
побери! - разозлился комиссар. - На
все случаи у нее припасены объяснения. И все они выглядят весьма основательно.
Завтра надо будет поговорить подробно с
Риган об этом Хардвике, а также позвонить в Нью-йоркский департамент полиции.
Может быть, у них есть на него досье.
- Так могу я теперь отправиться домой, инспектор? Я действительно страшно
устала.
Ливингстон взглянул на свои часы. Было пять минут третьего ночи.
- Давайте-ка все же еще немного подождем, ладно? Я сейчас попрошу когонибудь
приготовить вам чашечку чаю, а
сам тем временем переговорю с профессором Уиткомбом.
Как комиссар и надеялся, Филипп к этому времени совсем расклеился. Он
страшно нервничал, был глубоко
напуган происходящим, вспотел. "Что бы ни было у него спрятано в душе, он явно
хочет поскорее от всего этого
избавиться", - решил Ливингстон.
- Професс... Филипп, если позволите... Вы что-то хотите мне сообщить. Это
то, что вы уже рассказали мисс
Твайлер. Поймите, невиновному человеку нечего бояться полиции. И переживать не
из-за чего.
- Я н-н-ни в чем не виновен... н-н-ни в чем! - проговорил заикаясь
Филипп.
Ливингстон решил ударить наугад.
- Ну, каждый из нас может на каком-то этапе своей жизни неверно оценить
человека, ошибиться, - мягко
предположил он.
И попал в точку. Филипп принялся кусать ноготь на большом пальце.
- "Ошибиться в человеке". Точно! Именно это и произошло. Конечно, мне
надо было сразу же рассказать все
властям. - Губы его плотно сжались.
- Когда это произошло? - прошептал Ливингстон. - Когда, Филипп?
- Мне нужна была мульча, видите ли... ничто не может быть лучше для
цветов, чем вот это, что под листьями в
лесу. Куча компоста и все такое прочее... это распадается на необходимые
ингредиенты... и получается просто
замечательно...
- Да, так что же насчет ошибки в оценке человека, Филипп, насчет ошибки?
- поторопил Ливингстон.
- Видите ли, за год до исчезновения мисс П-п-полус у меня была крупная
неприятность...
- А что случилось? - Ливингстону показалось, что он на рыбалке и "ведет"
попавшуюся на крючок рыбу, пытаясь
подтащить ее к берегу.
- Одна очень неуравновешенная молодая женщина предложила мне с-с-сделать
ей ребенка. Это было совершенно
невозможно.
"Тебе не составит труда убедить меня в этом", - согласился про себя
Ливингстон.
- Однако все это было для меня достаточно неприятно... - Филипп смотрел в
пол. - Какое-то время я с ней в-в-все
же провел. Я сделал ошибку, неправильно оценил человека...
- Да, Филипп, именно...
- И вот в субботу, сразу после исчезновения Атены, я был в л-л-лесу...
- И...
- Видите ли, эта бедная девочка часто проезжала на в-в-велосипеде мимо
нашего дома. И это все знали...
- Так...
- Я нашел ее тело! - выкрикнул Филипп.
- Значит, вы обнаружили ее тело десять лет тому назад!
- Это б-б-было просто ужасно. Я ударил по нему киркой. Когда увидел, во
что попал, то едва не лишился чувств.
- И вы не сообщили о своей находке?
- Я боялся. Боялся сделать это из-за того, что случилось годом раньше...
Я не хотел терять свою работу... был
уверен, что тело Атены в конце концов найдет кто-то другой...
- Но его так никто и не нашел?
- Н-н-нет... до прошлой недели.
- Но вы рассказали мисс Твайлер об этом?
- Да... Как-то вечером я просто больше не мог все это держать в себе... и
проговорился... Так вот на следующий же
день она сказала, что если когда-нибудь тело отыщут, то лучше, если к тому
времени я буду ж-ж-женатым человеком.
"Несколько необычная манера свадебного предложения", - подумал
Ливингстон.
- Так, понятно, - сказал он вслух.
- В принципе я вполне удовлетворен жизнью наедине с моими цветами, - както
обреченно признал Филипп.
В море
Риган с некоторым волнением наблюдала за Вероникой. Бесспорно, она
провела очень активно все последние
несколько дней. Тем не менее очевидный и очень резкий упадок сил пожилой женщины
не мог не настораживать. Более
того, это даже пугало. К концу ужина Вероника выглядела абсолютно изможденной.
На пути к лифту она вообще была
вынуждена опираться на руку Риган. В каюте ей едва хватило сил, чтобы кое-как
стянуть с себя вечернее платье.
Риган помогла соседке надеть ночную рубашку, уложила в кровать. "Хорошо
еще, что я ее уговорила не принимать
сегодня традиционную ванну перед сном, иначе, возможно, пришлось бы ее выуживать
из воды". Риган еще раз взглянула
на леди Экснер, уже спавшую крепким сном, и почувствовала прилив добрых чувств к
пожилой женщине. "Она выглядит
такой беззащитной, особенно сейчас, когда еще не начала храпеть", - подумала
Риган, ощущая некоторую вину за свое не
всегда лояльное отношение к соседке.
Попытки Вероники упаковать хоть что-то из своего багажа завершились
практически ничем. Тем более что перед
самым обедом она вновь перерыла содержимое своих чемоданов в отчаянных поисках
какой-то поэмы сэра Джилберта,
посвященной радостям семейной жизни. Она очень хотела прочитать это произведение
на первой же встрече со своими
племянницами в Нью-Йорке.
Риган нашла то, что та искала, в кармане спортивного костюма Вероники, в
котором пожилая леди была на
поэтическом семинаре.
- Ну конечно! - радостно вскричала Вероника. - Я хотела прочесть эти
стихи на нашем втором поэтическом
занятии. Я еще тогда выучила наизусть эту строчку "Скажи мне, скажи, скажи..."
Собственно, из-за поисков поэмы у них едва хватило времени на то, чтобы
одеться к ужину.
Теперь же, когда Вероника была окончательно отстранена от упаковки вещей,
Риган смогла наконец-то начать
немного странное, но важнейшее в сложившейся обстановке занятие, состоявшее в
сортировании вещей Вероники и их
последующем запихивании в чемоданы. Это заняло почти два часа. Ровно в полночь
Риган вытащила собранные чемоданы в
коридор, потом приняла душ и улеглась в кровать. "До свиданья, до свиданья,
милый диванчик, - подумала Риган, - завтра
ночью я буду уже спать в настоящей постели".
Она потянулась было потушить свет, помедлила, поднялась и подошла к
двери. Заперла ее.
Риган отвела часы на час назад, как это делалось на корабле каждый вечер,
и поставила будильник на три часа ночи.
Сама перспектива подъема уже через какие-то четыре часа заставила ее мгновенно
заснуть. Однако чувство беспокойства не
покинуло ее даже во сне.
Марио и Иммакулата шли по коридору на цыпочках к "Мерлин Сьют".
Иммакулата тихонько хихикала.
- Мне кажется, что мы от кого-то бежим, - прошептала она.
Марио завозился с ключом и вдруг выронил его. Ключ подпрыгнул и со звоном
- "пинг" - стукнулся о дверь.
- Ш-ш-ш, - забеспокоилась Иммакулата. - Если нас тут кто-нибудь
обнаружит, то...
Ночью роскошный люкс выглядел еще великолепнее, чем тогда, когда они были
там на вечеринке у Вероники и
Риган. Марио положил на пол вещи, которые они с собой принесли и которые могли
им понадобиться в эту ночь, и обнял
Иммакулату.
- Позволь мне перенести тебя через порог террасы, - с достоинством
предложил он. - Опп-па!
- Марио, Марио, но твоя спина!.. Ты что, опять хочешь оказаться на
больничной койке?
- Ты права. - Марио потер рукой спину. - Она все еще у меня побаливает.
- Это у тебя ишиас, Марио.
- Знаешь что? Я тогда лучше просто открою шампанское, и мы его выпьем на
балконе.
Иммакулата кивнула.
- Я только зайду внутрь на секундочку, чтобы надеть мое новое нижнее
белье.
Через пару минут оба с бокалами в руках - Иммакулата в своем
просвечивающем черном сатиновом "неглиже" и
Марио в шортах и полосатом халате - замерли на балконе люкса. Они подняли тост
друг за друга, наблюдая, как корабль
продолжает в темноте свое величественное движение вперед.
Оксфорд
Ливингстон допил свою четвертую чашку чая. В Оксфорде было уже половина
пятого утра.
- Так, Филипп, - проговорил комиссар мягко, - скажи мне, как, по твоему
мнению, была отравлена мисс Этуотер?
Неужели ты действительно считаешь, что твоя тетя способна на то, чтобы
сознательно посягнуть на чье-то здоровье? Рискуя
при этом еще и переборщить с дозой?
- Н-н-нет. Нет. - Филипп буквально расползся по стулу. Он почти до крови
сгрыз ногти на пальцах. - И зачем
только я пошел искать эту чертову мульчу?
- Теперь вы точно знаете, что с вами мисс Твайлер поступила нечестно. В
этих условиях изменятся или нет ваши
планы относительно женитьбы?
Филипп кивнул. Взгляд его ничего не выражал.
- Я буквально потрясен. Теперь, как я понимаю, мне уже не удастся скрыть
тот факт, что я тогда обнаружил тело.
Ливингстон покачал головой.
- Боюсь, что не удастся.
- Я н-н-надесь все же, что директор колледжа поймет, по какой причине я
так поступил. - Филипп в упор посмотрел
на Ливингстона. - Нет, я не собираюсь теперь жениться на Вэл.
- Разве я не прав, говоря, что она практически шантажом заставила вас
сначала обручиться с ней. А теперь пытается
вынудить и жениться.
- Она иногда приезжала к нам в дом... иногда нам очень помогала. Но у
меня и в мыслях никогда не было жениться
на ней.
- А у вас никогда не складывалось впечатления, что если, например, вы
отказались бы на ней жениться, то она
могла бы сделать так, что ваш маленький секрет стал бы достоянием гласности?
- Ну, она как-то сказала, что если бы все это случайно с-с-стало
известно, то, по ее словам, ж-ж-жене все равно не
поверили бы власти, так как она не может давать показания п-п-против своего
мужа.
Ливингстон оставил Филиппа одного. Выйдя в коридор, он пробурчал,
обращаясь к своему помощнику:
- Он так же беззащитен и бессловесен, как двухлетний карапуз. Все, что мы
хотим узнать, знает та молодая леди.
Помощник выглядел несколько обеспокоенным.
- Сэр, мы так еще им и не предъявили обвинения. А они оба страшно устали.
- Я это понимаю, но есть и другие обстоятельства: погибла девушка,
попытались отравить пожилую женщину,
наконец, кто-то оставил без матери трех малолетних детей. И все это происходило
именно тогда, когда "на сцене
присутствовала" некая Валери Твайлер, она же Мэри В.Кук.
В море
В два часа ночи оркестр заиграл композицию "Когда праздник завершен".
После нее музыканты принялись
складывать инструменты Гевин и Сильви сидели у бара.
- Прекрасно повеселились, - пробормотал Гевин.
Сильви посмотрела на своего старого знакомого с сочувствием.
- Ты выглядишь ужасно расстроенным. Что случилось?
- Ничего страшного. Получить бы миллион долларов и все как рукой бы
сняло. - Гевин пил свой четвертый за вечер
коктейль "Коллинз" с водкой. - Зато ты выглядишь просто счастливой.
Сильви помедлила, пожала плечами, потом придвинулась к нему поближе и
прошептала в ухо:
- Милтон пригласил меня к себе домой в Аспен на следующей неделе, после
того как он отвезет Виолет в Майами.
Если бы он спросил меня, я бы ему подсказала не только отвезти ее туда, но и
забыть там навеки.
- Ты думаешь, что он как раз тот... ну, которого ты сумеешь удержать.
- Не будь циником. Я и правда думаю, что он замечательный человек.
- Что ж, тогда советую тебе все же до свадьбы не подписывать никаких
брачных обязательств.
К двум пятнадцати утра Хардвик был в потной готовности. Он зашел в
казино, выпил стаканчик в "Кингз Лаунж",
по-дружески пожелал спокойной ночи бармену. Свои чемоданы он давно уже выставил
в коридор.
Потом он надел серый свитер с высоким воротом, такого же цвета спортивные
брюки. Наверх, к люксам, Хардвик
решил подниматься не в лифте, а по лестнице. Здесь бы он точно никого не
встретил в такой час. Если же он и натолкнулся
бы вдруг на кого-то, этот кто-то точно решил бы, что перед ним один из
пассажиров, совсем помешанный на своем
здоровье, который направляется на палубу, чтобы совершить последнюю пробежку на
целебном морском воздухе.
Подъем занял у Хардвика не больше минуты. Он поднялся на этаж люксов и
прислушался. Комната стюарда, из
которой он на днях стащил нужные ключи, находилась совсем рядом, за изгибом
коридора. Никаких звуков оттуда не
доносилось. Хардвик понимал, что те десять секунд, которые должны будут ему
понадобиться, чтобы достичь каюты
Экснер, и другие десять секунд, в течение которых он покроет обратный путь от
каюты до этого места, являлись двумя
самыми уязвимыми частями плана. Бесшумными прыжками Хардвик преодолел несколько
метров коридора и тихонько
вставил ключ в замок двери "Камелот Сьют".
Нора Риган Рейли никак не могла устроиться: она ворочалась, замирала на
какое-то время, потом поворачивалась
опять, взбивала подушку, вздыхала, пила воду из стакана, что стоял на ночном
столике. Рядом безмятежным сном спал
Люк.
"Почему это я так нервничаю? Смешно все это. Впрочем, я всегда начинаю
страшно нервничать в последний день
отпуска", - попыталась успокоить себя Нора. Ей страшно захотелось пообщаться с
Риган. Это было бы просто замечательно.
Как бы то ни было, а завтра в полдень они будут обедать вместе в "Таверне на
зеленой траве". Ждать встречи с дочерью
осталось совсем немного, каких-нибудь двенадцать часов...
Оксфорд
Ночка выдалась длинной, очень длинной. И все же кое-что она дала, потому
что под конец Вэл все же начала
проявлять некоторые признаки беспокойства. То и дело она поглядывала на часы.
Почему это ее так вдруг стало интересовать время?
- Я уверен, что у вас на данный момент не назначено никаких встреч, не
так ли? - спросил Ливингстон. - Потому
что большинство людей избегают назначать рандеву раньше семи часов утра.
В течение последние трех часов комиссар расспрашивал Вэл в основном об
убийстве, случившемся некогда при
ограблении дома Карвелус в Греции. Раз за разом они возвращались к тому
известному факту, что Вэл попыталась
удержать Элен Карвелус от возвращения домой с пляжа за предписанными ей врачом
темными очками. Именно этот факт
заставил греческую полицию в свое время подозревать Вэл в сообщничестве в
ограблении дома Карвелус. К тому же было
очевидно, что тот, кто тогда вторгся в этот дом, прекрасно знал шифр к сейфу,
находившемуся в хозяйской спальне. Вэл
могла знать этот шифр, потому что часто находилась в спальне с детьми и Элен,
когда та одевалась для выхода в свет. Дело
в том. что Элен Карвелус так никогда и не смогла запомнить шифр сейфа, и поэтому
он просто был записан на листочке,
постоянно лежавшем на ее ночном столике. Об этом не могла не знать Мэри В.Кук.
- Все это делает вас соучастницей в убийстве, - вновь и вновь напоминал
Вэл Ливингстон. - Вы, должно быть,
знаете, что в греческих тюрьмах нет ничего привлекательного. Кроме того, вы
подозреваетесь и в соучастии в убийстве
Атены Пополус.
Дело в том, что, как только Филипп сообщил вам об обнаружении тела, вашим
гражданским долгом было сообщить
об этом властям.
Вэл вновь посмотрела на часы. На ее лбу выступили крупные капли пота.
- Филипп сказал мне, что в его намерения никогда не входило жениться на
вас. Если честно говорить, то, по моему
мнению, это вряд ли вас серьезно огорчило бы. Исходя из того, что я знаю о
Камероне Хардвике, полагаю, он вам больше
подходит.
- Филипп и я, мы друг друга очень любим! Просто Филипп немного расстроен
тем, что я не все ему рассказывала,
но это совершенно понятно.
- Не обманывайте себя, мисс Твайлер. Все это может обернуться
неприятностями для Филиппа... Возможно, он
даже потеряет свою работу. Но, поверьте мне, я знаю: вы точно никогда не станете
хозяйкой Ллевелин-холла после смерти
леди Экснер. Да что это с вами, мисс Твайлер?
Лицо Вэл вдруг стало совсем белым, белым как мел.
- Через несколько минут она умрет! Вместе с ней погибнет и Риган Рейли!
В море
Зазвонил телефон. Тяжело разомкнув веки, Риган потянулась к аппарату, на
ощупь добралась до трубки.
Неожиданно на
...Закладка в соц.сетях
