Жанр: Детектив
Палуба
... ее запястье сомкнулись чьи-то пальцы. В это же мгновение рука
закрыла ей лицо. Риган почувствовала, как
кто-то с силой прижимает ее вниз, к подушке. Придя в себя, она извернулась и
вцепилась зубами в руку, зажимавшую ей
рот. Сдавленно выругавшись, Хардвик ослабил хватку. Это дало возможность Риган
вскрикнуть. На столике продолжал
надрываться телефон.
- Никто не подходит, сэр. - Голос корабельной телефонистки звучал сонно.
- Возможно, они там его просто
выключили на ночь.
- Вы должны обязательно к ним пробиться!
- Но они же не поднимают трубку, сэр! Я могу попросить кого-нибудь
подсунуть им под дверь записку, - так же
сонно продолжала телефонистка.
Что же за идиотка попалась! Ливингстон пытался отчаянно придумать выход
из создавшегося положения. Этой
дуре все равно ничего не объяснишь, только время зря потеряешь. Так, но ведь на
корабле плывут еще и мать и отец
Риган!.. Надо срочно связаться с ними... Черт, как же зовут ее отца?..
- Там, там на корабле плывет еще некий господин Рейли. Срочно соедините
меня с ним!
- У нас тут еще целых два Рейли. Один - Люк, а другой...
- Люк! Именно. Это он! Быстро соедините меня с ним. Быстро!
Иммакулата положила голову на могучую грудь Марио. Муж спал, довольный и
умиротворенный. А сама
Иммакулата просто купалась в удовольствии: так ей нравилось лежать на
королевских размеров кровати. Оглядываясь,
Иммакулата вбирала в память каждую деталь окружавшей ее роскоши и с радостью
думала о предстоящей скорой встрече с
Марио Младшим и его семьей. Произойдет это всего через несколько часов.
Вдруг она замерла, напряглась, услышав слабый, но очень ясный звук. Что
это было? Чей-то крик? Может, леди
Экснер или этой симпатичной девушке Риган приснился какой-нибудь кошмар?
Осторожно, так, чтобы не разбудить
Марио, она поднялась с кровати, на цыпочках подошла к двери, приоткрыла ее и
прислушалась. Больше криков не было.
В то же время, кто-то в соседнем люксе все же двигался. А что, если леди
Экснер вдруг заболела? Не стоит ли
позвонить в дверь и узнать, не требуется ли кому помощь? Правда, они с Марио и
не должны были бы быть здесь.
Возвращаться в постель, не выяснив, что происходит, все же не хотелось, поэтому
Иммакулата так и замерла в
нерешительности в проеме чуть приоткрытой двери.
Зазвонил телефон. Рука Норы стремительно взметнулась и схватила трубку.
- Алло. - Она выслушала говорившего. - О, мой Бог!
- Люк, Люк! Кто-то хочет убить Риган! - закричала Нора.
Люк буквально подпрыгнул на кровати. Нора громко заплакала.
- Мой Боже, не дай нам опоздать! Не дай нам прийти к нашей девочке на
помощь слишком поздно!
Почему же Вероника так до сих пор и не проснулась? Она-то как раз могла
бы уже давным-давно позвать на
помощь. Мысли проносились в голове Риган. Она резко повернулась, метнулась в
сторону, пытаясь вывернуться из
объятий нападавшего. И вновь попробовала закричать. Крика не получилось. Подушка
теперь совсем уже плотно была
прижата к ее лицу. Сбросив с ног одеяло, Риган со всей силы ударила нападавшего
и попала ему прямо в живот. Мужчина
согнулся пополам. Это позволило ей мельком увидеть его лицо. Она мгновенно
узнала того, чье прошлое попросила
выяснить у комиссара Ливингстона. Камерон Хардвик!
Риган скатилась с кровати на пол, на ковер, вскочила на ноги и бросилась
к дверям. Ее единственным
преимуществом в сложившейся ситуации была способность быстро передвигаться. Тут
только ей в голову пришла мысль,
что Веронике просто-напросто подсыпали снотворное. "Так, нечего мне терять силы
и вопить тут, - подумала Риган. - Мой
единственный шанс - добраться до коридора...".
Она уже схватилась за ручку двери, стала было ее открывать, как вдруг
крепкая рука обхватила ее за талию, подняла
с пола, а другая рука вновь зажала рот. Ее сильно рванули назад. Через мгновение
она услышала, как открылась дверь на
террасу. В лицо дунул холодный ночной воздух. Где-то далеко внизу Риган
представились кипящие темные волны океана...
Гевин и Сильви как раз прощались друг с другом, стоя на одной из
лестничных площадок. Вдруг Гевин
повернулся. Ему показалось, что мимо пронеслось видение: босоногая Нора Риган
Рейли, в одной лишь розовой тоненькой
ночной рубашке, плача, едва поспевала за одетым в пижаму мужем, который вдруг
резко остановился, поняв, что ступеньки
наверх кончились. Тут только Нора заметила Гевина.
- Гевин! - закричала она, - Риган! Леди Экснер! Как нам найти их каюту?!
Люк схватил его за плечи и встряхнул.
- Ты был у них в каюте! Где это?!
Гевин увидел выражение отчаяния на их лицах и решил не тратить время на
лишние расспросы.
- Следуйте за мной! - прокричал он и бросился по коридору.
Риган удалось ухватиться за ручку на внешней стороне двери террасы. Она
вцепилась в нее и не выпускала, хотя
казалось, что пальцы сейчас просто сломаются от напряжения. Рука, зажимавшая ей
рот, ослабла. Теперь Хардвик пытался
оторвать пальцы Риган от ручки двери. Это дало возможность Риган опять
закричать, однако ей показалось, что крик ее
просто растаял в шуме ветра и волн. Хардвику наконец удалось оторвать пальцы
Риган от ручки, и он вновь зажал ей рот.
Риган резко изогнулась в его руках, подалась назад, затем в сторону. От этого
движения Хардвик потерял равновесие,
поскользнулся на мокрой палубе и тяжело упал вместе со своей непокорной ношей.
"Вот это точно был крик, - решила Иммакулата. - На этот раз кто-то
действительно крикнул".
- Марио! - громко позвала она. - Марио, проснись!
Через мгновение муж стоял около нее.
- Что случилось?
Иммакулата показала рукой на дверь номера напротив.
- Там происходит что-то нехорошее. Я уже во второй раз слышу, как кто-то
кричал. Я абсолютно в этом уверена.
Как раз в этот момент на лестнице и в коридоре послышались шаги бегущих.
К ним приближались Гевин Грей
плечо к плечу с другим мужчиной, которого Марио не раз видел в ресторане. Жена
этого мужчины и Сильви бежали следом
за ними.
Все остановились у дверей в каюту леди Экснер. Гевин взялся за ручку.
- Заперто.
Удивленный Марио наблюдал за тем, как оба мужчины разом бросились на
дверь, пытаясь ее вышибить.
Раздался еще один тихий вскрик.
- О Боже, это Риган! - воскликнула Нора. Марио отодвинул Гевина в
сторону.
- Отойдите-ка. - Дверь разлетелась в щепки от бычьего удара Марио. Он
навалился на нее всей своей массой.
Марио и Люк вместе ввалились в коридор "Камелот Сьюта". Здесь было
совершенно темно и очень холодно.
- Черт, где тут выключатель? - спросил Люк.
- Риган! - закричала Нора. - Риган, где ты? Гэбби на ощупь нашел
выключатель на стене справа от дверей. Повернул
его, и все вокруг - и комнаты, и террасу - залил яркий свет.
Дверь, ведущая на террасу, была распахнута, и вбежавшие увидели Риган.
Отчаянно изогнувшись, она повисла
почти за перилами террасы, изо всех сил пытаясь удержаться и оттолкнуть от себя
Камерона Хардвика. Ноги девушки
болтались в воздухе, волосы развевались на ветру. А Хардвик тем временем все
ниже и ниже наклонял ее.
Нора страшно закричала. Подстегнутый этим криком, Люк стремительно
рванулся вперед. Пробежав через
гостиную, он распластался в прыжке, перелетел всю террасу, врезался Хардвику в
спину и, изловчившись, успел схватить
Риган за щиколотку, когда, казалось, та уже готова была скользнуть за перила.
Хардвик повернулся к Люку и ударил его по
ногам. Вместе они упали на пол. При этом Люк продолжал изо всех сил держать дочь
за ногу. Каким-то неимоверным
усилием ему все же удалось не только удержать ее, но затем и приподнять чуть
выше.
- Я схватил ее! - заорал Марио. - Я тоже ее держу! - Он привлек к себе
Риган, поднял и опустил ее рядом с собой на
палубу, потом всей тяжестью рухнул на извивающегося в объятиях Люка Хардвика.
- Все. Все в порядке. Ваша дочь в безопасности. - Иммакулата прижимала к
себе впавшую в истерику Нору. - Мой
Марио и этот мужчина в коричневой пижаме спасли ее.
С огромной кровати из глубины каюты донеслись стоны, затем вялый голос:
- Вот это да! Вот это да!
Сильви бросилась к леди Экснер и попыталась ее привести в чувство,
успокоить.
- Боже мой, у нее от всего этого может случиться сердечный приступ.
Гевин, видя, что с Риган все в порядке, понял вдруг, что у него появился
последний и, возможно, самый реальный
шанс. В конце концов, потом он всегда может сказать, дескать, пошел за
спасательным жилетом.
К черту стулья! Он пододвинул первое попавшееся кресло и залез на него.
Рывками Грей сбрасывал вниз все
жилеты подряд. Вдруг его пальцы нащупали то, что он искал. Вещь все еще лежала
на своем месте. "Спасибо, Боже!
Спасибо!" - возблагодарил Гевин.
- Мой дорогой господин Грей, что это вы там нашли?
Оказалось, что леди Вероника Экснер все это время стояла позади него и
наблюдала. Спать ей не хотелось.
По лестнице поднялись Кеннет и Дейл. У Кеннета под мышкой был зажат его
чемоданчик с косметическими
принадлежностями. В другой руке он держал бутылку шампанского. Встретив в
коридоре пассажиров, направляющихся от
люкса леди Экснер, и двух офицеров из экипажа корабля с серьезными, хмурыми
лицами, крепко державших за руки
Камерона Хардвика, закованного в наручники, оба они остановились как вкопанные.
- Что происходит? - спросил потрясенный Дейл.
Хардвик проигнорировал этот вопрос. Дейл и Кеннет переглянулись.
- Видимо, случилось что-то серьезное.
Два друга торопливо двинулись дальше по коридору. Дверь в каюту леди
Экснер была распахнута. Они заглянули
внутрь и замерли от удивления.
- Риган, - сказал Кеннет, - вы нас не предупреждали, что у вас тут будет
костюмированная "пижамная" вечеринка.
Мы тогда принесли бы с собой побольше шампанского.
Леди Экснер, на руке которой блистал потрясающей красоты браслет,
выпалила:
- Смотрите-ка! Господин Гевин нашел браслет миссис Уоткинс! Правда, он
просто великолепен!
Дейл подбежал к Сильви.
- Он действительно нашел этот браслет? Сильви взглянула на Гевина. Во
взгляде ее было сочувствие, но
одновременно и понимание того, что все обстояло несколько иначе.
- Что ж, в некотором смысле, он действительно его нашел.
- Но это значит, что ему причитается награда в пятьдесят тысяч долларов.
Гевин, который до сих пор выглядел совершенно удрученным, встрепенулся.
Что ж, пусть о Коста-дель-Соль ему
теперь мечтать нечего, но он все же вполне может получить что-то весьма
существенное, от чего отказываться нельзя ни в
коем случае.
Люк и Нора стояли рядом с Риган, которая в этот момент как раз беседовала
по телефону с комиссаром
Ливингстоном. Теперь, когда прошел первый шок, к Норе вновь вернулась страсть к
выяснению того, кто и как совершил
или пытался совершить преступление.
Риган внимательно слушала то, что говорил ей комиссар. Когда ее разговор
с полицейским заканчивался, Люк взял
трубку из ее рук.
- Комиссар, мы никогда не сможем вас в должной степени отблагодарить за
то, что вы сделали...
Нора же тут же принялась допрашивать дочь.
- Так что же он тебе рассказал?
В каюте вдруг воцарилась тишина. Казалось, даже Вероника забыла о
найденном браслете.
- А что Филипп? Неужели он как-то со всем этим может быть связан?
- О, нет, конечно. Это все Вэл. - Риган поспешила успокоить ее. - Вэл и
Камерон были любовниками на
протяжении многих лет. Именно он убил тетю Атены, когда она застала его при
грабеже в ее особняке. Вэл с Камероном
тогда допрашивали в связи с этим преступлением. Полиция была уверена, что его
совершил кто-то из людей, вхожих в дом
Карвелус, и Вэл оказалась в числе первых подозреваемых.
Рассказал мне Ливингстон следующее. Вы должны себе представить, насколько
была потрясена Атена, когда вдруг
увидела Вэл, входящую в один из баров в Оксфорде и садящуюся рядом с Хардвиком,
на котором, кстати, она тут же
увидела очень дорогие наручные часы, украденные из дома господина Карвелуса
вместе с многими другими
драгоценностями. Согласно признанию Вэл, Хардвик доставал часы из кармана
несколько раз, пока ждал Вэл, и поэтому
они боялись, что Атена могла действительно их заметить. Хардвик сидел в
отдельном отсеке и долгое время не замечал
Атены, которая была у стойки бара. Только когда в баре появилась Вэл, они
увидели девушку. Им обоим стало очевидно,
что Атена сразу все поняла про них. Иначе зачем бы ей тогда потребовалось
записывать номер автомобиля Вэл на
спичечном коробке?
Риган вздохнула.
- Они понимали, что для них все будет кончено, если она пойдет в полицию
и все там расскажет. Поэтому они
последовали за Атеной.
- А почему же она погибла так близко от моего особняка? - спросила
Вероника.
- Ливингстон считает, что Атена хотела найти Филиппа и спросить у него,
что ей делать. Именно поэтому она
двигалась в направлении Ллевелин-холла. Она эмоционально стала очень зависимой
от Филиппа и вопреки его воле сделала
своим доверенным лицом. Хардвик убил девушку недалеко от вашего дома. При этом
они с Вэл страшно спешили и
постарались избавиться от тела как можно скорее. Риган помолчала.
- Вероника, прошу вас понять, что Филипп совершенно не был в курсе планов
Вэл. Именно она подложила яд
Пенелопе, чтобы в этом круизе вы оказались в одиночестве, без сопровождающей. В
задачу Камерона Хардвика входило
сделать так, чтобы вы не добрались до Нью-Йорка живой. Если бы вы погибли, а Вэл
вышла бы замуж за Филиппа, тогда,
вероятно, ваше поместье в ту же минуту продали бы известной гостиничной
компании. Вэл не могла рисковать, почему и
не позволила бы вам слишком сблизиться с вашими новыми американскими
родственниками, так как в этом случае вы
могли бы внести изменения в завещание.
- Но ведь именно она предложила, чтобы ты, Риган, отправилась вместе со
мной на этом корабле, - запротестовала
было Вероника.
- К тому времени я тоже стала представлять для нее угрозу. Она ведь даже
не знала, как много в свое время могла
мне рассказать Атена об убийстве своей тети. Вэл знала, что я усиленно пытаюсь
вспомнить все связанное с Атеной и с
периодом обучения в колледже. Кроме того, я вела в то время дневник. Наконец, я
профессиональный детектив.
- Понимаю, - сказала Вероника. И ее следующий вопрос подтвердил это. - Мы
встретились с Вэл через год после
того трагичного ограбления в Греции. Она всегда жила очень скромно. Что же она
сделала со своей долей причитавшихся
ей награбленных драгоценностей? Со своей долей того, что было взято из сейфа
тети Атены?
Риган улыбнулась.
- Вероника, если вы когда-нибудь захотите работать в моей конторе, дайте
мне знать. Я с удовольствием возьму
вас. Что касается Хардвика, то его просто потрясли те часы, о которых я уже
говорила, и он взял их себе. Это была его доля.
Часы бесценны, но их тотчас бы опознали, если бы он попытался где-либо их
продать. Поэтому он оставил часы себе. Ну а
Вэл? Она продала свою долю, драгоценные камни Элен Карвелус, выручила за это
двести тысяч долларов и положила в
банковский сейф. Она прекрасно знала, что ее финансовое состояние все эти годы
находилось под пристальным вниманием
полиции, а также понимала, что должна проявлять максимум осторожности. Сейчас
же, поразмыслив, Вэл решила пойти на
следующую великолепную, как ей показалось, сделку со своим бывшим любовником
Хардвиком. Он согласился избавить ее
от Вероники и от меня. Она же становилась в таком случае женой Филиппа и после
выгодной продажи Ллевелин-холла
могла спокойно зажить той жизнью, о которой мечтала. Хардвик же сохранял себе
свои любимые часы и вдобавок получал
наличными те самые двести тысяч долларов, что лежали до сих пор в банке Вэл.
Вероника кивнула.
- Понимаю. Я понимаю. Что ж, возможно, мне тогда просто не стоит хранить
до следующего года ту прекрасную
новость, которая у меня имеется.
- Какая это новость? - спросила Риган.
- Я твердо намерена завещать Ллевелин-холл, прилегающие пятьдесят акров
земли, а также определенное Нью-Йорк
Им удалось на удивление быстро пройти таможню. Все, правда, едва не
окончилось катастрофой, когда Вероника
вдруг направилась приласкать одну из немецких овчарок, натренированных на
обнаружение наркотиков.
- Ути, какая хорошенькая собачка, - залепетала вдруг пожилая женщина и
двинулась к ней. Только своевременные
действия Риган позволили избежать неприятностей. Она схватила Веронику за руку и
сильно рванула назад.
"Клан Буттакавола невозможно спутать ни с кем", - с симпатией подумала
Риган, замечая в толпе встречающих
группу людей весьма характерного вида. Они стояли прямо напротив ворот
таможенной службы. Марио Младший был как
две капли воды похож на отца. Что же касается остальных: Роз, Марио Третьего и
Консепсьон, то Риган видела так много их
фотографий, что могла бы найти их лица даже на аэрофотоснимке публики на
стадионе "Янки Стедиум".
Иммакулата всей своей массой налетела на родственников, смяв в объятиях
даже букет роз, которые Марио Третий
безуспешно попытался вручить ей.
- Подождите, я еще вам расскажу, как героически вел себя ваш дед в этом
круизе, - закричала она, осыпая детей и
внука градом поцелуев.
- А маму только что стошнило, - сообщил Марио Третий, кое-как
высвобождаясь из объятий бабули.
- Роз, с тобой все в порядке? - взволнованным голосом поинтересовалась
Иммакулата.
- У нас по утрам часто такое случается, бабуля, - не удержавшись,
похвастала Роз. При этом рот ее расплылся в
широкой улыбке. - Дело в том, что к Дню Святого Валентина мы ожидаем прибавления
в семье: или Нунцио, или
Фортунаты.
- О-о-ох! - Радостных вздох Иммакулаты перекрыл шум автомобильного
движения по автостраде.
Столь же просто оказалось заметить среди встречающих кузину Вероники и ее
двух дочерей. Женщина держала над
собой небольшой плакат с надписью: "Добро пожаловать, тетя Вероника!"
- А, вот вы где, моя плоть и кровь! - воскликнула Вероника и бросилась к
ним. Они обнялись, образовав
небольшой хоровод.
"Зря стараетесь, дружочки", - подумала Риган.
- Эй, Риган, Риган, - голос Джеффа заставил Риган резко повернуться.
Мгновенье спустя он приподнял ее от земли
и весело закружил. За его спиной радостно улыбалась Кит.
- Я принес тебе шоколадные конфеты, - сообщил Джефф. - Мне их подарили в
самолете, в первом классе.
- О, я так рада! Тем более, что последний тип, который дарил мне
шоколадные конфеты, попытался потом заодно
еще и убить меня.
Риган была страшно рада видеть обоих своих друзей.
Кит подняла вверх и показала Риган какое-то письмо.
- Через "Экспресс Мейл" только что поступила первая просьба о взносах в
фонд "Сент-Поликарпа".
Некоторое время спустя все вновь собрались в "Таверне на зеленой траве".
- Бог мой, сколько же едят эти дети, - пробормотала себе под нос Кит.
Тем временем Виолет Кон, страшно довольная тем, что оказалась права в
отношении Камерона Хардвика, вновь
рассказывала Дейлу и Кеннету о том, как тот был ужасно груб с ней тогда, в
Греции.
- Верите ли, я даже услышала, как он за моей спиной обозвал меня старой
кошелкой?
Дейл и Кеннет изобразили на своих лицах выражение столь очевидного
возмущения, что ему мог бы, наверное,
позавидовать и великий актер сэр Лоренс Оливье.
Риган заметила, что Сильви и Милтон держатся за руки под столом.
Гевин полностью посвятил себя Норе.
- Когда мне все же удастся вновь запустить мою передачу "Гости Гевина", я
хочу, чтобы именно вы пришли ко мне
первой. Боже мой, как много всего интересного мы сможем тогда рассказать нашим
слушателям!
Люк пробормотал:
- Нора, прошу тебя, давай первым делом, как только доберемся до дому,
поменяем номер телефона.
Вероника наконец-то отвлеклась от общения со своими обожаемыми новыми
родственниками.
- Это будет просто замечательно. Прошу мне первой прислать запись вашей
передачи. Нора ведь была так мила со
мной. Риган сказала, что вы оба не хотели, чтобы я волновалась о работе над
моими мемуарами во время путешествия на
корабле. Как это оказалось предусмотрительно с вашей стороны. Теперь-то все
снова в порядке, и мы можем больше
времени посвятить общению друг с другом. - С этими словами она подняла вверх
бокал. - Давайте выпьем за прекрасный
месяц, который мне предстоит провести с моими родственниками и друзьями, за
безопасный и увлекательный круиз по
пути домой. Риган, ты как, не хочешь ли прокатиться со мной и в обратном
направлении?
У Риган перехватило дыхание.
- Ну я не знаю, Вероника...
"Бог мой, - подумала девушка, - я начинаю уже заикаться, как Филипп".
- Комиссар Ливингстон сообщил мне, что Пенелопа просто жаждет приехать к
вам сюда в Нью-Йорк. Так, может
быть, вы все же позволите ей сопроводить вас на обратном пути через океан?
- Ты права, Риган. Бедняжка так пострадала из-за меня...
- Я хотела бы дать вам один совет, - добавила Риган, подумав. -
Предупредите ее, чтобы она не везла сюда свои
"вкусняшки". Их в любом случае никогда не пропустят через американскую таможню.
Закладка в соц.сетях
