Жанр: Детектив
Тт, или трудный труп
...ть на столь
колоссальной сумме, и тоже безуспешно, ничего путного в голову не
приходило. А когда отказались от бесплодных рассуждений и вернулись к
работе над сценарием, кто-то позвонил Марте по ее сотовому, и одновременно
зазвонил мой домашний телефон. Чтобы не мешать Марте, я с трубкой ушла в
другую комнату.
- Теперь знаю, на чью мозоль наступи Трупский, - без предисловий
заявила Анита. - Это некто Кубяк, тайный бухгалтер всех мафиози,
расхитителей, махинаторов и членов правительства. И вообще всех, кто
незаконно прикарманивает крупные суммы. Я уже убедилась - здесь у меня
больше возможностей разузнать о финансовых махинациях польских воротил, чем
в самой Польше.
- Кубяк, Кубяк... - пыталась вспомнить я. Ведь приходилось уже слышать
эту фамилию, причем не так давно.
И вспомнила. Ну конечно же, Кася говорила мне что-то о Кубяке...
И я крикнула Аните в трубку:
- А, вспомнила! Так что же ты знаешь о Кубяке?
- По образованию экономист и юрист, вроде бы производит расчеты,
организует кредиты, оформляет самые разные денежные документы. Надеюсь,
понимаешь, что я лично его услугами не пользовалась. И знает все обо всех,
потому что клиентов у него прорва, все только с ним желают иметь дело.
- Почему?
- Потому что чрезвычайно информированный специалист. Всегда в курсе
того, кто может дать кредиты и, наоборот, кому можно дать деньги в долг,
кто блефует, строя из себя богатея, а у кого и в самом деле имеются
серьезные гарантии, скрытые от глаз людских и налоговой инспекции. И нет
таких тайных счетов в банке любой страны мира, о которых он бы не знал. А
главное, обеспечена тайна вклада... ну прямо как в швейцарских банках. На
него можно положиться, словечка лишнего не проронит. Давно начал и теперь
пользуется таким кредитом доверия, как редко кто. Трупский же - я тебе,
впрочем, говорила - пытался куда можно и нельзя нахально пролезть,
втиснуться, так что, полагаю, был очень для Кубяка неудобным конкурентом и
обстоятельством, ну как чирей на заднице. Так что, скорее всего, он Кубяка
достал и тот решился наконец от этого чирья избавиться.
Подумав, и я согласилась - мог, и поинтересовалась, брал ли какой
процент Кубяк за свои услуги?
- А ты бы поверила, скажи я тебе - нет, не брал? - фыркнула в трубку
Анита. - Дескать, такой альтруист-космополит, мечтающий живьем попасть в
рай господний.
- Но ведь он же отличный экономист, специалист высшего класса, к тому
же и практикующий юрист. Не должен такой человек сам заниматься мокрой
работой!
- Да почему сам? Наверняка у него хватило ума и ловкости организовать
все по первому разряду. К тому же располагая полной информацией.
- Знаешь, я бы предпочла, чтобы ты все это рассказала полиции.
- Какой полиции?
- Хотя бы датской.
Мое предложение явно не пришлось Аните по вкусу, и она с ехидством
произнесла:
- А такую мелочь, что в настоящее время я нахожусь в Гамбурге, ты не
учитываешь?
- Но ведь в Данию возвращаться намерена?
- Намерена, разумеется.
- Так по возвращении и расскажи.
- Да какое дело датской полиции до какого-то польского прохиндея
Кубяка?
- Как это какое? Он же преступник.
- С чего ты это взяла? Обыкновенный легальный экономист,
высококлассный специалист. И никто не в состоянии ему инкриминировать тот
факт, что имеет свободный доступ в компьютеры всех банков мира и вполне
легальное прикрытие. Да на фиг он датской полиции?
- Погоди, она же тебя уже допрашивала, значит, интересуется.
- Кто допрашивал?
- Да датская же полиция!
- Какая полиция?!
В раздражении я механически попыталась отодрать засохший побег
аспарагуса, но лишь сломала ноготь. И в десятый раз прокричала в трубку:
- Датская, ну сколько можно повторять? Не польская же, она бы не
успела, ты тогда сразу уехала в Данию.
И услышала поразивший меня ответ. Спокойно, четко, отделяя каждое
слово, Анита заявила:
- Никакая полиция никакого государства ни одного слова мне не
говорила, слышишь? Разве что французская, оштрафовав за не правильную
парковку. И все сказанное по телефону тогда и сейчас я говорю лишь тебе,
поняла? Только тебе! Надеясь, что куда-нибудь сгодится, и ожидая взамен
тоже получить интересующую меня информацию, как мы это с тобой уже не раз
делали.
- Езус-Мария! - в ужасе простонала я.
- Что-то не так? - поинтересовалась Анита.
- Не так! Все не так! Вот теперь я вообще перестала что-либо понимать
и придется разбираться. Чует мое сердце - допустила какую-то ужасную
ошибку. А ты и в самом деле уверена, что не давала никаких показаний
датской полиции по запросу польских властей?
- Разве что в невменяемом состоянии, но могу тебе поклясться, что за
все это время ни разу не напивалась до бесчувствия. Да и не только за
последнее время, такое лишь в молодости со мной случалось.
- И уверена, что никому, кроме меня, ничего не рассказывала?
- Никому, провалиться мне на этом месте. Вот расспрашивать -
расспрашивала, не отрекаюсь, но очень осторожно, ну да ты меня знаешь. И
кое о чем вспоминала... Надеюсь, ты меня не считаешь кретинкой?
Нет, кого-кого, а уж Аниту я кретинкой сроду не считала. Сумасбродной
была, выкинуть какой-нибудь неожиданный фортель могла, но в уме ей не
откажешь. И все же в данном конкретном случае у меня так отчаянно не
сходились концы с концами, что я просто всей шкурой ощущала, как напряжение
повисло в воздухе.
Постаралась взять себя в руки и внутренне собраться.
- Да воздаст тебе господь за Кубяка, - поблагодарила я подругу. - И за
Трупского. Чем все это закончится, пока не знаю, мне надо хорошенько
подумать. Нутром чую - что-то непонятное закрутилось под моей крышей.
- Ты имеешь в виду анатомию или архитектуру?
- И то, и другое.
- Если что-то серьезное, я первая должна узнать. Ты просто обязана обо
всем рассказать в первую очередь мне!
- Да я бы тебе уже сейчас рассказала о том, как был обнаружен труп
Красавчика Коти, если бы не сумбур в голове, так что придется немного
подождать. А когда буду в состоянии изложить всю запутанную историю, в
подробностях и отдельными кусками, обязательно это сделаю и даже
проконсультируюсь с тобой, только вот как тебя отловить? Куда тебя опять
черти понесут?
Анита охотно поделилась своими планами на ближайшее время:
- Сейчас я немного побуду в Копенгагене... ладно, так и быть, запиши
тайный номер моего сотового. Только три человека его знают, ты будешь
четвертой.
Драгоценный номер Анитиного телефона я записала на полях телевизионной
программы, первом обрывке бумаги, подвернувшемся под руку.
Анита отключилась, я же вернулась к Марте вконец замороченная...
Марта тоже после своего разговора по телефону была так взволнована,
что у нее тряслись руки и она никак не могла попасть своим мобильником в
отведенное ему отделение сумки.
- Что в твоей квартире такое завелось? - раздраженно поинтересовалась
она. - Какие флюиды, излучения или еще похуже - мистические явления?
- Когда-то, очень давно, завелись клопы. Но не мои, соседские, и от
них я давно избавилась. К тому же не мистические и не метафизические, а
самые обыкновенные. Опять что-то стряслось? Погоди, принесу пиво, мне тоже
не мешает успокоиться. Испытать такое потрясение...
- Потрясение испытала я, а не ты, - возразила Марта.
- У тебя привилегия на потрясения? - поинтересовалась я на полпути в
кухню. - А другим нельзя? Говори сразу, кто звонил.
- Доминик.
- Понятно, - презрительно отмахнулась я, вернувшись с банкой пива и
стаканами. - Ему срочно понадобилась плевательница?
- Какая там плевательница! - даже не обиделась Марта. - Дай хлебнуть
пивка, я не совсем поняла... Ему, видите ли, не дает покоя полиция, а все
из-за проклятого пожара и кражи на телевидении. Заявляют - "кража со
взломом", так это у них называется. А на телевидении никакого взлома не
было, просто кто-то свистнул кассеты с пожаром, так они пристали к Доминику
с ножом к горлу: кто украл и что ему об этом известно. А ему ничегошеньки
не известно, и все это из-за меня, и откуда я знаю некоего Грохольского, и
вообще, как мы могли предвидеть, что именно там дом загорится? Так если у
меня самой крыша поехала - нечего других грузить, заявил, теперь по моей
вине у несчастного ни минуты покоя. Тем более что полиция и ему самому не
верит: как можно, находясь в соседнем номере, не слышать в ночной тишине
того, что происходило рядом? А он не слышал, и все тут! Полиция вцепилась в
него мертвой хваткой. Сначала показания выколачивала, потом требовала
вернуть кассеты с пожаром, а теперь и вовсе обнаглела: совала под нос фото
какой-то страшной рожи и велела сказать, кто такой. А он сроду ни с какими
страшными рожами не водился. И с какой стати он, Доминик, должен что-то
знать о Ящере Збине, терпеть не может этого типа и держится от него на
расстоянии, да и тот ему в друзья не набивается. Почему о Ящере не
расспросят Пуха, а все лезут к нему? Он больше так не выдержит и никогда
мне не простит...
Я остановила разогнавшуюся Марту:
- А помедленнее нельзя? Я за тобой не поспеваю.
- Это ты за Домиником не поспеваешь, - крикнула Марта, - это он свалил
все в кучу, аж заикался от спешки и злости. И еще сказал - будут
допрашивать нас всех: и меня, и Павла, и Кайтека.
- Езус-Мария! - простонала я и отхлебнула пива, явственно ощущая
нараставшие на мне килограммы.
Марта молчала и ждала от меня разъяснений, я же пока не могла
упорядочить сумбур в голове. Чувствовала лишь, что он начинает принимать
какую-то странную форму.
- А на кой тебе понадобились мои старые клопы?
Марта поперхнулась пивом.
- Иоанна, хоть ты не издевайся надо мной! Хочешь совсем добить?
Пришлось постучать девушку по спине.
- Извини, мысли путаются. Клопы тут ни при чем, я о метафизике хотела
спросить.
- А, это я к тому, что каждый раз, как приду к тебе, обязательно
какой-нибудь кошмар обнаружится или кто заявится с чем-то неожиданным. Сама
подумай, то Цезарь Прекрасный...
- Не такой уж он кошмар!
- Внешне, но ведь сколько беспокойства вносит! А твой Витек со своим
трупом! И я уже невольно жду - вот-вот пожалуют бандюги, наведут пистолет и
потребуют...
- Пленки? Да ради бога, не станем рисковать жизнью, дам им эти
проклятые кассеты, у всех нас уже есть копии. Еще и пивом угощу. А теперь
успокойся и послушай мои новости, давай вместе подумаем. Опять позвонила
Анита...
Постаравшись устроиться поуютнее, я как можно доходчивее передала
девушке свой разговор с Анитой. Травмированная Домиником, Марта поначалу не
могла сосредоточиться, пришлось пару раз силой заставить ее вытряхнуть из
головы проклятого нытика, и вскоре до нее стали доходить и смысл, и
значение услышанного. Умница Марта усекла суть возникшей проблемы: у нас
полиция усердствует чрезмерно, на людей бросается, а Анитой совсем не
заинтересовалась. Что бы это значило?
- Смотри, и даже по времени совпали, - заметила моя соавторша. -
Звонки Аниты и Доминика, что же еще? Предлагаю шаг за шагом проследить оба
их сообщения, если, конечно, в истеричных выкриках Доминика есть хоть
какой-то смысл.
- Я бы не исключала смысла, ведь полицией обнаружен труп Красавчика
Коти - кстати, благодаря тебе, "деточка", - и действия полиции логичны. Они
просто должны были взяться за Доминика, а то, что он воспринимает расспросы
полиции с присущей ему истеричностью, - его дело. Впрочем, полиция может
лишь догадываться о том, что труп в подвале - Красавчик Котя, ведь и
документов при нем наверняка нет, и безжалостное время поработало.
- А нашего красавчика Цезаря ты совсем за дурака держишь? Мы же ему
все растолковали.
- Если не потащили меня в морг опознавать Котю, значит, пан майор
что-то скрывает.
- Зато о подгоревшем Грохольском треплется направо и налево.
- Да, раз пожар грабанули... А Доминик руководит редакцией... Так что
же он может скрывать, наш Чарек? Они сами вышли на свидетеля...
- Постой, кто вышел?
- Да менты же.
- Не улавливаю. Ты о каких ментах?..
- Пока сама не знаю. Говорю же - надо подумать.
Зазвонил мой сотовый. Витек.
- Я случайно оказался у твоего дома. Можно зайти?
Я очень обрадовалась Витеку, о чем ему и сказала, щелкнув домофоном.
При возникшей проблеме и сумятице в умах у нас с Мартой очень пригодился бы
третий ум, дружественный и рассудительный.
Через две минуты Витек уже сидел в самом удобном кресле за столом в
гостиной. Отдышавшись, выразил желание выпить сначала стакан пива, а потом
чашку кофе. Пиво было ему незамедлительно предоставлено.
Начал он с оригинального заявления:
- Ничего не понимаю. Чего хихикаете? Я же не шучу, и в самом деле
вконец запутался!
Я поспешила его обрадовать:
- Мы тоже! Надеялись, что ты нам кое-что разъяснишь.
- Я вам? Да я сам от вас хочу потребовать разъяснений!
- Хорошо, хорошо, мы тоже готовы рассказать, что знаем, - успокоила
его развеселившаяся Марта. - Только сначала говори, чего не понимаешь. - И,
обратившись ко мне, пояснила:
- Надеюсь, он расскажет понятнее, чем Доминик. Уж заикаться, во всяком
случае, не будет.
- Витек не будет, - согласилась я. - Хотя бы потому, что дорожит
временем и без конца повторять одно и то же не станет.
- Факт, не стану, - кивнул Витек. - Время для меня деньги. Так вот, я
получил официальную повестку из полиции.
И замолчал. Ну нет, это слишком кратко. А поскольку молчал твердо,
невзирая на наши вопросительные взгляды, пришлось его подтолкнуть к
дальнейшим признаниям:
- И что дальше? Вызов в полицию сам по себе еще ничего не значит.
Марта поддержала меня:
- Мало ли зачем человека вызывают в участок? Скорость мог превысить,
сбежать с места происшествия или припарковаться где удобно, в неположенном
месте.
- Не припарковывался и не сбегал, - проворчал Витек. - Ну ладно, по
порядку. Тот самый труп демонстрировали всем жителям округи - вдруг его кто
узнает. Вы правильно догадались, документов при нем не обнаружилось. Вообще
ничего не обнаружилось.
- Я первая догадалась! - похвасталась Мартуся.
- Умница! - похвалила я. - Налицо явные успехи в криминалистике. Не
перебивай парня, пусть говорит.
- Ну и мой клиент, тот, которого мы с корешем тогда доставили
мертвецки пьяного, тоже приглашался, а через него менты и до меня
добрались.
- И что, кто-нибудь из окрестных жителей его опознал?
- Никто. Сосед-мафиози наверняка его знал, но отперся, а уж радовался
или испугался - не скажу...
- Мог испытывать смешанные чувства, - предположила я, и тут уж
пришлось Марте меня одернуть. Ничего, Витек последовательно придерживался
темы:
- Может, и смешанные, главное - отперся. А ведь он его знал, тут уж я
уверен, но ментам припереть его к стенке не удалось, хотя по всему видно -
не поверили. А на плохую память каждый имеет право. Вот мой пьянчуга, так
тот действительно не знал покойника, однако встречать приходилось, сам мне
об этом по секрету сообщил. И теперь полиция со страшной силой всех
расспрашивает и вынюхивает, чтобы установить личность моего трупа. Вот это
меня и сбивает с толку. Ведь вы, кажется, уже сообщили полиции о пропавшем
из "Мариотта" трупе?
- Вот именно! - торжествующе и угрюмо заявила я.
- Логично рассуждая, менты должны были сначала связать ваш труп с
моим, а потом уж проверять, он или не он. А они, выходит, понятия не имеют
о личности покойника. Вас в полицию пока не тягали?
- Пока нет.
- Не огорчайся, - опять поспешила с утешениями Мартуся, - судя по
истеричным выкрикам Доминика, скоро и до нас доберутся.
- А как доберутся - тоже через труп? - не понял Витек.
- Нет, через пожар.
Витек удивился:
- Так, выходит, менты связывают одно с другим?
- Нет, - поправила я его, - это мы связываем. Причем не обязательно в
действительности, пока у нас это взаимосвязано в нашем сценарии. Ох,
Мартуся, ты все же права, не мешало бы как-то различать, что мы сами
придумали, а что взяли из жизни. Ну, хотя бы выписать события в два
столбика или выделить жирным шрифтом. А то засудят нас с тобой за то, что
вводим в заблуждение органы правопорядка.
- А за это статья полагается?
Я, как знаток уголовного кодекса, успокоила соавторшу:
- Да нет, в крайнем случае заставят пройти психиатрическую экспертизу.
Знаешь, у нас очень удобно быть психом.
- Все равно не хочу! - вскинулась Mapта. - Да и времени у меня в
обрез.
- Потому и советую: давай выпишем в два столбика...
- Погодите, - вернул нас к делу Витек. - Раз вы просили в
подробностях, то слушайте дальше. Так вот, я общаюсь со многими людьми,
слушаю, что говорят, по кусочкам собираю информацию. И большинство
придерживается такого мнения, что замочил бедолагу и в самом деле должник.
Есть такой, при большом бизнесе ошивается, недвижимостью ворочает, а сейчас
еще и на транспорт нацелился.
- В каком смысле?
- А в таком, что у нас общественный транспорт понемногу сворачивается,
глядишь, то трамвай прикроют, то автобусную линию ликвидируют. И если у
человека машины нет, скоро придется на лошадях ездить. Это в городах, а на
селе и того хуже. Земля лежит который год необработанная, сельское
хозяйство загибается. Техника переломана, а лошадей кормить надо, опять же
с овсом проблемы...
- Слушай, что ты нам тут о конце света рассказываешь! Сам давай ближе
к делу.
- Я не о конце света, а о планах бизнесменов. Это крупная компания
общеевропейского масштаба, в нее вошли толстосумы из многих стран, ну и
этот наш воротила...
- Фамилия у него есть?
- Есть, должно быть, только мне не называли. И вроде бы получается,
что он лишь прикидывался таким супербогатым, а собственных средств не
оказалось, на кредитах выезжал. И как дошло до серьезных расчетов, тут и
выяснилось - с кредитами тоже расплатиться не в состоянии. А мафия ведь не
швейцарский банк, пролонгировать не торопится. В результате, наверное, и
прикончил шантажиста, возможно в нервах.
Я возразила:
- В таком случае он должен был прикончить и того, кто стал свидетелем
первого убийства, надо же быть последовательным...
- Ты права, но за что купил, за то и продаю.
- Странно, что ты узнал об этом, - удивлялась Марта. - Если они такие
уж мафиозные воротилы, должны тайно проворачивать свои дела, не трепаться
направо и налево.
Витек терпеливо повторил:
- Я же сказал - от людей наслышан. Никто целиком мне эту историю не
рассказал, просто я на ус мотал и по кусочку складывал. И вышла такая вот
мозаика. Конечно, могу ошибаться, но в целом, уверен, картина правильная.
- В таком случае и полиция должна бы столько же знать, - задумчиво
сказала я. - Пожар от нас получили, Чарусь лично забрал. Какого черта
продолжают терзать Доминика? Витек, а не вышло в твоей мозаике, что этим
воротилой-должником является человек из телевизионной братии? Ну, понятно,
не скромный служащий, даже не заведующий редакцией или там телеканалом, но
очень крупная шишка, с самой верхушки?
- Спроси о чем полегче, - пожал плечами Витек. - Откуда мне знать? Вот
ты, например, знаешь, какие силы природы правят нашим телевидением? То-то.
Вот и я понятия не имею.
- Мартуся! - требовательно обратилась я к соавторше.
- Точно знаю лишь одно - не я! А там... Правление наше, должно быть.
Его председатель? Или сам министр...
- Ну, если ты добралась до министра, я умываю руки! Благодарю покорно,
такой труп мне не нужен! Предупреждала же, что в политическое болото лезть
не желаю и не буду! И мне все равно, кто убийца, пусть даже член
правительства. Скажем, Олекса.
- Почему именно Олекса? - изумилась Марта.
- А я откуда знаю? Рожа примелькалась, вот и назвала фамилию. Не
только потому, что из коммунистов. Внешне совсем не похож на такого, кто
станет стрелять пулями дум-дум или собственноручно душить человека. Такого
в последнюю очередь заподозришь... Уверена, что в его доме даже карпа на
сочельник приканчивает нанятая прислуга, сам же он сидит, забившись в угол
спальни и заткнув уши.
- Сомневаюсь! - твердо заявил Витек.
- Почему? - удивилась я. - Неужели веришь в честность Олексы?
- Зачем затыкать уши? Карп не визжит и не кудахчет...
- Не настаиваю, пусть не затыкает. Я лишь одно хочу сказать: в
принципе нам об этих убийствах все известно, личность убийцы для нас
значения не имеет, и я бы поставила на этом точку, если бы... если бы не
перестала понимать. Ладно, пожар вписывается, Грохольский на месте, если
это тот самый, что остался в памяти с давних пор, интерес к нему обоснован,
как-никак бывший прокурор, мы его уже вставили в сериал в качестве
юрисконсульта, и не удивлюсь, если и в действительности он тоже стал
советником. Сжечь хотели кассеты или векселя - какая разница? Bpoде бы все
логично, даже идиотские истерики Доминика находят свое объяснение, но я все
же никак не могу понять...
С самого начала моего монолога Марта и Витек дружно кивали,
соглашаясь, значит, были того же мнения.
- А теперь хорошо бы и кофейку выпить, - напомнил Витек.
- Я сварю! - вызвалась Марта. - Мне не мешает подумать, а думается
лучше всего, когда крутишься в кухне. Я знаю, где у Иоанны что лежит.
Охотно свалив на Марту хозяйственные заботы, я принялась разрабатывать
план действий. Мы с Витеком договорились, что сразу после допроса в полиции
он нам все расскажет. В глубине души я удивлялась тому, что Витека
собираются допрашивать не в прокуратуре. В полиции, как правило, лишь
производят дознание после того, как узнают о преступлении, теперь же должно
вестись формальное следствие, а это уже дело прокуратуры. Впрочем, не буду
придираться, пусть разбираются сами. Витек высказал предположение: сам факт
обнаружения трупа относится к фазе дознания и до прокуратуры дело не дошло.
А во мне все крепло убеждение - что-то здесь не в порядке.
- Поняла! - крикнула Марта, входя с кофе. - Кубяк!
- Какой еще Кубяк? - недоверчиво поинтересовался Витек.
- Тот, о котором сказала по телефону Анита! Главбух кредитной конторы.
Или он должен быть убийцей, или его должны убить. И тогда все встало бы на
свои места.
Витек недовольно проворчал:
- Кубяк какой-то... Собирались мне толком все рассказать, да ничего не
говорите.
- Ну так сейчас расскажем.
Я свалила на Марту и эту задачу, и она выдержала экзамен на отлично.
Витек задумался, попивая кофе, и после довольно продолжительного
молчания заявил:
- Все эти разговорчики о его задолженности относятся к области
сплетен, это не доказательства. Никто не знает, чем официально занимается
этот ваш Кубяк. Может, он замминистра финансов? А с замминистрами у нас
никакая прокуратура не разберется.
- А если скромный казначей какой-нибудь партии? Их у нас за последнее
время развелось без счета. Например, аграриев! - вдохновенно предположила
я.
Марта внесла свою лепту:
- Он может быть председателем Главной контрольной инспекции.
- Даже любопытно, кто же все-таки ведет расследование, вы или
полиция? - ехидно поинтересовался Витек.
Это замечание отрезвило нас с Мартой и заставило отнестись серьезнее к
проблеме.
- Холера, до чего же затягивает эта детективная история, -
пожаловалась я Витеку. - Человеку что-то не понятно, так он ни о чем другом
думать не может, все пытается сам разобраться. Вот я клялась пальцем не
прикасаться к тому, что связано с политикой, а никак не получается. Ну сами
глядите: ведь сколько всего наворочено в связи со смертью Красавчика Коти и
как мало уделяется внимания Липчаку-Трупскому. Поневоле задумаешься...
- А кто виноват? - не преминула напомнить Марта. - Кто отыскал такой
трудный труп?
- Лично знакомый, поэтому и отделаться от него труднее. Но хватит о
трупах, пусть ими занимаются органы, а нам пора вернуться к нашим делам.
Столько уже накопилось материала, бери и черпай полными горстями. Всю
политику переведем на рельсы личных взаимоотношений. На преступления наши
герои идут лишь во имя великой любви, ревности и тому подобных благородных
побуждений. Малость служебных проблем, конечно, оставим. Марта, спокойно,
уверяю тебя, по сравнению с окружающей нас действительностью это будет
выглядеть невинным развлечением. Подумаешь, обманы, хищения и прочие
мелочи.
Марта полностью одобрила мое заявление. Витек поморщился:
- Мне тоже не доставляет удовольствия копаться во всей этой теперешней
грязи, однако я не слепой и не глухой и пока не собираюсь закрывать на все
это глаза.
Мы с Мартой похвалили парня за его высокую гражданскую позицию. Наши
посиделки закончились довольно поздно в очень дружеской атмосфере.
А уже ближе к ночи позвонила снова взвинченная Марта. Ей прислали из
полиции повестку, вызывают в качестве свидетеля...
Рапорт Витека о его допросе в полиции был краток, но ведь и он мог
рассказать стражам порядка очень немного. Просто описал в нескольких
словах, как привез домой пьяного клиента, потом трудности затаскивания
клиента в его дом через подвал соседнего участка, ответил на вопросы, как
давно знаком с клиентом и что он за человек, и сообщил анкетные данные
кореша. И на этом, собственно, все закончилось. В соответств
...Закладка в соц.сетях
