Жанр: Детектив
Тт, или трудный труп
...ала нужную бумажку.
Схватила трубку и, очень гордая собой, назвала подруге требуемый телефон,
думаю, поразив ее до глубины души такой оперативностью. Она поблагодарила,
сообщила, что на днях отбывает в Италию по делам службы, и отключилась.
Уже не торопясь, я тщательно пособирала с софы все медицинские
причиндалы, затолкала их в торбу и сунула ее на место.
Вспомнила - мне же кто-то домофонил, но в дверь так и не позвонил.
Опять, должно быть, ошибка. И еще что-то я должна была сделать, кажется, в
кухне. Отправилась туда. Ну конечно, не захлопнула как следует дверцу
холодильника, а на самом холодильнике неизвестно почему лежал мой большой
калькулятор, которому там совсем не место.
Захлопнув холодильник и прихватив калькулятор, я вернулась в комнату и
уселась за компьютер: надо же по горячим следам записать все, что пришло в
голову во время разговора с Анитой. На всякий случай.
А потом со спокойной совестью отправилась спать.
Марта позвонила мне ближе к вечеру.
- Ну и денек был! - устало пожаловалась она. - С самого утра
взвинтилась из-за Доминика. Позвонил и предложил помириться. Он, так и
быть, разведется и женится на мне, но при условии, что я покончу с азартом.
Ни ногой в казино! Послушай, может, согласиться?..
- Спятила? - ужаснулась я. - Знаешь же, что тебя ждет.
- А иначе я его потеряю навсегда, - простонала Мартуся.
- Ты ведь уже примирилась с этим, - напомнила я.
- Да, но чего мне это стоило! Слушай, это еще не все. С Доминика
только начались, а потом завертелось такое... В моем кабинете кто-то
перевернул все вверх ногами, я так и не дозналась кто. И теперь мы не можем
отыскать кассет с пожаром. И не только самих кассет, но и уже
смонтированного и переписанного пожара. Павла с Кайтеком весь день нет,
гоняют по городу, спросить их не могу... Погоди, не перебивай, я еще...
Ага, вот заявились, минутку.
Послышались возбужденные голоса, после чего Марта отрешенно закончила:
- Они тоже понятия не имеют и не помнят, куда задевали пленки. Все! С
меня достаточно! Ухожу в казино!
И швырнула трубку.
Поскольку меня прервали на полуфразе, я решила отложить на потом
проблему с пленками, а сама вернулась к бурному роману Иолы с Робертом,
которые как раз в очередной раз мирились. Надо поторапливаться, у меня
сегодня еще конференция. Короче, сейчас у меня не было нужды в Марте, и я
разрешила ей исчезнуть с горизонта до завтра.
А наутро она позвонила мне в какое-то совершенно несусветное время.
Обычно я в такую рань на телефон не реагирую, однако на этот раз сделала
исключение из правила. Просто захотелось узнать, какой кретин додумался
звонить мне в восемь двадцать утра?
- Ты лучше сядь! - нервно посоветовала Марта. - Думаю, вот уж это тебе
обязательно пригодится.
- А лежать можно? - сонно поинтересовалась я, еще не особенно
встревоженная.
- Даже лучше. Знаешь, у меня случилась кража со взломом.
Сон мигом улетучился. Поскольку когда-то и со мной произошла такая же
история, я очень понимала девушку и от всего сердца посочувствовала ей, но
хотелось знать подробности.
- И что?!
- Одной фразой ответить не смогу.
- Ну так давай целым абзацем.
- Значит, когда я вернулась домой...
- А когда ты вернулась? - тут же перебила я.
- В пять утра. Ну, может, было сколько-то шестого. Дверь моей квартиры
оказалась открытой. То есть она была закрыта, но не заперта на ключ. Я еще
ничего плохого не подумала, вошла в прихожую и тут же наткнулась...
увязла... ступила в кучу...
- Что ты говоришь! - ужаснулась я.
- Не в ту кучу, о которой ты подумала. В кучу шмоток, весь пол в
прихожей был завален моим барахлом. И не только в прихожей. Перерыли всю
квартиру, повыбрасывали вещи из шкафов, бумаги, книги, ну кошмар! Все
перевернули вверх дном. Я как представила, сколько придется потратить
времени на наведение порядка, так просто рассвирепела и только поэтому,
наверное, не свалилась трупом на месте... И еще потому, что обрадовалась.
- И хорошо сделала, трупов у нас уже достаточно. А обрадовалась
почему?
- Да потому что эти мерзавцы остались с носом. Сама подумай, ну что
они могли найти у меня в доме? Вся техника-электроника на работе, браслетка
на руке, а деньги в сумке. Ты, конечно, понимаешь, те деньги, что я
выиграла в казино, дома денег никаких не водится, ни гроша, вернее,
какие-то гроши были, так я с ними пошла в казино...
- Не отвлекайся, давай по сути. Так, говоришь, на стенах у тебя ни
Тицианов, ни Коссаков не было, а также всяких там драгоценных безделушек
вроде вазочек эпохи Мин...
- Не смеши меня, какие вазочки?
- Но шубка, насколько мне известно, имеется.
- Имеется, - ехидно подтвердила Марта, - уже сколько лет имеется. Ну,
я позвонила в полицию. Им, видать, как раз нечего было делать, приехали
через три минуты, представляешь? И пришлось с ними все мое барахло
просматривать, ведь от меня потребовали сказать, что украдено. Спасибо
парням, они даже сами по себе, я хочу сказать - по собственной инициативе,
помогли немного навести порядок.
- И что же у тебя украли?
- Ничего! - в полном восторге прокричала Марта. - Веришь, ничего, хотя
красть, собственно... Ну да я об этом уже говорила. Только кассеты украли.
Все, какие нашлись в доме! К счастью, их и было-то раз-два и обчелся, я
ведь на работе держу или раздаю тем, кто попросит. И вот теперь ломаю
голову, что бы это значило!
- А что было на тех кассетах, помнишь?
Судя по всему, Марта поднапряглась, вспоминая, и спустя минуту
ответила:
- Если не ошибаюсь, ничего особенного. Рабочие материалы о пасхальных
обрядах, кассета о тебе, какие-то фильмы, но не из самых любимых; самое
ценное на работе храню, говорю же. Нет, скажи, ты слышала когда-нибудь о
такой дурацкой краже? Но вот погром учинили грандиозный, сволочи, век их
проклинать буду!
- Ты откуда звонишь?
- Пока из дома, из погрома, но уже убегаю, видеть не могу это
безобразие. Еду на Воронича. Эй, Иоанна, ты что поугрюмела? Чего молчишь?
- Пока сама не знаю, - стараясь не нагонять на подругу паники,
осторожно сказала я. - На всякий случай проверь там, на работе, все ли в
порядке.
Марта встревожилась:
- Иоанна, что еще тебе в голову взбрело?
- Насчет головы пока ничего не скажу, а вот на душе чего-то тревожно.
В это время суток я больше душе доверяю. И у нее как раз какие-то нехорошие
предчувствия...
Ну и как всегда, душа моя оказалась умнее меня.
Марта позвонила мне, когда я находилась в Ошоломе. Так мы прозвали
лучший варшавский магазин с косметикой. Я внимательно разглядывала товары,
и мне совсем некстати было в данный момент отвлекаться. Впрочем, и особой
нужды в косметике не было, поехать заставила машина, аккумулятор, который
не любил долгого бездействия.
- Ты оказалась права, - взволнованно проговорила Марта. - Здесь тоже
кто-то перерыл все кассеты. Кайтек с Павлом просмотрели все. Пожара нет,
черт бы его побрал!
- Не черт его побрал, а воры, - поправила я Марту, с сомнением
рассматривая всевозможные "Пальмоливы". - Уточни, пожалуйста, насчет
пожара. Ничего не осталось? Все черт побрал?
- Абсолютно все! И рабочие материалы, и смонтированные, и уже
переписанные. И никто из опрошенных не признается, ну совсем как в нашем
сценарии! И опять все перерыто самым безобразным образом, полный
беспорядок, прямо хаос первозданный!
И опять я поправила соавторшу:
- В сценарии мы ни беспорядка, ни тем более хаоса не предусматривали.
- Теперь, полагаю, стоит использовать. Знаешь, очень живописно
выглядит, я уже велела Кайтеку заснять. На всякий случай. Нет худа без
добра, опять сэкономим. Хотя что я говорю, ведь пожар испарился. Послушай,
у тебя случайно не осталось кассет с ним?
Я поспешила успокоить Марту:
- Остались, я сразу их увидела после вашего ухода и припрятала. Ко мне
пока не вламывались.
- Слава богу! И еще у меня хватило ума переписать на них весь рабочий
материал, так что у тебя просто бесценные экземпляры. Иоанна, храни их как
зеницу ока. А я постараюсь еще сегодня к тебе заскочить.
Как ни стыдно признаваться, но я даже обрадовалась, узнав о пропаже
кассет, ведь это подтверждало значимость пожара. И пусть пока мы еще не
знаем, чем же он так важен для реальных преступников, но важен несомненно.
И еще стало ясно, что преступники эти, опять же несомненно, как-то связаны
с телевидением. Какая пропасть воды на нашу мельницу!
Я даже не стала пытаться вычислить похитителей кассет, тут уж скорее
Марта догадается, погожу до ее прихода. Очень хотелось собственными глазами
увидеть погром на телевидении, как и в Мартиной квартире, но я
воздержалась, рассудив, что благоразумнее поспешить домой и стеречь там
свои кассеты, пока целы. Да и целы ли? Пока я тут вращаюсь в царстве
косметики, в моей квартире уже могли орудовать взломщики. Не дай бог! Это у
Марты нечего красть, а у меня и телевизор, и видик, и компьютер!
И я в панике выскочила из Ошолома.
Дома никаких признаков взлома я не заметила, вроде все в порядке.
Успокоившись, уселась за компьютер, решив поработать до приезда Марты.
Марта снова позвонила часа через два.
- А у нас менты! - сообщила она. - Хотя их никто не вызывал. Жаль, без
нашего красавчика Чарека. Может, нашествие полиции как-то связано с твоим
Красавчиком... как его... птичий Котя, что ли?
- Полиция сама приехала? - удивилась я. - Подозрительно. Для них
кража - дело рядовое, а уж хищение ваших рабочих материалов и вовсе пустяк,
подумаешь, пожар засняли. Разве что это не обычный пожар. Попытайся
проследить за ними. С кем говорят, о чем выпытывают. Что их особенно
интересует?
- А это я и без того знаю, сейчас они говорят с Павлом и Кайтеком,
никак не хотят поверить, что у них не осталось никаких пленок о пожаре. Но
я им сказала, что последний раз мы их просматривали у тебя, так что
приготовься. А я сейчас еду к тебе.
- Менты наверняка тоже, - проворчала я и положила трубку.
Я уже давно отказалась от попыток наводить в доме порядок к прибытию
гостей, все равно без толку. К тому же в спешке рассовываемые по углам
посторонние предметы со столов и кресел, преимущественно всякие нужные
бумаги, потом безвозвратно исчезали. Поэтому и на сей раз я ограничилась
лишь тем, что опорожнила пепельницы, собрала и отнесла в кухню грязные
стаканы и даже вымыла их.
И тут примчалась Мартуся и прямо с порога нервно затараторила:
- Я, конечно, понимаю, что дареному коню не заглядывают. Но уж если и
в самом деле все так взаимосвязано, честно скажу тебе: слишком уж
беспокойный труп ты нашла. Не могла полегче?
Возражать было нечего, я лишь тяжело вздохнула:
- Беспокойным был покойник при жизни, беспокойство причиняет и после
смерти. Ага, пока не забыла, звонила Анита. Представляешь, этот Липчак...
кстати, его нашла ты, а не я...
- Нет, не я, а Доминик.
- Еще хуже, от Доминика ничего толком не узнаешь, ну да я не об этом.
Так вот, Анита утверждает: он вовсе никакой не Липчак, а Трупский.
Марта застыла в дверях, не дойдя до комнаты.
- Шутишь? Тот самый Трупский, который так интересовал нашего
красавчика Чаруся?
- Ну да, тот самый. Пожалуйста, пройди немного, я не протиснусь... Тот
самый Стефан Трупский. Не знаю, насколько твои менты уже докопались до
него...
Марта наконец прошла в комнату, я следом за ней, продолжая знакомить
ее с сообщением Аниты:
- Он был из тех, которые все обо всех знают, коллекционировал чужие
тайны и дорого их продавал. Знал миллионы людей. Странно, что ни разу не
столкнулся с Домиником...
- Но зато, если не ошибаюсь, столкнулся с Пухом! - неожиданно заявила
Марта, удобно устраиваясь на софе и вскрывая банку с пивом. - Я так думаю,
потому... О! Вот этого мне не хватало! И почему в буфете на работе никогда
нет пива?.. Потому... какое наслаждение!
- Да говори же, не тяни!
- Видишь ли, в отличие от твоей Аниты, у меня это не информация, а
скорее только предположение.
- Откуда взялось такое предположение?
- Как-то в большой компании, в курилке, шел общий разговор, и у Пуха
вырвалось несколько слов. Это было вскоре после обнаружения трупа в
"Мариотте", все только об этом и говорили. Пух тогда раздраженно заметил,
что для их важного иностранного коллеги был заказан номер в "Мариотте", и
вдруг ему звонят и заменяют на другой. Такого еще не бывало, Пуха это
разгневало, причем, мне показалось, разгневала не сама замена номера, а
причина этой замены. Он страшно хотел знать, в чем дело, по тону
чувствовалось. А поскольку сам не поинтересовался в администрации отеля, не
спросил прямо о причине замены, вывод один: тут дело нечисто. Правда, Пух
обмолвился, что у него лично из-за этого никаких неприятностей нет, а вот
наш проклятый Ящер понес какие-то убытки. Слушай, а ты не знаешь, на кой им
понадобилось заменять один гостиничный номер на другой?
- Могу лишь предположить, что в заказанном вами как раз работала
следственная группа.
- Понимаю. А что при этом подсказывает твоя душа?
Моя душа пребывала в полном смятении и ничего вразумительного не
говорила. Возможно, потому, что, несмотря на неоднократные Мартины
разъяснения, я так и не могла уяснить специфику телевизионных закулисных
игр. Надеюсь, не в силу общей недоразвитости. Понимала же я во всех нюансах
подоплеку махинаций, скажем, на бегах, на бирже и всяких там аукционах,
которые, в свою очередь, оставались для Мартуси тайной за семью печатями...
или надо говорить "тайнами"? Хотя она отлично разбиралась во всех хитростях
игры в бридж и на игровых автоматах.
Могла я уразуметь и такой финт, как закупка целого корабля прогнивших
лимонов, или, скажем, причины уничтожения наших заводов, выпускающих
электронику, чтобы закупать ее у иностранного производителя. А вот на
телевидении застряла - и все тут. Прямо как в стенку уперлась.
Железобетонную.
Пришлось признаться:
- В данном случае душа моя прочно погрязла в прошлом, никак не желает
идти в ногу со временем, и тут уж, хочешь не хочешь, надо смириться. Но
одно лишь я знаю совершенно точно: в этом пожаре вся суть.
- О, хорошо, что напомнила, - обрадовалась Марта. - Дай же мне
кассеты. Я их суну в сумку и сразу смоюсь, если явится полиция. А ты со
спокойной совестью сможешь заявить - нет у тебя никаких кассет! С пожаром,
я о них говорю. Считаю, сначала сделаем копии, а уж потом можем отдавать их
на съедение ментам.
Очень дельное предложение, ничего не скажешь. Однако, поскольку я
знала повадки ментов лучше девушки, тут же разработала стратегию нашего
поведения: они звонят снизу, я щелкаю домофоном, впускаю их в парадное,
Марта же с пленками выскакивает на лестницу и поднимается на один
лестничный пролет, к двери на чердак. Переждет, а когда они войдут в мою
квартиру, спокойно выйдет из дома. Я даже могу признаться властям, что
отдала пленки Марте, пусть за ней гоняются. Когда настигнут ее в
телестудии, пленки будут уже переписаны.
Ознакомила Марту с планом. Та в принципе согласилась, но высказала
опасение, что полиция может просочиться в дом и без моего домофона и тогда
застанет ее с пленками у меня. Решили, что, если сразу позвонят в дверь,
Марта спрячется с пленками в кухне, я затащу полицию в комнату и прикрою
дверь, а Марта потихоньку прокрадется в прихожую - и была такова.
- Отлично, а теперь давай кассеты.
Поднявшись с кресла, я шагнула было в спальню... и остановилась.
Минутку, а куда я их задевала?
- Ну! - торопила Марта. - Давай же!
Я не двинулась с места.
- Что случилось? - встревожилась Марта. - Ты чего?
- Ничего особенного, просто я их спрятала так, чтобы потом легко было
отыскать. Вот и вспоминаю, куда сунула.
- Нет, я с тобой спячу! Езус-Мария! Давай думать вместе.
Думать в бездействии мы обе не могли, поэтому последующие четверть
часа деятельно просматривали ту кучу, что лежала у телевизора, хотя я и
заверяла, что там их никак не может быть.
Уж это я помнила хорошо. Помнила, как держала кассеты в руках и искала
подходящее место. Что-то мне тогда помешало, а потом, точно-точно, уже
ничего в руках не было, я смогла свободно работать.
Марта в полном отчаянии принялась по второму разу прочитывать надписи
на корешках, когда прогудел домофон.
- Бросай это дело, - угрюмо пробурчала я. - Они уже здесь. В лице
нашего Цезаря Прекрасного.
- И что теперь?
- Не знаю. Вряд ли он явился с разрешением на обыск, не мог же
предусмотреть мою... мою... рассеянность. Я вот думаю - может, пусть делает
обыск без санкции прокурора? Вдруг да найдет? Все же профессионал.
На всякий случай я встретила пана майора приветливо, притворившись,
что не догадываюсь о цели его визита. Надеюсь, на моем лице появилось
выражение вежливого интереса - дескать, зачем пожаловали? Майор же
притворяться не стал, тем более что сразу увидел у меня за спиной Марту.
Поздоровавшись с нами обеими, он сразу взял быка за рога:
- А, пани уже в курсе... тогда можно не объяснять цель моего прихода.
Нам известно, что у пани остались пленки с пожаром на Кленовой улице.
Нет-нет, пожалуйста, не говорите, что не представляете, о чем речь, мы
прекрасно понимаем друг друга. В нашем расследовании эти пленки оказали бы
существенную помощь, и я настоятельно прошу передать их мне.
Я бросила прикидываться:
- Да, пан инспектор, я тоже считаю, что вам следует просмотреть
кассеты, да и не только просмотреть. Однако тут есть такая закавыка...
Видите ли, трудность в том, что мы не можем найти эти пленки. Они наверняка
находятся в моей квартире, очень хорошо припрятанные, я сама постаралась
спрятать так, чтобы не пропали. Вопрос - где?
В этот момент красавец Цезарь стоял в дверях, откуда хорошо
просматривался телевизор с горой кассет. Перехватив его взгляд, Марта со
вздохом пояснила:
- Нет их там, я два раза перелопатила всю эту кучу.
- А тебе было сказано, что нет, - подключилась я. - Как раз это хорошо
помню, ведь старалась отыскать для них место получше. И в шкафчике рядом
тоже нет. И в тумбочке у кровати. Хотите - проверяйте.
Недовольно выслушав мои объяснения, полицейский с Мартой принялись
просматривать кассеты, которыми был забит шкафчик с застекленной дверцей.
Для этого им приходилось гнуться в три погибели, выкручивать головы и
вытягивать шеи, ведь кассеты стояли вертикально. Естественно, старались
напрасно. И тумбочка у кровати не оправдала их надежд.
- Ну конечно, - ворчала Марта, растирая шею. - Для Иоанны это было бы
слишком банально.
- Да не расстраивайтесь вы так! - утешала я их. - Опыт показывает, что
непременно найдутся, но только когда совсем перестанут их искать. Ведь
никуда же они не подевались. А может, попробовать дедуктивным методом?
- Правильно! - подхватила Марта. - Постарайся вспомнить, чем ты
занималась до того... ну, до того как собралась прятать кассеты. И что
случилось в процессе.
Уж не знаю, верил ли нам этот несчастный человек или с самого начала
был убежден, что мы ему только мозги пудрим, но продолжал сохранять
спокойствие и демонстрировать надежду в успех наших поисков. Поэтому я
предложила ему подключиться к дальнейшим розыскам, пока махнув рукой на
дедукцию.
Совместными силами мы перебрали все книжки на полках и шкафах, свалку
на кухонном буфете, несколько коробок с фотографиями, просмотрели документы
на подвесной полке и ящики письменного стола, обследовали ближайшие
окрестности компьютера и прочей электроники.
В полном отчаянии пришлось прибегнуть-таки к дедукции. Вроде бы ходила
я тогда с кассетами в руках по всей квартире... Ходила-бродила, значит...
забрела в кухню... Обнаружила калькулятор в каком-то не очень подходящем
месте... Точно, на холодильнике... При чем здесь холодильник? Ага, надо
было сунуть в морозильник оставленные на столе упаковки с замороженными
блинчиками. И тут позвонила Анита!
Сорвавшись с места, я рысью поспешила в кухню и распахнула дверцу
морозильника. Так и есть! Вот они! Те самые упаковки с блинчиками! Еще
замороженное мясо в фольге, пакет зеленой фасольки и что-то неопределенное,
тоже завернутое в фольгу. Дрожащими руками схватила это что-то и,
развернув, обнаружила фляки. Надо же, напрочь забыла о них! Непременно
приготовлю на ужин, давно не ела.
А вот кассет не оказалось, хотя Марта скрупулезно перебрала все прочие
продукты в холодильнике, я ведь могла сунуть кассеты и на другие полки. При
этом тоже обнаружилось много интересного, ну, например, кусок уже
заплесневевшей печеной грудинки. Не спросив разрешения, продукт она
выбросила в мусорное ведро. Хорошо еще, что тарелочку оставила. Затем
вынула очередную банку пива и удалилась в гостиную успокаиваться.
Цезарь Прекрасный ловил каждое сказанное нами слово и ни на шаг не
отступал от нас с Мартой. Он и напомнил мне, что я не закончила
дедуцировать.
Пришлось продолжить:
- Позвонила, значит, Анита и рассказала мне о Трупском, - послушно
заговорила я, добросовестно стараясь вспомнить все подробности. -
Представляете, пан майор, оказывается, тот самый Стефан Трупский, ну,
помните, вы еще им интересовались, не кто иной, как задушенный в "Мариотте"
Антоний Липчак!
- Что?! - страшным голосом вскричал младший инспектор.
Вот тебе и хваленая полицейская выдержка. Никакой конспирации перед
безответственными бабами, отреагировал не как Каменный Гость, а как самый
нормальный человек, ошарашенный неожиданным известием. Однако тут же
спохватился и придал лицу обычное каменное выражение, устремив на меня
требовательный вопросительный взгляд.
Я терпеливо повторила:
- Антоний Липчак, задушенный в номере отеля "Мариотт", некогда звался
Стефаном Трупским. Фамилию изменил. Имя тоже. Неужели пан этого не знал?
По своему обыкновению не удостоив подозреваемую ответом, полицейский
сам задал вопрос:
- Откуда пани это известно?
Он что, не слушает? На глупый вопрос сочла себя вправе дать глупый
ответ:
- От Аниты Ларсен.
И назло ему замолчала, не выкладывая подробностей, пусть сам попросит.
Что ж, и попросил. Я не стала больше вредничать и охотно поведала о
том, кто такой, по сведениям Аниты, был Трупский, чем занимался, как
вынюхивал компромат на интересующих его лиц и хранил чужие тайны, продавая
их по мере потребности за большие деньги. И он, младший инспектор, при
желании может опять лично связаться с Анитой и лично же расспросить ее, но
только не теперь. Придется подождать, сейчас она уже должна находиться в
Италии.
- Но вернется, - добавила я в утешение пану майору и желая его хоть
немного опять оживить.
Удалось.
- Понятно, - произнес Цезарь совсем не полицейским тоном. - А какая
тут связь с кассетами?
- Ну как же, дедукция! - пояснила я. Да, не очень-то он
сообразительный, наш красавец Чарек. Не уловил связи! - Ведь Трупский меня
вдохновил. Положив телефонную трубку после разговора с Анитой, я тут же
бросилась к компьютеру записать пришедшие в голову идеи. Этот Трупский для
нас с Мартой просто подарок. Непонятно выражаюсь? Отлично вписывается в
сценарий сериала, над которым мы работаем. Нет, разумеется, персонаж весьма
непривлекательный, зато как отрицательная личность - мечта. И тут кассеты
куда-то подевались, во всяком случае перестали мне мешать, на компьютере я
работала свободно. Вот и все, что я надедуцировала.
Цезарь деревянным голосом поинтересовался:
- За это время в вашем доме бывал еще кто-нибудь?
- Понимаю ваш вопрос, вас интересует отрезок времени после просмотра
пленок с пожаром. Просматривали мы их позавчера вечером, так что речь может
идти о вчерашнем дне и сегодняшнем. Что у нас было вчера? Вторник? Нет,
вчера никого не было... Хотя... почтальон приходил, принес что-то заказное,
но он даже не заходил, я расписалась на пороге... ну, пан майор понимает,
расписалась я в книге доставки, но на пороге квартиры... А потом... потом
вчера никого не было. Сегодня же я поехала с утра - для меня утро ближе к
полудню, - с утра, значит, меня понесла нелегкая в Ошолом из-за проклятого
аккумулятора, стала бы я терять на косметику драгоценные для работы
утренние часы...
- А до Ошолома? - опять пожелал уточнить полицейский, как-то сразу
догадавшись, какое заведение я окрестила этим именем. А может, и не
догадавшись, не все ли равно, куда меня понесла нелегкая, главное, дома не
было.
- До Ошолома никто ко мне не заходил, я женщина порядочная, и знакомые
мои тоже люди воспитанные, с утра в гости не припрутся. Вернулась домой
около двух, нашла квартиру в полном порядке, никто не звонил, никто не
приходил, в числе и взломщики-грабители, - поспешила уточнить, увидев, как
полицейский уже открыл рот, чтобы спросить именно об этом. - Сразу после
ограбления моей квартиры - последнего, года назад, - я такие двери
поставила - теперь танком не протаранишь. Прошу, можете сами убедиться. Так
что если бы взломщики заявились после моего отъезда, еще бы
...Закладка в соц.сетях
