Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...ра?
- Нет, - уверенно ответил мужчина.
- То есть, если вина подсудимой будет полностью доказана и обвинение
потребует вынесения смертного приговора, угрызения совести не станут
препятствием для признания ее виновной?
- Нет.
- У обвинения нет возражений.
- Окончательное решение защиты, - судья повернулся к Мейсону.
- Нет возражений.
- Давайте приведем присяжных к присяге, - предложил Драмм.
- Джентльмены, - начал судья, - встаньте и принесите присягу. Позвольте
мне отметить быстроту и эффективность адвокатов при отборе членов жюри.
После присяги выступил Клод Драмм.
- Джентльмены, я собираюсь доказать, что вечером семнадцатого октября
сего года эта женщина застрелила Клинтона Форбса. Я не сделаю секрета из
того, что обвиняемая имела повод для убийства. Покойный жестоко обидел ее.
Клинтон Форбс был мужем обвиняемой. Они жили вместе в Санта Барбара, но
приблизительно год тому назад он исчез, не сообщив жене о своих намерениях.
Потом выяснилось, что вместе с ним уехала и Паола Картрайт, супруга одного
их общего знакомого. Приехав в наш город, Форбс поселился в доме 4889 по
Милпас Драйв под именем Клинтона Фоули, а Паола Картрайт стала Эвелин Фоули.
Обвиняемая приобрела автоматический пистолет марки "кольт" тридцать восьмого
калибра и почти год искала скрывавшегося мужа. Незадолго до убийства ее
поиски увенчались успехом. Приехав в наш город, она сняла номер в отеле
"Бридмонт" на имя миссис С. М. Денджефилд.
Вечером семнадцатого октября, приблизительно в семь двадцать пять,
обвиняемая прибыла к дому своего мужа. С помощью отмычки она открыла замок и
прошла в коридор. Увидев мужа, она хладнокровно застрелила его, села в такси
и вернулась в отель "Бридмонт", в котором ранее зарегистрировалась под
игенем Денджефилд.
В кабине такси обвиняемая оставила платок, и я докажу, джентльмены, что
этот платок несомненно, принадлежит ей. Я докажу, что пистолет куплен
обвиняемой в магазине спортивных товаров в Санта Барбара. И на основании
бесспорных доказательств ее вины потребую вынесения смертного приговора, -
закончив, Драмм подошел к столику и сел.
- Вы выступите сейчас или оставите за собой право выступить позже? -
спросил судья у Перри Мейсона.
- Я выступлю позже, - ответил тот.
- Ваша честь, - Драмм вскочил на ноги, - обычно требуется несколько дней,
минимум день, чтобы подобрать состав жюри присяжных в деле об убийстве. На
этот раз мы отобрали жюри буквально в течение часа. Я не готов к такому ходу
событий и прошу сделать перерыв до завтра.
Судья Маркхэм покачал головой и улыбнулся.
- Суд продолжит слушание дела. Учитывая, что адвокат защиты обладает
способностью значительно ускорять ход процесса, суд не считает возможным
терять целый день.
- Очень хорошо, - с достоинством ответил Драмм. В таком случае я хотел бы
установить состав преступления, представив суду Телму Бентон. Прошу
отметить, что сейчас я приглашаю ее лишь для того, чтобы установить состав
преступления. Как свидетельницу я вызову ее позднее.
- Суду ясны ваши намерения, - кивнул судья Маркхэм.
Телма Бентон вышла вперед, подняла правую руку и присягнула. Она
показала, что ее зовут Телма Бентон, ей двадцать восемь лет, она проживает в
Ривервью Эпатментс, знала Клинтона Форбса более трех лет, была его
секретаршей в Санта Барбара и, приехав с ним на Милпас Драйв, стала
домоуправительницей.
Клод Драмм довольно кивнул.
- Видели ли вы тело убитого в доме 4889 по Милпас Драйв семнадцатого
октября сего года? - спросил он.
- Да.
- Чье это тело?
- Клинтона Форбса.
- Он арендовал этот дом на имя Клинтона Фоули?
- Да.
- И кто жил там вместе с ним?
- Миссис Паола Картрайт, под именем Эвелин Фоули, А Вонг, повар-китаец, и
я.
- И еще овчарка?
- Да.
- Как ее звали?
- Принц.
- Давно она жила у Форбса?
- Около четырех лет.
- Когда вы увидели тело Форбса, рядом лежал и труп овчарки?
- Да.
- Какова, по вашему предположению, причина их смерти?
- Овчарку и мистера Форбса застрелили. На полу валялся "кольт" тридцать
восьмого калибра и четыре гильзы от патронов.
- Когда вы в последний раз видели мистера Форбса живым?
- Вечером семнадцатого октября.
- Приблизительно в котором часу?
- В четверть восьмого.
- Потом вы по-прежнему находились в доме?
- Нет. Как раз в это время я уехала. Мистер Форбс чувствовал себя
прекрасно. В следующий раз я увидела его мертвым.
- Вы обратили внимание на состояние его тела? - спросил Драмм.
- Вы имеете в виду бритье?
- Да.
- Вероятно, мистер Форбс брился в момент убийства. На его лице даже
осталась пена. Он лежал в библиотеке, примыкающей к спальне с ванной
комнатой.
- Где мистер Форбс держал овчарку?
- Овчарка сидела на цепи в ванной с того момента, как сосед подал жалобу.
- Если вы хотите выяснить что-то еще, - обратился Драмм к Мейсону, -
можете задавать вопросы. Адвокат согласно кивнул.
- Сосед пожаловался на собачий вой?
- Да.
- Этот сосед - мистер Артур Картрайт, муж женщины, проживавшей с Форбсом
под именем Эвелин Фоули?
- Да.
- В момент убийства миссис Картрайт находилась в доме?
- Нет.
- А где она была?
- Я не знаю.
- Когда вы видели ее в последний раз? Клод Драмм вскочил на ноги.
- Ваша честь, совершенно очевидно, что этот вопрос не относится к
определению состава преступления.
- Ваш протест отклоняется, - ответил судья Маркхэм. - Я разрешаю задать
этот вопрос, поскольку вы сами спрашивали о проживающих в доме Форбса. Мне
кажется, этот вопрос вполне уместен.
- Отвечайте на вопрос, - продолжил. Мейсон.
- Паола Картрайт ушла из дома утром семнадцатого октября. Она оставила
записку...
- Я протестую, - воскликнул Драмм. - Содержание записки не имеет
отношения к поставленному вопросу.
- Протест принимается, - кивнул судья Маркхэм.
- Где сейчас эта записка? - спросил Мейсон. Тела Бентон в замешательстве
взглянула на Клода Драмма.
- Она у меня, и я собираюсь представить ее позднее, - ответил тот.
- Мне кажется, - заключил судья Маркхэм, - что этот аспект рассмотрен
достаточно широко. Свидетельница может не отвечать на ваш вопрос.
Мейсон не возражал.
- Я закончил, - улыбнулся он.
- Пригласите следующего свидетеля, - попросил Драмм.
Сэм Марсон принес присягу и показал, что его зовут Сэм Марсон, ему
тридцать два года, он - водитель такси и работал семнадцатого октября сего
года.
- В тот день вы видели обвиняемую? - спросил Драмм.
Марсон наклонился вперед и пристально посмотрел на Бесси Форбс, сидевшую
на стуле с высокой спинкой за Перри Мейсоном.
- Да, я ее видел.
- Когда вы увидели ее в первый раз?
- Минут десять восьмого.
- Где?
- На Девятой улице.
- Что она делала?
- Она ловила такси, и я подъехал к тротуару. Она велела отвезти ее к дому
4889 по Милпас Драйв. Когда мы приехали туда, она попросила позвонить по
телефону Пар-крест 62945, позвать Артура и передать, что тот должен
немедленно прийти в дом Клинтона, потому что Клинтон объяснился с Паолой
начистоту.
- И что вы сделали? - спросил Драмм.
- Я высадил ее около дома, позвонил, а потом снова подъехал к дому.
- А потом?
- Она вышла, села в машину и я отвез ее к отелю "Бридмонт" на Девятую
улицу.
- Той ночью вы еще раз встретились с ней?
- Да.
- Когда?
- Я не помню. Пожалуй, около полуночи. Она подошла к машине и сказала,
что оставила в кабине платок. Я подтвердил ее предположение и отдал ей
платок.
- Она его взяла?
- Да.
- Вы отдали платок той самой женщине, которую ранее отвезли к дому 4889
по Милпас Драйв?
- Да, той самой.
- И эта женщина сейчас сидит перед вами и обвиняется в убийстве?
- Да, это она.
Клод Драмм повернулся к Мейсону.
- Можете задавать вопросы.
- Обвиняемая оставила платок в кабине?
- Да.
- Что вы с ним сделали?
- Я показал его вам, а вы сказали, что я должен оставить платок у себя.
Драмм хмыкнул.
- Одну минуту, - заметил Мейсон. - Совсем не обязательно втравлять меня в
это дело.
- Лучше бы вы сами держались от него подальше, - огрызнулся Драмм.
Судья Маркхэм постучал по столу.
- Прошу тишины. Адвокат, вы хотите попросить меня о том, чтобы ответ
вычеркнули из протокола?
- Да, Ваша честь, - ответил Мейсон. - Я прошу вы черкнуть его на том
основании, что ответ не соответствует вопросу.
- Нет, - решительно возразил судья. - Суд полагает, что ответ дан на
поставленный вопрос
Лицо прокурора расползлось в широкой улыбке. - Представитель прокуратуры
подготовил вас к тому, что вам придется давать показания по этому делу?
- Нет, сэр.
- Разве он не. посоветовал вам при первой представившейся возможности
сообщить о том, что вы передали платок мне?
Свидетель смутился, а Клод Драмм вскочил на ноги, яростно протестуя.
Судья Маркхэм отклонил протест и вопросительно взглянул на Марсона.
- Ну, он сказал, что не может спрашивать о содержании моего разговора с
мистером Мейсоном, но, если у меня появится возможность, я должен рассказать
обо всем присяжным.
- И он предложил вам, - продолжал Мейсон, - наклониться вперед и
пристально посмотреть на обвиняемую, прежде чем ответить на вопрос, была ли
она той женщиной, что села в ваше такси вечером семнадцатого октября, чтобы
присяжные могли видеть, как вы изучаете ее черты?
- Да, он сказал мне об этом.
- К тому же, до начала процесса вы несколько раз видели обвиняемую. И при
встречах вам указывали на то. что именно ее вы отвезли на Милпас Драйв. Так?
- Полагаю, что да, сэр.
- И для того, чтобы узнать ее, вам не требовалось наклоняться вперед и
разглядывать лицо обвиняемой?
- Ну, - ответил Марсон после короткого замешательства, - я сделал то, о
чем меня просили. Перри Мейсон встал.
- Вы абсолютно уверены в том, что именно обвиняемая ехала с вами в тот
вечер?
- Да, сэр.
- Ив том, что именно обвиняемая нашла вас около полуночи и попросила
вернуть ей платок?
- Да, сэр.
- Могу ли я утверждать, что ваша уверенность значительно окрепла после
неоднократных встреч с обвиняемой при подготовке процесса?
- Нет, сэр, я с этим не согласен. Я хорошо запомнил ее еще в тот вечер.
- То есть вы уверены, что дважды имели дело с обвиняемой?
- Да.
- И у вас нет ни малейшего сомнения, что именно обвиняемая взяла у вас
платок? Как и в том, что вы отвезли ее на Милпас Драйв?
- Да, я имел дело с одной и той же женщиной. Перри Мейсон повернулся к
переполненному залу и театральным жестом протянул к нему правую руку.
- Мей Сибли, встаньте! - воскликнул он.
Мей Сибли медленно поднялась со своего места.
- Взгляните на эту женщину, - обратился Мейсон к водителю, - и скажите,
видели ли вы ее раньше? Клод Драмм вскочил на ноги.
- Ваша честь, я протестую против подобной формы проверки памяти
свидетеля. Этот вопрос не имеет отношения к существу дела.
- Надеюсь, вы покажете нам, как они связаны, - обратился судья к Мейсону.
- Для большей ясности я снимаю последний вопрос, - ответил адвокат, - и
спрашиваю вас, Сэм Марсон, признаете ли вы, что женщина, стоящая перед вами,
ночью семнадцатого октября пришла к вам за платком, который она оставила в
кабине, когда вы возвращались в отель "Бридмонт" на Девятую улицу?
- Нет, сэр. Вот та женщина, - он указал на сидящую Бесси Форбс.
- Вы не могли ошибиться?
- Нет, сэр.
- А если бы вы не узнали женщину, пришедшую за платком, то с тем же
успехом вы могли не узнать пассажирку, которую вы отвезли на Милпас Драйв,
не так ли?
- Конечно, если бы я не узнал одну, то мог бы ошибиться и во втором
случае, - признал водитель. Мейсон довольно улыбнулся.
- В этом-то все и дело.
Клод Драмм снова вскочил на ноги.
- Ваша честь, я прошу объявить перерыв до завтрашнего утра.
Судья Маркхэм нахмурился и медленно кивнул.
- Слушание дела откладывается до завтрашнего утра Напоминаю членам жюри
присяжных, что они не имеют права говорить о подробностях этого дела. Также
запрещается обсуждать его в их присутствии, - судья стукнул молотком по
столу и величественно проследовал в кабинет. Клод Драмм многозначительно
взглянул на двух полицейских, и те бросились к Мей Сибли. Мейсон устремился
за ними.
- Судья Маркхэм просит вас троих зайти к нему в кабинет, - сказал он.
Полицейские удивленно переглянулись.
- Прошу за мной, - и Мейсон направился к двери, за которой только что
скрылся судья.
На пороге он обернулся и воскликнул: "Эй, Драмм!" Тот поднял голову и
посмотрел на адвоката.
- Не могли бы вы пройти со мной к судье Маркхэму? После короткого
раздумья Драмм кивнул и подошел к ним. Адвокаты прошли в кабинет, Мей Сибли
и полицейские последовали за ними.
Вдоль стен стояли полки с книгами, центр комнаты занимал огромный дубовый
стол, заваленный бумагами и раскрытыми фолиантами. Судья Маркхэм
вопросительно взглянул на вошедших.
- Судья, - начал Мейсон, - эта молодая женщина - моя свидетельница. Она
вызвана в суд защитой. Я заметил, как по сигналу Драмма к ней направились
двое полицейских. Могу я попросить вас объяснить моей свидетельнице, что она
может молчать, пока ее не вызовут в качестве свидетельницы, а полицейским -
что они не имеют права беспокоить ее?
Клод Драмм покраснел от ярости.
- Раз уж вы подняли этот вопрос и мы не в зале суда, давайте покончим с
ним раз и навсегда.
- Ну что ж, приступим.
- Я собирался выяснить, заплатили ли этой молодой женщине за то, что она
выступила в роли обвиняемой. Я хотел узнать, не приходила ли она к водителю
такси, чтобы потребовать у него платок, якобы оставленный ею ранее в кабине
такси.
- Допустим, она ответила бы утвердительно. Что вы намеревались делать
дальше?
- Я бы постарался выяснить, кто заплатил за устроенный маскарад, а потом
получил бы ордер на арест этого человека.
- Этот человек - я. Я это сделал. И что теперь?
- Джентльмены, - вмешался судья, - мне кажется, что эта дискуссия увела
нас в сторону.
- Наоборот, - возразил Мейсон, - я предполагал, что прокурор произнесет
именно эти слова, и хочу, чтобы мы объяснились в вашем присутствии. В нашем
штате нет закона, запрещающего одной женщине выступать в роли другой. А
объявить себя владельцем потерянной вещи также не является преступлением,
если при этом не преследуется цель присвоения чужой собственности.
- Но ведь именно ради этого и затевался весь обман, - воскликнул Клод
Драмм. Мейсон улыбнулся.
- Вы забыли, Драмм, что, получив платок, я немедленно передал его в
полицию, а Мей Сибли отдала его мне сразу после встречи с водителем. Я лишь
проверял его память. Поработав с водителем, вы, естественно, убедили его в
том, что в тот вечер он дважды встречался с обвиняемой, и я, в общем-то, не
сомневался, что вопросами мне не удастся доказать обратное. Поэтому мне
пришлось провести наглядный" урок. И все. Я не вышел за рамки прав,
предоставленных мне законом.
Судья Маркхэм пристально посмотрел на Мейсона, и в его глазах мелькнула
веселая искорка.
- Судя по всему, вы обратились ко мне не для того, чтобы рассматривать
этическую сторону этого вопроса или для определения, имело ли место
воровство при передаче платка. Как я понял, вы, адвокат, потребовали
гарантий в том, что вашим свидетелям предоставят право выступить в суде, а
обвинение не станет их запугивать.
- Совершенно верно, - ответил Мейсон, не сводя глаз с Драмма.
- За подобные действия вам придется ответить перед правовой комиссией
коллегии адвокатов! - взревел Клод Драмм.
- Вот и прекрасно. Там мы и выясним, кто прав, кто виноват. А пока не
тяните лапы к моим свидетелям.
- Джентльмены, джентльмены, - судья Маркхэм поднялся из-за стола. - Прошу
держать себя в рамках приличия. Мистер Драмм, вам хорошо известно, что
требование адвоката Мейсона вполне законно Если защита вызывает кого-то в
качестве свидетеля, вы не должны беспокоить этого человека.
Драмм шумно глотнул и покраснел.
- Очень хорошо, - буркнул он.
- Сюда, пожалуйста, - Мейсон, улыбаясь, взял Мей Сибли под руку и повел
ее к выходу. Как только он открыл дверь, их ослепила яркая вспышка. Девушка
вскрикнула и закрыла лицо.
- Не бойтесь, - успокоил ее Мейсон. - Газетам нужна ваша фотография.
Клод Драмм вышел из кабинета.
- Вы специально подстроили все это, - рявкнул он, - чтобы попасть на
первые полосы газет. Мейсон довольно улыбнулся.
- У вас есть возражения?
- Еще бы! - воскликнул Драмм.
- Ну что ж, - адвокат пожал плечами, - это ваше право.
Побелев от ярости, прокурор повернулся и пошел к выходу. Мейсон взглянул
на Мей Сибли.
- Я не хотел, чтобы вы говорили с полицейскими, но репортерам вы можете
рассказать обо всем, - он поклонился и тоже направился к выходу.
Оглянувшись, Мейсон увидел, что пять или шесть репортеров окружили
девушку и, перекрикивая друг друга, начали задавать вопросы.
Глава 18
Войдя в приемную, Мейсон взглянул на часы. Восемь сорок пять. Он включил
свет и поставил на стол Деллы Стрит кожаный чемодан. Достав из кармана
перчатки и надев их, Мейсон открыл чемодан и вынул из него портативную
пишущую машинку, несколько чистых листов бумаги и конверт с маркой. В этот
момент в приемную вошла Делла.
- Вы читали газеты? - спросила она, снимая пальто.
- Да, - улыбнувшись, ответил Мейсон.
- Скажите мне, вы специально вели дело к тому, чтобы столь эффектно
закончить заседание?
- Конечно. А почему бы и нет?
- Но вы практически нарушили закон. Теперь они вызовут вас в правовую
комиссию.
- Вряд ли. Я не сделал ничего предосудительного.
- Что-то я вас не понимаю.
- Видите ли, Делла, никто бы не удивился, если бы я поставил в ряд
несколько женщин и попросил Сэма Марсона определить, кому из них он отдал
платок. Или я мог бы указать на одну из женщин, сказать, что, по-моему,
именно она взяла платок, и спросить, согласен ли он со мной.
- И что?
- Ну, а я сделал еще один шаг. При нашей первой встрече я понял, что он
очень смутно запомнил ту женщину. Я и сыграл на этом, использовав мисс
Сибли. Она оделась, как Бесси Форбс, надушилась теми же духами, и водитель,
не колеблясь, отдал ей платок. К тому же я понимал, что прокуратура сможет
убедить водителя. Они показывали ему Бесси Форбс не меньше десяти раз.
Причем делали это как бы невзначай, и буквально загипнотизировали его.
Во-первых, они сказали, что она ехала в его машине. Потом устроили очную
ставку и заявили Бесси Форбс, что водитель опознал ее. Она, разумеется,
промолчала и вообще не ответила ни на один вопрос. Для Сэма Марсона ее
молчание означало признание в том, что она действительно ездила с ним на
Милпас Драйв, а потом забрала у него платок. Мало-помалу уверенность в этом
все возрастала и, наконец, он уже не сомневался в том, что в тот вечер он
дважды встречался с Бесси Форбс. Это обычная практика обвинения. Они так
умело натаскивают свидетелей, что, выступая в суде, те убеждены в своей
правоте.
- Ну, а как насчет платка? - спросила Делла.
- А что платок? Мей Сибли не украла его, а принесла мне. А я немедленно
передал его властям. Иначе они искали бы его гораздо дольше.
Делла нахмурилась и покачала головой.
- Возможно, все так, как вы говорите, но, по-моему, вы их надули.
- Разумеется, надул. За это мне и платят. Я провел допрос в необычной
манере и сумел добиться своего прежде, чем прокурор разобрался в
происходящем. И все. Не снимайте перчатки, Делла.
- Почему? - спросила она, непроизвольно взглянув на руки.
- Потому что мы должны надуть их еще раз, и я не хочу, чтобы на бумаге
остались отпечатки наших пальцев.
Прежде чем ответить, Делла подозрительно посмотрела на адвоката.
- Мы не нарушим закон?
- Думаю, что нет, - ответил Мейсон. - Во всяком случае, нас не поймают, -
он подошел к двери и запер ее. - Возьмите лист бумаги и вставьте его в эту
портативную машинку.
- Не люблю я эти машинки, - ответила Делла. - Лучше я воспользуюсь своей.
- Не спорьте со мной, Делла. Каждая пишущая машинка обладает
индивидуальными особенностями, можно сказать, своим почерком. Опытный
эксперт легко определит не только марку машинки, на которой напечатана
бумага, но и саму машинку.
- А это машинка совершенно новая?
- Да. Поэтому сначала поможем ей состариться, - подойдя к столу, Мейсон
наклонился и начал отгибать державки букв.
- А в чем смысл всего этого? - спросила Делла через несколько минут.
- Мы собираемся написать признание.
- В чем?
- В убийстве Паолы Картрайт.
- О господи! - Делла изумленно взглянула на адвоката. - И что вы с ним
сделаете?
- Мы отправим его редактору "Кроникл". Девушка глубоко вздохнула и, сев
за стол, вставила в машинку чистый лист бумаги.
- Боитесь, Делла? - спросил Мейсон.
- Нет, - ответила она.
Мейсон на секунду задумался и начал диктовать.
"Дорогой сэр1
Я обратил внимание на интервью с Элизабет Уокер, напечатанное в Вашей
газете. Мисс Уокер упоминает о высказанных мной, причем неоднократно,
намерениях умереть на эшафоте. Рассказала она и о том, что большую часть
времени я, с биноклем в руках, наблюдал за домом Клинтона Форбса, известного
в этом городе под именем Клинтона Фоули.
Все, сказанное ей, соответствует действительности.
В передовице Вы написали, что прежде, чем начинать суд над Бесси Форбс,
следовало арестовать меня и Паолу Картрайт, намекая, что один из нас
ответственен за смерть Клинтона Форбса. Подобное обвинение совершенно
необоснованно. Я не стрелял в Клинтона Форбса, но убил свою жену, Паолу
Картрайт. Учитывая сложившуюся ситуацию, я пришел к выводу, что публика
должна знать правду..."
- Боитесь, Делла? - повторил Мейсои, как только она напечатала последнее
слово.
- Нет, - ответила девушка. - Продолжайте.
- Отлично. Поехали дальше.
"...Мы с женой счастливо жили в Санта Барбара. Клинтон и Бесси Форбс были
нашими друзьями. Я знал, что Клинтон - бабник, но, тем не менее, он мне
нравился. Он волочился за несколькими женщинами, но я даже не подозревал,
что моя жена входит в их число. Правда обрушилась на меня, как гром с ясного
неба. Мое счастье и семья разбились вдребезги. Я поклялся разыскать Клинтона
Форбса и убить его, как бешеную собаку.
Мне потребовалось десять месяцев, чтобы выяснить, что он поселился на
Милпас Драйв под именем Клинтона Фоули. Я снял соседний дом и нанял глухую
экономку, чтобы она не сплетничала с соседями. Прежде чем убить Форбса, я
хотел узнать распорядок его дня и понять, как он относится к Паоле и
счастлива ли она. Поэтому почти все время я проводил у окна с биноклем в
руке. Мало-помалу мне стало ясно, что Паола глубоко несчастна.
Но, к сожалению, мне не удалось осуществить задуманное. Темной ночью я
направился к дому моего врага. Я хотел убить его и увезти свою жену. Через
экономку я направил моему адвокату письмо, в которое вложил завещание.
Дверь черного хода оказалась открытой, и я без помех проник в дом
Клинтона Форбса. У него была овчарка по имени Принц, которая хорошо меня
знала. Вместо того, чтобы залаять, Принц завилял хвостом и, подойдя, лизнул
мне руку. Я потрепал его по голове, прошел в библиотеку и там неожиданно
столкнулся со своей женой. Увидев меня, она испуганно вскрикнула. Я схватил
ее за горло и пригрозил задушить, если она не замолчит.
От страха Паола едва не потеряла сознание. Я помог ей сесть и задал
несколько вопросов. Оказалось, что Телма Бентон - любовница Клинтона Форбса,
причем их роман начался задолго до отъезда из Санта Барбары. В доме Паола
осталась одна, так как Форбс с Телмой Бентон куда-то уехали, а А Вонг,
повар-китаец, ушел к друзьям. Я сказал Паоле, что собираюсь убить Форбса, и
предложил ей уйти со мной. Она попыталась меня отговорить и заявила, что не
любит меня и не найдет со мной счастья. Она пригрозила позвонить в полицию и
рассказать о моих намерениях. Она даже направилась к телефону. Я попытался
остановить ее, она закричала и я схватил ее за горло.
Никогда не смогу объяснить, что я испытал в тот момент. Я безумно любил
ее, а она смотрела на меня, как на пустое место. Она хотела спасти человека,
предавшего меня и ее, человека, которого я ненавидел. Я потерял контроль над
собой, а когда пришел в себя она была мертва.
Я знал, что Клинтон Форбс расширяет гараж. Рабочие закончили стены и
готовились приступить к бетонированию пола. Я пошел в гараж, нашел кирку и
лопату, вырыл яму и закопал в нее тело Паолы. Ждать Клинтона Фоули я не
решился. Совершенное убийство потрясло меня. Я дрожал, как лист. Однако я не
понимал, что мне ничего не грозит. Свидетелей не было. На следующее утро
рабочие скрыли следы преступления. Я переехал в другой район города и снял
комнату на вымышленное имя. Найти меня невозможно, я в полной безопасности.
Это признание я делаю лишь для того, чтобы восстановить истину. Я убил свою
жену, но не стрелял в Клинтона Форбса, хотя и хотел это сделать.
Искренне ваш,
Артур Картрайт".
Перри Мейсон внимательно прочел напечатанное.
- - Пожалуй, все в порядке, - он взял со стола конверт и протянул его
Делле. -
- Адресуйте его редактору "Кроникл".
Когда Делла выполнила его просьбу, Мейсон вложил письмо в конверт,
запечатал его и убрал машинку в чемодан.
- Что вы собираетесь делать? - озабоченно спросила Делла.
- Отправлю письмо, спрячу машинку так, чтобы ее не нашли, и поеду домой.
Делла взглянула на него, кивнула и пошла к двери, но, не дойдя пару
шагов, остановилась и вновь взглянула на адвоката.
- А какова ваша цель?
- Я хочу вскрыть бетонный пол в гаражной пристройке и посмотреть, что под
ним спрята
...Закладка в соц.сетях
