Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...ужного прокурора произвел исследование
дна залива в указанных ему местах.
- Что вы обнаружили на дне, у топливного причала? - спросил его
Хастингс.
- Дамскую сумочку и револьвер.
- Я предъявляю вам для опознания сумочку. Скажите, вы нашли именно
ее?
- Да, сэр.
- Я показываю вам револьвер. Вы обнаружили именно его?
- Да, сэр.
- Приступайте к перекрестному допросу, - сказал Хастингс Мейсону.
- Сумочка была именно в таком состоянии, когда вы ее нашли? - спросил
Мейсон.
Свидетель внимательно ее осмотрел.
- Да, сэр.
- Содержимое то же самое?
- Да, сэр.
- В ней были деньги?
- Да. В кошельке лежало три двадцатидолларовых, две десятидолларовых,
одна пятидолларовая, три однодолларовых банкноты и немного мелочи.
- Они были в сумочке, когда вы нашли ее?
- Да, сэр.
- И никаких других денег?
- Нет, сэр.
- Револьвер в том же состоянии, как вы обнаружили его?
- Да, сэр.
- На каком расстоянии он был от сумочки?
- Примерно... в двадцати-тридцати футах.
- Теперь скажите, вы были именно на том месте, которое помечено мною
на этой геодезической карте?
- Да, сэр.
- И именно там обследовали дно?
- Да, сэр.
- И ничего не нашли?
- Нет.
- Абсолютно ничего?
- Там, - сказал Диббл, - оказалась старая консервная банка, которую,
возможно, использовали под наживку, а затем бросили в воду. Она была
примерно в сотне футах от того места, где была обнаружена яхта.
- Но, учитывая, что во время прилива яхта не стояла на месте, это
было, наверное, ближе к ней?
Свидетель задумался и ответил:
- Пожалуй, да.
- Почему вы решили, что банка использовалась под наживку? - спросил
Мейсон.
- На такой глубине, - улыбнувшись, сказал Диббл, - очень хорошо
видно, так что я смог прочитать надпись на этикетке банки. Она была из-под
бобов, поэтому я и решил, что она использовалась под наживку.
- Что это за этикетка?
- Обычная, вокруг всей банки, ничего особенного.
- Почему вы решили, что это старая банка?
- Ну, - улыбнулся свидетель, - я не видел, чтобы кто-нибудь рыбачил
поблизости, поэтому и решил, что она пролежала на дне какое-то время.
- И этикетка все еще была на ней? - заметил Мейсон.
- Если, конечно, подумать, - нахмурился свидетель, - раз этикетка все
еще была на ней, так что лучше сказать, что это банка из-под наживки, а не
старая консервная банка. Все это очень спорно.
Диббл улыбнулся, повернувшись в сторону заместителя окружного
прокурора.
- Благодарю вас, - сказал Мейсон. - На этом все. Теперь, если Высокий
Суд позволит, ввиду этих свидетельских показаний, я бы хотел задать еще
несколько вопросов свидетелю обвинения Стилсону Келси.
Келси, на сей раз развязной походкой, подошел и занял место
свидетеля.
- Мистер Келси, - спросил его Мейсон, - вы присутствовали на
пресс-конференции, когда обвиняемая изложила всю свою историю?
- Нет, сэр.
- Но вы слышали о ней?
- Да.
- И вы быстро достали акваланг, помчались на пляж, нашли место,
указанное обвиняемой на пресс-конференции, нырнули, обнаружили там
сумочку, в которой было три тысячи в пятидесяти и стодолларовых банкнотах,
изъяли их, и затем, чтобы подкинуть новые доказательства против миссис
Бэнкрофт, бросили рядом с сумочкой револьвер, не так ли?
- Что! - воскликнул Келси. - Я...
- Ваша Честь, - вмешался Хастингс, - это недопустимое ведение
допроса. Этот свидетель не под следствием.
- Он будет под следствием, - заявил Мейсон, - так как еще до
заявления обвиняемой один пловец по моей просьбе исследовал дно залива в
указанном месте, нашел там дамскую сумочку, в которой тогда было три
тысячи долларов. При этом пловце я заменил эти деньги другими, полученными
мною в банке, а я их номера записал. В то время на дне близ сумочки ничего
больше не было. Так вот, после конференции кто-то быстро приехал туда,
изъял из сумочки указанную сумму и подложил орудие убийства. Должно быть,
именно этот человек был убийцей; человек, который был партнером Джилли,
который добрался до яхты и во время отсутствия обвиняемой застал там
своего напарника; человек, который во время прилива был вместе с Джилли,
когда тот поглощал консервированные бобы, найденные в запасах яхты, а
затем выкинул банку в воду. Они поссорились. Этот человек обвинил Джилли в
надувательстве и застрелил его из револьвера, который миссис Бэнкрофт
уронила на палубу во время прыжка в воду. Затем этот человек оставил тело
на яхте, поискал деньги и ничего не нашел. Потом убийца погреб к берегу
и...
- Постойте, - прервал его Келси, - вы не можете обвинять меня в этом,
так как у "Аякс-Делси" за мной постоянно следили.
- Так вы знали об этом? - улыбнувшись сказал Мейсон.
- Конечно.
- Но вам было известно, - заметил Мейсон, - что детектив следит за
входом в "Аякс-Делси". Разве это могло помешать вам выйти через черный
ход, сесть в машину, которая находилась рядом с ним, и отправиться в
яхт-клуб?
- Вы не сможете этого доказать.
- Нет, смогу, - возразил Мейсон, - потому что банкноты, которые я
вложил в сумочку миссис Бэнкрофт, были выданы мне банком гораздо позднее
убийства. Более этого, их номера были записаны. И, если я не ошибаюсь, они
сейчас либо у вас в кармане, либо спрятаны где-нибудь в вашей комнате или
в вашем автомобиле. Я собираюсь получить разрешение на обыск и...
Келси долго смотрел на Мейсона, оценивая сложившуюся ситуацию, затем
резко вскочил и, пока все были в замешательстве, ринулся к выходу.
Скинув оцепенение, шериф бросился за ним.
Мейсон повернулся и с улыбкой посмотрел на Бэнкрофта.
В коридоре раздался голос:
- Стоять! Буду стрелять!
Быстро последовали два выстрела.
Спустя несколько минут в зале вновь появился шериф, сопровождавший
Келси, который был уже в наручниках.
- Так вот, если Высокий Суд позволит, - невозмутимо продолжил Мейсон,
- пусть шериф обыщет арестованного. Думаю, что он найдет в его кармане
пачку банкнот, номера которых совпадают с теми, которые были получены мною
из банка. Вот список этих номеров. Келси полагал, что Джилли обманул его и
поэтому присвоил себе три тысячи долларов. Услышав на яхте его рассказ, он
посчитал, что тот вновь обманул его и утаил от него деньги, полученные от
миссис Бэнкрофт. Если вы помните, из-за резкого толчка яхты миссис
Бэнкрофт потеряла равновесие и нажала на курок. Естественно предположить,
что Джилли тоже не устоял и упал и что после выстрела у него хватило ума
лежать на месте, притворившись убитым. Келси обвинил его в надувательстве,
поднял револьвер, упавший на палубу, хладнокровно убил своего напарника, а
затем обыскал труп. Он был крайне разочарован и удивлен, не найдя денег.
Затем он покинул яхту, добрался на лодке до берега, сел в автомобиль,
вернулся к "Аякс-Делси", вошел через черный ход, проник в комнату Джилли и
тщательно сфабриковал доказательства, свидетельствовавшие о том, что тот
принимал пищу в последний раз у себя дома, то есть до того, как поехал на
пристань. Таким образом, ему удалось сбить с толку следователя и заставить
его поверить в то, что смерть Джилли наступила несколькими часами ранее,
чем это было на самом деле.
Судья Хобарт взглянул на съежившегося от страха Келси и приказал
шерифу:
- Обыщите этого человека. Посмотрим, есть ли у него банкноты, номера
которых совпадают со списком, предъявленным мистером Мейсоном.
25
Спустя десять минут судья Хобарт объявил:
- Номера совпадают, мистер Мейсон. Я полагаю, мистер Хастингс, у нас
вполне достаточно оснований для прекращения дела против миссис Бэнкрофт.
- Согласен, - робко сказал заместитель окружного прокурора.
- Я хотел бы кое-что пояснить, - произнес Келси.
- При сложившихся обстоятельствах, все, что вы скажете, - подчеркнул
судья Хобарт, - может быть использовано против вас. Вряд ли стоит вам
делать какие-либо заявления. Если же вы желаете этого, не забывайте, что
ваши слова могут быть использованы против вас.
- Знаю, - упавшим голосом произнес Келси. - Я только хочу сказать,
что мистер Мейсон изложил все верно, за исключением одного. Я не намеренно
убил Джилли, а в целях самообороны. Я обвинил его в обмане и в получении
денег, о которых мне не было известно. Так как он все отрицал, я заявил,
что собираюсь обыскать его. Когда я стал подходить к нему, он схватил нож
и ринулся ко мне. Тогда мне пришлось выстрелить.
- Что вы сделали затем? - спросил судья Хобарт.
- Я обыскал его и нашел немного денег, видимо, оставшихся от той
тысячи, которую он получил от миссис Бэнкрофт. Он был законченным негодяем
и, когда понял, что я собираюсь раскопать все до конца, попытался меня
убить.
- Что вы сделали с револьвером? - спросил судья Хобарт.
- Я его спрятал. Позднее, услышав, что рассказала миссис Бэнкрофт на
пресс-конференции, я вновь зарядил его, выбросил одну пулю, достал
акваланг, отправился в порт, разыскал сумочку, взял из нее деньги и
положил рядом с ней оружие. Я полагал, что при таких условиях имею полное
право на эти деньги. Ведь именно благодаря мне Джилли удалось бы получить
их.
Судья Хобарт повернулся в сторону Мейсона.
- Что же, по вашему мнению, произошло с пулей, которой выстрелила
миссис Бэнкрофт?
- Здесь может быть только один ответ, - сказал адвокат. - Она
пролетела мимо Джилли, возможно в сантиметре от его головы, а затем в
открытую дверь рубки. Вспомните: Джилли поднимал якорь, двигатель работал,
он закрепил цепь за кнехты, повернулся и вошел в рубку. Дверь ее, должно
быть, была открытой. Через нее, вероятно, и пролетела пуля.
Судья Хобарт нахмурился и задумчиво произнес:
- Это было необычайно интересное и важное дело. Подсудимую можно
поздравить с таким защитником, стратегия которого позволила в конце концов
установить подлинного убийцу. Теперь, ради удовлетворения личного
интереса, я хотел бы спросить вас, мистер Мейсон, действительно ли
свидетель Дрю Керби ошибался и с миссис Бэнкрофт вечером десятого был
другой человек?
- Да, - подтвердил адвокат. - На самом деле с ней был Ирвин Виктор
Фордайс.
- А что произошло с ним? - спросил судья.
- Не знаю. Может быть, он был убит, а может, просто бежал.
Неожиданно Харлоу Бэнкрофт поднялся со своего места.
- Если Высокий Суд позволит, я хотел бы сделать заявление, - громко
сказал он.
- Пожалуйста, - разрешил судья Хобарт.
- Я думаю, Ирвин Фордайс исчез, так как знал, что его разыскивает
полиция в связи с ограблением станции техобслуживания. Я хочу
воспользоваться этой возможностью, чтобы публично рассказать о том, что
каждый из нас называет ошибками. Я тоже совершил немало ошибок. Когда-то в
юности я украл автомобиль и за это отбыл срок в тюрьме. Затем я решил, что
на этом нужно поставить крест. Я перед всеми заявляю, что если у Ирвина
Фордайса хватит мужества прийти с повинной, я постараюсь, чтобы над ним
был свершен честный суд. Я не пожалею денег, чтобы лучшие адвокаты
защищали его. Я попрошу мистера Мейсона быть его защитником. Если Фордайс
виновен, он должен отбыть срок. Если же нет, он будет освобожден, и я
назначу его на руководящее место в одной из своих компаний, чтобы дать ему
возможность окончательно исправиться.
Журналисты, столпившись, окружили Бэнкрофта и принялись его
фотографировать.
- Я рад, - улыбнулся судья Хобарт, - что вы сделали это заявление,
мистер Бэнкрофт. Вы говорили как мужчина, и я уверен, что вы не пожалеете
об этом. Что касается вашего замечания о лучших адвокатах, я думаю, исход
этого дела говорит сам за себя. Миссис Бэнкрофт освобождается из-под
стражи. Мистер Келси арестован и будет препровожден в тюрьму. Найденные
деньги конфисковываются. Заседание суда объявляю закрытым.
Мейсон, Делла Стрит, Пол Дрейк, Харлоу Бэнкрофт, Филлис Бэнкрофт и
Розена Эндрюс собрались в кабинете Мейсона.
- Я даже не могу сказать, - произнесла, вся в слезах, миссис
Бэнкрофт, - что вы для меня сделали, мистер Мейсон.
Бэнкрофт, вынув из кармана чековую книжку, сказал:
- Я тоже не могу выразить этого словами, но попытаюсь отразить в
чеке.
- Я очень рад, мистер Бэнкрофт, - заметил Мейсон, - что у вас хватило
сил, решимости и мужества встать и сделать заявление в суде. Вы
почувствуете, что жизнь гораздо лучше, чем вы думали раньше. - Мейсон
поднялся из-за стола. - Я хочу пожать вам руку, мистер Бэнкрофт. Приятно
это сделать настоящему мужчине.
Розена внезапно поцеловала адвоката, то же самое сделала и Филлис
Бэнкрофт.
Мейсон, с помадой на щеках, с улыбкой взглянул на Деллу Стрит.
- Я единодушна с ними в чувствах, - нежно произнесла она.
Эрл Стенли ГАРДНЕР
ВЛЮБЛЕННАЯ ТЕТУШКА
Делла Стрит, доверенная секретарша адвоката по уголовным делам Перри
Мейсона, вошла в кабинет и сказала:
- Двое влюбленных голубков просят принять их без предварительной
договоренности. По их словам речь идет о жизни и смерти.
- В нашем мире все является вопросом жизни и смерти, - заметил
Мейсон. - Стоит затронуть идею о вечности жизни, то рано или поздно
придется признать и неизбежность смерти. Однако, я думаю, что посетителей
вряд ли интересуют мои философские идеи.
- Простых людей, - заметила Делла Стрит, - интересуют пение птиц,
голубые небеса, лунный свет на воде и звуки ночного ветра в ветвях
деревьев.
- Удивительное дело! - усмехнулся Мейсон. - Это инфекция. Ты
заразилась романтикой и поэзией, все признаки болезни очевидны... Черт
возьми, что могло понадобиться двум влюбленным голубкам от адвоката по
уголовным делам?
- Я им сказала, - лукаво улыбнулась Делла Стрит, - что ты, по-моему,
их примешь, несмотря на то, что они пожаловали без договоренности...
- Другими словами, возбуждено твое собственное любопытство, и ты
надумала заинтересовать меня... Они хотя бы сообщили по какому вопросу
хотят меня видеть?
- По вопросу овдовевшей тетушки и Синей Бороды!
Мейсон улыбнулся и потер руками.
- Приглашай! - объявил он.
- Сейчас? - спросила Делла Стрит.
- Немедленно! Когда у нас следующий посетитель, Делла?
- Через четверть часа, но я думаю, что он может и подождать несколько
минут. Это свидетель по делу Доулинга, тот самый, которого обнаружил
Дрейк.
- Я не хочу рисковать им, - ответил Мейсон. - А то он еще убежит у
нас из приемной... Дашь мне знать в ту же минуту, как он появится, Делла,
а пока веди сюда этих влюбленных голубков. Как их зовут?
Делла Стрит заглянула в свои записи.
- Джордж Летти и Линда Кэлхаун, - сообщила она. - Он из небольшого
городка в Массачусетсе. В Калифорнии они впервые.
- Что ж, пригласи их, - сказал Мейсон.
Делла Стрит вышла из кабинета и через минуту вернулась в
сопровождении двух молодых людей.
Мейсон оценивающе посмотрел на них, встал из-за стола, и
поздоровался.
Молодому человеку было года двадцать три - двадцать четыре, глаза у
него казались совершенно круглыми, черты лица - довольно привлекательными.
Волнистые черные волосы и тщательно расчесанные длинные бакенбарды,
обрамляющие лицо, придавали ему несколько загадочный и серьезный вид.
Девушке было на вид не более двадцати двух лет, ее ярко-синие глаза
придавали лицу невинное выражение.
Они стояли перед Мейсоном, девушка держалась рукой за своего
серьезного спутника и робко улыбалась.
- Вы - Джордж Летти? - спросил Мейсон.
Тот кивнул.
- А вы - мисс Линда Кэлхаун?
Девушка тоже утвердительно кивнула.
- Садитесь, пожалуйста, - предложил Мейсон, - и расскажите, что
привело вас ко мне?
Усаживаясь, Линда Кэлхаун посмотрела на Джорджа Летти, предлагая ему
начать первым. Однако Летти продолжал сидеть совершенно неподвижно, глядя
прямо перед собой.
- Ну? - спросил Мейсон.
- Лучше будет, если расскажешь ты, Джордж, - попросила девушка.
Летти наклонился вперед и положил локти на стол адвоката.
- Это ее тетка, - сказал он.
- И что же с ней случилось? - поинтересовался Мейсон.
- Ее собираются убить.
- Вы уверены, что кто-то собирается совершить убийство? - спросил
адвокат.
- Конечно, - сказал Летти. - Его зовут Монтроз Девитт.
- А что вам известно о Монтрозе Девитте, помимо того факта, что он,
по-вашему, потенциальный убийца? - спросил Мейсон.
На этот вопрос ответила Линда Кэлхаун:
- Ничего, потому-то мы и здесь.
- Минутку, вы оба прибыли из Массачусетса, как я понял?
- Правильно, - ответил Летти.
- Вы давно знакомы друг с другом?
- Да.
- Могу я задавать вопросы, которые покажутся неделикатными?
- Да, конечно.
- Когда приходится заниматься подобными делами, - пояснил Мейсон, -
заранее хочется быть уверенным в некоторых фактах. Уже назначена дата
свадьбы?
- Нет, - ответила девушка. - Джордж изучает право, а я... - она
всхлипнула. - Я помогаю ему в учебе.
- Ясно, - сказал Мейсон. - Вы работаете?
- Да.
Мейсон внимательно посмотрел на девушку.
- Я работаю секретаршей в юридической конторе, - сказала она. - По
моему заявлению мне был предоставлен месячный отпуск, чтобы поехать сюда.
Прежде чем выехать, я спросила у нашего старшего партнера имя лучшего
адвоката в этом штате, и он сказал, что если случится битва не на жизнь, а
на смерть, то мне следует проконсультироваться с вами.
- А дело дошло до битвы не на жизнь, а на смерть? - поинтересовался
Мейсон.
- Дойдет!
Мейсон посмотрел на Летти.
- Насколько я понимаю, молодые люди, вы прибыли сюда вместе. Могу я
узнать, как вы приехали - самолетом или...
- Я приехала на машине, - сказала девушка. - Я ехала вместе с тетей
Лоррейн, а Джордж вылетел самолетом, когда я... когда я ему позвонила.
- Когда это было?
- Вчера вечером. Он прилетал сегодня утром. У нас с ним состоялся
военный совет, и мы решили направиться к вам.
- Хорошо, - сказал Мейсон. - Будем считать, что предварительное
знакомство закончено. Как ее фамилия?
- Элмор. Э-л-м-о-р.
- Мисс или миссис?
- Миссис. Она вдова. И она... она в том возрасте, когда еще делают
глупости.
- А в каком возрасте, по-вашему, делают глупости?
- Ей сорок восемь лет, скоро будет день рождения.
- И какие же глупости она совершила?
- Она перешла всякие границы! - воскликнул Летти.
Мейсон недоуменно посмотрел на него.
- В любви! - пояснила молодая женщина.
Мейсон улыбнулся.
- Как я понимаю, люди в юном возрасте, влюбляющиеся в своих
сверстников, по вашему мнению являются вполне нормальными. Но если кто-то
старше вас позволил себе воспылать чувствами к кому-то, то вы сразу же
записываете его в совершающие безрассудства?
Линда смутилась.
- В таком возрасте, - заметил Летти, - это... смешно.
Мейсон громко рассмеялся.
- Вы оба молоды и уверены в себе. Но, как известно, молодость
проходит. Муж вашей тетушки умер, мисс Кэлхаун?
- Да.
- Когда?
- Пять лет назад. И, пожалуйста, не смейтесь над нами, мистер Мейсон.
Для нас это очень серьезно.
- Я бы сказал, - ответил Мейсон, - что ваша тетя имеет решительно все
права снова полюбить!
- Но все дело в том, как это происходит! - воскликнула Линда.
- Какой-то авантюрист собрался обобрать ее до последнего цента, -
сказал Летти.
Глаза Мейсона сузились.
- Вы - ее единственная родственница? - спросил он у Линды.
- Да.
- Вероятно, вы ее единственная наследница по завещанию?
Девушка снова покраснела.
Мейсон ждал ответа.
- Да, я думаю, что так.
- Она богата?
- У нее... накоплена довольно приличная сумма на черный день.
- На протяжении последних нескольких недель, - встрял Летти, - ее
поведение резко изменилось. Раньше она была сильно привязана к Линде.
Теперь же ее чувства отданы этому проходимцу... Вчера она поссорилась с
Линдой и чуть ли не с кулаками набросилась на нее с требованием немедленно
возвращаться в Массачусетс и не вмешиваться в ее жизнь.
- А вы почему заинтересованы в данном деле, мистер Летти? - спросил
Мейсон.
- Ну, я... мне...
- Вы влюблены в Линду и собираетесь на ней жениться?
- Да.
- И, возможно, вы рассчитываете, что деньги тети Лоррейн в будущем
достанутся вам?
- Ничего подобного! - воскликнул Летти. - Вы меня оскорбляете!
- Я задаю вам вопросы, - ответил Мейсон. - Если только мы предпримем
какие-либо действия, противная сторона вас непременно спросит о том же
самом. Причем не бесстрастно. Мне нужно подготовить вас к неприятным
вопросам в будущем.
- Пусть только попробуют бросить мне в лицо подобные обвинения, я их
быстро приведу в чувство! - ответил Летти.
- Лучше, приведите в чувство самого себя, молодой человек, - заметил
Мейсон. - Мисс Кэлхаун, я хотел бы познакомиться с фактами и
обстоятельствами дела. Не могли бы вы начать с самого начала и сообщить
мне, когда и как все началось?
- Тетя Лоррейн страдала от одиночества, - ответила Линда. - Я это
точно знаю, мне она очень симпатична. У нее никого кроме меня нет, и я
делала все, что могла.
- Разве у нее нет друзей? - спросил Мейсон.
- Ну, есть, разумеется... Но близких друзей у нее нет.
- Часто вы встречались со своей тетей?
- Я отдавала ей каждую свободную минуту, мистер Мейсон, Но я же ведь
работаю. Мне нужно также поддерживать в порядке квартиру. Я понимаю, тетя
Лоррейн хотела бы, чтобы я проводила с нею больше времени и...
- И у вас уходило много времени на свидания с Джорджем Летти? -
спросил Мейсон.
- Да.
- И ваша тетя была против этого?
- Мне кажется, что она была против него.
- Хорошо. Но что произошло с этим Монтрозом Девиттом?
- Тетя познакомилась с ним по переписке.
- "Клуб одиноких сердец"? - спросил адвокат.
- Боже мой, нет! Все-таки она не _н_а_с_т_о_л_ь_к_о_ безрассудна!
Однажды тетя Лоррейн написала в один журнал свое мнение по поводу статьи,
опубликованной в нем, а они напечатали ее письмо целиком, да еще поместили
внизу ее имя и город, в котором мы живем, только без подробного адреса.
Мистер Девитт прислал ей письмо просто на город, а почта разыскала ее
через адресный стол и вручила его. С этого и началась их переписка.
- Что произошло потом? - спросил Мейсон.
- Тогда тетя Лоррейн поддалась внезапным чувствам. Разумеется, она
никогда не призналась бы в этом даже самой себе, но я прекрасно все
видела! Она отправила ему свою фотографию, сделанную лет десять назад.
- Он в ответ прислал свою фотографию?
- Нет. Он написал, что носит на одном глазу повязку и сильно из-за
этого переживает.
- Что было дальше? - спросил адвокат.
- Он ей позвонил по междугородному телефону, после чего они часто
разговаривали, не менее двух-трех раз в неделю. Кончилось это тем, что
тетя Лоррейн решила совершить в отпуске путешествие на автомобиле... Меня
это, конечно, ничуть не обмануло, я прекрасно понимала, что у нее на уме,
но ничего не могла изменить. В то время ее просто невозможно было
остановить, дело зашло слишком далеко, этот человек ее буквально
загипнотизировал.
- И вы решили отправиться вместе с ней?
- Да.
- Вы приехали сюда вместе, и что произошло?
- Мы приехали в отель и сняли номер, она сказала, что устала с дороги
и хочет немного полежать. Я отправилась по магазинам. Когда вернулась,
тети Лоррейн не было, а на туалетном столике для меня лежала записка, что
она вернется очень поздно... Когда она пришла, я обвинила ее в том, что
она была на свидании с Монтрозом Девиттом... Она рассердилась и закричала,
что не желает иметь при себе няньку и не позволит мне обращаться с ней как
с малым ребенком.
- Ее чувства вполне понятны, - заметил Мейсон.
- Я знаю, - согласилась Линда Кэлхаун, - но это не все, есть другие
грозные факторы.
- Какие же?
- Я выяснила, что она сделала анализ крови, требуемый для получения
разрешения на брак, и обратила большую часть своих ценных бумаг в
наличные. В итоге она привезла сюда тысяч тридцать пять, не меньше.
- Не в дорожных чеках?
- Наличными, мистер Мейсон. В том-то все и дело, что она не побоялась
пуститься в путь, имея при себе такую большую сумму.
- И почему она это сделала?
- С таким же успехом я могу сама спросить вас об этом, - ответила
девушка. - Но, вообще-то, я не сомневаюсь, что это вызвано инструкциями,
полученными ею по телефону от Девитта.
- Этот Девитт представляется мне какой-то весьма неясной и темной
личностью, - сказал Мейсон. - Ваша тетя рассказывала что-нибудь о его
происхождении, роде занятий и так далее?
- Ничего. Абсолютно ничего. Она вела себя очень таинственно.
- И вы поссорились вчера вечером?
- Нет, это было позавчера. Я хочу сказать, что она от меня улизнула
позавчера, а вчера заявила, что уезжает на целый день, так что я могу
заниматься чем угодно. Вот тут-то я и попыталась урезонить ее, и она
впервые поняла, что мне известно про деньги.
- И что? - спросил Мейсон.
- И она просто вышла из себя, превратилась в гневную фурию. Заявила,
что прежде наивно воображала, будто я ее люблю ради нее самой, но теперь
поняла, что мне нужны только ее деньги и что... Еще она сказала про
Джорджа такое, что я не в силах повторить.
- Что именно? - поинтересовался адвокат.
- Я не желаю вспоминать.
- Джордж знает об этом?
- Знаю, - ответил Джордж. - В общих чертах.
- Он не знает _в_с_е_г_о_, - возразила Линда Кэлхаун.
- Она назвала его паразитом и альфонсом? - спросил Мейсон.
- Это было только началом, - ответила Линда. - В конце концов она так
разошлась... Заявила, что уж если говорить о мужчинах, то Девитт, по
крайней мере, самостоятельный _м_у_ж_ч_и_н_а_, поддерживающий сам себя, а
не прячущийся за женскую юбку. Она... О, мистер Мейсон, я не стану
пересказывать _в_с_е_г_о_ сказанного. Вы можете догадаться сами и...
- И ваша т
...Поділитися у соцмережах
