Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...поднялся на борт яхты.
- Мейсон, - тихим голосом произнес Бэнкрофт, обращаясь к адвокату, -
я собираюсь сделать заявление.
- Какое?
- Если Джилли мертв, я заявлю, что застрелил его...
- Перестаньте, - прервал его Мейсон. - Неужели вы не понимаете, что
власти штата без сомнения попытаются возбудить дело против вашей жены. Вам
следует осознать всю сложность ситуации. Вы можете заявить, что жена ваша
была в истерике, что вы заставили ее принять сильное снотворное, даже
настояли на этом, чтобы дать ей возможность успокоиться. Помните, что они
не смогут найти револьвер, из которого был произведен выстрел, так как
ваша жена уронила его во время прыжка в воду.
- Но разве они не в состоянии разыскать место, где она прыгнула,
послать туда водолаза и найти револьвер? Ведь там неглубоко.
- В любом случае ваша жена должна молчать. Она и без того далеко
зашла. Я не думал, что так обернется дело, но в нынешней ситуации - это
единственный выход. Если понадобятся ее показания, я дам ей знать об этом.
Но помните, что ваша жена поднялась на яхту с Ирвином Фордайсом. Полиция
же обнаружила яхту, когда того там уже не было, но на палубе лежал труп
Джилли. Они не смогут выдвинуть против вашей жены никаких обвинений, пока
не найдут Фордайса и не допросят его.
- А что произойдет, если им удастся это сделать?
- Тогда дело окажется чрезвычайно запутанным, - ответил Мейсон. - Вам
следовало прошлой ночью позвонить мне, а затем в полиции изложить весь
рассказ вашей жены о том, как в целях самообороны она выстрелила, не зная
точно, убила противника или нет.
- Она уверена, что убила его. Он упал и не двигался. Очевидно, он был
сражен наповал. Она...
В этот момент вернулся помощник шерифа и произнес:
- Положение очень сложное. На борту яхты - труп мужчины. Он,
вероятно, был убит всего несколько часов назад. Очевидно, пуля попала ему
прямо в сердце.
- Это усложняет положение, - сказал Мейсон.
Представитель власти подозрительно посмотрел на адвоката.
- Странно, - заметил помощник шерифа, - почему владельца похищенной
яхты сопровождает один из ведущих адвокатов штата по уголовным делам?
Мейсон усмехнулся.
- Это долгая история.
- Может быть расскажете?
- Нет.
- Мы добудем необходимые факты. Так или иначе, но мы это сделаем.
- Когда был убит этот мужчина? - прервал его Мейсон.
- Очевидно, несколько часов тому назад, пока еще не ясно. Сейчас я
должен сделать доклад шерифу, наложить арест на яхту, затем мы отправимся
на пристань, где с помощью технического персонала тщательно осмотрим
судно. Предупреждаю вас, что все, что вы потом скажете, может быть
использовано против вас.
- Вы уберете яхту отсюда? - спросил Мейсон.
- Мы вынуждены это сделать, - ответил помощник шерифа. - На пристани
дактилоскописты, фотографы и эксперты осмотрят яхту.
Мейсон хотел что-то сказать, но сдержался.
- Это в вашей власти, - произнес он наконец.
- Может быть, хотите сделать какое-нибудь заявление? - спросил
помощник шерифа.
Адвокат отрицательно покачал головой.
- А вы? - обратился помощник к Бэнкрофту.
- Подождем результатов осмотра яхты, - ответил за миллионера Мейсон.
- Все происшедшее для нас чересчур неожиданно.
- А мне кажется, - заметил помощник шерифа, - что вы, напротив, очень
подготовлены к подобным неожиданностям.
13
Только в шесть часов вечера Бэнкрофт и Мейсон вышли из конторы
шерифа. Деллу Стрит отпустили через несколько минут после того, как яхта
была доставлена к пристани.
Сидя в машине, миллионер вслух предавался своим размышлениям.
- Как вы думаете, они уже допросили мою жену? - спросил он Мейсона.
- Разве вам не понятно, почему они нас так долго держали? Они,
безусловно, уже допросили и вашу жену, и вашу падчерицу, и ваших слуг.
- Я очень просил жену не давать никаких показаний. В случае чего -
заявить, что она будет говорить только в моем присутствии.
- Вам следовало бы позвонить мне вчера вечером, - напомнил ему
Мейсон. - Вместо этого вы стали давать жене советы. По правде говоря, я не
доволен всем происшедшим.
- Я вас не понимаю.
- Мне кажется, - пояснил Мейсон, - что вы мне не все рассказали.
После некоторого молчания Бэнкрофт произнес:
- Да, Мейсон, вы вынуждены играть вслепую. Прокуратура попытается
обвинить во всем мою жену, но они не смогут ничего доказать, и мне
кажется, что они не смогут возбудить дело и против меня. Вы же должны
доказать, что никто из нас не имеет никакого отношения к событиям
вчерашнего вечера. Пускай полиция попытается сделать невозможное.
- Иногда полиции, - заметил Мейсон, - необычайно везет.
- Я знаю, но мне кажется, что вряд ли с теми фактами, что у них
имеются, они смогут что-нибудь доказать. А вот как только у них окажутся
отпечатки пальцев Джилли, они сразу же узнают, что он бывший заключенный
и, возможно, шантажист.
- И затем свяжут его смерть с письмом шантажистов, обнаруженным в
кофейной банке, - заметил адвокат. - Что тогда?
- Тогда, - сказал миллионер, - у них будут только голые факты:
наличие трупа шантажиста и подозреваемой женщины, его возможной жертвы.
Им, однако, не удастся доказать, что у моей жены или у меня были
какие-либо личные контакты с Джилли.
- Что ж, будем надеяться, - произнес Мейсон.
- Обычно, - продолжал Бэнкрофт, - когда человек невиновен, он честно
и откровенно все рассказывает в полиции. Иногда ему верят, иногда - нет.
Если же он виновен, он молчит и дает возможность полиции самой добывать
все необходимые факты.
- Ну и что?
- А то, - пояснил Бэнкрофт, - почему бы невиновному не
воспользоваться теми лазейками, которые открыты для виновного. Своим
молчанием и своей надеждой на то, что они сломают шею, прежде чем добьются
каких-либо результатов, мы даем полиции возможность делать шаг за шагом.
- У меня нет выбора, - заметил Мейсон. - Если бы вы позвонили мне
вчера вечером, когда вернулась домой ваша жена, мы бы выдвинули версию о
самозащите, и она была бы достаточно убедительной. Сейчас слишком поздно
выдвигать эту версию, если, конечно, ваша жена не пытается кого-то
покрыть. Таково положение дел.
- Что ж, но все-таки придется воспользоваться моей стратегией.
- Хорошо, но я сделаю это только при одном условии, - неожиданно
произнес адвокат.
- Каком?
- Если вы мне откровенно расскажете, что в действительности произошло
вчера вечером?
- Я же рассказал вам.
- Нет. Вы кое-что опустили. Вы что-то скрыли. Мне же нужно знать
правду.
- Вы не сможете защищать нас, если будете все знать.
- Человек всегда имеет право на защиту в суде, - сказал Мейсон, -
каковы бы ни были обстоятельства. Я не смогу защищать вас, если _н_е
б_у_д_у_ все знать.
- Хорошо, - произнес Бэнкрофт. - Я думаю, вам все равно станет о них
известно. Насквозь промокшая, моя жена приехала домой и затем рассказала
мне следующее: она решила предоставить Ирвину Фордайсу нашу яхту, так как
была уверена, что на ней его никто не будет искать и что мы сможем
избавиться от него, по крайней мере до свадьбы, а, возможно, даже до тех
пор, пока все не утрясется. Филлис приехала к нему домой, привезла его в
порт, поднялась с ним на яхту, вновь поехала в город - на этот раз за
деньгами, и потом опять вернулась к лодке. На яхте есть провизия. Мы
всегда хранили на ней много консервов, так что без захода в порты на яхте
можно было спокойно добраться до Каталины или Энсенады и вести беззаботную
жизнь яхтсмена.
- Продолжайте, - сказал Мейсон, когда Бэнкрофт замолчал. - Расскажите
мне о том, что произошло:
- После того как Филлис раздобыла деньги и вернулась к яхте, там не
было никаких признаков Фордайса. Вместо него на борту оказался Джилли,
который явно собирался убить мою жену. Тогда она выхватила револьвер из
сумочки, полагая, что он поднимет руки. Он же двинулся на нее. В этот
момент яхта наскочила на мель. Филлис невольно нажала на курок. Джилли
замертво упал у ее ног. Филлис прыгнула за борт, поплыла к берегу, а затем
помчалась в машине домой, где и рассказала мне о происшедшем. И вот
тогда-то я совершил ошибку. Она была в истерике. У меня есть сильный
наркотик, который я иногда принимаю в случае острой боли в желудке. Я
заставил ее принять это лекарство, чтобы она заснула. Я сказал ей, что мы
обо всем расскажем в полиции утром, когда она почувствует себя лучше.
- Что было потом? - спросил Мейсон.
- Я поехал в порт.
- И поднялись на яхту?
- Дело в том, что яхты не оказалось там, где Филлис ее бросила.
- Что вы намеревались делать потом?
- Я хотел выйти в открытый океан и сбросить там тело Джилли. Вам я
ничего не собирался говорить. Никто не смог бы установить связи Джилли с
моей женой или со мной лично.
- Итак, вы не нашли вашей яхты?
- Да, она исчезла. Вы же помните, что был прилив, а когда яхта
наскочила на мель, был отлив. Прилив снял яхту с мели и вынес ее в
открытый океан, и я не смог ее обнаружить из-за сильного тумана. Я был
абсолютно беспомощен. Я искал яхту два или три часа, а затем, совершенно
изможденный, вернулся домой.
- Хорошо. Я очень рад, - сказал Мейсон, - что вы наконец рассказали
мне всю правду, но вы уже сожгли все мосты. Если бы ваша жена сразу же
отправилась в полицию, она могла бы там все рассказать. Ее действия
рассматривались бы как самозащита. Все звучало бы довольно убедительно.
- А разве она не может этого сделать сейчас? Она же не знала, что у
меня было на уме.
- Конечно знала, - мрачно заметил Мейсон. - И не пытайтесь убедить
меня в обратном.
- Ну, хорошо, - согласился Бэнкрофт. - Она все знала. Я ей рассказал
о том, что собираюсь сделать, и приказал молчать и ничего не говорить, что
бы ни произошло.
- Будем надеяться, что она последует вашему совету. Придет время, и
она все расскажет, а пока давайте представим это дело так, как будто это
работа шантажистов, а ваша жена пожертвовала собой в чьих-то интересах.
Сейчас поезжайте домой. Там вы узнаете, что пока нас держали в конторе
шерифа, был подписан ордер на обыск в вашем доме, который уже проведен...
В чем дело?
- О боже! - воскликнул Бэнкрофт. - Одежда жены, пропитанная морской
водой!.. Она бросила ее в чулан. Я не подумал об этом...
- А ваша жена? Что она скажет полиции?
- Ничего. Она мне обещала, что в мое отсутствие, что бы ни произошло,
даже появление полиции, она не произнесет ни слова.
- Ей придется трудновато, - заметил Мейсон.
- Не беспокойтесь, - заверил его миллионер, - она выдержит.
- А ваша падчерица?
- Она ничего не знает о происшедшем.
- Хорошо. Я поехал в свой офис. Отправляйтесь домой. Держите меня
постоянно в курсе событий.
Когда Мейсон вернулся в контору, его уже ждала Делла Стрит:
- У тебя в приемной посетитель.
- Кто?
- Человек, которого ты, по-моему, захочешь видеть - Джетсон Блэр.
- Тот самый, который собирается жениться на Розене Эндрюс?
Она утвердительно кивнула головой.
- Что он из себя представляет?
- Нормальный молодой человек - чисто выбритый, спокойный, с
прекрасными манерами. Похож на принца.
- Я смотрю, - улыбнулся Мейсон, - он тебя просто очаровал.
- Да. Думаю, подобное же впечатление он произведет и на тебя.
- А почему он желает видеть именно меня?
- Он сказал - по сугубо личному делу. Я не стала расспрашивать.
- Хорошо, пусть войдет. Мы сейчас все выясним, а затем сходим
куда-нибудь перекусить.
Делла вышла в приемную и возвратилась в сопровождении Джетсона Блэра,
высокого, атлетического сложения молодого мужчины с резкими чертами лица,
кудрявыми темными волосами и спокойными глазами.
- Что вас привело ко мне? - спросил Мейсон. - Ведь уже довольно
поздно и...
- Да, я знаю, - прервал его Блэр. - Мне даже пришлось вас ждать.
Прошу прощения, что появился в столь неудобное и необычное время, но, в
конце концов, мое дело тоже необычное.
Мейсон в согласии кивнул головой.
- Присаживайтесь, - произнес адвокат. - Что ж, посмотрим, что мы
можем сделать.
- Я достаточно много слышал от различных людей и понял, что к чему.
- Продолжайте.
- Это письмо шантажистов предназначалось Розене. Это была их первая
попытка выжать кое-какие деньжата из ситуации, которая могла принести
много неприятностей.
- Что это за ситуация?
- Дело в том, что мой брат, Карлетон Блэр, как мне кажется, - жив.
Он, вероятно, замешан в делах, которые могут принести немало неприятностей
нашей семье. Поэтому, когда в газетах я увидел сообщение о происшествии на
озере Мертисито, связанном с вымогательством, я сразу же сообразил, что к
чему.
- Объясните, что вы хотите от меня?
- Дело в том, что я люблю Розену, и она, как мне кажется, тоже любит
меня. Я просто хочу, чтобы вы знали, что в нашей семье спокойно отнесутся
к тому факту, что один из Блэров - паршивая овца. Шантаж ничего не решает.
Я не желаю платить вымогателям только ради того, чтобы пощадить чувства
кого-нибудь из членов нашей семьи. Если Харлоу Бэнкрофт и его жена
опасаются, что не смогут пережить подобного скандала, тогда, если
понадобится, свадьба будет отложена или помолвка будет расторгнута. Если
же они в состоянии его перенести, то я тоже.
- А члены вашей семьи? - спросил Мейсон.
- У них точно такое же отношение. Шантаж сам по себе ничего не решает
и ни к чему не приведет.
- А вас пытались уже шантажировать?
- Не знаю, - задумчиво произнес Джетсон Блэр. - Но кто-то звонил и
спросил, что я скажу, если мой брат вдруг окажется жив. Звонок был
каким-то загадочным. Я дал уклончивый ответ.
- Назначались ли какие-нибудь суммы? Угрожали вам опубликовать эту
информацию? - спросил Мейсон.
- Нет. Ничего подобного. Это был какой-то странный телефонный
разговор, который закончился так же неожиданно, как и начался.
- Вы говорили об этом с Розеной?
- Нет. Я хотел увидеть ее, но сперва мне хотелось поговорить с вами.
Я хотел сказать вам, что, каково бы ни было положение, я не пойду на
поводу у преступников.
- Почему же вы пришли именно ко мне?
- Потому что из разговора с Розеной я понял, что вы защищаете
интересы их семьи.
- Почему вы все не рассказали Розене?
- Я хотел это сделать вчера вечером, но не смог с нею встретиться.
- Не смогли? Почему? Где вы искали ее?
- В их городской квартире и на озере.
- И ее там не было?
- Нет.
- А она не говорила вам, что собирается куда-нибудь пойти?
- Нет.
- Вы не знаете, где она была?
- Я звонил ей сегодня днем, мистер Мейсон, и она мне сказала, что
произошло что-то ужасное, о чем она сейчас не в состоянии говорить.
- Кстати, - заметил адвокат, - где _в_ы_ были вчера вечером?
- Сперва я позвонил ей по телефону, затем поехал к ним на виллу, а
потом к ним на городскую квартиру.
- Вы были в яхт-клубе?
После некоторого замешательства Блэр посмотрел адвокату прямо в
глаза.
- Да, - еле слышно произнес он.
- И что же вы увидели?
- На стоянке у яхт-клуба я увидел машину миссис Бэнкрофт, но
безуспешно пытался разыскать ее или их яхту. Я пришел к выводу, что она
решила прогуляться на яхте по заливу. Я также подумал, что Розена, видимо,
вместе с матерью. Вскоре, путем расспросов, я узнал, что миссис Бэнкрофт
была в яхт-клубе с молодым человеком. Я проехал по берегу залива. Когда
вернулся, машины Бэнкрофтов уже не было. К этому времени опустился густой
туман и ничего не было видно.
- Кто-нибудь был с вами?
- Нет. Я был один.
- Когда вы вернулись домой?
- Довольно поздно.
Мейсон тяжело вздохнул.
- Хорошо, - устало сказал он. - Вас, возможно, будут допрашивать в
полиции. Не пытайтесь ничего скрывать из того, что вам известно, только
ничего не говорите им о своих предположениях. Просто изложите факты.
- В полиции? А какое это имеет к ним отношение? Они будут допрашивать
меня в связи с этим шантажом?
- Они будут выяснять, что вы делали вчера вечером, что вам известно и
куда вы ездили. Они будут интересоваться всем, что говорили вам члены
семьи Бэнкрофтов.
- И что я должен им сказать? - спросил Джетсон Блэр.
- Правду. Только молчите о своих выводах. Изложите им голые факты, а
заключения пускай они делают сами.
- Полиция занимается этим делом о вымогательстве? - спросил Блэр.
- Нет. Она расследует другое преступление.
- Другое?! Что вы хотите этим сказать? Что, произошло еще что-нибудь?
- Да. Убийство, - произнес адвокат, глядя прямо в глаза молодого
человека.
Какое-то мгновенье Блэр был в оцепенении. Затем лицо его побледнело.
- Убийство?
- Да, - повторил Мейсон.
- Но кто?.. Что?..
- Кто-то вчера вечером на яхте Бэнкрофтов вышел в залив. Яхта
какое-то время дрейфовала, а затем бросили якорь у песчаного берега
залива. Когда сегодня днем помощник шерифа поднялся на ее палубу, он
обнаружил там труп.
- Труп! - воскликнул Блэр. - О боже! Неужели кто-нибудь из
Бэнкрофтов! Не...
- Нет, - прервал его Мейсон. - Тело молодого человека. Это оказался
парень с преступным прошлым.
- Вы хотите сказать - Карлетон?
- Нет. Кто-то другой.
- Но как его тело оказалось на борту яхты?
- Вот здесь-то и вся загвоздка. Вы сообщили мне информацию, которую
считали нужным сообщить, то же самое сделал и я.
Мейсон поднялся.
- До свидания. Рад, что вы пришли ко мне.
После некоторого колебания молодой человек протянул руку адвокату.
Она была влажной и холодной.
- Всего хорошего, мистер Мейсон, - произнес он и пошел к выходу.
Делла Стрит открыла ему дверь, и он вышел с видом человека, делающего
первый шаг в камеру смертников.
Утренние газеты пестрели заголовками:
"На яхте миллионера обнаружен труп. Предполагают связь убийства с
шантажом".
Вся эта история драматическим образом отразилась на семье Бэнкрофтов.
Их молчание рассматривалось как желание скрыть причины вымогательства.
Когда Мейсон пришел в контору, Делла Стрит положила перед ним на стол
утренние газеты.
- А пресса неплохо действует, - заметила она. - В полиции пока никого
из Бэнкрофтов не связывают впрямую с убийством, но их молчание связывают с
делом о шантаже.
- Так, - произнес адвокат.
- Да, вас в приемной уже пятнадцать минут ожидает мистер Бэнкрофт.
- Пусть войдет. Посмотрим, что он скажет нового.
По лицу миллионера было видно, что он провел бессонную ночь. Лицо его
было серым от усталости, под глазами - мешки.
- Тяжело? - спросил Мейсон.
- Да, - ответил Бэнкрофт. - К счастью, жена оказалась достаточно
мужественной женщиной. Она заявила, что будет отвечать на вопросы только в
присутствии мужа и его адвоката.
- А вы?
- Я сказал то же самое.
- Как вы объяснили причины вашего молчания?
- Я просто сообщил, что есть вещи, которые мы не собираемся обсуждать
в настоящее время, что в нужное время и в нужном месте мы это сделаем.
- Отлично. Теперь нужно браться за дело.
- Что необходимо сделать?
- Мы должны найти револьвер.
- Вы что, с ума сошли! - воскликнул Бэнкрофт. - Это вещественное
доказательство, которое ни в коем случае не должно попасть в руки полиции!
Револьвер зарегистрирован на мое имя, и если баллистическая экспертиза
покажет, что из него совершен выстрел...
- Успокойтесь. Я же не сказал, что мы должны достать оружие, мы
должны найти его.
- Вы хотите сказать - разыскать и...
- Да, и оставить на месте. Так сказать, на "холодном хранении".
- Как вы собираетесь это сделать?
- Я думаю взять морскую карту, - пояснил Мейсон, - и установить
точное местонахождение яхты в злополучную ночь. Пол Дрейк выедет на место
с водолазом, который исследует дно.
- И если он найдет револьвер и сумочку?..
- Он не произнесет ни слова. По крайней мере, до тех пор, пока я ему
не разрешу это сделать.
- Разве он не должен об этом поставить в известность полицию?
- Он не будет знать, для чего это делается. Он просто исследует дно
залива в том месте.
- Но нам-то известно, что эти вещи там, - заметил Бэнкрофт. -
Следовательно, не нужно этого подтверждать.
Мейсон спокойно на него взглянул.
- Вам об этом сказала ваша жена, а мне нужно быть в этом уверенным.
- Вы сомневаетесь в ее словах?
- Когда я занимаюсь делом об убийстве, я сомневаюсь во всем и во-всех
- даже в вас.
- Но, - запротестовал миллионер, - почему вам необходимо знать, что
револьвер и сумочка именно там?
- Потому, - пояснил адвокат, - что, если вашей жене придется давать
показания в суде, мы потребуем от шерифа послать на указанное место
водолаза и найти предметы, подтверждающие ее слова.
- Тогда мы это и сделаем.
- Нет. Если я выдвину подобное требование, и водолаз там ничего не
обнаружит, считайте, что вашу жену уже приговорили к смерти.
- Но я уверяю вас, что они там. Они должны там быть! Филлис прыгнула
в воду, сумочка соскользнула с ее руки. Она абсолютно уверена, где
прыгнула, и...
- Она ничего не скажет на суде, если, конечно, ее не заставят. Если
же ее вынудят давать показания, я должен быть уверен, что смогу их
подтвердить фактами.
- Но когда они найдут оружие... Разве вы не понимаете, Мейсон, что
револьвер зарегистрирован на мое имя, и экспертиза докажет, что роковой
выстрел был произведен из него. Это прямо указывает на Филлис.
- Или на вас, - добавил Мейсон.
Бэнкрофт задумался, а затем произнес:
- Сколько времени понадобится Дрейку для этих поисков?
- Это будет сделано сегодня вечером, под прикрытием темноты, но мне
нужна карта, с указанием точного расположения яхты в тот момент, когда
ваша жена прыгнула за борт.
Бэнкрофт неожиданно вздохнул свободнее.
- Вам она понадобится вечером?
- Нет, значительно раньше. Дрейк не может вести розыск ночью.
- Хорошо, - сказал Бэнкрофт, - карта будет у вас.
Примерно около полудня в дверь кабинет Мейсона раздался условный стук
Пола Дрейка.
- Полиция завязла в этом деле, - сообщил детектив. - Они даже не
знают, с чего начать.
- А что им удалось узнать? - спросил Мейсон.
- Во-первых, отпечатки пальцев Уилмера Джилли им, безусловно, кое-что
дали. Выяснилось, что это мелкий мошенник, вор, который был некогда
осужден, никогда не привлекался за вымогательство, но мог легко заняться и
этим. Затем они обыскали комнату Джилли. Как ты думаешь, что они там
нашли?
- Портативную печатную машинку марки "Монарх", - сказал Мейсон.
- Да, и экспертиза показала, что письмо шантажистов было отпечатано
на ней. Так что сейчас они связывают это письмо с Бэнкрофтами, а тех - с
Джилли. Им удалось выяснить и еще кое-что.
- Что именно?
- Что в тот день, ранним вечером, миссис Бэнкрофт была в яхт-клубе
вместе с Джилли.
- Стоп! - воскликнул Мейсон. - Не с Джилли, а с другим человеком!
- Сторож клуба опознал фотографию Джилли. Его собираются отвезти в
морг для опознания трупа.
Мейсон нахмурился.
- Это разрушает твои планы? - спросил Дрейк.
- Да. Миссис Бэнкрофт, возможно, и была на пристани с молодым
человеком, но это был не Джилли... Надо сделать следующее, Пол. Некий
человек по имени Ирвин Фордайс отбыл срок в тюрьме "Сан-Квентин".
Раздобудь его фотографии и покажи их сторожу в яхт-клубе и спроси его, не
был ли, случайно, этот человек с миссис Бэнкрофт.
- Но сторож уже дал конкретные показания, - заметил Дрейк.
- Что говорят о времени смерти? - хмуро произнес адвокат.
- Она наступила в девять часов вечера.
- Вот как? Они не могут точно установить час, поскольку тело было
обнаружено только примерно восемнадцать часов спустя.
- Они произвели исследование желудка Джилли. Вечером, в день
убийства, он ел бобы, которые сам разогрел дома на плите. Он, видимо,
сильно торопился, поэтому и не убрал после себя. Часть бобов осталась в
консервной банке, часть на сковородке, которую он не вымыл. По степени
переваренности пищи в желудке удалось установить время смерти. При этом
также учитывались температура тела, степень трупного окоченения и прочие
параметры.
- Нашли орудие убийства?
- Нет, но они уверены, что это дело рук кого-нибудь из Бэнкрофтов.
Харлоу Бэнкрофту было выдано разрешение на револьвер тридцать восьмого
калибра, который, похоже, исчез.
- Пока они не найдут этого револьвера и не докажут, что выстрел
произведен из него, они не смогут обвинить Бэнкрофтов в убийстве, -
заметил Мейсон, - и доказать их связь с Джилли. Человек же в яхт-клубе
ошибается. Принимайся за дело немедленно, Пол. Достань фотографии Ирвина
Фордайса и займись сторожем в клубе. Нужно опровергнуть его показания,
иначе нам придется плохо.
- Боюсь, что нам не удастся это сделать.
- Посмотрим. Да, Пол, мне также нужен аквалангист-любитель,
энтузиаст, человек, на которого можно положиться. Я хочу, чтобы он
проделал кое-какую работу.
- У меня есть такой человек, - задумчиво произнес Дрейк. - Он вместе
с женой по воскресеньям...
- Задействуй их обоих, - прервал его Мейсон.
- Когда?
- Немедленно.
Дрейк тревожно взглянул на адвоката.
- Ты хочешь, чтобы они нашли какие-то вещественные доказательства,
Перри?
- Им не придется делать ничего противозаконного, так что пусть это
тебя не беспокоит.
- Хорошо. Мы сделаем все, что в наших силах.
Как только Дрейк вышел из кабинета, адвокат повернулся к секретарше:
- Делла, немедленно отправляйся в банк и сними с моего счета еще три
тысячи долларов в пятидесяти и стодолларовых банкнотах. Пусть банкир
запишет их номера.
- Их безусловно заинтересует, - заметила Делла, - что происходит,
почему мы второй раз снимаем три тысячи долларов и почему каждый раз
просим записать номера банкнот.
- Я знаю, но когда дело касается борьбы за жизнь, все методы хор
...Поділитися у соцмережах
