Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...нтору и позвонить - семь секунд. В общем и целом, она
дала точные показания. Самое большее, у нее на все ушла минута и десять
секунд.
- У меня есть еще для тебя задание, Пол. Съезди к телефонной будке,
расположенной в трех кварталах от мотеля. Засеки время от выезда с
территории мотеля. Позвони мне из той будки и скажи, сколько времени
прошло до того момента, как ты услышишь мой голос. Я жду у аппарата.
- Ладно. А потом я отправляюсь обедать. Я умираю с голоду. А вы с
Деллой, как я предполагаю, уже сидите там сытые и довольные.
- Мы и не довольные, и не сытые. А сижу я на краю сука и не уверен,
что в ближайшее время не появится кто-то с огромной острой пилой.
Приступай к заданию, Пол.
Сыщик перезвонил через четыре минуты.
- Привет, Перри. Дорога от въезда на территорию мотеля до будки
занимает ровно две минуты. Я припарковал машину, зашел, набрал твой номер
и ты ответил.
- Значит, звонила не Дайанн, - резюмировал Мейсон. - Или здесь что-то
не так с временным фактором.
- Она последняя видела Боринга живым, - сухо заметил Дрейк. - Ты,
конечно, можешь запутать Дилларда, но это будет лишь техническая промашка.
Факты говорят сами за себя.
- Конечно, время ухода Дайанн можно проверить еще через несколько
моментов, а время прихода фиксируется только по часам Дилларда, -
размышлял вслух Мейсон. - Предположим, Диллард ошибся, проверяя часы не по
радиосигналу, а по настенным часам в административном здании мотеля?
- А это поможет, если ты докажешь подобное? - спросил Дрейк.
- Все поможет, Пол. Я имею в виду все, что прояснит ситуацию.
- Или запутает ее. Ладно, я пошел обедать, - заявил Дрейк.
Мейсон повесил трубку и повернулся к Делле Стрит.
- Две минуты, - сообщил адвокат.
- Таким образом, временной график Дилларда смещается на четыре
минуты?
- Где-то так.
- Он смотрел на часы в темноте и, в общем-то, мог допустить ошибку, -
заметила Делла Стрит.
- Это жизненно важно - что касается Дайанн.
- Конечно, появляются сомнения, - заметила секретарша, - но ведь она
находилась в домике, по меньшей мере, десять минут, даже если Диллард и
ошибся.
- Дайанн утверждает, что нет.
- Но она признает, что оставалась достаточно долго, чтобы найти
контракт. Она только _п_р_е_д_п_о_л_а_г_а_е_т_, сколько времени ушло на
поиски.
- Меня раздражает полная уверенность окружного прокурора,
действующего на основании мнения о том, что это просто еще одно рутинное
дело об убийстве, по которому проводится предварительное слушание, и нет
резона не разобраться с ним за полдня.
- Основная проблема заключается в том, врет ли Винлок, - решила Делла
Стрит. - Не исключено, что вся их семейка пытается защитить сына миссис
Винлок, который и нанес смертельный удар. В общем-то, несоответствия в
записях Дилларда не играют особой роли.
- Мне предоставляется возможность разбить версию окружного прокурора
в пух и прах, добиться оправдания Дайанн и в то же время получить для нее
кругленькую сумму в качестве урегулирования имущественных споров. Если я
пойду на это, Винлок заявит, что я занимался подстрекательством к
лжесвидетельству - или окажется в таком положении, что в любой момент
сможет щелкнуть кнутом, поскольку я попаду в его власть.
- А что произойдет, если ты не сделаешь того, что тебе предлагается?
- спросила Делла Стрит.
- Дело Дайанн передадут в следующую судебную инстанцию. Она останется
в тюрьме до нового слушания - теперь уже перед присяжными. Ни о каком
залоге в деле об убийстве не может идти и речи. Ко времени следующего
слушания миссис Винлок не только снимет с повестки дня свое предложение,
но и поклянется, что никогда его не делала. Это будет слово Дайанн против
большого количества косвенных улик и против слова очень влиятельного
человека, Джорджа Д.Винлока. Затем я представлю драматическую новость,
которая удивит всех: Винлок - отец девушки и дает показания против нее,
чтобы спасти свою шкуру. Я выступлю перед присяжными с массой аргументов -
и, скорее всего, Дайанн обвинят в непредумышленном лишении человека жизни,
а не в убийстве третьей степени. Это лучшее, на что я могу надеяться. Черт
побери!
Делла Стрит, понимавшая, в каком положении оказался адвокат, с
беспокойством смотрела на него.
17
- Продолжается предварительное слушание по делу по обвинению Дайанн
Алдер, - объявил судья Талент. - Вы обещали дать знать Суду, мистер
Мейсон, намерены ли вы представлять свою версию.
- Рассматривается трудный вопрос. Возникли кое-какие осложнения, о
которых я в данный момент не могу говорить. Они вызывают беспокойство у
защиты относительно пути, который следует избрать.
Окружной прокурор Леланд вскочил на ноги.
- Я возражаю против того, чтобы защите предоставлялось дополнительное
время. Его и так уже было достаточно, - закончил он.
- Я не прошу дополнительного времени, - заявил Мейсон, - однако, мне
хотелось бы прояснить один вопрос, касающийся временного фактора. Мне
необходимо продолжить перекрестный допрос свидетеля Муза Дилларда.
- У вас есть возражения? - повернулся судья Талент к Леланду.
- Несколько, Ваша Честь. Диллард, фактически, является враждебно
настроенным свидетелем. Он работает на адвоката защиты. Он неохотно давал
показания и делал это таким образом, чтобы представить все факты в пользу
защиты. Перекрестный допрос закончен, я возражаю против повторного вызова
свидетелей мистером Мейсоном. Это противоречит общепринятой процедуре.
- Вопрос остается на усмотрение Суда, - заметил судья Талент. - Вы не
могли бы обосновать свое заявление, мистер Мейсон?
- Конечно. Диллард утверждает, что обвиняемая находилась в домике,
который занимал Боринг, с девяти до девяти двенадцати. Однако, в учетной
документации зафиксировано, что в полицию позвонили в девять тринадцать,
что означает, что администратор мотеля заходила в домик, по крайней мере,
в девять двенадцать. Администрацию, в свою очередь, о происшедшем
поставила в известность какая-то женщина, позвонившая...
- Достаточно, мистер Мейсон, - перебил судья Талент. - Суд
заинтересован в отправлении правосудия. Я удовлетворяю вашу просьбу.
Мистер Диллард, вернитесь, пожалуйста, на место дачи показаний.
Диллард снова оказался в свидетельской ложе.
- Взгляните, пожалуйста, в ваши записи, мистер Диллард, потому что я
хочу задать вам несколько вопросов относительно временного фактора. Я
попрошу окружного прокурора передать вам блокнот.
Леланд неохотно выполнил просьбу Мейсона.
Адвокат встал рядом с Диллардом.
- Это какие-то каракули, а не цифры, - заметил Мейсон. - Как вы
объясните, что они так неаккуратно нацарапаны?
- Я сидел у окна и писал цифры в темноте, - ответил Диллард. - Я не
включал свет.
- И вы также в темноте смотрели на часы, чтобы определить время?
- У меня циферблат с подсветкой.
- Вы полностью исключаете возможность, что могли ошибиться на пять
минут?
- Конечно. Я прекрасно видел стрелки часов.
- А на две минуты?
- Нет.
- На одну?
- Я сформулирую свой ответ следующим образом, мистер Мейсон: я не
видел секундную стрелку, однако, часовую и минутную видел прекрасно. Я мог
- повторяю, мог - ошибиться на полминуты или три четверти минуты, но никак
не на целую.
- Если обвиняемая вышла из домика, села в машину, доехала до
телефонной будки, позвонила администрации мотеля, администраторша
направилась в домик Боринга, чтобы лично убедиться, что с постояльцем
случились неприятность, вернулась и сообщила в полицию, совершенно
очевидно, что полиция не могла зарегистрировать звонок в девять
тринадцать, если Дайанн вышла из домика в девять двенадцать.
Диллард молчал.
- Я вижу, что, хотя остальные цифры у вас в блокноте - просто
неразборчивые каракули, слова "блондинка заходит в домик", номер ее
автомашины - TNN-148, и время - 21:00, написаны очень аккуратно. Также
аккуратно выведено "блондинка выходит из домика" и время - 21:12. Вы в
состоянии это объяснить?
- Ну... я, наверное, подвинулся к тому месту, где было лучше
освещение.
- В таком случае, вы не писали эти цифры, когда обвиняемая выходила
из домика. Не исключено, что вы внесли их в блокнот гораздо позднее.
- Нет, я записал их примерно в то время.
- Примерно в то время или в то время?
- В то время.
- Ваша Честь, - поднялся со своего места Леланд, - перекрестный
допрос выходит за рамки допустимого законом. Вопрос уже задавался, на него
получен ответ, адвокат защиты пытается спорить со свидетелем и давить на
него.
- Сложилась несколько странная ситуация, - заметил судья Талент. - Я
хотел бы поинтересоваться у адвоката защиты, на самом ли деле он считает,
что именно обвиняемая звонила администрации мотеля и сообщила, что с
постояльцем десятого коттеджа не все в порядке?
- Я считаю, что, не рискуя интересами обвиняемой, я могу ответить на
этот вопрос таким образом, что представляется, что именно обвиняемая
звонила администрации мотеля, а даже если звонило и другое лицо, в любом
случае временной фактор является решающим.
- Она не могла звонить администратору, - заявил Леланд. - Это
определенно сделал кто-то другой, а адвокат защиты пытается
воспользоваться сложившейся странной ситуацией в отношении временного
фактора, и настаивает, что звонила его клиентка.
Мейсон, изучавший блокнот Дилларда, казалось, не обратил никакого
внимания на слова окружного прокурора.
- Мистер Мейсон, прозвучало возражение, - заметил судья Талент. - Вы
намерены сказать что-нибудь по этому поводу?
- Нет, Ваша Честь.
- Я считаю, что вопрос уже задавался и на него получен ответ.
Возражение принимается, - постановил судья Талент.
Мейсон повернулся к Дилларду:
- Хорошо, я задам вам вопрос, который еще не задавался и на который
ответ пока не получен, мистер Диллард. Разве не является фактом то, что вы
внесли эту запись касательно обвиняемой, номер ее автомашины и время ухода
до того, как обвиняемая вышла из домика? И вы в то время сидели за столом
под лампой, а, следовательно, написали эти цифры четко и аккуратно?
Диллард помедлил, а потом покачал головой:
- Нет.
- А разве не является фактом, что вы быстро выходите из себя? -
продолжал Мейсон. - После того, как мужчина в темных очках покинул десятый
коттедж, погибший, Харрисон Т.Боринг, заметивший, что вы следите за ним,
слегка раздвинув занавески, явился в занимаемый вами коттедж, пригрозил
вам, а вы вышли из себя, ударили его, в результате чего он упал. Боринг
ушибся головой о камень и остался лежать без движения. Вы поняли, что
серьезно ранили человека, подняли его на руки, отнесли в занимаемый им
коттедж, оставили там на полу, полили его одежду виски, вернулись к себе
и, пока вы размышляли, что же вам теперь предпринять, увидели, как в
коттедж Боринга заходит обвиняемая. Вы прекратили наблюдение, теперь вас
волновало только то, как спасти собственную шкуру. Вы услышали звук
отъезжающей машины, а вскоре, пока вы все еще сидели за столом и
размышляли, звук полицейской сирены, и в это время вы записали в блокнот
данные о появлении и уходе обвиняемой - примерные, а не точные данные - и
после этого позвонили своему начальнику, Сиду Наю, и попросили его о
помощи. Не так ли?
Леланд поднялся с места с высокомерной улыбкой на губах.
- О, Ваша Честь, это полный абсурд...
Окружной прокурор внезапно замолчал, увидев выражение лица судьи
Талента, подавшегося вперед и внимательно рассматривающего Муза Дилларда.
Крупный мужчина в свидетельской ложе сжимал и разжимал огромные
кулаки. Мускулы его лица исказились, как у человека, который хочет
расплакаться и забыл, как это делается.
Диллард вытер пот со лба.
- Отвечайте на вопрос, мистер Диллард, - сурово приказал судья
Талент. - И говорите правду.
- Да, все произошло именно так. Я его ударил. Только он стоял у меня
в дверном проеме и оскорблял меня. Он первый бросился на меня, но я его
опередил. Он упал назад и ударился об угол крыльца, а потом скатился на
землю. Я не знал, насколько серьезны его ушибы, но мне уже и так хватило
неприятностей. Я поднял его и отнес в десятый домик и полил его одежду
виски. Тут я понял, что он серьезно ранен. Я вернулся к себе и стал
обдумывать, что делать. Пока я сидел, приехала девушка.
- Обвиняемая? - уточнил судья Талент.
- Да, - кивнул Диллард. - Я не записывал время ее появления. Я сел за
стол и схватился руками за голову. Я услышал, как она уехала, а вскоре
прозвучала полицейская сирена. Тут я понял, что попал в переделку. Я
позвонил Сиду Наю и сказал: "Гей, Руб!". Он понял, что я зову на помощь. Я
знал, что вскоре мне пришлют подкрепление. Я собирался признаться во всем
Сиду, однако, вместе с ним появился Перри Мейсон. Это меняло дело. До их
появления я внес ложную запись в блокнот. Я просто хотел зафиксировать
посещение девушки, однако, я точно не знал ни время ее приезда, ни
отъезда. Я записал приблизительные данные. Затем я решил скрыться, уехав
из города. Я не думал подставлять девушку. Я пытался спасти собственную
шкуру.
Судья Талент посмотрел на Леланда.
Выражение лица окружного прокурора показывало его крайнее удивление.
Потом он опустился на стул, словно у него подкосились ноги и не осталось
больше сил стоять.
Судья Талент повернулся к Мейсону:
- Объясните, пожалуйста, Суду, как вы догадались, что произошло на
самом деле? Очевидно, вы сами не так давно это поняли, мистер Мейсон?
- От меня требовалось только верить словам своей клиентки. Тогда
сразу же становилось ясно, что с показаниями этого свидетеля что-то не
так. Я принялся искать возможные объяснения. Как только я увидел, как
аккуратно в блокноте Дилларда записаны данные о посещение Боринга мисс
Алдер, я мгновенно догадался, что подобная запись не могла быть сделана в
темноте. Я виню себя в том, что только сейчас понял, что произошло на
самом деле.
- Суд хочет похвалить вас за прекрасно проведенный перекрестный
допрос и сделать комплимент вашей наблюдательности, - сказал судья Талент
и повернулся к окружному прокурору: - Дело по обвинению Дайанн Алдер
прекращено, - постановил он. - Я считаю, мистер Леланд, что необходимо
арестовать Дилларда в связи с лжесвидетельством и по обвинению в убийстве.
Честно говоря, мне кажется, что он говорит правду, утверждая, что нанес
удар в целях самообороны. Объявляю заседание закрытым.
Мейсон, Делла Стрит, Пол Дрейк и Дайанн Алдер сидели в спальне номера
Мейсона в гостинице.
- Я не в состоянии больше сдерживать журналистов, шеф, - обратилась к
Мейсону Делла Стрит. - Они собрались в гостиной и коктейлей им уже
недостаточно. Им нужна информация.
- Что вы решили, Дайанн? - повернулся Мейсон к своей клиентке.
Дайанн глубоко вздохнула.
- Что касается моего отца - он от меня отказался. Когда-то я его
очень любила. Я и сейчас испытываю к нему симпатию, однако, вижу его
слабости. Что касается женщины, которая живет с ним... Что ж, она -
женщина. У нее есть свои проблемы. Она обладает здесь определенным
положением в обществе, и я не собираюсь отнимать его у нее. - Дайанн
помолчала, а потом улыбнулась Мейсону. - Я возвращаюсь в Болеро-Бич, -
объявила она. - Я приехала сюда, как Дайанн Алдер, и вернусь в Болеро-Бич,
как Дайанн Алдер. Вы можете урегулировать все вопросы с моим... отцом?
- Вы не желаете с ним встречаться?
Девушка смахнула с ресницы слезу.
- Он не хочет видеть меня и, насколько я понимаю, для него это
опасно. Я не собираюсь лишать счастья других людей.
Мейсон кивнул Делле Стрит.
- Выходим в гостиную. Сейчас я сделаю заявление для прессы.
Эрл Стенли ГАРДНЕР
СЕКРЕТ ПАДЧЕРИЦЫ
В десять сорок пять утра Делла Стрит с беспокойством взглянула на
часы. Перри Мейсон перестал диктовать и с улыбкой спросил:
- Ты что-то сильно нервничаешь, Делла.
- Никак не могу успокоиться, - призналась она. - Подумать только,
звонил сам мистер Бэнкрофт и просил принять его как можно скорее! А его
голос?! Как он звучал по телефону!
- Ты ему сказала, что он будет принят в одиннадцать часов?
- Да, - ответила она, утвердительно кивнув головой. - Он сказал, что
будет выжимать из машины все, чтобы добраться вовремя.
- Что ж. Значит, Харлоу Биссинджер Бэнкрофт будет здесь ровно в
одиннадцать. Он не кидает слов на ветер и умеет ценить время. Каждая
минута у него на счету. Только так он и ведет свои дела.
- Не понимаю, - в задумчивости произнесла Делла, - что ему нужно от
адвоката по уголовным делам? Говорят, у него больше корпораций, чем у
собаки блох. Целая армия адвокатов занимается только его делами. Лишь в
одном отделе налогов - семь юристов.
Мейсон взглянул на часы.
- Потерпи еще немного, и мы все узнаем. Только я...
Резкий телефонный звонок прервал его.
Делла Стрит схватила трубку и ответила:
- Да, Герти... минутку... - Затем, прикрыв микрофон рукой, обратилась
к Мейсону: - Мистер Бэнкрофт уже здесь. Говорит, что смог добраться раньше
и подождет до одиннадцати, если вы сейчас заняты, но он очень спешит.
- Видимо, - заметил Мейсон, - дело куда более срочное, чем я
предполагал. Хорошо, пригласи его, Делла.
Делла Стрит взяла блокнот для записей, вскочила и вышла в приемную.
Вскоре она возвратилась с человеком лет пятидесяти. У него были коротко
подстриженные пепельные усы, подчеркивавшие решительность рта,
серо-стального цвета глаза и манеры человека, сознающего свое положение в
обществе.
- Добрый день, мистер Мейсон, - сказал Бэнкрофт. - Благодарю вас за
то, что так быстро приняли меня.
Он повернулся и недоверчиво взглянул на Деллу.
- Мисс Стрит - моя доверенная секретарша, - пояснил Мейсон. - Она
присутствует при всех моих разговорах и делает пометки.
- Но это чрезвычайно конфиденциальное дело, - возразил Бэнкрофт.
- Она умеет хранить секреты. Ей известны все дела, которые я вел.
Бэнкрофт сел. Неожиданно чувство решительности и уверенности в нем
исчезло. Он как-то сник.
- Мистер Мейсон, - наконец сказал посетитель, - я на краю пропасти.
Все, ради чего я работал всю свою жизнь, все, что построил, рушится как
карточный домик.
- Успокойтесь, - прервал его Мейсон. - Наверняка, все не так уж
серьезно. Расскажите мне, что вас беспокоит, а там посмотрим, что можно
сделать.
Бэнкрофт протянул вперед свои руки.
- Вы видите их? - спросил он трагическим голосом.
Мейсон утвердительно кивнул головой.
- Все в своей жизни я построил вот этими руками, - продолжал
Бэнкрофт. - Они были моей единственной поддержкой. Я работал как вол.
Боролся, чтобы идти вперед. Влезал в долги, пока не чувствовал, что больше
не могу их выплачивать, что не в состоянии достичь финансового
благополучия. Я сидел затаившись, когда казалось, что империя моя вот-вот
рухнет. Я пробивался сквозь ряды неприятелей, вставал лицом к лицу с ними,
не имея ни единого козыря в руках, одну лишь способность хитростью обойти
их. Я играл, и ставкой было мое состояние. Я все покупал, в то время как
все в панике все продавали. И вот теперь эти самые руки несут мне гибель.
- Почему?
- Все дело в отпечатках пальцев.
- Продолжайте, - проговорил Мейсон, сощурив глаза.
- Если можно так сказать, я создал себя сам. Я сбежал из дома, когда
меня там почти ничто не удерживало. Я попал в довольно дурную компанию и
узнал много такого, чего не следовало бы знать. Я узнал, как обрезать
провод зажигания в машинах, как зарабатывать на жизнь в темных аллеях.
Короче говоря, я научился воровать: шляпы, одежду и автомобили. В конце
концов меня поймали и отправили в исправительный дом. Это, возможно,
лучшее, что было в моей жизни. Оказавшись там, я затаил злобу против
общества. Я полагал, что попался по неосторожности, поэтому на будущее
решил быть хитрее и продолжать свои сомнительные дела с учетом прежних
промахов. В этой тюрьме был капеллан, который заинтересовался мною. Я не
скажу, что он приобщил меня к религии, пожалуй, даже нет. Он просто дал
мне чувство веры в себя и своих товарищей, в божественное строение
Вселенной. Он разъяснил мне, что жизнь настолько сложна, что человеку, как
известно, понадобилось немало усилий, чтобы объяснить ее появление; что
стремление птенцов вылупиться из яйца и, едва оперившись, вскарабкаться на
край гнезда с желанием взлететь - не просто инстинкт, как мы его называем,
а отражение божественного плана, средство связи творца с живыми
существами. Он советовал мне прислушиваться к собственным инстинктам, не к
эгоистическим желаниям, а к чувствах пробуждавшимся во мне, когда,
умышленно не замечая ничего вокруг, я был в полной гармонии со всем миром.
Он призывал меня в одиночестве ночи преклоняться перед великим сердцем
Вселенной.
- И вы это делали? - спросил Мейсон.
- Да, потому что он уверял, что я боюсь этого, а я хотел доказать
обратное, показать его неправоту.
- И что же, он был неправ?
- Не знаю, как сказать. На меня что-то нашло, не знаю, что именно.
Чувство созидания, желания что-то сделать самому. Я стал читать, учиться и
думать.
Мейсон с любопытством взглянул на него.
- Ну хорошо. Мне известно, что вы много путешествовали, мистер
Бэнкрофт. Что вы делали с паспортами?
- К счастью, - ответил Бэнкрофт, - я начал жизнь, сохранив достаточно
семейной гордости, и поэтому не раскрыл своего настоящего имени. В тюрьме,
и вообще в течение всего периода сумасбродства, я пользовался вымышленным
именем. Мне удалось сохранить свое инкогнито.
- А отпечатки пальцев?
- Вот тут-то собака и зарыта. Если когда-нибудь отпечатки моих
пальцев попадут в ФБР, то через несколько минут станет известно, что
Харлоу Биссинджер Бэнкрофт, крупный финансист и филантроп, - на самом деле
преступник, пробывший четырнадцать месяцев в заключении.
- Теперь я понял, - сказал Мейсон. - Видимо, кто-то раскрыл секрет
вашего прошлого.
Бэнкрофт утвердительно кивнул головой.
- И угрожает сделать его достоянием общественности? - спросил Мейсон.
- Вас шантажируют и требуют денег?
Вместо ответа Бэнкрофт вынул из кармана лист бумаги и протянул его
адвокату.
На нем было напечатано следующее:
"Вложите в красную банку из-под кофе полторы тысячи долларов в десяти
и двадцатидолларовых банкнотах, положите туда еще десять серебряных
долларов. Плотно закройте банку крышкой и ждите телефонных указаний
относительно времени и места передачи. Вложите эту записку в банку, чтобы
мы были уверены, что полиция не будет разыскивать нас но машинописному
тексту письма. Если вы будете следовать нашим указаниям, вам нечего
бояться, в противном случае вашей семье придется пережить немало
неприятных минут, связанных с отпечатками пальцев".
Мейсон внимательно прочитал письмо.
- Оно было послано вам по почте?
- Не мне, а моей падчерице, Розене Эндрюс, - сказал Бэнкрофт.
Адвокат вопросительно взглянул на него.
- Семь лет назад, - стал объяснять Бэнкрофт, - я женился на вдове. У
нее есть дочь, Розена. Ей тогда было шестнадцать лет, сейчас - двадцать
три года. Это очень красивая, энергичная девушка. Она помолвлена с
Джетсоном Блэром. Семья Блэров занимает видное положение в обществе.
Мейсон задумайся.
- А почему они решили ударить по ней, а не по вам?
- Они, видимо, хотели подчеркнуть то обстоятельство, что в период
помолвки она наиболее уязвима.
- Дата свадьбы назначена?
- Нет, но предполагается, что она состоится месяца через три.
- А как вы обнаружили это письмо?
- Мне показалось, что моя падчерица чем-то расстроена. Когда она
вошла в дом с конвертом в руке, лицо у нее было бледным как полотно. Она
собиралась днем пойти искупаться, но вдруг позвонила Джетсону Блэру и
отменила встречу, заявив, что нездорова. Я понял, что тут что-то не так
Затем Розена под каким-то предлогом уехала в город. Я подумал, что она
решила навестить мать, бывшую в то время на нашей городской квартире.
Розена уехала сегодня утром. Сразу же после ее отъезда, я заглянул к ней в
комнату и на столе под промокательной бумагой обнаружил вот это письмо.
- Секундочку, - прервал его Мейсон, - давайте уточним. Вы говорите,
что она, по-видимому, поехала в город навестить свою мать?
- Думаю, да. Ее мать в городе готовится к благотворительному балу.
Минувшим вечером и ночью она была на нашей городской квартире, а мы с
Розеной - на вилле у озера. Мать Розены обещала вернуться на виллу сегодня
вечером. Вот почему я так хотел увидеть вас как можно скорее. Мне нужно
вернуться на виллу и положить письмо на место до возвращения Розены.
- Вы рассказывали жене что-нибудь о вашем преступном прошлом? -
спросил Мейсон.
- О, Боже! Конечно же нет! Мне следовало бы это сделать, но я был
слишком влюблен. Я понимал, что, несмотря на свою любовь ко мне, Филлис,
чтобы не повредить общественному положению Розены, никогда не выйдет замуж
за человека с преступным прошлым. Итак, мистер Мейсон, вы знаете мою
тайну. Единственный человек на свете.
- Если, конечно, не считать одного или нескольких лиц, пославших это
письмо, - добавил Мейсон.
Бэнкрофт утвердительно кивнул головой.
- У Розены достаточно денег, чтобы выполнить эти требования? -
спросил Мейсон.
- Безусловно, - ответил Бэнкрофт. - У нее в банке вклад в несколько
тысяч долларов. Кроме того, она в любое время по желанию
...Поділитися у соцмережах
