Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...это другая гостиница.
- Почему вы это утверждаете?
- Потому что... ну, когда полиция отвезла меня в "Бонсал", это...
оказалась другая гостиница.
- Продолжайте.
- Похитители относились ко мне очень неплохо. Они заказали кофе,
яичницу с ветчиной - все принесли в номер. Мне разрешалось свободно
двигаться по комнате, только окна были завешаны толстыми шторами и меня
предупредили, чтобы я к ним не притрагивалась, если хочу остаться целой и
невредимой.
- Я догадываюсь, что было дальше. Вы отправились в туалет. Там
совмещенный санузел. Вы обнаружили полотенца. На них было написано:
"Гостиница Бонсал". Вы прихватили с собой одно в качестве доказательства.
- Нет, не прихватила, - возразила она. - Я боялась, что они их
пересчитают и обнаружат, что одно пропало. Но называние я запомнила.
- Продолжайте, - попросил Мейсон.
- Когда начало светать, они вывели меня через черный вход - мы
спустились в грузовом лифте - в переулок, проходящий за гостиницей. Они
положили меня на пол в машине...
- И вам представился случай убежать. Они планировали куда-то отвезти
вас и прикончить, но проявили неосторожность...
Она покачала головой.
- Нет? - удивился Мейсон.
- Нет.
- Рассказывайте.
- Меня доставили в аэропорт. Они сказали, что им очень жаль,
произошла ужасная ошибка, они выяснили, что я им совсем не требуюсь, что я
честная девушка и все в таком роде. Однако, мне лучше покинуть город,
потому что меня разыскивает полиция.
- Кто вас сопровождал в это время?
- Два человека, которых я никогда раньше не видела.
- Мужчины?
- Да.
- Они применяли силу?
- Нет, вели себя, как истинные джентльмены.
- Вас держали пленницей в гостиничном номере?
- Да.
- Потом вас вывели наружу и признались, что произошла ошибка?
- Все правильно. Они сказали, что я нормальная девушка, они меня
отпускают и...
- Что-нибудь еще?
- Дали мне билет на Мехико, сообщили, что самолет взлетает через
пятнадцать минут и что мне следует немедленно подняться на борт.
- Что вы сделали?
- Мне очень понравилась подобная идея. Мне хотелось уехать, как можно
дальше. Мехико представлялся прекрасным вариантом.
- Они вам что-нибудь сказали о Моррисе? Вы сами спрашивали о нем?
- Что они его тоже отпустят, а он присоединится ко мне в Мехико.
Велели после приземления самолета отправляться в гостиницу "Реформа".
Моррис может уже оказаться там, или прилетит на следующем самолете, но, не
исключено, что мы встретимся с ним на борту того, на который у меня билет.
- Вы просили объяснений?
- Мистер Мейсон, меня держали в плену. Я не надеялась, что меня
оставят в живых. Через пятнадцать минут улетал самолет. У меня появился
шанс скрыться от этих людей. Я боялась, что они изменят решение. За пять
минут до этого я считала, что мне жить не больше часа... Что бы _в_ы
сделали?
- Сел в самолет, отправлявшийся в Мехико.
- Именно это я и пыталась.
- Кто вас остановил?
- Полицейский в штатском.
- Где он находился?
- Ждал у выхода к терминалу.
- Что он сделал?
- Арестовал меня. Отвез в тюрьму. Они задали мне массу вопросов.
- Что вы им рассказали?
- Немного. Я пыталась защитить... вы знаете, кого.
Она помедлила. Мейсон уже собрался что-то сказать, но она его
остановила:
- Пожалуйста, не называйте никаких имен, мистер Мейсон.
- Кого-то, кого вы любите?
- Да.
- Так что вы открыли полиции?
- Рассказала о том, что случилось.
- О гостинице "Бонсал"?
- Да.
- Они возили вас туда?
- Да.
- Вы знали, в какой номер вас отводили похитители?
- Сам номер - нет, но я визуально запомнила его расположение. Я
знала, что мы выходили на четырнадцатом этаже и отправилась к первой двери
направо.
- Продолжайте.
- Лифт сразу же показался мне не совсем таким и... в том номере
находилась пожилая пара, которая живет там уже десять лет. Они выглядят
абсолютно благонадежными и заслуживающими доверия. Они поклялись, что
вчера вечером ни на минуту не покидали комнату, смотрели телевизор и легли
спать в десять вечера.
- Полицейские спрашивали вас о револьвере?
- Котором?
- Из Сиэтла.
Она мгновенно поднесла палец к губам, призывая к молчанию. В ее
глазах появилась паника.
- Револьвер из Сиэтла? Мистер Мейсон, я не понимаю, о чем вы
говорите. Не имею о нем ни малейшего представления.
- Какие вам предъявлены обвинения?
- Я думаю... ну, в общем-то, они не предъявлены пока, как мне
кажется, меня держат в связи с подозрением в убийстве Джорджа Файетта, как
сообщницу или что-то в этом роде. В полиции считают, что мы вместе с
Моррисом убили Файетта.
- Вам сказали, какие против вас имеются доказательства? Пытались
заставить вас изменить показания, говорили, что вас видели тут, там и еще
в нескольких местах?
Она покачала головой.
- Ничего подобного.
- И они не спрашивали вас...
Она снова поднесла палец к губам и с опаской провела взглядом по
стенам.
- Мистер Мейсон, _п_о_ж_а_л_у_й_с_т_а_!
- Хорошо.
- Мистер Мейсон, вы будете меня представлять?
- Возможно.
- Как вы считаете, все уладится?
- Все зависит от того, поверят вам присяжные или нет, - объяснил
адвокат.
- А разве они мне не поверят? - удивилась она.
- Нет, черт побери. По крайней мере, не _э_т_о_м_у_ рассказу.
16
Мейсон ходил из угла в угол своего кабинета.
- Это кошмар для адвоката! - воскликнул он.
Делла Стрит сочувствующе кивнула.
- Если я позволю им занять место дачи свидетельских показаний и
представлять свои версии случившегося, моих клиентов сразу же отправят в
камеру смертников, а надо мной будет смеяться весь город.
- А откуда тебе знать, что они говорят неправду? - с вызовом в голосе
спросила Делла Стрит.
- Я не могу утверждать с уверенностью. Может, и не врут. Но
з_в_у_ч_и_т_ фальшиво. Как раз напоминает вариант, который мог бы
сочинить адвокат. Есть ответы на все вопросы, но неправдоподобно.
- Предположим, ты не позволяешь им открывать рты, Перри... - начал
Пол Дрейк.
- Черт побери, они их уже раскрыли, - с отвращением выпалил Мейсон. -
Почитай газеты, Пол.
- Я знаю, что напечатано в репортажах, но я имел в виду в месте дачи
свидетельских показаний.
- Общественность информирована в общем и целом. Ты прекрасно
понимаешь, к какому выводу придут люди, если я не пущу своих клиентов в
свидетельскую ложу, а заявлю, что обвинение должно доказать свою версию
таким образом, чтобы ни у кого не осталось ни малейшего сомнения в
виновности моих клиентов. Все решат, что правда настолько ужасна, что даже
адвокат боится исхода перекрестного допроса.
- Так что ты планируешь? - поинтересовался Дрейк.
- Не представляю, черт побери! - воскликнул Мейсон. - Не исключено,
что это правда. Какой-то суперхитрый убийца мог тщательно распланировать
все так, чтобы обоих моих клиентов арестовала полиция, а их рассказ о
случившемся звучал, как объяснения, сфабрикованные полоумным адвокатом,
что приведет к обвинению их в предумышленном убийстве первой степени.
- Но неужели нельзя убедить присяжных, что так оно и есть, я имею в
виду, что за этим делом стоит кто-то чрезвычайно хитрый? - спросила Делла
Стрит.
- Не знаю. Сомневаюсь, что я _н_а_с_т_о_л_ь_к_о_ силен. - Адвокат
повернулся к Полу Дрейку: - У нас есть один шанс, Пол. Он, конечно,
чрезвычайно мал. Я хочу разыскать ту женщину, что находилась вместе со
мной в номере и представившуюся мне как Дикси Дайтон.
- С чего начинать поиски?
- Во всех деталях изучи прошлое Джорджа Файетта. Выясни о нем все.
Поинтересуйся каждой женщиной, появлявшейся в его жизни. Правда, так ты
ничего не найдешь.
- Почему? - удивилась Делла Стрит. - По-моему, звучит логично.
- Если от наших клиентов мы услышали правдивый рассказ, - принялся
объяснять Мейсон, - то за этим делом стоят слишком умные и хитрые люди,
чтобы использовать женщину, когда-либо как-либо связанную с Джорджем
Файеттом. Она из тех, о ком никто не подумал бы. Возможно, из другого
города.
- А что делать, если мы ее найдем? - спросил Дрейк. - Ты занимаешь
место дачи показаний и клянешься, что разговаривал с ней в той комнате, а
она клянется, что не было ничего подобного. Тут еще Минерва Хамлин
подливает масла в огонь, заявляя, что ты ошибаешься.
- Я не хочу занимать свидетельскую ложу, Пол.
- Почему нет?
- В таком случае я выступаю как адвокат и свидетель одновременно. Это
неэтично.
- Почему это неэтично?
- Американская Ассоциация Адвокатов хмурится в подобных случаях.
- Ну и пусть себе хмурятся. Что тебе от этого? По рукам ведь не дают?
- Нет. Но им это не нравится.
- Подобное противозаконно?
- Нет.
- Возможно, мы несправедливы по отношению к Минерве Хамлин, - заметил
Дрейк. - А все будет в порядке. Она сделала обычную ошибку и...
- Она слишком быстро ответила, - перебил Мейсон. - Вспомни, как все
происходило. Они показали ей фотографию, и Минерва практически сразу же
заявила, что думает, что это та девушка. Затем они велели ей внимательно
изучить снимок. Она смотрела и смотрела на него. К тому времени, как она
увидела Дикси Дайтон в ряду других заключенных, ее лицо было ей уже
отлично известно по фотографии. Минерва решила, что наблюдала в гостинице
за Дикси и опознала ее.
- Да, подобное происходит довольно часто, - согласился Дрейк. - Это
беспокоит полицию, насколько я понимаю, потому что им нередко приходится
сталкиваться с ложными идентификациями, о которых обычные люди никогда не
узнают. Свидетели подолгу изучают фотографию подозреваемого, и черты лица
становятся знакомыми. Несколько недель назад полиция занималась
расследованием одного дела, где три разных человека после изучения
фотографии подозреваемого, выбрали его из ряда заключенных и с полной
уверенностью опознали. Потом выяснилось, что во время совершения
преступления он сидел в тюрьме в Сан-Франциско. Вот тебе пример, когда
фотография сбила всех с толку.
Мейсон кивнул и уже собирался что-то сказать, но его остановил
телефонный звонок.
Делла Стрит сняла трубку и повернулась к Дрейку:
- Тебя, Пол, - сообщила она.
- Алло! - сказал сыщик в трубку. - Да, Пол Дрейк... Что?.. О,
минутку. Может, у вас сложилось неправильное впечатление?.. Окончательное
решение? Вы абсолютно уверены?.. Вы его неправильно поняли... Минутку... А
это кто? Что?.. Нет, мне больше нечего сказать, кроме как то, что девушка
ошиблась... У нас есть неопровержимые доказательства... Я не собираюсь
открывать какие. Если вам нужны подробности, поговорите с мистером
Мейсоном.
Дрейк бросил трубку на место и повернулся к Перри Мейсону.
- Ох уж этот проклятый, хитроумный окружной прокурор, готовый на все,
только бы произвести эффект! - в сердцах воскликнул детектив.
- Что он еще придумал?
- Подожди, пока услышишь, - негодовал Дрейк.
- Я жду.
- Минерва Хамлин сейчас находится в прокуратуре. Это она звонила. Из
его кабинета.
- И что?
- Она мне сказала, причем это звучало так, словно она читает текст
заранее тщательно подготовленного заявления, лежащего у нее перед глазами,
что она прекращает у меня работать, потому что в агентстве на нее
оказывается давление с целью заставить ее совершить лжесвидетельство в
связи с опознанием Дикси Дайтон.
- Рассчитано на публику, - заметил Мейсон.
- Секундочку. Это еще не все, Перри. Я попытался ей возражать, но она
ответила: "Мое решение окончательное, мистер Дрейк. Мой уход вступает в
силу с этой минуты. Я уже приняла предложение работы в одном из отделений
окружной прокуратуры за более высокий оклад. С вами хочет поговорить еще
один человек..." Трубку взял мужчина - газетный репортер. Ему требовались
мои комментарии. Ты слышал, что я ему ответил.
- Да, мы слышали, что ты _о_т_в_е_т_и_л_, - кивнула Делла Стрит.
- А следовало бы еще сказать и то, что думал, - добавил Дрейк. - К
сожалению, это непроизносимо.
- Теперь нам остается только одно, - пришел к выводу Мейсон. - Я
отправляюсь на предварительное слушание и постараюсь использовать все
уловки ведения перекрестного допроса, чтобы найти слабые места в
представляемом обвинением деле. Боюсь, что у моих клиентов не очень
завидная перспектива.
Гамильтон Бергер, крупный мужчина с бочкообразной грудной клеткой,
всегда старавшийся выглядеть достойно, представляя окружную прокуратуру,
которую он возглавлял, встал со своего места после открытия слушания в
Суде.
- Мне хотелось бы выступить с несколькими предварительными
замечаниями, Ваша Честь, - заявил он.
- Хорошо, - согласился судья Леннокс.
- Я возражаю против того, чтобы Перри Мейсон выступал в роли адвоката
защиты по этому делу. Я считаю, что Высокий Суд должен запретить ему это.
- На каком основании?
- Мистер Мейсон - свидетель со стороны обвинения. Мы вручили ему
повестку о явке в Суд в качестве свидетеля. Я планирую пригласить его для
дачи показаний.
- Мистер Мейсон - свидетель со стороны _о_б_в_и_н_е_н_и_я_? - в
неверии переспросил судья Леннокс.
- Да, Ваша Честь.
- Это, в общем-то, неслыханно, чтобы адвокат защиты...
- Тем не менее, Ваша Честь, я внимательно изучил положения
законодательства, - продолжал Гамильтон Бергер, - и пришел к выводу, что
мистер Мейсон компетентен выступать в качестве свидетеля. Он - главный
свидетель, допрашивая которого я надеюсь показать очень важную связь в
цепи доказательств. Ему вручена повестка, следовательно, его выступление
необходимо. Я заверяю Высокий Суд и самого адвоката защиты, что считаю его
крайне важным свидетелем.
- Вам вручили повестку, мистер Мейсон? - обратился к адвокату судья
Леннокс.
- Да, Ваша Честь.
- И вы представляете обоих обвиняемых?
- Да, Ваша Честь.
- Я веду дело по обвинению в предумышленном убийстве первой степени
Морриса Албурга и Дикси Дайтон, - сказал Гамильтон Бергер, - и надеюсь
доказать, что они вступили в преступный сговор с целью лишения жизни
Джорджа Файетта, и в дальнейшем совершили это действие, а именно убийство
указанного Джорджа Файетта. Я не в восторге от личности погибшего. Защита,
скорее всего, постарается показать, что он является далеко не
законопослушным гражданином, с которого следует брать пример, ему
приходилось неоднократно вступать в противоречие с органами правопорядка.
В его биографии есть несколько периодов, когда он просто исчезал из нашего
поля зрения и мы не в состоянии показать, чем он занимался в то время.
Очень возможно, что обвиняемые считали, что Файетт предпримет попытку
шантажировать их в связи с другим преступлением, рассмотрение которого,
конечно, должно вестись отдельно от слушаемого дела, однако, мы намерены
представить доказательства, показывающие мотивацию.
- Вы, конечно, знаете, господин окружной прокурор, что закон не
допускает представление доказательств совершения другого преступления.
Обвиняемые находятся в зале суда по предъявленному...
- Из этого правила есть признанное исключение, Ваша Честь, - твердым
голосом уверенно перебил судью Гамильтон Бергер, - гласящее, что
доказательство мотива одного преступления вполне допустимо в качестве
доказательства при рассмотрении другого.
- Я всегда старался строго следовать закону, - объявил судья Леннокс.
- Иногда, как мне кажется, проявляется тенденция слишком свободно
подходить к установленным нормам. Очень часто под прикрытием доказательств
мотивации или похожей схемы совершения преступления, делается попытка
создания предвзятого мнения против обвиняемого.
- Я понимаю, Ваша Честь, но после того, как вы ознакомитесь с
представленными доказательствами, вы поймете, что они попадают в рамки
исключения, и что обвинение оправданно показало доказательства другого
преступления - убийства полицейского...
- Еще одно убийство?! - воскликнул судья Леннокс.
- Да, Ваша Честь.
- Обоими обвиняемыми?
- Нет, Ваша Честь. Обвиняемой Дайтон. То есть она была вовлечена в
убийство молодого полицейского и рассматриваемое преступление имело место
в связи с попыткой скрыть ее участие... Не исключено, что погибший Джордж
Файетт шантажировал ее в связи с тем убийством.
- Да, сложилась интересная ситуация, - заметил судья Леннокс. -
Давайте обсуждать все по порядку. Вы возражаете против того, чтобы Перри
Мейсон выступал адвокатом защиты?
- Да, Ваша Честь.
- Вы имеете что-либо сказать по этому поводу, мистер Мейсон?
- Только то, что это не его дело, - резко ответил Мейсон.
Судья Леннокс вспыхнул.
- Я не хотел выказывать никакого неуважения к Суду, - добавил Мейсон.
- Я занимаюсь своим делом, а господин окружной прокурор может заниматься
своим.
- Это неэтично, - возразил Гамильтон Бергер.
- Следите за своей этикой, а я буду следить за своей.
- Успокойтесь, господа, успокойтесь, - заговорил судья Леннокс. -
Давайте не переходить на личности. Господин окружной прокурор, вы
считаете, что мистер Мейсон неправоспособен выступать в качестве адвоката
защиты?
- Я думаю, что ему самому следует объявить себя неправоспособным.
- По этому поводу не существует никакого специального положения?
- Это дело хорошего тона и этических соображений.
- Давайте обсудим этику в свое время и в своем месте, - заметил
Мейсон. - А что касается хорошего тона, мне есть что сказать по этому
поводу. Я считаю, Ваша Честь, что когда окружной прокурор оказывает
давление на женщину, являющуюся одной из моих свидетельниц, чтобы она
уволилась с работы, выдвинула обвинения в адрес своего нанимателя в
попытке заставить ее совершить лжесвидетельство, организует все таким
образом, что во время ее разговора с нанимателем присутствуют
представители прессы, дает взятку этой женщине, предлагая ей работу в
одном из отделений прокуратуры за большее жалованье...
- Я возражаю против слова "взятка", - перебил Гамильтон Бергер.
- Простите, - с подчеркнутым сарказмом в голосе извинился Мейсон. -
Возможно, мне следовало сказать "оказал на нее влияние", чтобы она сделала
подобный шаг.
- Я не предпринимал ничего подобного, - заявил Гамильтон Бергер. -
Она приняла решение и поступила таким образом по доброй воле.
- Вы предложили ей работу в отделении прокуратуры до того, как она
подняла телефонную трубку, чтобы сообщить своему нанимателю, что не будет
больше у него работать?
- Чушь, - сказал Гамильтон Бергер.
- Вы намерены это отрицать? - бросил вызов Мейсон.
- Мне подобное не требуется.
- Вы просто не смеете.
Судья Леннокс постучал молоточком по столу.
- Господа, я не понимаю, о чем идет речь, - заявил судья. - Я не
читал газетных статей по этому делу, но совершенно очевидно, что
представители сторон выступают с резкими взаимными обвинениями. Я хотел бы
взять под контроль сложившуюся ситуацию. Я требую, чтобы вы ограничились
рассмотрением дела. Начинайте, господин окружной прокурор. Приглашайте
своего первого свидетеля, а Суд будет принимать решения по мере
поступления возражений.
- Я, в частности, протестую против того, чтобы мистер Мейсон выступал
в качестве адвоката защиты.
- Существует закон, который объявляет меня неправоспособным? -
спросил Мейсон.
- Как я уже ранее указывал Высокому Суду, это вопрос этики.
Мейсон повернулся к судье Ленноксу.
- Если окружной прокурор желает назначить себя судьей того, что
является хорошим тоном и нормами этики, я заявляю, что использование
предложения работы в отделении окружной прокуратуры, сделанное женщине для
того, чтобы она уволилась с настоящего места работы и публично выступила с
обвинениями...
- Мы не станем в это углубляться, мистер Мейсон, - постановил судья
Леннокс. - По мнению Суда, господин окружной прокурор, мистер Мейсон не
является неправоспособным. Вы вручили ему повестку о явке в Суд, как
свидетелю, следовательно, ему придется занять место дачи показаний. Его
допрос будет проводиться по тем же правилам, что и допрос любого другого
свидетеля. А теперь начинайте представление своей версии.
- Хорошо, Ваша Честь, - сказал Гамильтон Бергер. - В качестве моего
первого свидетеля выступит патологоанатом.
Гамильтон Бергер быстро, словно в калейдоскопе, вызвал нескольких
свидетелей, показания которых не играли существенной роли, однако,
заложили фундамент предъявления обвинения в убийстве. Он показал, как был
обнаружен труп Джорджа Файетта, характер пулевого ранения, извлеченную из
головы пулю и ее характеристики, необходимые для последующей идентификации
оружия.
- Я хотел бы пригласить Карлайла Е.Мотта.
Мотт занял место дачи свидетельских показаний и окружной прокурор
охарактеризовал его, как специалиста по различным видам оружия.
- Мистер Мотт, я обращаю ваше внимание на пулю, доказательство "А" со
стороны обвинения, приобщенное к делу, которая была идентифицирована, как
пуля, послужившая причиной смерти Джорджа Файетта. Вы осматривали эту
пулю?
- Да.
- Через микроскоп?
- Да, сэр.
- Вы ее фотографировали?
- Да, сэр.
- Вам удалось определить тип оружия, из которого была выпущена эта
пуля?
- Да, сэр.
- И что это за оружие?
- Оно у меня в руках. Револьвер тридцать восьмого калибра, системы
"Смит и Вессон", длина ствола три дюйма.
- Мы просим приобщить этот револьвер к делу, как доказательство "Б"
со стороны обвинения, - обратился Гамильтон Бергер к судье.
- Никаких возражений, - сказал Мейсон.
- Вы можете приступать к перекрестному допросу, - повернулся Бергер к
Мейсону.
- У меня нет вопросов.
Пораженный Гамильтон Бергер не смог сдержать удивления:
- Вы что, не собираетесь спрашивать его о...
Он резко замолчал, внезапно осознав, что говорит.
- Приглашайте следующего свидетеля, господин окружной прокурор, -
велел судья Леннокс.
Явно раздраженный Гамильтон Бергер вызывал для дачи показаний
полицейского, арестовавшего Морриса Албурга, когда тот выходил из такси
перед зданием, в котором располагался офис Мейсона.
Полицейский рассказал о том, как производился арест, и о том, что он
нашел у Морриса Албурга револьвер, из которого была выпущена пуля,
послужившая причиной смерти Джорджа Файетта.
- Вы можете проводить перекрестный допрос, - обратился Бергер к
Мейсону.
- А откуда вам известно, что это тот же револьвер? - спросил Мейсон
полицейского.
- Я записал номер оружия, изъятого у обвиняемого, сэр.
- Куда?
- В блокнот, который у меня всегда при себе.
- Вы знаете этот номер?
- Конечно.
- Вы можете нам его сообщить?
- Да, сэр. "С шестьсот сорок восемь ноль пять".
- Вы помнили его все это время?
- Да, сэр.
- Значит, вам не требовалось записывать его, не так ли?
- Я записал его на всякий случай.
- И это тот же номер, что вы записали?
- Да, сэр.
- Вы можете знать, что это тот же номер, что на оружии, но откуда вы
можете знать, что это тот же номер, что вы записали в блокнот?
- Я заглянул в блокнот перед тем, как отправиться в Суд, чтобы
удостовериться.
- Значит, вы не были уверены?
- Я постарался избежать любой неточности.
- Вы арестовали Морриса Албурга утром третьего числа текущего месяца?
- Примерно в девять утра. Да, сэр.
- Тогда вы изъяли у него револьвер?
- Да, сэр.
- Когда вы записали номер револьвера в блокнот?
- Я уже говорил вам. Это номер того револьвера. Я записал его, чтобы
не произошло никакой ошибки.
- Вы записали его, когда арестовывали Морриса Албурга?
- Примерно тогда.
- Что вы имеете в виду под словом "примерно"?
- Почти в то время.
- Через пять секунд после ареста?
- Конечно, нет.
- Через сколько секунд?
- Я не могу вам ответить. Я так не считаю время. Это номер
револьвера, изъятого мной у обвиняемого Морриса Албурга.
- Что вы сделали с револьвером?
- Положил к себе в карман, как доказательство.
- А потом?
- Отдал его окружному прокурору, который, в свою очередь передал его
эксперту по баллистике Карлайлу Е.Мотту.
- И по предложению Мотта вы записали номер в блокнот? - спросил
Мейсон.
- Все правильно.
- В то время, когда вы передавали ему револьвер?
- Нет, когда он вернул его окружному прокурору с отчетом. Он сказал,
что потребуется идентифицировать это оружие на всех стадиях процесса.
- И тогда вы записали номер револьвера, переданного вам Моттом?
- Ну, это был тот же револьвер.
- Откуда вы знаете?
- Я мог определить, посмотрев на него.
- Какие имеются характеристики у этого револьвера, позволяющие вам
отличить его от любого другого револьвера системы "Смит и Вессон" того же
калибра и модели?
Свидетель молчал.
- Вы не знаете?
- Если бы я взглянул на револьвер, я думаю, что смог бы вам ответить.
- Естественно, - саркастически заметил Мейсон. - Вы возьмете его в
руки и станете вертеть, надеясь обнаружить какую-нибудь царапину, и
заявить, что именно по ней вы его и идентифицировали.
Полицейский явно пришел в замешательство. Он молчал с минуту перед
тем, как заявить:
- Я не помню.
Судья Леннокс повернулся к смущенному свидетелю:
- Вы изъяли револьвер у обвиняемого Албурга, не так ли?
- Да, сэр.
- И передали окружному прокурору?
- Да, сэр.
- Который, в свою очередь, передал его эксперту по баллистике?
- Да, сэр.
- И через какое-то время после того, как эксперт по баллистике вернул
оружие окружному прокурору с отчетом, что именно из него была выпущена
пуля, послужившая причиной смерти, экспертом по баллистике было замечено,
что необходима неоспоримая идентификация этого револьвера, чтобы приобщить
его к делу в качестве доказательства?
- Да, сэр.
- И тогда вас спросили, как вы сможете иде
...Поділитися у соцмережах
