Жанр: Детектив
Тропою риска
...му и в голову не пришло, что полиция может подслушать звонок
Уэксфорда... Фрост заверил меня, будто Уэксфорд считал, что пользуется обычным
аппаратом из обычной телефонной будки...
- Но это же подло, - решила Сара.
Я снова зевнул, прикрываясь ладонью.
- Чтобы поймать подлеца, иногда приходится прибегать к ответной подлости.
- Кто бы мог подумать, что Хадсон окажется таким негодяем? - произнесла она. - Он
так... так хорошо держался! Кто бы мог подумать, что под доброжелательной, сердечной
внешностью люди способны скрывать такую страшную жестокость? Неужели такое
вообще возможно?
- А что, по-твоему мнению, я рисую? - Джик встал со своего места и потянул за собой
Сару. - Вазы с цветочками? - Он перевел взгляд на меня. - Лошадей?
На следующее утро мы попрощались в Мельбурнском аэропорте, в котором, казалось,
провели немалую часть жизни.
- Как-то странно, что мы расстаемся, - сказала Сара. - Ты вошел в нашу жизнь...
- Я еще как-нибудь приеду к вам. Они молча кивнули.
- Ну... - Мы, не сговариваясь, посмотрели на часы.
Это было похоже на все расставания, когда многого не скажешь. Мы по глазам друг
друга видели, что скоро будем с грустью вспоминать эти десять дней. Как то, что мы
делали во время нашей сумасбродной юности. Как нечто далекое.
- Ты взялся бы за все снова? - вдруг спросил Джик.
Без всякой связи я подумал о военных летчиках, которым посчастливилось выжить и
которые вспоминают события сорокалетней давности. Стоила ли победа пролитой крови,
труда и постоянного риска сложить голову? Жалеют ли они о прошлом?
Я улыбнулся. Для меня не имело значения то, что будет через сорок лет. То, что
будущее сделает с прошлым, - это его собственная трагедия. Гораздо важнее другое - то,
что мы делаем сегодня.
- Наверное, взялся бы!
Я наклонился и поцеловал Сару, жену моего старого друга.
- Эй! - громко сказал он. - Найди себе собственную!
Глава 17
Мейзи увидела меня прежде, чем я заметил ее, и устремилась навстречу большой яркокрасной
птицей, распростершей крылья.
Понедельник. Время ленча. Вулверхемптонские скачки. Холодно, и моросит дождь.
- Привет, дорогой, я так рада, что вы вернулись! Как долетели? Это же не ближний
свет, а? Да еще на такой реактивной штуке! - Она похлопала меня по руке, зорко
вглядываясь в лицо. - Вам, сдается, солоно пришлось, дорогой. Вы не обижаетесь на меня
за такие слова? Вам не удалось загореть. А ужасные раны на руке, наверное, очень вам
досаждают, да и ходите вы как-то слишком уж осторожно...
Она замолчала, чтобы взглянуть, как мимо нас на старт проходит группа жокеев. Яркие
камзолы на фоне прозрачного серого тумана. Тема картин Маннинга.
- Вы поставили на кого-нибудь, дорогой? Вам не холодно? Я считаю, что джинсы не
годятся зимой, потому что они все-таки из хлопка, дорогой, не забывайте. А как вам
жилось в Австралии? То есть удалось найти что-нибудь интересное?
- О, мне придется долго рассказывать.
- Тогда пойдемте в бар. Вы не против?
Она заказала большие порции бренди с имбирным элем и устроилась за маленьким
столиком. В ее добрых глазах появилось выражение тревоги и ожидания.
Я рассказал ей про организацию Хадсона, Мельбурнскую галерею и про список
иностранных покупателей.
- И я была в том списке?
- Конечно, - ответил я.
- И вы передали его полиции? - встревожилась она.
- Успокойтесь, Мейзи, - усмехнулся я. - Ваша фамилия была уже вычеркнута. А я
зачеркнул ее еще раз основательно. Теперь ее никто не прочтет, особенно на копии.
Она широко улыбнулась.
- А вас не назовешь дураком, дорогой! Тут я был не очень убежден.
- Но боюсь, что девять тысяч фунтов вы потеряли окончательно.
- О да, дорогой, - заявила она бодро. - Так мне и надо за попытку обмануть таможню,
хотя, если говорить искренне, дорогой, при подобных обстоятельствах я, пожалуй, снова
сделала бы то же самое, потому что налоги, дорогой, выводят меня из себя. Но я так рада,
дорогой, что они не постучат в мою дверь или, вернее, к моей Бетти, потому что я,
разумеется, живу у нее, как вас, наверное, уведомили уже в "Бич-отеле", пока мой дом не
будет готов.
- Какой дом?
- Да, дорогой, я решила не восстанавливать усадьбу в Уортинге, потому что без тех
вещей, которые мы покупали вместе с Арчи, она уже никогда не будет такой, как раньше.
Так вот, я продаю участок за немалые деньги, дорогой, а себе подобрала хорошее
местечко по дороге с ипподрома в Сандаунском заповеднике.
- И вы уже не собираетесь в Австралию?
- Нет, дорогой. Австралия слишком далеко. Понимаете, дорогой, далеко от Арчи...
Я понимал. Мне очень нравилась Мейзи.
- Боюсь, что я потратил все ваши деньги.
Она улыбнулась, склонив голову набок и гладя сумочку.
- Пустое, дорогой. Значит, вы нарисуете две картины. На одной меня, а на другой мой
новый дом...
После третьего заезда я ушел, сел на поезд до Шрузбери, а оттуда автобусом добрался
до официальной обители Фроста.
Он сидел в кабинете, с головой погрузившись в какие-то бумаги. Присутствовал также
начальник отдела старший инспектор Уолл, который в свое время так потрепал нервы
Дональду. Его я видел впервые. Мы довольно холодно пожали руки друг другу. Глаза
Уолла скользнули по моей куртке, джинсам и бутсам, не изменив своего выражения. Мне
предложили стул из пластика.
С чуть заметной усмешкой Фрост сказал:
- Вы там разворошили целый муравейник.
Уолл даже нахмурился, явно не одобряя такой фривольности.
- Обнаружилось, что вы напали на весьма разветвленную организацию. - Они оба
устремили взгляд на гору бумаг.
- Вы рассказали обо всем Дональду? - спросил я. Фрост промолчал.
- Мы проинформировали мистера Стюарта, - деревянным голосом проговорил Уолл, -
что ограбление его дома и смерть миссис Стюарт - дело преступной организации, о
которой он не мог знать и действия которой не мог предотвратить.
Холодные, удобные слова.
- До него дошло то, что вы ему сказали? Брови Уолла удивленно выгнулись.
- Я лично посетил его. Мне кажется, что он отлично все понял.
- А как с Региной?
- С телом миссис Стюарт, - поправил Уолл.
- Дональд очень хочет похоронить ее.
Фрост посмотрел на меня с почти человеческим сочувствием.
- Сложность в том, - проговорил он, - что в случае убийства тело потерпевшего должно
сохраняться у нас, потому что адвокат защиты имеет право потребовать собственную
экспертизу. В данном случае мы никого не смогли обвинить в убийстве. - Он откашлялся.
- Мы выдадим тело миссис Стюарт для захоронения, как только будут улажены все
формальности.
Я нервно сцепил пальцы.
- Успокойтесь. Ваш кузен и так многим вам обязан. Большего вы сделать не могли.
- Ладно, - криво усмехнулся я. - Тогда пойду проведаю его.
Уолл снова подал мне руку, а Фрост провел меня через холл на улицу. В ранних зимних
сумерках ярко светились огни.
- Неофициально, - сказал он, медленно шагая за мной, - могу сообщить, что
мельбурнская полиция нашла в галерее список людей, являющихся известными
взломщиками. Они распределены по странам, как и покупатели. Четыре фамилии
приходится на Англию. Мне не полагается строить догадки, тем более делиться ими, но
все же есть шанс, что убийца миссис Стюарт находится среди них.
- Правда?
- Да... Но прошу на меня не ссылаться.
- Ладно, не буду, - пообещал я. - Итак, ограбление - местная работа?
- Похоже.
"Грин, - подумал я. - Грин через "и" долгое. Грин мог нанимать их. А потом на
пожарище он проверял качество их работы".
Я остановился. Мы стояли перед цветочным магазином, в котором работала Регина.
Фрост поглядел на огромные желтые хризантемы, украшавшие ярко освещенную витрину,
и перевел на меня вопросительный взгляд. Я полез в карман, достал шесть револьверных
гильз и положил их в руку Фроста.
- Гильзы именно от того револьвера, из которого человек по фамилии Грин стрелял в
меня. Он бросил их, когда перезаряжал оружие. Я говорил вам о них по телефону. Может,
это убедит вас в том, что Грин способен на убийство.
- Ну... и что с того?
- Только предположение...
- Дальше, дальше!
- Грин находился в Англии в то самое время, когда была убита Регина...
Он уставился на меня и ждал продолжения.
- Может, Регина знала его. Ведь она была в галерее в Австралии. Может быть, она
узнала его, когда увидела в доме среди бандитов... Вероятно, потому ее и убили - было
явно недостаточно просто связать и заткнуть ей рот. Если бы она осталась жива, то
несомненно смогла бы опознать его.
Теперь он выглядел так, словно ему не хватало воздуха.
- Но это все... предположения, - попробовал возразить он.
- Я знаю наверняка, что он был здесь через две недели после смерти Регины. Я знаю,
что он по уши увяз в продаже картин, которые потом выкрадывали у владельцев. Я знаю
наверняка, что он убил бы каждого, кто мог бы обвинить или выдать его. А остальное...
ну, это уже ваши заботы!
Я продолжал идти к остановке автобуса. Он шел за мной с растерянным видом.
- Все хотели бы знать, - проговорил он, - как вы напали на след организации?
- Подсказка информатора, - усмехнулся я.
- Какого информатора?
"Информатор, - мелькнуло у меня, - контрабандист в модном пальто с великолепной
прической и сумочкой из крокодиловой кожи".
- Информаторов не выдают, - заявил я.
Он вздохнул, остановился и вытащил из пиджака кусочек оторванной ленты телекса.
- Вы знакомы с инспектором по фамилии Портер?
- Разумеется.
- Он переслал вам сообщение.
Фрост передал мне ленту. Я прочитал аккуратно напечатанные слова:
"Передайте большое спасибо художнику-англичанину".
- Вы можете кое-что передать Портеру?
- Могу, конечно. Что?
-"Пустое", - продиктовал я.
Я стоял в темноте возле дома своего кузена. Он сидел в освещенной гостиной, глядя на
портрет Регины, стоявший на камине все еще без рамы. Я позвонил.
Дональд медленно подошел и открыл.
- Чарльз? - несколько удивился он. - А я полагал, что ты в Австралии.
- Вчера прилетел.
- Заходи.
Мы прошли на кухню, где по крайней мере было тепло, и сели по разные стороны
стола. Он выглядел изможденным стариком, тенью человека, который уходит из жизни.
- Как идут дела? - спросил я.
- Дела? - хмуро переспросил он.
- Торговля вином.
- Я с тех пор не был в конторе.
- Но если у тебя до сих пор не было проблем с наличными, они появятся.
- Мне все равно!
- Ты застрял, как иголка на пластинке. Проигрываешь один и тот же мотив... - Он
смотрел на меня без всякого выражения. - Но теперь полиция знает, что это не ты
организовал ограбление.
Он медленно кивнул.
- Полицейский... инспектор Уолл... приходил и сообщил мне...
- Ну, а дальше?
- Теперь это не имеет значения.
- Из-за Регины?
Он не ответил. Глаза его затуманились.
- Тебе нужно трезво оценить обстановку, Дональд. Она мертва. Уже пять недель и три
дня, как она умерла. Ты хочешь ее увидеть сейчас?
Он страшно перепугался.
- Нет, Чарльз. Конечно нет!
- Тогда брось думать о ее мертвом теле!
- Чарльз! - Он вскочил, опрокинув стул, вне себя от ярости.
- Она в ящике холодильника, - сказал я. - А тебе нужно похоронить ее в холодной
сырой земле. Разве не все равно?
- Убирайся! - Он повысил голос. - Я больше не хочу тебя слушать.
- То, из-за чего ты убиваешься, - терпеливо уговаривал его я, - это уже не Регина.
Пойми, Дональд, то, что лежит в холодильнике, уже не Регина. Настоящая Регина - в
твоем сердце, в твоей памяти. Единственная возможная жизнь, которую ты можешь ей
дать, это помнить о ней. Ее бессмертие - в твоей жизни. И своим отказом от жизни ты
убиваешь ее вторично.
Он резко повернулся и вышел. Я слышал, как он пересек холл, и догадался, что он
направляется в гостиную. Через минуту я пошел за ним. Створки дверей были закрыты.
Я открыл двери и вошел. Он сидел на стуле на своем обычном месте.
- Убирайся... - вяло произнес он.
"Какой прок в том, - подумал я, - что человека сбрасывают с балкона, стреляют в него,
швыряют о камни, а в итоге он не может спасти своего кузена".
- Я забираю картину с собой в Лондон, - громко и безапелляционно заявил я.
Он забеспокоился и вскочил на ноги.
- Нет!..
- Да. И немедленно!
- Ты не сделаешь... Ты отдал ее мне...
- Ее нужно вставить в раму. Иначе ее скрутит и перекорежит.
- Ты не заберешь ее.
- Ты тоже можешь поехать ко мне.
- Я не могу уехать отсюда!
- Почему?
- Не будь идиотом! - взорвался он. - Ты сам знаешь почему. Потому что...
- Регина будет там, где будешь ты. Стоит подумать о ней, как она будет с тобой.
Никакой реакции.
- Она была необыкновенная. Ужасно, что ее не стало. Но она заслуживает того, чтобы
ты сделал для нее все, что возможно.
Опять ничего.
- Она не в этой комнате, а в твоих мыслях. И ты можешь взять ее с собой куда угодно.
Ничего.
Я подошел к камину и снял картину. Лицо Регины улыбалось, полное жизни.
"Но левую ноздрю следовало бы нарисовать несколько мягче..." - подумал я.
Дональд не пытался останавливать меня. Я тихо коснулся его руки.
- Давай выведем твою машину и поедем ко мне в Хитроу. Немедленно!
Дональд продолжал молчать.
- Вставай! - коротко приказал я. Он начал тихонько плакать.
Я глубоко вздохнул и взглянул на часы.
- Хватит! - сказал я через пару минут. - А бензин у тебя есть?
- Мы сможем заправиться... на шоссе... - ответил он, мучительно шмыгая носом.
Закладка в соц.сетях
