Жанр: Детектив
Даша Васильева 14. Привидение в кроссовках
...нить, откуда мне знакомы это имя и
фамилия.
- Лев Яшин, - спокойно повторил Юра, - один из совладельцев салона и
любовник Нади.
Надо же, парень выручает свою женщину, но не просто так, а под залог. Сразу
вспомнился анекдот. Звонок в офис к "новому
русскому". Банкир снимает трубку:
"Слушаю, говори побыстрей, дорогая, у меня совещание. Ссудить тебе сто
тысяч долларов? А какой залог? Твои
бриллианты? Это смешно. Машина - уже лучше, но этого мало. Дача? Ладно, ты
получишь в долг сто тысяч зеленых под залог
машины и дачи, да, да, сегодня! А сейчас, мама, не мешай, ей-богу я занят!"
- Откуда мне знакомо это имя? - пробормотала я. Лев Яшин... Определенно
где-то слышала, как у всех преподавателей, у
меня отличная память на фамилии. Лев Яшин...
Юра улыбнулся.
- Хотите помогу? Был такой голкипер, безумно популярный футболист, Лев
Яшин, скорей всего это сочетание имени и
фамилии засело у вас в мозгу давно. Но, смею вас уверить, Лева, который
совладелец салона, не имеет никакого отношения к
физкультуре и спорту. Такой огромный, рыхлый парень, вот он и дал деньги, но
только пятнадцать тысяч. То ли не имел всей
суммы, то ли не захотел расставаться с ней.
Шкатулочка, по счастью, оказалась непроданной. Леша примчался к Юре и со
слезами на глазах, рассказав всю историю,
попросил:
- Будь другом, дай пять штук. Я их быстро заработаю и отдам.
Но Юра только покачал головой:
- Нет у меня.
- Как это? - удивился Лешка.
- Просто, - ответил бывший "копатель".
- Но у тебя всегда имелось тысяч десять свободных, - настаивал Леша, - не
волнуйся, расписку оформим, все чин-чинарем.
- Я вовсе не боюсь обмана, - спокойно пояснил Юра, - денег и впрямь нет,
когда я из мира уходил, отдал сбережения на
ремонт купола этой церкви. Сейчас мои доходы очень скромные, такой суммой я не
владею. Хочешь совет? Ступай в милицию
и расскажи все, тебе помогут от вымогателя избавиться.
- А он что?
Отец Иоанн глубоко вздохнул:
- Сначала сплюнул на пол, а потом начал непотребно ругаться. Но я его,
естественно, простил, то злоба кричала.
Не получив денег, Алексей удалился, напоследок так шарахнув дверью о косяк,
что картина библейского сюжета в тяжелой
деревянной раме сорвалась с крюка и грохнулась на пол. Отец Иоанн посчитал
произошедшее с полотном знамением и
призадумался.
На следующее утро он позвонил Алексею. Денег у священнослужителя
действительно не было, но он решил предложить
Леше убежище, пристанище, где никакие люди Полковника его не отыщут. Трубку
сняла Надя и сердито заявила:
- Сами разберемся, занимайся своими молитвами.
Больше Юра не пытался связаться с Алешей и о его смерти узнал от меня.
Сев в "Пежо", я включила радио. Из динамика понеслась разухабистая песня:
А что это за девочка
И где она живет?
А вдруг она не курит,
А вдруг она не пьет?
А мы возьмем и всей
Компанией припремся к Элис...
Красиво одевается
Красиво говорит
И знает в совершенстве
Английский и иврит,
А мы с такими рожами
Возьмем, да и припремся к Элис
Да уж, вот и я с перекошенной рожей бегаю по самым разным местам и терплю
неудачу на каждом шагу! Теперь
выясняется, что Алексей влип по самую макушку в криминальные разборки. Ну и при
чем тут Надя? Может, я вообще не там
ищу? Может, она просто покончила с собой? Ага, пришла в книжный магазин, имея на
руках паспорт на чужое имя, влезла в
шкафчик для одежды, сложилась пополам и перестала дышать. Замечательно! Чудесная
версия, но другой у меня нет. Остается
маленькая, слабенькая, тонкая ниточка, ведущая к парню по имени Лева Яшин.
Может, он хоть чуть-чуть прольет свет на эту
темную историю.
Если Юра не ошибается, значит, Надя была любовницей совладельца салона.
Неужели она не поделилась с парнем никакой
информацией? Имелась еще одна странность. Алексей погиб осенью, а Надюшу убили в
январе. Предположим, что это сделали
люди бравого Полковника. Хорошо, я понимаю, почему они убрали Лешку, тот обокрал
их смотрящего и не сумел заплатить
штраф, но при чем тут Надя?
Ладно, криминальный мир жесток, и за ошибку одного человека часто отвечают
все члены семьи, хотя, насколько я знаю,
определенные структуры не любят проливать кровь зря.
Просто так, ради удовольствия, убивают маньяки. Почему убийца ждал
несколько месяцев и только тогда убрал Надю?
Логично было бы "замочить" сразу и брата и сестру, или эти две смерти не связаны
друг с другом? Может, я с самого начала
совершила ошибку, объединив эти преступления? Вдруг Лешу уничтожили люди
Полковника, а Надю... Надю кто? За что?
Какую выгоду преследовал киллер? Не знаю. Я вообще ничего не узнала, кроме
ерунды, и ни на шаг не приблизилась к
разгадке, ужасно глупая неумеха!
Ругая себя на все корки, я нажала на тормоз и почувствовала сзади легкий
толчок.
- Твою мать, - заорал высокий худощавый парень в черной кожаной куртке,
выскакивая из тонированной "восьмерки" цвета
баклажан, - ну какого черта ты тормозишь без всякого повода! Теперь вот фару
разбил!
Наверно, мне следовало рявкнуть ему в ответ что-то типа:
- Сам идиот, держи дистанцию, кто бьет сзади, тот и виноват!
Но мне неожиданно стало ужасно жаль себя! Бедная, несчастная Дашенька,
носится целый день по городу абсолютно зря.
Ничегошеньки не узнала! Дом в Ложкине никак не починят, директора магазина из
меня не вышло, и вообще, за мной
гоняется привидение! Работники вневедомственной охраны посчитали меня за
алкоголичку, бедная Леля получила от меня
энциклопедией по голове! Еще хорошо, что дочка Сыромятниковых тихое, незлобивое,
слегка апатичное существо. Если
перевернуть ситуацию и представить на минутку, что Карина Сыромятникова лупит со
всей дури толстенной книгой Маню, то
скорей всего моя дочь бы не упала без сознания, а развернулась и, не слишком
долго думая, треснула мадам Сыро-мятникову
чем придется по лбу. Естественно, потом бы Маню замучили угрызения совести, мы с
ней очень похожи.
Я тоже сначала делаю, а потом думаю, стоило ли это делать вообще. Ну почему
я нажала на тормоз? Ведь собиралась,
наоборот, прибавить газу. Перепутала педали. Ну отчего я их путаю? Ведь не
первый год имею права! Ужасно!
- Кое-кому вообще не следует садиться за руль, - злился парень. - Слышь,
тетя, зачем ты машину взяла: небось муж купил,
чтобы от тебя побыстрей избавиться, чмо ненужное.
Я раскрыла было рот, чтобы с достоинством ответить:
- Молодой человек, я не замужем, а "Пежо" купила на собственные средства, -
но тут вдруг внезапно пришло в голову, что
никаких денег у меня нет, капитал принадлежит Аркаше, Мане и Наташке. Я же
абсолютно бесполезное существо, которое дети
и лучшая подруга держат дома из милости.
- Вы правы, - пролепетала я, - вы абсолютно правы, я никому не нужное,
глупое чмо!
Ноги мои подломились в коленях, я опустилась на бордюрный камень, из глаз
потоком хлынули горючие слезы.
- Эй, эй, - засуетился парень, - вы чего? А ну перестаньте, тут делов на
пять минут. Фара моя копеечная, да не стану я с вас
ничего брать! Из-за своего бампера убиваетесь? Зря, ей-богу. Там ерунда, пару
раз жестянщик стукнет, и отлично. Ну, ну,
успокойтесь.
Но я продолжала плакать.
- Ну хватит, - гладил меня по голове парень, - будет! Боитесь, что муж
заругает?
- У меня нет мужа, - всхлипывала я.
- Не беда, - утешал шофер "восьмерки", - какие ваши годы, еще найдете
счастье, ну, ну, хватит. Ну вот, молодец. Вы где
живете?
- В книжном магазине, на Федосеева.
- Вот и поезжайте туда тихонечко, давайте, давайте.
Я кивнула и влезла в "Пежо". Парень сел в "восьмерку".
- Эй! - крикнул он. Я высунулась в окно:
- Что?
- Не расстраивайся, ты отлично водишь машину, я сам, дурак, виноват, надо
было дистанцию держать.
- Возьми у меня деньги за фару!
- Ой, - отмахнулся юноша, - я тебя умоляю, говно вопрос, две копейки, ну
прощай.
Он ловко включил первую скорость и стартовал под звуки песни группы "Любэ",
несущейся из радиоприемника. Я покатила
в магазин, чувствуя, как горячий комок, стоящий у самого горла, медленно тает.
Надо же, в первый раз за всю жизнь со мной
случилась истерика.
ГЛАВА 24
Остаток дня я усиленно старалась быть хорошим директором. Хотя, если
сказать честно, делать мне решительно было
нечего, торговлей книгами железной рукой руководила Аллочка. Выпроводив
последних покупателей, я посмотрела, как
разбегаются по домам девочки-продавщицы, обратила внимание на то, что Света и
Лиля нырнули в красивый серебристый
"Мерседес", за руль которого села Шура, и решила сходить в супермаркет купить
Мане и Леле пирожных.
- Ну что, Дашенька, - раздалось за спиной, - поедешь ко мне ночевать?
Улыбающаяся Аллочка возникла на пороге.
- Нет, спасибо, зачем тебя стеснять.
- Мне в радость.
- В другой раз.
- Ну, как знаешь.
Аллочка исчезла за дверью. Я сгоняла в супермаркет, приволокла гору еды и
весь вечер старательно исполняла роль матери,
даже пришила Машке на юбку оторванную пуговицу, чего никогда не делаю, потому
что швея из меня еще более плохая, чем
водитель, вечно путаюсь в нитках и колюсь иголками.
Около полуночи девочки заснули. Собаки тоже легли и мирно засопели. Сомс
отправился ловить мышей, а ленивые Фифина
и Клепа не пожелали бродить ночью по закоулкам, кошки плюхнулись на письменный
стол и нагло развалились под
настольной лампой.
Я немного почитала, слопала пару яблок и заснула, твердо решив с
завтрашнего дня начать новую жизнь: буду делать
зарядку, обливаться холодкой водой, перестану питаться гамбургерами, начну
проверять у Машки уроки - и никаких
расследований, все, хватит!
Глаза закрылись, начал подкрадываться сон. Вдруг Хучик вылез из-под одеяла,
сел на кровати и заскулил.
- Ложись, милый, - пробормотала я.
Но мопс нервничал. Он соскочил с дивана и поковылял к двери. Остальные
собаки спали с девочками, и я подумала, что
Хучик хочет присоединиться к друзьям. Пришлось идти к двери и открывать ее.
- Ну, топай к Мане.
Но Хуч не пошел в кабинет к Аллочке, он побежал вниз по лестнице.
- Эй, ты куда?
Но мопс, повизгивая, уже спустился в торговый зал.
- Погоди! - крикнула я и в это мгновение увидела внизу тонкий лучик
фонарика.
Так, привидений не существует, значит, на улице опять безобразничает некто,
желающий разбить витрину. Сейчас
осторожно дойду до "тревожной кнопки", вызову милицию, пускай проверят документы
у безобразника. Конечно, может быть,
на улице стоит просто любопытный, но...
Ноги быстро сбежали по лестнице, я повернула направо и заорала. Возле
стеллажей с книгами по автомобилевождению
покачивалось серое привидение. У его ног сидел Хучик и вилял хвостом.
- Леля, это ты? - на всякий случай осведомилась я.
Фантом молчал, потом шагнул в мою сторону.
- Эй, эй, - попятилась я.
Видение стало медленно поднимать руки.
В прошлый раз я панически испугалась этого движения и бросилась спасаться
бегством, но сегодня, не знаю почему, ужас
не пришел. Может, сыграла роль истерика, устроенная на дороге? Неожиданно для
самой себя я не испугалась, а обозлилась до
крайности. Призрак шагнул вперед, я отступила к прилавкам и наткнулась на
большую, полированную, красивую указку,
которыми торгует отдел сувениров. Я ее схватила и, выставив перед собой, как
пику, ринулась на фантом. Сейчас посмотрим,
чья возьмет! Ну-ка, кто в этом магазине хозяин, я или идиотское привидение!
Одетая в белое фигура развернулась и понеслась в сторону отдела
канцелярских принадлежностей. Я бежала за
развевающимся балахоном, норовя ткнуть в него острым концом указки. Под ногами
путался повизгивающий Хучик. Фантом
опрокинул на бегу пару стеллажей с книгами. Скорей всего он сделал это нарочно,
явно надеясь, что преследовательница
притормозит или, того лучше, споткнется о тома и шлепнется на паркет, словно
куль с мукой. Но я неожиданно ловко обошла
все преграды и радостно заорала:
- Ага! Сейчас попадешься!
Наверное, привидение поняло, что избрало неверный путь. Впереди, метрах в
десяти, маячила стена. Возле нее стоял автомат
по продаже открыток, справа от него высился стенд, забитый яркими разноцветными
почтовыми карточками, слева
громоздился огромный старинный глобус на деревянной подставке. Призраку было
некуда деться. Сейчас я прижму его к
стене.
Фантом добежал до автомата по продаже открыток, споткнулся, стукнулся лицом
о небольшую полочку, куда следовало
класть подбородок для съемки на открытку, раздалось тихое шуршание, из автомата
сбоку выехал небольшой прямоугольник.
Привидение замахало руками, ухватилось за стенд с открытками, последние попадали
на пол, словно осенние листья,
застигнутые непогодой.
Я уже собиралась, изловчившись, схватить край серо-белой хламиды,
укутывающей фигуру с головой, но именно в этот
момент мои ноги, попав на глянцевые открыточки, поскользнулись и разъехались в
разные стороны. Желая удержаться, я
уцепилась за первое, что попалось под руку. К сожалению, это оказалась витрина,
внутри которой хранились надежно запертые
дорогущие авторучки. Пальцы с душераздирающим скрипом скользнули по стеклу, я
рухнула на пол. Указка, выпав из моих
рук, откатилась в сторону.
Призрак издал нервный звук, похожий на истерическое хихиканье, оперся на
глобус, потом прислонился к стене и...
втянулся в нее. Лежа на паркете, усеянном открытками, я, открыв рот, наблюдала
за происходящим. Сначала привидение
всунуло в стену голову, потом плечо, руку, ногу, затем без видимого усилия
втащило все остальное и исчезло.
В полном обалдении я ущипнула себя за руку. Святые угодники! Это и впрямь
нематериальная субстанция. А я ведь
заподозрила, что под покрывалом человек. Но ни одно существо из плоти и крови не
способно пролезть сквозь кирпичную
преграду.
- Мусик, - заорала Маня, - что стряслось?!
Затем послышался топот, это дочь неслась по ступенькам вниз.
- Мусечка! Ты ушиблась?
- Нет, - ответила я, сгребая ноги в кучу.
- Ты упала?
- Ерунда, детка, просто легла отдохнуть!
- Мать, - неожиданно обратилась ко мне Маруся таким тоном, каким обычно
разговаривает Аркадий, - немедленно
рассказывай, чем ты тут занималась. Категорически требую!
- Ловила привидение!
Маня захохотала. Ну вот, всегда так. Сначала настаивают на откровенности, а
когда я по наивности говорю чистую правду,
начинают веселиться. Если бы соврала, сказав, будто пошла попить воды и упала по
дороге, обрушив открытки, Мару-ся,
причитая от жалости, стала бы поднимать матушку. А так смеется во весь голос.
- Ничего веселого в данной ситуации не вижу, - обозлилась я. - Привидение
только что носилось по залу.
- Куда же оно делось?
- Ушло в стену!
Новый раскат хохота сотряс торговый зал.
- Муся, - радовалась дочь, - признавайся, опять читала перед сном какойнибудь
"Оракул".
Я стала молча подбирать разбросанные открытки. Большинство было мятыми,
испорченными, вряд ли найдется покупатель,
желающий их приобрести. Кое-как расставив все по местам, мы с Маруськой решили
было пойти наверх.
- Это что? - спросила дочь, указывая пальцем на какой-то предмет, сереющий
под прилавком. Я нагнулась и вытащила
кроссовку, зашнурованную, даже завязанную кокетливым бантиком.
- Твоя? - поинтересовалась я у Мани.
- Нет, конечно, - ответила девочка, - смотри, какой размер! Сорок четвертый
небось! Наверное, кто-то из продавщиц
оставляет тут сменную обувь!
Я с сомнением посмотрела на спортивный башмак. Девушки, приходя в магазин,
надевают туфли, но сапожки они прячут в
ящиках под шкафчиками. Никому не придет в голову переодеваться в торговом зале.
Значит, кроссовку потерял кто-то другой,
причем мужчина, потому что Маня оказалась права, на подметке четко выделялась
цифра "сорок четыре". Совершенно
неженский размер. А лиц мужского пола в "Офене" нет, вернее, они не работают
постоянно. Электрик, сантехник и шоферы,
которые привозят книги, просто заглядывают сюда.
- Может, кто из покупателей потерял? - предположила подошедшая Леля. Маня
вновь бодро захихикала:
- Ну ты придумала! На улице-то январь, кто же ходит в кедах? И потом, что
он босиком по снегу убежал?
- Может, это кроссовки Миши, нуте, что плавали в бассейне?
- Нет, - хором ответили девочки, - их Аллочка выкинула, подметки
отвалились. Потом, они были черные, а эти серые, даже
ближе к белым.
Я молча пошла наверх, держа в руке чужую обувку. Оставалось только одно:
расспросить завтра всех продавщиц и, если
никто не признает башмак своим, придется поверить, что он принадлежит
привидению.
С утра на улице разыгралась жуткая непогода. Дождь со снегом хлестал
потоками с серого неба, укутанного свинцовыми
тучами, было холодно, мокро, гадко, и я с трудом разомкнула глаза.
- Эй, гулять! - кричала Маня, стоя в торговом зале. - Живей давайте, а то в
школу опоздаем. Лелька, натягивай на Банди
намордник. Хучик, Хучик, Хуч... Хуч!!!
Потом дверь в мой кабинет приоткрылась.
- Мам, Хучик у тебя?
Я окинула взглядом комнату:
- Нет.
- А где?
- Не знаю.
- Он не тут спал?
Вспомнив, как удобно было сегодня на узком диване, я ответила:
- Похоже, что нет.
- Где же он дрых?
- Я думала - с вами.
- Но его нигде нет!
Я села на диване и зевнула.
- Не волнуйся, ты же знаешь, как он любит сырую погоду, вот услышал, что
всех сейчас поволокут на улицу, и спрятался.
И это святая правда. Мопсы - теплолюбивые собачки, обожающие проводить
время в груде одеял и горе подушек. Весну,
осень и зиму Хучик ненавидит. Его коротенькие кривые лапки совершенно не
приспособлены к ходьбе по снегу и лужам. Нет,
Хучик любит воду, но только, если ее предварительно подогрели до тридцати семи
градусов и налили в ванну. Вот там он будет
ощущать себя комфортно, станет радостно плавать от одного конца джакузи до
другого, а в минуту особо хорошего настроения
даже разрешит вымыть себе голову.
Правда, Хуч капризен. Банди соглашается на любое мыло, хоть на
хозяйственное. Однажды, когда у нас в Ложкине внезапно
кончился шампунь, ленивая Зайка не поехала в магазин за новым, а вымыла пита
"Ферри".
С Хучиком такой номер не пройдет. Он разрешает намыливать себя только
продукцией фирмы "Чико", предназначенной
для младенцев-аллергиков, белым гелем без запаха. Я не стану сейчас упоминать о
стоимости крохотной, пятидесятимиллилитровой
бутылочки, просто поверьте, что на эту сумму можно весьма
комфортно прожить пару дней.
Если на улице ненастье, мопс ни за что не пойдет гулять. Хуч - хитрец, и он
знает: если хозяева его найдут, обязательно
вытолкнут под дождь, и придется, без конца отряхиваясь, шлепать нежными лапками
по грязи. Поэтому он выбирает уголок
поукромней и забивается в него. Обычно поорав на разные лады: "Хучик, иди сюда"
и "Ну, погоди, влетит тебе", Маня
открывает дверь и выпускает нашу свору во двор. Хуч блаженно вздыхает и
засыпает, слава богу, от него отвязались, можно
спокойно отдыхать.
Как же, спросите вы, он решает проблему естественных потребностей. Да очень
просто. Когда Хучику хочется пописать, он
преспокойненько усаживается в кошачий туалет. Клеопатра и Фифина синеют от
злобы, когда видят мопса в своем лотке, они
начинают шипеть и размахивать когтистыми лапами. Но Хучик не обращает на кисок
никакого внимания. Он спокойно
завершает свои дела и с достоинством удаляется. Клеопатра, как правило, бежит за
ним, стараясь отшлепать, а Фифина
усаживается возле сортира и, душераздирающе мяукая, требует немедленно сменить
весь наполнитель.
Поэтому сегодня ни я, ни Маня не удивились отсутствию мопса. В "Офене"
полным-полно незаметных уголков, а на улице
льет дождь.
День понесся своим чередом. Сначала ко мне пришел представитель из
муниципалитета, но я теперь ловко расправляюсь с
подобными гостями. Конверт с долларами, пакет с книгами - и до свидания,
дорогие, до следующих встреч. Так что с дядькой
из местной администрации я справилась за полчаса.
Потом в кабинет влетела Шура и затопала ногами:
- Вы видели мои открытки? Что случилось?
Я только вздохнула. Шура нравилась мне все больше и больше: веселая,
энергичная, к тому же совсем не дура. В свой
первый приход в магазин в качестве продавщицы она явилась в вызывающих брюках из
голубой кожи и в бриллиантовых
серьгах Девчонки, естественно, ничего не сказали, но на следующий день Шура,
правильно истолковавшая взгляды, которые
бросали на нее товарки, появилась в самых обычных твидовых штанишках и
пластмассовых клипсах.
- Мои открытки! - чуть не плакала Шура. Я хотела было рассказать про
привидение, но потом передумала.
- Очень прошу тебя, никому не говори.
- Почему? - злилась девушка.
- Ну, вчера в магазин вошел посторонний, вечером я, очевидно, забыла
запереть дверь, а он решил поживиться тем, что
плохо лежит. Ну и наткнулся на автомат...
- А вы что делали?
- За ним побежала, но не поймала, он на улицу выскочил.
- Очень глупо поступили, - возмутилась Шура, - вдруг бы у него пистолет
был. Кстати, это женщина.
- Откуда ты знаешь? - изумилась я.
Шура хмыкнула и показала открытку. Я взяла ее в руки: "С днем рождения
поздравляю, счастья, радости желаю". Внизу
красовалось фото чего-то непонятного, круглого, серого...
- Это что?
- Грабитель в автомате решил сняться, а открытку не взял, наверное, вы его
в этот момент спугнули.
Я вспомнила, как привидение шлепнулось лицом об аппарат, и ответила:
- Нет, он налетел на него, стал падать, зацепился подбородком за полочку, а
объектив сработал.
- Ну да, - кивнула Шура, - он реагирует, когда морду на подставку кладут.
- Только тут ничего не разобрать, у грабителя на голове был такой
капюшон...
- Небось чулок натянул, - вздохнула Шура.
- Почему же ты решила, что он женщина?
- А вы гляньте, - ответила Шура, направляя лампу на фото.
Я всмотрелась. И правда, под тканью виднелось нечто, словно снятое сквозь
толщу воды.
- Это глаза, - бормотала Шура.
Правильно, очень похоже, нос, рот, шея. Но видно очень плохо. Очевидно,
балахон привидения был сделан из чего-то,
похожего на марлю.
- А в ушах, - торжествующе закончила жена Бетона, - висят серьги!
Я напрягла зрение и заметила две довольно крупные бомбошки, прикрепленные к
мочкам.
- Но мужчины тоже носят сережки!
- Э нет, - подхватила Шура, - только одну серьгу, в правом или левом ухе.
Все время забываю, кто где. Геи в левое или в
правое вдевают? Да неважно, но две не вдевает никто, тем более такие крупные,
круглые. Парни любят кольцо или крестик.
Нет, поверьте мне, там баба была! Ну не сволочь ли!
Я не знала, как реагировать. Сказать Шуре, что существо "втянулось" в
стену? Объяснить, что оно было из энергетической
материи? Пожалуй, не стану. Может, отправить это фото в газету "Оракул"? Похоже,
что у Шуры в руках настоящая сенсация,
снимок призрака...
Но что-то меня удержало от подобного поступка. Шура ушла. Я поперекладывала
на столе карандаши и позвонила Дине,
завистливой подруге Нади Колпаковой.
- Кто там в такую рань? - послышался сонный голос.
Я глянула на часы: половина двенадцатого, ну уже можно и проснуться.
- Простите, Дина, это Даша, та самая, которая устроила вашего мужа, Олега
Рогова, в наркологическую клинику. Как его
здоровье?
- Чтоб у меня оно такое было! - гаркнула Дина. - Чего вам надо, а? Ну
какого черта разбудили? Еле-еле в четыре часа
заснула!!!
- Диночка, слышали ли вы про человека, которого зовут Лев Яшин?
- Ну!
- Так знаете его или нет?
- Знаю. Надькин хахаль. Жуткий тип, из этих, криминальных элементов,
абсолютно тупой, просто как волейбольный мяч, но
богатый. Надюха у нас с бедными дел не имела.
- Телефончик подскажите.
- Чей?
А еще упрекает других в тупости!
- Левы.
- Откуда он у меня? Вместе не гуляли, домами не дружили.
- Может, домашний адрес знаете?
- А за фигом он мне? Езжайте в салон, он там всегда сидит!
Да, похоже, я растеряла всякое соображение. Ведь мне говорили неоднократно,
что Лева - хозяин Нади.
- Где находится ее салон?
- Хрен его знает, - зевнула Дина. - Это все? Недосуг мне болтать.
- Название хоть подскажите.
- Чье?
- Салона, - ответила я сквозь стиснутые зубы.
- Понятия не имею!
Треснув трубкой о рычаг, я вытащила мобильный.
- Справочная Би-лайн, рады помочь!
- Дайте мне, пожалуйста, телефоны всех антикварных магазинов Москвы.
- Вы имеете в виду те торговые точки, что торгуют антиквариатом?
- Именно.
Девушка помолчала, потом робко сказала:
- Их восемнадцать штук.
- Пишу.
Служащая Би-лайн, которой строго-настрого запрещено спорить с абонентами,
принялась диктовать цифры. Я положила
листок перед собой и стала названивать.
Естественно, удача пришла на восемнадцатом номере. Семнадцать раз я
спрашивала:
- Позовите, пожалуйста, Льва Яшина. И каждый раз слышала в ответ:
- Вы ошиблись номером. И только когда добралась до самого конца списка, из
трубки донеслось:
- Лев Андриянович уехал обедать.
- Когда он вернется?
- Около четырех.
- Скажите, господин Яшин точно вернется на работу?
- Конечно, - сообщила безукоризненно вежливая секретарша, - Лев Андриянович
всегда в девятнадцать ноль-ноль лично
запирает салон.
Похвальная привычка! А главное, очень удобная для меня. Потому что прямо
сейчас я помчусь в торговую точку с
поэтическим названием "Афина"
Плюхнувшись в "Пежо", я вспомнила, что не предупредила о своем отсутствии
Аллочку, и решила сбегать к
заместительнице, но потом посмотрела на дождь, барабанящий по мостовой, и
передумала. Ладно, никто и не заметит, что
директрисы нет.
Место для салона хозяева выбрали просто пре красное. В старом московском
районе, возле метро "Кропоткинская", в тихом
кривом переулочке. Впрочем, маленький отрезок земли, на котором стояло всего два
дома, затруднительно было назвать даже
переулком.
Я потянула тяжеленную дверь из черного дуба и под звяканье колокольчика
вошла внутрь. Рот раскрылся сам собой. До сих
пор подобный антураж я видела только в кино, в английских фильмах по романам
Чарлза Диккенса.
Тяжелая разномастная старинная мебель густо стояла в зале. Два буфета,
круглый обеденный стол, квадратный письменный,
штук восемь стульев, козетка, рекамье, парочка пуфиков, три, нет, четыре
комодика-буль, два вольтеровских кресла...
Абсолютно нелепо выглядели тут три вешалки с
...Закладка в соц.сетях
