Жанр: Детектив
Любовница
...дверь и пошли по коридору. - Мой почерк неотразим для
стриптизерок.
- Да, сэр, - сказал он через плечо.
- Но только для особо одаренных артисток и только для женщин, - добавил
я. - Для остальных в моем почерке нет ничего особенного.
Он остановился у двери и тихо постучал.
- Войдите, - послышался хриплый голос. Официант медленно отступил, и я
быстро открыл дверь, прежде чем его ладонь коснулась меня.
Очутившись внутри, я так же быстро прикрыл дверь и прислонился к ней. Это
была гримерная, и я расстроился, потому что Габриель уже успела одеться. Она
сидела перед зеркалом в серебристом вечернем платье. Я подождал, пока она
закончит подрисовывать брови, наблюдая за мной в зеркале.
- Вы - друг Говарда? - спросила она наконец.
- Можете меня так называть, - сказал я, продолжая ее внимательно
разглядывать.
- Я слышала об убийстве Линды, - сказала она и еще раз взглянула на мою
записку, лежавшую перед ней на столе. - Вы пишете, что Говард в беде. Что за
беда?
- Линда была племянницей шерифа графства, - сказал я. - Говард за
некоторое время до убийства сделал шерифу предложение, но тот его не принял.
Говард сказал, что сделает ему последнее предупреждение, и шериф считает,
что труп девушки на его ступенях как раз и стал таким предупреждением.
Она взяла сигарету из пачки и закурила.
- Глупо со стороны Говарда, - осторожно сказала она. - Это на него не
похоже. Но что могу сделать я?
- Мне хотелось бы поговорить с вами об этом. Почему бы нам не пойти
куда-нибудь выпить?
- Сейчас не могу, - сказала она. - Нужно еще кое с кем встретиться. Но я
могла бы повидаться с вами потом... Примерно в два тридцать.
- Прекрасно. Думаю, что так или иначе здесь никто не спит ночью.
- Для сна есть завтрашний день.
- Я найду вас здесь, в баре?
Она подумала, потом покачала головой.
- Не думаю. Лучше прийти ко мне. Вы поедете на другой конец Стрипа. Там
есть газовая станция под вывеской Нормана. Около нее повернете направо, и
через два квартала, в угловом доме, моя квартира. Вы не заблудитесь. Дом
бело-голубого цвета.
- Прекрасно, - сказал я.
- Если не застанете меня, входите и выпейте чего-нибудь. Входная дверь не
заперта.
- Вот это гостеприимство!
- Как вас зовут?
- Эл Уилер.
- Хорошо, Эл, до встречи.
Она повернулась к зеркалу и продолжила заниматься макияжем.
Я закрыл за собой дверь и прошел несколько футов по коридору, когда
впереди из зашторенной двери вышли двое парней и направились мне навстречу.
Оба крупные, хорошо одетые и похожие на профессионалов. Я продолжал идти, и
они остановились, поджидая меня. Именно тогда, когда я подошел к ним, они
немного сдвинулись и загородили мне проход.
- Управляющему хотелось бы повидаться с вами, - вежливо сказал один из
них.
- Я не хотел бы оставаться здесь дольше, и так потерял доллар.
- Его кабинет в конце коридора, - сказал второй. Он ловко ощупал мой
пиджак, вытащил из плечевой кобуры 38-й и тихонько прищелкнул языком.
- У вас, конечно, есть разрешение на ношение оружия? - заметил он.
- Я сообщу финансовой компании, - заверил я. - Еще три минуты - и он
станет моим.
- Остроумно, - заметил первый. - Мне это нравится. Малый с чувством
юмора. Я видел, как люди, подобные ему, умирали с улыбкой.
- Пошли, - кивнул второй. - Теперь мы спокойны...
Он сунул мой револьвер в свой набедренный карман, отчего его костюм не
стал сидеть лучше.
Мы остановились у двери с табличкой "Управляющий". Первый постучал и
открыл дверь. Втроем мы вошли в кабинет.
Это была большая комната с кушеткой, которая больше походила на пыточную
камеру или на кабинет психиатра. Парень, сидевший за столом светлого дерева,
не был похож на пациента психиатрической клиники. Вообще не было похоже,
чтобы он нуждался в услугах врача.
- Садитесь, Уилер, - спокойно сказал он. - Я хочу поговорить с вами. - Он
посмотрел на тех двоих и жестом отпустил их. - А вы подождите снаружи. Они
вышли, я услышал, как захлопнулась дверь. Некоторое время парень молча
смотрел на меня. Он выглядел как типичный преуспевающий администратор
крупной компании. Но у него имелось одно большое преимущество - он работал
на синдикат.
- Вас зовут Уилер, - холодно сказал он. - Вы приехали сюда сегодня
вечером из Пайн-Сити. Послали Габриель записку, сообщив, что Флетчер в беде
и нуждается в помощи.
- Верно, - согласился я. - А какое это имеет отношение к вам?
- В настоящее время Габриель является частной собственностью, - ответил
он. - Своего рода страховкой, можно и так сказать. Она не будет помогать
Флетчеру, потому что останется здесь, в Вегасе.
- Я только доставил сообщение. Для друга.
- Насколько вы близки с Флетчером? - тихо спросил он.
Я пожал плечами:
- Я познакомился с ним, когда он приехал в Пайн-Сити. Он рассчитывал
развернуться там. Думаю, его можно назвать хорошим парнем, с которым стоит
иметь дело. Вот так.
- Вы работали на него?
- Не сказал бы. Я сам по себе. Его нижняя губа слегка скривилась.
- Хочешь примазаться к банку, Уилер?
- Не совсем так. - Я постарался изобразить удивление. - Вы ведь знаете,
Пайн-Сити управляется полицейскими. Я собираю, что могу, и здесь и там.
- Я знал это в тот момент, как вы вошли сюда, - сказал он с презрением. -
Вы даже не похожи на специалиста. Скорее вы напоминаете мне мелкого жулика,
который убегает, как только хозяин закричит: "Полиция!"
Я постарался удивиться еще больше.
- А на что вы жалуетесь? - нервозно спросил я. - Флетчер попросил меня
поговорить с дамой, вот и все. Сказать ей, что он впутался в беду с копами
из-за убийства Линды Скотт и что они пытаются пришить это дело ему. Я
передал, что он просит о помощи, вот и все. Вы ведь не возражаете, чтобы я
поговорил с дамой, не так ли?
- Возражаю.
- Хорошо, тогда я не буду говорить с дамой.
- Вот вам совет, - сказал он. - У вас нет ни малейшего шанса в этом
городе, Уилер. Для чего вы носите с собой 38-й? Разве вы не боитесь, что он
может выстрелить и до смерти напугать вас? Парни, подобные вам, должны
оставаться честными.
- О'кей. Итак, я принимаю ваш совет и возвращаюсь в Пайн-Сити. Но что я
скажу Флетчеру, когда вернусь? Он заплатил мне пару сотен, чтобы я приехал
сюда. Мне нужно что-то сказать ему.
- Передайте, что Габриель прекрасна, вполне здорова и, вероятно, такой и
останется, пока он не пришлет сюда еще кого-то, чтобы встретиться с ней.
- Это все, что я должен сказать ему?
- Все, приятель. - Он нажал кнопку на столе, и в комнату вошли те
мускулистые типы. - Макс, - сказал он, - мистер Уилер покидает город по
состоянию здоровья. Отвезите его в аэропорт и оставайтесь с ним, пока он не
поднимется в самолет.
- Непременно, мистер Фултон, - вежливо сказал Макс, ценитель юмора. Он
посмотрел на меня и кивнул на дверь:
- Пошли, Уилер.
Я посмотрел на другого.
- Можно вернуть мне мой револьвер? - с надеждой спросил я.
Тот взглянул на Фултона, который кивнул ему и сказал:
- Конечно, отдайте ему пушку, но разрядите. Единственное, на что ему
сгодится этот револьвер, - размозжить себе голову!
Глава 5
За домами стоял синий "кадиллак". Макс открыл дверцу и кивнул, чтобы я
садился.
- Поведете сами, - сказал он.
Мы выбрались на Стрип. Конечно, я мог бы восхищаться сверканием реклам,
если бы не был слишком занят: надо было ехать сравнительно медленно.
- Правильно, Уилер, - заметил Макс, - не торопитесь. У нас много времени.
Еще по крайней мере пара часов до вашего самолета.
- Этот Фултон, - сказал я, - грубый он человек!
- Тут вы не ошибаетесь, - согласился Макс. - Но вы тоже ловкий парень. И
просто молодец, что приняли его совет, не пытаясь из него ничего вытянуть!
- Я считал, что он человек моего круга. Должно быть, трудный город.
- Это очень мирный город, - философствовал Макс. - Но он может стать
по-настоящему трудным, если кто-то попытается что-то затеять. Еще вы могли
бы назвать его высокоорганизованным городом и были бы правы.
Поворот на аэропорт был ярко освещен. Я послушно повел машину туда, и
через пять минут мы добрались до места. Часы на стене показывали четверть
третьего. Следующий самолет в Лос-Анджелес отправлялся в 5.30. Я
зарегистрировал свой билет у клерка за стойкой и без хлопот получил место в
самолете.
- Теперь нам остается только ждать, - сказал Макс, когда мы отошли от
стойки. - Чем вы собираетесь заняться, мистер Уилер? Сыграть на игральном
автомате? Нет, я же забыл, вы ведь проиграли целый доллар! Хотите кофе?
- Как насчет того, чтобы выйти отсюда? - спросил я. - Надо же как-то
убить эти три часа до самолета. Нельзя ли прогуляться?
- Куда? В... Пайн-Сити?
- Просто вокруг здания, если вы не возражаете.
- Думаю, можно, - ответил он, - но только один раз, Уилер. У меня болят
ноги.
Мы не спеша вышли и продолжали идти, пока не оказались в тени здания,
несколько в стороне от главного входа. Я остановился, глядя на бесконечное
сияние реклам вдоль Стрипа.
- Да, на это стоит посмотреть, - заметил я.
- Постепенно привыкаешь, - равнодушно заметил Макс.
Левой рукой я указал в сторону.
- Вон там - Пески?
- Отель "Дезерт", - коротко ответил он. - Пески немного дальше.
Он вежливо указал направление, отвернувшись от меня.
Я вытащил из кобуры пустой револьвер и ударил его рукояткой сбоку по
голове. Макс был крепким парнем. Он медленно опустился на колени, протягивая
ко мне руки. Тогда я ударил его по затылку.
Вокруг было тихо: не слышалось ни криков, ни поспешных шагов. Я осторожно
оглянулся и не увидел ничего, достойного беспокойства. Быстро добравшись до
"кадиллака", я подъехал к лежащему Максу.
Он был достаточно тяжел, но я все же втащил его в машину и положил на
заднее сиденье. Он тяжело навалился на спинку, а потом соскользнул,
ударившись при этом головой. Стоило, конечно, пожалеть его, но у меня не
было времени, поэтому я просто захлопнул дверцу и выехал на Стрип.
Никто не хватится Макса, пока не взлетит самолет. Во всяком случае, я
располагал временем до 5.30. Однако Макс создавал проблему. У меня было
назначено свидание, а свидание требует времени, и было бы кощунством не
пойти на свидание с Габриель.
Я увеличил скорость. Через пару минут снял ногу с педали газа и поехал
тише: в свете фар появился поворот. Там начиналась темная дорога с надписью:
"2 мили до..." Остальное стерлось. Возможно, она вела к заброшенному ранчо,
а может быть, в никуда.
Я ехал по ней до тех пор, пока не добрался до полузаброшенной хижины, на
которой висело объявление, что имение продается. Место было подходящее.
Когда я открыл заднюю дверцу, Макс тихо застонал, но не двинулся. Я
ударил его носком ботинка под ребра и, не увидев никакой реакции, вытащил из
машины и раздел до плавок.
- Вам придется долго добираться домой. Макс, - сказал я ему, - но ночь
теплая. Я надеюсь, что вы не станете скандалить на шоссе, когда вас увидят в
таком виде, в плавках, - они выглядят ужасно.
Он, конечно, не слышал меня, поэтому я сел в машину и уехал.
Пятнадцать минут спустя я остановился у дома Габриель. Пройдя по короткой
дорожке, нашел дверь открытой. В доме горел свет.
- Эл Уилер? - откуда-то изнутри спросила она. - Я в гостиной. Входите.
Из маленького холла дверь вела в гостиную. Она стояла ко мне спиной,
занятая приготовлением напитка.
- Вы опоздали, - равнодушно сказала она.
- Я пью виски с содовой, чтобы не стать алкоголиком, - с надеждой сказал
я, входя в комнату. - Меня задержали.
- Задержали?
Она начала смешивать мне напиток, и я еле удержался, чтобы не вырвать
стакан у нее из рук, прежде чем она кончит наливать содовую.
- Мне пришлось поговорить с двумя парнями, - сказал я, - но теперь это
уже их проблема.
Она подняла на меня глаза. Я взглянул на нее и получил один из лучших
ответных взглядов. Она видела слегка побитого копа; то, что видел я,
заслуживало тысячи прекрасных слов.
Она снова переоделась, видимо, это вошло у нее в привычку. Теперь на ней
была блузка оранжевого цвета и штанишки из набивной ткани под леопардовую
шкуру, которые шли ей больше, чем леопарду - его собственная шкура. Я долго
не мог ни на что решиться. Кому охота обнимать леопарда?
- Садитесь, - сказала она, - и расскажите мне все. Мы сели на кушетку, и
она подала мне стакан. Виски было отличное.
- Что же случилось? - спросила она.
- За дверью вашей комнаты в клубе меня ожидали двое парней. Они сказали,
что я должен встретиться с управляющим.
- Фултоном?
- Да. И он предсказал мне мое и ваше будущее всего за пять минут.
- Что именно он сказал вам?
- В настоящее время вы являетесь ценным страховым полисом и не сможете
помочь Говарду Флетчеру потому, что остаетесь здесь. Фултон предложил, чтобы
я сел в первый же самолет на Пайн-Сити и сообщил это Флетчеру. Можно было бы
сказать, что он очень на этом настаивал, даже дал мне сопровождающего до
аэропорта. Габриель медленно потягивала свой напиток.
- И где теперь этот сопровождающий?
- Думаю, занимается исследованиями.
- Ничего не понимаю, - нетерпеливо сказала она. - Что вы сделали, чтобы
избавиться от него? Застрелили?
- Нет, просто оглушил.
Она глубоко вздохнула и задумалась. Я наблюдал за ней, затаив дыхание.
- Вы когда-нибудь надеваете зимние сапоги? - спросил я.
- В Лас-Вегасе? - Она вздрогнула. - Вы с ума сошли. Зачем?
- По той же причине вы не носите лифчика, я полагаю?
- Держитесь ближе к делу, Уилер, - резко оборвала она меня.
- Если вы настаиваете, - с сожалением согласился я. - Все же Фултон для
нас не так важен; что же касается Флетчера, тут дело потруднее. Давайте
поговорим о нем.
- Сперва мне хотелось бы узнать побольше о вас, - сказала она. - Просто о
том, какое вы имеете ко всему этому отношение.
Я выпил. Напиток был вкусный, и я подумал, что вполне заслужил его. Потом
подошел к столу, налил себе еще и вернулся на кушетку.
- Предсказатель мне все выложил. Он сказал, что я должен оставаться
честным малым, поскольку у меня начисто отсутствуют качества, необходимые
для рэкета.
- Кто был вашим, сопровождающим?
- Парень по имени Макс, - ответил я. - Раньше я думал, что здесь всех
зовут Джо. Может быть, дело в климате...
- Если вы оглушили Макса и пришли сюда поговорить, то у вас не все в
порядке с психикой. - Она улыбнулась. - Расскажите мне о Говарде.
- Вы - одна из самых прекрасных женщин, которых я когда-либо встречал, -
откровенно сказал я. - Я бы не отказался от своих слов, даже если бы вы и
носили лифчик.
- Давайте поговорим о Говарде, - устало попросила она.
- Хорошо, - с негодованием сказал я. - Не то чтобы он носил... Я хочу
сказать, я принял правильное решение. Просто не могу обманывать девушку с
такой фигурой, как у вас.
- А почему бы вам не попытаться говорить более осмысленно?
- О'кей. - Я пожал плечами. - Скажу вам прямо. Вы больше не котируетесь у
Флетчера. Он даже не помнит о вас. Теперь на повестке дня Нина Бут, с того
самого момента, как они приехали туда.
Она подняла стакан и выплеснула его содержимое мне в лицо.
- Вы лжете! - холодно сказала она. Я приложил платок к лицу.
- Итак, я лгу, - сказал я. - Забудьте это и смешайте себе другой напиток.
- Он не посмеет! - яростно прошептала она. - Он знает, что ждет его при
нашей следующей встрече.
- Когда это будет? - вежливо сказал я. - В посмертных записках...
Она поскребла ногтями правой руки по кушетке.
- Нина Бут! - сквозь стиснутые зубы сказала она. - Эта рыжая потаскуха!
Почему она?.. Вы лжете!
- Зачем мне вам лгать? Никто мне за это не платит. Вы хорошенькая, даже
вызываете во мне рыцарские чувства.
- Мне это нравится! - воскликнула она. - От какого-то мелкого лгуна
услышать подобное! Да еще и рыцарские чувства!
- Но ведь не я же уехал с рыжей потаскухой и оставил вас здесь, у
Фултона, в качестве страховки! - сказал я. - Не так ли?
- Если он считает, что может так поступить со мной... - медленно сказала
она. - Дайте мне сигарету!
Я протянул ей сигарету, поднес огонь и закурил сам. Несколько секунд она
сидела молча, и по тому, как колыхалась ее блузка, было видно, что она
закипает.
- Вы знаете, что сделала для меня эта вшивая крыса? - наконец спросила
она задыхающимся голосом.
- Нет. Почему бы вам не рассказать? Возможно, я мог бы помочь.
Она глубоко затянулась и медленно выпустила дым.
- Насколько хорошо вы осведомлены об операциях Говарда здесь, Эл?
- Мне известно, что он был владельцем "Снейк Айз", - ответил я. - Слышал,
что синдикат давил на него, пока он наконец не продал его им. Потом
отправился в Пайн-Сити. Это все, что я знаю.
- Они заплатили ему в понедельник, - сказала она. - А он должен был
уехать не позже пятницы. До тех пор он еще управлял заведением, но деньги
шли синдикату, а не ему, понимаете?
- И что-то произошло до пятницы?
- Это случилось в среду, - вяло сказала она. - Вошел какой-то парень и за
одним из столов сорвал куш в семьдесят тысяч долларов.
- Что ж, ему крупно повезло, - заметил я. - А игра была честная?
- Когда парень начинал, за столом работала Линда Скотт, - сказала она. -
Когда же он дошел до тридцати тысяч, Говард начал к нему присматриваться.
Через некоторое время он заменил Линду Ниной Бут. Парень продолжал
выигрывать. Когда он дошел до семидесяти тысяч, тут же прекратил игру и
покинул зал.
Габриель подала мне свой стакан.
- Налейте мне еще, Эл. Я сделал ей напиток.
- Фултон тоже узнал об этом, - продолжала она. - Он хотел найти
счастливца. Но того нашли в пустыне за две мили от города с дыркой в затылке
и пустыми карманами.
Я передал Габриель стакан и сел рядом.
- Значит, кто-то пошел за ним, убил его и забрал выигрыш, - сказал я. -
Что ж, убивали и за гораздо меньшие деньги.
- Может быть, - сказала она. - Если бы дело обстояло действительно так,
это не сильно тронуло бы Фултона. Его беспокоило другое...
- Что именно?
- А то, что парень выиграл эти деньги незаконно.
- Это безумие! - сказал я. - Он не смог бы уйти так просто.
- Фултон считает по-другому. Они заставили Говарда продать свое заведение
им, и, хотя до пятницы тот оставался управляющим, деньги принадлежали
синдикату. По-видимому, Говард решил обеспечить таким образом свое новое
предприятие.
- Это не лишено смысла, - заметил я.
- Бедному парню, наверное, сказали, что десять тысяч от выигрыша, или
около того, станут его долей. Ему нужно было просто встретиться с кем-то,
отдать выигрыш и получить свою долю. Фултон считает, что этот кто-то скорее
всего Джонни Торч, а Джонни рассчитался пулей, вместо того чтобы отдать
долю.
- Не понимаю одного, - сказал я. - Если Фултон знал это, какого черта он
позволил им уехать из Лас-Вегаса?
- В синдикате люди очень осторожны, - ответила она. - Фултону нужно быть
совершенно уверенным в своей догадке, прежде чем что-то предпринять. Он
позволил им уехать, но синдикат имеет возможность следить за их чеками в
Пайн-Сити, как следил и здесь. Можно держать пари, что они это и сейчас
делают. Но у Фултона тоже есть страховка. Это я! Всем он позволил уехать, а
мне пришлось остаться. Если Говард попытается сбежать, Фултон предупредил
его, я отвечу за все.
Я покачал головой.
- Если он не смог доказать этого сразу, то как надеется доказать теперь?
- Не забывайте, семьдесят тысяч, голубчик! Большой куш, и все четверо
должны быть замешаны в этом. Они не могут ждать вечно, не тратя деньги. Вот,
чего ожидают парни из синдиката. А синдикат точно знает, сколько денег было
у Говарда и у остальных, когда те уезжали. И они сделают ошибку, если
истратят что-нибудь из тех семидесяти тысяч. Вот у синдиката и будет
доказательство.
- И как же Фултон поступит с ними? Она скептически засмеялась.
- Если засветится кто-то один, то и другие последуют его примеру. А когда
у синдиката появятся доказательства, они сделают из Говарда и остальных
такое, что другим неповадно будет.
- Да, понятно. Хороший улов.
- Я не знаю, - медленно сказала она, - правда ли это, и знать не хочу.
Говард уверяет, что ложь. Он сказал: Фултон сошел с ума, если думает, что
кто-то пытается обмануть синдикат. Так или иначе - он говорил мне это. Но
когда я думаю об этом вшивом, хитром бездельнике, который крутит на
побережье с Ниной Бут, мне кажется, я могла бы...
- А мне хотелось бы посмотреть, как вы это сделаете. Вы знаете, кто
принадлежит к синдикату в Пайн-Сити?
- Нет. - Она покачала головой. - Но я вспомнила о Максе. Вы попадете в
настоящую беду, когда они узнают...
- А я успею на самолет в пять тридцать. Думаю, что до этого они еще не
услышат о Максе.
- Надеюсь, вы правы. Так было бы лучше для вас, - сказала она и
неожиданно остро взглянула на меня:
- Что вас интересует в этом деле, Эл?
- Не спрашивайте. Это испортит вам вечер.
- Скажите! - ожесточенно сказала она.
- Я - коп, - просто ответил я. Она долго смотрела на меня с открытым
ртом, потом беспомощно рассмеялась.
- Хочу сказать вам... - проворковала она. - У вас, несомненно, есть
чувство юмора.
- Надеюсь, у вас тоже, детка, - усмехнулся я. Потом протянул ей свой
полицейский значок.
С минуту она просто смотрела, потом ее правая рука с длинными ногтями
метнулась к моему лицу. Я схватил ее руку и удержал.
- Вы довольно давно живете в Лас-Вегасе, чтобы весело перенести проигрыш,
- сказал я. - Улыбнитесь. Она неожиданно расслабилась и снова легла на
кушетку.
- Коп! Вы одурачили меня! Вероятно, и Фултона вы дурачили точно так же.
Подождите, то ли еще будет, когда Макс узнает, что его провел коп.
- Можно мне рассчитывать еще на один стаканчик? - спросил я и посмотрел
на часы. - Осталось два часа до отлета самолета.
- После того, что произошло, я считаю, что нам обоим надо выпить, - легко
сказала она. - Вы приготовите напитки, Эл?
Я принялся за стаканы, когда же все было готово, повернулся к кушетке и
замер. Она была пуста. Габриель исчезла. Пока я стоял так, раздумывая,
откуда-то послышался ее голос:
- Принесите стаканы сюда, Эл.
Я знал, что в доме есть еще и спальня, и догадался, что Габриель,
по-видимому, там. Единственным источником света в спальне была настольная
лампа возле кровати. На стуле лежали оранжевая блузка и леопардовые
штанишки. Габриель сидела на кровати, и светло-голубая простыня соскользнула
до ее талии.
- Вы сказали, что у вас два часа до самолета, не так ли? - спросила она.
Я поставил стаканы на тумбочку.
- Правильно. - Голос мой напрягся. - Впервые меня по-настоящему
гостеприимно встречают в Лас-Вегасе!
- От вас требуется только одно, Эл, - строго сказала она. - Просто
сказать об этом Говарду, когда вы вернетесь в Пайн-Сити.
Она обхватила мою шею руками и притянула к себе. Она целовала меня с
холодной яростью рождающейся страсти и вызывала ответную страсть.
Я скользнул рукой по обнаженной теплой спине, потом нашел грудь и
тихонько сжал. Габриель вздрогнула и сильно укусила мою нижнюю губу.
Больше я не думал о напитках.
Маленькие человечки дробили скалы в моем черепе, когда я вошел в свою
квартиру. Десять часов, яркое солнечное утро, и дьявол с ним!
На кухне я приготовил себе кофе.
Вегас смутно маячил в памяти. В аэропорту никто не остановил меня. Час я
проспал в самолете, летящем в Лос-Анджелес, и еще полчаса - в самолете до
Пайн-Сити. Мне необходимо было еще поспать, но я не мог позволить себе
этого. Поэтому я сварил три чашки черного кофе, и это заставило человечков в
моем черепе задремать, но разбудило их друзей в желудке.
Было только начало одиннадцатого, когда я зашел к Говарду Флетчеру. Дверь
мне открыл Торч. На нем был черный халат поверх пижамы такого же цвета.
Спереди халат был отделан серебром, как у танцовщиц. Я не мог удержаться и
вздрогнул.
- В чем дело, коп? - с надеждой спросил он. - Вы больны или что-то
случилось?
- Я чувствовал себя хорошо, пока не увидел этот халат, - ответил я. - Он
к лицу только молодым.
- Что вам нужно?
- Мне нужно поговорить с Флетчером, - ответил я и оттолкнул его. - Будь
пай-мальчиком, Джонни, - сказал я ему и, снова взглянув на его халат,
добавил:
- Иначе я призову тебя к ответу за то, что ты содержишь дом терпимости.
Он вышел из комнаты, что-то бормоча про себя. Я опустился на ближайший
стул и закурил. Несколько минут спустя в комнату вошел Флетчер в спортивной
рубашке и спортивных брюках. Я заметил, что глаза у него слегка покраснели.
- Садитесь, Флетчер, мне нужно поговорить с вами. Он сел напротив меня и
тоже закурил. Вновь появился Джонни Торч и прислонился к стене позади
Флетчера, наблюдая за мной.
- Каждый коп в этом проклятом городе хочет поговорить со мной, - сказал
Говард. - Неужели вам больше нечего делать?
- Может быть, и так, - сказал я. - Нечасто случается разговаривать с
такой важной персоной, как вы. Парень, который пытался выступить против
синдиката в Лас-Вегасе! Мы хотим поговорить с вами, пока у вас есть
возможность, Флетчер, пока не стало слишком поздно...
- О чем вы, черт возьми? - спросил он.
- Парень, которому посчастливилось за игрой отхватить семьдесят тысяч и
получить дырку в затылке...
- Я не имею к этому никакого отношения, - устало сказал он. - Иногда
человеку просто везет. Если бы никому не везло, не было бы игроков.
- Синдикат думает, что вы имеете к этому отношение, - напомнил я. - Некто
в Вегасе по имени Фултон думает именно так.
- Кто-то много болтает, - яростно сказал Джонни Торч.
Флетчер заставил его замолчать одним взглядом и
...Закладка в соц.сетях
