Жанр: Детектив
ЗАГАДКА ЛЕЙТОН-КОРТА
...время. когда она, по ее словам,
была в библиотеке.
- Что заставляет тебя в этом сомневаться?
- Ну-у! Во-первых, я не слышал, как она поднималась вверх, чтобы взять
драгоценности (хотя почти наверняка должен был
это слышать), и, во-вторых, разве ты не заметил, как она, прежде чем назвать
время, осторожно спросила, знаю ли я, когда она
там была. Иными словами, после того как я опрометчиво сболтнул, что не знаю. она
поняла, что может назвать любое время,
какое ей заблагорассудится (если только оно не совпадает с каким-либо известным
фактом: ну, например, когда мы со
Стэнуортом были в саду). Любое подойдет!
- Занимаешься мелочами,- иронично пробормотал Алек.
- Возможно. Но мелочи существенные.
Какое-то время они молча курили. Каждый был занят своими мыслями.
- Кто, по-твоему, старше,- вдруг спросил Роджер, леди Стэнуорт или миссис
Шэннон?
- Миссис Шэннон, - не колеблясь, ответил Алек.- Почему ты спрашиваешь?
- Просто интересно. Леди Стэнуорт выглядит старше и волосы у нее почти
поседели, а у миссис Шэннон они еще
каштановые.
- Да, из них двоих миссис Шэннон выглядит гораздо моложе, но, несмотря на
это, я все-таки уверен, что она старше.
- А сколько лет ты бы дал Джефферсона?
- Господи! Откуда мне знать! Трудно сказать, думаю, он того же возраста,
что и леди Стэнуорт. С какой стати ты все это
спрашиваешь?
- О! Просто у меня мелькнула одна мысль. Ничего особенного.
Они снова помолчали.
- Клянусь Юпитером!- вдруг воскликнул Роджер, хлопнув себя по колену.- Если
бы мы только осмелились!
- Ну, что теперь ты надумал?!
- Меня вдруг осенило. Послушай, Александр Ватсон, по-моему, мы с тобой
принялись за дело не с того конца.
- Как это?
- Понимаешь, всю пашу работу мы сконцентрировали в направлении назад от
подозрительных обстоятельств и людей к
жертве, а должны были начать издалека и следовать вперед.
- Я что-то не понимаю!
- Ну, давай скажем иначе. Важную улику любого убийства в конце концов дает
сама жертва. Просто так, пи за что ни про
что, людей не убивают... За исключением случайных грабителей или маньяков. Тут
мы оба эти случая, конечно, должны
отбросить. Я хочу сказать, что необходимо как можно больше узнать о жертве, и
эта информация должна привести к убийце.
Понимаешь? Мы с тобой совершенно игнорировали эту сторону, тогда как должны были
собирать всякую информацию о
старом Стэнуорте. Узнать, что за человек он был, чем занимался, и уж тогда
начинать действовать.
- Похоже, это довольно разумно, - осторожно сказал Алек.- Но как мы можем
что-нибудь найти? Спрашивать Джефферсона
или леди Стэнуорт бесполезно. От них мы не получим никакой информации.
- Конечно пет. Но у нас есть шанс (и он прямо у нас под руками!) узнать
почти столько, сколько знает Джефферсон,-
возбужденно сказал Роджер.- Разве он не говорил, что просматривает все бумаги
Стэнуорта и ею счета в малой гостиной? Кто
запрещает и нам посмотреть?
- Ты хочешь сказать... просмотреть бумаги, когда никого нет поблизости?
- Именно гак. Согласен?
Алек какое-то время молчал.
- Это как-то неудобно, не правда ли?- наконец сказал он.- Личные документы,
бумаги и все такое прочее.
- Алек! Ты как попугай с трухлявыми мозгами!- воскликнул Роджер в
сильнейшем раздражении.- Ты хоть кого сведешь с
ума! Прямо перед твоим носом убили человека, а ты готов предоставить возможность
убийце безнаказанно уйти, потому что
"неудобно" просматривать личные бумаги несчастной жертвы! Услышав тебя, старый
Стэнуорт пришел бы в восторг от твоего
замечания, не правда ли?
- Ну, если ты так представляешь дело...- с сомнением произнес Алек.
- Конечно так, недоумок! И это единственное, как его можно представить!
Давай, Алек, постарайся и будь разумным хоть
раз в своей жизни!
- Ну ладно. Я согласен,- сказал Алек, хотя и без всякого энтузиазма.
- Так-то лучше! Теперь слушай. Окно моей спальни находится в передней части
дома и из него видно окно малой гостиной.
Ты, как обычно, отправляйся спать и спи спокойно (так даже лучше, на случай если
Джефферсона взбредет в голову взглянуть
на тебя), а я буду сидеть и ждать, пока в малой гостиной погаснет свет. Если ко
мне и зайдут, я в безопасности, потому что
всегда могу притвориться, будто работаю. Я специально разложу все на столе.
Потом я выжду час после того, как погаснет свет,
и предоставлю достаточно времени, чтобы Джефферсон крепко уснул. Тогда я зайду к
тебе, разбужу, и мы спокойно
проберемся вниз. Ну как?
- Вроде подходяще!- признал Алек.
- Значит, решено,- быстро сказал Роджер.- Я думаю тебе лучше всего сразу
отправиться в постель, иди, нарочито зевая. Вопервых,
это покажет, что ты хочешь спать, а во-вторых, что мы не собираемся с
тобой встречаться. Мы должны помнить, что
эта троица, несмотря на их добрые слова и дружелюбие, все-таки, наверное,
относится к нам с подозрением. Им неизвестно, как
много мы знаем. и они конечно не осмелятся выдать себя, пытаясь следить за нами.
Но можешь быть уверен: Джефферсон
предупредил остальных об этих следах, а миссис Плант. стоит нам отвернуться,
побежит в малую гостиную и перескажет наш
разговор. Поэтому-то я и притворился, что ей поверил.
Трубка Алека ярко вспыхивала в темноте.
- Значит, несмотря на все, что она сказала, ты все-таки уверен, будто эти
трое связаны между собой.
- Отправляйся-ка ты спать, маленький Александр! ласково сказал Роджер.- И
перестань ребячиться!
Глава 21
Мистер Шерингэм становится драматичным
После того как Алек (в общем-то не очень охотно) ушел, Роджер долго сидел,
курил и думал. Он не очень огорчился,
оставшись в одиночестве. Алек оказался довольно расхолаживающим компаньоном.
Совершенно очевидно, что душа его не
лежала к этому делу, а при таком настроении разыскивание улик и общая атмосфера
подозрительности и недоверия, которые
неизбежно сопутствуют подобным действиям, должны быть крайне неприятны. Роджер
не мог винить Алека за его
неприкрытое нежелание довести дело до конца, но он, однако, не мог не сожалеть
об отсутствии у своего друга того энтузиазма
и преклонения, которые были свойственны прототипу, чей плащ, как предполагалось,
унаследовал Алек. Роджер чувствовал,
что с удовольствием принял бы некоторую дань восхищения от своего Александра
Ватсона в конце напряженного, полного
событий дня.
Он мысленно принялся методично рассортировывать данные, которые удалось
собрать. Вначале касавшиеся убийцы.
Преступник успешно бежал из дома только затем, чтобы, как оказалось, снова
проникнуть в него другим путем. Почему? Либо
потому, что сам жил здесь, либо хотел встретиться с кем-то жившим в доме. Какое
из двух предположений верное? Одному
Господу ведомо!
Затем Роджер попытался подойти с другой стороны. Какая из менее сложных
загадок все еще оставалась нерешенной?
Главным образом, конечно, внезапная перемена в настроении миссис Плант и
Джефферсона перед ленчем. Но почему они
вообще должны были испытывать тревогу, если убийца имел возможность связаться с
ними после того, как произошло
преступление? Возможно, разговор был слишком поспешным, и убийца, очевидно, не
успел предупредить их о чем-то важном.
Однако он мог это сделать на следующее утро. Эго значит, что, во всяком случае
до ленча, убийца все еще оставался
поблизости. Более того, может быть, даже в здании. Указывает ли это определенно
на то, что им является один из домочадцев?
Это кажется вероятным. Но кто? Джефферсон? Возможно. Хотя, если это так, имеется
несколько трудных для доказательства
моментов. Совершенно очевидно, что женщины исключаются. Дворецкий? Опять-таки
возможно. Но с какой стати он стал бы
убивать своего хозяина?
Хотя дворецкий, конечно, фигура странная. От этого не уйти. И, насколько
Роджер мог судить, с ним, несомненно, связана
какая-то тайна. Объяснение Джефферсона, почему Стэнуорт нанял дворецким бывшего
боксера-профессионала, не выглядит
достаточно убедительным.
Остается неясным и то, почему миссис Плант плакала в библиотеке. Роджер
пытался припомнить несколько случаев, когда
миссис Плант и Стэнуорт были вместе. Как они относились друг к другу? Насколько
он помнил, Стэнуорт всегда держался с
ней в своей обычной общительной манере, которую проявлял по отношению ко всем,
тогда как она... Да, теперь Роджеру
вспомнилось, что миссис Плант, казалось, никогда не была с ним в особенно
хороших отношениях. Она была спокойной и
сдержанной при любых обстоятельствах, хотя в ее манерах наблюдалась некоторая
перемена, когда Стэнуорт был поблизости.
Пожалуй, он явно был ей неприятен.
Совершенно очевидно, что была лишь одна надежда найти ответ на эти загадки
- попробовать разобраться в делах самого
Стэнуорта. Вполне вероятно, что даже это окажется напрасным, но, насколько
Роджер понимал, иного пути не было. А пока он
ломал над всем этим голову, Джефферсон сидел в малой столовой, окруженный
документами, за один взгляд на которые
Роджер отдал бы все что угодно.
Вдруг ему в голову пришла неожиданная мысль. Почему бы, как говорится, не
оттаскать льва за гриву в его собственной
пещере? Почему не предложить себя в помощники Джефферсона? Во всяком случае, это
будет прямым вызовом, ответ на
который не может не быть интересным.
Когда в голове у Роджера мелькнет новая мысль, в девяти случаях из десяти
это совпадает с началом его стремительных
действий. Вот и сейчас, еще не успела мысль окончательно сформироваться, а он
уже вскочил и энергично зашагал к дому.
Не потрудившись постучать, он распахнул двери малой столовой и быстро
вошел. Джефферсон сидел за столом в центре
комнаты, окруженный, как и представлял себе Роджер, различными деловыми бумагами
и документами.
Майор поднял голову и взглянул на вошедшего.
- О, Шерингэм!- произнес он с удивлением.- Могу я быть чем-нибудь полезен?
- Видите ли, - ответил Роджер с дружеской улыбкой,- я курил в саду и ровным
счетом ничего не делал, когда мне пришло в
голову, что, вместо того чтобы попусту тратить время, я мог бы вам помочь. Ведь
вы говорили, что по уши увязли в бумагах и
документах. Я мог бы прийти вам на помощь.
- Чертовски любезно с вашей стороны,- Джефферсон слегка смутился,- но,
право же, не знаю... Я пытаюсь составить отчет о
финансовом положении Стэнуорта. Что-нибудь в этом роде, конечно, понадобится,
когда будет утверждаться завещание или
какие-нибудь еще формальности.
- Ну, наверное, есть что-то, в чем я мог бы вам помочь, не правда ли?-
спросил Роджер, садясь на угол с гола.- Складывать
огромные колонки цифр или еще что-нибудь в этом духе?
Джефферсон колебался, поглядывая на бумаги, разложенные перед ним.
- Видите ли...- медленно начал он.
- Разумеется, если в этих документах есть нечто сугубо личное... - небрежно
перебил Роджер.
- Личное?- быстро взглянул на него Джефферсон: - Ничего сугубо личного в
них нет. Почему оно должно быть?
- В таком случае используйте меня, дружище! Я совершенно не у дел и был бы
очень рад вам помочь.
- Ну, если так, я буду признателен,- ответил Джефферсон с явной неохотой.-
Гм! Я только подумал, какую работу вам лучше
дать.
- О! Все, что подвернется!
- Ну хорошо. Пожалуй, я знаю, что вы могли бы сделать, - внезапно сказал
он.- Я хочу составить отчет, отражающий вклады
Стэнуорта в разных кампаниях, где он был директором, с указанием стоимости
акций; доходы за последний финансовый год;
его директорское жалованье и все такое прочее. Возьметесь?
Джефферсон вопросительно посмотрел на Роджера.
- Охотно!- воскликнул Роджер, за преувеличенным восторгом пряча свое
разочарование сравнительной незначительностью
поручения. Подобные данные можно получить в любом специальном справочнике. Он
надеялся на возможность проникнуть в
нечто, в меньшей степени ставшее общественным достоянием. Хотя, как говорится:
"получить полбулочки лучше, чем остаться
вообще без пирожного - и Роджер, усевшись за противоположной стороной стола,
энергично принялся за работу над
материалами, которыми его снабдил Джефферсон. Время от времени он старался
заглянуть в документы, в которые тот был
погружен, но Джефферсон оберегал их так ревностно, что Роджеру не удалось
получить никакого представления об их
характере.
По прошествии часа Роджер со вздохом облегчения откинулся на спинку стула.
- Пожалуйста! Отчет исчерпывающий и очаровательный!
- Огромное спасибо,- сказал Джефферсон, принимая листы, которые ему
протягивал Роджер.- Просто здорово, Шерингэм!
Вы поубавили мне забот и сделали это за четверть того времени, которое
понадобилось бы мне. Вообще говоря, это, знаете ли,
не по моей части.
- Могу себе представить,- с умышленной беспечностью заметил Роджер.- Меня
всегда удивляло, что вы взялись за
секретарскую работу. По-моему, вы активный и деятельный, отнюдь не кабинетный
человек. Вы, если позволите, англичанин
того типа, который завоевывал паши колонии.
- Не было выхода,- в своей прежней отрывистой манере сказал Джефферсон.-
Это не мой выбор. Уверяю вас. Пришлось
довольствоваться тем, что удалось получить.
- Неприятно, я понимаю,- с симпатией заметил Роджер, с любопытством
наблюдая за ним.
Несмотря на все, что Роджеру было известно, ему не мог не нравиться этот
резкий, неразговорчивый человек, типичный
солдат, необщительной молчаливой выучки, Роджера поразило, что Джефферсон, к
которому он вначале отнесся как к фигуре
зловещей, на деле оказался совсем другим. Он был застенчив, невероятно застенчив
и старался скрыть свою застенчивость за
резкими, почти грубыми манерами и, как всегда в подобных случаях, производил
абсолютно ошибочное впечатление.
Джефферсон был человек прямой и это была прямота честности, а не низости.
Роджер полусознательно стал пересматривать некоторые из своих
представлений. Если Джефферсон действительно был
заинтересован в смерти Стэнуорта, значит, существовала для этого серьезнейшая
причина. Появлялся важный повод
разобраться в делах Стэнуорта.
- Собираетесь еще долго сидеть здесь, Джефферсон? спросил Роджер,
демонстративно зевая.
- Не очень. Нужно закончить то, чем я сейчас занимаюсь. Ложитесь спать.
Должно быть, уже поздно.
Роджер посмотрел на часы.
- Около двенадцати. Вы правы, пожалуй, я лягу, если вы уверены, что больше
я ничем не могу помочь.
- Спасибо. Больше ничем. Я должен буду попытаться закончить все утром, до
завтрака. Все должно быть готово к
одиннадцати часам. Доброй ночи, Шерингэм и большое спасибо.
Пробираясь в свою комнату, Роджер продолжал оставаться в некотором
недоумении. Это новое отношение к Джефферсона
не облегчило, а скорее усложнило положение. Совершенно для себя неожиданно
Роджер почувствовал сильную симпатию к
Джефферсона. Тот, по-видимому, не был особенно умным человеком и, конечно, не
являлся мозговым центром заговора.
Интересно, что он почувствовал, когда узнал (а он не мог не узнать), что Роджер
идет по следам преступления, которое в
девяноста девяти случаях из ста, да и то при обычной удаче, оставались бы
навсегда нераскрытыми? Что он испытывает, видя
сети, натянутые, чтобы его поймать? И кого еще вместе с ним?
Роджер пододвинул стул к открытому окну и сел, положив ноги на подоконник.
Он чувствовал, что становится
сентиментальным. Все выглядит как исключительно хладнокровное преступление, а он
уже испытывает сочувствие к одному
из главных его участников! И все потому, что теперь, когда палена спала с глаз,
Джефферсон предстал перед ним совсем
другим типом человека (высокий, худощавый, с небольшой головой, сдержанный,
истинный пионер нашей расы), а также
потому, что ему самому нравились все три члена подозрительного трио, и Роджер
без слезливой сентиментальности еще не в
состоянии был подавить свое искреннее сожаление, что все так решительно
указывает на их вину.
Однако выходить из игры было уже поздно. Он обязан был, если не им всем,
то, во всяком случае, самому себе довести дело
до конца. Теперь Роджер мог более полно симпатизировать чувствам Алека в этом
вопросе. Странно, что в конце концов он
должен был прийти к многократно высмеянной точке зрения Алека!
Роджер стал все пересматривать в свете этого нового открытия. Как оно
помогало? Если Джефферсон был честным
человеком и способен убить только в том случае, когда ничего другого не
остается, что скорее всего могло вызвать такой
отчаянный шаг? Какова главная сила, которая приводит в движение три четверти
подобных решительных Действий? Ответ
совершенно очевиден - женщина!
Насколько это предположение применимо в данном случае? Мог Джефферсон
любить женщину, чье счастье или покой
было каким-то таинственным образом потревожено Стэнуортом? А если так, то кто
эта женщина? Леди Стэнуорт? Миссис
Плант? Роджер невольно вскрикнул: миссис Плант!
Во всяком случае, это совпадает с некоторыми загадочными фактами. Например,
пудра на диване и влажный носовой
платок.
Воображение Роджера разыгралось... Миссис Плат была в библиотеке со
Стэнуортом. Он издевался над ней или что-то в
этом роде. Возможно, он пытался принудить ее к каким-то действиям, которые были
ей отвратительны. Во всяком случае, она
плачет и умоляет. Он непреклонен. Она прячет лицо за валиком дивана и продолжает
плакать. Входит Джефферсон. Он сразу
понимает, что происходит и в порыве безумия убивает Стэнуорта, едва ли с большим
сожалением, чем убил бы крысу. Миссис
Плант смотрит в ужасе... возможно, пытается вмешаться, но безуспешно. Когда все
кончено, она становится холодна как лед и
подстраивает сцену самоубийства...
Роджер вскочил и перегнулся через подоконник.
"Подходит!- возбужденно бормотал он.- Все подходи!!"
Заглянув вниз, он увидел, что свет в окне малой столовой погас, и заметил
время. Была половина второго. Роджер снова
опустился на стул и принялся соображать. подойдут ли другие детали загадки в
общую картину: инцидент с сейфом, перемена в
настроении, леди Стэнуорт и так далее. Нет, пожалуй, все так гладко не
получается...
Прошел почти час, а Роджер все еще не был уверен в правильности своего
предположения. Общие очертания казались
вполне убедительными, но детали не соответствовали.
- Я запутался,- пробормотал он вслух, поднимаясь со стула.- Лучше на время
оставить все в покое.
Он тихо вышел из комнаты и прокрался по коридору в спальню Алека.
Когда дверь открылась, Алек резко подскочил с постели.
- Это ты, Роджер?- требовательно спросил он.
- Нет, это Джефферсон!- ответил Роджер, поспешно закрывая за собой дверь.-
Ну, Александр Ватсон! Будь это
действительно Джефферсон, ты бы мог все великолепнейшим образом провалить! И
постарайся, пожалуйста, немного унять
свой голос. Он похож на звук сирены в тумане посреди ночи и может заставить коекого
задуматься. Готов?
Алек поднялся с постели и надел халат.
- Готов!
Как можно тише они прокрались вниз, в малую столовую. Прежде чем включить
свет, Роджер тщательно задернул плотные
шторы на окнах.
- Ну, за дело!- Возбужденно дыша, Роджер жадно оглядел заваленный бумагами
стол.- Вот эту небольшую пачку я уже
просмотрел, так что ты о пей можешь не заботиться.
- Уже?- удивился Алек.
- Да. И в компании с моим отличнейшим другом майором Джефферсоном,-
усмехнулся Роджер.
- Ну и наглость!- с улыбкой заметил Алек.
- У меня есть еще кое-что,- возразил Роджер.- Появилась рабочая идея: кто и
при каких обстоятельствах убил Стэнуорта.
Могу тебя заверить, дружище Алек, последние два часа я был необыкновенно
деятелен.
- Так рассказывай!
Роджер покачал головой.
- Не сейчас, - сказал он, усаживаясь в кресло Джефферсона. Давай сначала
благополучно проделаем эту маленькую работу.
Ты просмотри эти разные бумаги, ладно? А я прежде всего хочу внимательно
рассмотреть банковские книжки. Пока я скажу
тебе, что мне уже удалось обнаружить. Доход с различных предприятий Стэнуорта не
составляет и четверти того, что он
расходовал. Он взял около двух тысяч фунтов из пяти тысяч в прошлом году, а жил
по крайней мере на десять тысяч фунтов в
год и кроме всего делал еще большие вложения. Откуда эти деньги? Я хочу узнать.
Алек послушно принялся за бумаги, указанные Роджером, а последний взял в
руки банковские книжки.
- О!- вскрикнул он вдруг.- Два из этих счетов на его собственное имя, а три
на другие имена. Джефферсон никогда об этом
ничего не говорил. Интересно, черт побери, что это значит?
Он стал сосредоточенно и методично изучать счета, и в комнате стало тихо.
Через некоторое время Роджер поднял голову.
- Я совсем ничего не понимаю, - нахмурившись, медленно проговорил он. -
Дивиденды все показаны в его собственных
двух банковских книжках, различных чеках и так далее, по остальные три книжки,
похоже, полностью состоят из платежей
наличными. Вот послушай: девятого февраля - сто фунтов; семнадцатого февраля -
пятьсот фунтов; двенадцатого марта -
двести фунтов, двадцать восьмого марта - триста пятьдесят фунтов и девятого
апреля - тысяча фунтов. Как, черт побери, это
понять? Все наличные и такие хорошие кругленькие суммы! Почему тысяча фунтов
наличными?
- Действительно странно,- согласился с ним Алек.
Роджер взял другие книжки и внимательно просмотрел все страницы.
- Здесь то же самое. О! А вот взнос в пять тысяч фунтов. Пять тысяч фунтов
наличными! Почему? Что это значит? Твоя
пачка бумаг ничем не может тут помочь?
- Нет,- ответил Алек.- Это все только деловые письма. Не похоже, чтобы в
них было что-нибудь особенное.
Роджер машинально продолжал держать банковские книжки в руке и невидящими
глазами уставился куда-то в стенку.
- Только наличные...- тихо бормотал он.- Разные суммы от десяти фунтов до
пяти тысяч... каждая сумма кратна десяти или
какому-нибудь круглому числу... Ни шиллингов, ни пенсов... и наличные! Это меня
беспокоит. Почему наличные? Я не могу
найти ни одного чека, где в приходной части была бы отмечена хоть какая-то
сумма. И откуда, скажите на милость, взялись эти
наличные? Насколько я понимаю, абсолютно ничто их не подтверждает. Это явно не
суммы, вырученные от какого-то бизнеса.
К тому же дебит не показывает ничего, кроме чеков, выписанных самому себе. Он
вносил наличными и сам же их брал. Что все
это в конце концов значит?
- Меня можешь не спрашивать!- беспомощно сказал Алек.
Несколько минут Роджер сидел молча, уставившись в стену. Вдруг он открыл
рот и тихонько свистнул.
- Клянусь Юпитером!- воскликнул он, переведя взгляд на Алека. - По-моему, я
понял! Ну, не просто ли все это?! Должно
быть, так оно и есть! И все становится ясно как день. Боже правый! Ну и ну! Чтоб
мне провалиться!
- Ну же! Выкладывай!
Роджер выдержал значительную паузу. Это был самый драматичный момент, и он
не собирался портить его чрезмерной
поспешностью.
Он негромко стукнул кулаком по столу в виде преамбулы и сказал дрогнувшим
голосом:
- Старый Стэнуорт был профессиональным шантажистом!
Мистер Шерингэм решает загадку
На следующее утро после завтрака Роджер и Алек совершали в розарии моцион
перед началом предварительного слушания
дела. Накануне ночью, или вернее в ранние часы утра следующего дня, Роджер
решительно заявил, что не хочет больше ничего
обсуждать и что самое время быть в постели, чтобы наутро на свежую голову все
обдумать в свете нового открытия. Роджер
несколько раз упрямо повторил свой отказ, так что Алеку волей-неволей пришлось
смириться.
Теперь, держа разгоревшиеся трубки в руках, они готовы были к дальнейшим
обсуждениям.
Роджер пребывал в торжествующем настроении.
- Загадка?- самодовольно повторил он в ответ на вопрос Алека.- Нет больше
никакой загадки. Я ее решил!
- О, я знаю, что загадка Стэнуорта решена,- неторопливо возразил Алек (по
правде говоря, Роджер в таком настроении
немало его раздражал).- Если твое объяснение верно, что в данный момент я не
оспариваю.
- Премного благодарен!
- Но загадка его смерти? Ее ты не мог разгадать.
- Напротив, Александр!- с довольной улыбкой возразил Роджер.- Именно это я
и сделал!
- Тогда скажи, кто же его убил?
- Если хочешь одним словом,- нехотя произнес Роджер: - Джефферсон.
- Джефферсон?- воскликнул Алек.- Какая нелепость!
Роджер с любопытством посмотрел на него.
- Интересно! Почему ты так говоришь?
- Потому что...- Алек заколебался.- О! Я не знаю. Наверное, потому, что мне
кажется нелепостью причастность
Джефферсона к убийству.
- Ты думаешь, что он не мог этого сделать?
- Безусловно!- подчеркнуто резко ответил Алек.
- Знаешь, я начинаю думать, что ты лучше разбираешься в человеческих
характерах, чем это делаю я. Признание Для меня
унизительное, но что поделаешь. Скажи, ты всегда так думал о Джефферсона или
только теперь?
- По-моему,- ответил Алек, немного подумав,- с того момента, как случилось
это происшествие. Мне всегда казалось
невероятным, что Джефферсон мог быть замешан в убийстве. И зги две женщины тоже.
Нет, Роджер, если ты пытаешься
возложить вину на Джефферсона, я уверен, что ты делаешь огромную ошибку.
Однако самоуверенность Роджера была непоколебима.
- Будь это ординарный случай - другое дело!- возразил он. - Но следует
помнить, что случай исключительный. Стэнуорт был
шантажистом, и это все меняет. Убивают обыкновенного человека, но шантажиста -
казнят! Если, конечно, это не происходит
мгновенно, в порыве безумия. Ты бы и сам мог так поступить, не так ли? Тем более
ради женщины, которую любишь. Уверяю
тебя, Алек, все ясно как день!
- Ты хочешь сказать, что Джефферсон влюблен?
- Совершенно верно.
- В кого?
- В миссис Плант.
- Господи! Откуда ты эго знаешь?
- Я не знаю. Но так должно быть. Это единственное объяснение,- с довольным
видом заявил Роджер.- Я пришел к этому
методом дедукции.
- Черта с два!
- И я понял это еще до того, как мы раскрыли тайную жизнь Стэнуорта. Это
объясняет абсолютно все.
- Ты так думаешь? Я признаю, что это делает некоторые детали более
понятными, но дьявол меня побери, если я понимаю,
каким образом это убеждает тебя в том, что Стэнуорта убил Джефферсон?
- Я объясню,- любезно ответил Роджер. - Джефферсон был тайно влюблен в
миссис Плант, которую по той или иной
причине шантажировал Стэнуорт. Это Джефферсона не было известно. В полночь
Стэнуорт встречается с миссис Плант
...Закладка в соц.сетях
