Жанр: Детектив
Хочешь выжить - убей
...остребования деньги получил, а ты... — Вздохнув, замолчал. —
Мало тебе тогда дали. Ведь пятерых у главпочтамта грабили. Ты это, — уверенно
сказал капитан. — Только вот доказать не смогли.
— Мало вы меня, мусора, обрабатывали! Дубиналом признанку выколачивали!
И что? — Стахов хлопнул ладонью по локтевому сгибу правой руки. — И теперь хрен
пролезет. Времена другие. Требую прокурора! — крикнул он. — Объявляю голодовку!
Дай лист бумаги и ручку!
— В камере дадут, — поморщился капитан. — Я тороплюсь. Скоро футбол
начнется. Как думаешь, — спросил он, — кто выиграет? Фран...
— Да иди ты, мусор! — психанул Стахов. — Футболист хренов! На боках
нашего брата тренируешься.
— А вот это ты зря, — снисходительно бросил капитан, — не бью я. Даже
таких паскуд, как ты. Увести, — приказал он сержанту.
— Стахов здесь ни при чем, — опустив голову, пробормотал невысокий
широкоплечий парень.
— Поэтому я тебя и вызвал, — повысил голос Гобин, — Я слышал кое-что.
Ведь ты ждал Алика внизу. Значит, это он начал?
— Да, — чуть слышно сказал парень.
— Так. — Гобин побарабанил пальцами по крышке стола. — Давай как на
исповеди. Что там произошло?
— Вы об этом Ромку спросите, — по-прежнему не поднимая головы, выдохнул
парень.
— Что? — поразился Гобин.
— Он с Хватом и начал. — Вскинув голову, парень вызывающе уставился на
округлившего глаза Гобина. — Мы просто держали ее. Потом она укусила Романа. Он
ей и врезал. Потом пинать начал. Если бы не оттащили — забил бы.
— Ты! — Вскочив, Гобин шагнул вперед и схватил парня за грудки. —
Врешь, сволочь! — Парень легко оторвал слабые руки Гобина и усмехнулся: —
Спроси сынка. Он тебе врать не станет.
— Иди, — вяло махнул рукой Гобин. Парень неторопливо вышел. Яков
Юрьевич схватил сотовый телефон. Как только парень закрыл за собой дверь,
набрал номер. — Роман где?! — закричал он.
— Ушел на корт, — немного удивленно ответила женщина.
— Немедленно пошли его ко мне! Немедленно!
— Что случилось? — встревоженно спросила женщина.
— Ко мне его! — прокричал Гобин и отключил телефон. Потряс головой.
Включил селекторную связь. — Зина, — стараясь говорить ровно, спросил он, — где
Хавин?
— В Туле, — отозвался женский голос. — Вы же сами отпустили его на пять
дней. У него заболел...
— Да, да, — перебил ее Гобин. Отключившись, нахмурился. Потом набрал
номер на радиотелефоне.
— Да, — недовольно ответил хрипловатый мужской голос после пятого
гудка.
— Гобин, — назвался Яков Юрьевич.
— Привет. — Голос тут же помягчал. — Что нужно?
— Насчет Стахова. Ему предъявили обвинение?
— Рановато. К тому же предъявлять еще нечего. Валька просто лепечет
чего-то. Да и если честно, скорее всего ничего Стахову не предъявят. Правда, он
в баре, когда его брали, одного вроде ударил. Но это...
— Держи меня в курсе дела, — прервал собеседника Яков Юрьевич и
отключил телефон. — Своими руками убью, — прошептал он. — Хват, гадина! Втянул
Ромку.
Яков Юрьевич, — сказала секретарша. — Ваш сын.
Гобин бросился к двери. В кабинет, улыбаясь, вошел упитанный парень.
— Здравствуй, — сказал он. — Мать велела... — Договорить ему не дала
хлесткая пощечина. Парень отшатнулся. Отец, снова размахнувшись, закричал:
— Подонок! Негодяй! Что же ты делаешь?!
— Отец, — испуганно вжавшись в угол, таращил глаза Роман, — ты что? Что
случилось?
— Ты был у Резковой? — подступил к нему вплотную Гобин. Глаза сына
испуганно забегали, он опустил голову и тихо признался:
—Да.
— Сволочь! — Гобин сильно ударил его кулаком в ухо. — Я тебя для этого
растил? — Схватив обеими руками за плечи, попытался встряхнуть сына.
— Отец, — не шевелясь, пробормотал тот, — прости. Но Хват сказал...
— Ты понимаешь, что будет, если Резкова даст показания? Ведь тебя
посадят. Господи! — Всплеснув руками, Яков Юрьевич бессильно уронил их. — Ты
хоть о нас с мамой подумал? Ты представляешь, что будет, если тебя арес... —
Оборвав себя на полуслове, опустил голову.
— Папа, — умоляюще взглянул на него Роман, — извини. Я... — Он
вздохнул. — Ну знаешь... Меня все постоянно дразнят папенькиным сыночком,
говорят — сам ничего не можешь. Вот я и...
— Изнасиловать женщину, — сказал Гобин, — это не значит
самоутвердиться. Я в жизни всего добился сам. Головой и руками. Мама знает об
этом. Я...
— Папа. — Роман облизнул пересохшие от волнения и страха губы. —
Значит, милиция уже знает...
— А ты думаешь, почему я позвал тебя? — криком прервал его отец. Роман
неожиданно заплакал:
— Папка! — Он обхватил руками слабые плечи отца, ткнулся лицом в
костлявую грудь. — Не хочу в тюрьму, папка. Спаси меня. Ведь ты можешь. Ты все
можешь. Папка! — Вскинув голову, умоляюще посмотрел ему в глаза.
— Успокойся. — Как в детстве, Гобин погладил сына по волосам и отметил,
что они редкие и очень мягкие. — Все будет хорошо. Сейчас ты успокоишься и все
мне расскажешь. Все.
6
— Ты мужчина. — Прикрывая простыней обнаженное тело, Екатерина легла на
бок.
— Мне об этом говорили. — Хват поцеловал ее в губы и голым пошел к
двери. — Приму душ.
— Знал бы Арсентий, — взяв сигарету, Екатерина улыбнулась, — убил бы.
Интересно, кого первым — Алика или меня?
— Что? — услышала она голос Хвата. Поняв, что спросила себя вслух,
рассмеялась. — Ты чего? — В дверях появился Хват. Приглаживая мокрые волосы,
вопросительно уставился на нее.
— Ты знаешь, кто мой муж?
— В курсе. И что? Если хочешь...
— Боже упаси, — сказала Екатерина. — Я не пытаюсь пугать тебя, я просто
хотела сказать...
— Тебе было хорошо со мной? — спросил Хват.
— Конечно. Знаешь, — неожиданно для себя начала Екатерина, — с
Арсентием все давно вошло в другое, привычное, если можно так сказать, русло. Я
знаю, что у него есть несколько девочек. И он почти еженощно с ними
развлекается. Сначала я, конечно, была возмущена, злилась. У меня была мысль
угробить всех этих шлюшек. Но поразмыслив, я поняла: дело не в них, а в нем.
Несколько месяцев назад у Арсена появилась постоянная любовница.
— Почему ты не убьешь его? — неожиданно спросил Хват. — Насколько я
знаю, у тебя есть...
— Положим, ты знаешь обо мне только то, что тебе сказали Руслан или
Мадлен. Правды не знаю даже я сама. Извини за невольную откровенность. —
Вздохнув, Екатерина положила выкуренную до середины сигарету в пепельницу. — Но
мне не стоило заводить этот разговор. Потому что...
— Я понравился тебе не только в постели, — уверенно сказал Хват, — но и
как человек. У меня сейчас небольшие неприятности, но очень скоро я с ними
разберусь. И тогда...
— Не надо. — Она покачала головой. — Давай не будем ни о чем мечтать
или что-то задумывать. Жизнь есть жизнь, и может случиться всякое. Как со мной,
так и с тобой. К тому же мы уже не маленькие дети, чтобы о чем-то мечтать. Так
что не надо планов. Нам было хорошо, и давай остановимся на этом.
— Ты не хочешь больше встретиться со мной? — спросил Хват.
— Об этом, — рассердилась Екатерина, — я прошу не говорить. Потому
что...
— Алло! — Вслед за коротким стуком в дверь раздался веселый голос
Руслана. — Молодежь, есть предложение испить прекрасного холодного вина — и
сделать это в сауне. Как вы на это смотрите?
— Предложение принято! — вставая, весело сказала Екатерина.
— Ты был с Кешкой? — зевая, спросил Горбун вошедшего в комнату рослого
парня в штормовке.
Ну и что дальше? — вызывающе посмотрел на него тот.
— Да ничего. — Горбун поднялся. Резкий пинок ногой, и парень, взвыв от
боли в паху, согнулся и упал. — Итак! — Горбун, вцепившись в волосы на затылке,
вскинул лицо парня вверх. — Ты был с Кешкой у озера? — Парень что-то промычал,
Горбун сильно ударил его в нос. Парень закричал и рванулся. Из мгновенно,
распухшего носа пошла кровь. — Повторяю вопрос, — вдавливая ногти большого и
указательного пальцев в глаза парня, спросил Горбун. — Ты был с Кешкой у озера?
— Да, — всхлипнул парень.
— И что там было? — убрав пальцы, поинтересовался Горбун.
— Мы там бабу и мужика сделали, — слизывая с верхней губы кровь,
ответил парень.
- Продолжай. — Отпустив его волосы. Горбун вернулся на кровать.
— Потом погнались за
КамАЗом
, — прижимая ладонь к носу, сипло сказал
парень. — Тот тачку Клина с дороги сбросил. Мы забрали Клина и еще троих и в
Ефремове покатили, в больницу. В тачке парень остался. Он тульский. У него нога
была сломана. Мы...
— Где парочка, — прервал его Горбун, — которую вы обработали?
— Там остались. Мужика два раза в живот ножом...
— Как все началось? — снова перебил его Горбун.
— Мы от Тулы на тачках с тульскими номерами сели на хвост ихней тачке.
Сначала наша машина шла за ними, потом Клин со своими. Когда тот с
Симферопольского свернул, Клин остановился и сказал, что знает, где они
тормоз-нутся. Он ничего не говорил, только чтобы мы отделали мужика и бабу. —
Замолчав, снова облизнул губы.
— Ну? — поторопил его Горбун.
— Мы подъехали, — косясь на стоявших у двери троих, начал парень. —
Баба купалась. Клин со своими — к мужику, тот в тачке заперся. Нам баба
досталась. Она визжать начала. Петю звала. Клин со своими этого Петю из тачки
достали и начали...
— Как же вы про
КамАЗ
узнали? — усмехнулся Горбун. — Или он только
подъехал?
— Да нет. — Вытирая кровь рукавом, парень помотал головой. — Он у поля
стоял. Там поле какое-то. Мы думали, все тихо будет, — словно оправдываясь,
виновато добавил парень. — А уж когда баба заблажила...
— Кто первым за
КамАЗом
погнался? — немного подумав, спросил Горбун.
— Клин. Вообще-то... — Парень задумался. — Мы. Точно мы. Клин нас
минуты через две догнал. Он в машине того мужика, пока его парни пинали, искал
что-то. Ему Костик помогал. Я...
— Хорош, — досадливо поморщился Горбун. — Отвезите туда, — взглянул он
на боевиков, — где взяли.
Парень, морщась от боли в паху, по-прежнему держа ладонь у носа,
осторожно поднялся и, не спуская испуганных глаз с Горбуна, шагнул к двери.
— Ремень, — негромко сказал Горбун, — мы с тобой сейчас к Кешке
смотаемся. Он еще вчера звал. Да, Катька по-прежнему у своей подруги?
— Нет ее, — ответил длинноволосый парень с черной повязкой на голове. —
И не звонила. Они вчера смотались куда-то и...
— Найти! — рявкнул горбун. — А вообще-то, — тут же передумал он, — не
торопись. Похоже, Кешка сейчас имеет что-то очень ценное. Лучше вот что. Выясни
все, что сможешь, про мужика. Кто он и...
— Таракан, — сразу ответил парень. Горбун с открытым ртом взглянул на
него.
— Петька Тараканов? — Ремень молча кивнул. — Вот это дела, — протянул
явно удивленный Горбун. — Идиот! — Он несильно хлопнул себя по лбу. — Что же я
сразу не выяснил, кто потерпевший? Это точно?
— Верняк, — кивнул Ремень. — Я хотел сказать, как только узнал. Мне
один знакомый, он в ментовке работает, сообщил. Мы с ним вместе в морпехе
служили.
— Хороший кент, — ухмыльнулся Горбун, — особо если он мент. Но это
точно не лажа?
— Сто процентов.
— Значит, Кешка, похоже, не столько честь сестры спасал, — покрутил
головой Горбун, — как чей-то заказ исполнял. Кто же ему наводку дал? И с чем
Таракан ехал? — чуть слышно спросил он себя и усмехнулся. — Ответ Кешка знает.
Но сейчас задать ему вопрос так, чтобы он ответил, не получится. А ждать, — он
сплюнул, — себе дороже встанет. Надо что-то решать. Но вот что? — Он взглянул
на Ремня.
— Насчет чего? — не понял тот.
— Ладно, — отмахнулся Горбун, — найди Катьку. Мне нужно знать, где и с
кем она была. К Кешке загляну завтра. Сейчас и покемарить нужно. Да, —
засмеялся он, — где вы этого придурка откопали?
— Он тульский, — сказал Ремень. — Я тут к одному приятелю заглянул, он
в курсе событий. Он мне и цинканул про этого. Мол, с Клином терся. Мы его на
дискотеке выхватили. И не зря.
— Ладно, — усмехнулся Горбун, — себя не похвалишь, никто не похвалит.
Топай. И не забудь — мне нужна Катька. И все, что сможешь узнать про нее.
— Отлично, — кутаясь во влажную простыню, тряхнула мокрыми волосами
Екатерина. — С холодным вином сауна просто... — Не находя слов, она помотала
головой.
— На этом, — сказал Руслан, — праздник кончается. Надо приниматься за
дела. Ты, — он посмотрел на пившего пиво Хвата, — когда отбываешь?
— Да я, — Хват поставил пустую бутылку, — еще на несколько дней
тормознулся бы.
— Ну так что? — великодушно решил Руслан. — Оставайся. Но, — он
повернулся к Екатерине, — ты...
— Для меня тоже начинаются трудовые будни, — сказала она.
— Значит, ты будешь здесь до тех пор, — вступила в разговор Рита, —
пока с Кешкой все не решится?
— Ну, не то чтобы совсем, — ответила Екатерина, — но некоторое время
побуду. А ты что, хочешь чтобы я?..
— Ну что ты, живи сколько понадобится.
— Ты ко мне, — Екатерина повернулась к Хвату, — не приходи.
— Да ты мне, — обиженно завел тот, — и не нужна особо...
— Хорош! — резко бросил Руслан. — Прикуси свой язычок.
— Ты чего на меня рычишь?! — спросил Хват.
— А то! — буркнул Руслан. — Надо думать, с кем разговариваешь. Она, —
он посмотрел на злую Екатерину, — за такие слова запросто может получить с тебя
по высшему разряду и будет права. Так что, прежде чем что-то ляпнуть, думай.
— Извини. — Хват повернулся к Екатерине. — Просто обидно стало. Мне с
тобой так хорошо было. Я тебе правду говорил. Как увидел...
— Перестань, — резко перебила его Екатерина. — Давай не будем болтать о
внезапно вспыхнувших чувствах. Руслан, мне нужна твоя помощь.
— Смотря в чем она должна выразиться, — пожал тот округлыми плечами. —
Если в материальной...
— Сразу хочу сказать, — улыбнулась она, — что деньги я никогда и ни у
кого не беру. О моей просьбе поговорим чуть позже.
— Хорошо, — согласился Руслан. В глазах Риты появилось раздражение.
— Руслан Егорович, — услышали все хриплый бас, — тут по этому,
сотовому, кто-то названивает. Который у бабы в сумочке.
— Давай сюда, — засмеялся Руслан. Шагнул к приоткрывшейся двери и
протянул руку. Екатерина подошла к нему.
— Это я, Ремень, — раздалось в трубке. — Горбун просил...
— Я буду через час, — бросив взгляд на часы, сказала она и отключила
телефон. — Кстати. — Екатерина посмотрела на Руслана. — Хотела спросить, как в
сауне часы не останавливаются?
— Спецзаказ, — довольно хмыкнул тот, — из Индии привезли. Ходят даже в
кипящей воде.
— Черт возьми, — отключая сотовый телефон, недовольно буркнул Губа. — Я
потерял три дня. И ради чего?
— Самуэль? — Арсентий взглянул на стоящего у двери Голубя.
— Ну, — сипловато сказал тот, — я не могу утверждать...
— Таракан вез деньги от тебя? — перебил его вопрос Арсена. Голубь молча
кивнул.
— Самуэль знал, кто и когда повезет деньги?
— Я звонил ему.
— Таракан говорил, с кем поедет? — немного помолчав, спросил Арсентий.
— Нет, он сказал, что ему нужно в Тамбов и он завезет деньги Самуэлю.
Вот и все, что он мне говорил.
— Не знал, — пробормотал Арсентий, — что Таракан работает на тебя.
— Он не работал, — поспешно проговорил Голубев. — Просто иногда мы
помогали друг другу. И пару раз...
— Ты знал, — нахмурился Арсен, — что Таракан знаком с Татьяной?
— Он не говорил, — дернул плечами Голубь.
— Короче, так, — сумрачно произнес Арсентий, — ты ничего мне не
говорил. С Самуэлем я сам разберусь. Сколько ты ему должен? — Голубев
растерянно посмотрел на него. — Ну? — поторопил его Арсентий.
— Восемь тысяч, — нехотя признался Голубь.
Что-то ты темнишь, —
пристально глядя на него, подумал Арсентий. — Такие бабки отсылаешь с
Тараканом, с которым, как сам сказал, имел пару раз дела. Но в любом случае с
Самуэлем нужно перетереть. Он вполне мог перехватить Таракана. Ну а Таньку
сделали как свидетеля. Жаль, переговорить с ней не удалось, — с досадой
вздохнул он. — Менты никого не пускают. Они сейчас ждут, пока она в себя
придет. Почему Танька не звонит? И кто тот доброжелатель, который позвонил ее
матери?
Арсентий, не глядя на молча стоявшего Голубева, махнул рукой на дверь:
— Свободен. И запомни — о нашем разговоре никто не должен знать.
— Понимаю.
— И еще. Если это лажа, сам знаешь, что будет.
— Да я же не утверждаю, — испуганно заговорил Голубь, что Самуэль моего
тезку...
— Я не про это, — объяснил Арсентий. — Ты не должен никому говорить о
том, что сказал мне.
Ты, главное, надави на него, — подумал Голубь, — чтобы он забыл обо
мне на некоторое время. Я в свою очередь поищу людей, которые...
— Ты понял, что я сказал? — раздраженно спросил Арсентий.
— Конечно, — ответил Голубь.
— А Таракан действительно бабки вез? — неожиданно спросил Арсентий.
— Клянусь, — прижал руку к сердцу Голубев.
— Иди, — отпустил его Арсентий.
Голубев после разговора с Валентином решил не тянуть время, сам
позвонил Арсентию и сказал, что он сообщит кое-что о причине нападения на
Тараканова. Тот сразу прислал за ним двух парней на машине. И кажется, все
прошло удачно.
А ведь вполне могло быть именно так, — задумался Арсентий, — как
предполагает Голубь. Впрочем, я уже думал об этом. Но тем не менее Самуэля
нужно встряхнуть. Он, мразь, мне кидалово хотел устроить. Потом с лихвой
выплатил компенсацию за нанесение морального ущерба. Но здесь дело не только в
этом. Так что с Самуэлем нужно потолковать, и пожестче
.
— К вам Губа, — раздался женский голос.
Вовремя, — довольно улыбнулся
Арсентий. — Вот его и пошлю к Самуэлю
.
— И что?! — воскликнул седой человек со смуглым морщинистым лицом. — Он
должен мне деньги и отдаст. Я вот-вот включу счетчик. Надо было это сделать
сразу, а я...
— Не торопись, Самуэль, — мягко прервал его мужчина с профессорской
бородкой. — Вместе с Таракановым нападению подверглась Розова, любовница
Арсена. Тот может припомнить подобный инцидент с ярославскими. Ведь там
работали твои люди. Тем более что Голубь подтвердит, что он сообщил тебе, когда
и кто повезет деньги.
— Подожди, — нахмурился Самуэль. — Ты хочешь сказать, что Арсентий
предъявит мне нападение на Таракана и...
— Именно это я имею в виду, — согласился
профессор
. — Учитывая твой
недавний скандал с Арсентием, тот наверняка захочет рассчитаться с тобой. Даже
если это не ты, Арсен все равно счет предъявит тебе. — Он пожал плечами. — Так
поступил бы любой на его месте. У него есть шанс разделаться с человеком,
который пытался обмануть его. Ты, Самуэль, — он укоризненно покачал головой, —
слишком много возомнил о себе. Зачем тебе тогда понадобились эти иконы?
— Погоди-ка, Доцент, — перебил его Самуэль, — ведь ты решил...
— Я хотел купить их у тебя, — опередил его Доцент, — и давал намного
больше, чем ты платил Арсену. Ты же зачем-то разыграл комедию со своим
задержанием. А если проще — пытался наварить на мне. Хорошо, я догадался
сначала переговорить с Арсентием.
— Хорош, Доцент, — буркнул Самуэль. — Просто у меня тогда...
— У тебя всегда, — серьезно сказал Доцент, — нелады со здравым смыслом.
Сначала ты отдаешь товар как бы Взаймы. Затем неожиданно свирепеешь и требуешь
с Голубя всю сумму. Петька, я в этом абсолютно уверен, сразу же собрал деньги и
посылает их тебе с этим бабником, — презрительная улыбка скользнула по губам
Доцента, — у которого в жизни была одна цель — переспать как можно с большим
числом баб, все равно каких. И выясняется, что Петьку вместе с бабой убивают по
дороге. А баба, — он вздохнул, — любовница Арсентия, у которого руки по плечи
испачканы в крови. И мало того, ты решил поиграть в очень крутого. Включил
счетчик Голубеву. То есть окончательно перепугал беднягу. И вот тут Петр
поступил умно. Воспользовавшись ситуацией...
— Стой, — встрепенулся Самуэль, — так ты думаешь, что Голубь...
— Пока это только предположение, — ушел от ответа Доцент. — Ты же
говоришь так, будто...
— Александр Игоревич, — заглянул в комнату длинноволосый парень, —
звонок из Москвы.
— Надеюсь, это не Арсентий, — заметил Доцент. Бросив на него далеко не
дружелюбный взгляд, Самуэль быстро вышел.
— Все не так просто, Александр Игоревич, — тихо пробормотал Доцент. —
Лично я хотел, чтобы получилось так, как предсказал я.
— Да мне плевать, — раздался громкий голос Самуэля, — что у тебя! Я
сегодня же включу счетчик!
— Это не Арсентий, — с досадой буркнул Доцент. — Хотя тот звонить не
станет — просто пришлет нескольких веселых ребятишек...
— Вообще оборзел! — зло проговорил вошедший Самуэль. — Звонит, сучара!
— Подхватив стоявшую на холодильнике бутылку пива, выматерился.
— Так и сказал? — деланно удивился Доцент.
— Хорош тебе, — бросив пустую бутылку на пол, ожег его взглядом
Самуэль.
— А вот цыкать, — улыбаясь, посоветовал Доцент, — на меня не надо. Я
этого с детства не терплю.
— Слушай, ты! — вспылил Самуэль. — Не гони на меня жути. Ведь ты даже
не похож на того из
Джентльменов удачи
, — усмехнулся он, — так что...
— Сашенька. — Доцент поднялся, одернул темно-серый пиджак и, пригладив
бородку, сделал осторожный шаг к Самуэлю. — Я никогда не говорил тебе, — он
снова пригладил бородку, — о том, что несколько лет назад я жил... — Договорить
ему не дал короткий пронзительный женский крик. И едва он смолк, раздался
приглушенный хлопок.
— Что там?! — закричал Самуэль.
— Да так, — ответил спокойный мужской голос, — разговор есть.
— Кто ты?! — Метнувшись к столу, Самуэль рванул на себя ящик и сунул
руку туда.
— А вот этого не надо, — услышал он голос справа. Медленно повернув
голову, увидел ствол направленного на него через раскрытое окно пистолета. Лица
не увидел. Казалось, черная точка заслонила от него весь мир.
— Нервный ты, Самуэль, — весело упрекнул вошедший в комнату Губа.
— Я здесь ни при чем, — подняв руки вверх, заявил Доцент.
— А вот это, — ухмыльнулся Губа, — не тебе решать. — Резко
развернувшись, ударил Доцента каблуком в живот. Тот, согнувшись, повалился на
бок. — Итак, — взглянул на побледневшего Самуэля Губа, — что ты можешь сказать
о случае с Тараканом?
— Я? — окончательно растерялся тот. — Да я ничего не знаю вообще.
Мне...
— Таракан вез бабки, — усаживаясь на стул и доставая сигарету из взятой
со стола пачки, буркнул Губа, — тебе от Голубя. Ты знал об этом?
— Я? — переспросил Самуэль. — Да. — Увидев, что Губа хочет встать, тут
же кивнул. — Мне Голубь позвонил и сказал. Потом Таракан...
— Таракан говорил, с кем едет? — быстро спросил Губа.
&m
...Закладка в соц.сетях
