Жанр: Криминал
Криминальная психология
...// Вопросы психологии. - 1984. - .№4.- С. 121-126.
которой осуществляется в результате определенно"
способа действий. Выбор преступного способа деЦ
ствий является, на мой взгляд, источником возникн
вения криминального мотива. Только после того, ка
актуальная потребность личности конкретизировала"
в выборе способа поведения, можно говорить о возни"
новении мотива. Потребность, даже опредмеченная, ]
может служить основанием для поведения, пока ]
определится способ воздействия на соответствующ"
предмет. Для человеческой деятельности необходг
выбор действия. Преступный мотив потому и называв
ся таковым, что в нем запечатлелся выбор преступи
закон.
Этот момент в процессе криминальной мотиваци^
имеет ключевое значение; только после того, как субт^
ект определил преступный путь удовлетворения свощ
потребностей, реализуется мотивация преступной де^
тельности. Поясню эту мысль литературным примерок
из романа Т. Драйзера "Американская трагедия". Ге
рой романа Клайд Гриффитс, молодой человек из бед^
ной семьи, стремился к богатству и положению в 061
ществе. Пока реализация карьеристских побуждение
была заблокирована, Клайд Гриффитс вел себя, как ц
все его друзья, даже несколько лучше: не пьянствовал^
не развратничал, копил заработанные деньги. Но вот^
перед ним открылась возможность в одночасье разбега-]
теть и войти в круг "золотой" молодежи, женившись на^
богатой невесте. Однако на пути к цели возникло не-1
предвиденное препятствие в лице забеременевшей де-1
вушки. Гриффитс лихорадочно искал выход: уговари-1
вал подругу сделать аборт, но безуспешно, отправил ее^
к родителям и оттягивал время, обещая жениться. Как-1
то ему на глаза попало газетное сообщение о проис-^
шествии на озере: лодка с двумя отдыхающими опро-:"
кинулась, тела пострадавших не были найдены. Это
подсказало ему выбор преступного способа - завлечь .
девушку на лодочную прогулку и утопить, что и было.
сделано. С момента, когда ему пришла в голову мысль ^
преступным образом избавиться от женщины, угрожавшей
ему разоблачением, началась собственно криминальная
мотивация: целеполагание, программирова-^
принятие решения, его исполнение, корректиров^
'действий в зависимости от меняющихся обсто^^гт^ств,
сокрытие следов преступления.
ательств, сок^ппио ^^^"" ."---"
предмет потребности в этом примере оставался одям
и тем же - богатая невеста. И пока он лишь добиался
ее, ничего уголовного ни в действиях, ни в по^слах
героя не было. Преступный мотив возник в реу^ьтате
выбора способа деятельности. Нередко к этому
побору индивид приходит после мучительных и длительных
размышлений, отбрасывая легальные варианты
разрешения проблемы и создавая систему самооправданий
(Раскольников в романе Ф. М. Достоевского
"Преступление и наказание").
Мотивом преступного поведения является актуальная
потребность, удовлетворяемая способом, запрещенным
уголовным законом.
Собственно, всякое преступное поведение в психологическом
плане - это способ жизнедеятельности правонарушителя.
И начинается оно с выбора. Б. Хорнабуджели
(псевдоним Б. Харазашвили) в книге, вызвавшей
шумную критику в грузинской прессе, писал:
"...преступление, как правило, есть лишь способ (прием)
осуществления психологического поведения"^. Такое
же мнение можно встретить и в российской дореволюционной
литературе: "...в конечном счете поведение
определяет не знание, вера и выбор"^ Я бы из этой фразы
убрал лишь слова "как правило", поскольку полагаю,
что всякое преступление - результат выбора. Об
этом свидетельствует и слово: преступить, значит перейти
черту дозволенного^. От чего же зависит выбор
криминального способа действий? Вероятно, в первую
очередь от диспозиций (установок) личности.
Хорнабуджели Б. Психологическая сторона вины. - Тбилиси,
1991.-С. 6.
См.: Ефимов Е. Естественно-научная теория преступлений,-М.,
1914.-С. 238.
"Все что ни видится, кругом очерчено чертой, преступить
которую - значит обнаружить поползновение весьма опасного
свойства" (М. Е. Салтыков-Щедрин).
65
3.4. Установочная концепция
мотивации преступного поведения
В главе о личности преступника подчерки)
роль направленности личности в выборе способа
ствия. Указывалось, что направленность лич^
складывается из системы диспозиций (уставов
обуславливающих преднастроенность личности к в
ру поступков в различных сферах человеческой
тельности. Это положение почти не вызывает 8031"
ний в специальной литературе. Однако природа уст
вок объясняется по-разному^ Если теория, связайН^
именем Д. Н. Узнадзе, рассматривает установку кай
лостное состояние ("модус") действующего человек"
осознаваемое им, то другие авторы склонны считат
свойством сознания^. Это обусловило различное п(
мание криминологами антиобщественной устано(
Чаще всего она рассматривается как сознательно
бранная негативная позиция в отношении охраняем
уголовным законом ценностей^. И. И. Карпец, нас
рот, считая установку неосознаваемой, отрицал ее р
в мотивации преступлений, поскольку, по его мнен
мотив всегда осознан^
Компромиссная позиция заключается в призна]
взаимодействия антиобщественной установки с пор
ным правосознанием виновного лица. П. С. Даг
утверждал, что умышленное преступление может бь
совершено лишь при сочетании в личности порочное
правосознания и неосознаваемой антиобщественн
установки^.
Разногласия устраняются теорией многоуровнвв
диспозиционной системы личности. Как свидетельств
Пеньков Е. М. Социальные нормы - регуляторы по"вДв1
личности. - М., 1972. - С. 13; Парыгин В.Д. Основы социа
но-психологической теории. - М., 1971. - С. 133-135 иДалвв^
Игошев К. Е. Типология личности и мотивация преступного
поведения. - М., 1974. - С. 104-106. 1
Карпец И. И. Проблема преступности. - М., 1969. -С. 85.1
Дагель П. С. Учение о личности преступника в сов^ско"^
уголовном праве. - Владивосток, 1970. - С. 24.
доменные исследования, социальная и нравст^
^ направленность личности состоит из иерархии
^^ "ованных установок - от ситуативной, которая
ф^^ ^дственно определяет выбор поступка в конкрет^^
^зненной ситуации, до личностной, от которой
^^ яг жизненные планы индивида.
^^д. ^цепция многоуровневой саморегуляции социуо
поведения получила развитие в работах
^ \ Ддова и его сотрудников^ Сущность ее кратко
\ быть изложена следующим образом. Внутренняя
ддлуляция деятельности есть психический продротекающий
на разных уровнях направленности
ццостц, именуемых диспозициями.
первый, низший уровень диспозиций составляют
^удцяонные неосознаваемые установки, называемые
акуке элементарными психологическими установка"
одя диктуют выбор операций, с помощью которых
дрдрщаются действия, а поэтому их называют также
пперациональными. Оставаясь неосознаваемыми, они
я^ивцо влияют на сознание личности. Примером может
служить "почерк" квартирного вора, использующе^
одни и те же приемы проникновения в жилище.
Второй уровень диспозиций личности образуют
фиксированные социальные установки, от которых завцсит
повторение тех же действий в сходных ситуациях.
На их основе совершаются поступки^. К примеру,
некто после выпивки становится агрессивным и не раз
привлекался к ответственности за хулиганство.
Третий уровень диспозиционной структуры образуют
базовые социальные установки, определяющие общую
доминирующую направленность личности в той
или иной сфере ее жизнедеятельности. Социальные
установки этого уровня представляют собой относительно
устойчивые психологические образования,
^ я)ов В.А. О диспозиционной регуляции социального поведения
личности // Методологические проблемы социальной психоЛ.ОТТХ&-
М., 1975. - С. 69-105.
2 цспектив автор1в. Основи психологи / Ред. О. В. Киричук,
В. А. романець. - К., 1996. - С. 393-401.
предопределяющие "неслучайную последовательнс
поступков" и обусловливающие способность лично^
противостоять случайным изменениям ситуаций.
специальной литературе диспозиции этого уровня "
зывают иногда смысловыми установками^.
В криминологии говорится о корыстной устанод
коррумпированного чиновника, об агрессивной напр,
ленности серийного убийцы и т. п. В мотивации на эт
уровне, как правило, доминирует сознание, хотя, ка)
в любом поведении, в нем участвуют и неосознаваемо
вытесненные в подсознание идеи, мысли, предста
ления.
Венчает пирамиду личностных диспозиций систе"
ценностных ориентаций на цели и смысл жизни,
достойные с точки зрения личности способы их дос1
жения. Это четвертый, высший уровень мотивация
ной структуры личности. Он определяет общую нрав*
венную направленность личности, ее экзистенциа^
ную сущность, содержание ее идеалов и жизненно
программы. Это правовое и нравственное сознание )
мировоззренческая позиция человека. Но и на это"
высшем уровне на мотивацию влияют неосознаваемые
фиксированные установки низших уровней.
Мотивация преступной деятельности и отдельного
преступления направляется взаимодействующим^
установками разных уровней.
Вместе с тем необходимо подчеркнуть автономия
личностных диспозиций. Доминирование здесь сочетав
ется со взаимодействием, и иерархия установок далеко
не всегда сохраняется. Стрессовое состояние можеЦ
привести к "расшатыванию" диспозиционной системы^
в результате чего возрастает влияние ее низших звень^
ев, что приводит к реактивному, противоречивому"
поведению^.
Железняк Л. Ф. Проблема направленности // Вопросы психологии.
- 1972. -№5.-С. 157-161.
"^
Асмолов А. Г. Диспозиционная структура регуляции: от ги-,
потезы к концепции // Вопросы психологии. - 1980. -№3.-
С. 178-180.
^онцепция многоуровневой саморегуляции социцого
поведения представляет значительный интерес
д изучения криминальной мотивации. Если избран^и
субъектом способ реализации актуальной потребуй
не воспринимается им как поступок, то есть рас^атривается
как ординарное, обычное действие, в
дравственном и правовом отношениях нейтральное, то
даздорегуляция поведения осуществляется на низшем
уровне психологической установки, а действующее
лицо не задумывается о социальной значимости совершаемого.
Чем сложнее поведение, тем выше уровень
его регуляции. При этом действует "закон экономии
мотивации" - высшие ее уровни вступают в действие
лишь тогда, когда цель не может быть достигнута и
потребность не реализуется на низшем уровне саморегуляции.
Но противоправные поступки возникают нередко
вследствие рассогласования диспозиций, когда
низшая как бы подменяет высшую и "берет на себя"
регуляцию поступков, которые противоречат ценностной
ориентации личности.
В подобных случаях говорят о психологических
срывах, о случайных преступниках^. Их немало, и число
это имеет тенденцию к увеличению по мере роста
социальной напряженности последних лет и психопатизации
населения страны. Лишь немногим более 40%
изученных нами осужденных при решении экспериментальных
задач обнаружили осознанную противоправную
позицию, а остальные обладали вполне приемлемой
правовой и нравственной ценностной ориентацией,
Аналогичные наблюдения опубликованы и в других
странах^.
Особую разновидность смещения уровней мотивации
поведения составляют случаи, когда человек, выЕфремова
Г. X. Правовые установки и ориентации молодых
правонарушителей // Правовая культура и вопросы правового
воспитания. - М., 1974. - С. 126-127.
Мюллер Р. О некоторых линиях развития, проблемах и результатах
криминологического исследования личности преступника
в ГДР // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1982. -
Вып. 37. - С. 84-89.
полняя чужую волю, чувствует себя простым аге1
исполнителем, хотя обстоятельства требуют от
проявить свою личность и совершить поступок. Клд
ческие эксперименты, осуществленные зарубежв"
психологами (Ф. Зимбардо, С. Милгрем), свидет
ствуют, что в критической ситуации психическ
нравственно нормальные люди иногда обнаружив
не свойственную им жестокость, если подвергав
психологическому давлению со стороны экспериме
тора или увлекаются предложенной им эксперив^
тальной ролью.
Излагая содержание этих опытов, российский
циолог И. С. Кон писал: "Страшно. Невероятно? А ;
ве легче поверить в реальность гитлеровских лаге^
смерти, в то, что они обслуживались не столько пап
тованными садистами, сколько обыкновенными стар
тельными чиновниками"^. В "Правде" был опублив
ван судебный очерк об одной женщине, которая во вц
мя войны, оказавшись на оккупированной немца"
территории, по приказу карателей расстреляла из п
лемета сотни своих соотечественников. За паек, за ком
нату при немецкой тюрьме. Поражает даже не жесте
кость, а обывательская мотивация злодеяний. Когд
впервые приказали расстреливать, пробовала отговс
риться, но на нее прикрикнули, и она больше не пр"
кословила^.
Подобное смещение установок часто наблюдаете
при хулиганстве. Еще в 20-х гг. А. М. Халецкий писа.
в отношении хулиганов: "Приобретения культуры н
являются прочным и непоколебимым достоянием чело
века. При известных условиях высшая психически
деятельность начинает уступать низшей'^.
з=5" Осознанные и неосознанные
мотивы преступлений
1Сд^ отмечалось выше, в юридической литературе
маствуе^ представление об осознанности мотивов
^еступного поведения. С" А. Тарарухин в монографии,
"ященкой социологии и психологии преступлений,
^ ^горически отвергает неосознаваемость мотивов:
" мотив не может быть неосознанным. Любые рассуж^ия
о бессознательности мотива ведут к идеалистичеким
концепциям"^. Но в отношении того, что и куда
ведена есть другое мнение. Психолог Б. Ф. Ломов счи^ае1,
что "выведение мотива из сознания является по
существу идеалистическим"^. Но не будем спорить об
идеализме; может быть, он не так уж и плох, как об
этом принято было писать в те годы.
Большинство современных психологов и философов,
изучающих проблемы личности, полагает, что
подлинные мотивы всякого поведения, в том числе и
преступного, осознаются не полностью и не всегда.
Чтобы сохранить внутренний душевный комфорт,
люди предпочитают не знать подлинных мотивов своих
действий, если они противоречат самооценке и самолюбию.
В силу так называемого когнитивного диссонанса
(противоречия между мнением и знанием) происходит
вытеснение из сознания информации о подлинных мотивах
неблаговидного поведения^. Суть когнитивного
диссонанса образно и очень емко изложил Фридрих
Нищие; "Я сделал это - говорит мне моя память. Я не
мог этого сделать - говорит мне гордость, которая в
этогд споре остается неумолимой, и приходит мгновение,
когда память наконец отступает". Это - разновидность
психологической защиты от травмирующего знания,
С ним связан и другой механизм психологической
' Социальная психология личности. - М., 1979. - С. 108.
" Белоусов В. Падение // Правда. - 1979. - 31 мая.
^ Халецкий А. М. К психологии хулиганства // Изучение преступности
и пенитенциарная практика. - Одесса, 1928. -
Вып. 2.-С, II.
Тарарухин С. А. Преступное поведение; социальные и психологические
черты. - М., 1974. - С. 209.
Ломов Б. Ф. Методологические и теоретические проблемы
психологии. - М., 1984. - С. 206.
М., 1984.
" Фестингер П. Введение в теорию диссонанса // Современная
зарубежная социальная психология; Тексты. *' чокл -
С. 97-110.
защиты - рационализация содеянного. Давно замечено,
что человек склонен безотчетно находить разумное
основание своим поступкам: "Виноград-то был зеленым"
- убеждала себя лиса в баснях Лафонтена и Крылова
после того, как ей не удалось им завладеть.
Мотивы неадекватно отражаются в сознании субъекта
еще и в случаях так называемого отсроченного]
действия, когда состояние фрустрации выливается в
агрессивную реакцию по ничтожному поводу. Затем'
лицо уверяет себя в том, что именно этот повод стал"
причиной агрессии. Иллюзорное представление о моти^
ве агрессивного преступления возникает и тогда, когда
лицо вымещает раздражение или обиду на случайных'
объектах.
Давно замечено, что люди порой неосознанно стре-^
мятся облагораживать мотивы своего противоправного
поведения. Возникают как бы два мотива - истинный
и кажущийся. "Один (неосознаваемый) мотив обеспечи-'
вает нужный для личности результат, другой (осозна-'
ваемый) обеспечивает тоже нужное для личности эмо-'
циональное отношение к своей деятельности и к себе'^.
Ярким литературным примером такой двойной мотивации
может служить монолог Сальери в трагедии
А. С. Пушкина "Моцарт и Сальери". Сальери убеждает
себя в том, что им движет не зависть, а чувство справедливости,
что для всех, включая самого Моцарта, и
особенно для искусства будет лучше, если Моцарт умрет.
В конце концов убийца чувствует себя человеком,
выполняющим тяжкий, но необходимый долг.
Мотив - сложное психологическое образование,"
складывающееся из: 1) основания действий - представлений
о причинах и того, ради чего его совершили,
то есть личностного смысла поступка; 2) собственно
побуждения - эмоционального переживания актуальной
потребности в виде желания, страсти, хотения,
влечения. Основание - содержательная сторона
мотива - далеко не всегда адекватно отражается в со^
Неймарк М. С. О соотношении осознаваемых и неосознавав*
мых мотивов в поведении, характеризующем направленносП
личности // Вопросы психологии. - 1968. -№5.-С. 109.
знании' ^ иногда и вовсе не фиксируется. В последнем
случае говорят о немотивированном поведении, хотя
это и не совсем точно: немотивированных действий
просто не бывает. "Так называемое немотивированное
действие, - писал В. Н. Мясищев, - имеет только
одну мотивационую категорию - побуждение, другая
уце, представляющая основание действия, отсутствует"'-
Еще реже адекватно осознаются эмоции, то есть
динамическая сторона мотива.
Эмоциональные переживания по их отношению к
потребностям можно разделить на две категории. Первую
составляют эмоции, непосредственно отражающие
мотивообразующие потребности - голод, страх, ревность
и т. п. Их называют ведущими, поскольку они
выступают в качестве побуждения к поведению. Ко второй
относятся те эмоциональные явления, которые возникают
в процессе деятельности, - радость, огорчение
и др. Их называют производными^. Деление в известной
мере условное, так как и производные эмоции при
определенных обстоятельствах влияют на мотивацию
преступного поведения и выбор способа его совершения.
В некоторых случаях производные эмоции становятся
потребностями ("квазипотребностями") и приобретают
мотивационное значение. Речь идет о так называемых
негативных мотивах, основанных на стремлении
некоторых людей к переживаниям тревожности,
риска, лишений. В сущности, негативные мотивы -
это личностная интерпретация потребности в самоактуализации.
В художественной литературе такая мотивация
изображается с некоторой романтической окраской
и не без авторских симпатий (лермонтовский Вулич,
ибсеновский Пер Гюнт). Менее они привлекательны
в жизни - неукротимые дуэлянты времен минувших
и хулиганы нынешние. Правда, нельзя не признать,
что мотивы поведения и более симпатичных люДеи
приобретают иногда негативистский смысл: путеМясищев
В. Н. Личность и отношение человека // Проблемы
личности: Материалы симпозиума. - М., 1969. -Т. 1.-С. 69.
" Вилюнас В. К. Психология эмоциональных явлений. - М.,
^76. - С. 104-105.
шествие на лыжах к Южному полюсу и т. п" Во А. ф"
вишевский, изучавший негативные мотивы, пиип
что отрицательные мотивы сами по себе антибиолоп
ны, находятся в противоречии с "законом смысла"
как таковые обычно не осознаются" В подобных случ.
ях люди склонны объяснять свое поведение поло"
тельными мотивами^. Хулиганы, например, объясня:
свой дебош надуманными, внешне рациональны;
причинами не столько в надежде на снисхождени"
судей, сколько потому, что истинные мотивы ими н"
осознаются.
Не осознаются мотивы импульсивных преступлю
ний, когда сознание уступает свою регулятивную ро1.
бессознательным реакциям. Л. после выпивки посп"
рил с собутыльником, какой сорт пива лучше, и в драке,
возникшей по этому поводу, ударом ножа убил оппонента.
"Вот уже десятый год думаю, за что я погуби,
человека и себя, и не могу понять", - сокрушаете.
убийца.
Ограничивает возможность осознания мотивов при'
вычка действовать определенным образом. Когда Шурй
Балаганов - сподвижник Остапа Вендора - получил
50 тыс. рублей, он не смог удержаться от кражи какойто
мелочи в трамвае, за что и был задержан милицией^
Подвела воровская привычка. '
Осознание подлинного побуждения затрудняется я
тем, что люди действуют, руководствуясь не одним, И
несколькими мотивами" Человеческое поведение почти
всегда полимотивно. Но, в зависимости от особенностей
личности и ситуации, в сознании отражается не главный,
а иной, наиболее приемлемый или понятный. К
примеру, 28-летний безработный Л., совершивший поджог
посева пшеницы на фермерском поле своего соседа,
объяснил свой поступок жаждой справедливости, И
на самом деле главным побуждением была зависть^
Происходит также смещение понятий мотива и эмоционального
состояния, "фона" деятельности. В результате
^ Файвишевский В. А. О существовании неосознаваемых негативных
мотиваций и их проявления в поведении человека // Вессознательное:
природа, функции, методы исследования. - С. 444. '
цццъ часто насильственные и даже корыстные нена^дьственные
посягательства объясняются состоянием
д^огольного опьянения, которое само по себе мотивом
де выступает, но способствует развитию криминальной
мотивации.
Большинство из 310 опрошенных лиц, осужденных
за тяжкие насильственные преступления против жизни
ц здоровья и за злостное хулиганство, не смогли более
иди менее удовлетворительно назвать мотивы совершенных
преступлений. Каждый четвертый из них отказался
отвечать на этот вопрос. Почти половина ответов
на вопрос, ради чего применялось насилие, не соответствовала
выводам следствия и суда. Лишь 20% обследованных
лиц, отбывающих наказание за злостное
хулиганство, определили мотивы своего поведения хулиганскими,
а остальные указывали на побуждения,
возникшие на основе личных отношений с потерпевшими.
36% лиц, осужденных за умышленное убийство и
умышленное телесное повреждение, не согласны с формулировками
их мотивов в приговорах. И даже такой
бесспорный, на первый взгляд, мотив, каким является
корысть грабителя, далеко не всегда признается осужденными.
Каждый третий из них отрицал корыстный
характер своих действий, каждый восьмой затруднялся
объяснить свои побуждения^. В этой связи уместно отметить,
что отсутствие корысти при грабежах и разбоях
констатировали и другие исследователи. По свидетельству
К. Е. Игошева, только 18% опрошенных им молодых
правонарушителей, осужденных за указанные посягательства,
действовали из корыстных побуждений^.
По данным А. М. Цалиева, около трети обследованных
грабителей всех возрастов объяснили свои поступки
престижными соображениями и отрицали корысть^.
Интервьюирование проводила группа студентов Харькова с
участием автора в 1985 г.
' Игошее К. Е. Психология преступных проявлений среди молодежи.
- М., 1971. - С. 65.
Цалиев А. М. Криминологическая характеристика лиц, совершивших
корыстно-насильственные преступления: Автореф.
Дис. ... канд. юрид. наук. - Л., 1981. - С. II.
Даже с учетом неискренности некоторых
очевидно, что значительная часть правонаруцщ^
не осознает подлинных мотивов совершаемых пре"
лений. Это характеризует не только криминальную 1
нацию. В. К. Вилюнас по этому поводу отмечает: ",
знательное сокрытие своих эмоциональных побуа
ний является лишь самым простым случаем их исщ
ния... ...человек способен столь же решительно и 1
щренно утаивать факты этого рода от самого себя"^
Осознание субъектом подлинных мотивов готовят
гося или совершаемого преступления имеет двоякое^
следствие. В одних случаях ранее возникшее влечет
превращается в определенное желание (хотение)" Г
ступная деятельность становится более определенно
целеустремленной.
В иных - осознание подлинных побуждений ма
привести к прекращению начатого преступления и,
ровольному отказу от него, что согласно закону слуа
основанием к освобождению от уголовной ответств
ности. Но и запоздалое понимание истинных пруя
содеянного полезно для достижения целей наказан"
Психологические исследования свидетельствуют о :
вышенной самооценке большинства осужденных, 061
ловленной неправильной трактовкой мотивов собствен
ных действий^. Совесть должна преодолевать ложнс
самооправдание. Помочь ей в этом может лишь чесч
ный анализ мотивов антиобщественного поведения.
Наиболее распространенной ошибкой, которая дс
пускается в процессе расследования и судебного ра"
смотрения уголовных дел, а равно и в научных публи^
кациях, является смешение понятий мотивации и ли^
тивировки. Это далеко не одно и то же. Если мотива
ция означает основание и движущее начало побужде
ний, то мотивировка заключается в ретроспективное
объяснении уже содеянного. То и другое чаще всего не
Вилюнас В. К. Психология эмоциональных явлений. -
С. 104-105.
г)
Ратинов А. Р" Константинова Н. Я., Собчик Е. М. Самооправдание
преступников // Личность преступника как объект психологического
исследования. - М., 1979. - С. 78.
гада^'
Это, однако,
^. не означает, что объяснение
со^ одного (обвиняемого, подсудимого) не должно
о^У маться во внимание. Мотивировка помогает поПР"
истинные мотивы и характеризует личность.
Р^^удности познания личностного смысла преступле.,
возникают еще и потому, что логика поведения их
^ др часто не понятна и противоречит здравому
^рду. Причудлива и противоречива мотивация дей"
11Й психически ущербных лиц, признанных вменяец^п.
Российский психиатр О. Е. Фрейеров называл
я^ую мотивацию "неясной".
Некто К., находясь в магазине, где было много поупателей,
выстрелил из пистолета в потолок, а затем,
^дидев, что мужчины бросились бежать, отталкивая де"м
и женщин, выстрелил в одного из них и ранил.
-"-""" ^"птарпить. как веа
затем,
как ветей
и женщин, ^^.--^._
Свои действия объяснил желанием проверить, как ведут
себя люди в момент опасности, а также возмущением,
вызванным недостойным поведением мужчин.
После ссоры с женой Б. решил покончить с собой на
месте дуэли Лермонтова у г
...Закладка в соц.сетях
