Для невро^^^ои личности характерны "...эгоцентризм,
позерство, идеализированное представление
о себе чрезмерН^ притязания, неадекватность поведения
тревожность, мнительность, нетерпимость..."^.
Психоаналитическая практика лечения невротических
состояний сводится к искусству врача-психоаналитика,
к его способности помочь пациенту осознать истинные
причины невро^ и избавиться от внутреннего неосознаваемого
конфликта, породившего болезнь.

ц заключен^ краткого обзора криминогенности
психических аномалий следует еще раз подчеркнуть^
мысчь высказа^У^о ^ начале этой главы; психические 1
патотогии и расстройства составляют свойства характе- ^
ра индивида^ А характер - это совокупность свойств, 1
в КОТ^РЬ'Х выР^^о""^ способы- поведения. В этом и со-1
стоит отдичие понятия характера от понятия личности^ 1
личность опюеД^^^ мотивацию - то, ради чего совер-1
шеются простУ^^' ^ характер - как действует чело-1

^ Ф пове^скаЯ ^' ^~ ^ некоторых совмещающих характеристи- -
ках личности в различных психологических направлениях // :
Материалы IV Всесоюзного съезда общества психологов. - Тбилиси,
1971.-С.^-74.

52

р^'. Всякое преступление - это способ удовлетворить
^туальную потребность, запрещенный уголовным зад^ом.
Выбор такого способа среди многих других
^ределяет начало криминальной мотивации. А выбор,
^ак было показано, во многом зависит от психического
здоровья лица.

Когда писались эти строки, телевидение и газеты
принесли из соседней России еще одну страшную весть:
ме^рос К. расстрелял восьмерых своих сослуживцев и
закрылся в торпедном отсеке атомной подводной лод1^
угрожая ее взорвать. На другой день, однако,
застрелился. И, как сообщается, никаких требований
не выдвигал, был вполне нормальным человеком, не
конфликтовал, хорошие характеристики... Как плохо
мы знаем самих себя!

Гиппенрейтер Ю. Б. Указанная работа. - С. 258.

53

Глава III

МОТИВАЦИЯ ПРЕСТУПНОГО
ПОВЕДЕНИЯ (ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ)

Ша из сф^ц" исхо^мН змле илиислы,
ц^ичаНва, п^-мЗОцеяниА, /фалш,
мкесви^еШемрйва. хцления.
Мшаф.. ^5:19

3.1. Мотивы преступлений в юридической
литературе и законодательстве

Психологическая теорий мотивации человеческого^
поведения чрезвычайно запутана. Может быть, потому,^
что привлекает повышенный интерес, а скорее - в силу
своей особой сложности и противоречивости. "Едва'
ли найдется другая такая Мв необозримая область психологических
исследований, к которой можно было бы
подойти со столь разных сторон, как к психологии мотивации",
- пишет автор двухтомного обзора учений о ,
мотивах человеческой деятельности^. 1

Большинство российских и украинских авторов 1
придерживается традиционных взглядов, которые бе-.
рут начало от Декарта, и рассматривает преступление 1
как обязательно осознанное, волевое деяние, продикто^
Хекхаузен X. Мотивация Я деятельность.
Т. 1.-С. 9.

- М" 1986.

цде внешними обстоятельствами, а мотивом считает
^ знанное побуждение или осознанную потребность'.
° Щирокое распространение получило также мнение
ом что мотивами могут быть, наряду с интересами
^цдсти, ее чувства, потребности, взгляды, убеждеяя
идеалы, ценностные ориентации, привычки^.

В процессе своей профессиональной деятельности
дидты обращаются к самым разным областям знаний,
п частности к научной психологии. Конечно, никто не
упрекнет правоведов в том, что они свои выводы не подкрепляют
экспериментальными исследованиями. Но
всякий исследователь обязан аргументировать свою позицию,
ссылаясь на современные достижения соответствующей
науки. Это представляется совершенно необходимым,
когда автор вторгается в дискуссионную
проблему. Такой, без сомнения, остается проблема
осознанности мотивов. Представление о том, что всякий
мотив - это осознанная потребность (осознанное
побуждение), что неосознаваемых мотивов не бывает,
превратилось в верование, которое не могут поколебать
никакие доводы. В какой-то мере это можно объяснить
инерцией мышления, воспитанного в годы тоталитаризма,
когда бессознательная психика объявлялась
"антинаучными вымыслами реакционных буржуазных
ученых" Ф. Ницше, 3. Фрейда и др., а психологизация
правовых явлений считалась идеологически опасной,
поскольку, как любил повторять И. И. Карпец, "приводит
в болото биологизма".

И хотя мы давно признали грузинскую психологическую
школу Д. Н. Узнадзе с ее теорией неосознаваемой
установки и уже не называем реакционером гениального
писателя Ф. М. Достоевского, раскрывшего
глубинную психологию человеческих поступков полнее
всех профессиональных психологов, хотя почти 20 лет

Тарарухин С. А. Установление мотива и квалификация преступления.
- К., 1977. - С. 14; Волков В. С. Мотивы преступлений.
- М., 1982. - С. 9; Криминальная мотивация. - М.,
1986.-С. II-19 и др.

Антонян Ю. М" Дагель П. С. и др. Механизм преступного
поведения. - М., 1981. - С. 45-69.

55

1

циальной защиты; Марк Ансель критикует соврецв1
неоклассическое уголовное право, которое "...дляя
чтобы избежать подлинного анализа виновности, п1
талось отделить умысел от мотива с целью устаем
ния прямой связи вины с преступным деянием... Пс
но тому, как нельзя отделить умысел от его мот
нельзя отделить человека от его поступка"'.

Это понимал Н" С. Таганцев, виднейший предст
тель классического направления в российском у1\)
ном праве. В отличие от своих нынешних последов
лей он рассматривал мотив как элемент умышлек
вины: "...хотение как элемент умышленной вины пр
полагает возбуждение к деятельности или мотив, по^
новку цели, выбор намерения и обрисовку плана"^

К проблеме структуры мотива мы еще вернемся
теперь обратимся к истокам его возникновения. ;

3.2. Потребности, интересы,
социальные ценности

В мотиве
столько.

отражается личность.

"Каждый Стм

игилько, сколько стоит то, о чем он хлопочет" (Ма^
Аврелий). В современной психологической литерату '
почти общепризнанным считается утверждение о та
что мотив как двигатель поведения возникает из акт
альной в данный момент человеческой потребност)
Понятие потребности в теории мотивации рассматри"
стоя в трех смыслах: 1) как благо, в котором нуждаетс
индивид; 2) как свойство личности; 3) как переживанй
нужды в чем-либо, вызывающее поисковую активност
индивида. В этой работе потребность употребляете^
главным образом в последнем смысле как первоисточ-Д
ник возникновения и реализации мотива поведения.

' Ансель М. Новая социальная защита. -М., 1970.-С. 246,1
249. 1

Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Лекции. - Спб.. 1
1902,- Общ. ч. -Т. 1. -С. 594. *

пичаются потребности индивидуальные, групподдективные
и социальные (общественные). Их
"^' дательная характеристика "^^-классификация
^ычайно разнообразны и составляют обширную ли^Р^
туру. Большинство авторов не только называет
^ долее характерные человеческие потребности, но и
^ рщатривает их структурное, в основном иерархиче^
^ строение. Группирование при этом производится

^е разнообразное -от 3 до 16 позиций. Останов^рь
на двух, наиболее распространенных.

Криминологи и юристы - специалисты в области
уголовного права - различают три типа потребностей;

1) нормальные, соответствующие характерному для
данного общества или класса типу личности и образу
жизни,

2) деформированную систему потребностей, в которых
одни потребности развиты за счет других;

3) извращенные потребности, удовлетворение которых
объективно противоречит развитию личности и интересам
общества^.

Упоминание деформированных и извращенных потребностей
вызывает возражение. Извращенными потребностями
называют обычно тяготение к алкоголю,
наркотикам, гомосексуализму и т. п.; деформированными
- жажду власти, гипертрофированную потребленческую
активность и т. п. Бесспорно, для многих
лиц; осужденных за совершение преступлений, названные
пристрастия далеко не безразличны. Но в основе
их нетрудно увидеть первичные, вполне нормальные
нужды в физическом и духовном комфорте, в самовыражении,
социальном статусе и т. д" На мой взгляд,
асоциальны и извращены не потребности, а средства и
пути их удовлетворения. Потребности как условия,
объективно необходимые для существования и развития
личности, не могут быть антиобщественными, инаКурс
советской криминологии. - М., 1985. - С. 336; Джекабаев
У. С. О социологических аспектах преступного поведения
- Алма-Ата, 1971. - С. 49; Механизм преступного
поведения. - С. 48-49 и далее.

че человечество давно превратилось бы в немногоч1
ленное стадо дерущихся обезьян.

Более убедительными и перспективными для изу^
ния криминальной мотивации представляются иера
хические структуры, построенные по критериям соцд
лизации потребностей. Большую популярность на 3
паде приобрела классификация мотивов, предложе,
ная американским психологом А. Маслоу (1945 г.]
Она предполагает пять уровней. В основании пирамид
находятся "низшие", физиологические потребности^
еде, воде, определенной внешней температуре, секс^
альная потребность и т. п. в той мере, в какой они обе"
печивают жизнедеятельность индивида. Маслоу назк
вает их нуждами. Над ними располагаются жизнена
важные потребности в безопасности - защите от б"
ли, страха, гнева, неустроенности и пр. Третий уровев
человеческих потребностей образуют "социогенны
нужды" в социальной связи с другими людьми -
любви, сочувствии, социальной присоединенност1
социальной идентификации. На четвертом уровне -
самоуважение: потребности в достижениях - в при-"
знании, одобрении. Пятый уровень составляют потреЩ
нести в самоактуальности, или потребности роста,;
Это стремление к реализации собственных возможное^
тей, потребность в информации, в познании, в осмыс^
лении окружающего мира. "Человек должен быть тем,,
чем он может быть. Эту потребность можно назвать са-1
моактуализацией'^.

Сходные структуры потребностей можно обнару-1
жить в работах других авторов, что, вероятно, свиде-^
тельствует об их научной ценности^. 1
Источниками мотивов выступают также производ-1
ные от потребностей интересы и социальные ценности^
Среди многочисленных и порой противоречивых опре-1

Хекхаузен. X. Указанная работа. - С. 112-115.
Москаленко А. Т., Сержантов В. Ф. Личность как предмет
философского познания. - Новосибирск, 1984. - С. 162; Бестужев-Лада
И. В. Прогнозирование изменений в системе социальных
потребностей // Проблемы формирования социогенныХ
потребностей. - Тбилиси, 1974. - С. 58-59.

дци интереса в научной литературе представляется
^ Долее удачным определение, предложенное А. Г. Здра^
исловым. Он считает, что интерес возникает на
^ рр потребности и "направлен на социальные отно"
цдя^ учреждения, институты, от которых зависит
"ределение соответствующих благ, обеспечивающих
пдетворение потребностей"^ Указание на личную
дцтересованность в некоторых статьях Уголовного
паекса имеет, вероятно, такой смысл. Высшие интецц
большой человеческой общности - классов,
дяциональных общностей, народа, страны, всего человечества
- становятся социальными ценностями. Они
приобретают значение идей, идеалов, нравственности,
верований, эстетических представлений и т. пЛ В их
основе, однако, нетрудно отыскать индивидуальные
жизненные потребности личности.

Человек организует свою деятельность, руководствуясь
не только индивидуальными, но и групповыми,
коллективными, общественными интересами и ценностями.
Между ними иногда возникают противоречия.
Большинство преступлений носит явно эгоистический
характер. Но и преступная деятельность, вдохновляемая
идеологическими и иными ценностями и интересами,
- тоже не редкость. Геноцид в отношении целых
народов, политический террор, религиозный фанатизм
- все это не только история, но и современность
(военные преступления в бывшей Югославии и Чечне,
международный терроризм исламских фундаменталисТОБ
и пр.)"

Преступное поведение чаще всего направляется
многими мотивами и потребностями. Своекорыстие
часто сочетается с честолюбием или корпоративной солидарностью.
Почти всегда полимотивны насильственные
преступления; тут и месть, и жажда власти, и безотчетная
злоба, и многое другое.

ЗдравомысловА. Г. Потребности. Интересы. Ценности. - М.,
1988. - С. 74.

^ Там же. - С. 76, 166.

3.3. Возникновение и структура
мотива преступления

Если личностная потребность удовлетворена, то"
содержит лишь потенциальную возможность стать )
тивом активности. Но отсутствие либо недостаток ч
или иного блага создают актуальную потребность.
туальная потребность - это еще не мотив; она спосо
породить лишь поисковую активность индивида. "
превращается в мотив после того, как определяю
предмет потребности и способ реализации, то есть уд
летворения актуальной потребности.

Психологическая теория деятельности, связанна
именем российского психолога А. Н. Леонтьева, од
ждествляет мотив с предметом потребности: "Необ^
димо ... особенно подчеркнуть, что термин "мотив"
употребляем не для переживаний потребности, но 1
означающий то объективное, в чем эта потребно*
конкретизируется в данных условиях и на что напр
ляется деятельность как на побуждающее ее"'. Сказа
вполне определенно и категорически: мотив - э'
предмет, находящийся вне сознания личности. Основ
тель "деятельностной теории" перенес мотив поведена
из головы субъекта во внешнюю среду. Ученик
А. Н. Леонтьева не столь категоричны в трактов"
предметности мотива. Многие из них, в частное
А. Г. Асмолов, В. К. Вилюнас, Ю. Б. Гиппенрейте
существенно скорректировали леонтьевское опреде-т
ние мотива в сторону его субъектизации: мотив - э
опредмеченная потребность, В частности, В. К. Вилю^
нас пишет: "...потребность, как диффузное состояни^
неудовлетворенности, нужды, имеет переходящее фуя^
кциональное значение. Будучи "слепой", она приводят
лишь к нецелесообразной активности, обнаруживай
при этом, однако, сильную тенденцию конкретизироваться
в чем-то определенном. В случае, когда это происходит,
формируется новое, значительно более прочЛеонтьевА.

Н. Проблемы развития психики. - М., 1981
С. 300; Деятельность. Сознание. Личность. - М., 1977. -С. 1

образование - опредмеченная потребность, или

^ подобного рода уточнения предметности мотива

рр^щают его из внешней среды в психику действую^
^ дица, поскольку акцент делается не на предмете,
^ ц потребности, то есть на переживании нужды в
^ дмете. Некоторые психологи резонно указывают на
безмерно широкое, фактически безграничное понима"яе
предмета потребности, которого придерживаются
д ц, Деонтьев и его последователи. Оказывается, предметом
может быть не только нечто овеществленное, находящееся
вне человека, но и идеи, представления, вера^
моральные и эстетические ценности и вообще все,
цто угодно, в том числе и понятия, традиционно относимые
к внутренней психической жизни человека. В
результате центральное понятие в леонтьевском определении
мотива (мотив - это предмет потребности, а
не потребность) утрачивается, поскольку не содержит
достаточно четких описаний, отличающих его от самой
потребности. Критики указывают на побуждения,
которые даже "леонтьевцы" вряд ли решатся считать
предметами, например, потребность в движении, в
желании побыть одному, избежать чего-нибудь, уклониться
от нежелательного знакомства и т. п. Трудно
также назвать предметом, удовлетворяющим потребность,
вещи, бессмысленно уничтожаемые современными
вандалами. По мнению О. А. Кикуленко, содержанием
мотива является не предмет, а неудовлетворенная
потребность. Направление влечения и, следовательно,
превращение ее в мотив поведения определяются сопротивлением
среды^.

По-видимому, источником мотивообразования может
стать актуальная потребность, удовлетворение

Вилюнас В. К. Теория деятельности и проблема мотивации //
А, Н. Леонтьев и современная психология. - М., 1983. - С. 92195;
См. тйКже^АсмолоеА. Г. Психология индивидуальности. -
М^ 1981. - С. 48; Гиппенрейтер Ю. Б. Введение в общую психологию.
- С. 114.

Никуленко О. А. Некоторые проблемы теории деятельности
...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• ...
• 14
• 15
• 16

Закладка в соц.сетях