страница №1

Пропавшая буква

Михаил РАСКАТОВ

Пропавшая буква

Часть первая. В Буквограде

Эта удивительная история, которую я хо­чу рас­ска­зать, слу­чи­лась со­всем
не­дав­но. Что ж тут осо­бен­но­го? Мо­жет быть, вы ду­мае­те, что в на­ше
вре­мя ни­че­го не­обык­но­вен­но­го не про­ис­хо­дит? Да? Впро­чем, я шу­чу.
Ни­кто из вас так не ду­ма­ет. Ведь всем из­вест­но, что на­ше вре­мя - са­мое
не­обык­но­вен­ное. И все-таки...

И все-таки не будем торопиться. Ина­че Са­ша и Але­ша мо­гут на ме­ня
оби­деть­ся. Ведь ис­то­рию, о ко­то­рой пой­дет речь, рас­ска­за­ли мне имен­но
они. И я обе­щал им, что ес­ли сам за­хо­чу рас­ска­зать ее ко­му-ни­будь, то
нач­ну с са­мо­го на­чала.

Да, я еще не сказал вам, что Саша и Але­ша - род­ные бра­тья, и не про­сто
род­ные бра­тья, а близ­не­цы. Ка­ж­до­му из них ров­но по семь лет, во­семь
ме­ся­цев и де­вять дней, и они очень по­хо­жи друг на дру­га. Толь­ко Са­ша
чуть по­вы­ше, а Але­ша - по­мень­ше, и по­том Са­ша го­ря­чо бе­рет­ся за
лю­бое де­ло, хо­тя и не все по­лу­ча­ет­ся у не­го хо­ро­шо. А Але­ша,
на­обо­рот, очень спо­кой­ный и не очень раз­го­вор­чи­вый. И ес­ли ма­ма час­то
го­во­рит Са­ше: "Не то­ро­пись!", то Але­ше еще ча­ще по­вто­ря­ет: "Не спи!"

Так вот, все началось первого сен­тяб­ря. В этот день Са­ша и Але­ша в пер­вый
раз по­шли в шко­лу. Пом­ни­те, как вы са­ми пер­вый раз шли по ули­це
с порт­фе­лем в ру­ках? Этот день, ко­неч­но, ни­кто из вас не за­был. Ведь он
бы­ва­ет все­го раз в жиз­ни. Са­ша и Але­ша, так же как и все маль­чи­ки и
де­воч­ки с на­шей ули­цы, дол­го жда­ли это­го дня. Им ка­за­лось, что ле­то
длин­ное-пред­лин­ное. Та­кое длин­ное, что ни­ко­гда и не кон­чится.

Каждый день Саша подходил к кален­да­рю и от­ры­вал сра­зу два ли­ст­ка. По­том
под­хо­дил Але­ша и от­ры­вал еще два ли­ст­ка. Они ду­ма­ли, что вре­мя от
это­го пой­дет бы­ст­рее. А вре­мя... Вре­мя шло сво­им че­редом.

Саша и Алеша надевали новую школь­ную фор­му, смот­ре­ли в зер­ка­ло, а на них
из зер­ка­ла смот­ре­ли со­всем дру­гие маль­чи­ки. У них был та­кой важ­ный и
стро­гий вид, что по­ка­зы­вать, как рань­ше, язык им бы­ло про­сто
не­воз­мож­но. Ведь маль­чи­ки в зер­ка­ле нач­нут де­лать то же са­мое, а это
бу­дет со­всем пло­хо, по­то­му что к но­вой школь­ной фор­ме ни­как не
под­хо­дит вы­су­ну­тый язык. Так уж уст­рое­но зер­ка­ло - и ни­че­го тут не
по­де­ла­ешь! На­вер­ное, ес­ли бы зер­ка­ла бы­ли на ули­цах, в ав­то­бу­сах,
в трол­лей­бу­сах, в мет­ро и в шко­лах, то не­ко­то­рые маль­чи­ки и де­воч­ки
ста­ли бы вес­ти се­бя луч­ше. Нач­нешь, на­при­мер, тол­кать­ся или
щи­пать­ся - и сра­зу в де­ся­ти зер­ка­лах де­сять маль­чи­ков то­же нач­нут
тол­кать­ся и щи­пать­ся, и, ко­неч­но, это бу­дет очень не­кра­сиво.

Саша и Алеша смотрели на себя в школь­ной фор­ме и ду­ма­ли о том, что ско­ро,
очень ско­ро у них нач­нет­ся но­вая жизнь. Но они со­всем не до­га­ды­ва­лись,
ка­кие уди­ви­тель­ные при­клю­че­ния их ожи­дают.

Глава первая,

из которой мы узнаем, что не только футбол, телевизор, марки и дрессировка щенка
требуют много времени

Ровно первого сентября Саша и Але­ша на­ча­ли пи­сать па­лоч­ки и кру­жоч­ки. Те
са­мые па­лоч­ки и кру­жоч­ки, без ко­то­рых нель­зя нау­чить­ся пи­сать
бу­к­вы. Ведь и без вин­ти­ка не бы­ва­ет ма­шины.

Саша и Алеша были уверены, что лю­бая ма­ши­на ра­бо­та­ет са­ма по се­бе. Они,
ко­неч­но, зна­ли, что в ма­ши­нах есть мо­то­ры, но на­вер­ня­ка очень
уди­ви­лись бы, ес­ли бы им ска­за­ли, что ка­ж­дый мо­тор, да­же са­мый
ма­лень­кий, со­сто­ит из де­сят­ков, а то из со­тен час­тей. И что ес­ли
од­ной, хо­тя бы са­мой не­боль­шой час­ти, са­мо­го ма­лень­ко­го вин­ти­ка не
бу­дет хва­тать, то да­же очень хо­ро­ший мо­тор нач­нет, как боль­ной, чи­хать
и каш­лять, а мо­жет быть, и со­всем ос­та­но­вится.

А палочка и кружочек - это тоже вин­ти­ки. Вин­ти­ки букв. Мы-то с ва­ми зна­ем,
что это имен­но так.

Но Саша и Алеша еще не понимали все­го это­го, а по­то­му ре­ши­ли, что пи­сать
и пе­ре­пи­сы­вать па­лоч­ки и кру­жоч­ки не име­ет ни­ка­ко­го смыс­ла. Про­сто
жал­ко вре­мени.

Скажу вам по секрету, что сначала они все-та­ки се­ли за стол и по­про­бо­ва­ли
пи­сать. Но па­лоч­ки и кру­жоч­ки ока­за­лись не­по­слуш­ны­ми. Они ни­как не
ста­но­ви­лись в ряд. Од­ни по­че­му-то под­ска­ки­ва­ли вверх, дру­гие
пры­га­ли вниз, а все ос­таль­ные ка­ча­лись из сто­ро­ны в сто­ро­ну, как
пья­ные. Ес­ли од­на па­лоч­ка на­кло­ня­лась впра­во, то уж вто­рая -
обя­за­тель­но вле­во. И при­вес­ти их в по­ря­док не бы­ло ни­ка­кой
воз­мож­но­сти. И во­об­ще в это вре­мя на­ча­лась ин­те­рес­ная пе­ре­да­ча по
те­ле­ви­зору...

Так прошло несколько дней. Саша и Але­ша все ре­же и ре­же под­хо­ди­ли
к зер­ка­лу, что­бы по­смот­реть на се­бя в но­вой фор­ме. Им бы­ло про­сто
не­ко­гда. Ут­ром на­до бы­ло бе­жать в шко­лу, имен­но бе­жать, ина­че мож­но
бы­ло опо­здать на уро­ки. Учи­тель­ни­ца по­че­му-то очень не лю­би­ла, ко­гда
опаз­ды­ва­ли. Но Са­ша и Але­ша, че­го гре­ха та­ить, лю­би­ли ут­реч­ком
по­доль­ше по­спать. Ко­гда ма­ма их бу­ди­ла, они го­во­ри­ли сон­ны­ми
го­ло­сами:

- Ну, мамочка, ну еще пять минут... Ну, еще од­ну ми­ну­ту... Ну, еще
пол­ми­ну­точки...

И конечно, просыпались в самый по­след­ний мо­мент. По­том они мед­лен­но, очень
мед­лен­но на­чи­на­ли оде­вать­ся. При­чем Але­ша опять ухит­рял­ся за­сы­пать,
и ма­ме вре­мя от вре­ме­ни при­хо­ди­лось его тор­мо­шить. Вдруг Са­ша
вспо­ми­нал, что за­был по­ло­жить в ра­нец пе­нал, и на­чи­нал его всю­ду
ра­зы­ски­вать. Он ис­кал пе­нал на сто­ле и под сто­лом, под кро­ва­тью и за
шка­фом и да­же в ку­хон­ном сто­ли­ке... А пе­нал пре­спо­кой­но ле­жал... в ран­це
у Алеши.

Вот потому-то и приходилось что есть си­лы бе­жать в школу.

А после школы надо было покатать­ся на ве­ло­си­пе­де, по­иг­рать в фут­бол и,
кро­ме то­го, ка­ж­до­му за­нять­ся сво­им лю­би­мым де­лом: Але­ше -
под­рес­си­ро­вать со­сед­ско­го щен­ка Ту­зи­ка, ко­то­рый был очень
не­по­слуш­ным и тре­бо­вал мно­го сил и вре­ме­ни, а Са­ше... Са­ше на­до бы­ло
еще раз пе­ре­смот­реть всю свою кол­лек­цию ма­рок, ко­то­рых у не­го бы­ло ни
мно­го ни ма­ло, а ров­но 783 шту­ки, да еще 6 об­мен­ных и од­на бра­ко­ванная.

Поэтому, как вы сами понимаете, вре­ме­ни на уро­ки ос­та­ва­лось как раз
столь­ко, что­бы не­множ­ко по­учить сти­хо­тво­ре­ние, и со­всем не­множ­ко,
что­бы по­пи­сать бу­к­вы... Ка­кие это бы­ли бу­к­вы, луч­ше и не го­во­рить...

Глава вторая,

в которой Саша и Алеша принимают решение, и что из этого получается

Однажды Саша и Алеша сидели за сто­лом и то­ро­пи­лись за­кон­чить по­след­ний
ряд бу­к­вы Ш.

- Эта буква мне не нравится! - не­ожи­дан­но ска­зал Алеша.

- Мне тоже,- немедленно согласил­ся Са­ша.- И во­об­ще этих букв слиш­ком много.

- И почему их так много? - задумал­ся Але­ша и по­смот­рел на по­то­лок.- И кто
их при­думал?

- Какой-нибудь злой дядька,- ска­зал Са­ша.- Вот ес­ли бы я их при­ду­мы­вал,
я бы при­ду­мал штук пять, са­мое боль­шое - де­сять. И все. Прав­да, Алеша?

- Угу. И тогда бы не было этой бу­к­вы Ш!

- Целых три палочки!

- И три хвостика!

- Давай ее не писать!

- Давай!

Саша и Алеша уже хотели закрыть тет­ра­ди, но в тот же миг они ус­лы­ша­ли
ка­кой-то стран­ный звон. Как буд­то кто-то дер­нул за са­мую тон­кую стру­ну
са­мой ма­лень­кой ман­до­лины.

И тут Саша и Алеша увидели, что стол, за ко­то­рым они си­де­ли, стал рас­ти и
ско­ро сде­лал­ся та­ким боль­шим, что они по­те­ря­ли друг дру­га из ви­ду.
То­гда Са­ша и Але­ша бы­ст­ро слез­ли на стол.

Но теперь уже это был не прежний стол, а ог­ром­ное по­ле, по­хо­жее на
аэ­ро­дром.

- Алеша-а-а! - закричал Саша.- Где ты-ы-ы?!

- Я здесь! - закричал в ответ Алеша.

И они оба, не сговариваясь, побе­жа­ли на се­ре­ди­ну сто­ла. Тот са­мый звон,
ко­то­рый маль­чи­ки уже слы­ша­ли, те­перь раз­да­вал­ся все силь­нее и
силь­нее, а ко­гда они под­бе­жа­ли друг к дру­гу, стал со­всем громким.

Саша и Алеша огляделись. Перед ни­ми, на­сколь­ко ви­дел глаз, ле­жа­ло бе­лое
по­ле, по­кры­тое тон­ки­ми ров­ны­ми ли­ниями.

- Алеша! - вдруг догадался Саша.- Это же... это же... это же тет­радь по письму!

Да, это была тетрадь по письму. Та са­мая тет­радь, на ко­то­рой кто-то из них
толь­ко что вы­во­дил бу­к­ву Ш. Од­на­ко, стран­ное де­ло, тет­рад­ные лис­ты
бы­ли чис­ты­ми. Бу­к­ва ис­чез­ла. Но Са­ша и Але­ша не за­ме­ти­ли это­го.
Боль­ше все­го им по­нра­ви­лось, что на тет­ра­ди очень удоб­но иг­рать
в же­лез­ную до­ро­гу, по­то­му что то­нень­кие ли­нии бы­ли по­хо­жи на рельсы.

Они подошли к краю тетради, чтобы на­чать боль­шой же­лез­но­до­рож­ный про­бег,
но вдруг тет­рад­ные лис­ты ста­ли мед­лен­но под­ни­мать­ся, буд­то чьи-то
не­ви­ди­мые ру­ки ста­ли их скла­ды­вать, и Са­ша и Але­ша, да­же не ус­пев
ис­пу­гать­ся, по­ка­ти­лись вниз...

Глава третья,

которая начинается с удивительного открытия, а заканчивается игрой в аки и
ахматы

Когда Саша и Алеша открыли зажму­рен­ные гла­за, то уви­де­ли, что си­дят на
про­стой де­ре­вян­ной ска­мей­ке и да­же дос­та­ют но­га­ми до зем­ли. Да, да,
до са­мой обык­но­вен­ной зем­ли, по­кры­той зе­ле­ной тра­вой. Ска­мей­ка
стоя­ла на краю пло­ща­ди. Во­круг пло­ща­ди рос­ли гус­тые де­ре­вья, а за
де­ревь­я­ми бы­ли вид­ны до­ма. На са­мой се­ре­ди­не пло­ща­ди стоя­ли пять
ма­лень­ких че­ло­веч­ков в ак­ку­рат­ных кос­тюм­чи­ках и ду­ли в кро­хот­ные
тру­бы, по­хо­жие на пио­нер­ские горны.

Неожиданно из-за деревьев появилось мно­го та­ких че­ло­веч­ков. Они бы­ст­ро
бе­жа­ли, пе­ре­би­рая ко­рот­ки­ми нож­ка­ми, и вы­страи­ва­лись в ряд. Са­ше и
Але­ше по­ка­за­лось, что где-то они уже ви­де­ли эти уди­ви­тель­ные фи­гур­ки.
Но не ус­пе­ли они ска­зать об этом друг дру­гу, как че­ло­веч­ки по­строи­лись
ме­ж­ду дву­мя ли­ней­ка­ми, на­ри­со­ван­ны­ми на зем­ле, и за­сты­ли, как
сол­да­ты на па­раде.

В это время горнисты перестали иг­рать, и пе­ред стро­ем поя­вил­ся ко­ман­дир,
вы­со­кий и строй­ный, в фио­ле­то­вом кос­тю­ме. На го­ло­ве у не­го бы­ла
шля­па, по­хо­жая на пе­ро для ав­то­руч­ки. Ко­ман­дир по­смот­рел на строй и
ско­ман­довал:

- Равняйсь!

Человечки чуть-чуть шевельнулись, и строй стал еще ров­нее, чем пре­жде.

А командир отдал новую команду:

- По порядку назовись!

И тогда человечек, который стоял пер­вым, гром­ко от­ветил:

- А!

Второй человечек сказал:

- Б!

А человечек, стоявший третьим, крикнул:

- В!

Тут Саша толкнул Алешу в бок:

- Смотри, смотри! Ведь это же бу­квы!!

И Алеша только и проронил:

- Угу.

До разговоров ли, если видишь жи­вой ал­фавит!

Вдруг командир строго сказал:

- В строю нет буквы Ш!

Один человечек сделал шаг вперед. Он за­стен­чи­во улыб­нул­ся и веж­ли­во
про­изнес:

- Уважаемый Почерк, буква Ш забо­ле­ла. Вче­ра у нее бо­ле­ла го­ло­ва и
по­этому...

- Ничего подобного, уважаемый По­черк! - пе­ре­бил веж­ли­во­го че­ло­веч­ка его
со­сед.- Бу­к­ва Ш про­сто оби­де­лась.

- Прекратите разговоры в строю, ува­жае­мые Зна­ки! - еще стро­же ска­зал
По­черк.- Это не­веж­ли­во. По­жа­луй­ста, ува­жае­мая А!

Буква А вышла вперед и сказала:

- Уважаемый Почерк! Буква Ш дейст­ви­тель­но оби­де­лась, и у нее
дей­ст­ви­тель­но бо­лит го­ло­ва. Она не мо­жет под­нять сво­ей треть­ей
па­лоч­ки. А во всем ви­но­ва­ты вот эти два маль­чи­ка.- И она ука­за­ла на
Са­шу и Алешу.

- Спасибо, уважаемая А.- Почерк кив­нул го­ло­вой.- Все это очень пе­чаль­но.
В са­мом де­ле маль­чи­ки оби­де­ли ува­жае­мую Ш, и она за­бо­ле­ла от
огор­че­ния. Мы по­шлем к ней на­ше­го чу­дес­но­го док­то­ра По­пра­воч­ки­на.
А по­ка эти маль­чи­ки не долж­ны ви­деть и слы­шать бу­к­ву Ш. Но нам,
жи­те­лям Бу­к­во­гра­да, сле­ду­ет быть гос­те­при­им­ны­ми. А те­перь вы
сво­бодны.

И все буквы сразу подбежали к Са­ше и Але­ше и ок­ру­жи­ли их плот­ным кольцом.

- Пойдемте в Букварь! - предложил кто-то.

Саша и Алеша стояли растерянные. Все это бы­ло так стран­но! На­при­мер, как это
мож­но пой­ти в Бу­к­варь?.. Но са­мое стран­ное за­клю­ча­лось в том, что,
хо­тя бу­к­вы го­во­ри­ли очень по­нят­но, не­ко­то­рые сло­ва Са­ша и Але­ша не
мог­ли ра­зо­брать.

Саша опять толкнул Алешу в бок (бы­ла у не­го та­кая сквер­ная при­выч­ка -
тол­кать­ся), ко­гда бу­к­ва А пред­ло­жила:

- Давайте играть в аки! Вы умеете иг­рать в аки?

Саша и Алеша переглянулись. Игры в аки они не знали.

Саша решил, что над ним смеются. Он от­крыл бы­ло рот, что­бы зая­вить, что
ни­ка­кой иг­ры в аки нет, но рас­су­ди­тель­ный Але­ша стро­го по­смот­рел на
не­го и веж­ли­во спро­сил бу­к­ву А:

- Скажите, пожалуйста, а в чем за­клю­ча­ет­ся эта игра?

Буквы дружно засмеялись. И только Мяг­кий Знак за­стен­чи­во улыб­нулся.

- Это просто необразованные дети! - зая­вил Твер­дый Знак и мрач­но до­ба­вил: -
Смено!

- Как не стыдно! - упрекнула Твер­дый Знак бу­к­ва А.- Те­бя же про­си­ли быть
веж­ли­вым! А ес­ли маль­чи­ки не зна­ют этой иг­ры, то мы долж­ны их нау­чить.
И я проу те­бя при­нес­ти аки сюда.

Твердый Знак повернулся и, солид­но сту­пая, на­пра­вил­ся к од­но­му из
бли­жай­ших до­миков.

Очень скоро он вернулся. В его ру­ках бы­ли обык­но­вен­ные шаш­ки! Да, да,
са­мые обык­но­вен­ные де­ре­вян­ные шаш­ки и кар­тон­ная доска.

- Итак, начнем учиться,- приветли­во ска­за­ла бу­к­ва А.- Но, про­сти­те,
по­жа­луй­ста, ведь мы еще не по­зна­ко­ми­лись. Ме­ня зо­вут Ас­т­ра. Прав­да,
кра­си­во? А это моя под­ру­га. Ее зо­вут Бе­го­ния. А это Ве­точка...

И Астра (теперь и мы будем так на­зы­вать бу­к­ву А) пред­ста­ви­ла ре­бя­там
все бу­к­вы ал­фа­ви­та. Толь­ко Мяг­кий Знак и Твер­дый ни­как по-дру­го­му не
на­зы­ва­лись, по­то­му что у них бы­ли и без то­го длин­ные име­на. Не бы­ла
на­зва­на лишь од­на бу­к­ва Ш. Вы пом­ни­те, ко­неч­но, что она за­бо­ле­ла и
ле­жа­ла дома.

Саша и Алеша тоже хотели назвать свои име­на, но Ас­т­ра до­ба­вила:

- А как вас зовут, мы знаем. Вас зо­вут Саа и Алеа!

- Да, да,- радостно подхватили бу­к­вы,- Саа и Алеа! Алеа и Саа! Ка­кие
ин­те­рес­ные имена!

Только теперь ребята стали понимать, в чем де­ло. Ведь По­черк ска­зал, что они
не бу­дут слы­шать бу­к­вы Ш!

- Безобразие! - заявил Саша.- Они не име­ют права...

- Да брось ты! Дело какое,- отве­тил Але­ша.- Не спорь и са­дись иг­рать в аки,-
он хо­тел ска­зать "са­дись иг­рать в шаш­ки", а по­лу­чи­лось "са­дись иг­рать
в аки".

"Ну ладно же! - сердито подумал Са­ша.- Сей­час я им по­ка­жу аки!"

В это время Астра расставила на ска­мей­ке шаш­ки и об­ра­ти­лась к Саше:

- Садись, Саа, я научу тебя играть в эту ин­те­рес­ную игру.

Но когда через пять минут у Саши ока­за­лись сра­зу две дам­ки, Ас­т­ра
сму­щен­но ска­зала:

- А ты, оказывается, настоящий аист!

- Сама ты аист! - обиделся Саша.- Про­иг­ра­ла и драз­нится.

- И никто не дразнится,- обиделась Ас­т­ра.- Я, на­обо­рот, те­бя хва­лила.

- Да, хвалила! Ты бы меня еще ца­п­лей на­звала!

- При чем здесь цапля? Цапля в аки иг­рать не уме­ет, а аист уме­ет. Ты,
на­вер­ное, и пре­ж­де умел иг­рать?

- Приходилось,- с достоинством от­ве­тил Са­ша. Он не сра­зу по­нял, что аист -
это ша­шист.

- Что это за игра! - презрительно за­ме­тил Твер­дый Знак.- То ли де­ло -
ах­маты!

На этот раз ребята сразу поняли, о чем идет речь. Тем бо­лее, что и са­ми
не­мно­го уме­ли иг­рать в шах­маты.

- Что ж,- сказал Алеша.

- Сыграем,- подтвердил Саша.

- Ах, так! - воскликнул Твердый Знак.- Сей­час по­лу­чишь ах и мат!

- Какой еще ах и мат? - спросил Саша.

- Самый настоящий.

- Это ты получишь ах и мат,- ска­зал Саша.

- Увидим! - крикнул Твердый Знак и, за­быв о сво­ей со­лид­но­сти, пом­чал­ся за
шах­ма­тами.

Если вы пересмотрите все учебники шах­мат­ной иг­ры, вы все рав­но не най­де­те
там пар­тии, по­хо­жей на ту, ко­то­рая бы­ла сыг­ра­на в Бу­к­во­гра­де.
А ес­ли все-та­ки ко­гда-ни­будь шах­мат­ный ис­то­рик за­хо­чет о ней
на­пи­сать, то он обо­зна­чит ее так:

Буквоградская партия

Алеша и Саша (белые) - Твердый Знак и Тюль­пан­чик (черные)

Правда, привести подробное описа­ние са­мой пар­тии ис­то­ри­ку не уда­ст­ся,
по­то­му что она, к со­жа­ле­нию, не за­пи­сы­ва­лась. А на­прас­но. В пар­тии
бы­ли и сме­лые жерт­вы, и ко­вар­ные ло­вуш­ки, и яр­кие ком­би­нации.

Твердый Знак, желая быть вежливым, пред­ло­жил гос­тям иг­рать бе­лы­ми, но
за­то по­звал на по­мощь луч­ше­го шах­ма­ти­ста сво­его ал­фа­ви­та -
Тюль­пан­чика.

Сражение было очень бурным и очень дол­гим. По­сле то­го как Але­ша и Са­ша
де­ла­ли ход, Твер­дый Знак и Тюль­пан­чик от­бе­га­ли в сто­ро­ну и
об­су­ж­да­ли соз­дав­шую­ся по­зи­цию. Они так гром­ко спо­ри­ли ме­ж­ду
со­бой, до­ка­зы­вая, ка­кой ход луч­ше, что с ка­ж­дым ра­зом от­бе­га­ли все
даль­ше и даль­ше, что­бы их ни­кто не ус­лы­шал. А один раз, ко­гда они
про­зе­ва­ли фи­гу­ру, они убе­жа­ли так да­ле­ко, что про­сто скры­лись с глаз
про­тив­ни­ков и зри­те­лей. Мяг­ко­му Зна­ку да­же при­шлось бе­гать за ни­ми и
при­во­дить об­ратно.

Саша и Алеша тоже с удовольствием убе­га­ли бы ку­да-ни­будь, что­бы
по­со­ве­то­вать­ся, но они ре­ши­ли, что это не­удоб­но. По­это­му они си­де­ли
и ти­хо пе­ре­шеп­ты­ва­лись.

Все буквы внимательно следили за иг­рой и очень вол­но­ва­лись. Пря­мо как
на­стоя­щие бо­лель­щи­ки. Од­ни бо­ле­ли за Са­шу и Але­шу, дру­гие - за
Тюль­пан­чи­ка и Твер­дый Знак. Но ни­кто из них не про­из­нес ни од­но­го
сло­ва, не под­ска­зал ни од­но­го хо­да. Все ве­ли се­бя очень
дис­ци­п­ли­ни­ро­ванно.

Саша и Алеша уже вот-вот собирались вы­иг­рать, но в по­след­ний мо­мент са­ми
зев­ну­ли фи­гу­ру. Да еще ка­кую - фер­зя!..

Поэтому необыкновенная буквоград­ская шах­мат­ная пар­тия за­кон­чи­лась вничью.

Глава четвертая,

о Буквограде и о волшебнике, который состоит из капелек

Пожалуйста, не думайте, что Букво­град - ма­лень­кий го­род. Ко­неч­но, он не
та­кой ог­ром­ный, как Харь­ков или Че­ля­бинск, но он и не ма­лень­кий. Он
про­сто сред­ний го­род. В нем есть и ули­цы, и пе­ре­ул­ки, и ту­пи­ки. Ес­ли
смот­реть на Бу­к­во­град с вер­то­ле­та, то вид­но, что по­хож он на боль­шую
бу­к­ву Б. По круж­ку этой бу­к­вы идут две глав­ные ули­цы: ули­ца Ра­зу­ма и
про­спект Рас­ту­щей мо­ло­де­жи. Они схо­дят­ся на пло­ща­ди Точ­но­сти и
Яс­но­сти. В од­ну сто­ро­ну от пло­ща­ди идет про­езд Гамм, ко­то­рый ве­дет
к Му­зы­каль­но­му буль­ва­ру. В са­мом цен­тре го­ро­да рас­по­ло­жен
жи­во­пис­ный парк Па­ло­чек. В пар­ке дви­же­ние транс­пор­та за­пре­ще­но, и
Па­лоч­ки мо­гут гу­лять в пол­ной безо­пас­ности.

Есть в Буквограде еще одна улица. Да, тут, по­жа­луй, луч­ше, ес­ли бы ее не
бы­ло во­все. Это ули­ца Раз­гиль­дя­ев, уз­кая, кри­вая и гряз­ная. На ней не
то что ас­фаль­та - бу­лыж­ни­ка и то нет. Осе­нью по ули­це Раз­гиль­дя­ев
мож­но прой­ти раз­ве что в бо­лот­ных са­по­гах. В са­мом кон­це ули­цы
на­хо­дит­ся ту­пик Клякс, где круг­лый год не про­сы­ха­ют ог­ром­ные лу­жи.
Жи­те­ли ту­пи­ка Кляк­сы хо­дят та­ки­ми гряз­ны­ми, что на глав­ные ули­цы
Бу­к­во­гра­да их не пус­кают.

На краю города протекает река Строч­ка. Толь­ко в од­ном мес­те она
пе­ре­се­ка­ет Бу­к­во­град, как раз ме­ж­ду Му­зы­каль­ным буль­ва­ром и
ту­пи­ком То­чек. Здесь че­рез Строч­ку пе­ре­бро­шен мост. Од­на­ж­ды с это­го
мос­та в Строч­ку упа­ла це­лая гам­ма. Ее ед­ва спас­ли. Но­те Ми при­шлось
да­же де­лать ис­кус­ст­вен­ное ды­хание.

Дома в Буквограде называются Бук­ва­ря­ми. Мо­жет быть, ко­го-ни­будь из вас
удив­ля­ет та­кое на­зва­ние? На­вер­ное, до сих пор вы ду­ма­ли, что
Бу­к­ва­рем на­зы­ва­ет­ся толь­ко книж­ка для пер­во­класс­ни­ков? Ес­ли так,
то вы оши­бае­тесь. Пред­ставь­те се­бе ма­лень­кий двух­этаж­ный до­мик.
В ниж­нем эта­же жи­вут Па­лоч­ки. Те са­мые Па­лоч­ки, из ко­то­рых
вы­рас­та­ют бу­к­вы. Хо­тя Па­лоч­ки еще со­всем ма­лень­кие, они уже хо­дят,
бе­га­ют и едят. Прав­да, не­ко­то­рые из них ино­гда ка­приз­ни­ча­ют и еще не
уме­ют сто­ять в строю. Но с ка­ж­дым днем Па­лоч­ки ста­но­вят­ся все
по­нят­ли­вее и ров­нее. Они бы­ст­ро рас­тут и в кон­це кон­цов
пре­вра­ща­ют­ся в на­стоя­щие бу­к­вы. То­гда их при­ни­ма­ют в Ал­фа­вит и
раз­ре­ша­ют жить во вто­ром эта­же. А ко­гда они ста­но­вят­ся со­всем
пря­мы­ми и твер­ды­ми, они идут ра­бо­тать. Ку­да? Ту­да, где нра­вит­ся. Кто
лю­бит ли­те­ра­ту­ру - идет в сти­хи или рас­ска­зы, а кто тех­ни­ку - в кни­гу
по тех­нике.

Все это буквы рассказали Саше и Але­ше по пу­ти в свой Бу­к­варь. Твер­дый Знак,
ко­то­рый во всем лю­бил точ­ность, да­же ос­та­но­вил­ся и на­ри­со­вал план
Бу­к­во­града.

В дверях Букваря стоял Почерк.

- Так вот, Саа и Алеа,- сказал он,- я по­звал док­то­ра к боль­ной бу­к­ве, но
она ис­чез­ла. Те­перь ее здо­ро­вье и жизнь в опас­но­сти, а спа­сти ее
мо­же­те толь­ко вы. Так ска­зал доктор.

- А что мы должны делать? - спро­сил Алеша.

В это время на пороге появился док­тор По­пра­воч­кин. Это был са­мый
зна­ме­ни­тый док­тор Бу­к­во­гра­да. Его вы­зы­ва­ли толь­ко к са­мым тя­же­лым
боль­ным. Док­тор стро­го по­смот­рел на Са­шу и Але­шу и про­молвил:

- М-да...

И Саша и Алеша испугались. Не очень, а так, чуть-чуть. Знае­те, не­ко­то­рые
ре­бя­та по­че­му-то бо­ят­ся док­то­ров. Им ка­жет­ся, что док­тор
обя­за­тель­но сде­ла­ет боль­но. Ой, ка­кие это глу­пые ре­бя­та! Они ле­жат
с по­вы­шен­ной тем­пе­ра­ту­рой, у них бо­лит го­ло­ва или ко­лет в бо­ку,
а ино­гда и то и дру­гое вме­сте, а они бо­ят­ся док­то­ра. Они го­то­вы хоть
не­де­лю ле­жать в кро­ва­ти, ни­че­го не есть, сто­нать и охать, лишь бы им не
де­ла­ли уко­ла и не ста­ви­ли гор­чич­ни­ки. Им ка­жет­ся не­слад­ким чай,
кис­лым - суп, горь­ким - ка­ша. И вот они ле­жат и бо­леют.

А все это происходит потому, что эти ре­бя­та не зна­ют, что жи­вет на све­те
один очень ста­рый и очень мо­гу­чий вол­шеб­ник, ко­то­ро­го зо­вут
Здо­ровь­ем. Кто под­ру­жит­ся с этим вол­шеб­ни­ком, тот ста­но­вит­ся са­мым
силь­ным и са­мым сме­лым, и то­го уж ни­кто не одо­ле­ет. А ведь у Здо­ро­вья
мно­го вра­гов: и Хо­лод­ный Ве­тер, и Сля­коть, и Сквоз­няк, и, уж ко­неч­но,
ма­лень­кие злые Мик­ро­бы, ко­то­рые толь­ко и ждут удоб­но­го слу­чая, что­бы
на­пасть на ка­ко­го-ни­будь сла­бень­ко­го маль­чи­ка или де­воч­ку и
по­ско­рее сде­лать их боль­ными.

Подружиться со Здоровьем вовсе не труд­но. Для это­го на­до толь­ко его
уви­деть. Где, спро­си­те вы? О, вот это как раз са­мое слож­ное, по­то­му что
Здо­ро­вье со­сто­ит из ма­лень­ких-ма­лень­ких ка­пель, та­ких ма­лень­ких, что
их да­же че­рез уве­ли­чи­тель­ное стек­ло не уви­дишь. А раз­бро­са­ны эти
ка­пель­ки вез­де: их, на­при­мер, очень мно­го и в ут­рен­ней за­ряд­ке, ес­ли,
ко­неч­но, за­ряд­ку де­лать ка­ж­дый день и обя­за­тель­но по вос­кре­сень­ям.
Эти ка­пель­ки есть и в сол­неч­ном лу­че, и в во­де, и в све­жем воз­ду­хе. Они
при­таи­лись и в су­пе, и в кот­ле­те, и в ман­ной каше.

А если кто-нибудь из вас все-таки за­бо­ле­ет, он смо­жет най­ти очень важ­ные
ка­пель­ки на ли­ст­ке гор­чич­ни­ка или на кон­чи­ке игол­ки, ко­то­рой док­тор
де­ла­ет укол.

Вы поняли, ребята? А теперь я рас­крою вам са­мый глав­ный сек­рет, ина­че
ни­че­го у вас не по­лу­чится.

Если вы хотите, чтобы Здоровье ста­ло ва­шим дру­гом, вам при­дет­ся все
ка­пель­ки со­брать вме­сте: и те, что пря­чут­ся в ут­рен­ней за­ряд­ке, и те,
что бле­стят в сол­неч­ном лу­че, пла­ва­ют в во­де, но­сят­ся в све­жем
воз­ду­хе, и те, что при­таи­лись в су­пе, кот­ле­те и ман­ной ка­ше, по­то­му
что по от­дель­но­сти ка­пель­ки не дей­ст­вуют.

Один мальчик очень любил манную ка­шу, но бо­ял­ся во­ды и не лю­бил де­лать
за­ряд­ку. Он толь­ко ел, ел и ел, стал тол­стым и не­по­во­рот­ли­вым и
ка­ж­дую не­де­лю чем-ни­будь болел.

А другой мальчик, наоборот, любил бе­гать и пры­гать, но не лю­бил есть. И он
стал ху­дым и блед­ным, и вра­чам при­шлось от­пра­вить его ле­чить­ся
в са­на­торий...

Но мы с вами заговорились, а в это вре­мя док­тор По­пра­воч­кин сказал:

- Ну что ж, Алеа и Саа, все, соб­ст­вен­но го­во­ря, яс­но!..

И с этими словами доктор спустил­ся с крыль­ца и вы­шел на улицу.

Глава пятая,

в которой рассказывается о правилах уличного движения и о встрече с Ахом и Охом

Саша и Алеша не знали, что и думать. По­че­му По­черк ска­зал, что здо­ро­вье и
жизнь бу­к­вы за­ви­сит от них? И зна­ме­ни­тый док­тор ка­кой-то стран­ный:
да­же не объ­яс­нил, что на­до де­лать.

Размышления Саши и Алеши прервал По­черк.

- Ну, друзья,- сказал он, обраща­ясь к бу­к­вам,- я ду­маю, что те­перь нам
сле­ду­ет по­ка­зать гос­тям Бу­к­во­град. И обя­за­тельно...

- Дворец Усердия! - хором подхва­ти­ли все.

- Правильно! Вы поедете на "Стрел­ке". По­ве­дет "Стрелку"...

Почерк внимательно посмотрел на бу­к­вы. Все за­таи­ли ды­хание.

- Поведет "Стрелку" Слива.

- Ой! - запрыгала от радости тол­стень­кая Сли­ва и по­бе­жа­ла за Бу­к­варь.

- А сопровождать ребят будут Твер­дый и Мяг­кий Зна­ки,- при­ба­вил По­черк.

Через минуту послышался шум мото­ра, и из-за Бу­к­ва­ря вы­ехал ма­лень­кий
трех­ко­лес­ный ав­то­мо­биль. Он и вправ­ду был по­хож на стрел­ку - впе­ре­ди
уз­кий, а сза­ди ши­рокий.

- Садитесь, пожалуйста,- предложил Мяг­кий Знак и от­крыл двер­цу ма­шины.

- Мы ждем вас через два часа,- ска­зал По­черк,- сча­ст­ли­во­го пути!

- Спасибо,- неуверенно ответили Са­ша и Але­ша и се­ли в ма­шину.

Позади, на откидном сиденье, уст­рои­лись Зна­ки. В ту же се­кун­ду ма­ши­на
тро­ну­лась.

Наверное, нет на свете ребят, ко­то­рые не лю­би­ли бы ка­тать­ся на ма­ши­не,
осо­бен­но ес­ли она мчит­ся с боль­шой ско­ро­стью. Сли­ве, вид­но, то­же
нра­ви­лась бы­ст­рая ез­да. Она уве­рен­но си­де­ла за ру­лем, на­жи­ма­ла
но­га­ми на пе­да­ли и ог­лу­ши­тель­но сиг­на­ли­ла, ес­ли ка­кая-ни­будь
Па­лоч­ка пе­ре­бе­га­ла ули­цу в не­по­ло­жен­ном месте.

Улицы Буквограда не имели тротуа­ров, а до­рож­ки для пе­ше­хо­дов от­де­ля­лись
от мос­то­вой уз­ки­ми га­зо­на­ми, на ко­то­рых рос­ли яр­кие по­...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6

Закладка в соц.сетях