Жанр: Боевик
Час бультерьера
...патроны не кончатся. Идиотизм! Короче, заваливаю
дуло, а палец ошпаренного американца прежде, чем хрустнуть в суставе, давит на
спуск и, щелк, спусковой крючок клинит, и та-та-та... А я, дурак, продолжаю начатое
движение по инерции, в результате дырочку на конце дула разворачивает на сто
восемьдесят градусов, и та-та - пара последних пулек попадают в грудь танцующему
янки.
Они упали - американец, чайник и пистолет. Два неодушевленных предмета и
один пока еще с душой, но ненадолго. А я ведь так надеялся душевно побеседовать с
ошпаренным Рэмбо и все, что мне интересно, подробно выяснить. Жаль, не судьба.
Правда, жалко...
Штатник обзывал меня "безжалостным", он ошибался. Я устроил ему
"королевскую смерть". Едва освободил ноги от веревок, как был голым, побежал к
рюкзакам, набитым наркотой. Вскрыл первый подвернувшийся под руку рюкзак,
вытащил один из запаянных целлофановых пакетов, одну килограммовую расфасовку
"кокса", вернулся к смертельно раненному и, надорвав целлофан, припорошил
обожженное лицо серебряным инеем драгоценного белого порошка.
Сыпал порошок и думал: "Грамм "кокса" стоит стольник, в рюкзаках порядка ста
пятидесяти килограммов, это что ж получается? Пятнадцать "лимонов" баксов за весь
товар?.. Ну, ладно, допустим, оптовая торговля предполагает скидку, и все равно до
фига бабок получается. А они на полном серьезе искали деньги в моем невеликом
объемом сидоре..."
Думается мне, что господа нехорошие наркоолигархи расплачиваются друг с
дружкой за товар посредством банковских переводов, то есть безналичными деньгами,
а курьеры-носильщики расчет ведут в наличных. Хоть и просил у меня китаец деньги
"за товар", но, думается мне, это он так, для красного словца, товар помянул всуе. На
передаточных пунктах одни носильщики платят другим за рисковую работу и так
далее, по цепочке. Дошел товар... в смысле - донесли товар до получателя, и
осуществляется банковский перевод. Или в корне наоборот - сначала стопроцентная
предоплата, после товар пошел, в смысле его понесли. Или... Впрочем, какая мне
разница? Мне их система взаимозачетов по барабану, у меня другие проблемы...
Высыпав "кокс" на раны умирающему янки, я почувствовал легкое
головокружение. В башке кружится вследствие щадящего, однако, сотрясения мозгов.
В принципе, хорошо бы полежать денек-другой, а то помните, чем закончил Мухаммед
Али? Болезнь Паркинсона у боксера случилась, аукнулись многочисленные нокдауны
да нокауты.
Остерегаясь резких движений, я присел на лавочку, сел в позу знаменитого
мыслителя работы месье Родена и пригорюнился. Да-с, господа, попал я в переделку.
Куда ни кинь, всюду клин. Рано или поздно - скорее рано, чем поздно - здесь
появятся те, кого ждали убиенные мною китайцы. Я могу сжечь избушку вместе с
наркотой и трупами, могу бросить все как есть, могу... Чего бы я ни делал, ОНИ могут
начать рыскать по тайге, рано или поздно - скорее поздно, чем рано - ОНИ могут
набрести на поселение правоверов. Кстати, и райское местечко, где я с семьей
собираюсь жить не тужить, по таежным меркам не так уж и далеко.
Что ж делать-то, а?..
Кем был этот американец? Ревизором наркоолигархов?..
Что за вертолет барражировал утром над этим районом? Тропку наркокурьеров
засекли и тралят океан тайги с воздуха?..
А голова кружится все сильнее и сильнее. Нельзя делать резких движений, надо бы
отлежаться...
Как бы и на все вопросы найти ответы, и беду от таежных поселений отвести, и
отдохнуть заодно для профилактики здоровья?..
Ха! Мечта всякого российского человека - хочется и рыбку съесть, и задницу не
покорябать...
Сижу голый, в классической позе мыслителя, вокруг трупы, под рукой наркоты до
фига и больше, на чертову кучу миллионов, мышцы противно ноют, в голове
форменная карусель, в сердце страх за близких мне беззащитных людей, сижу и
думаю, ищу выход из безвыходной ситуации. Жду озарения...
Глава 2
Я - иностранец
Меня несут бережно. Носилки самодельные и малоудобные, зато носильщики
очень стараются передвигаться без рывков, не трясти, не беспокоить меня лишний раз.
Голова моя лежит на мягком, отдыхает, и головокружение практически прошло.
Голова поправилась. Правда, побаливает распухший после боксерского удара
американца подбородок, и подбитый им же глаз распух, и на макушке набухла
огромная шишка, но это все ерунда, главное, под черепной коробкой все в норме, и
дорогущие вставные зубы целы. И вообще все негативные ощущения с лихвой
компенсирует комфорт, ибо к следующему перевалочному пункту наркотрассы я
перемещаюсь лежа, окруженный вниманием и заботой.
Как уже неоднократно бывало в моей многотрудной жизни, я таки нашел
оригинальный способ разом решить хитросплетение всех своих замысловатых
проблем. И помогло мне отыскать единственно верное решение вовсе не мистическое
озарение, помогла элементарная логика.
Штатник, кем бы он ни был, собирался сопровождать товар и далее, расставшись с
китайцами, в компании нашенских наркокурьеров, правильно? Ясен перец, нашенские
предупреждены об экспедиторе-иностранце. Так почему бы мне не занять вакантное
место иностранного сопровождающего, а? Скажете, что кто-то из нашенских в
принципе может знать америкашу в лицо, да? Ну и пусть, наплевать. Ежели так, тогда
я другой американец. Откуда я взялся? Ха! Приду в сознание окончательно и
обязательно все-все расскажу.
Решив заделаться бессознательным иностранцем, я прежде всего оделся. Для чего
отыскал под лежаком рюкзачок с личными вещичками янки. Увы, его сменные одежды
оказались мне велики. Однако на лежачем и раненом несоответствие размеров не
очень-то и заметно, согласитесь. Я облачился в сменку из рюкзачка, разул
присыпанный кокаином труп, обулся. Труднее всего оказалось справиться со
шнурками - голова, зараза, все кружилась и кружилась. Шикарные ботинки мне тоже
велики, но натирать ими лишние мозоли, хвала Будде, мои планы не предполагают.
Обутый и одетый, я распотрошил рюкзачки с вещичками китайцев и обнаружил то,
чего искал - солидных размеров нож наподобие мачете. Этим подходящим тесаком я
отсек правые кисти рук всем покойникам, кроме лесного дьявола и Рэмбо.
Пришлось сделать несколько ходок в лес. Во время первой я отволок подальше от
полянки погибшего янки, во время следующей туда же притащил лесного дьявола.
Американца и дьявола я, можно сказать, похоронил в братской могиле. Вот только
холмика на могилке нету, наоборот - есть ямка, засыпанная талым снегом.
Работа могильщика спровоцировала сильный приступ головокружения, а когда он
прошел, я спохватился, да поздно было. Эх, по уму, надо было сразу, в одной яме
закапывать и трупы, и отсеченные кисти рук, и рюкзаки с наркотой, и все остальное,
подлежащее захоронению.
Вторую яму я рыл довольно долго. Работать мачете, как лопатой, это, я вам
доложу, трудотерапия еще та, врагу не пожелаю. Рыл и нервничал - я вдруг не успею
осуществить все, что задумал? Вдруг нашенские наркокурьеры уже на подходе к
полянке? Голова кружилась, нервотрепка подстегивала, ямищу вырыл о-го-го,
слоненка можно похоронить.
Кинул в ямищу два из трех рюкзаков с товаром - один нетронутый и тот, откуда я
позаимствовал расфасовку "кокса", дабы подсластить минуту смерти американца. Еще
кинул в яму отсеченные кисти, еще оторванную челюсть линь гуй, еще походный
рюкзачок со скарбом кого-то из китайцев, туда же бросил свой костыль и оружие
лесного дьявола и наручники. Все это закопал и тщательно замаскировал могильник.
Собрал обратно в сидор свое барахло, выдернул из глазницы китайца, проявившего
талант к арбалетной стрельбе, убивший его болт, вытер об одежду покойника и тоже
спрятал в сидоре, рядом с остальными болтами, крупами, "Литл Джо", цепочкойкусари,
ножиком, который едва вытянул из черепа основного китайского полиглота, и
т.д. и т.п. Все, короче, свое запихнул в сидор. Последним пихнул протез, с сожалением
сняв его с кисти. Разбухший сидор надежно спрятал под корнями сосны сибирской,
место запомнил, вернулся в избушку.
Возвращаясь, опять спохватился - мачете забыл закопать, до сих пор тяжелое
лезвие в левой руке. Размахнулся хорошенько и швырнул мачете подальше. И снова
карусель в голове бешено закружилась.
Вернувшись под негостеприимную крышу, едва не свалившись дорогой, немного
полежал на лавочке, пока карусель под черепом не утихомирилась. Успокоил
головокружение и занялся инсталляцией. Говоря проще, разложил трупы трех
китайцев, посмертно лишенных кистей, по приглянувшимся мне местам. Передвинул
мебель. Свалил с лежанки последний рюкзак с "коксом", опрокинул лавки, создал
композицию "После боя", поглядел придирчиво на дело рук... пардон, на дело руки
своей, вздохнув, приступил к обработке правой культи.
Пока раскладывал трупы, нашел в кармане у китаезы со сломанной шеей вполне
приличный перочинный ножик, более чем пригодный для предстоящей неприятной
работы, острый-преострый, чисто бритва. Еще острее, чем нож в моем сидоре. Я
продезинфицировал бритвенной остроты лезвие на огне и, стиснув зубы, срезал со
своей культи первый лоскут кожи. Вместе с тонким слоем мяса. Кровь полилась
тонким ручейком на пол, а я бросил срезанное в топку печки-"буржуйки", и вновь...
Черт! Больно даже вспоминать, правда.
Как и любой нормальный человек, я чувствую боль. Спасибо любимому японскому
дедушке за то, что научил когда-то дружить с болью, договариваться с ней при помощи
специального дыхания и регулирования потоков энергии в страдающей плоти. Я резал
собственное мясо, дышал, как учил дедушка, и спокойно взирал на кровоточащий
обрубок.
Именно обрубок! Предплечье должно выглядеть точно так же, как и у трупов,
которым я рубил запястья, отрубая кисти.
Когда же вид культи меня полностью удовлетворил, когда она стала реально
выглядеть свежим обрубком, я наконец-то... Нет, прежде чем расслабиться, я метнул
ножик. Наугад, в один из трупов. И расслабился наконец-то. Разрешил карусели внутри
черепной коробки кружиться как ей заблагорассудится, лег на спину, закрыл глаза.
Я лежал, положив руки на грудь, сжимая пальцами кровоточащее предплечье. К
сожалению, жгут нельзя было накладывать - гости могли появиться в любую минуту,
пришлось останавливать кровь пальцами-жгутиками. Кровушка сначала текла, потом
капала на фирменную американскую одежду, и это неплохо, это лишний штрих к
образу. Я был доволен собой, я успел сделать все, чего хотел, я был готов к появлению
земляков-наркокурьеров. Я лежал, отдыхал и представлял, что увидят гонцы за
кокаиновой "дурью", когда войдут в избушку.
Они войдут и увидят четыре неподвижных тела, живописно расположившихся в
пострадавшем после побоища интерьере. Они ожидают увидеть американца? Плиз -
вот он я, прикинут по фирме и зубы, как у всех поголовно янкисов, неестественно
правильные, вставные, и морда моя избитая сойдет за иностранную. Как только они
войдут, я полностью расслаблюсь, превращу себя в полное подобие покойника.
Они увидят один рюкзак с грузом вместо трех и могут недосчитаться одного из
походных рюкзаков. Думаю, нашенские наркокурьеры знакомы с лесным дьяволом
или хотя бы о нем наслышаны. Подозреваю, дьявол помимо прочих выполнял еще и
работу проводника. Уверен, ходоки с нашей стороны замечали пристрастие дьявола к
экзотическому холодному оружию, а на представших их взорам трупах ни единой
огнестрельной раны. Они увидят ОДИНАКОВО изуродованные правые руки у меня и
китайцев, они вспомнят о том, что в Чечне боевики отрезают уши убиенных для
отчетности. Они увяжут воедино исчезновение большей части груза, отсутствие
лесного дьявола, раны от холодного оружия и обрубки вместо правых кистей.
Чечены режут уши, а дьявол правые кисти рук. Дьявол всех замочил, рубанул
конечности, дабы отчитаться о содеянном перед... Не важно, перед кем, замнем для
ясности. Дьявол запасся вещественными доказательствами собственного изуверства.
Взвалил на себя сто кэгэ наркотиков, прихватил походный рюкзачок и... Не многовато
ли для одного сотня килограммов груза с гаком?.. А может, его в этой избушке
сообщник поджидал! Точно! Его ждал сообщник, и посему здесь, а не где-то у костра
на тропе во время промежуточной остановки, дьявол мочил, резал, грабил. Похоже на
правду? С некоторой натяжкой - да, вполне...
Все произошло в точности, как я себе нафантазировал. Они вошли, увидели,
заматерились. Они - четыре кряжистых мужика с охотничьими ружьями, типичные
местные охотники. Лесного дьявола они, невежды, называли "каратистом", и про уши,
отрезаемые вайнахами, они вспомнили, и версию про сообщника, честное слово,
сгенерировали через пару минут после того, как переступили порог.
Я застонал - и выяснилось, что один иностранец выжил каким-то чудом. Но
находится без сознания. Вокруг меня началась суета. У пришельцев нашлись йод и
бинты, жаль только, что идиоты ни хрена не смыслили в оказании первой
медицинской помощи. Я бредил по-английски, скалил вставные зубы, морщил
аристократический нос, а они, обормоты, забрызгали культю йодом и прямо на рану
намотали бинт.
Остальных одноруких они закопали на полянке, рядышком с избушкой. Похозяйски
прибрали вещички убиенных с особой жестокостью китайцев, взяли
единственный рюкзак с "коксом", смастерили носилки для меня, бессознательного,
угли в печурке затушили и отправились в обратный путь на ночь глядя.
Меня несли бережно, и наш маленький караван двигался, пока совсем не стемнело.
Закатилось солнышко, мужики устроили привал. Носилки поставили недалече от
костра, накрыли меня всяческим тряпьем, дабы согрелся, ночи-то еще, ух, какие
студеные. Мужики расселись вокруг костра, заварили чифирь, пахнуло
свеженарезанным салом, черствым хлебом, и потекли словеса, завязался весьма
интересный для меня, притихшего на носилках, разговор.
Начался он с подробного обсуждения кровавой драмы в избушке - перевалочном
пункте. Возникла тема цыган. Мужик с хриплым голосом высказал версию, дескать,
городские цыгане, толкающие "дурь", причастны к произошедшему, и был
безжалостно осмеян. Отсмеялись, хлебнули чифирчику, заели сальцом да с хлебушком,
у меня аж слюнки потекли, и всплыл вопрос: "Хто ентот-то, заграничный?" То бишь:
"хто" такой я. Выяснилось, что все знают, дескать, груз в этот раз сопровождает
"заграничный" экспедитор-фирмач, а на фига, никто не в курсе. Поматерили дружно
"бугров", кои "простых людей" пользуют втемную, и обсудили вертолет, который
вчерась кружил над таежным океаном. Мужик с хриплым голосом предположил,
дескать, "енто мусорки беглых зэков шукают". Хриплый напомнил, как "в том году" с
зоны сдернули зэчары и как их "шукали с воздуху". На сей раз смеяться над версией
Хриплого не стали, согласились, типа, похоже, в натуре, зэков ищут. Закурили и
переключились на обсуждение общей для всех судьбы-судьбинушки. И я сделал вывод
из обрывочной информации о нелегкой доле наркокурьеров, что все четверо мужиков
проживают в том же городе, где жируют на "герыче" вышеупомянутые цыгане.
"Душные менты" крышуют цыганскую наркомафию, а этих мужиков, которые
горбатятся на другую мафию, менты пасут, подозревают, что вовсе не на охоту они
время от времени ходят в тайгу. Мужики дружно порешили, мол, вскорости надоть
завязывать с подработкой курьерами, откапывать заработанные деньги, сниматься с
обжитого места вместе с семьями и линять на хрен. Поспорили, куда лучше слинять,
Хриплый убеждал остальных, дескать, перебираться надоть поближе к Сочи. Его опять
осмеяли, погутарили про Краснодарский край, про Ростов-папу и Москву-столицу,
поспорили, кому первому не спать, дежурить у костра, решили большинством голосов,
что Хриплому, и разговоры иссякли, сменились похрапыванием.
Под утро я очнулся ненадолго, вняв требованиям своего организма. Застонал
громко-громко, всех перебудил, на ломаном русском попросил помочь, поднялся с
носилок, помогли, я пописал, рухнул обратно на носилки, закатив глаза, трясущимися
губами попросил пить, дали, не отказался и от хлебушка с салом, сытно рыгнул и
вновь с удовольствием отрубился. Вставая на ноги, я, естественно, кособочился, и,
само собой, мою хромоту мужики списали на еще одну травму, полученную во время
побоища.
Меня понесли дальше по едва заметной, промерзшей за ночь тропке, в животе
приятно урчало, я дремал и прислушивался к репликам, коими обменивались мои
носильщики, анализировал услышанное, дополнял информацию, полученную у костра,
и мало-помалу разбирался в организационных вопросах кокаинового графика.
Наркокурьеры проживают в городишке, который находится в трех сотнях верст от
того перевалочного пункта, куда меня переносят столь бережно. Существует несколько
групп по четыре наркокурьера в каждой. Руководит мужиками-курьерами некто по
кличке Лысый. По приказу Лысого та или иная группа отправляется якобы в тайгу
охотиться. Законно охотиться или браконьерствовать, в данном случае не важно. На
крайняк мужики с кем надо делятся охотничьими трофеями, и за браконьерство во
всей области никто по сию пору еще ни разу не сел и даже штрафа не заплатил.
На самом деле они садятся в лодки и сплавляются вниз по реке, что течет близ
городка и мельчает далеко-далече, исчезает в таежных болотах. Они плывут вниз по
течению 300 км, добираясь почти до болот, останавливаются у перевалочного пункта,
который промеж себя именуют "Камень". На перевалочном пункте "Камень" их
поджидает кто-то по кличке Леший. Иногда Леший идет вместе с мужиками до
перевалочного пункта "Поляна", чаще передает деньги для китайцев и ожидает
возвращения курьеров с товаром на "Камне".
Обменяв товар на деньги, мужики возвращаются. Как правило, на "Камне" их уже
поджидают другие наркокурьеры, коих мои носильщики называли Студентами. Леший
участвует в обмене товара на деньги. Часть денег Студентов Леший оставляет себе,
остальные делит между мужиками. Также Леший снабжает "охотников" дичью, дабы
было чем оправдаться за поход в тайгу.
С дичью и деньгами мужики плывут вверх по течению. Мои носильщики горячо,
долго и утомительно для меня спорили, у кого из них лодка лучше, а у кого лодочный
мотор помощнее. Где-то невдалеке от городка "охотники" выключают лодочные
моторы и разбредаются кто куда, идут прятать деньги. Заработки они хранят в банках.
Хриплый уже две банки сменил, раньше хватало двухлитровой, теперь и
трехлитровая мала. Хриплый, прежде чем зарыть банку с деньгами, обматывает ее
холстиной, остальные над ним посмеиваются, остальные свои герметичные банки для
пущей герметичности в целлофановые пакеты запаковывают.
Беспроцентный долларовый вклад в надежных банках Лысый трогать не велит.
Мужики побаиваются Лысого, он обещал вырезать их семьи, ежели кто надумает
какой мухлеж или сболтнет лишку по пьянке. При этом Лысый легко соглашается,
если тот или иной подчиненный ему курьер попросится "на пенсию", но ставит
условие - вали с бабками и семьей куда подальше и, где и как капитал зарабатывал,
молчи, не то гроб. И гробики для жены и деток. Везде, мол, предателя достанем.
Моя косточки Лысому, особенно болтливый Хриплый посетовал, мол, и захочешь
властям сдаться, а некому, дескать, менты в городке куплены цыганами. Вчерашняя
цыганская тема в новой интерпретации сегодня получила и новое развитие. Я узнал,
что цыгане почти открыто торгуют денно и нощно "герычем", сиречь героином. К
любому цыганскому особняку на окраине подходи, стучи в калитку, и откроется
оконце-кормушка. Сунул в кормушку лавэ, получай дозу. Несправедливо - цыгане
внаглую жируют, а честным наркокурьерам, которые своих, городских пацанов и
пацанок "дурью" не травят, приходится на вокзале грузчиками горбатиться, чтоб до
выхода "на пенсию" семью прокормить.
Мы остановились на следующий ночлег, и снова я очнулся, временно вернулся в
сознание, помочился с посторонней помощью, чифиря глотнул по настоянию
Хриплого: "Пей, интурист, оно тебе пользительно", рубанул сальна с черствым
хлебушком и, сказавши: "Таньк ю", прилег на свое ложе да глазки закатил, имитируя
возвращение в беспамятство. Разговорчики у костра этой ночью были мне
малоинтересны. По барабану мне тарифы на погрузочно-разгрузочные работы
железнодорожных бичей-грузчиков и проблемы с безработицей. Убаюканный
беззлобным матом, я вскоре заснул сном здорового, полного сил младенца.
Утром меня растолкал Хриплый, предложил позавтракать. Имитируя слабость и
сумеречное состояние сознания, я все же пожевал хлеба, запил чаем, поднялся на
нетвердых ногах, отлил, благодарно, с натугой изобразил голливудский смайл, после
чего пал обратно на носилки и застонал весьма натурально.
Зашипели угли костра, присыпанные талым снегом, меня на носилках подняли,
Хриплый высказался в том смысле, что к полудню дочапаем до "Камня". Его подняли
на смех, типа до "Камня" нам хилять и хилять, ранее вечера не дотащимся. Хриплый
обиделся: "Спорим, дочапаем ранее?" И они поспорили, трое против одного, поставив
на кон по сотке баксов с рыла.
Меня несли вперед ногами, голова лежала на возвышении, сквозь шторки ресниц я
прекрасно обозревал окрестности. Я и увидел и почувствовал, как тропинка пошла
круто в горку, и, разумеется, услышал, как обрадовался Хриплый: "Во, бляха муха! Чо
я вам говорил? Во, ща подымемся и до "Камня" ранее обеда дочапаем". Остальные
промолчали, а Хриплый завел речь о том, что можно было в и не останавливаться
вчерась на ночлег, тогда в ужо об этот час плыли в на лодках к дому.
Хриплый разглагольствовал, а я услышал журчание воды, заметил, как поредела
тайга, и вскоре сквозь ресницы разглядел то, чего наркокурьеры обзывали "Камнем".
Оказывается, "Камнем" они нарекли утес, нависающий над узкой, но полноводной
речкой. Выдающийся живописный скалистый утес, поросший местами сизыми
бархатистыми мхами. На подступах к мшистой глыбе, отдаленно похожей на сильно
преувеличенный постамент памятника Петру Первому в Санкт-Петербурге,
произрастали редко разбросанные рукою художника высоченные, ровные, будто
античные колонны, сосны. Они росли на темно-зеленом ковре мягкого мха, чуть
бугристом, с подпалинами. Пейзаж - аж дух захватывает! Красотища неописуемая, и
только дело рук человеческих, постройки меж сосен, слегка портят первозданное
великолепие дикой природы.
Человеческих построек целых три штуки: терем-теремок на фундаменте из
булыжников, теремок поменьше и сарайчик. Надежные, обстоятельные строения,
видать, сей перевалочный пункт один из ключевых на маршруте транспортировки
груза.
"Интересно, почему здешний отшельник по кличке Леший не пошел с мужиками
встречать американского экспедитора? Ведь трепались мужики, иногда и Леший ходит
на встречу с китаезами", - подумал я и точно вслух вопрос задал. Словоохотливый
Хриплый, обращаясь к мужику, что нес единственный рюкзак с "коксом", заметил,
мол. Леший небось ужо столы накрыл и баньку подготовил, ужо готов встретить
интуриста по первому разряду, як посла какого, а посол иностранный вона какой едет,
рюмку с вилкой теперича одновременно поднять не сможет, с ширинкой еле
справляется, когда оживает.
Значит, вон тот теремок поменьше - банька?.. Ух ты! Как здоровски устроился
Леший! Взяв упреждение на место и секретность обитания, можно смело сказать -
уровень жизни выше таежного среднего. Мотель "Тайга" пять звезд, право слово.
А вот и сам Леший показался. А за ним из пятизвездочного терема выходят
Студенты.
Леший удивительно похож на Карла Маркса - бородища и патлы у него в
точности, как у автора умной книжки "Капитал". И лоб похож, и носик, и кожа чистая,
как на хрестоматийных парадных портретах Основоположника. Тот, классический
Карл написал "Капитал", а этот, наш современник, сколачивает реальный капитал,
контролируя наркотрафик. Ухоженная мохнатость на лобастой башке у этого Карла по
кличке Леший только подчеркивает его интеллигентность. Глазки у Лешего
умненькие, курточка на меху фасонистая, сапожки хромовые, и в зубах сигаретка с
фильтром.
Не пойму, отчего дубль Основоположника называется Лешим, не подходит ему эта
кликуха совершенно, а вот Студенты, группа из четырех курьеров, коим должно
тащить "дурь" далее по маршруту, соответствуют групповому прозвищу полностью.
Все четверо - этакие "вечные студенты", знаете такой тип? Дяденьки, задержавшиеся
в развитии, любители очков-"велосипедов" а-ля Джон Лен-нон, приверженцы
неряшливой бородатости и стройотрядовских шмоток, поклонники бардовской
лирики.
Леший и Студенты вышли из главного терема после того, как сиплый залихватски
свистнул. Они выходили гордые, неторопливые, готовые к встрече иностранного гостя,
и как увидали носилки и всего один пузатый рюкзак, так вся их показушная
солидность в момент исчезла. Интеллигентные наркодельцы побежали навстречу к
простоватым мужикам, обремененным носилками с раненым и не обремененным
обычным количеством единиц груза. Леший на бегу сыпал вопросами. Сиплый на ходу
сбивчиво отвечал, другой носильщик из нашей компании помогал Сиплому, делая
дополнения, седовласый Студент-очкарик помогал Лешему, уточняя вопросы, короче,
базар еще тот, галдеж и карканье, как на знаменитом одесском Привозе.
Студенты зачем-то отобрали у мужиков носилки со мною, полуживым. Едва меня
при этом не уронили, черти. Бег трусцой и вопросы-ответы, гам, галдеж и базар
продолжились, меня понесли в центральный терем. Диво дивное, чудо чудное, но
буквально за каких-то пять минут, пока перемещались гурьбой к терему, Леший в
общих чертах уяснил, что за картина предстала пред очами мужиков на перевалочном
пункте, именуемом "Поляна". Вопросы Леший задавал дельные, хоть и всуе, и
дурацкие уточнения Студента в очках были лишними, и ответы следовали зачастую
невнятные, с глупыми дополнениями, а общая картинка все ж таки нарисовалась.
В отличие от избушки китайцев вход в терем предваряло культурное крылечко под
козырьком, а вход в "залу" - просторные сени. Меня заволокли на крыльцо, пронесли
через сени, в так называемом зале носилки вместе со мной, несчастным и жалким,
уложили на стол. Здесь тоже, как и в той избушке, стол находился в центре
помещения. Но возле стола не
...Закладка в соц.сетях
