Жанр: Боевик
Тамара Астафьева 1. Пленница
...ает, что хочет, но отрабатывает все, что ему заплатила!
Из частых воспоминаний дядюшки Тамара давно узнала в мельчайших подробностях, как
в конце мая произошло убийство родителей.
Отец не давал Игнату денег на какое-то выгодное дело, и тому наконец надоела
"скупость" старшего брата. Он решил показать себя настоящим крутым мужиком и взять
деньги сам. Андрей был приговорен к смерти! А уж завладеть и коттеджем, и имуществом, и
делом покойного брата как его единственный наследник (если при этом погибнут еще и его
дочь и жена) Игнат сумел бы вообще без проблем - все казалось настолько простым!
И действительно, вначале все складывалось как нельзя лучше. Приобрести пистолет и
глушитель не составило труда. Куда сложнее оказалось не передумать и не сдохнуть со страха
за те несколько дней, что разделили момент покупки оружия и субботу - редкий день, когда
можно было рассчитывать застать дома семью старшего брата в полном составе.
В тот погожий денек дядя Игнат, сожрав для храбрости полгорсти транквилизаторов, на
своем красном "Опеле" отправился в Павловск, откуда из автомата позвонил брату, выяснив,
что он с семьей дома и никого в гости не ждут. Предупредил, что сейчас заедет, и через десять
минут появился.
Его впустила в дом Ольга. Сообщила, что муж копается в зимнем саду и, ни о чем не
подозревая, поднялась туда вместе с гостем. Дальше все случилось стремительно, как в
американском боевике. С момента, когда Андрей приветливо улыбнулся брату до того, когда,
уже мертвый, он упал на краю пустой раковины под искусственный водоем, прошло меньше
минуты.
Рядом с мужем легла с простреленной головой Ольга Астафьева. А Игнат,
воодушевленный четко совершенным двойным убийством, ощутил небывалый прилив
прямо-таки маниакальной кровожадности и, трясясь уже не от страха, а от возбуждения,
поспешил в Тамарину комнату. Там девочки не оказалось. Ее вообще не было в коттедже.
Игнат специально передал племяннице по телефону привет, чтобы убедиться в том, что она уже
вернулась из школы, но вмешалась случайность: девочка ушла из дому и разминулась с
убийцей буквально на пять минут.
Самодельный глушитель после нескольких выстрелов почти развалился. Пришлось его
снять и сунуть в карман. Чтобы соседи не услышали выстрелов, когда будет убивать Тамару,
Игнат включил телевизор на полную громкость. И заметался по дому. Потом обежал вокруг
него. Девочки нигде не было. Ее куртка на вешалке, портфель в холле возле стены. Наверное,
ушла ненадолго. Но тут снова вернулся страх, его начала бить крупная дрожь, и дожидаться
племянницу Игнат уже был не в состоянии. Сдали нервы. И он стремительно сбежал из
коттеджа, так и не доведя до конца уничтожение всех своих родственников.
Единственным дивидендом из всей этой затеи было то, что удалось удачно сдать коттедж
семье чехов. Да распродать за бесценок кое-что из имущества, вынесенного из дома. От фирмы
брата, на которую Игнат возлагал основные надежды и с которой связывал все свои
дальнейшие планы, его без особого напряжения оттерли бандиты. Неофициально загнать
слишком заметный "Мерседес" Андрея не удавалось даже за четверть цены. Отследить личные
банковские счета покойного брата, чтобы попробовать наложить на них лапу, тоже не
получалось. В общем, как был Игнат нищим придурком, так им и остался. Одна надежда на
удачную продажу коттеджа. А для этого надо, оформив опеку над Тамарой, дожидаться конца
ноября, когда минет полгода после смерти ее родителей и девочка официально вступит в права
наследования. И лишь тогда начинать доказывать в многочисленных комиссиях и кабинетах
необходимость для бедной сиротки продажи ее бывшего дома.
В начале декабря Тамара узнала, что на эту непростую дистанцию бюрократического
стипль-чеза самоотверженно вышла Светлана Петровна и, надо отдать ей должное, прямо со
старта поперла вперед семимильными шагами, с помощью взяток и связей успешно
преодолевая одно препятствие за другим. И - немыслимое дело! - сумела успешно добраться
до финиша.
20 декабря, как раз в день рождения Тамары, домоправительница торжественно объявила
дяде Игнату, что договор о продаже коттеджа заверен в последней инстанции и вступил в
юридическую силу. Иными словами, дом в Тярлеве продан!
Тамара за стенкой грустно вздохнула, и у нее по щеке сбежала слезинка.
А дядя на следующий день опять начал пить.
Глава 9
Я СЛИШКОМ МНОГО ЗНАЮ. МЕНЯ ПОРА УБИТЬ
Герда. 17 июля 1999 г. 23-45 - 23-50
- Алло.
- Юрий Иванович? - удивленно гундосит миниатюрная рация, хотя и дауну ясно, что
никакому боссу это внештатное бытовое "алло", произнесенное совсем пьяным голосом,
принадлежать не может. И все-таки ничего, кроме дежурного "Юрий Иванович?", охранник,
какого-то черта решивший пообщаться с хозяином, изобрести не успевает, а поэтому еще раз
тупо мямлит: - Юрий Иванович? Вы?
- Нет, это я, - хладнокровно представляется Олег. - А, извините, с кем... м-м-м...
имею честь? - Буквально с листа он настолько вживается в роль пьяного, что его даже слегка
начинает штормить.
Несмотря на всю беспонтовостъ неожиданного натяга, Диана при виде этого не может
сдержаться от смеха и оглушительно хрюкает прямо в рацию. Весьма кстати. "Чего еще
ожидать от этих бухих обкайфованных шлюшек, обнаруживших свеженькую игрушечку -
"Моторолу?" - наверное, сразу решает охранник и объявляет:
- Это Володя. - В голосе пока никакой настороженности. - У вас все в порядке? Где
Юрий Иванович?
- Это Олег... У нас все в порядке... Юрий Иванович пытается трахнуть Татьяну... -
очень правдоподобно икает Олег. - Как вам мой продуктовый набор? Приняли на грудь за
наше здоровье?
- Да, выпили, - с благодарностью в голосе квакает начальник охраны. - Спасибо. Вы
не могли бы передать рацию боссу?
К моему удивлению, Диана продолжает вовсю потухать, как на концерте Жванецкого.
Она отошла немного в сторонку и глупо хихикает. В топике и шортиках, на пояс которых
нацеплена граната-лимонка с паралитическим газом, с "Ингремом" в левой руке и с натовским
противогазным щитком в правой она выглядит клево!
Ее смех столь заразителен, что меня тоже начинает пробивать на "хи-хи". Теперь мы
прибалдеваем на пару. Может быть, у нас легкая истерика?
- Дуры! - бросает нам Олег и продолжает изображать из себя кривого в умат колдыря,
заправляя арапа Владимиру: - Передать рацию боссу? Не-е-е, безнадега! Юрка в парилке. На
Таньке. И ему сейчас все до лампочки... У него нестояк! - по большому секрету громко
шепчет Олег, и Диана при этом, зажав рот ладошкой, аж приседает на корточки. - Непруха у
Юрыча! Так что он посылает всех на хрен!
- Нет, ты все же попробуй, пожалуйста! - уперто мастырит Олега Володя. - Отнеси
ему рацию.
- Лады. Попытаюсь... - Олег отводит сплетницу в сторону и выражением лица
недвусмысленно демонстрирует нам свое отношение к этой глупой, готовой нарушить все наши
планы невзначайке. - ...Нет, Вовка, гроб! Безнадега! Я ж говорю, посылает всех на хрен! А
чего там у вас за срочняк?
Со скрипом и скрежетом дешевая сплетница минут пять гнусаво завинчивает о том, что
некий Арсений Филатыч пробивается к боссу уже на протяжении трех часов, уверяет, что у
него неотложное дело и всех достал своими звонками. Через десять минут, ровно в двенадцать
ноль-ноль, этот настырный Арсений будет дозваниваться опять.
- Я сейчас всё-таки поднимусь и попробую передать Юрию Ивановичу сотовый, - не
сдается стояк.
- Ну и пошлет он тебя на хрен! - В голос Олега кроме привычных уже бухих интонаций
добавляются нотки легкого раздражения. И тревоги. - Как зайдешь к нему, так и выйдешь. И
отправишься искать себе другую работу.
- Олег, а может быть, вы?
"Нум настырный! - покачиваю я головой. - Что, чересчур педантично относится к
своим служебным обязанностям? Или чугун-чугуном просто по жизни? Сдался ему этот
Арсений Филатыч!
А если все это подстава?!! - вдруг пробивает меня пренеприятнейшая догадка.
- А что я?!! - в этот момент пьяно орет в "Моторолу" Олег. - Сниму сейчас Юрика с
бабы, возьму нежно за яйца и выведу из парилки: "Поболтай, дорогой, по телефону, отвлекись,
и у тебя все сразу поднимется"? Слышь, Вовка, мой добрый совет: не заморачивайся
порожняком, забей на этого Фомича...
- Филатыча.
- Нехай будет Филатыч! Один хрен, забей! Вырубай трубу и ложись спать.
- Нет, - упирается рогом стояк. - Я все-таки сейчас подойду.
- Как хочешь, - безразлично бубнит Олег.
- Вы где? В предбаннике?
- Да. Давай, ждем. - Олег отключает рацию, с яростью швыряет ее на кровать. -
Кранты стояку! - цедит он и снимает с предохранителя "Ингрем". - Либо чрезмерно
исполнительный, либо у них закончилось пойло, и они решили нахалявитъ еще. Как бы там ни
было, он заработает пулю.
- Что, обязательно убивать? - спрашиваю я, и Олег тут же пронзает меня
презрительным взглядом.
- Ты готова предложить другой вариант?
- Нет. - Всем своим видом я приношу извинения за то, что не подумав, ляпнула
глупость.
- Тогда придется его мочкануть. И не дать мочканутъ себя, - неожиданно улыбается
мне Олег. - А потому зашхеръся здесь, пока мы с Дианой подсуетимся насчет этого Вовика...
Дина-Ди? - переводит он взгляд на Диану, задавая немой вопрос: "Ты готова?"
"А как же?" - отвечает взглядом Диана.
И первой решительно выходит из комнаты. Следом за ней отправляется Олег. Прежде чем
прикрыть за собой дверь, он оборачивается ко мне:
- Слышишь, Герда? Как бы там все ни обернулось, чтобы отсюда ни ногой. Не скучай.
И он спешит присоединиться к Диане.
А я только в этот момент вспоминаю, что так и не предупредила его о своих подозрениях,
что вся эта история с Арсением Филатычем и сотовым телефоном вполне может оказаться
голимой подставой.
Тамара 1992 г. Ровно год после смерти родителей
Минуло несколько месяцев.
Однажды Игнат завел с толстухой разговор о том, что у него есть компаньон, который
мечтает обзавестись рабыней-наложницей и готов заплатить за это хорошие деньги - десять
тысяч "зеленых".
- Он, конечно, мог бы легко купить себе какую-нибудь дикарку - скажем, афганку или
таджичку, - излагал дядя Игнат свою очередную идею. - Этого добра в России сейчас
предостаточно. Выбирай на вкус. Но парню не нужна грязная азиатка. Он хочет именно
русскую. Молодую. Красивую... Чем не Тамара?
- Что за компаньон? Я его знаю? - недоверчиво спросила Светлана Петровна.
- Нет. Но я обязательно вас познакомлю, - заворковал вдохновленный снисходительной
реакцией жены дядя Игнат. - Это очень серьезный человек. Мафиози, к тому же грузин, так
что ему можно доверять как себе. Девку вставит в такие тиски, что она не посмеет даже
пикнуть. И расплатится за нее по понятиям: без кидалова, до последнего цента.
- Что-то я сомневаюсь. Мафиози. Грузин. Да он сам себя сочтет дураком, если из этих
обещанных десяти тысяч "зеленых" даст тебе хоть один ржавый цент. Как ты был недоумком,
так им и остался. Даже за миллион, даже за миллиард как можно думать о том, чтобы
крысеныша оставить в живых! Ведь это единственный свидетель, которому стоит вякнуть лишь
слово, чтобы отправить нас за решетку. Так что ей лишь один путь - вмогилу. Готовься!
- Да я-то готов, - промямлил дядя Игнат.
- И я готова, - прошептала за стенкой Тамара. - Давно!
Через два дня после обсуждения ее возможной продажи в наложницы девочка услышала
окончательный приговор - завтра вечером дядя повезет ее убивать.
При этом она совсем не испытала страха. Скорее, облегчение. Потому, что уже
измучилась ожиданием.
На следующий день Тамара не съела ни крошки. Хлеб засунула под матрац, воду, как
обычно, выплеснула на пол под кровать. Но сперва аккуратно попробовала ее на язычок. Вроде
бы, никакого постороннего привкуса - с утренней порцией все обстояло нормально. А вот с
вечерней... девочка явственно ощутила легкую горечь и была уверена в том, что это ей не
мерещится.
Водичка с сюрпризом! Под кровать ее! А самой лечь в постель и прикинуться спящей.
Пусть толстуха и дядюшка пребывают в уверенности, что их немудреная хитрость с
клофелином (или что там они намешали в питье?) увенчалась успехом. Пусть хоть на
какое-то время утратят бдительность. И тогда сбежать по дороге к месту убийства будет лишь
делом техники. Ведь Тамара по-прежнему в неплохой физической форме.
Сбежать не удалось.
Бдительность толстухи и дяди Тамара усыпила. Сумела не выдать себя, когда ее уже
ночью, как пьяную, под мышки волокли вниз по безлюдной лестнице; не сделала ни одного
подозрительного движения, не издала ни единого лишнего вздоха, пока ее "непослушное" тело
заталкивали на заднее сиденье подогнанной вплотную к подъезду машины. Одним словом, все
складывалось как нельзя лучше. Ко всему прочему, Светлана Петровна наотрез отказалась
сопровождать мужа в этой криминальной поездке, и Игнат, к радостному удивлению девочки,
на этом особо и не настаивал.
"Не иначе как решил напоследок все же меня изнасиловать, - решила Тамара. - Вот
только в эту сказку ты, маньяк, не попал! Я преподнесу тебе неприятный сюрприз -
неожиданно "приду в себя". В лучшем случае просто сбегу, в худшем - ты будешь
покойником. Хотя неизвестно, что для тебя сейчас лучше, что хуже".
Пока дядюшка, на всю громкость включив магнитолу, гнал куда-то свой "Опель",
пролежала на заднем сиденье, как неживая. Подвернутая под спину рука затекла, в нее будто
вонзились миллионы иголок, но девочка, опасаясь раньше времени выдать себя, не рисковала
сменить неудобную позу. И лишь мечтала о том, чтобы эта поездка закончилась как можно
скорее.
Дядя приехал не в темный лес, как ожидала Тамара, а в обычный бетонный гараж,
затесавшийся в один длинный ряд со своими близнецами-уродцами в центре большого
захламленного пустыря. То, что Игнат привез ее не на лоно природы, а на самую что ни на есть
урбанистическую помойку, Тамара обнаружила лишь в последний момент, когда "Опель"
неожиданно остановился и дядюшка выскользнул из машины. Девочка, опасаясь какой-нибудь
провокации, продолжала какое-то время неподвижно лежать на заднем сиденье, пока наконец
не набралась смелости осторожно приподнять голову и выглянуть в окно.
Она долго потом пыталась ответить себе на вопрос, почему в тот момент, когда увидела,
как дядя Игнат в метре от капота машины увлеченно возится с гаражным замком, не
попыталась осторожно открыть дверцу и бежать что есть духу. Вперед, к долгожданной
свободе! Хрена дядюшка сумел бы догнать ее, как когда-то в конце сентября! Ведь на этот раз
на ней не было неудобных ботинок на каблуке и узенькой школьной юбки. Да и не могли
пройти даром ежедневные тренировки в течение последнего года. Все шансы на победу были!
Но на какие-то клятые десять секунд ее словно сковал паралич. Она не могла заставить себя
сдвинуться с места.
"Надо!!!" - отчаянно звенело в мозгу, но этот набат, настойчиво призывающий к
действию ("Вперед же, смелее!!!"), тут же покрывало звуконепроницаемым пологом
трусливое: "А вдруг не получится?!!"
"Нет, надо сейчас!!!" -"Не надо!!! Все может сорваться, я только выдам себя этой
неудачной попыткой, а другой у меня просто не будет!!!"
Дядя со скрежетом тяжело отодвинул одну из створок ворот.
"Вперед!!! Еще остается шанс убежать!!!"
Со второй створкой Игнат справился без особых проблем. Подпер ее кирпичом.
"Поздно! Вот теперь уже не успеть!!!"
Когда "Опель", скрипнув щебнем, въехал в гараж, и дядюшка отправился затворять
ворота, Тамара наконец набралась решимости действовать. Она откинула спинку переднего
кресла вперед и аккуратно приоткрыла пассажирскую дверцу, с ужасом ожидая, что та
скрипнет или упрется в гаражную стенку. Нет, все о'кей! В образовавшийся проем
проскользнуть худенькой девочке не составило бы никакого труда.
Ну почему она так не сделала минуту назад, когда машина стояча на улице?!!
Дядя Игнат уже задвинул одну из створок.
Тамара ступила правой ногой за порог и осторожно перенесла на нее вес своего тела,
замирая при мысли, что щебень может сейчас предательски зашуршать.
Но пока все в порядке. Дядюшка продолжает возиться с воротами.
Вторая створка на месте. Дядя Игнат пытается совладать с задвижкой. Если бы не
включенные фары, в гараже наступила бы кромешная темнота.
А что, если вырубить свет? Для этого достаточно только выдернуть ключ зажигания.
Нет, в темноте преимущество будет иметь дядя Игнат. Надо поискать какое-нибудь
оружие. Черт, должен же быть здесь хотя бы лом!
Но ничего подходящего под рукой не было. Ни лома, ни большого гаечного ключа, ни
даже обычной отвертки.
Распроклятье!!!
Дядюшка наконец отлип от ворот и, шумно высморкавшись, шагнул к оставленной
нараспашку водительской дверце.
Растерянная Тамара только и смогла, что присесть на корточки, чтобы укрыться за задним
крылом "Асконы". Она понимала, что это убежище лишь на считанные секунды, потом ее без
труда обнаружат. Но что еще оставалось делать?
- Дерьмо!!! - Дядя Игнат обнаружил отсутствие пленницы на заднем сиденье. Сначала
выругался, потом испуганно прошептал: - Тамара, девочка... Ты где? Иди-ка сюда. - И вновь
добавив в голос металла, рявкнул: - Немедленно!!!
Сидеть, забившись в уголок за машиной, и безвольно ждать своей участи - глупее не
придумаешь...
Тамара распрямилась и поверх красной крыши "Асконы" пересеклась с дядюшкой
взглядами. Потные пальчики левой руки нервно теребят край джинсовой куртки. В правом
кулачке зажат внушительный кусок щебня.
Эх, если бы еще суметь метнуть его сильно и метко, как это умеют делать мальчишки!
Нет, не получится!
Тамара постаралась придать лицу идиотское выражение, удивленно похлопала ресницами
и, растягивая слова, сонно пробормотала:
- Я только за-хотела по-пи-исать. При-села здесь за ма-ашиной. Ниче-го страш-ного?
- Ничего. - Дебильный вид пленницы придал дяде Игнату уверенности. Поначалу не на
шутку встревоженный, он сразу же успокоился. - Подойди ко мне.
Девочка сделала несколько неуверенных шагов вдоль машины. Покачнулась, оперлась,
чтобы не упасть, рукой о капот.
- А что, мы-ы в какой-то пеще-ере?
- Нет, Тамара, мы в гараже. Сейчас поедем домой.
Продолжая вскользь изучать взглядом гараж в надежде наткнуться на какое-нибудь
оружие и в то же время не упуская из виду застывшего за распахнутой водительской дверцей
дядю Игната, Тамара, еле передвигая ногами, обогнула капот. Вот ее уже отделяют от
противника всего лишь полтора метра. И настежь распахнутая водительская дверца.
Дядюшка отступил на шаг назад и, совершенно ничего не опасаясь, захлопнул дверцу.
Так-то лучше. Теперь можно сделать резкий выпад и попробовать закатать пяткой в
челюсть ублюдку.
Проблема только в том, что ублюдок держит в правой руке короткую, но увесистую
монтировку. Просто раньше Тамара не видела ее из-за распахнутой дверцы. И тогда она еще на
что-то надеялась. Теперь поняла, что проиграла.
- Вот так-то, сучонка! - Дядя Игнат похлопал по левой ладони железкой. - Опять
надеялась меня провести, прикинувшись дурочкой? Раздевайся! Встань вон там, где больше
света, и снимай с себя все. Тогда, возможно, буду бить тебя не так сильно.
"А что если, и правда, попробовать продемонстрировать ублюдку стриптиз? - мелькнула
мысль. - Возбудится, подонок. Расслабится. И вот тогда-то я и перехвачу инициативу...
- Отступи к свету, сказал! И раздевайся!
...Нет, пустое! Рассчитывать на то, что маньяк утратит бдительность, не приходится.
Прежде чем изнасиловать, эта сволочь для подстраховки сначала как следует огреет меня своей
железякой, чтобы мне было уже ни до чего. А уж потом... Вот уж нет! Безропотно я ему не
отдамся! Пусть сначала потрудится. А мне все равно подыхать! Так лучше с музыкой!"
Тамара высоко задрала над головой руку и, приподнявшись на цыпочки, изо всех сил
метнула в голову дяди Игната увесистый кусок щебня. То, что промахнулась, она заметила, уже
когда пошла в стремительную атаку - резко скакнула вперед и в высоком прыжке попыталась
достать ногой дядюшкин подбородок. Мимо! Дяде Игнату оказалось достаточным лишь
чуть-чуть отклониться назад. А в следующий момент на левый бок Тамары обрушился удар
монтировки! И еще один! И еще!!!
Боль взрывом распылила на атомы все ее тело. Непередаваемая словами, жуткая боль!
Потом удалось втянуть в легкие чуть-чуть воздуха и закричать. Вернее, не закричать, а
выдавить из себя чуть слышный стон. И совершенно не к месту подумать о том, что при
падении взята вот и ободрала о жесткий, плотно спрессованный щебень лицо.
- Доигрался, крысеныш? - Дядя Игнат перевернул племянницу на спину. - Слышишь
меня? Знаешь, что с тобой сейчас буду делать? Отвечай!
Она слышала. Она знала. Но ответить она ничего не могла.
- Чувствуешь, мелкая тварь? - Влажными от возбуждения пальцами дядюшка зацепил
за резинку линялые тренировочные штаны, выданные девочке домоправительницей еще в
сентябре. - Ах, какие у нас нарядные трусики! Беленькие! С васильками! Сейчас учиню тебе
проверку на девственность!
...Тамара потеряла сознание в тот момент, когда дядя Игнат отбросил в темноту гаража ее
старые тренировочные штаны и белые трусики с выцветшими от многократных стирок
цветочками и начал расстегивать ремень на своих бесформенных брюках.
- Вот так-то, стервоза, - удовлетворенно пробормотал он и, отложив в сторону
монтировку, со спущенными до колен штанами взгромоздился на распластанную на щебне
бесчувственную племянницу. - Считай, что это тебе памятка от меня на всю жизнь.
Часть вторая
"ВООРУЖЕНА И ОЧЕНЬ ОПАСНА"
НАЛОЖНИЦА ГРУЗИНСКОГО ПАШИ
Герда. 18 июля. 00-00 - 00-15
Два трупа охранников валяются поперек коридора напротив двери, ведущей в
предбанник. Один из них - в дорогом сером костюмчике - Володя, который не носил при
себе пистолета. Володя, который чересчур педантично относился к своим служебным
обязанностям. Володя, который не ждал от сегодняшнего дежурства никаких геморроев.
Второй стояк, который поперся сюда следом за шефом, наряжен не в цивильный
костюмчик, а в камуфляж, и с первого взгляда мне кажется, что это один из тех топтунов, что
притащились вместе с нами из зоны.
"Нет, на наших волков совсем не похож. Красавчиком был, - автоматически отмечаю
я. - Голубоглазым. Наверное, нравился девочкам. - И с трудом удерживаюсь от искушения
наклониться и, как это положено, закрыть мертвяку широко распахнутые шнифты. - Стоп!
Никаких сантиментов!"
И серый пиджак, и его спутник прикончены выстрелами в лобешник. Только в лобешник!
Я отмечаю, что в грудины им шмалять никто и не думал - костюмчики чистые. И, хотя я и
полная дилетантка в подобных вопросах, делаю вывод, что оба жмура заделаны более чем
профессионально. Каждому по сдвоенному выстрелу в голову. Именно в голову, - а вдруг на
них броники?
- Лариса! - выводит меня из задумчивости Олег. - Не тормози! В любой момент этих
могут хватиться.
Я перешагиваю через покойников, удивляясь, что не испытываю при этом ни отвращения,
ни жалости. Лишь любопытство и легкое возбуждение. Вот уж никогда б не подумала, что я
настолько невосприимчива к смерти. Хотя нет, враки! Как же меня колбасило еще полчаса
назад, когда только вытряхнулась из парилки, зная, что за спиной оставляю пятерых мертвецов!
Стремительным аллюром я нагоняю чуть оторвавшихся от меня Олега с Дианой.
Олег оборачивается, убеждается в том, что я не отстала, и, отточенным движением
натянув на лицо пластиковую маску, начинает спускаться по лестнице. На первый этаж. Туда,
где расположена дежурка секьюрити.
Ему через фильтры намордника буквально дышит в затылок Диана.
Я представляю собой арьергард.
Второй этаж:... Первый.
Дверь в дежурку распахнута настежь. Оттуда доносится негромкая музыка и звон посуды.
Кто-то что-то рассказывает, кто-то хихикает.
Не снижая темпа, Олег на ходу срывает нацепленную на брючный ремень гитару,
выдергивает чеку.
Словно тень, эти же действия повторяет Диана. Я ежедневно бок о бок с ней вот уже
больше двух лет, я знаю ее, казалось бы, так, как не знаю себя. Но сейчас передо мной
абсолютно незнакомая Дина. За программированная на одно - на достижение конечного
результата любыми возможными и невозможными средствами. Я ни разу раньше всерьез не
задумывалась над тем, какой Дина-Ди бывала на воле, но сейчас словно бы получила
возможность прокрутить архивную запись с грифом "Сов. секретно!" и заглянуть в Дианино
прошлое. Подсмотреть за тем, как она три года назад шла на скок в каком-нибудь пункте
обмена валюты или офисе барыги, имеющего дело с наличкой.
Моя единственная подруга, без которой я давно не представляю своего существования...
Когда Олегу до дежурки остается четыре шага, оттуда, позевывая и почесывая брюхо,
неожиданно выползает один из охранников.
"Наш, красноперый, - сразу же узнаю его я. - Который три часа назад выпускал нас из
"мелодии". Слава Богу, на этот раз без вольты. И все-таки, в отличие от местных лохов, это
профессионал..."
Удивиться при виде нас этот профессионал не успевает. Сомневаюсь, успевает ли он
вообще поднять на нас заспанный взор.
- На место пшел! - Олег с ходу жестко впечатывает ему в грудину ступню.
Спиной вперед топтун отправляется обратно в дежурку, а следом за ним летят сразу две
гранаты. Диана хлестким ударом ноги захлопывает дверь, подпирает ее течом. Слышатся два
негромких хлопка.
- Есть! - произносит Олег. - Пять... четыре... на счет ноль там будет сонное
царство... - Из-под маски его голос заучит глухо и неестественно. - ...три... два... девчонки,
следите за входной дверью, чтобы нас не подстрелили те, кто на улице... один... пошли! - Он
распахивает дверь и уверенно шагает внутрь. Следом за ним, словно привязанная, Диана.
Следом за Диной-Ди - я.
Дежурка представляет собой комнатушку без окон, скупо обставленную старой офисной
мебелью. Шкаф-купе предназначен, наверное, и для одежды, и для оружия. На узком потертом
диванчике, если при этом принять позу зародыша, можно часок-другой покемарить. Несколько
стульев. Два узких письменных столика сдвинуты вместе и заставлены грязной посудой. На
стене напротив входа подвешен громоздкий пульт со множеством кнопок и встроенным
домофоном. Рядом с
...Закладка в соц.сетях
