Жанр: Боевик
Под личиной
...н прыгнул, как показалось Хвостову, вниз.
- Бля-а... - только и сказал испуганный участковый, и опрометью бросил к распахнутому окну.
Картина, которую он увидел, потрясла его воображение. Андрей упал на верхушку дерева, растущего под
окном, и теперь быстро-быстро спускался на землю, цепляясь по-обезьяньи за гибкие ветки.
Спустившись вниз, Андрей крикнул:
- Мама, все нормально!
И исчез в темноте.
Хвостов удивленно покрутил головой, обернулся - и встретил ясный и твердый взгляд больной. Похоже,
она слышала их разговор. И ему показалось, что мать Андрея насмешливо улыбается...
Андрей то бежал, то быстро шел по ночному городу, все больше и больше удаляясь от больницы. Несмотря
на приглашение Дрозда, юноше почему-то не хотелось сегодня идти к нему домой. Он решил навестить
своих школьных приятелей.
У Маноло была отдельная однокомнатная квартира - "хип-хата", как он ее называл. Андрею еще не
приходилось в ней бывать, хотя адрес он знал. На этот счет его просветил Габор.
"Приходи, - сказал он однажды. - Там собираются нормальные парни. Все свои люди. Не обидят. Зуб даю.
Ты теперь наш...". Андрей молча кивнул, соглашаясь. Но так и не пришел.
Квартира Маноло находилась на первом этаже. В окнах горел свет, и обрадованный Андрей поторопился
зайти в подъезд и нажать на кнопку звонка.
- Кому не спится в ночь глухую? - раздался за дверью веселый голом Габора.
Щелкнул замок, и дверь распахнулась.
- Мужики! - возопил подвыпивший Габор, тиская смутившегося Андрея. - Кто к нам пришел! Какие люди в
Голливуде... - запел он, отчаянно фальшивя.
- Здорово, Синица! - в прихожей появился Маноло.
Он был раздет до пояса и в шортах. В квартире было жарко.
- Да ты проходи, не стесняйся, - сказал он, пожимая руку Андрея. - Мы тут как раз о тебе говорили. Легок
на помине...
Андрей зашел в просторную комнату и увидел Фундуклеева, Мухаметшина и Чиквасова. Они сидели вокруг
накрытого стола и пили пиво. Впрочем, там были напитки и покрепче.
На диване дурачились две девушки, в которых юноша узнал одноклассниц Бушманову и Савенко. Они
играли в какую-то незнакомую ему игру, напоминающую детские "ладушки", и при этом заразительно
хохотали.
- Тихо, вы, сороки! - сказал Габор. - Посмотрите, какой у нас гость.
- Ой! - восторженно воскликнула Бушманова и повисла у Андрея на шее. - Синичка, я тебя обожаю.
- Перестань... - слабо сопротивлялся Андрей.
- Галка, не дури! - прикрикнул на нее Маноло. - Лучше принеси еще один столовый прибор.
- Слушаюсь, гражданин начальник! - ответила Бушманова и скрылась на кухне.
- Где ты пропадаешь? - спросил Мухаметшин, глядя на Андрея исподлобья с каким-то загадочным
выражением. - Училка спрашивала...
Под училкой татарин подразумевал классную руководительницу.
- Болел, - коротко ответил Андрей, не считая нужным объясняться.
Он относился к Мухаметшину настороженно, сам не зная почему. В нем было что-то скользкое, гаденькое,
которое татарин тщательно скрывал. Зная о его мстительности, Андрей старался всегда быть с ним
предельно корректным.
- И болезнь эта называется Самурай, - язвительно покривил тонкие губы Мухаметшин.
- Заткнись, Ахметка! - прикрикнул на него Габор. - Синице и так худо. А ты лезешь со своими иголками,
чтобы поставить их Андрюхе под задницу.
- Я что, я ничего... - Мухаметшин скис.
Несмотря на "телохранителя" в лице Фундуклеева, Габора он побаивался. Венгр, не обладающий
впечатляющими физическими данными, дрался как одержимый. Редко кто мог выдержать его бешенный
напор.
- Выпей чего-нибудь, - приглашал Андрея к столу хозяин "хип-хаты" Маноло. - И поешь. Харчи из
ресторана, свежие. Пиво будешь?
- Нет. Лучше водку...
К пиву Андрей так и не привык. Оно казалось ему горькой полынной настойкой. Иногда Андрей пил водку,
но понемногу. В отличие от приятелей и Дрозда, которым нравилось спиртное, юноша не испытывал от
пития особого удовольствия. Он глотал предложенную дозу как лекарство, с внутренним содроганием.
Но сейчас ему впервые в жизни захотелось выпить. Нервное напряжение последних дней превратили его в
один оголенный нерв. Андрей просто не знал, как совладать с переполнявшими его эмоциями.
Водка прокатилась по жилам, вызвав зверский аппетит. Только теперь Андрей вспомнил, что он не ел уже
длительное время. Не обращая внимания на окружающих, он жадно рвал зубами отбивную, глотая мясо
почти не разжеванным.
- Менты в школу приходили... - негромко сказал Мухаметшин, ни к кому конкретно не обращаясь.
Андрей с трудом проглотил очередной кусок и отодвинул тарелку. От слов татарина его аппетит мгновенно
испарился. Стараясь не выказать волнения, юноша налил себе полрюмки водки, и выпил без закуски. В этот
момент он готов был Мухаметшина убить.
Реплику Мухаметшина услышал только Габор. Он посмотрел на него зверем, но промолчал. Андрей поднял
голову и встретился с ним взглядами. Габор по-дружески подмигнул ему и открыл бутылку минеральной
воды.
- Хлебнешь? - спросил он, наполняя свой стакан.
- Давай...
В этот момент из кухни возвратился Маноло.
- Тебя... - сказал он, протягивая мобильный телефон Чиквасову.
Послушав, что ему говорил невидимый собеседник, Чиквасов встал и сказал:
- Мужики, я сваливаю. Дела...
- Какие могут быть у тебя дела поздним вечером? - спросил Мухаметшин. - Трамваи и троллейбусы уже
ходят пустые.
Он явно нарывался на скандал, намекая на неблаговидное занятие Чиквасова, который постепенно
втягивался в сообщество карманных воров.
- Когда-нибудь я тебе фейс бритвой попишу, - с нехорошим спокойствием ответил ему Чиквасов. - Или
язык отрежу. По-моему, он у тебя чересчур длинный.
- Ша, братаны! - вступил в разговор Маноло. - Кончайте собачиться. Нам только и не хватало вцепиться
друг другу в глотки.
- Тогда пусть он заткнется, - злобно оскалился Чиквасов.
- Верно, - поддержал его Габор. - Гонит пургу, почем зря. Язык как помело.
- Все, все, - поднял руки вверх ладонями вперед Мухаметшин. - Виноват, больше не повторится.
- Зарекалась свинья дерьмо жрать... - буркнул Габор.
- Садись! - приказал Маноло Чиквасову. - Выпьешь на дорожку. А мы поддержим. За наше братство.
Чиквасов помялся, бросая враждебные взгляды на Мухаметшина, но все-таки сел.
- А мы? - подхватилась Савенко. - Почему нас не приглашают?
- Потому что бабам не хрен лезть в мужской разговор, - отрезал Маноло. - Проводим Чико и тогда милости
прошу.
- Противный... - надула губы Савенко.
И на нее, и на Бушманову уже наложила отпечаток их разгульная шальная жизнь. Чересчур много краски на
пока еще свежих лицах, чересчур длинные ногти на руках, никогда не знавших работы, чересчур наглые
глаза, чересчур развязные манеры... Все эти "чересчур" вызывали в душе Андрея неприятие, переходящее в
отвращение.
Но юноша старался не подавать виду и терпеливо сносил приставания этих двух девиц. У него сейчас были
проблемы гораздо серьезнее, нежели амурные дела.
Чиквасов ушел. Маноло хлопнул Андрея по плечу и сказал:
- Пойдем на кухню. Есть разговор...
Они уединились. Маноло закурил и помолвил:
- Менты искали тебя. И не только они.
- Вощанские?.. - догадался Андрей.
- Да. По-моему, ты крупно влип. Я не хочу знать, из-за чего и как, но в школе тебе появляться нельзя.
- Я знаю.
- Можешь пожить у меня, пока все утрясется.
- Спасибо за предложение, но у меня есть где перекантоваться.
- Как знаешь... Помощь нужна?
- Боюсь, что мне уже никто не сможет помочь, - с горечью ответил Андрей.
- Серьезная заявка... Но ты, все-таки, подумай. С вощанскими и Самураем пора кончать. Они уже многим
перебежали дорогу. Наглые, паскуды...
- Нас мало. Что мы можем сделать?
- Ошибаешься, нас значительно больше, чем ты думаешь. И стволов вполне достаточно, чтобы устроить им
большой сабантуй.
- Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал.
- А с чего ты взял, что каша заварится из-за тебя? - насмешливо спросил Маноло. - Разборка назревала
давно. Ты тут сбоку припека. Пойдешь с нами, не пойдешь - твое дело. Но твоя помощь может
понадобиться. Решай.
Андрей немного помялся и ответил:
- Я подумаю...
- Думай скорее. Иначе они тебе башку отвертят, не успеешь и пикнуть.
- А это мы еще посмотрим, - с угрозой сказал Андрей, в котором снова проснулась неутоленная жажда
мести.
Маноло посмотрел на него с нездоровым интересом и буркнул:
- Ну-ну...
Андрей остался ночевать у Маноло. Было уже поздно, и он не рискнул идти по ночному городу на квартиру
к Дрозду. К нему под бочок мостилась Бушманова, но Маноло бесцеремонно вытолкал ее за дверь.
- Эта профурсетка ни дня не может прожить без мужика, - сказал Маноло и с отвращением сплюнул. -
Бабы...
Андрей уснул сразу, едва погас свет. Ему снился один длинный кошмар - сплошное мелькание каких-то
фантастических чудовищ и неясных теней, тянущих к нему длинные щупальца.
ВОЛКОДАВ
Где же партнер девушки-киллера? Сидит в машине или сторожит в подъезде?
Скорее всего, он неподалеку. Или этажом ниже, или на верхней лестничной площадке. Но лично я стоял бы
поближе к выходу.
Он ждал внизу. Хорошо, что я совсем недавно смазал дверные петли, а потому мое появление на лестничной
площадке не произвело никакого шума.
Я на цыпочках взбежал на два этажа выше, а затем начал спускаться вниз, громко топая и беззаботно
насвистывая - это чтобы партнер девушки ничего не заподозрил.
Ну, идет себе жилец, и идет. Почему не вызвал лифт? Может, он чешет к кому-нибудь в гости. Или
тренирует ноги, атрофирующиеся от сидячего образа жизни. В общем, ничего необычного и
подозрительного. Что и следовало доказать.
Выстрелы в квартире напарник девушки-киллера вряд ли слышал, ведь и ее пистолет, и "зауэр" Анубиса
были снабжены глушителями. А значит он пока пребывает в большом мандраже, и готов стрелять при
малейшем подозрении.
Так оно и оказалось. Клиент стоял возле лифта, нервно курил и вздрагивал при каждом шорохе. На меня он
посмотрел, как на пустое место. Неужели ему не показали "объект" и он не знает клиента в лицо?
Возможно. Киллерам дали только мой адрес. Но это серьезный прокол в планировании операции. Наверное,
моя ликвидация была поручена неопытному в таких делах молодому человеку, а тот не стал
консультироваться с Анубисом. И зря.
Я растянул губы в глуповатой ухмылке - для маскировки, подошел к нему вплотную и приставил пистолет к
его животу.
- Шевельнешься, сука, убью, - сказал я с ленцой.
Да, малый явно не имел надлежащего опыта в таких скорбных делах. При первых звуках моих слов он даже
не побледнел, а посерел.
- А теперь двумя пальчиками бережно возьми свою "пушку" и отдай ее мне, - продолжил я все так же
неторопливо.
Парень сделал все, что я ему сказал, - отдал мне пистолет "макарова". Я повернул его лицом к стене и
обыскал. Но кроме запасной обоймы и перочинного ножа, в карманах больше ничего не оказалось.
- Пойдем, - сказал я, подталкивая его дулом пистолета в спину.
- К-куда? - спросил он, заикаясь.
- Ко мне в гости, дурилка. Нам тут недалеко. Да ты знаешь...
Он покорно поплелся по лестнице вверх, сложив руки сзади. Разбирается, клиент, в кислых щах... Наверное,
ему, несмотря на молодость, уже пришлось попробовать тюремных "прелестей".
При взгляде на то, что осталось от головы девушки, он невольно отшатнулся.
- Впечатляет? - спросил я с развязным смешком. - Будешь брехать, сделаю с тобой то же самое. Садись в
кресло... туда.
Я устроил парня с таким расчетом, чтобы мертвая партнерша все время была у него перед глазами. Это,
знаете ли, бодрит некоторых клиентов и заставляет их исповедываться с максимально возможной
честностью.
- Ну что же, фраер, давай, звони, - сказал я, использовав жаргон зэков.
- Что... что я должен говорить? - спросил он, судорожно сглотнув слюну.
Парень пытался не смотреть на девушку, которая не упала на пол, а так и осталась сидеть в кресле возле
журнального столика. Но это у него получалось плохо - она притягивала его взгляд, словно магнитом.
- Все по порядку. Как зовут тебя и твою партнершу, кто вас послал, адрес вашей норы... ну и так далее.
Уточняющие вопросы я буду задавать по ходу разговора. Подчеркиваю - разговора, а не допроса. Но если
ты хотя бы раз соврешь, то я привяжу тебя к стулу и вставлю в одно, очень интересное, место нагретый
паяльник. Тогда ты вспомнишь даже то, что было с тобой в глубоком детстве, когда ты дул в штаны и сосал
пустышку. Так что, выбирай. И не ошибись.
Последнюю фразу я произнес с угрозой.
Он начал строчить, как из пулемета. Но толку от вороха сведений, которые он вывалил передо мной, было
мало.
На кой хрен мне знать, что он уже убил двоих на "заказ", что был он как бы стажером на роль киллера, а
девушка, которую звали Рафа (скорее всего, это была кличка), выступала в роли его наставника, что живет
он на квартире у знакомой, с которой не спит, потому как она другой ориентации...
"Заказ" на меня получала Рафа, от кого? - он не имел понятия, чему я поверил безоговорочно; такому
хмырю я не доверил бы даже хвосты коровам крутить. Он был невзрачен, некрасив и от него за версту перло
кондовой простотой и непреходящей тупостью.
Впрочем, из таких серых неприметных личностей получаются хорошие наемные убийцы низшего звена,
которых уничтожает вслед за ликвидированным им "объектом" группа контроля. Это чтобы спрятать концы
в воду.
Единственным ценным фактом, выловленным из его словесного поноса, был адрес их штаб-квартиры. Это
было то самое место, на которое дал мне наводку Мазай. Значит, мои догадки верны и я на правильном
пути...
- Все рассказал? - спросил я, когда парень окончательно выдохся.
- Конечно. Можете мне верить.
Он с надеждой, по-собачьи, попытался заглянуть мне в глаза, чтобы прочесть в них свой приговор.
Наверное, этот горе-киллер надеялся, что я отпущу его на все четыре стороны. Как бы не так...
- Верю. А сейчас займемся уборкой квартиры. Ваша машина стоит у подъезда?
- Ну...
- Вот и ладушки. Заворачивай свою милашку Рафу в ковер. А затем возьмешь ведро, стиральный порошок,
тряпку и все чисто вымоешь - пол и стены. Чтобы нигде не было ни пятнышка! Понял?
- Понял, понял! - радостно закивал урод.
- Тогда за дело. И пошевеливайся - ты уже мне осточертел.
Парень трудился больше часа. Я с нетерпением поглядывал то на часы, то на окно. На дворе стемнело, что
было мне на руку.
Все это время меня не оставляла одна мысль: а что если молодой человек, помощник Анубиса, додумался
послать вслед Рафе и этому недоноску группу прикрытия? Такую возможность я не исключал.
Но внутренний голос мне подсказывал, что это было бы чересчур. При всем том, я не должен был, по идее,
оказаться твердым орешком. Ведь завалить простого обывателя, пусть и бизнесмена - раз плюнуть.
Страховочные мероприятия с группой прикрытия осуществляются только тогда, когда противник
действительно очень серьезный и имеет надежную охрану. А они знали, что я один как перст.
Когда уборка была закончена, я заставил его взвалить на закорки тюк с телом Рафы, а сам взял напрочь
испорченное кресло - то, в котором ее застала смерть. Так мы продефилировали по лестнице вниз, а затем к
машине (это была примитивная "шестерка"), на мою удачу никого не встретив по пути.
Усадив парня за руль, я взял курс за город, в лес. Там было одно очень укромное местечко, весьма
подходящее для подобных случаев.
- Куда мы едем? - тревожился этот недоделанный, со страхом глядя на обступившие дорогу сосны.
- Ты что, с дерева упал? Или ку-ку совсем не работает? Нам нужно избавиться от трупа.
- Понял, - приободрился парень.
Завернутая в ковровое покрытие Рафа лежала на заднем сидении, а кресло я запихнул в багажник. Оно было
массивным, и крышка багажника не закрывалась; пришлось привязать ее проволокой.
- Тормози, приехали, - сказал я, когда мы углубились в достаточно отдаленное от шоссейной дороги место.
Машина остановилась. Я забрал ключ зажигания и вышел из салона. Мой нечаянный шофер устремил на
меня вопрошающий взгляд. Он не знал, что ему делать.
Я достал пистолет Анубиса и сказал:
- Ну вот и все. Здесь закончатся твои земные деяния.
- Как... Почему!? Ведь вы обещали мне!?
- Ничего я не обещал. Это твои фантазии. Просто тебе очень хочется выжить. Увы, это невозможно. Ты
нежеланный, опасный свидетель.
- Я ничего никому не расскажу!
- В этом у меня нет сомнений, - сказал я, не скрывая сарказм. - Значит, ты хочешь остаться в живых?
- Да, да! Пощадите... - Парень смотрел на меня обезумевшими от страха глазами.
- Тогда назови хотя бы одну причину, которая помешала бы мне нажать на спусковой крючок.
- Я жить хочу! Жить!
- Причина веская. Но к тебе она не имеет никакого отношения. Вспомни тех, кого ты убил. Они ведь тоже
хотели жить. Ты их пощадил? Нет. Мало того, ты со своей Рафой намеревался отобрать и мою жизнь. Я тебе
сделал что-нибудь плохое? Молчишь? Правильно - сказать в свое оправдание тебе нечего. То-то...
- Не убивайте... - Он совсем помертвел.
Не будь за ним тени Анубиса, я бы его отпустил. Мне судейская мантия и даром не нужна. Я был не вправе
судить этого парня.
Но инстинкт самосохранения присущ всем людям - и хорошим, и плохим. А в особенности диверсантам,
которых натаскивали годы. Выжить любой ценой и победить - вот девиз специальных частей, в которых я
нес службу.
Оставить в живых этого киллера-недоучку - все равно, что стать на табурет и засунуть голову в петлю.
Анубис сразу поймет, на кого наткнулись его люди, и тогда я так легко не отделаюсь.
Он раскопает всю мою подноготную (ладно, пусть не всю, но значительную ее часть) и поставит на моей
жизни свинцовую точку.
И не из-за того, что ему просто не нравится бывший коллега. А по той причине, что я нечаянно стал
большой помехой в осуществлении его планов. Его и тех, кто за ним стоит.
Диверсант-ликвидатор ГРУ, пусть и бывший, это такой камень на пути, что его не так просто объехать. А
тем более, перепрыгнуть.
Поэтому наша схватка, начатая возле трехэтажки, - это всего лишь цветочки. Ягодки будут впереди.
Я нажал на курок...
Когда я отошел от машины примерно на двести метров, сзади раздался грохот, и пламя взметнулось почти
до верхушек угрюмых елей, окружавших поляну, где стояла "шестерка". Это взорвался бензобак.
Я поджег машину, чтобы скрыть все следы, предварительно бросив в салон пистолет Анубиса. Пусть те,
кому положено, гадают, как он здесь очутился.
Оружие "незадачливого киллера - пистолет "макарова" - я тщательно завернул в промасленную ветошь и
припрятал в дупло дерева. Авось, когда-нибудь пригодится. Для этого мне пришлось поупражняться в
гимнастике, так как дупло было на высоте четырех метров от земли.
Себе я оставил лишь ствол Рафы. Похоже, девка хорошо разбиралась в оружии. Ее девятимиллиметровый
"вальтер" Р88 с емкостью магазина пятнадцать патронов был ничуть не хуже "зауэра".
Когда я выбрался на большак, стояла глухая ночь. Мимо изредка проносились легковушки, но я даже не
думал их останавливать. Кто возьмется подвезти пассажира под два метра ростом, который почему-то стоит
среди леса, да еще в такое позднее время?
Поэтому я, не мудрствуя лукаво, потопал в направлении города, прикинув, что мне придется идти не менее
двух часов.
Но мне повезло. Примерно через полчаса меня подобрал водитель фуры, с которым я и доехал почти до
своего дома. Не перевелись еще у нас добрые люди...
Вместо сна я занялся уборкой. Я буквально вылизал пол и все щелочки, использовав разнообразные
моющие средства. А кусок стены, на который попали брызги крови, я просто закрасил, благо у меня
осталось немного краски от недавнего ремонта.
Довольный своими успехами в малярном ремесле, я уснул, как убитый. Мне даже ничего не снилось. А
утром, ближе к десяти часам, я наскоро позавтракал, позвонил Марье, чтобы сказать, что сегодня я на работе
не появлюсь, сел в машину и поехал по адресу, который дал мне Мазай.
Пора было знакомиться с "клиентами" поближе.
АНДРЕЙ
Юноша застал Дрозда злым и издерганным. Он с кем-то говорил по мобильному телефону, и, похоже,
новости, которые услышал Дрозд, были не очень приятными. Он стал бледным, а на скулах заиграли
желваки.
- Получилось? - наконец обратив внимание на Андрея, спросил Дрозд, болезненно морщась и массируя
ладонями ушные раковины.
Видимо, у него все еще болели уши.
- Да, - коротко ответил Андрей.
- Каким образом? - Дрозд был удивлен.
- Я влез через окно.
- На второй этаж? - Во взгляде Дрозда сквозило недоверие.
- Чего проще... - пожал плечами юноша.
- И что, тебя никто не видел?
Андрей замялся, но все-таки ответил правдиво:
- Меня вычислил наш участковый. Хитрый, гад...
- Что ему от тебя нужно?
- Я думаю, он догадывается, кто избил мать. И хочет, чтобы я дал показания.
- Ну, а ты?
- Так я ему и сказал. Это моя проблема.
- Молодец, - похвалил его Дрозд. - Ты поступаешь по-мужски.
- Наша договоренность осталась в силе? - напористо спросил Андрей.
- Несомненно, - ответил Дрозд угрюмо.
- Когда?..
- Сегодня, - отрубил Дрозд. - Прямо сейчас.
- Может, лучше вечером? - робко возразил Андрей.
- Боишься?
- Нет!
- Тогда о чем разговор? Через полчаса подъедут мои люди - и вперед. Самурай и его гоп-компания скоро
появятся в своей штаб-квартире. Если бить, так всех скопом. По вечерам они расползаются, как вша.
- Но там их будет чересчур много...
- Весь командный состав. У них с утра что-то вроде оперативки. Так что, кроме малочисленной охраны, там
будет не более пяти-шести человек. Всего-то.
Андрей был даже не удивлен, а ошарашен. Сегодня Дрозд был каким-то другим, не похожим на себя. Он как
будто вырос, стал шире в плечах, а в его взгляде появилась свинцовая тяжесть и жесткая непреклонность.
- Держи, - вручил ему Дрозд пистолет и запасную обойму. - Обращаться оружием ты уже умеешь,
стреляешь неплохо, пора тебе понюхать пороху в настоящем бою. Не сдрейфишь?
Андрей ответил ему угрюмым взглядом и промолчал.
- Не сдрейфишь, - с удовлетворением констатировал Дрозд, верно истолковав взгляд юноши. - Надень-ка
эту хреновину. Думаю, она будет тебе впору.
- Что это? - спросил Андрей, с недоумением воззрившись на безрукавку защитного цвета, похожую на
телогрейку.
- Бронежилет. В ближнем бою незаменимая штука. Я не хочу, чтобы ты схлопотал пулю за здорово живешь.
Ты мне нужен, парень. У тебя великолепные задатки.
Нужен? Зачем? Какие задатки? И вообще - что Дрозд имеет ввиду? Андрей терялся в догадках...
Люди Дрозда и впрямь появились через полчаса. Они приехали на импортной машине с затемненными
стеклами. При взгляде на них Андрей невольно поежился: это были крепкие парни с отмороженными
физиономиями убийц.
- Садись, - скомандовал Дрозд, и они втиснулись на заднее сидение.
Машина (это был "форд") сорвалась с места и вырулила на проезжую часть улицы. Пока компания катила
по городу, Дрозд не выпускал из рук мобильный телефон. Сам он почти ничего не говорил, лишь
отделывался короткими фразами; похоже, ему что-то докладывали.
- "Объект" на месте, - наконец выключив телефон, сказал Дрозд, ни к кому конкретно не обращаясь.
Ответом ему было угрюмое молчание.
Примерно через полчаса машина свернула в узкий переулок и остановилась.
- Пора, - сказал Дрозд. - Задача понятна, все, кроме нас, на позициях. Охрану снимет подразделение
"дельта". Мы идем через центральный вход. - Он посмотрел на свои наручные часы. - В вашем
распоряжении три минуты.
Все так же молча трое парней вышли из машины, открыли багажник и быстро вооружились. У Андрея глаза
на лоб полезли от удивления - они держали в руках автоматы! Кроме того, у них были гранаты и пистолеты.
Тогда кто же такой Дрозд? Андрей искоса посмотрел на своего приятеля. Он в это время ловко цеплял на
себя сбрую - две наплечные кобуры с заграничными пистолетами. Такие "игрушки", изготовленные из
светлого металла, Андрей видел только в кино.
Юноше вдруг стало страшно. Нет, он не боялся бандитов Самурая. С ними все было ясно.
Но люди Дрозда и он сам вдруг показались юноше инопланетянами. Никаких эмоций, пустые, ничего не
выражающие взгляды, сильные руки, "набитые" во время отработки ударов по твердым предметам - уж в
этом Андрей разбирался неплохо, пластичные, точно выверенные движения...
От них исходили флюиды опасности. Они могли, походя, раздавить человека, как букашку. Их потрясающее
спокойствие перед схваткой с бандой Самурая было противоестественным.
Андрей избавился от страха только большим усилием воли. Он решил так: пусть они помогут ему свести
счеты с Самураем, а после он постарается прекратить отношения с Дроздом и его подручными, которые
были похожи на роботов.
Укрепившись в этой мысли, Андрей с легким сердцем двинулся вслед за парнями. Все они были в пальто,
под которыми скрывалось оружие и другое снаряжение. Только Дрозд надел куртку, но она оказалась
размера на два больше.
Здание, где обретался Самурай, оказалось небольшим. Оно имело всего два этажа. Наверное, когда-то здесь
находилось небольшое предприятие, потому что за высоким бетонным забором уныло торчал ржавеющий
козловой кран.
Перед зданием, на площадке, вымощенной тротуарной плиткой, стояли машины: две "ауди", "мерседес"
американский "джип" и черный красавец "ниссан". Чуть поодаль приткнулся и микроавтобус, кажется
"фиат", как приблизительно определил Андрей. Наверное, в нем ездила охрана Самурая.
Дрозд и компания шли к зданию, не таясь. Когда они приблизились на расстояние не более десяти метров, к
ним навстречу вышел парень, чем-то похожий не тех троих, что шагали рядом с Дроздом.
- Шеф, все в ажуре. Первый этаж блокирован, второй, как вы приказали, мы оставили вам, - доложил он
Дрозду и отступил в сторону.
Дрозд молча кивнул и, достав пистолеты, стремительно вошел внутрь здания. За ним поспешили парни и
Андрей.
Картина, которая открылась взору юноши, была не из приятных. В холле первого этажа, на полу, лежали
трое; еще два охранника нашли свой конец в коридоре, который вел к лестнице на второй этаж. Все они
были мертвы.
Видимо, их застали врасплох, и стрельба велась из оружия с глушителями, потому что наверху все было
спокойно. Тихие голоса слышались только из одной комнаты, на двери которой висела табличка с надписью
"Приемная".
Дрозд резко распахнул дверь и с ходу выстрелил два раза в грудь телохранителю Самурая, си
...Закладка в соц.сетях
