Жанр: Боевик
Наследство из преисподней
...ыбитую взрывом дверь, но там их встретил Антон.
"Узи" застрекотал, как швейная машинка, и я лишь косо ухмыльнулся - с близкого расстояния этот
израильский гавкунчик может положить взвод. Напрасно Антон на него бочку катил. Конечно, наш
"калашников" был бы предпочтительней, да где его возьмешь?
Я снова щелкнул переключателем, и на подворье вместе с темнотой обрушилась тишина. Даже собаки на
какое-то время умолкли.
- Ты жив? - спросил я, опускаясь по лестнице на первый этаж.
- Как будто...
Антон хмуро рассматривал автомат. Затем, зло сплюнув, бросил его на пол.
- Все, отстрелялся. Заклинил, зараза.
- Не переживай. Держи, - всучил я Антону СКС. - Прикрой меня.
- Ты куда!? - всполошился Антон.
- Хочу заняться мародерством. Я быстро...
Я перелез через остатки баррикады, разметанной взрывом, лег на землю и по-пластунски пополз к
темнеющим на светло-серых плитах двора телам убитых бандитов. Мое сердечко, конечно, екало, но я
пересилил себя и продолжал двигаться вперед.
Во мне теплилась надежда, что у бандитов нет прибора ночного видения, и что никто из них не додумался
забраться на высокое дерево, растущее на противоположной стороне улицы. В противном случае я за свою
жизнь не дам и ломаного гроша.
Но все обошлось. Я возвратился в нашу "крепость" с двумя пистолетами, шестью полными магазинами к
ним и гранатой. Неплохо... для начала.
Возможно, те, кого я уложил, были вооружены лучше, но к ним ползти я побоялся.
- Это все? - разочарованно спросил Антон.
- Увы. Наверное, автоматы есть только у группы прикрытия.
- Что дальше будем делать?
- У тебя подпол есть?
- А как же.
- Спрячемся там.
- Зачем? Это опасно. Нас могут гранатами забросать.
- Не так скоро. Сейчас они подсчитывают потери, а спустя какое-то время врежут по дому из
гранатометов. Могу зуб дать, что так оно и будет. Тебе не нужно рассказывать, что от гранатомета за
стенкой не спрячешься. Нужен окоп. Или подвал.
- Тогда не будем терять время...
Едва мы закрыли за собой крышку люка, которая прикрывала лаз, как три сильных взрыва один за другим
потрясли дом до основания.
- Бля!.. - Осатаневший Антон ругался матерно как сапожник. - Урою всех!!! Суки поганые!
- Все, выходим! - скомандовал я негромко.
Антон опередил меня и выскочил из подвала первым. Он и впрямь готов был кусаться, как волкодав. Я
понимал Антона: строил, работал сутками, последние жилы мотал из себя, чтобы сделать все, как надо,
чтобы красиво было, а тут пришли какие-то тупоголовые злобные уроды и в один миг разрушили весь его
налаженный быт.
И где-то в глубине моей души маленькими, но острыми, коготками царапалась вина. Моя личная вина. Я и
только я был виноват в том, что сейчас творилось в доме Антона. Но изменить что-либо, а тем более
повернуть время вспять, я уже был не в силах...
Мы с Антоном немного опоздали с выходом на поверхность. На этот раз атака была подготовлена по всем
канонам воинского мастерства. Видимо, у бандитов все-таки был человек, понюхавший пороху.
Едва отгремели взрывы, как бандиты хлынули к дому изо всех щелей и укрытий. Когда мы покидали
подвал, первая штурмовая группа уже разобрала небольшой завал возле входной двери и ворвалась в дом.
Отбросив в сторону мало подходящий для ближнего боя СКС (к сожалению, он был без штыка), я выхватил
пистолет, но выстрелить успел только раз. Кто-то наскочил на меня сбоку, и тяжелый удар выбил из моих
рук АПС.
Понимая, что в сером неверном свете раннего утра мне уже его не отыскать, я выхватил нож и ударил
наобум, с разворота. Рядом затравлено рычал Антон; похоже, и он работал клинком. Когда идет
рукопашная, да еще в темноте, огнестрельное оружие опасно не только для врагов, но и для своих.
Когда-то схватки с применением холодного оружия были моим коньком, на котором я выезжал не раз. Нас
учил работать с клинками разных видов и модификаций великолепный специалист по филиппинскому бою
на ножах, мужик в возрасте, можно сказать, зубр.
Но прошли годы, и, конечно же, многое забылось. Да и реакция у меня была уже далеко не та, что прежде.
Поэтому первый и второй мои выпады ножом пропали впустую, и я достал своего противника только с
третьей попытки.
Я не стал ждать, пока он упадет. То, что он остался стоять на ногах после моего разящего выпада, для меня
было не в новинку.
Парень уже был мертв, но сигнал о смерти в его мозг еще не поступил. Вот такая это страшная штука, бой
на ножах с использованием филиппинского стиля. За секунду я успел нанести ему три раны, одна из
которых была смертельной.
Ну, а дальше все понеслось под откос. Мы с Антоном дрались, как сумасшедшие, а враги все прибывали и
прибывали.
Меня уже легко ранили раза два, а может, и три, - точно сосчитать было недосуг - но я продолжал
отмахиваться, словно заведенный, хотя дыхалка начала сдавать, не выдерживая огромной нагрузки, и я
подсознательно готовился сложить лапки на груди.
А куда денешься?
И вдруг в ритме боя что-то изменилось. Сначала за забором затрещали автоматные очереди, а затем
заработал пулемет. Это был ПКМ; мне ли его не узнать? Я таскал эту железяку на своем горбу почти год. И
когда избавился от нее, поменяв воинскую "специальность", то первым делом напился от радости до
чертиков.
Потом приток противников уменьшился, и мы с Антоном вывалились во двор. Дальше драка продолжалась
по инерции - против нас было трое - пока в распахнутые ворота не повалили парни в масках и
бронежилетах. Неужели прибыло обещанное гэбистом подкрепление?
Додумать эту мысль я не успел. Кто-то врезал меня дрыном по спине, и я улетел, как Карлсон, только без
моторчика, чтобы приземлиться на какие-то ящики возле забора.
Последний кадр для меня уже немого кино, который я увидел, прежде чем потерять сознание, запечатлелся
в моих мозгах с такой четкостью, словно был выжжен каленым железом. Здоровенный бык, бросив дубину,
выхватил пистолет и прицелился в мою сторону.
Не знаю, в кого он намеревался стрелять. Но это ему не удалось. В поле моего зрения возникла Илона -
Илона!? - в камуфляжном костюме, и срезала его одним выстрелом, что называется, влет.
Ее появление, да еще в таком виде, было настолько неожиданным и невероятным, что я подумал: "Все,
Стив, ты пришел к финишу. Это предсмертный бред".
А потом я провалился в темный и глубокий колодец. Поначалу мне еще были слышны выстрелы и крики, но
затем они сменились шумом и свистом, словно я был авиабомбой, сброшенной с бомбардировщика.
На дно колодца я упал уже без сознания.
Глава 28.
Я открыл глаза и обнаружил, что все вокруг было белым-бело. Значит, я уже ТАМ? Но почему тогда вместо
райских ароматов в нос шибанул запах больницы? Не распознать его было нельзя, так как мне пришлось
четыре раза валяться в госпитале.
- Где я? - Мой голос показался мне чужим.
Интересно, к кому я обращаюсь с этим вопросом? Вокруг ни души. Но мне ответили:
- Пока еще на грешной земле.
Я повернул голову... и увидел Илону! Она сидела на стульчике возле кровати, на которой я лежал, и, как
мне показалось, хитро улыбалась.
- Меня сильно покарябало? - спросил я, лишь бы что-то сказать.
В этот момент меня переклинило, и в голове образовался полный вакуум - ни единой толковой мысли.
- Не очень. Несколько порезов и неглубоких ножевых ран, а также сильный ушиб.
- Понятно... А почему я потерял сознание?
- Как сказал доктор, от сильного перенапряжения. Годы...
В ее глазах запрыгали смешинки. Ничего, поживешь с мое, вот тогда и посмеешься...
- А что с Антоном?
- Он в полном здравии. Получил всего лишь пару царапин. Сейчас занимается восстановлением
порушенного хозяйства. Ехать в госпиталь категорически отказался.
Я немного поколебался, но затем все-таки спросил:
- Там, во дворе... это была ты?
- Сомневаешься?
- Есть немного. Я думал, что брежу.
Она рассмеялась и сказала:
- Между прочим, ты мой должник. Я спасла тебе жизнь.
- Если намекаешь, что я обязан на тебе жениться, то лучше сразу меня добей, чтобы мы потом вместе не
мучились долгие годы.
- Я могла бы на тебя обидеться, но знаю, что шутишь. А это уже хорошо. Значит, идешь на поправку.
- За то, что выручила, спасибо. Хотя я считаю, что ты всего лишь отдала свой долг. Но как ты оказалась
возле дома Антона? И где взяла пистолет?
- А ты до сих пор ничего не понял?
- Что я должен понимать?
- Эх, мужики, мужики... Мните себя пупом земли, а элементарных вещей не улавливаете. Думаешь, мы
с тобой встретились случайно?
- Хочешь сказать...
- Именно. Ты невольно стал участником спецоперации. Я вела тебя, начиная с поезда.
Меня будто током ударило. Я на мгновение прикрыл глаза, чтобы упорядочить мятущиеся мысли. Теперь
все стало на свои места. В один момент на меня снизошло прозрение.
- Колись, подруга, - сказал я, глядя на Илону с укоризной. - Баш на баш - ты сплетешь мне историйку,
а я принесу на тарелочке с голубой каемкой то, что ищет ваша "контора".
- Ты... знаешь!?
- Скажем так - догадываюсь. Рассказывай, я жду. Хватит секретов. Или твое начальство не дало тебе
"добро" на доверительный разговор со мной?
Илона замялась, и я поспешил ей на выручку:
- Можешь говорить не все, а лишь то, что касается наших с тобой приключений.
- Ладно. Только это не для прессы.
- Я буду нем, как печка, - ответил я словами одного из действующих лиц кинофильма "Гусарская
баллада".
- Мы получили информацию, что некий гражданин везет чек на очень крупную сумму для того, чтобы
приобрести в твоем родном городе некую вещь, являющуюся секретом государственной важности и
представляющую большую опасность для людей.
- Весьма обтекаемо, но понятно, - сказал я, ухмыляясь. - И главное - не придерешься. Ты сказала и
много (для посвященных), и совсем ничего - для дилетантов.
- Он должен был выкупить заранее заказанный билет на поезд и сесть в тот вагон и на то место, где
ехал ты.
- Вот такое мое везение, - сказал я с горечью. - А почему он не выкупил билет?
- Тогда мы еще не знали, что курьеру здорово не повезло. Вместе со своей охраной он сел именно в тот
вагон московского метро, который взорвали террористы. Пока собирали курьера по кусочкам и выясняли
его личность, мы с тобой уже отмеряли километры до Украины.
- Вот так компот... - Я был поражен до глубины души удивительным стечением обстоятельств. - И
пока мы ехали в поезде, спецы вашей "конторы" на основании данных моего паспорта, записанных в
билете, выяснили, что Мстислав Войцеховский давно знаком с Зеноном Мошкиным, который выступал в
роли продавца, как ты сказала, суперсекретной вещи. Верно?
- Да, именно так и было. Мы здорово обрадовались - пасьянс сошелся. Курьер (то бишь, ты) был у нас
на поводке, и дело оставалось за малым - найти преемника Зенона Мошкина и изъять вещь, за которой
приехал господин Войцеховский.
- Вот тогда ты и прыгнула ко мне в постель, - сказал я с невольным восхищением. - Все было проделано
в классическом стиле. Ты отличный оперативник, дорогуша.
- А разве тебе было неприятно со мной? - с обидой спросила Илона.
Ох, эти женщины...
- Я так не сказал. А когда ты поняла, что я не тот, кто вам нужен?
- Во время наших странствий по лесам и болотам.
- Открой мне еще одну "страшную" тайну - пистолет все время был при тебе?
- А ты как думаешь?
- Правильно думаю. Я еще удивлялся, почему твоя сумочка такая тяжелая. А заглянуть в нее
постеснялся. Джентльмен...
Последнее слово я произнес с сарказмом.
- Извини, я не могла открыть тебе свои карты. Оставались кое-какие сомнения. Кстати... - Она порылась
в сумочке и достала оттуда фотографию. - Узнаешь?
С глянцевого картона на меня внимательным взглядом уставился молодой человек с неестественно
светлыми, скорее всего, серыми, глазами; похоже, это была увеличенная фотокарточка из паспорта.
- Нет.
- Помнишь того парня, который ехал вместе с нами в купе?
- Теперь припоминаю.
Я и впрямь вспомнил - это был тот самый молодой бизнесмен, который безбожно храпел всю ночь.
- А чем он так заинтересовал вашу "контору"? - спросил я, возвращая фото Илоне.
- Это тот самый киллер, который в гостинице едва не отправил тебя на тот свет.
- Не может быть!
- Еще как может. Он уже у нас и дает показания.
- Он что, был приставлен ко мне с самой Москвы?
- Будь это так, тебя в родной город привезли бы в деревянном макинтоше. Нет, все дело случая.
Джабраил срочно вызвал "спеца", он купил билет в той же кассе вокзала, что и ты, притом за час до
отправки поезда, и прохрапел всю ночь, даже не подозревая, что его "клиент" едет вместе с ним.
- Вот так компот...
- Когда мы об этом ему рассказали, он за голову схватился. Интересный тип...
- Почему Джабраил хотел меня убить?
- Не тебя, а курьера. Каким-то образом он узнал о сделке и решил потянуть одеяло на себя. (Впрочем,
как оказалось, - вспомни Грача - сделка была тайной только для правоохранительных органов).
- Но чтобы он выигрывал, ликвидировав курьера?
- Время. Джабраил надеялся найти то, что спрятал Зяма, и выступить вместо него. Он боялся, что товар
уйдет раньше, нежели он свяжется с нужными людьми. К слову, Джабраил не знал, что курьер едет с чеком
на предъявителя. Он думал, что приезжий всего лишь переговорщик, который должен договориться о цене и
других проблемах, связанных с покупкой вещи.
- Не проще ли было похитить меня?
- Нет. Джабраил думал, что ты под охраной. А ему никак нельзя было засветиться в этом деле. Он
небезосновательно полагал, что вся эта история уже под контролем службы безопасности.
- А с какой стати был убит Грач? И почему киллер не сделал второй попытки отправить меня вперед
ногами?
- Все очень просто. На следующий день после неудачного покушения у Джабраила появилась
информация, что ты не просто курьер, а НАСЛЕДНИК. Это меняло весь его план. Он сообразил, что через
тебя можно оперативно выйти на покупателей вещи. Поэтому Джабраил послал в гостиницу капитана
Витренко и старлея Ахряпина, которые должны были взять тебя с поличным как наркокурьера. Дальше,
надеюсь, тебе все ясно - чтобы не сесть надолго в тюрьму, ты указываешь тайник с вещью, а Джабраил с
твоей помощью совершает сделку. Возможно, тебе отвалился бы неплохой куш.
- Жаль, что мне так и не довелось повстречаться с Джабраилом в нормальной обстановке...
- Тебе мало наследства?
- Денег никто не бывает много.
- Жадина... Надо заняться твоим воспитание вплотную. - Илона ласково хлопнула меня ладошкой по
щеке. - Теперь касательно Грача. Джабраил решил, что Грач его опередил, и вы приехали в парк для
заключения соглашения. Его люди подслушали твой разговор с Грачем, и Джабраил послал снайпера.
- Я так понимаю, Джабраил тоже в кутузке...
- Естественно. Он забыл хорошее правило - не лезь туда, куда тебя не просят. В особенности, когда это
касается дел государственной важности.
- "Поет"?..
- Понемногу. Но думаю, что украинские коллеги заставят его не только "петь", но и танцевать.
Джабраил - это их проблема.
- А что с тем фраером, который ворвался в твой номер и спеленал тебя?
- Стив, я тебя не узнаю. Неужели ты ни о чем не догадываешься? - Илона лукаво ухмыльнулась.
- Бегая вместе с тобой по лесам, я совсем отупел.
- Это постановка. Трюк. Мне нужно было вызвать в тебе жалость к бедной девушке и вполне
естественное желание сильной личности помогать слабым. Задумка сработала, как должно, - я могла
следовать за тобой везде, не вызывая при этом с твоей стороны никаких подозрений. Роль бандита сыграл
наш сотрудник, который прибыл в город раньше меня.
- Вот и верь после этого женщинам. Я к ней с дорогой душой, а она - сапогами по лучшим моим
чувствам...
- Только не надо притворяться казанской сиротой. Знаю я тебя.
- Хорошо, не буду. Интересно, почему курьер не въехал в Украину машиной?
- Во-первых, он был гражданином другого государства. А во-вторых, ему нельзя было светиться и идти
на контакт со своими соплеменниками, которые проживают в Москве. Он хотел затеряться в толпе, и это
ему почти удалось.
- Я так понимаю, сумма в чеке была сногсшибательной...
- Да. Чек мы нашли.
- И, наверное, оприходовали. - Я с пониманием ухмыльнулся. - Видимо, Зяма не захотел связываться с
наличкой. К тому же, с чеком путешествовать гораздо безопасней, нежели с мешком баксов. А я, кстати,
полагал, что курьер вез чемодан денег. Значит, ошибся.
- Все это, конечно, хорошо, - внезапно нахмурилась Илона. - Но мы так и не отыскали то, из-за чего
заварилась вся эта каша. Увы, свое задание я не выполнила.
- Если пообещаешь мне еще одну ночь любви, я помогу тебе. Получишь повышение по службе и орден.
Сразу предупреждаю - я в наградах не нуждаюсь. У меня этих железок и так вполне достаточно.
- Стив... - Илона посмотрела на меня с укоризной. - И тебе не стыдно предлагать такое человеку при
исполнении?
- Ни капельки. Так мы договорились?
- Куда денешься...
Илона изобразила неземную печаль и страдание; по-моему, она выбрала не ту профессию; ей самое место на
театральных подмостках.
- Это, конечно шантаж, - сказала она с деланной грустью. - Но я существо слабое, беззащитное...
Ладно, договорились - мы встретимся для интима тогда, когда ты выздоровеешь.
- Я уже почти здоров. Не люблю откладывать такие приятные события на потом.
Сбросив одеяло, я сел и свесил ноги с кровати. В голове немного шумело, тело и руки были перебинтованы
в нескольких местах, но чувствовал я себя неплохо.
- Пусть принесут мне какую-нибудь одежонку, - попросил я Илону. - А также нам нужна машина и
спецкоманда СБУ. Время не терпит.
- Ты это серьезно? - удивилась Илона.
- Вполне. Поторопись. Нас могут опередить.
Последний аргумент подхлестнул Илону почище кнута. Она уже знала, что я слов на ветер не бросаю. И
спустя час (я еще успел быстро перекусить и выпить сто грамм спирта - для бодрости) мы уже ехали в
служебной "волжанке" с затемненными стеклами, направляясь к центральному городскому кладбищу.
Позади пылил микроавтобус, под завязку набитый командой Шабли.
Я, конечно, был ему благодарен за выручку, но предпочитал держаться подальше от этого миляги. Какую
спецслужбу представляет Илона, я пока не знал, а спрашивать такие вещи неэтично. Мне лишь было
известно, что она подданная России.
Перед выездом я сделал звонок Галюне, которая обрадовалась до поросячьего визга. В городе уже бродили
разные слухи о сражении возле дома Антона, и она своим сверхъестественным женским чутьем сразу
определила, что без меня там не обошлось.
Я задал ей несколько вопросов, на которые она, немного подумав, ответила положительно. Это были
последние кусочки смальты на моей палитре умозаключений, после чего мозаичная картина событий в моем
воображении приобрела законченный вид.
Могила Зямы находилась на самом козырном месте, где хоронили в основном бандитов и бизнесменов,
жертв заказных убийств. Она представляла собой высокую - не менее трех метров - стелу, внутри которой
был насквозь прорезан крест, и массивной надгробной плиты.
Все это кладбищенское великолепие стоило немалых денег, и было выполнено из черного полированного
гранита или мрамора, а может, из какого-то другого камня - в минералогии я не был силен.
А вот этого человека встретить здесь я не ожидал...
У могилы Зямы находился столик для поминальных церемоний и возле него сидел Сильвестр. Сверху
надгробной плиты лежал букет полевых цветов, а на столе стояли полупустая бутылка водки и
пластмассовый стаканчик. Закуской Сильвестру служили краюха черного хлеба, соль и зеленый лук.
Я посмотрел на его большие, натруженные руки и печально кивнул, соглашаясь со своими выводами. На
запястьях хорошо были видны светлые полосы шрамов - Сильвестр пытался покончить жизнь
самоубийством, вскрыв себе вены.
- Вы уверены? - спросил меня Шабля.
Он был невысок, круглолиц и коренаст. Такого встретишь в толпе и сразу же забудешь. Обычный человек,
без особых примет. Вот только глаза у Шабли были чересчур умны и проницательны, чтобы можно было
причислить его к разряду среднестатистических граждан.
- На девяносто девять процентов, - ответил я. - Сейчас мы кое-что уточним...
С этими словами я направился к Сильвестру, который с отрешенным видом смотрел на стелу.
- Вы положили ЭТО ему в могилу? - Я приступил к делу сразу, без подготовки.
Сильвестр обернулся ко мне и безо всякой связи с моим вопросом молвил:
- Пришел попрощаться... Все, мои земные дела закончены. Мне пора к нему...
- Что за болезнь была у Зенона? - спросил я Сильвестра без обиняков.
На удивление, он не стал отнекиваться и отделываться общими фразами.
- Лейкемия, - коротко ответил Сильвестр.
- Это с вашей подачи патологоанатом, который производил вскрытия Зенона, не написал о болезни в
своем заключении?
- Да. Мы когда-то вместе работали.
- Теперь мне все предельно ясно. Спасибо. Осталось последнее - чтобы вы ответили на главный вопрос.
Сильвестр с пониманием кивнул.
- Контейнер хранился у меня в тайнике, - сказал он. - Когда Зенон умер, и я узнал, какая была у него
болезнь, мне сразу же пришла в голову мысль захоронить контейнер вместе с ним.
- Вы знали, что в этом контейнере?
- Догадался. Потом.
- Спасибо вам, - поблагодарил я Сильвестра и опустил глаза, чувствуя себя неловко. - Извините, но
сейчас будут вскрывать могилу...
- Я знаю. Мне приснился сон...
Мы с Илоной переглянулись, я подал знак, и бригада землекопов приступила к работе. К этому времени
подчиненные Шабли оцепили всю центральную часть кладбища.
Примерно через час землекопы извлекли из могилы металлический ящик-контейнер. Он был сделан из
нержавеющей стали. Открутив винты и сняв крышку, мы увидели внутри контейнера небольшой
чемоданчик размером с обычный "дипломат".
К тому времени землекопов услали отдыхать и возле могилы остались лишь я, Илона и Шабля. Сильвестр,
едва рабочие начали снимать надгробную плиту, незаметно исчез, оставив на столе недопитую бутылку
водки.
Шабля достал из кармана импортный дозиметр и, старательно скрывая вполне объяснимое волнение,
включил его, опустив внутрь контейнера.
- Ну, что там? - спросила Илона, заглядывая ему через плечо.
От возбуждения ее било мелкой дрожью.
- Есть! Это то, что мы искали, - радостно ответил гэбист.
- Слава тебе Господи...
Илона опустилась на скамейку, словно ее не держали ноги.
Мне не нужно было объяснять, какую вещь пытался толкнуть Зяма. Я как-то забыл, что в нашем городе при
советской власти находился закрытый завод-институт, где проектировались и изготавливались разные
смертоносные штучки.
В свое время там работал и Зяма, притом на руководящей должности (благодаря связям Мошкинастаршего),
- ведь он был инженером-электронщиком.
Теперь заводские корпуса лежат в руинах, так как все оборудование и металлические фермы перекрытий
шустрые людишки давно сдали в металлолом, а сотрудники завода-института, опытнейшие инженерыконструкторы,
проектировщики современной военной техники, торгуют на рынке салом, помидорами и
заграничными презервативами.
Перед нами лежала легендарное изделие, за которым охотились и разведки всего мира, и террористы разных
мастей и вероисповеданий, - малогабаритное ядерное взрывное устройство, которым можно запросто
уничтожить город со стотысячным населением.
Надо будет спросить Илону, сколько за него собирались заплатить и кто...
Наш с Илоной прощальный вечер затянулся до самого утра. Она уезжала первой, сопровождая столь
драгоценную и смертоносную находку. Мне еще нужно было уладить кое-какие дела с правосудием, потому
что больно уж много трупов насчитали на подворье Антона.
Правда, Шабля и командир группы спецназа пообещали записать жмуриков на свой счет, но я привык
считать денежки, когда они лежат в моем кармане.
Поживем - увидим...
Взрывное устройство уже обезвредили спецы, прибывшие из Москвы, но мне не хотелось бы находиться
вместе с ним не только в одном вагоне, но даже на расстоянии ста километров, о чем я Илоне и сказал,
узнав, что ей предстоит в ближайшем будущем.
- Служба, - коротко ответила она.
- ФСБ? - наконец решился я нарушить "табу".
- Мы с тобой сотрудники одной "конторы", - сказала она, улыбаясь. - Только ты бывший, а я
действующий. Но специальности у нас разные.
- Тогда давай за это выпьем.
- Погоди... - Она придержала мою руку, которая потянулась к бутылке. - Ты лучше расскажи, пока
трезв, как ты догадался, где спрятан контейнер? И вообще - как тебе удалось распутать эту историю?
- Во-первых, ты уже знаешь, что я писатель детективного жанра. У меня башка работает как раз в этом
направлении. Интриги, тайны, туго закрученные сюжеты - мой хлеб.
- Это понятно. А во-вторых?
- Зяма узнал, что смертельно болен, и решил не дожидаться страшного конца. Возможно, он еще
поборолся бы, но его подкосили семейные неурядицы. И наверное, ему стало известно, что им
заинтересовалось СБУ в связи с ядерным чемоданчиком. История с контейнером темная и пока не до конца
раскрученная. Думаю, что Зяме со всеми его деньгами мог светить приличный срок за такие дела. Ну и, ко
всему прочему, Зяма был шокирован известием, что его настоящим отцом был не Мошкин-ста
Закладка в соц.сетях
