Жанр: Боевик
Любовь зла (Папарацци)
...етить, небезосновательно гордилась
достижениями местного жилищного
хозяйства. - Наш подъезд только днем открыт, хотя... - тут она помрачнела, -
Степу это не спасло.
- Убить можно и днем, а вот гадить днем в подъезде, это какие нервы иметь
надо, - рассеянно заметила я, целиком
поглощенная своими мыслями.
Валерия Борисовна энергично закивала, соглашаясь со мной, от былой
неприязни не осталось и следа - ведь она могла
упустить возможность прославиться через газету.
- Никто не мог зайти после половины одиннадцатого, - продолжала она тем
временем деловито рассуждать. - Если только
кто из соседей не открыл дверь, конечно...
А вот об этом я и не подумала и уже с уважением взглянула на Валерию
Борисовну.
- А что, к кому-то часто заходят ночные гости? - спросила я.
- Да нет, - она пожала плечами, явно припоминая досье на каждого из
соседей.
Идея ночных посетителей пришлась ей по вкусу, но, к своему огорчению,
Валерия Борисовна была вынуждена
констатировать:
- Не помню такого. Мы ведь здесь все тихие собрались. Степка единственный
был такой молодой, вот к нему-то и заходили
иной раз странные личности. Ломились как-то пару раз в дверь, но я на хулиганье
милицию наслала, а Степке устроила такую
выволочку! - Глаза Валерии Борисовны подернулись ностальгической дымкой.
- И еще к нему часто приходила девушка, симпатичная такая блондиночка,
Настею зовут, но что-то я ее уже с неделю не
видела.
Вот уж действительно ценный свидетель, но я не знала, что мне делать: то ли
восхищаться "настырной грымзой", как
назвал ее капитан, то ли же с криком ужаса бежать прочь. "И посадили туда
соседку, и назвали таможня" - перефразировался
у меня в голове старый анекдот. Валерия Борисовна умела бдить, как Цербер у врат
ада, с той лишь разницей, что Цербер, хоть
все и видел, но сказать не мог - пес все-таки, а вот Валерия Борисовна охотно
делилась собранной информацией.
- Девушка? Бедняжка, наверное, ничего до сих пор не знает, - высказала я
предположение.
- Ну, вряд ли, - сидя боком к окну, Валерия Борисовна расправила складки
крахмальных занавесок, придирчиво осмотрев
результат. - Меня ж когда милиция про Степу расспрашивала, я и им про нее
сказала. Давала свидетельские показания, -
сказала она, гордо раздуваясь от осознания собственной важности. - Только вот
сегодня, утром пораньше, к следователю
ходила.
Так, значит, до Насти я первая уже не доберусь, спать надо меньше. Да и где
ее искать?
- И как же идет работа у следствия? - будто невзначай вкрадчиво
поинтересовалась я.
- Так времени пока прошло всего ничего. Но вопросов задают ужас сколько!
Спрашивали еще, не говорил ли Степка, что
уезжает. Вещи у него в квартире собраны были.
Я выжидающе посмотрела на соседку убитого:
- И?..
- А мне откуда знать? - искренне удивилась Валерия Борисовна. - В гости на
чай ходить не доводилось. Он мне как-то
дверь открыть помог, замок сломался, я в дом не могла войти, а он с девушкой как
раз по лестнице поднимался. Ловко у него
с замком получилось, на удивление. А про отъезд - это у его хозяйки спрашивать
надо: Степа квартиру снимал.
- А как бы ее найти? - на моем лице появилось озабоченное выражение. - Вся
информация и материалы, которые будут
использованы в публикации, должны быть тщательно проверены и объяснены. Иначе у
нас не полагается.
Несколько недовольная, что статья будет написана не только с ее слов,
Валерия Борисовна все же сочла мои доводы
разумными.
- Так уж получилось, что я хорошо знаю Таису, хозяйку квартиры, она здесь
сама жила, пока по наследству ей не достался
домик с садом. Это, конечно, не так близко к центру, но Таиса просто мечтала о
чем-то подобном. Такая увлеченная
огородница, диву даешься! Телефона у нее нет, но адрес я дам.
- Спасибо, - поблагодарила я, записывая улицу и номер дома в блокнотик,
чтобы не искать нужное место на компьютере,
ломая голову, где бы это могло быть. - А вы как соседка что могли бы рассказать
о Степе?
Валерия Борисовна возвела очи к потолку, припоминая что-нибудь
поинтереснее, и вытащила карамельку из вазы на столе.
- Раньше к нему ходили большие компании, шумели иногда. И знаете, были
среди них какие-то отморозки, со стеклянным
взглядом, все стены пересчитает, пока по лестнице спустится. Потом прекратилось
вроде, да и мы на входную дверь замок
поставили, дежурства расписали, кто когда дверь запирает. Со Степой, думали,
проблемы будут, молодой все-таки парень, что
ему так рано домой возвращаться, но он или вовсе не приходил, а потом и вообще
стал часто дома сидеть. На гитаре любил
играть, мне часто слышно было. А уж если он во двор вечерами выходил играть, вся
округа сбегалась послушать, как он поет.
Была у него такая привычка, деревенский парень, - оправдывая Степу, пояснила
Валерия Борисовна. - За то дружки и
называли его иногда баюном. Хорошо пел.
- А чем он занимался? Друзья какие-нибудь были? Может, приезжал кто?
- Нет, - отмахнулась Валерия Борисовна. - Жил как волк в лесу, особенно в
последнее время.
Поначалу хоть кто-то появлялся, а уж потом только Настя да этот, который
убийца, изредка заходили.
- Почему вы думаете, что именно этот человек убийца? - упертая уверенность
соседки начинала меня раздражать.
- Потому что больше некому, - непререкаемым тоном заявила Валерия
Борисовна, теребя конфетную обертку.
- А точно никто больше не мог зайти? - не сдавалась я.
Валерия Борисовна с каменным лицом смотрела мимо меня, руки ее яростно
терзали фантик от несчастной карамельки.
- Я сама запирала дверь на ключ. Склерозом пока не страдаю и, между прочим,
очень аккуратна и пунктуальна, всегда
точно выполняю свои обязанности.
- Но может, у кого-то был дубликат ключа?
От Валерии Борисовны ощутимо повеяло арктическим холодом, мои сомнения она
явно воспринимала как личное
оскорбление. Я поняла, что нарвалась на какой-то "больной" пунктик, и поспешила
сменить тему:
- А вы ведь смогли бы опознать уб.., того человека?
- Безусловно, я могла бы опознать убийцу, - ледяным тоном ответила она. - В
отделении с моей помощью даже составили
его фоторобот. Очень похоже, кстати, получилось.
Эх, взглянуть бы!.. Хотя я и так не сомневалась, чей портрет там увижу. В
голове появилась вредная идея, и, самую
малость посомневавшись, я все же решила ее реализовать.
- Слушайте, Валерия Борисовна, - жутковатым шепотом зашипела вдруг я. - А
ведь вы теперь в опасности! Если убийца
узнает, что вы его видели...
Она испуганно взглянула на меня, такой мысли у нее явно не возникало.
- И правда, - заволновалась Валерия Борисовна. - Надо же...
Я многозначительно кивала головой.
- Минуточку, - спохватилась она, с подозрением глядя на меня. - Это что же
получается, вы в газете это все и напечатаете?
Я отвела глаза в сторону.
- А вдруг убийца и на самом деле решит меня... ну, чтобы не указала на
него.., убить? - последнее слово она произнесла на
выдохе, почти неслышно.
"Что, посмертной славы не захотелось?" - с мрачным удовлетворением подумала
я, выключила диктофон, долгим
проникновенным взглядом посмотрела на Валерию Борисовну и наконец сказала.
- Что ж, я могу отложить публикацию на некоторое время, разумеется, так,
чтобы она не успела потерять своей
актуальности...
Валерия Борисовна торопливо кивнула, соглашаясь.
- Но и вы тоже должны как можно меньше распространяться об обстоятельствах
произошедшего и о нашем разговоре в
том числе. Ну а я, в свою очередь, очень надеюсь на вашу помощь. Ведь чем скорее
мы разберемся в этом деле - сами знаете,
как иногда медленно работают наши правоохранительные органы, - тем скорее вы
будете в безопасности, а я, завершив
журналистское расследование, получу отличный материал, который, кстати, во
многом будет основываться на ваших
показаниях, о чем я, разумеется, обязана буду упомянуть. Согласны? Тогда вот вам
мой телефон, если что вспомните, звоните
в любое время.
В машине я с облегчением вздохнула и на минутку расслабилась, закрыв глаза.
Общение с подобными людьми очень
утомляет. Хорошо, что окна Валерии Борисовны выходят на другую сторону дома,
пронеслось в голове, а то сейчас бы
чувствовала на себе ее пристальный взгляд из-за занавески. Она еще бы и номер
моей машины записала.. Тьфу,
неврастеничка! Сама же ей представилась и телефон оставила. Да, Валерия
Борисовна у кого хочешь вызовет паранойю. Итак,
Оля, что будем делать дальше? Почему-то Валерия Борисовна убедила меня, что
соседи, скорее всего, действительно не
открывали дверь, и эту версию я решила рассмотреть как запасной вариант. Оставив
Степиных друзей и девушку вопреки
всякой логике "на потом", ведомая каким-то шестым чувством, я поехала к Степиной
квартиродательнице.
Глава 3
Через час, вдоволь поплутав по незнакомым переулкам и потеряв всякую веру в
пресловутую женскую интуицию, я
наконец нашла то, что искала.
Ах, я бы тоже не отказалась от такого наследства!
Небогатый, но симпатичный, опрятный домик прятался за деревьями, а огромный
сад с тропинками и многочисленными
розовыми кустами вызвал во мне легкое чувство зависти. Как, наверное, приятно
просыпаться здесь, распахивать окно по
утрам, вдыхая напоенный цветочными ароматами воздух и слушая пение птиц! Ага, а
также вести непрерывную борьбу с
комарами и каторжно гнуть спину, копаясь на этих сотках.
Убедившись, что собак" в саду нет, я толкнула калитку и, пройдя по мощенной
плитками дорожке среди цветов, поднялась
на крылечко и нажала звонок. Никто не откликнулся. Немножко подождав, я
позвонила еще раз, но с тем же результатом.
Расстроенная, я повернулась и, кляня себя на чем свет стоит, направилась было
назад, но у калитки столкнулась с небольшого
роста худенькой женщиной с забранными сзади в пучок седыми волосами и квадратных
очках.
- Вы ко мне? - спросила она, оглядывая меня с головы до ног.
- Наверное, да, - честно призналась я в своей неосведомленности. - Я ищу
Таисию... - я запнулась, так как не знала ее
отчества.
- Значит, ко мне, - кивнула женщина. - Таиса, зовите лучше так. Пойдемте,
вы по какому делу?
По поводу яблоневых саженцев?
- Вообще-то нет, - ответила я, возвращаясь вслед за ней по той же тропинке.
- А кажется, я вам обещала луковицы гладиолусов? Я уж думала, что вы за
ними не придете.
- Что вы, за такой красотой и не прийти, - сказала я, уважительно глядя на
цветочное буйство вокруг. - Но я насчет Степы,
он квартиру у вас снимает.
Она обернулась и пристально посмотрела на меня.
- А вы кто будете?
- Я из студенческого совета политехнического университета. Мы с ним
работаем вместе, ну и еще он у нас там кто-то вроде
подшефного. Вернее, не так. Наш совет помогает студентам, которые нуждаются в
помощи, иногда материально, иногда
советом, словом, чем сможем. Степа же из деревни приехал, ему в городе сложно
было... Он уже две недели не появлялся на
занятиях, и дома у него никого нет.
Я как друг просто забеспокоилась. Соседи сказали про вас. Вы не знаете, ваш
квартирант никуда не собирался уезжать?
Она еще раз смерила меня взглядом. Мне с детства не раз говорили, что у
меня удивительно честные глаза, и теперь весь
мой облик дышал неподдельной тревогой и обеспокоенностью за друга, и Таиса,
повернув ключ в замке, сказала:
- Собирался, но, боюсь, это теперь уже неважно - вчера вечером его нашли
мертвым.
- Как?! - мои честные глаза, казалось, сейчас выскочат из орбит, а челюсть
так и останется лежать на груди. - Кто нашел?
- Почтальон. Принес телеграмму о том, что отец его болен, увидел
приоткрытую дверь, заглянул и пошел звонить в
милицию.
- Надо же! - вырвалось у меня. - А вы откуда все это знаете?
- Только что из прокуратуры вернулась, они меня там тоже про Степу
расспрашивали.
- С ума сойти... Можно я присяду?
Таиса провела меня в светлую чистенькую кухоньку, тоже заставленную
цветами.
- Давай-ка я тебе чаю налью сладкого, а то на тебе прямо лица нет.
- Спасибо. Как же все это произошло?
- Его застрелили позавчера. Три раза стреляли.
- И только вчера нашли? Никто выстрелов не слышал, что ли?
- Не слышал. Наверное, пистолет был с глушителем.
Она сняла с огня закипевший чайник, стала разливать заварку.
- Не удивляйся, чай с травами, но вкусный. Тем более полезный, ты ведь
наверняка, как все молодые девки сейчас, травишь
себя диетами...
- Это ужасно. А это точно Степа?
Она невесело усмехнулась моим попыткам уйти от неприятной истины.
- Точно. Мне показывали фотографию. Бедный парень...
- А что же от вас в прокуратуре хотели?
- Спрашивали, что я знаю про Степу, да только что я могла им рассказать?
Квартиру он у меня в общей сложности два года
снимал, сначала исправно платил, а потом такие перерывы были, я уж думала с ним
расстаться. Но мне его стало жалко,
парень-то приезжий, ни родственников у него, никого здесь не было. Тяжело ему,
наверное, приходилось.
Я сама знаю, каково это. Родители его не поддерживали, обижались, что в
город сбежал, а они его наследником в деревне
прочили. Он письма им слал, но ответов не приходило. А потом все опять пошло на
лад. У меня к нему претензий никаких не
было.
Что я еще могу сказать?
Она задумчиво размешивала сахар ложечкой и глядела в окно на залитый
солнцем сад.
- Единственное, разве что, когда он долго не платил и не появлялся, я сама
решила съездить к нему. Ключи у меня,
естественно, были. Когда я зашла, Степан спал на диване, в комнате царили бардак
и полное запустение, будто человек,
который там обитает, редко-редко показывается дома либо ему абсолютно все равно,
что его окружает. Я его так и не смогла
тогда добудиться. Но это было больше года назад, Степа тогда так извинялся... И
правда, больше ничего подобного не
происходило.
Вот в принципе и все.
- Вы говорили, что он собирался уезжать, - напомнила я.
- Ах, да! За три, - она принялась мысленно подсчитывать, - да, за три дня
до того, как его убили, он пришел и сказал, что
уезжает. Я еще удивилась, что ж это он раньше не предупредил, я бы новых жильцов
подыскала, а он ответил, что все
получилось неожиданно для него самого. Мы договорились, что ключи он оставит у
Валерии, она тебя, наверное, ко мне и
отправила. А вышло вон как... Неплохой он был парень, но какой-то несуразный.
Нелегко ему, по-моему, было идти по этой жизни, - подытожила она. - Степа
был похож на человека, у которого талант
выискивать проблемы на свою голову.
Я вздохнула так, что заколыхался перекладной календарь, висящий на стене, и
отодвинула пустую чашку. Чай был
невероятно вкусен, в любое другое время я бы обязательно спросила, какие травы
нужно заваривать, чтобы добиться такого
настоя, но сейчас момент был не слишком подходящий.
- Еще раз спасибо, - я встала из-за стола. - И не знаю, как скажу все это
ребятам. Вы меня просто ошарашили.
- А уж как меня ошарашили сегодня утром, сообщив, что у меня в квартире на
полу лежит труп...
Теперь я направилась в политех: мне нужно было найти Настю и Степиных
друзей. Еще необходимо было отыскать
Кряжимского, и желательно раньше, чем это сделает милиция. Плохо было то, что я
абсолютно не представляла, как это
сделать. Где он может быть? В Лазаревском, как обещал? В гостиницу он наверняка
не поедет. В захолустье тоже не
отправится, удобства любит. Следовательно, сфера гипотетических поисков -
частный сектор, а точнее, там, где можно снять
комнату с отдельным душем и туалетом. Даже если бы я тоже оказалась в
Лазаревском, гораздо больше шансов было бы
просто встретиться на улице. Повеситься можно!..
Оставалось надеяться только на то, что, не выдержав, через несколько дней
Кряжимский позвонит сам, поэтому надо всетаки
предупредить ребят в редакции. Сворачивая на долгожданные центральные
знакомые улицы, я достала мобильник.
- Марина? Привет, солнце мое. Как дела, работа спорится, горит огнем?
- Вот-вот, именно огнем, - ответил мне мрачный Маринкин голос. - Если бы
наша многоуважаемая шефиня хотя бы
изредка появлялась на работе, она была бы в курсе некоторых событий.
- А что случилось? - встревожилась я.
- Мы не успеваем, - трагически выдохнула в трубку Маринка. - Не успеваем
подготовить номер.
- Фу ты, испугала! - с облегчением вздохнула я. - Мы каждый раз не
успеваем, и тем не менее газета выходила в срок.
- Когда все сотрудники здесь, - ехидно подпустила Маринка.
- Скоро буду, - пообещала я. - А Виктор на месте? Позови его, пожалуйста.
Трубка щелкнула по столу, я услышала призывный вопль, затем какое-то время
доносилось только бормотание Маринки,
что-то объяснявшей Роману.
Через минуту до меня наконец дошло, что Виктор уже взял трубку и некоторое
время ждет, пока я к нему обращусь. Ох уж
эти коллеги! Только я не имею права на свои странности - просто ждет меня
массовое неодобрение, а вот к феноменальной
молчаливости Виктора ничего, привыкли.
- Виктор? Здравствуй. Мне нужна твоя помощь, - сразу начала я с места в
карьер. - Сможешь часа через полтора подойти к
нашему бистро?
Так мы называли близкое к редакции кафе, куда ходили, когда хотелось чегонибудь
посущественнее, чем Маринкин кофе.
Правда, не раз возникало предложение кофе брать с собой. Услышанный в трубке
звук я посчитала утвердительным ответом.
- Отлично. Там все и расскажу. Кряжимский не звонил? Нет? Если вдруг будет,
пусть обязательно найдет меня.
Обязательно, слышишь? Хорошо, тогда до встречи.
А вот и политех, а вон и студенты. Ух, как их много! Кто среди них друзья
Степы? Кто враги? И кого в конечном итоге
больше?
Пристроив "Ладу" в тенечке, я отправилась искать ответы на эти вопросы. При
входе вместо студенческого билета
предъявила редакционное удостоверение - никто и не заметил разницы. Степа учился
на архитектурном; надеюсь, я по адресу.
Интересно, знают ли здесь уже обо всем, что произошло? Надеюсь, еще нет.
Мне повезло, был как раз перерыв. Студенты клубились толпами, и, по-моему,
учеба занимала их менее всего. Смех,
шуточки, заигрывания, баночки "ром с колой" - правильно, ребята, что нам
сентябрь? Жизнь у вас только начинается, только
вот у Степы она, к сожалению, по чьей-то вине закончилась. И по чьей-то вине у
Сергея Ивановича Кряжимского могут быть
серьезные неприятности.
Меня толкнули. Правильно, Оля, нечего мечтать в этом водовороте. Я
огляделась. У одного из окон одиноко стояла
девушка, барабаня пальцами по подоконнику. "Вот с тебя и начнем", - решила я.
- Извините, Степан Поликин не в вашей группе учится?
- Нет, он в тридцать пятой.
Вот это повезло, я прямо ушам своим не поверила - так сразу!
- А где мне можно его найти?
- Вряд ли вы его найдете, - фыркнула девушка. - Я его неплохо знаю и могу
сказать, что в этом семестре он появлялся от
силы пару раз.
- А как же мне до него добраться? Дома я тоже никого не застала, а у меня
дело срочное.
Девушка недоверчиво смотрела на меня.
- Ну, у Сашки спросите Половцева или у Алексея Алехина из тридцать пятой.
Может, скажут, а может, и нет. - В ее тоне
заметно проскользнули насмешливые нотки. - Пойдемте, покажу их, а то, чувствую,
уже никого не дождусь. Эта Настя...
- Настей звали, я знаю, девушку Степана, - сообщила я наугад.
Девушка обернулась.
- Звали. Ее-то я и ждала, но она почему-то не появилась. А вы чего,
собственно, хотите?
- К сожалению, у меня плохие новости, и мне обязательно нужно найти Степу.
Его отец тяжело болен, а у них еще такие
напряженные отношения.
Посылали телеграмму, но ни Степана, ни ответа не дождались. А я, скажем,
друг семьи, родители наши дружили, и живу в
Тарасове, меня и попросили его найти.
- Вот как, - на лице девушки появилось сочувствующее выражение. - Странно,
что он не ответил. Он переживал из-за
разлада с родителями. Злился сначала, конечно, но потом понял, что напрасно.
А вот они его, по-моему, не понимали. А вон и Санька. Санек! Иди сюда! -
закричала она и помахала кому-то рукой. От
толпы отделился и вальяжной походкой направился к нам весьма расхлябанного вида
парень с серьгой в ухе.
- Танюха, привет! Классно выглядишь. Решила все же найти для меня минутку?
- Непременно.
Не знаю, как Саньку, а мне в Танином "непременно" явно послышалось "как же,
держи карман шире".
- Слушай, ты не знаешь, где можно найти Степку? Его родственники ищут, у
него отец заболел.
Дома его тоже нет. Ты его когда последний раз видел?
- Дня четыре назад, у Алексея.
- О, это значит Степку теперь только там искать, - протянула Татьяна. -
Если он дома не появлялся, это может затянуться
надолго.
- Не скажи, - загадочно ответил, Санек. - Настя к Алексею ушла.
- Чего? - Татьяна яростно затрясла головой. - Скажи мне, что это шутка,
глюк, мираж, что угодно!
Вот идиотка! И ведь к кому...
- Что, у самой на Леху планы были? - сладенько осведомился парень.
- Дурак, - гневно отмахнулась Татьяна и повернулась ко мне:
- Попробуйте поискать его в Алексеевой компании, вдруг повезет.
- А что за Алексей? - Я напоминала сама себе лошадь перед стартом: ушами
прядет, фыркает в нетерпении, бьет копытом.
Чем не я? Версия номер один - убийство из-за девушки, все лучше, чем убийство
Кряжимским неизвестно по какой причине.
- Знакомый, - несколько неохотно ответила Татьяна. - Найти его можете
вечером в городском парке, около лодочной
станции, там они любят собираться. Вы его сразу узнаете: светлые волосы до плеч,
эдакое отвратительное мочало, светлые
глаза, сломанный нос, шрам через правую бровь. Колоритен, в общем.
Ничего себе портретец! Хотя я по собственному опыту знала, что за такой вот
непрезентабельной внешностью может
скрываться умнейший человек, философ-лапочка или гениальный астрофизик; просто в
детстве под машину попал, и с тех
пор зубов не хватает.
- Понятно. Но дайте мне на всякий случай адрес Насти, пожалуйста. Может,
она что знает.
Таня в сомнении пожала плечами, но требуемое сообщила. Я откланялась и
поспешила к выходу, успев все-таки услышать
голос Санька:
- Это, что ли, родственница? Симпатичная.
- Не пойду я с тобой на свидание, - вздохнула Таня. - Юбочник чертов!
Теперь у меня появилась интересная информация о Степиной девушке и о
третьем лице, с которым Степа мог вступить в
конфликт из-за этой самой девушки, Алексее.
День еще был в самом разгаре, а я уже чувствовала себя вымотанной. К тому
же есть хотелось ужасно. Я пришла в кафе
раньше Виктора, села за любимый столик, благо был свободен, и заказала себе
салат и пирожные с черным кофе. Я как раз
жадно вылавливала последний капустный листик из тарелки, как подошел Виктор.
- Приятного аппетита, - вежливо произнес он, присаживаясь рядом. - Что
случилось?
- Закажи себе что-нибудь, - попросила я. - Ненавижу есть одна.
С сочувствием посмотрев на меня, наш фотограф тем не менее послушно заказал
себе блинчики с чаем.
- Так-то лучше, - удовлетворенно заметила я. - Хотя, боюсь, то, что ты
сейчас услышишь, отобьет тебе аппетит.
Я выбрала пирожное, зацепила его двумя пальцами и откусила. Какое счастье,
что Виктор такой терпеливый...
- Помнишь, Кряжимский рассказывал однажды про невероятно талантливого
парня, Степана? - наконец начала я. - Того,
которого называл баюном и который вроде бы сидел на игле?
Виктор молча кивнул.
- Этого Степу позавчера убили тремя выстрелами в грудь с близкого
расстояния. И представь, все улики указывают на
нашего Сергея Ивановича.
Взгляд Виктора явно требовал пояснений, и я подробно рассказала о том, как
стала понятой при осмотре места убийства,
как нашла зажигалку, что узнала от соседки и так далее.
- У милиции уже есть его фоторобот, отпечатки пальцев, его сможет опознать
соседка, которая уверена, что Кряжимский -
последний, с кем общался Степа, и, следовательно, убийца. Пока они не знают, кто
такой Кряжимский, но рано или поздно, и
я подозреваю, что это будет скорее рано, чем поздно, кто-нибудь укажет на Сергея
Ивановича, и ему, поверь, будет сложно
опровергнуть обвинение. Слишком уж много совпадений - будто кто-то специально
пытается свалить вину на него.
Вид у Виктора был несколько обалдевший, и ничего удивительного. Любой
нормальный человек, которому за обедом
между делом сообщат, что ваш хороший друг и коллега по работе подозревается в
убийстве, вернее, вот-вот будет
подозреваться, будет, естественно, в шоке. Вот почему по этому поводу надо было
неотложно что-то предпринимать.
- А сам Сергей Иванович ничего такого перед отъездом не говорил?
- Какого? - огрызнулась я, так как предстояло делиться самой непонятной
информацией. - Мне показалось, что он был
расстроен. Пару раз повторил что-то наподобие того, что ничего уже нельзя
исправить. А еще я обратила внимание на свежую
ссадину, вот здесь, - я провела пальцем по костяшкам правой руки.
Виктор все еще молчал.
- Ну скажи что-нибудь! - взмолилась я. - Если уж я сама почти начинаю
сомневаться в его невиновности, а я-то точно
знаю, что Кряжимский не способен на такое, представляешь, к какому выводу придет
следствие?
- Вполне, - соизволил наконец промолвить Виктор. - Хотя и необязательно,
конечно, что именно к этому выводу оно и
придет...
- Но пока, как ни посмотри, только данный вывод и получается. Тебе он тоже
не сказал, где собирается остановиться?
Виктор покачал головой.
- До чего же вовремя он взял отпуск. Как чуял... - я перехватила
укоризненный взгляд нашего фотографа и возмутилась:
- Да я не о том! Просто, чем больше человек в настоящую минуту нужен, тем
меньше шансов его найти!
- Почему ты ничего не сказала Маринке и Ромке?
Я опустила глаза, не имея не малейшего представления, как этот факт
объяснить.
- Не знаю, - окончательно убедившись, что с логической точки зрения
прояснить мотивы своего поступка не удастся,
призналась я. - Мне как-то неудобно перед ними, а особенно перед Кряжимским, за
то, что я почти подозреваю его в
совершении убийства.
- А я?
- А твоя помощь мне просто необходима, - честно сказала я. - Я знаю, что
время от времени вы общались с Кряжимским и
не на работе, хотя, конечно, кто из нас этого не делал... Может, он что-нибудь
тебе рассказывал про Степана?
Виктор сосредоточенно вертел на вилке нетронутый блинчик.
- Если человек несчас
...Закладка в соц.сетях
