Жанр: Боевик

Всегда вчерашнее завтра

сторінка №13

ериканцы размазали бы
их по стене. А мы сидим и вычисляем, кто мог быть их резидентом.
- Они считают, что у них достаточно оснований нас бояться, - ради
справедливости сказал Алексеев. - Американцы не планируют присоединить к себе
Коста-Рику, а наша Дума все время выступает с призывами к объединению бывших
республик.
- И вы, контрразведчик, оправдываете их действия? - удивился Иевлев.
- Нет, просто пытаюсь понять. Вам ведь документы группы Савельева тоже
нужны не для архива.
- Для опытного сотрудника у вас довольно либеральные взгляды, - мягко
заметил Иевлев. - Вам не тяжело с вашими коллегами?
- Когда как. Вы не сказали о ваших новостях.
- Наш сотрудник вылетел в Берлин и нашел там брата Савельева. Тот оказался
бывшим летчиком, служившим ранее в Западной группе войск в Германии. Но он
категорически отказывается от своего двоюродного брата, уверяя, что не видел его
много лет. Все попытки нашего сотрудника ни к чему не привели. Он просто не стал
с ним разговаривать. А показания вашего Сарычева мы, конечно, ему не могли
предъявить. Формально мы вообще ничего не можем сделать. Ведь он гражданин
Германии. И ни в чем не обвиняется. А заставить его давать показания против
своего двоюродного брата мы просто не вправе.
- Ясно, - разочарованно подвел итог Алексеев, - значит, и здесь полный
провал.
- Не совсем, - сказал Иевлев, - как раз наоборот. Нам удалось выйти на
очень перспективный канал связи.
- В каком смысле? Он вам все-таки что-то рассказал?
- Нет. Он ничего не сказал. Но два дня назад в наше марсельское
консульство позвонил незнакомец. Он позвонил по обычному телефону на квартиру
консула, попросив сообщить в Службу внешней разведки об имеющихся у него
документах, которые нас могут заинтересовать. На вопрос консула, какие именно
документы, незнакомец сказал, что это документы группы Савельева. Вы что-нибудь
понимаете?
Алексеев оторвался от стола, ошеломленно посмотрел на Иевлева.
- Документы группы Савельева? - переспросил он растерянно.
- Да, так и сказал. Консул успел записать разговор на пленку и переслал
нам ее вчера из Марселя. Оттуда сейчас летают самолеты один раз в неделю. Мы же
отправили ее на исследование, но пока результатов нет.
- И что вы намерены делать?
- Позвонивший вчера предложил встретиться в Сен-Тропезе через два дня в
отеле "Библос". Я думаю отправиться туда завтрашним рейсом в Париж и уже оттуда
перелететь в Марсель или Ниццу, чтобы добраться до Сен-Тропеза.
- Почему они назначают свидание в столь экзотических местах? - пробормотал
Алексеев. - Никогда не слышал о таком городе. '
- Это на Лазурном берегу, во Франции. Там все города рядом - Канны, Ницца,
Сен-Тропез, чуть дальше Монте-Карло.
- О других городах я немного слышал. В Каннах, кажется, проводится
кинофестиваль, в Монако есть казино. А в Ницце любили отдыхать российские
дворяне. На этом мои познания о южном побережье Франции полностью исчерпаны;
- И тем не менее документы именно там, - задумчиво сказал Иевлев. - Наша
лаборатория сегодня обещала дать ответ, стараются идентифицировать голос с одним
из тех, кого мы подозреваем в этом звонке. Пока ясно только одно: это не
Савельев. Его голос мы уже имеем на пленке. Возможно, это майор Семенов.
- В некоторых документах Семенов проходит как подполковник, - вспомнил
Алексеев.
- Верно. Ему присвоили звание, но формально подтвердить не успели.
Считалось, что он погиб, однако запись в его личном деле пунктуальные кадровики
все-таки сделали. Я надеюсь многое узнать во время поездки во Францию.
- Это довольно опасная командировка, - нахмурился Алексеев. - Непонятно,
кто это мог быть и откуда он узнал о документах группы Савельева.
- Кто бы он ни был, мы обязаны отреагировать, - возразил Иевлев, - эти
документы представляют для нас исключительную ценность. Там собственноручные
расписки бывших "агентов центрального подчинения". Сейчас, когда Литва хочет
вступить в НАТО, это становится особенно важно. Речь идет фактически о
безопасности нашей страны.
- Значит, вы собираетесь вылететь утренним рейсом Аэрофлота. Мы
постараемся сегодня ночью закончить схему. За одним из столиков, к которому
подошли наши сотрудники, сидел лысоватый мужчина лет сорока, грузный, крупный,
широкоплечий. Он вел себя слишком спокойно, и его запомнили сразу несколько
наших сотрудников.
- Вы составили его фоторобот? - уточнил Иевлев.
- Примерный. Хотя должен сказать, у него очень запоминающаяся внешность,
крупные черты лица. Но он не похож на прибалта. Скорее кавказский тип или
средиземноморский - итальянец, испанец, португалец. Но я вспомнил о караимах и
татарах в Литве и решил проверить и этого человека. Логично рассуждая, литовцы
необязательно пришлют к нам высокого блондина или шатена, говорящего с
характерным прибалтийским акцентом. Они вполне могли прислать кого-то другого.

- Где его портрет? - спросил Иевлев.
- Вот здесь, среди бумаг. - Алексеев взял со стола предполагаемый портрет
незнакомца.
Иевлев посмотрел на него. В его глазах отразилось такое удивление, что
Алексеев и сам еще раз посмотрел на портрет.
- Вы знаете этого человека? - спросил он, уже зная ответ на свой вопрос.
- Вы его тоже знаете, - сказал Иевлев. - Посмотрите внимательнее, неужели
не узнаете? О его расследованиях знает весь мир.
- Не может быть! - растерянно сказал полковник, поняв в этот миг, что
допустил еще одну большую ошибку. - Этого просто не может быть!
- И тем не менее это он. Дронго. Та самая птичка, которая может устроить
нам очень крупные неприятности.
- Дронго, - задыхаясь, повторил Алексеев, - опять он. Вы думаете, этот
человек работает на литовскую разведку? Невероятно.
- И тем не менее. Таких совпадений не бывает, полковник. Он находился в
баре в тот момент, когда там сидел Сарычев, приехавший для встречи с
представителем литовской стороны. Думаю, его купили, заплатив большую сумму. Я
слышал, в последние годы он стал наемником и работает за большие гонорары.
Вполне возможно, польстился на деньги.
- Вы сами верите в это? - мрачно осведомился Алексеев. Он поднял трубку и
потребовал: - Срочно соедините меня с Владимиром Владимировичем. Да, прямо
сейчас. Это его бывший связной, - пояснил полковник.
- Думаете, он в курсе?
- Во всяком случае, я постараюсь выпотрошить из него все, что он знает. Но
как мог Дронго работать на другую разведку? Неужели он стал их резидентом?
- Факты упрямая вещь, полковник, - процедил Иевлев, - но мы пока не знаем,
кто звонил нам в Марселе. Возможно, сам Дронго, затеявший свою игру. Он любит
устраивать невероятные вещи, выступая в одиночку против большой команды. Это
типичный стиль Дронго.
- Черт бы побрал вашего Дронго, - в сердцах заметил Алексеев, - у
нормальных людей имеются имена и фамилии. А у этого кличка, как у блатного
пахана. Почему он не любит называться своим настоящим именем?
- Старая привычка профессионалов. Эту кличку ему дали, когда он работал в
ООН, и с тех пор он так к ней привык, что не любит, когда его называют по имени.
Большинство людей так никогда и не узнают его настоящего имени, - пояснил
Иевлев.
- От этого нам не легче, - отрезал полковник и поднял трубку зазвонившего
телефона. - Владимир Владимирович, - возбужденно сказал Алексеев, - извините,
что беспокою вас, но, по-моему, мы с вами должны встретиться еще раз. Да, дело
очень важное. Оно касается вашего друга. Да-да! У нас появились новые факты. Я
высылаю за вами машину. Вы можете приехать ко мне прямо сейчас? Спасибо. Он
сейчас приедет, - сказал Алексеев, положив трубку. Он вызвал дежурного по
селектору. - Пошлите машину за Владимиром Владимировичем, и как можно быстрее.
Выпишите ему пропуск.
- В такое время, товарищ полковник, мы обычно не приглашаем гостей, -
смущаясь, сказал дежурный, - комендатура будет против.
- Объясните, что это не гость. Это наш бывший коллега, ветеран, офицер
КГБ. Пусть его обязательно пропустят.
- Я все понял, товарищ полковник, - сказал дежурный и отключился.
- Это не поможет, - заметил Иевлев. - Он может ничего не знать. Или просто
не захочет отвечать.
- А если мы с вами все-таки ошибаемся? - вдруг предположил Алексеев. - Что
тогда? Может, его позвали туда специально, чтобы подставить? Такой вариант вы
полностью исключаете?
- Я верю только в очевидные факты, - упрямо стоял на своем Иевлев.
- В таком случае самым очевидным фактом является то обстоятельство, что
Дронго слишком знаменит и слишком легко узнаваем, чтобы использоваться в
качестве резидента чьей-то разведки. С таким доводом вы тоже не согласны?
- Согласен, - кивнул Иевлев. - Я могу предположить, что невероятное
стечение обстоятельств или собственное расследование привело Дронго в этот бар.
Но тогда объясните, кто из остальных клиентов в этом баре мог быть резидентом
прибалтов? Попробуем вычислить его вместе.
- Мы проверяем уже несколько дней. У нас осталось только три человека.
Пара молодых людей, сидевших в этом углу бара, и подвыпивший пожилой мужчина.
Вот здесь, - показал Алексеев на схеме. - Мы составили фотороботы и на них, но
ни один из завсегдатаев их не узнал. Вы можете посмотреть и эти фотографии.
Возможно, среди них тоже обнаружится человек, которого мы не опознали, - не
удержался от сарказма Алексеев, протягивая другие снимки.
- Никогда их не видел, - честно признался Иевлев, возвращая портреты,
сделанные фотороботом. - Нам нужно торопиться. По нашим данным, за этими
документами уже началась настоящая охота. В том числе и со стороны других
разведслужб.
- Вы думаете, в Марселе звонил сам Дронго? - спросил Иевлев, посмотрев на
часы. - Мы узнаем ответ только через несколько минут. К тому времени уже должно
быть готово заключение нашей лаборатории.

- Все слишком сложно, - мрачно заметил Алексеев. - Эти документы,
очевидно, слишком дороги литовцам, если они бросили все свои наличные силы на их
розыски, не боясь даже подставить свою агентуру.
- Можете представить, как они хотят получить их. У маленьких республик
свой "синдром КГБ". Им кажется, что за ними все следят и все хотят их завоевать.
Поэтому они преувеличенно агрессивны и смелы. Как, впрочем, и любой человек
маленького роста в обычной жизни.
- Я все равно найду того, кто явился на встречу с Сарычевым в баре, -
упрямо сказал Алексеев. - Даже если это был сам Дронго. Может, действительно он
решил нам помочь и позвонил в наше марсельское консульство?
Вместо ответа Иевлев еще раз посмотрел на часы, а затем поднял трубку
телефона, набирая номер.
- Это мы сейчас узнаем, - пообещал он. - Кузнецов, - спросил Иевлев своего
сотрудника, - есть ответ из лаборатории? Есть? Спасибо.
Он положил трубку.
- Это был Семенов, - мрачно сказал Иевлев, - наша лаборатория сумела
идентифицировать его голос. Нет никаких сомнений, это Семенов. Теперь мы точно
знаем, что он жив.
- Но почему он не позвонил в Москву? - развел руками Алексеев.
- Это мне и придется выяснить во Франции, - вздохнул Иевлев. - Начнем
вести расследование с двух сторон. Вы отсюда, а я оттуда. Цель у нас все равно
общая.
- Получается, мы с вами воскрешаем мертвецов, - усмехнулся Алексеев. -
Савельева, Семенова... А вы знаете, что это малоприятное занятие? И не всегда
ожившие мертвецы испытывают благодарность к оживившим их колдунам. Я надеюсь, вы
не забудете об этом там, во Франции.

ГЛАВА 27


Выскочив на улицу, Дронго не обнаружил возле отеля ни одного одинокого
мужчины. Он пробежал метров пятнадцать в одну, а затем в другую сторону - тот же
результат. Чуть запыхавшись, он вернулся в ресторан и увидел, что Потапчук и
Касланлы стоят у входа в зал со стороны улицы.
- Может, вы ошиблись? - хмуро спросил Дронго.
- Нет, - убежденно сказал Потапчук, - это был именно Семенов. Я его
никогда ни с кем не спутаю. Слишком хорошо запомнил его лицо. Я не мог
ошибиться.
- Тогда куда же он исчез? Ведь я выбежал почти сразу.
- Возможно, его ждала машина, - неуверенно предположил Потапчук.
- Кого вы ищете? - поинтересовался Маир.
- Во всяком случае, его сейчас здесь нет, а мы привлекаем к себе внимание.
- Дронго подвел неутешительный итог. - Идемте хотя бы закончим наш
полуужин-полуобед, иначе все официанты "Ротонды" выскочат следом за нами на
улицу.
Они вернулись за столик.
- Что происходит? - спросил Маир. - Ты опять на работе?
- А как ты думаешь?
- Понятно, - вздохнул Маир, - а я надеялся, мы с тобой здесь сумеем
отдохнуть, развлечься. Тебе никто не говорил, какая у тебя паскудная работа?
- Ты первый, - мрачно ответил Дронго.
- Надеюсь, ничего опасного нет? - шутливо спросил Маир. - Иначе я лучше
уйду от вас, пока не начали стрелять.
- Пока не начнут, но у тебя иногда возникают здравые мысли, - кивнул
Дронго, - у нас действительно очень сложная командировка.
- Тем лучше, - засмеялся Маир, - всегда мечтал принять участие в твоих
шпионских расследованиях. Надеюсь, теперь стану настоящим шпионом.
- Не так громко, - проворчал Потапчук, - здесь полно наших туристов.
Когда принесли мясные блюда, Дронго попросил кетчуп. Официант принес
бутылочку с недовольной миной на лице. Он посчитал клиентов американцами,
которые все блюда заливают густым слоем кетчупа и не разбирают, что лежит перед
ними под этой приправой - изысканное блюдо французской кухни или обыкновенный
гамбургер.
Дронго посмотрел на часы. До назначенной встречи в казино "Рулл"
оставалось еще около двух часов.
- Может, мы закончим обедать и немного прогуляемся по бульвару? -
предложил Дронго.
- Я не люблю гулять, - отрезал Потапчук, энергично уминая мясо.
- В таком случае мы вдвоем выйдем немного пройтись, а позже встретимся в
казино, - предложил Дронго.
- Вы собираетесь гулять по городу без оружия? - поднял на него злые глаза
Потапчук. - Мне кажется, вы все-таки не совсем понимаете, что именно происходит.
Семенов профессиональный "ликвидатор". Если он приехал сюда вместе с Игнатом
Савельевым, значит, нам угрожает опасность, очень большая опасность.
- Может, нам вообще не ходить в казино? - разозлился Дронго. - По-моему,
Савельев сделал правильный выбор, это самое лучшее место для встречи. С оружием
они туда не войдут, и мы можем спокойно с ними побеседовать.

- А если в казино войдет только Савельев, а Семенов останется ждать нас на
улице, перед выходом? Вам такой вариант не приходил в голову?
- Вы хотите полностью исключить риск в нашем деле? - спросил Дронго. -
Думаю, так не получится. И в казино лучше сначала появиться нам двоим, - кивнул
он на Маира, - а потом уж вам. Савельев ожидает только двоих, о которых ему
сообщит брат. Появление третьего не входит в его планы.
Потапчук осторожно положил вилку на стол. Потом посмотрел Дронго в глаза.
- Это вы придумали сейчас? - тихо спросил он. - Или когда увидели своего
товарища?
- А вы как думаете? - улыбнулся Дронго.
- Черт вас возьми! - выругался Потапчук. - Иногда я думаю, что вы не хуже
Игната умеете устраивать такие подлые номера. Мне даже неприятно, что я оказался
в такой компании.
- Зато вы сейчас на нашей стороне, - кивнул Дронго, - и это пока главное.
В общем, договорились, через два часа мы встретимся с вами в казино. Мы с моим
другом заглянем туда пораньше. - Он посмотрел на Маира. - Надеюсь, ты можешь
спокойно вести себя в казино? Или срываешься по-прежнему?
- Как тебе не стыдно! - искренне возмутился Маир. - Конечно, могу. Я
полностью контролирую ситуацию. Иногда позволяю себе немного поиграть, но всегда
успеваю остановиться вовремя.
- Тогда пойдем вместе, - решил Дронго.
Уже через полчаса они неторопливым шагом прогуливались по верхнему ярусу
набережной, наслаждаясь прекрасным видом.
- Красивый бульвар, - восхищался Маир, - вообще Европа мне нравится
гораздо больше, чем Америка. Там я все куда-то торопятся, а здесь умеют
наслаждаться жизнью.
Он подмигнул красивой женщине, прошедшей мимо них с маленькой собачкой.
Она была высокого роста, в светлых брюках и легкой замшевой куртке. Традиционно
отсутствовала косметика. Женщина улыбнулась в ответ.
- Вот видишь, - оживился Маир, - а попробуй подмигнуть американке. Они же
ненормальные. Все как мужики, ноги расставлены, короткая прическа, упрямый
взгляд. Не люблю я американских женщин, какие-то все они мужеподобные.
- Надеюсь, Мэрилин Монро ты к ним не относишь? - улыбаясь, спросил Дронго.
- Не отношу. И еще несколько сот женщин тоже. А остальные миллионы очень
даже отношу. И их "главную муже-бабу" Хиллари Клинтон в первую очередь. Мне не
нравятся женщины, которые вмешиваются в дела своего мужа.
- Я всегда подозревал, что ты типичный бабник, - беззлобно заметил Дронго,
- у тебя и рассуждения настоящего самца. А может, женщина просто хочет добиться
успеха в жизни, занять свое место, доказать свое право на самостоятельность.
- Если выяснится, что ты разделяешь точку зрения феминисток, я умру прямо
здесь, на бульваре, - шутливо схватился за сердце Маир. - Ты посмотри вокруг,
какие роскошные женщины. А мы гуляем вдвоем, как пара гомосексуалистов.
- Мы идем в казино, - напомнил Дронго, - а что касается женщин, то недавно
моя знакомая объяснила мне мое собственное отношение к женскому полу. Она
считает, что интеллект подавляет все, в том числе и мою сексуальность.
Интересная мысль, как ты считаешь?
Маир расхохотался.
- Тебе срочно нужна женщина, - убежденно сказал он. - Давай вернемся в
Канны. Я познакомился там кое с кем.
- В следующий раз. Не забывай, я здесь по важному делу.
- Ты так мне ничего и не сказал. Вы что-то ищете?
- Почти. Мне нужны некоторые бумаги, которые могут находиться у людей,
назначивших нам встречу в казино.
- Я думал, речь идет о спасении человечества или хотя бы президента
Ширака. А ты, оказывается, стал канцелярской крысой и собираешь бумажки. Ты
посмотри, посмотри туда. Какие женщины! - закричал вдруг Маир, показывая рукой
вниз, где у самого берега располагались многочисленные кафе и рестораны.
- Мы идем в казино, - терпеливо напомнил Дронго.
- Честное слово, ты сошел с ума. Раньше ты таким не был, - заметил Маир. -
Когда ты получишь сегодня свои бумаги, я заберу тебя куда-нибудь в Германию или
Голландию. Там можно вызвать по телефону прямо в номер потрясающих девочек.
- Мы должны перейти улицу, - предупредил его Дронго.
- Ты слышал, что я сказал?
- Слышал. Тебе сколько лет?
- Сорок четыре.
- А мне только тридцать восемь. Но иногда мне кажется, что все семьдесят.
Может, слишком насыщенная жизнь, вмещающая в себя массу впечатлений и поездок
получилась чересчур концентрированной и я израсходовал свои эмоции намного
вперед?
- Ты серьезно? - спросил Маир тревожно. - Если тебе уже ничего не хочется
в тридцать восемь лет, то это очень плохо.
- Я этого не говорил. Просто с физиологической стороны женщины уже волнуют
меня гораздо меньше.
- Я уже об этом слышал. Тебе важны их душевные качества, - с гримасой на
лице заявил Маир. - Вот что я тебе скажу, дорогой. Я перепробовал миллион
женщин. Разных. Блондинок и брюнеток. Наших и не наших. Все они одинаковые. Они
любят принимать загадочные позы и доказывать, что читали Пруса и Кафку. На самом
деле в постели все они одинаково стонут, одинаково молчат и одинаково кричат.

- Тебе никто не говорил, что ты циник?
- Опять? - поморщился Маир. - Скажи что-нибудь другое.
- По-моему, ты сексуальный маньяк.
- А по-моему, настоящий мужчина должен всегда думать о женщинах. Это
единственное, о чем можно мечтать постоянно.
- Тогда мечтай молча, - посоветовал Дронго, - и, пока мы не придем в
казино, постарайся говорить о чем-нибудь другом. Лучше скажи, что за музей
находится рядом с нашим отелем?
- Откуда я знаю! Ты думаешь, я хожу в музеи?
- Да, тут я был не прав, - согласился Дронго. - Вот и наше казино. Паспорт
у тебя с собой?
- Конечно. Они каждую ночь надувают сотню людей, а сами боятся пустить к
себе одного опытного игрока.
- Надеюсь, ты еще не попал в их компьютер как неблагонадежная личность? -
пошутил Дронго.
- Как тебе не стыдно! Я играл во всех казино мира. Меня внесли в
компьютеры как самого надежного игрока.
Они вошли в просторный холл. Касса размещалась слева от двери. Справа
находился гардероб, куда сдавали личные вещи. В кассе проверяли паспорта и затем
выдавали желтые билеты, стоившие семьдесят пять франков. Предъявив документы и
получив свои билеты, они направились в зал.
По всему южному побережью Франции в знаменитых городах, раскинувшихся на
Лазурном берегу, имелись казино и игорные залы. Не такие знаменитые, как казино
Монте-Карло или Лас-Вегаса, но в них кипели страсти не меньше, чем в широко
известных игорных залах городов, ставших символами игорного бизнеса, который
охватил все человечество.
- Надеюсь, здесь нам повезет, - пробормотал Маир, подходя к рулетке.
Дронго пожал плечами. Он не любил рулетку. Здесь все зависело от воли
случая, от стихийного попадания нужного номера. Он предпочитал блэк джек, в
котором игрок оказывался почти на равных с крупье. Кроме того, Дронго считал эту
игру психологической и часто выигрывал небольшие суммы денег. Однажды в Тбилиси,
во времена, когда город с наступлением ночи погружался в полную тьму, он зашел в
открывшееся на проспекте Руставели казино "Сакартвело" и выиграл тысячу сто
долларов. В те времена зарплата людей не превышала двух-трех долларов. И за
такие деньги вполне могли убить человека прямо на улице. Но он спокойно взял
свой выигрыш и как ни в чем не бывало вышел на улицу. Ошеломленные служащие
казино проводили его растерянными взглядами. И только один из охранников успел
поинтересоваться: "Откуда ты такой взялся?" - но Дронго уже уходил, махнув рукой
на прощание. Он вспомнил эту историю, отходя от стола с рулеткой и направляясь к
другому столу, где играли в блэк джек. Здесь было не так много людей, а
минимальная ставка равнялась ста франкам.
Он разработал свою систему игры, при которой крупье нужно просто сбивать с
толку нелогичными действиями, чтобы тот не смог догадаться, как именно сыграет
сидевший перед ним клиент. На семнадцать Дронго просил карту, а имея тринадцать,
отрицательно качал головой. Обычная игра строилась на логических действиях
игроков, выдерживающих определенный стиль, к которому крупье мог приспособиться.
Но абсолютно нелогичные действия Дронго, а также его феноменальная способность
запоминать карты из нескольких колод и приспосабливаться к манере игры самого
крупье почти всегда приносили ему успех.
На этот раз за столиком рядом с ним расположился темпераментный итальянец
с живописной бородкой и закрученными усами. Здесь же сидел мрачный южанинфранцуз
с характерным голым черепом. Еще один нервный, дергающийся тип
непонятной национальности пристроился с самого края и нерасчетливо ставил
крупные суммы.
Дронго играл спокойно, ставя минимально возможные суммы и внимательно
наблюдая за игравшими. Пока ничего необычного он не заметил. Если бы в зале
появился Савельев или Семенов, он бы наверняка их узнал: Потапчук очень
тщательно описывал внешность обоих, как способен описать сотрудник КГБ,
специально тренирующий свою наблюдательность.
Маир сидел за столиком, где играли в рулетку. Ему уже выдали специальную
лопаточку, позволявшую делать ставки на удаленные цифры, которые он не доставал
рукой.
Дронго получил короля и обернулся в сторону открывающейся двери. Там
показался белый смокинг. У крупье выпал валет. Дронго поднял указательный палец
правой руки, требуя карту, и получил тройку. В это время в зале появилось сразу
несколько человек. Автоматически Дронго еще раз попросил карту. И снова выпала
тройка. В зал вошел Игнат Савельев. Дронго узнал его сразу, как только увидел
это характерное запоминающееся лицо.
И машинально опять попросил карту.
- Еще? - удивленно переспросил крупье.
Дронго посмотрел на лежавшие перед ним карты. И только теперь заметил, что
у него шестнадцать очков, Игнат Савельев прошел к другому столу и, оглянувшись
вокруг, сел. Пока рядом с Савельевым никого не было. Он действительно походил на
иезуита. Невысокого роста, заметно плешивый, с жесткими четкими чертами лица и
упрямыми тонкими губами.

- Карту, - кивнул Дронго, поставив еще жетон и попросив не открывать
следующей карты.
Все удивленно смотрели на него. Но в казино не принято обсуждать действия
других игроков. Савельев разменял деньги и получил свои жетоны.
Крупье стал раздавать карты и в самом конце открыл свою следующую карту. У
него выпал король. Теперь все взгляды обратились на Дронго. Крупье улыбнулся. У
него набралось двадцать очков против шестнадцати и закрытой карты у странного
игрока, решившего рискнуть. Он улыбнулся еще шире и открыл карту. Там лежала
пятерка. У Дронго получилось ровно двадцать одно очко.
- Вам всегда везет, мсье, - сказал крупье, перестав улыбаться.

ГЛАВА 28


Утром девятнадцатого августа тысяча девятьсот девяносто первого года
Игната Савельева разбудил возбужденный Семенов. Они знали друг друга давно и
даже работали вместе в Латинской Америке, во время одной из командировок,
несколько лет назад, когда у Советского Союза еще хватало сил и средств
вмешиваться в дела далеких от него латиноамериканских стран.
- Что случилось? - недовольно спросил Савельев, открывая глаза.
- Послушай, что они говорят, - крикнул Семенов, кивая на телевизор.
Савельев недовольно поднялся, принялся натягивать брюки. Во время своей
специальной командировки в Литву они оставались на конспиративной квартире во
избежание утечки информации. Лозинский и Потапчук уже сидели на стульях у
"ящика".
Диктор торжественным голосом передавал сообщение о создании ГКЧП, о
предполагаемой болезни Михаила Горбачева, о введении чрезвычайного положения в
стране.
- Слава богу, - сказал Савельев, усаживаясь на свободный стул, - теперь
все будет в порядке.
- Еще неизвестно, чем все это кончится, - на всякий случай заметил
осторожный Лозинский.
- Уже все кончилось, - мрачно улыбнулся Савельев, - теперь наши списки
нужны только для архивов. Вот и все, ребята. Придется готовить другие списки.
Люди, которые отказывались от сотрудничества с нами

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.