Жанр: Боевик
Опрокинутая реальность
... уйдет,
как только я найду помещение...
- За наше знакомство, - прервал его Дронго, поднимая стопку. Кружков выпил
и закашлялся. Потом поставил стаканчик на
стол и уважительно произнес: - Забористая.
- А теперь расскажите мне о ваших четырех расследованных делах, из которых
два вы, кажется, провели успешно.
- Вообще-то не два, - признался Кружков, - одно дело можно не считать. Это
когда я нашел на полу в мастерской кошелек
нашего соседа.
- А второе успешное дело?
- Помог найти машину, которая ударила автомобиль заместителя директора
института, где работает моя жена. Он даже
мне заплатил сто долларов.
- Каким образом?
- Они столкнулись на углу перед институтом. А там обычно бывают пробки, и
все знают, что правого поворота нет. Ну, а в
тот день там ремонтировали дорогу и поставили знак. А заместитель директора был
вынужден свернуть направо. И когда он
поворачивал, его ударила сзади другая машина, хотя он включил сигнальные огни.
Ну вот я и подумал, что это мог сделать
человек, который знает, что правый поворот запрещен. Поэтому даже не смотрел на
сигналы впереди идущего автомобиля.
По привычке. Значит, этот человек часто отсюда ездит. Я взял адреса всех
ремонтных мастерских в нашем районе. И
вычислил этого прохвоста. Оказывается, он был уверен, что виновата была впереди
идущая машина, которая неправильно
повернула направо.
Они выпили еще, причем Кружков на этот раз отпил совсем чуточку, чем еще
больше понравился Дронго.
- Теперь давайте о ваших неудачах, - предложил Дронго.
- Она вам все рассказала, - огорченно кивнул Кружков, - меня рекомендовал
ей заместитель директора. Его жена
регулярно читает их журнал. Когда она предложила мне две тысячи долларов в
месяц, я сразу согласился. Думал, что смогу
найти этого исчезнувшего Сафиева. Но у меня ничего не получилось. Вы знаете,
сколько я бегал, как только его не искал.
Наводил справки и через ОВИР. Но человек с такими данными не въезжал в страну.
Даже в Петербург три раза ездил. Ничего
не помогло.
- У вас была еще одна неудача.
- Это совсем недавно. Я должен был следить за мужем одной дамочки. А он,
оказывается, уходил из дома, чтобы сбежать
на рыбалку. Ну а я перепутал адреса и сообщил ей о свидании с какой-то женщиной.
Она сразу туда поехала. Когда
выяснилась ошибка, мне эта дамочка чуть глаза не выколола.
- Печальный опыт, - прокомментировал Дронго. Официант расставлял на столике
еду. На небольшую жаровню он
поставил несколько горячих блюд.
- Значит, помещения для агентства у вас пока нет, - задумчиво сказал
Дронго.
- Ничего, - сказал тот, - я постараюсь пробиться. У меня уже есть начальный
капитал.
- Те самые деньги, которые вы получили от Эльзы Мурсаевой? - уточнил
Дронго.
Кружков нахмурился. Оставил палочки, которыми он безуспешно пытался поймать
ускользавшие кусочки мяса. И твердо
сказал:
- Я их честно заработал. Знаете, сколько я его искал. Но в России его нет,
я в этом убежден.
- Не сомневаюсь, - кивнул Дронго, - и вы думаете, что сможете стать частным
детективом?
- Смогу, - уверенно ответил Кружков, - я буду учиться. Если понадобится,
пойду на специальные курсы. Но я смогу. Иначе
нельзя. У нас с женой дочь растет, я обязан их кормить.
- Возьмите вилку, - предложил Дронго, - не обязательно сразу пытаться есть
палочками, если вы ими никогда раньше не
пользовались. Кстати, это относится и к жизни вообще. Вы меня понимаете?
- Нет.
- Вы ведь никогда не работали ни следователем, ни инспектором уголовного
розыска. И у вас нет ни опыта, ни навыков.
Не обижайтесь на меня, Кружков, но я должен был об этом вам сказать.
- Да, - кивнул Кружков, - я согласен. Но я все равно стану таким, как вы.
- Похвальное желание. Но давайте "оставим палочки в покое". Я предлагаю вам
"вилку". Для начала поработать вместе со
мной. Мне как раз нужен помощник. Один друг у меня есть. Я вас познакомлю. Будет
неплохо, если появится и второй.
Вместе мы сможем успешно работать.
Кружков отложил вилку. Взглянул на Дронго.
- Вы шутите, - шепотом сказал он.
- Нет, - ответил Дронго. - Вообще-то я люблю шутить. Но это явно не тот
случай. Вы согласны?
- Я? - Кружков задыхался от волнения. - Конечно, согласен! Конечно, я
согласен. Я даже не знаю, что вам сказать...
- Ничего не нужно говорить. Возьмите вилку и ешьте. Я не смогу вам платить
такие деньги, как Мурсаева, но приличный
оклад вы получать будете независимо от результата расследования. А в случае
успеха вы будете получать больше. Согласны?
- Да, - сразу ответил он. Кружков смотрел на сидевшего перед ним человека,
как на ангела, неожиданно явившегося с
небес и предложившего несчастному рай на земле. Он готов был согласиться на
любые условия этого человека.
- Начнем работать немедленно, - сказал Дронго, - а насчет агентства пока
повременим. Начнем сначала. Когда вы искали
Сафиева, вам никто не угрожал?
- Нет. Никто.
- Может быть, вы чувствовали за собой наблюдение?
- Нет, ни разу. Я все время проверял.
- У Сафиева была своя квартира в Петербурге?
- Да. Там жила его бывшая сожительница. Он иногда там появлялся. Но за
последние месяцы его никто не видел. Я даже
ездил в Сыктывкар, думал, может, он там объявится. Но ничего не нашел. Наоборот,
выяснилось, что там тоже пропал один
сотрудник, который уехал в Германию и не вернулся. В общем, ничего не смог
сделать, - печально закончил Кружков.
- Тогда поедем с вами еще раз в Сыктывкар, - предложил Дронго. - Будете
моим проводником. Согласны?
- С вами куда хотите, - улыбнулся Кружков. "У него хорошая улыбка", -
подумал Дронго. И вообще ему нравился этот
парень, такой открытый и порядочный, странно, что он сумел сохранить себя таким
к тридцати годам. Нынешние
тридцатилетние по большей части циники. Это поколение, которых сначала приняли в
пионеры, а потом объяснили, что все
это ложь.
- Вот вам деньги, - сказал Дронго, - купите на завтра два билета в
Сыктывкар. И скажите жене, что теперь мы стали
компаньонами.
Глава 6
Они прилетели в Сыктывкар поздно вечером. Им не сразу разрешили вылететь. К
тому же в дороге они попали в зону
турбулентности. Ночью, перед вылетом, Дронго позвонил еще раз в Париж комиссару
Брюлею.
- У меня к вам еще одна просьба. Нужно найти Алика Сафиева, российского
гражданина, шестьдесят девятого года
рождения. Я могу продиктовать вам номер его зарубежного паспорта. По нашим
данным, он исчез в Париже сразу после
убийства Мурсаева.
- Ты знаешь, сколько людей из России и других стран СНГ нелегально оседают
во Франции? - спросил комиссар. - И
между прочим, не только во Франции, но и во всех странах Шенгенской зоны. После
того как отменили границы внутри
Европы, они могут перемещаться куда хотят. Постараюсь тебе помочь, но ничего
определенного обещать не могу. Когда ты
собираешься в Париж?
- Через несколько дней. Спасибо, комиссар, вы меня всегда выручаете.
Ночью он плохо спал, а утром сразу поехал в аэропорт, успев только
позвонить Эльзе Мурсаевой и предупредить ее,
чтобы она соблюдала их договоренность и ездила только в его машине.
- Я помню, - ответила женщина, - кстати, я хотела извиниться. Вчера
приехала поздно. Была на приеме, а потом мы сидели
у моей подруги.
- Ничего страшного, - пробормотал Дронго, - вы не обязаны мне отчитываться.
Просто вызывайте машину и не садитесь
за руль. Ни в коем случае не садитесь за руль. Устроить аварию, когда водитель
неопытен, очень легко.
- Вы считаете меня неопытным водителем?
- Я не считаю вас Шумахером, - парировал он, - счастливо оставаться.
Вернусь из Сыктывкара и позвоню вам. До
свидания.
Было уже темно, когда они вышли из здания аэропорта в Сыктывкаре.
- Здесь есть приличные гостиницы? - поинтересовался Дронго.
- Есть, конечно, - улыбнулся Кружков, - но лучше поехать к моим знакомым.
Там нас и накормят, и отдельную комнату
предоставят.
- Неужели здесь нет гостиницы?
- Лучше поехать к моим знакомым, - упрямо повторил Кружков, - очень хорошие
люди. Они старики, сдают свою комнату
приезжим. У них двое внуков, а родители-геологи погибли в прошлом году. Вот
старики таким образом и подрабатывают.
Поедем, - почти просил Кружков, - я уже им позвонил и предупредил, что нас двое
будет. Из Москвы звонил.
- Поедем, - согласился Дронго.
Когда они сели в машину, Дронго все еще незаметно смотрел на своего
молодого напарника.
- Не одобряете? - спросил Кружков, перехватив его взгляд.
- Ты знаешь, о чем я думаю, - сказал Дронго, глядя перед собой, - за время
моей жизни я столько раз встречался с разной
нечистью, мразью, с подлыми людьми. Мне иногда кажется, что я появился на свет
только для того, чтобы бороться с
подобной грязью. Иногда становится так тяжко на душе, иногда все хочется бросить
и уйти. Но я счастливый человек. Мне
везет в жизни. Очень редко, но все же мне попадаются люди, похожие на тебя, Леня
Кружков. И тогда я понимаю, зачем я все
это делаю. Зачем вожусь с этой нечистью, помогаю людям поверить в добро и в
бога. Вот и Эльза Мурсаева сказала мне, что
не верит больше в бога. Это так страшно, когда у человека нет бога в душе.
Кружков нахмурился. Он понял, что Дронго его хвалит, но не знал, как
реагировать на подобные слова. Молчал и
удивленно смотрел на Дронго.
Старики перебивались тем, что сдавали второй этаж своего большого дома
редким приезжим, которые останавливались у
них. Но в последнее время таких гостей становилось все меньше и меньше. Гости
приезжали в их городок обычно на
несколько дней и предпочитали сразу ехать в гостиницу, не обращая внимания на
объявления, призывавшие гостей
останавливаться в частных домах.
Дронго давно не находился в столь приятной обстановке. Ему было даже
интересно с этими пожилыми людьми, так
стоически отважно переносившими обрушившееся на них горе.
Утром они позавтракали и отправились в здание Северной нефтяной компании.
Новый пятиэтажный комплекс был построен специально для компании.
Руководство находилось на четвертом этаже.
Вошли в приемную исполняющего обязанности вице-президента Петра Трофимовича
Гаврилова. В приемной сидела
женщина лет сорока пяти. Очевидно, в городе был дефицит молодых секретарей.
- Извините, - сказал Дронго, - мы хотели бы поговорить с Петром
Трофимовичем.
- Он сейчас на совещании, - строго сообщила секретарь, - и вообще у него
сегодня не приемный день.
- А разве бывают приемные дни у "исполняющих обязанности"? - удивился
Дронго. - По-моему он должен быть рад
любому гостю.
- Если вы будете хамить, я вас выпровожу, - сказала женщина. - Откуда вы?
Опять из поисковой партии?
- Нет, - вставил Кружков, - мы из Москвы. Я к вам приезжал два месяца
назад. Может, вы меня помните. Леонид Кружков.
- Ездят тут всякие, - значительно смягчилась женщина. - Он будет через час.
Сам Алексей Мясников, вице-губернатор,
сейчас проводит совещание в кабинете президента компании.
- Ясно, - кивнул Дронго, - может, тогда мы у вас здесь подождем?
- Садитесь, - разрешила женщина. Со столичными гостями она была гораздо
любезнее. К тому же она не помнила, зачем
приезжал Кружков. А вдруг он представитель министерства или какой-нибудь высокой
проверяющей инстанции? К тому же
второй мужчина выглядел очень импозантно и уверенно. Может, он действительно из
руководителей. Поэтому она сразу
разрешила гостям устроиться в приемной и даже включила импортный кофейник.
- Вы давно здесь работаете? - поинтересовался Дронго.
- Уже восемь лет, - сообщила Антонина Ильинична, - как наша компания
возникла, с тех пор и работаю.
- И с погибшим Юрием Авдеечевым она тоже работала, - крайне неудачно
вставил Кружков. Дронго незаметно толкнул
его локтем.
- А вы откуда сами? - встрепенулась женщина. - Москва, она большая.
- Мы из Министерства связи, - пояснил Дронго, - приехали проверять ваши
линии. Будем их модернизировать.
Слово "проверять" подействовало магически. Она сразу заулыбалась:
- Хотите кофе?
Дронго больше любил чай, но согласился и на кофе. Она налила две большие
кружки и протянула их гостям. Кружков
положил две ложки сахарного песка. Дронго от сахара отказался.
- Значит, вы работали с Авдеечевым, - вздохнул Дронго. - Хороший человек
был. Мы с ним в Москве познакомились.
Кружков удивленно взглянул на Дронго, но промолчал, опасаясь получить еще
один толчок локтем.
- Прекрасный был человек, - горячо поддержала своего собеседника Антонина
Ильинична, - очень вежливый, культурный
такой. Всегда на "вы" разговаривал. Молодой был такой, толковый. Я так плакала,
когда его убили. И водителя вместе с ним.
Тот тоже совсем молоденький был, только недавно женился.
- Говорят, что их убили около здания вашей компании, - напомнил Дронго.
- Прямо рядом, - кивнула Антонина Ильинична, - на соседней улице. Мы даже
выстрелы слышали. Думали, хлопушки
стреляют. Или салют какой. А потом бабы кричать стали, ну мы туда и побежали.
Видим, они в крови лежат. И машина вся
разбитая стоит.
- А вы с ним много лет работали? - уточнил Дронго.
- Почитай, года три, - вспомнила она, - я вместо Юли вышла. Когда та в
декрет ушла, я, значит, и вышла. А потом Юля к
президенту компании вернулась, а я здесь оказалась.
- У него, наверно, врагов много было, - предположил Дронго, и снова Кружков
изумленно на него посмотрел.
- Какие враги, - возразила она, - он такой человек был. Ни с кем не спорил,
никогда голоса не повышал. Милиция потом
всех мучила, опрашивала. Тоже про врагов говорили. Правда, в последние дни он
был не в себе. Молчал все время. А потом
однажды мне даже сказал, что хочет отсюда уехать. Ну я подумала, что хандрит
мужик, у кого не бывает. А он, оказывается,
как чувствовал.
- А Петр Трофимович кем у вас тогда работал? - поинтересовался Дронго. -
Что-то я не помню.
- Так он раньше и не работал, - охотно пояснила женщина, - он только
недавно к нам перешел. Из аппарата губернатора.
Его пока не утвердили, но все говорят, что он будет не просто вице-президентом,
а первым вице-президентом. Хотя у нас уже
есть первый. Маслаков. Значит, будет два первых вице-президента.
- Говорят, что "новая метла" отменила все распоряжения старого, -
рассмеялся Дронго, - у нас даже бумага пришла, что
ваша компания больше не будет сотрудничать с московской компанией "Прометей". А
мы им тоже телефоны менять должны
были. Ну теперь отказались.
- Это наш Петр Трофимович их невзлюбил, - понизив голос, призналась
женщина, - сразу начал проверять все наши связи
с "Прометеем". А там такой солидный президент был. Салим Мурсаев. Он к нам часто
приезжал. Только потом стали
говорить, что он с мафией связался. Вот его и убили. Я подробностей не знаю, но
говорят, что бандиты за ним по всему миру
охотились и где-то в Америке поймали и убили.
- Очень интересно, - вежливо согласился Дронго, - наверно, бандит был
настоящий. А у нас в Москве говорят, что с ним
еще один бандит был. Часто у вас бывал. Алик Сафиев. Может, слышали о таком?
- Так я его знаю, - охотно призналась словоохотливая секретарь, - он и к
нам часто приезжал. К Авдеечеву заходил. Я
следователям так и сказала. Ищите, мол, этого Сафиева. Из-за него и Юрия
Анатольевича убили, и этого... Салима Мурсаева.
И еще один сотрудник у нас пропал. Азербайджанец. Чернявый такой. Инженер наш.
Мехти Самедов. Его я плохо знала,
видела несколько раз в управлении. Он как раз с этим Мурсаевым разговаривал. Они
и похожи были друг на друга. Это все
одна шайка была. Так он сразу после убийства и сгинул. До сих пор его найти не
могут. Наша милиция считает, что это он
убийство Юрия Анатольевича организовал. Только его нигде найти не могут.
Говорят, что он за границу улетел и не
вернулся.
- У вас тут не соскучишься, - заметил Дронго, - прямо нравы Дикого Запада.
- Это все из-за денег, - ответила женщина, - раньше, когда вся нефть
государству шла, здесь тихо было. Никто сюда не
приезжал, никого здесь не было. И денег таких ни у кого не было. У нас на весь
город ни одного "Мерседеса" не было, а
сейчас штук сто или двести. Раньше только азербайджанцы, татары, чеченцы
приезжали, опыт, значит, передавать.
Черномазых очень много было, но они себя тихо вели. На буровых работали и больше
ничем не занимались. Даже не
выпивали сильно. Все были такие работящие. Это сейчас одни бандиты едут. А
сколько евреев понаехало. Где они раньше
были - эти "нефтяники"?
- Вот так всегда, - огорченно сказал Дронго, - как только неприятности,
сразу евреи виноваты. Разве они убили вашего
бывшего начальника? Или уже доказано, что это сделали кавказцы?
- Конечно, кавказцы, - сказала уверенно Антонина Ильинична. Потом взглянула
на Дронго. - А вы сами тоже с Кавказа?
- Я вашего вице-президента не убивал, - улыбнулся Дронго.
- Кавказцы тоже разные бывают, - согласилась она, - вот раньше народ
золотой был. А сейчас одни бандиты на улице и
евреи в конторах.
- Получается вроде заговора? - рассмеялся Дронго. Кружков улыбнулся.
- Вы что, еврей? - встревоженно спросила она.
- Если вы будете на них нападать, то я стану евреем, - сообщил Дронго.
- Ну ладно вам, - отмахнулась женщина, - чего я такого обидного сказала. У
меня что на сердце, то и на языке. Врать не
умею.
В приемную заглянул молодой человек.
- Еще не пришел? - спросил он. Антонина Ильинична сурово покачала головой.
- Я опаздываю с отчетом, - в сердцах сказал молодой человек, - три дня он
не может нормально подписать документы.
Назначили на нашу голову этого типа... - И ушел.
- Видимо, Петр Трофимович тоже не подарок, - заметил Дронго.
Она нахмурилась, но никак не стала комментировать слова гостя.
И в этот момент в приемную стремительно вошел высокий худощавый человек с
сером костюме. Галстук был небрежно
повязан и узел был ослаблен, а верхняя пуговица на рубашке расстегнута. У него
были темные волосы, немного вытянутый
нос. Увидев сидевших в приемной незнакомых людей, он недовольно скривил губы.
Потом прошел к своему кабинету и, уже
открыв дверь, отрывисто спросил:
- Вы ко мне?
- Да, - кивнул Дронго, - у нас к вам важное дело.
- Я сегодня не принимаю, - бросил он, входя в кабинет.
- Это господа из Министерства связи, - пояснила Антонина Ильинична,
поднявшись со своего места и устремляясь в
кабинет Гаврилова.
- Откуда? - спросил тот. - При чем тут Министерство связи? Они из Москвы?
- Да, - со значением сказала она. - Целый час вас ждут.
- Ну хорошо, пусть войдут, - дверь была открыта, и Дронго слышал их
разговор.
Дронго поднялся и, подтолкнув Кружкова, пропустил его первым, входя в
кабинет Гаврилова. И закрыл за собой дверь.
Кабинет был не очень большим. Было очевидно, что прежний владелец в нем работал,
а не занимался представительскими
функциями. Все было функционально и просто. Очевидно, Гаврилов не стал ничего
менять до того момента, пока его не
утвердят вице-президентом компании.
- Вы по какому вопросу? - устало спросил Гаврилов. Очевидно, на совещании
ему пришлось нелегко.
- Хотим с вами поговорить, - сказал Дронго, усаживаясь на стул. Напротив
сел Кружков.
- По какому вопросу? - повторил Гаврилов. Он взглянул на Кружкова. В
отличие от Антонины Ильиничны, он его сразу
вспомнил.
- Подождите, - сказал он, - вы же уже приезжали ко мне. Кажется, вы искали
какого-то Сафиева, если не ошибаюсь.
Поверенного погибшего Юрия Анатольевича. Я не ошибся?
- Нет, - подтвердил Кружков, - не ошиблись.
- И вы опять приехали его искать, - недовольно спросил Гаврилов, - и еще
обманули моего секретаря, сказав, что приехали
из Министерства связи? У меня нет времени с вами беседовать. Уходите. Я не знал
никакого Сафиева и знать не хочу. Я
тогда здесь вообще не работал.
Кружков растерянно взглянул на Дронго. Тот усмехнулся.
- Нам нужен не Сафиев, - возразил Дронго, - нам нужны вы, Петр Трофимович.
- Ну меня-то искать не нужно. Я никуда не пропадал.
- Пока, - со значением сказал Дронго.
- Что значит "пока"? - нахмурился Гаврилов. - На что вы намекаете?
- Почему намекаю? Я говорю открыто. Все, кто был связан с этим делом, либо
убиты, либо пропали без вести, - напомнил
Дронго. - Сначала в Париже убили руководителя компании "Прометей" Салима
Мурсаева. Потом у вас в Сыктывкаре
погибает Юрий Авдеечев. Через некоторое время выясняется, что пропали двое
людей, знавших Мурсаева, - Сафиев и какойто
Мехти Самедов, которого заочно обвиняют в убийстве вашего предшественника. Не
слишком ли много совпадений, Петр
Трофимович?
- Хватит, - перебил его Гаврилов, - уходите.
- И еще выясняется, что вы подписали письмо, уведомляющее "Прометей", что
ваша компания отказывается поставлять
им нефть на продажу в Европу.
Гаврилов вздрогнул. Потом нахмурился, понимая, что невольно выдал себя. И
мрачно спросил:
- Откуда вы об этом знаете?
- Знаю, - сказал Дронго.
- Кто вы такой? Кто вас сюда послал?
- Мы приехали расследовать убийство Салима Мурсаева, - ответил Дронго, - и
я хочу понять, почему вы так стремительно
сменили ориентиры. Или это политика вашего губернатора, из аппарата которого вы
пришли?
Гаврилов закусил губу.
- Уходите, - наконец сказал он, - я вам больше ничего не скажу.
- Вы все уже сказали, - возразил Дронго, - сказали своим молчанием. У меня
последний вопрос. Это политика вашего
губернатора или вы действуете под руководством вице-губернатора, который
позволяет себе проводить многочасовые
совещания в частной нефтяной компании?
Гаврилов снова не ответил. Дронго поднялся, вполне удовлетворенный
состоявшейся беседой.
- До свидания, - сказал он, - надеюсь, что с вами не произойдет ничего
плохого. Это зависит в том числе и от вашего ума,
Петр Трофимович.
Он вышел вместе с Кружковым в приемную.
- У вас железная хватка, - сказал Леонид, - я бы так не смог.
Едва они вышли из кабинета, как Гаврилов потянулся к телефону, стал
набирать номер дрожащими руками.
- Ко мне приходили, - сообщил он взволнованно, - они приехали из Москвы...
Когда Дронго и Кружков вышли на улицу, начал моросить легкий дождь. Обычно
в этих местах снег лежит по семьвосемь
месяцев, а отставший от своего транспорта человек мог заблудиться и
погибнуть в снежной пурге в ста метрах от
своего дома. Но в конце марта стояла неплохая погода и изредка даже шел дождь,
хотя снег все еще лежал на улицах города.
- Куда теперь? - спросил Леонид. - Кажется, вы его здорово напугали.
- Нужно было взять с собой микрофоны и установить их в кабинете Гаврилова,
- тихо произнес Дронго, - в следующий раз
не забудь про них. Это очень полезное изобретение. Можно многое узнать, когда
уходишь из кабинета после такой беседы.
От того, кому он позвонит, можно вычислить - кого именно мы должны опасаться.
- Уже поздно, - вздохнул Кружков.
- Ты думаешь, поздно? - Дронго незаметно для себя перешел на "ты" со своим
новым помощником. Он достал из кармана
небольшой магнитофон в виде ручки и нажал кнопку, перематывая ленту. Затем нажал
другую кнопку. И услышал голос
Гаврилова:
- Ко мне приходили. Они приехали из Москвы. Обо всем расспрашивали.
- Не нужно дергаться, - посоветовал чей-то голос, - я сейчас еду к
губернатору. Пока они здесь, ничего страшного. Если
понадобится, мы их всегда можем остановить.
- Они знают про мое письмо, - жалобно выдавил Гаврилов, - знают о том, что
мы отказались поставлять нефть
"Прометею". Я ведь написал это письмо под вашим давлением. А если узнает
губернатор или кто-нибудь в нашей компании?
Представляете, какой будет скандал?
- Ничего не будет, - прервал его незнакомец, - потому что никто ничего не
узнает. А мы найдем другую фирму. Этого
добра в нашей стране еще много. Мы не для этого тебя туда посадили. Сам знаешь,
какой кровью нам твое место досталось.
- А мне что делать? - нервно спросил Гаврилов.
- Не беспокойся, - снова повторил незнакомец. - Ты же был на совещании и
все слышал. Я полчаса вашим мозги
прочищал. Зачем, думаешь, я к вам зачастил? Рожи ваши мне интересны? А ты ведешь
себя как баба. В общем, все. Я скажу
Федору, чтобы за ними последил.
Разговор закончился. Дронго убрал микрофон в карман.
- Теперь нам ясно, кто им "чистил" мозги, - сказал Дронго. - Это вицегубернатор.
А вот кто таков Федя, я пока не знаю.
Но в любом случае ясно, что их желание нас остановить будет нарастать с каждым
часом. А если они узнают, что у нас есть
такая запись, нам отсюда не уйти. Значит, нужно сделать так, чтобы я вышел на
разговор с вице-губернатором, имея
собственный козырь. И этим козырем должен стать ты, Леонид.
- Чем я могу вам помочь? - обрадовался Кружков.
- Уехать отсюда с копией записи этого разговора, - пояснил Дронго, - если я
буду знать, что копия в безопасном месте,
мне будет легче разговаривать с этим вице-губернатором. Когда рейс на Москву?
- Вы хотите, чтобы я оставил вас одного? - ужаснулся Кружков. - Это
нечестно.
- Зато целесообразно. Давай не будем спорить. Узнай, когда улетает вечерний
самолет в Москву. Если нет в Москву, в
любой другой город. Ты меня понял? Это очень важно, Леонид. Кстати, ты не
знаешь, как в этом городе насчет Интернета?
- Не знаю, - удивился Кружков, - но я могу узнать.
- Будь любезен, - кивнул Дронго, - и пока пойдем пообедаем.
В течение следующих нескольких часов Кружков навел справки о вечернем рейсе
на Москву, о небольшой компании -
провайдере Интернета, успел взять билет на рейс в Москву и снять копию с ленты,
чтобы оставить основную запись самому
Дронго. Последний успел побывать в компании, осуществляющей связь с Интернетом,
и вернуться к дому. Уже возвращаясь
домой, где они остановились, Дронго привычно проверил, нет ли за ним наблюдения
и убедился, что молодой человек с
прыщавым лицом неотступно следует за ним по пятам.
Он решил проводить Леонида. Остановили попутную машину и поехали в
аэропорт. Дронго обратил внимание, что
прыщавый парень оказался в коричневой "Волге", в которой был еще один человек.
"Волга" следовала за ними до аэропорта.
Убедившись, что Кружков благополучно прошел регистрацию, Дронго вернулся к своей
машине и попросил водителя
отвезти его в город, к зданию, где размещалась исполнительная власть республики.
В шесть часов вечера он уже стоял около дежурного милици
...Закладка в соц.сетях
