Жанр: Боевик

Цена бесчестья

сторінка №14

думаю, что мы продержимся.
Он положил трубку и посмотрел на Веру.
- Вчера напали на машину мужа вашей сестры, но его охрана сумела отбить нападение.
Двое охранников ранены, сам Борис Самуилович не пострадал.
Она рванулась к аппарату, набирая номер Каплуновича.
- Алло, Борис! - крикнула она в трубку, услышав знакомый голос. - Как у вас дела? Я
слышала, что на тебя напали?
- Меня чуть не убили из-за твоей идиотской выходки, - услышала она злой голос
Каплуновича.
- Какой выходки? - не поняла Вера. - При чем тут я?
- Твоя массажистка, - пояснил Борис Самуилович, - я поехал к ней забрать копию
твоих документов, и меня чуть не убили. Напала целая банда, была засада. Убили нескольких
моих телохранителей, я чудом спасся.
- Подожди, подожди, - не поняла Вера, - а зачем ты поехал к Зое? Я же просила тебя
позвонить Павлу и передать, чтобы взял копию сам. Зачем нужно было ехать тебе?
- Я хотел вам помочь, - соврал Каплунович, - думал, таким образом смогу тебя
выручить.
- Борис. - Она закусила нижнюю губу. - Ты говоришь неправду. Тебе не нужно было
там появляться. Достаточно было позвонить Феоктистову. Он бы все понял без этой поездки.
- Конечно, понял бы, - закричал, не сдерживаясь, Каплунович, - вы ведь забрали
копию обзора и оставили мне, дураку, пачку чистой бумаги! А я решил тебя выручить и полез
за этими документами, подставляя себя и своих людей под пули.
Она растерянно взглянула на Дронго. Ей больше не хотелось разговаривать. Вера все
правильно поняла. Каплунович не сдержался, он решил забрать копию обзора и едва не погиб.
Она передала трубку Дронго. Её била крупная дрожь.
- Здравствуйте, - сказал Дронго, - как видите, я выполнил ваше поручение. И даже
сумел вытащить вашу родственницу из Хаэна.
- Спасибо, - недовольным голосом произнёс Каплунович, - но на этом действие
нашего контракта заканчивается. Я просил Танеева найти вас и сообщить. Можете вернуться в
Москву. Я думаю, что Вере уже ничего не угрожает. Копия сделанных ею материалов и сам
обзор находятся в надёжных руках.
- Вы не понимаете, - возразил Дронго, - мне сейчас нельзя возвращаться. Если я
оставлю её одну, то может произойти трагедия...
Каплунович нахмурился. Он подумал, что Кира не простит ему смерти Веры. С другой
стороны, эта дрянь так его глупо подставила. Теперь вся Москва будет над ним смеяться.
- Хорошо, - разрешил он, тогда можете остаться рядом с ней ещё два дня, а
девятнадцатого вернётесь. Я думаю, к тому времени вам уже ничего не будет угрожать. До
свидания.
- До свидания. - Дронго положил трубку и посмотрел на Веру.
- Какая дрянь, - сказала она с чувством, - он ради денег готов удавиться. Олигарх
поганый. Имеет почти миллиард долларов, а ему все мало.
Дронго протянул ей трубку.
- Звоните Феоктистову, - предложил он, - мы хотя бы узнаем, что там происходит.
Она набрала номер. У неё было обиженное лицо. Павел, здравствуй, - быстро произнесла
она. - Это Вера.
- Как хорошо, что ты позвонила. Я так волновался за тебя.
- Поэтому сплавил в Европу?
- Как тебе не стыдно. Я хотел тебя спасти. Раз ты позвонила, значит, у тебя все в
порядке.
- В полном порядке, - упавшим голосом сообщила Вера, - а как у тебя?
- У нас все нормально. Ждём девятнадцатого. Будет выступление и публикация вашего
обзора.
- А как с копией?
Я оказался прав, - ответил Феоктистов, - для мужа твоей сестры этот обзор оказался
непосильным бременем. Он мне не позвонил, а решил забрать его сам. И нарвался на пули.
Хорошо ещё, что его не убили.
- Он раньше не был таким, - попыталась защитить Бориса Вера.
- Мы все раньше были немного другими, - не согласился Феоктистов, - просто
изменились времена. Я ему уже позвонил и объяснил, чтобы он не искал эту копию. Она у
меня.
- Кажется, он обиделся на меня.
- Пусть обижается на себя.
- Да. Наверное, ты прав.
- Что ты сказала?
- Ничего. Я говорю, что ты всегда прав. Будь здоров, Павел.
- Тебе что-нибудь нужно? - спросил он напоследок.
- Спасибо. Все, что можно, ты уже для меня сделал. Спасибо. И до свидания.
Она положила трубку. И повернулась к Дронго. В глазах у неё были слезы.
- Все мужики сволочи, - убеждённо сказала она, - и не смотрите на меня такими
глазами. Все без исключения. Думаете только о себе и своих проблемах.
Она повернулась и пошла вниз по улице. Дронго улыбнулся и поспешил следом. Он
понимал, как плохо она себя чувствует.

Семнадцатое октября

Утром ему позвонили. Быстрянский посмотрел на телефон, точно зная, кто именно
звонит. Ему уже доложили о вчерашнем нападении. Олег Степанович взял трубку и ответил. На
часах было почти одиннадцать.
Добрый день, - сказал позвонивший. Сегодня он был любезен и вежлив. Быстрянский
поморщился. Лучшее время для реванша. Пусть теперь выворачивается, как может.
- Опять ошиблись? - весело спросил Олег Степанович. - Снова ничего не смогли
сделать?
Сначала упустили этого эксперта в Хаэне. Пятеро вооружённых мужиков не смогли его
взять в отёле. Говорят, что у него не было оружия. Он один сумел положить пятерых твоих
вооружённых придурков...
- Не нужно по телефону, - попросил позвонивший.
- Нужно. Тебя все равно никто не будет прослушивать, а меня пусть слышат. Это все
равно твои придурки были. Пятеро профессионалов, которым мы платим такие деньги. И
против одного. Что вышло? Большой пшик вышел. Ничего не получилось. Всех перестреляли...
- Там появились полицейские. Никто их не ждал.
- А в нормальных странах иногда бывают и полицейские, - торжествующе заметил
Быстрянский, - или они об этом не знали? И вчера глупо провалились...
- Не нужно, - снова попросил позвонивший.
- Ты из себя крутого корчил. Все умеешь, все знаешь. А получилось, что ничего не
умеешь, - распаляясь, заявил Олег Степанович, - устроил перестрелку в Москве. Здесь тебе
не Чечня, свои возможности демонстрировать. Ты слышал, что дело взял под свой контроль
генеральный прокурор? Или не слышал? Вот теперь вас за мягкое место цапнут.
Они нас обманули, - пояснил позвонивший, - обе копии обзора у Феоктистова. Завтра
приезжает премьер. И послезавтра он будет выступать.
- Тогда зачем ты нужен? - разозлился Быстрянский. - Я столько платил вам денег.
Всегда делал все, что вы хотели. Из кожи лез, чтобы вам угодить. А когда у меня проблема,
твои ребята ничего не могут сделать. На кой черт мне такие помощники?
- Угрожаешь? Решил, что можешь меня кинуть?
- Куда я тебя кину? - зло спросил Олег Степанович. - Мы с тобой как
братья-близнецы из одной утробы вылезли. Только в последнее время у тебя много проколов,
"компаньон".
- Ничего, - ответил Чиновник, - мы своё все равно возьмём. Завтра попытаемся
договориться с нашим бывшим премьером. Я думаю, что все будет в порядке.
- Так лучше, - согласился Быстрянский, - нужно было с самого начала с ним
договариваться, а не устраивать цирк с его помощниками.
- Мы хотели сделать дешевле, - пояснил Чиновник.
- Дешевле всегда плохо, - резонно заметил Олег Степанович.
- Поэтому я и позвонил. Нужно договариваться. Если обзор опубликуют, у нас будут
неприятности. Большие неприятности. И у тебя, и у меня.
- Ты говорил, что все под контролем?
- Не все получилось. Поэтому тебе нужно нам помочь...
- Опять помочь? Сколько?
- Ты не понял. Речь идёт о твоей компании. Если экс-премьер выступит с этим обзором,
начнут общую проверку, как ты покупал свои акции. Кто тебе помогал. И тогда ты потеряешь
все, что имеешь. Ты меня не хочешь понимать?
- Что я должен делать?
- Позвони Каплуновичу. Отдай ему два или три процента акций. Продай по номиналу.
Пусть подавится. Но за этот кусок пусть отдаст нам свою родственницу.
- Три процента?! - закричал Быстрянский, чуть не задохнувшись от гнева. - Ты с ума
сошёл?
- Если понадобится, дашь четыре, - безжалостно продолжал Чиновник, - и ещё мы
выплатим отступные Феоктистову. Тому самому помощнику.
- Ты хочешь меня разорить? - упавшим голосом спросил Олег Степанович.
- Я хочу тебя спасти и себя тоже. Если сейчас начнём думать о копейках, потеряем все
деньги...
- Какие копейки? Ты знаешь, сколько стоит один процент акций? По номиналу и
реальная цена? И разницу знаешь?
Сам сказал, что дешевле всегда хуже. Не стоит дёргаться. Сделаешь все, как
договорились. И учти, что это наш последний шанс. Нужно убрать последнего свидетеля и
договориться с нужными людьми, чтобы забыли об этих материалах. Только так. У нас
осталось два дня.
- Ты все провалил, а я должен теперь исправлять твои ошибки своими деньгами?
- Это ты все провалил, - возразил Чиновник, - откуда Репников и Логутина узнали
подробности? Как они смогли составить доклад по твоей компании? Кто давал им факты,
документы, цифры? Твои кретины, твои беспечные сотрудники! Один твой вице-президент
засветился в Куршевиле, когда потратил за неделю полмиллиона долларов. Другой
вице-президент полез спонсировать конкурс красоты, а потом забрал с собой сразу двух
девочек на курорт в Майами. Продолжать? Это все ваши выкрутасы. Твои и твоих зажравшихся
миллионеров. Решили, что вам все дозволено? Вот и получили. Думаешь, наш бывший премьер
такой ангел? Конечно, нет. Но выставить нас всех дураками и показать, как вы получали свои
миллионы, для него самый лучший козырь. Он на этом такие очки заработает! Борец с
олигархами и чиновничьим беспределом. А я твоё дерьмо должен подчищать. Чтобы никто не
узнал, откуда у тебя и твоих вице-президентов такие деньги. Как вы залоговые аукционы
выигрывали, как за сто тысяч долларов покупали миллионное оборудование. Продолжать?
- Хватит, - прервал его Быстрянский, - надоело. Голова болит. В общем, я все понял.

Будем договариваться.
- Вот так лучше. И переведи ещё триста тысяч на тот самый счёт в Германию. У нас в
Хаэне двое убитых и тяжело раненный. Я хотя бы их семьям деньги заплачу.
"Все возьмёт себе, - подумал Олег Степанович, - хотя триста тысяч долларов не такие
большие деньги".
- Обязательно переведу, - согласился он.
- До свидания. Вечером я ещё раз перезвоню. - Чиновник положил трубку.
Быстрянский тяжело вздохнул. Будь они все прокляты! Он подумал, что три процента -
это невозможно много. Сначала он предложит два. Или лучше полтора процента. В конце
концов, и это огромные деньги. Которые ему предстоит потерять.

Семнадцатое октября

В Мадрид они вернулись в седьмом часу вечера. Дронго попросил водителя такси
остановить машину недалеко от мэрии, где были расположены многочисленные рестораны, в
которых любили бывать Хемингуэй и Пикассо. Вера приехала расстроенная. Телефонные
разговоры с Борисом Каплуновичем и Павлом Феоктистовым окончательно выбили её из колеи.
В ресторане она сидела безучастная, позволив своему спутнику самому заказывать ужин.
Дронго попросил принести бутылку вина, но она не притронулась к спиртному.
И ела без особого аппетита. Он понимал её состояние и старался отвлечь от печальных
мыслей, рассказывая различные истории, приключавшиеся с ним в разные времена в Испании.
Но в этот вечер все его усилия были напрасны.
Из ресторана они вышли через полтора часа. Вера по-прежнему была не в настроении. За
столько дней, проведённых вместе, он ни разу не видел её такой задумчивой и мрачной. Даже
когда им серьёзно угрожали в Хаэне.
- Если вы будете в таком настроении, я от вас сбегу, - в конце концов пошутил Дронго.
- Не сбежите, - ответила она горько, - вам платят, чтобы вы меня охраняли. И пока
платят, вы будете рядом со мной.
В такой момент нужно обидеться, но он понимал её состояние.
- Вы считаете, что я защищал вас только потому, что мне платит ваш родственник? -
спросил Дронго.
- Я не хотела вас обидеть, - поняла Вера, - сказала то, что думаю. Наверное, немного
бестактно.
- Ничего. Я привык. Вы сказали правду. Мне действительно платят гонорар, чтобы я вас
нашёл и привёз живой в Москву. Только я обычно выбираю, чем именно заниматься и кого
защищать. Даже если мне платят.
Вы видите, как они все суетятся? - горько спросила Вера. - Каждый думает только о
своём кармане. Обидно. Я полагала, что Павел относится ко мне совсем иначе. А сейчас
понимаю, что всегда была для него лишь удобным помощником. И не более того.
- Почему они привлекли к работе именно вас?
- Я хорошо знала эти проблемы, могла просчитать финансовые возможности компании
"Стил-М" на первоначальном этапе, когда они имели уставный капитал в полтора миллиона
долларов. И потом, когда им продали на залоговых аукционах большую часть сталелитейных
предприятий и довели капитализацию до трех миллиардов долларов.
- Такие темпы роста не свились ни одному миллионеру, - посчитал Дронго, - с
полутора миллионов долларов до трех миллиардов. Рост в две тысячи процентов.
- И учтите, что первые полтора миллиона тоже были не самыми праведными, -
улыбнулась Вера, - хотя мне все равно. Я отдала все свои данные Репникову, он все обобщал.
По-моему, ему нравилось заниматься подобными проблемами. Теперь я думаю, что напрасно
согласилась помогать Денису Викторовичу по просьбе Феоктистова. Это была моя большая
ошибка.
- Ничего, - попытался успокоить её Дронго, - скоро все закончится.
- Только не для меня, - упрямо сказала Вера, - я буду помнить об этом всю свою
жизнь.
Он не стал комментировать её слова.
- Можно, я задам вам личный вопрос? - вдруг остановилась она, глядя на него снизу
вверх.
- Какой?
- Вы сознательно меня избегаете?
- В каком смысле?
- В физическом. Все эти дни и ночи вы ведёте себя так, словно я прокажённая. Входите в
ванную комнату, пятясь спиной, лежите рядом в постели, отодвигая ноги, приносите вторую
кровать. Вам неприятно со мной оставаться?
Он не успел ничего ответить.
- Вы, наверное, помните об этом вибромассажере, с отвращением сказала она, - и вам
противно со мной общаться?
Он наклонился и осторожно поцеловал её. Она улыбнулась.
- Вы даже целуетесь осторожно, словно опасаетесь, что я вам отвечу. Не бойтесь. Насчёт
замужества я шутила. Вы не в моем вкусе. Пожилой и лысеющий мужчина с отвратительным
характером и глупыми шутками. Нет, господин Дронго. Мне нужен красавчик типа Александра
Линдта, богатый, как Олег Быстрянский, влиятельный, как Павел Феоктистов, и умный, как...
- Она усмехнулась: - Как Борис Каплунович.
В таком случае не сомневаюсь, что вы скоро найдёте свой идеал, - кивнул Дронго, -
идёмте быстрее. Два раза попадать под дождь в одном городе - это уже непростительная
роскошь.

В этой части города он знал каждую улицу, почти каждый дом. И поэтому повёл её самым
коротким путём. Много лет назад в любви к этому городу ему признавалась пани Моника,
польский дипломат, работавшая в посольстве Польши в Испании. Она тогда показывала ему
Мадрид. Сколько лет с тех пор прошло? Может, Вера права. Он действительно пожилой
человек. Или он кажется пожилым для тридцатилетней женщины, когда в свои сорок семь он
старше её почти на целую вечность?
Кажется, Моника тогда мечтала выйти замуж за богатого человека, бросить работу и на
всю жизнь остаться в Испании, в которую была влюблена. Интересно, что с ней произошло?
Сумела она найти себе такого мужа? Или вернулась в Польшу?
- Вы о чем-то задумались? - спросила Вера, когда они вошли в здание отеля.
- Подумал о нашем возвращении в Москву, - ответил Дронго, - надеюсь, что
послезавтра все закончится.
Вечером за стойкой дежурил уже знакомый сеньор Антонио Сертада. Дронго кивнул ему,
пропуская вперёд Веру.
Они поднялись к себе в номер по лестнице. В коридоре Дронго увидел молодого человека,
осторожно выходившего из их номера. Тот закрыл дверь и обернулся к ним. В руках он что-то
держал. Дронго оттолкнул Веру и достал оружие. Незнакомец испуганно охнул. В руках у него
были две банки пива. Он проверял их мини-бар.
- Все в порядке, - сказал Дронго, убирая оружие, - извини.
По-испански это слово произносится почти так же, как и по-французски. Только если
французы говорят "пардон", испанцы говорят "пэрдон". Ошалевший от неожиданности парень
закивал головой, роняя банки пива на пол. Дронго шагнул к нему, помогая их поднять и
собрать. Затем дружески хлопнул его по плечу. Когда они вошли в отель, она повернулась к
нему, не давая протянуть руку и включить свет.
Он почувствовал её губы на своём подбородке.
- Нет, - решительно сказал Дронго, чуть отстраняясь, - так нельзя.
Она замерла.
- Только через два дня, - предложил Дронго, - когда у нас не будет никаких других
отношений. Я думаю, так будет честнее. Иначе получается, что я воспользовался своим
положением. И вместо того чтобы охранять вас...
- Вам никто не говорил, что нельзя быть таким старомодно добропорядочным? -
поинтересовалась Вера.
- Никто, - ответил Дронго, включая свет.
Она направилась к своей кровати. Села на неё.
- Честное слово, это просто возмутительно, - заявила она, - получается, что я вас
домогаюсь. Никогда не была в таком идиотском положении. Даже немного странно.
- Я тоже, - сказал Дронго, усаживаясь на свою кровать, - никогда не работал в роли
телохранителя. И пока я таковым являюсь, то обязан охранять ваше тело от всяческих
посягательств. В том числе и от собственных.
- Все, - сказала она, поднимаясь с кровати, - иду в ванную. На сегодня достаточно.
Она прошла в ванную комнату. Дронго сидел на кровати, полагая, что все их
приключения закончились. И в этот момент зазвонил телефон. Он устало взглянул на аппарат.
Наверное, кто-то из сотрудников отеля. Может, тот парень рассказал, что встретил в коридоре
сумасшедшего гостя с пистолетом? Дронго поднялся и подошёл к телефону. Снял трубку.
- Добрый вечер, сеньор, - услышал он знакомый голос сеньора Антонио Сертады, с
которым разговаривал вчера вечером, - я думаю, что мне нужно вас предупредить. Дело в том,
что несколько минут назад сюда позвонил неизвестный, который расспрашивал меня о вас. О
вас и о вашей спутнице. Он уточнял, в каком номере вы живёте и сколько у вас кроватей. Таких
справок мы не даём по телефону, но он точно знал, что вы в нашем отёле. Он даже попросил
меня задержать вас, если вы вдруг решитесь покинуть наш отель. Мне не очень понравился этот
сеньор. И я решил, что мне лучше перезвонить к вам.
- Спасибо. - Дронго бросился в ванную комнату. Вера уже успела снять свои джинсы и
стояла перед зеркалом в нижнем бельё. Он открыл дверь.
- Иногда я не понимаю логики ваших поступков, - испуганно сказала она, прикрываясь
полотенцем, - что случилось? Вы передумали?
- Быстрее одевайтесь! - крикнул Дронго. - Мы уходим! Они нас вычислили.
- Отсюда тоже? - не поверила Вера. - Но я никому больше не звонила.
- Потом все обсудим. Одевайтесь.
- Только не говорите, что нам нужно оставить пакеты, - взмолилась Вера.
- У вас тридцать секунд, - грозно заявил Дронго, - потом я вытолкаю вас в коридор
прямо в таком виде. Быстрее одевайтесь.
Через полторы минуты они выбежали из номера с пакетами в руках. Дронго показал ей в
конец коридора, где был выход на аварийную лестницу. "В следующий раз поблагодарю
сеньора Сертаду", - подумал Дронго. Ещё через несколько минут они уже сидели в машине,
направлявшейся в сторону вокзала.
- Почему мы так быстро сбежали? - поинтересовалась Вера. - Что случилось?
- Нас опять вычислили, - мрачно пояснил Дронго.
- Но каким образом? - изумилась она. - Мы ведь звонили из Толедо?
- Я даже боюсь об этом подумать, - признался Дронго, - иначе можно сойти с ума.
- Вы не хотите мне ничего объяснить? - спросила она.
- Потом, - отмахнулся он, - надеюсь, мы успеем на вечерний поезд в Барселону. Он
отходит через час. Нужно взять билеты. Поезд стоит на станции Аточа не так много времени.
Он идёт из Севильи в Барселону через Мадрид. Нужно будет успеть на этот поезд.

Восемнадцатое октября

Состав тронулся точно по расписанию. Дронго закрыл дверь, немного успокаиваясь.
Билетов первого класса не было, и они взяли обычное купе на двоих во втором классе. Вера
уселась на сиденье и молчала, ожидая, когда наконец он объяснит ей, что происходит. Дронго
устало сел рядом с ней.
- Никогда в жизни я столько не бегал, - признался он.
Почему? - спросила Вера. - Как они нас опять смогли вычислить? Вы же говорили, что
это невозможно. Мы поехали в Толедо и разговаривали оттуда.
- Верно. Но нельзя считать, что ваши противники дураки. Это всегда опасное
заблуждение. Они тоже умеют считать и понимают, что мы будем маскироваться. Мы сделали
три звонка в Москву, и они могли прослушать все три телефонных разговора. Определить, что
мы звоним из Толедо. И вот здесь начинается самое неприятное для нас. Им нужно было за
несколько часов проверить не только все отели Толедо, но и все отели Мадрида, чтобы точно
узнать, где именно мы находимся.
- Почему вы сказали мне в отёле, что даже боитесь подумать об этом?
- Именно поэтому. Если наши противники смогли так быстро нас вычислить, это может
означать только одно. У них был доступ к информационной системе городской полиции
Мадрида. Они проверили все отели города и получили данные, где именно мы находимся.
Значит, после событий в Хаэне кто-то на государственном уровне сделал запрос по нашему
поводу и получил право на розыск. Именно этого я и боялся. Против нас действует не группа
бандитов, а профессионалы, подчиняющиеся государственному лицу, у которого довольно
большие возможности. И этот человек прикрывает Быстрянского и его компанию. Хорошо, что
мне позвонил портье и предупредил, что нас ищут незнакомцы, которые скоро будут в отёле.
- Что нам делать?
Позвоним ещё раз Феоктистову. Нас может спасти только срочная публикация вашего
обзора. И конечно, нам нельзя оставаться в Испании. Как только поезд прибудет утром в
Барселону, мы должны уехать во Францию. Немедленно. Иначе нас сразу вычислят.
Он посмотрел на пакеты, сложенные на полу.
- И завтра нам нужно купить чемодан, - предложил Дронго, - или два чемодана.
Чтобы хранить в них наши вещи.
- Я думала, что приключения уже закончились, - призналась Вера.
- Мне тоже так казалось. Но, как видите, мы ошибались. Нужно быть готовыми к любым
неожиданностям. Я думаю, что нам нужно вернуться во Францию и поехать в Париж. Вам
лучше остаться у своей сестры. Это единственный человек, которому мы можем доверять.
Лучше переждать у неё некоторое время, а уже потом вы сможете вернуться в Москву.
- У меня закончится виза на право пребывания в Шенгенской зоне, пояснила Вера.
- Её можно продлить. У вашей сестры и её детей есть право на постоянное проживание
во Франции. Вам могут продлить визу в случае болезни. Можно что-то придумать,
договориться с врачами. Или продлить вам визу. Можно спрятать вас в Англии, куда вы можете
въехать со своей английской визой. В общем, что-нибудь придумаем.
Он принялся развязывать галстук.
- Я буду спать на верхней полке, - показал Дронго, - и постарайтесь ночью не
открывать дверь и не выходить в коридор. Даже если очень захотите в туалет. Они могут
организовать проверку всех поездов, вышедших ночью из Мадрида. Стучать в двери, конечно,
не будут. Но встретить вас в коридоре будет для них несомненной удачей.
- Не пойду даже в туалет, - согласилась Вера. - Если бы вы знали, как я устала от этой
дурацкой погони.
- Я устал не меньше вашего. Надеюсь, что уже завтра все закончится. Ваш обзор будет
опубликован, или с ним выступит бывший премьер-министр.
Он полез на верхнюю полку, не забыв взять с собой оружие. Посмотрел на пистолет и
вспомнил слова сеньоры Чавес в Хаэне.
"Из этого пистолета стреляли в офицера полиции", - сказала она тогда. Если их задержат
с этим оружием, то он получит пожизненное заключение в Испании и уже никогда отсюда не
уедет. Нужно избавляться от этого пистолета. Но сделать это сейчас невозможно. Слишком
опасно. Оставлять такую улику против себя тоже глупо. И пистолет ему не поможет, если их
найдут. Но избавляться от него лучше немного позже. Он стащил с себя брюки, рубашку,
повесил все на вешалку. И растянулся на постели.
- Вы спите? - спросила снизу Вера.
- Пытаюсь, - честно ответил Дронго.
У вас железные нервы. А я не могу спать. Все время думаю об этом портье. Почему он нас
предупредил? Ведь вполне мог и не предупреждать. Тогда почему?
- Наш портье учился на философа и может цитировать Бэкона, - пояснил Дронго, -
обычно такие начитанные люди не бывают подлецами. Это исключено. Они не бывают даже
равнодушными. И поэтому он не мог просто так отмолчаться. Сеньор Антонио Сертада
оказался порядочным человеком и спас нам жизнь. Как видите, не все мужики сволочи. Среди
них встречаются и порядочные люди.
- Возможно, - согласилась она, - но очень редко. Будем считать, что этот портье
приятное исключение.
- Будем считать, - согласился он, закрывая глаза.
Через некоторое время она снова позвала его: Простите, что я мешаю вам спать. Вы
действительно думаете, что если они нас найдут, то сразу убьют? Может, они начнут
торговаться?
Судя по тому, как они вели себя в Хаэне, они не станут торговаться. Они выберут
дешёвый и обычный способ избавиться от свидетелей. Пристрелят нас обоих. У вас есть ещё
вопросы или я могу уже спать?
- Можете спать, - ответила Вера, - спокойной ночи.

- Спокойной ночи. - Он повернулся на бок и снова закрыл глаза. До Барселоны было
ещё далеко.

Восемнадцатое октября

Когда утром они прибыли в Барселону, шёл проливной дождь. Небо было затянуто
тучами. Прямо на вокзале они приобрели билеты до границы. Электричка уходила через
полчаса к Порту-Боу, и они, сложив все пакеты, успели занять свои места. Поезд шёл до
границы почти три часа, останавливаясь на каждой маленькой станции. Это изматывающее
путешествие закончилось на границе Испании с Францией. Когда-то давно здесь находились
пограничные стражи и таможенные службы обеих стран. Сейчас границы не охранялись, так
как страны входили в общую Шенгенскую зону. Отсюда до Тулузы шёл скорый поезд. Он был
почти пустой, и они пересели в него, чтобы ещё через два с половиной часа оказаться в Тулузе.
Во время этого длинного пути он дремал, а она приобрела газеты на французском языке и
читала их, стараясь не поднимать головы. Наконец днём они прибыли в Тулузу и сразу
отправились пешк

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.