Жанр: Триллер
Темный заговор 3. Зло торжествует
...в Скрипичника. Ты
хочешь того же?
- Я могла бы удовольствоваться и этим, но, кажется, я хочу большего, чем
хотел от тебя твой предшественник. - Она опять
повернулась ко мне, и я увидел огонь в глубине синих глаз. - Я бы сделала тебя
своим супругом, полноправным и равным
партнером. - Она сложила ладони вместе, потом протянула руки ко мне и открыла
ладони. Я увидел витое алмазное
ожерелье, вызванное ее магической силой.
Ожерелье поплыло ко мне, и меня захлестнуло желание оголить шею, чтобы оно
коснулось кожи. Я чувствовал
исходящую от ожерелья силу.
Приняв его, я стал бы Темным Властелином, равным Императрице Алмазов.. Мы
оба знали, что Скрипичник растил и
воспитывал меня, чтобы когда-нибудь сделать Темным Властелином, поэтому
подчинить себе власть ожерелья мне не
составило бы труда. Для этого требовалось лишь принять предложение Императрицы.
Я знал, что ни один Темный Властелин не устоит против нашего союза.
Созданный творцом, обладающим аспектом
синтезатора и обученным убивать, я мог бы переплавлять свои жертвы в грозных
воинов и создать непобедимую армию.
Моя Императрица спасала бы лучших из поверженных врагов, а я отливал бы их
по новым формам. С каждой победой мы
становились бы все сильнее, пока, наконец, на свете не осталось бы ни одного
достаточно могущественного противника,
который мог бы бросить нам вызов. Я уничтожил бы всю Вселенную, а она создала бы
ее заново в том виде, который нас бы
устраивал.
А если новая Вселенная нам наскучит, мы можем начать все сначала. Мы
предельно сократили бы циклы жизни и смерти,
и каждый из них приносил бы нам еще больше могущества и славы. И для того чтобы
все это стало явью, мне нужно было
только добровольно принять власть, которую предлагала Алмазная Императрица.
Внезапно меня пронзило кинжальной болью.
Невидимый клинок вошел мне в живот и вспорол до груди. Я чувствовал его
движение каждым ребром, словно тупая пила
вгрызалась в мое тело. Я поднес руки к груди, но в тот же мир, когда пальцы
коснулись кожи, и руку, и грудь пронзили
миллионы расплавленных игл.
- Нет! Нет! - всхлипнул я, задохнувшись от боли.
Не долетев до меня, ожерелье остановилось в воздухе и растаяло. И как
только оно исчезло, исчезла боль у меня в груди.
Но душевная боль осталась. Я хотел уничтожить Скрипичника и Пигмалиона
потому, что сознательно отвергал неприятие
законов, по которым они жили. Чтобы сохранить свое могущество, они заставляли
страдать миллионы беспомощных жертв.
Уже во второй раз меня искушали их властью. В первый раз мне предложил ее
Скрипичник, и мне стоило большого труда
удержаться от соблазна. И сейчас я едва не поддался искушению, зачарованный
грандиозными возможностями, которые
открывал передо мной союз с Императрицей. Когда взираешь на мир с вершины
могущества, страдания людей кажутся
такими мелкими.
Но я всегда старался смотреть на мир не с вершины власти, а из пропасти
беспомощности. Я видел отчаяние людей вроде
Теда Фарбера. Я знал, какую страшную ненависть порождают бедствия и несчастья в
душах "Арийских Воинов",
приписывающих все свои беды проискам сионистов. Я видел, как страдает Синклер
Мак-Нил от бессердечия собственного
отца. Я знал этих людей; я мог считать их друзьями или врагами, но я не желал
видеть их в качестве своих жертв.
Темных Властелинов в первую очередь отличает полное отсутствие совести.
Люди для них то же самое, что пчелы для
пчеловода, только с одной маленькой разницей: пчеловод делает все возможное,
Чтобы устроить своим пчелам жизнь
получше, потому что получает от них мед, а Темные Властелины считают медовосладкими
чужие страдания и страх,
поэтому создания в их ульях живут хуже, чем души грешников в преисподней.
Я поднял голову и встретил взгляд Алмазной Императрицы.
- Даже если бы я пожелал принять твой дар, то не смог бы этого сделать.
Скрипичник встроил в меня механизм, который
убьет меня, если я приму власть Темного Властелина против воли моего создателя.
Случай с Пигмалионом был ему уроком,
и он не повторит ошибки.
- Скрипичник никогда не позволит тебе стать моим супругом, пока он жив. -
Императрица хищно облизнулась. - Помоему,
решение напрашивается само собой.
- Согласен. - Я соскользнул со своего ложа и выпрямился. - Когда Скрипичник
уничтожит Пигмалиона, он станет моей
главной головной болью. А чтобы убить Темного Властелина, нужен другой Темный
Властелин.
- Ты уже мыслишь, как один из нас. Скрипичник утверждает, что он тебя
создал, но, по-моему, ты получился бы таким же
и без него. - Она снова подошла ближе и прижала ладони к моей груди. - Ты
признаешь мой союз с Койотом? Когда вы со
Скрипичником расправитесь с Пигмалионом, я помогу тебе уничтожить Скрипичника.
- Согласен.
Она подняла бровь, и на лице появилось весьма нетипичное для Нэтч
выражение.
- У тебя уже есть план?
- Так, вырисовывается одна идейка. - Я улыбнулся. - Но сейчас мне
необходимо вернуться на Землю. Я уже попытался
отсюда выбраться, но ничего не вышло. Такое ощущение, будто это протоизмерение
затвердело.
Алмазная Императрица кивнула:
- Так оно и есть. Природа этого протоизмерения родственна моему аспекту.
Потратив какую-то часть своей силы, я могу
возвести вокруг этого мира почти непроницаемую стену. Любой Темный Властелин
может проделать то же самое, если его
аспект совместим с природой измерения. Пигмалион, например, заперся в своем
измерении, когда с его питомцем случилось
несчастье.
Я нахмурился.
- Несчастье? С Риухито?
- Да. И Пигмалион залег в свою берлогу. Но я убеждена, ты все равно найдешь
способ его уничтожить. Можешь покинуть
этот мир. А на прощание я хочу сделать тебе подарок. - Тело Нэтч привалилось ко
мне и начало оседать, но я успел его
подхватить, прежде чем оно сползло на пол пещеры.
В моем мозгу прозвучал кристально ясный голое.
Береги ее. Койот. Вы оба очень ценны для меня.
Когда я тебе понадоблюсь, скажи ей, и я буду знать. Вместе мы, станем
непобедимы..
Глава 20
Пытаясь выбраться из измерения Титана в первый раз, я избрал местом
назначения штаб-квартиру Галактического
Братства не раздумывая. Но и по зрелом размышлении я решил войти в родное
измерение в Японии, потому что, насколько я
помнил, мы решили использовать японскую базу для переправки людей и оборудования
в измерение, которое окажется
подходящим плацдармом для наступления на Пигмалиона.
Я материализовался на территории комплекса Галбро во внутреннем дворе с
межпространственными вратами. Казалось
бы, мое возвращение на Землю, да еще с Нэтч Ферал, должно было произвести
настоящий фурор, но меня попросту никто не
заметил. Я стоял с бесчувственным телом Нэтч на руках, и никто не обращал на
меня внимания. А на земле аккуратными
рядами лежали окровавленные трупы. Из пространственных врат вышли двое с
носилками и понесли раненого в здание. В
воротах возникли еще двое.
- Кроули! - крикнул я и начал пробираться к нему. Он повернул голову, и я
едва узнал его.
Знакомое лицо превратилось в маску гнева. Одной рукой придерживая
безвольную руку спутника на своем плече, а другой
крепко вцепившись в его пояс, Кроули приподнял раненого над бортиком у выхода из
ворот.
Его лицо немного просветлело, когда Кроули меня узнал, но он покачал
головой.
- Подожди минутку, - и повел раненого к зданию. Даже лежащие повсюду тела
не поразили меня так, как окровавленный
Бат, бредущий, тяжело опираясь на Кроули. Только сейчас я по-настоящему осознал,
какая ужасная катастрофа постигла нас.
Два санитара забрали Бата у Кроули; еще один санитар взял у меня тело Нэтч.
Он, несомненно, предполагал, что она
жертва того же бедствия, от которого пострадали и остальные. Санитар,
несомненно, заметил мой странный наряд, но я не
уловил от него даже проблеска удивления - он излучал только сильную усталость и
сосредоточенность.
Я подошел к Кроули:
- Что произошло?
Казалось, измотанный человек, стоящий передо мной, не испытывает вообще
никаких чувств.
- Мы победили.
Я оглянулся на ряды тел и покачал головой.
- Мы предполагали, что будет опасно, но такого...
- Этим парням досталось по полной программе. - Кроули опустился на колени
перед одним из трупов и отвернул серое
одеяло. - Отец Мики.
Сломана шея. Быстрая смерть.
У меня внутри все похолодело.
- Мики уже знает?
- Как можно объяснить смерть пятилетнему ребенку?
- Раджани подружилась с мальчиком, может быть...
Кроули посмотрел на меня пустыми глазами.
- У меня даже не было времени сказать ей, что ее отец погиб.
Я застыл.
- Мне показалось, ты сказал, что мы победили.
- Мы победили. Пошли.
Я пошел следом за Кроули к межпространственным вратам, встроенным в
основание фонтана. Когда они действовали,
вода в фонтане сменялась опалесцирующим сиянием. У того, кто перешагивал бортик
и оказывался в бассейне фонтана,
возникала полная иллюзия, что он бредет по воде. Когда я начал погружаться, меня
сначала обдало холодом, потом накрыло
колючим одеялом и завертело так, что я совершенно потерял ориентацию.
В конце концов я всплыл в кольце высоких термитников и заторопился за
Кроули. С другой стороны холма поднимались
санитары с носилками.
- Кроули, подожди!
Человек-тень даже не повернулся. Я догнал его и схватил за руку. Он
попытался вырваться, но я крепче сжал пальцы и
развернул его лицом к себе.
- Что, черт побери, здесь происходит?!
Кроули открыл рот, уже готовый наорать на меня, но внезапно осекся и
обуздал гнев.
- Прости, я... - Он с шумом выдохнул, потом повернулся и обвел рукой вид,
открывающийся с вершины холма. -
Великолепно, не правда ли?
Я кивнул. Это измерение больше всего напоминало африканскую саванну,
граничащую с тропическим лесом. Если бы не
голубые растения, вообще было бы трудно поверить, что мы покинули Землю.
- Прекрасный мир.
- Рабочие думали, что это Борнео. - Кроули покачал головой и сжал кулаки. -
Мы с тобой, Бат, Хэл, Йидам - мы знаем, что
происходит. Мы сознательно идем на риск. А они просто приехали подзаработать. И
мы обманом втянули их в свою войну с
Темными Властелинами.
- Они и так были втянуты в эту войну, Кроули. - Я прищурился. - Какая
разница, где бы они погибли - здесь или у себя
дома? Черт побери, большинство этих людей жили как Тед Фарбер когда-то - ни
целей, ни стремлений, ни надежд. Чем такая
жизнь лучше смерти?
Кроули вскинул голову:
- Но они жили.
- Согласен, но их смерть, возможно, спасла жизнь другим. - Ветер из долины
донес до нас болотный запах гниющих
растений. - Насколько скверно обстоят у нас дела? Удастся спасти хоть чтонибудь?
- Боюсь, это вопрос не ко мне. Взгляни сам.
Мы начали спускаться по склону, взяв курс на расчищенный участок, где, судя
по всему, еще недавно был лагерь.
Джунгли между вершиной холма и территорией лагеря прорезала широкая полоса.
Подлесок был начисто вытоптан, деревья
повалены, словно над ними узким фронтом пронесся ураган необычайной силы. Я
заметил на стволах следы от пуль и
страшные шрамы, оставленные такими длинными и мощными когтями, что у меня по
спине пробежал холодок.
Мы шли по просеке, обходя размякшие островки зеленоватой слизи,
напоминающей открытую гниющую рану. Не
требовалось особого ума, чтобы сообразить, что эти куски слизи и были источником
гнилостного запаха. Возле одного я
задержался и увидел сплющенную пулю, вылезшую на поверхность, подобно тому, как
выступает из тающего льда гравий.
- Надеюсь, эти твари стоили того, чтобы тратить на них патроны?
Кроули нетерпеливо кивнул и посторонился, уступая дорогу двум санитарам с
носилками.
- Их создал Риухито. И, помимо всего прочего, наделил их способностью
получать энергию из света. Риухито вживил в
клетки их кожи хлорофилл, чтобы они подзаряжались, нежась в лучах его сияния. Мы
обратили внимание, что в его
отсутствие они несколько вяловаты. Но все равно они были ужасны.
Я встал и вытер руки о подол своего хитона.
- Вы еще выносите отсюда раненых, а эти твари уже почти разложились. Что, в
этом измерении есть зоны с разной
скоростью течения времени?
- Нет. - Кроули повернулся и потел дальше. - В этом измерении есть
бактерия, которая разрушает хлорофилл. Риухито об
этом не знал.
Эта бактерия не могла убить его тварей, но она их ослабляла. Вероятно, мы
выжили - вернее, те немногие из нас, кто
выжил, - только благодаря этой удаче.
Перепрыгивая с камня на камень, мы перешли ручей и начали подниматься по
склону ущелья к лагерю. По пути я увидел
участок, где растительность была полностью вытоптана. Площадку пересекала
извилистая траншея с мелкими
ответвлениями, разбегающимися во всех направлениях. У нижнего края участка земля
была покрыта полуметровым слоем
вспенившейся зеленой жижи.
- Здесь стояли ребята Бата. - Кроули покачал головой. - Когда я нашел Бата,
он бродил по джунглям, разыскивая врагов. У
него кончились патроны, сломался штык, и тогда он пошел на них с голыми руками.
Он показал мне места, где убил троих, и
сказал, что не помнит, где лежат остальные.
Из пенной массы выступали три толстых поваленных дерева. Я прошел по этому
импровизированному мостику и начал
взбираться по самой крутой части склона. В темной глинистой почве остались
отпечатки огромных копыт. Я вгляделся в них
повнимательнее и обнаружил, что местами на них накладываются следы когтистых лап
меньшего размера. Время от времени
попадались более вытянутые и тонкие следы. Судя по размерам и относительной
глубине отпечатков, эпитет "ужасные" по
отношению к гниющим здесь тварям был чересчур слабым.
Когда мы вышли на открытое место, перед моими глазами предстала картина,
при виде которой мне стало понятно
состояние Кроули. Война всегда несет смерть и опустошение, но об этом обычно
мало кто помнит. Чаще вспоминают о
людском героизме перед лицом надвигающегося хаоса. Невинным жертвам возводят
памятники, героев чествуют на
торжественных церемониях, но тем, кто не прошел через ад войны, трудно понять,
во что она обходится людям. Ужас,
страдания, горечь утраты и отчаяние десятков, сотен, тысяч жертв настолько не
поддаются описанию, что передать все это не
по силам даже самым талантливым создателям мемориалов.
Гниющая масса цвета прокисшего горохового супа покрывала территорию лагеря
сплошным слоем. В этой тошнотворной
жиже плавали островками крупные и мелкие останки воинов Риухито. Между ними
бродили люди и с громкими
хлюпающими звуками вытаскивали из вязкой массы других людей. Беглый осмотр
позволял установить, жив или мертв
спасенный, и в зависимости от результатов осмотра человека либо укладывали на
носилки и немедленно эвакуировали, либо
укладывали в ряд с другими мертвецами.
От вони я едва не задохнулся; на глаза навернулись слезы. Глядя на поле
боя, я совершенно отчетливо представил себе,
как происходило сражение. Сначала войска Риухито наступали, потом наступление
было остановлено, и врага начали
медленно теснить назад, но защитники при этом несли огромные потери. Заостренные
колья, торчащие из слизи, и груды
опрокинутых мешков с песком отмечали позиции защитников лагеря. А между кольями
и фортификациями, в самой гуще
слизи, лежали четыре огромные мертвые туши.
Мне довелось однажды побывать на Плутонии, и поэтому я сразу узнал
обитателей этого измерения. В тот раз они
показались мне грозными и невероятно сильными, но сейчас неподвижные тела,
лежащие на боку в лужах крови, смешанной
с зеленой пеной, выглядели жалко.
Я не сомневался, что они внесли в нашу победу главную лепту. Составляя
предварительную смету работ, мы решили, что
нам понадобится как минимум полдюжины плутониан. Исходя из этой цифры, наши
потери в худшем случае составляли 66
% убитыми, но, посмотрев на груду человеческих тел, я понял, что для таких
хрупких созданий, как я, эта оценка явно
занижена.
- У вас уже есть сведения о потерях?
Кроули коротко кивнул:
- Плутониане: ранеными - 100 %, убитыми - 66 %. Миранджейки: ранеными - 100
% потерь, но, к счастью, ранение
незначительное. Вета отправилась в Плутонию выхаживать раненых плутониан. Она
надеется, что они выживут. Люди:
ранеными - 99,5 %, убитыми - 70 %. Остальным требуется медицинская помощь.
Войска Совета внутренней безопасности
отделались легче. Смертные случаи главным образом среди наших рабочих. -
Человек-тень широко развел руками. - Я
единственный, кто не пострадал.
- Уж тебе-то лучше других должно быть известно, как глупо испытывать
чувство вины за то, что уцелел.
- Да, черт побери, мне это известно! - Кроули скрестил руки на груди. - Я
знаю, что выжил благодаря тренированности и
опыту. Но не только. Я выжил потому, что Йидам и Уилл Рэйвен разделались с теми,
кто мог меня убить. Я обязан им
жизнью, а они мертвы. И, учитывая все произошедшее, я не могу даже утешать себя
мыслью, что их жертва была не
напрасна.
Я нахмурился:
- Но мы ведь можем набрать еще людей, разве нет? Нельзя бросать дело на
полпути.
- Если ты хочешь притащить сюда еще людей, на меня можешь не рассчитывать.
Я обернулся на голос и увидел ковыляющего к нам Хэла. Правая рука у него
висела на перевязи, брюки и левый рукав
были забрызганы пеной. Даже лоб пересекала грязно-зеленая полоса. Он посмотрел
на Кроули и спросил:
- Ты еще не рассказал ему?
Человек-тень покачал головой:
- О чем ты мне не рассказал?
- Поскольку тебя в тот момент не было рядом, я решил сам отправиться к
Пигмалиону и убить его. Я знаю, что убийства -
твой профиль, но я, как тебе известно, тоже неплохо стреляю. Я попытался
проникнуть в его измерение, но не смог.
Я не совсем понял, в чем там дело, но, насколько я могу судить, он
умудрился заковать свое измерение в броню.
Я кивнул:
- Мне дали понять, что Темные Властелины способны проделать такой фокус с
измерениями, свойства которых
родственны их аспекту.
Кроули смерил меня взглядом.
- Интересные сведения.
Он ждал, что я назову источник информации, но я медленно покачал головой.
- Тут что-то не так.
Хэл разразился неприязненным смехом.
- Что может быть не так у человека с таким потрясающим здравомыслием?
- Довольно, джентльмены! - Я перевел взгляд с Кроули на Хэла и обратно. -
Насколько я могу судить по вашему
поведению, вы оба почему-то считаете, что случившееся здесь - моя вина. Вы оба
измучены, и лишь по этой причине я
стараюсь не обращать внимания на ваши выпады.
Я на секунду умолк и вобрал в себя боль и смерть, наполняющие этот мир.
Отчаяние, страх и отчетливо различимый гнев
пропитали здешнюю атмосферу, как вода - губку. Я чувствовал скорбь, исходящую от
живых, и ужас умирающих.
Я уловил горечь Хэла, уверенного, что все пошло прахом и надо было найти
какой-то другой путь.
- Меня здесь не было, это правда. Но вы полагаете, что, если бы я мог, я не
отправился бы сюда вместе с вами? Вы
думаете, я не оплакиваю этих людей? Да, я не знал их, я не с ними разговаривал,
они не доверились мне, как доверились вам.
Но что же вы думаете - я нарочно поцеловался с ручной гранатой, чтобы
остаться в стороне от этой битвы?
- Прости, Койот, - с раскаянием в голосе сказал Хэл. - Я просто... Один из
погибших не должен был бы здесь находиться.
Я поддался на его уговоры.
Кроули кивнул:
- Уилл Рэйвен. Нам чертовски повезло, что он здесь оказался. Если б не он,
нам никогда бы не захватить Риухито.
- Но он погиб, Кроули. - Хэл понуро опустил голову. - У него остался сын. О
мальчике заботится дед Уилла.
- Хэл, ты принял правильное решение. Тебе, кстати, тоже не следовало бы
здесь находиться. - Я глянул на Кроули. - Что
ты имел в виду, говоря, что вы "захватили" Риухито?
- Уилл проломил ему череп, пока Йидам держал принца. А я... Мне надо было
бы просто убить Риухито, но я не хотел его
смерти и никак не мог найти другого решения. Уилл нашел, а потом погиб. Но перед
смертью он лишил Пигмалиона
возможности выследить меня, когда я переносил Риухито.
- Императорский внук жив? Где он?
Кроули замялся:
- В одном очень надежном месте. Это маленький мирок, о котором никто, кроме
меня, не знает. Я думаю, принц не умрет,
хотя у него скорее всего проломлен череп.
- Хорошо. Теперь Пигмалион остался без помощника. - Я сделал вид, что не
придаю значения уклончивости Кроули. Он
был прав, мне совершенно ни к чему знать название мира, куда он спрятал Риухито.
У меня не было способностей к
телепатии, поэтому извлечь эту информацию из его мозга я не мог. Впрочем, судя
по тому, что мне никогда не удавалось
уловить эмоций Кроули, даже одаренный телепат не сумел бы проникнуть в его
мысли.
Скрыв от меня название измерения, Кроули здорово облегчил мне бремя
ответственности и подстраховался на случай
моего предательства.
Я - творение Темного Властелина. Кроули было трудно доверять мне, и я его
понимал. Ведь и я не рассказал ему о своем
разговоре с Алмазной Императрицей, чтобы его не заставили выдать тайну. А ведь я
доверял Кроули. Он мог позаботиться
не только о себе, но и о судьбе всей Земли.
- Трудно было скрыться от Пигмалиона?
Кроули покачал головой.
- Насколько я могу судить, погони вообще не было.
- Хэл, ты видел здесь каких-нибудь созданий Пигмалиона? Кого-нибудь,
похожего на Мики?
- Нет, никого. Судя по тому, как легко Мики справляется с Батом, вряд ли мы
остались бы в живых, если бы Пигмалион
послал войско отомстить за поражение Риухито.
Кроули зашагал дальше.
- Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, Койот. Вероятно, Пигмалион не
сделал попытки вернуть Риухито, потому что
меня было слишком трудно выследить. А без Риухито он бессилен перед
Скрипичником, поэтому и запечатал свое
измерение.
- Точно. Мы были так поглощены Риухито, что не подумали об очевидных вещах.
Скрипичник утверждал, что Пигмалион
хочет его уничтожить. С точки зрения Скрипичника, это не подлежит сомнению, но
ведь его точка зрения не единственно
возможная, не так ли?
Разговаривая, мы медленно брели на север, в глубь огражденной территории.
Чем дальше мы углублялись, тем меньше
свидетельств недавнего сражения попадалось нам на пути. Наконец, мы достигли
места, где лагерь выглядел совершенно
обычно, только людей не хватало. Если бы не вонь разлагающихся растений, можно
было бы поза; быть, что здесь
произошло.
Хэл поскреб щетину на подбородке.
- Нам нужно все обдумать заново. Пигмалион был учеником Скрипичника, но он
восстал и, восстав, достиг статуса
Темного Властелина.
Я кивнул:
- Верно, и сейчас со Скрипичником они почти на равных. Главное отличие
между ними заключается в том, что
Пигмалион, у которого гораздо меньше могущества, может проникать в некоторые
протоизмерения, куда Скрипичнику путь
заказан. Одно из них - штаб-квартира Пигмалиона. Полагаю, и Земля тоже.
Кроули подтвердил мои догадки.
- С Землей дело вообще обстоит довольно непросто; некоторые Темные
Властелины имеют. туда ограниченный доступ и
не слишком вмешиваются в жизнь человечества. Скрипичник, например, способен
спроецировать на Землю значительное
количество психической энергии, но не в состояний переместиться туда физически
из-за энтропического барьера вокруг
Земли. Единственный шанс для него проникнуть на нашу планету -
межпространственный туннель.
Я повернулся к Кроули:
- А что насчет туннеля, который использовал Пигмалион?
Он пожал плечами:
- Этот туннель расположен уже внутри барьера, - внезапно он замер. -
Выходит, что Пигмалион попал в Галбро из какогото
протоизмерения, которое очень близко к Земле...
- Или Вообще из другой точки Земли, - кивнул, Хэл. - Пигмалион может
попасть на Землю, когда пожелает. Ведь он там
родился, Мы миновали лагерь и вошли в тропический лес. Солнце стояло почти в
зените, и голубые и фиолетовые блики
создавали впечатление, что мы бредем по подводному царству.
- Если Земля такой лакомый кусочек, а Пигмалион свободно может там
появляться, почему же он выбрал для своей
мастерской другое протоизмерение?
Кроули хрипло рассмеялся:
- Ты видел, что он сделал с Мики. Мальчик развился за очень короткий срок.
Когда в ответвлении туннеля я наткнулся на
других воинов Пигмалиона, созданных по образу Мики, они тоже были совершенно
взрослыми. В этом измерении он может
быстро вырастить целую армию, которая с легкостью завоюет ему другие миры.
Я перешагнул небесно-голубой ствол упавшего дерева.
- Сколько солдат нужно, чтобы захватить Землю?
Человек-тень пожал плечами:
- Миллиард?
Хэл прикрыл глаза.
- Но энтропический барьер не пропустит миллиард воинов, правильно?
- Если он попытается перебросить их всех сразу - да. - Я улыбнулся. - Но
если у него есть межпространственный туннель,
то барьер ему не помеха.
- Но появление большого количества таких воинов, как Мики, вряд ли пройдет
незамеченным.
Значит, он должен сосредоточить их в какой-нибудь пустынной местности, по
крайней мере до тех пор, пока его войско не
станет достаточно большим, чтобы можно было не опасаться нападения. - Кроули
задумчиво покивал. - Отсюда следует, что
у него должна быть надежная база с очень хорошим снабжением.
- Точно. - Я подмигнул ему, зная, что мы с ним думаем об одном и том же.
Хэл покачал головой:
- Вы двое, очевидно, разобрались в правилах игры, но я чего-то недопонимаю.
- Хэл, все очень просто. - Мы проломились через кустарник и вышли на
открытое место. Перед нами был холм - словно
постамент для ветряков. Лопасти лениво вращались под легким ветром. Я показал
Хэлу на них. - Вот тебе подсказка.
Хэл прищурился, потом неуверенно кивнул.
- Энергия?
- Правильно. Теперь битва за Риухито предстает в ином свете, верно?
- Риухито разыгрывает из себя бога Солнца, и его спектакля было достаточно,
чтобы подкармливать энергией целую
армию... - Хэл хлопнул себя по лбу. - Ну конечно! Скрипичнику нужен был Риухито,
потому что принц мог обеспечить ему
больше энергии, чем вся Застывшая Тень, а значит, можно было бы без труда
привести в действие межпространственный
туннель, который Скрипичник встроил в магнитную подвеску в фениксе.
Я хлопнул его по плечу:
- Все верно. Пигмалион понимал, что должен помешать Скрипичнику проникнуть
на Землю. Для этого он уничтожил
батарею, которую собирался использовать Скрипичник. Пигмалион мог бы просто
взорвать магнитную по
...Закладка в соц.сетях
