Жанр: Триллер
Власть
...ералом, и судьба его всегда была в нем самом. Всегда.
Мальчик, который хочет его убить, должен будет многому научиться.
Линь Пао повернулся к пайваньцам и твердым, уверенным голосом сказал, что
нужно делать.
4
Нью-Йорк
Губернаторский остров - один из трех небольших островов, что находится чуть к
югу от Манхэттена в нью-йоркской гавани. Посещение этого острова, на котором
расположился штаб береговой охраны США, строго ограничено днями открытых
дверей по уик-эндам в теплые месяцы года. Частные поездки запрещены. Групповые
поездки разрешаются только в том случае, если вы заблаговременно уведомите об этом
письменно начальство береговой охраны.
Остров получил свое название в 1698 году, когда законодательное собрание НьюЙорка
выделило эту землю "для блага и удобства губернаторов его величества".
Помимо домов губернаторов колонии, на острове находились также охотничий
заповедник, овцеводческая ферма, ипподром и карантинный пункт для иммигрантов.
Губернаторский остров со своими лесными массивами, коттеджами колониального
стиля и домами девятнадцатого века остается единственным районом Нью-Йорка,
сильно напоминающим сельскую местность.
К достопримечательностям острова можно отнести также форт Джей и замок
Уильямс - укрепления, построенные для защиты Нью-Йорка девятнадцатого столетия
от атак британского военно-морского флота. Вдоль крепостных валов выстроилось
множество пушек, которым так и не суждено было поучаствовать в боевых действиях.
Британская угроза так никогда и не осуществилась, и пушки эти стреляли только на
учениях и в честь памятных дат.
Губернаторский остров сохраняет защитные функции и по сей день, только об этом
известно немногим. Свидетели по федеральным уголовным делам, особенно связанным
с организованной преступностью, содержатся на острове под охраной.
Дав показания в федеральных судах Манхэттена, некоторые свидетели попадают
под программу перемещения свидетелей Министерства юстиции, которая включает
получение ими новых документов, переезд в другой город или за границу, а иногда и
пластическую операцию. Программа эта, получившая также название "Под чужим
именем", имеет своих критиков, которые утверждают, что она не обеспечивает
надежной защиты свидетелей. Стрелы критики были направлены и против самих
свидетелей, которые, находясь под защитой правительства, умудрялись продолжать
совершать такие преступления как ограбления банков, подделка ценных бумаг,
поджоги, изнасилования и убийства.
Однако программа перемещения свидетелей продолжает существовать. Кажется,
никакая критика и полемика вокруг нее не смогут положить ей конец. Преступники
будут пользоваться неприкосновенностью за показания против своих приятелей. А
некоторые вопросы этического характера останутся без внимания или без ответа.
Эта программа будет продолжать существовать, потому что свидетели,
помогающие следствию, остаются главным источником информации при раскрытии
преступлений.
Было уже далеко за полдень, когда Фрэнк ДиПалма ступил на крыльцо
двухэтажного кирпичного помещичьего дома на Губернаторском острове и позволил
обыскать себя двум охранникам.
- Я не ношу оружия, - сказал ДиПалма. Они знали об этом и знали, кто он, но все
равно обыскали его, похлопав по нему сверху донизу.
Один из охранников, молодой широкоплечий пуэрториканец с короткой шеей, был
в коричневом капральском кителе, выцветших джинсах и ковбойских черных сапожках
с серебряными накладками на носках. В одной руке, опустив ствол на плечо, он держал
чешский пистолет-пулемет "скорпион" и, обыскивая ДиПалму, пританцовывал на
месте.
Его партнером был тощий, средних лет, негр с дружелюбным взглядом карих глаз,
но настроенный явно недружелюбно. На нем был серый фланелевый костюм-тройка и
двубортный бежевый плащ с хлопчатобумажной клетчатой подкладкой. На его правом
плече висел пистолет-пулемет "беретта" модели 12С. Был конец зимы, и оба охранника
ходили без головных уборов и в черных кожаных перчатках. Оба не желали тратить
время на пустую болтовню. ДиПалма подумал, что пуэрториканец смахивает на
преступника, а его напарник похож на руководящего работника.
Фрэнку ДиПалма было сорок пять. Это был крупный мужчина ростом шесть футов
с глубоко посаженными глазами, седыми волосами и некрасивым, с мелкими чертами
лицом, которое казалось привлекательным благодаря уверенному выражению. Его жена
(он был женат второй раз) говорила, что у него очень сексуальная внешность.
Проработав двадцать лет в нью-йоркской полиции, он заработал лейтенантскую
пенсию и небольшую хромоту - напоминание о том, что преступность, выражаясь
словами Рэймонда Чандлера, отнюдь не благословенный мир. Последние три года он
работал на одну крупную телевизионную компанию в качестве репортера,
занимающегося расследованиями.
Он приехал на Губернаторский остров, чтобы поговорить со своим бывшим
партнером, агентом нью-йоркской сыскной полиции Грегори ван Рутеном, который
был свидетелем, находившимся под охраной. Чтобы избежать тюрьмы, ван Рутен давал
властям информацию о деятельности в Америке Линь Пао, китайского торговца
наркотиками, известного как Черный Генерал. Как правило, контакты с
осведомителями ограничивались членами семьи и адвокатами. ДиПалма сумел обойти
это правило, вернее ван Рутен помог ему в этом, заявив сотрудникам министерства
юстиции, что если они не будут выполнять его требования, то он может расхотеть
давать им информацию. Он хотел, чтобы ему позволили один на один встретиться с
Фрэнком ДиПалмой. Он потребовал, чтобы эту встречу устроили немедленно.
ДиПалма не был желанным гостем на Губернаторском острове. ФБР и АБН не
любили, когда их охраняемые свидетели общались с прессой. Чем меньше людей знают
о ван Рутене, тем лучше. Средствам массовой информации не было известно о его
аресте, и фэбээровцы хотели сохранить это в тайне. И вот появляется Фрэнк ДиПалма,
готовый раздуть это дело до небес, во всяком случае так им кажется.
ДиПалму попросили посодействовать и сознательно, по собственной воле
отказаться от встречи со своим бывшим партнером. Его ответ на это был таким: какого
черта? Тогда, может быть, ДиПалма пожелает встретиться и поговорить об этом с
министром юстиции США? Не желает. А не хочет ли он пообедать с министром
юстиции? Опять нет. Встреча с ван Рутеном состоится. Если у АБН и ФБР какие-то
проблемы, то пусть разговаривают с самим свидетелем - это его инициатива.
Последней ДиПалме позвонила испанка с голосом, холодным, как лед, и заявила,
что является представительницей ФБР. Она начала было укорять его в нежелании
сотрудничать, когда он перебил ее. "Мне кажется, вы мне нравитесь, - сказал он, - я
только что заметил, что у меня в штанах кое-что зашевелилось". Она бросила трубку.
ДиПалма не ожидал, что на него будут оказывать такое давление, и не собирался
мешать полицейским проводить расследование. В бытность свою полицейским он сам
не раз сталкивался с самодовольными ублюдками. Поэтому он позвонил министру
юстиции США Лоугану Пилу и пообещал не распространяться насчет предстоящей
встречи с ван Рутеном. Встреча их будет иметь сугубо личный и конфиденциальный
характер, и ни одно слово из их разговора не попадет в телевизионные новости.
Ты будешь говорить с ним о жене? - спросил Пил. Замечательно, подумал
ДиПалма, об этом известно уже всему чертову свету. Он оставил вопрос без ответа. Все
хорошо, сказал Пил, но ты знаешь этих упрямых республиканцев. Некоторые ребята из
ФБР и АБН и смотрят на ДиПалму не как на бывшего копа, а как на штатского. Как на
худшего из штатских. Как на хренова журналиста - вот так. Согласно их социальной
градации ниже журналистов находятся только адвокаты и насильники. Для них
ДиПалма был врагом.
Но пока ван Рутен нужен фэбээровцам, он будет делать, что захочет. Можешь
поставить свои последние деньги, дорогуша, на то, что встреча ДиПалмы с его бывшим
партнером состоится. Она состоится потому, что ван Рутен много знает о Линь Пао -
человеке, который заправляет героиновым рынком Нью-Йорка. Красавчик Грегори
намеренно удерживал в своих руках все козыри.
ДиПалма знал, что какой бы информацией ни обладал ван Рутен, Линь Пао никогда
не попадет под суд в Америке. У Черного Генерала были мощные и прочные
политические связи на его родине в Тайване; скорее луна упадет на землю, чем его
выдадут иностранному государству. Тайваньские лидеры скорее предпочтут отправить
Пао на тот свет, чем в зал американского суда.
Но стоит воспрепятствовать операциям Черного Генерала в Америке, его самом
прибыльном рынке, и этот ублюдок потерпит непоправимый урон. Срубите это
денежное дерево - и тайваньские тузы вмиг запаникуют. Ван Рутен, если он
разговорится, может свалить Линь Пао с "Золотой горы".
Из собственных расследований ДиПалма знал, что мафия в Америке ослаблена.
Настойчивое судебное преследование, хорошая секретная работа, первоклассные
осведомители - все это приносило свои плоды. Однако едва только итальянцев
отправили в федеральные исправительные учреждения, как на смену им пришли новые
игроки. Игроки хитрые, жестокие и честолюбивые.
Возросшая иммиграция - легальная и нелегальная - дала китайцам преимущества
по сравнению с их соперниками и увеличила скорость их экспансии в Америке.
Китайцы стали контролировать такие сферы преступного бизнеса как торговля
наркотиками, вымогательство, проституция и контрабанда оружия, деятельность их
вышла за пределы манхэттенского китайского квартала и распространилась на всю
страну: на Филадельфию, Бостон, Даллас, Хьюстон, Орегон, Лос-Анджелес.
Организованная преступность из Азии ошеломила ФБР своей дерзостью. Один
источник в бюро сообщил ДиПалме, что более двух десятков агентов были отвлечены
от ведения дел, связанных с итальянскими мафиози, с тем, чтобы они перекинулись на
китайцев. Нужен ли фэбээровцам ван Рутен? Конечно, бывший партнер ДиПалмы
подонок, но как осведомителю ему нет равных.
Источник в ФБР сказал:
- Недели две назад твой ван Рутен загулял: нюхнул кокаину, глотнул таблеток,
добавил спиртного, все такое, и - понеслось: он и его приятель полицейский, детектив
сержант Олонсо Ла Вон. А в карманах у них - полтора миллиона денег Линь Пао.
Представь себе окосевших от наркотиков секретных агентов. Они должны были
отвезти эти деньги в Панаму и поместить их в некий банк, но вместо этого отправились
в Атлантик-Сити, где просадили большую их часть. Неразумно. Очень, очень
неразумно.
- Я с тобой согласен, - сказал ДиПалма.
- Если бы Ла Вон был сейчас с нами, я уверен, он бы тоже со мной согласился.
Примерно неделю назад на острове Стейтэн нашли то, что от него осталось. Ему
отрезали руки и ноги, выкололи глаза, а член - тот вообще не нашли. Мораль сей
истории такова: не связывайся с деньгами Черного Генерала.
- Не понимаю, как Грег мог накачаться наркотиками перед столь ответственной
поездкой. Кажется, он не настолько глуп.
- Однажды отец сказал мне, что на свете есть два сорта женщин: богини и
подстилки. Ван Рутен попал в сети к богине. Из-за нее, суки, - китайской певички по
имени Тароко он и накачался наркотиками. Впрочем, твой приятель всегда был болен
желтой лихорадкой: его как магнитом тянет к азиатским красоткам. Не может мужик
без женщин - и точка. Как бы там ни было, Тароко, возможно, одна из роскошнейших
женщин, созданных когда-либо Богом. Настоящая суперзвезда в китайской общине, как
ни банально это звучит. Пользуется огромной популярностью в Атлантик-Сити.
Китайские игроки за ней табунами ходят. Вот и твои транжиры попались ей на крючок.
В казино любят этих раскосых маленьких потаскушек.
ДиПалма сказал:
- Ты хочешь сказать, Грега сгубила баба?
- Вот именно.
- Ван Рутен погорел из-за бабы - вот умора!
Ван Рутен был назначен в полицию нравов и попал в специальную секретную
группу по борьбе с наркоманией. Это был красивый, обаятельный, с хорошим чувством
юмора мужчина, но вскоре ДиПалма увидел, что ван Рутен использует людей, а
женщин в особенности, в своих интересах. Он выжимал из них все, что было можно, и
когда ничего не оставалось, легко бросал.
Первые слова, которые он сказал ДиПалме, были: "Я не желаю быть, как другие, и
не поступлюсь даже самой отвратительной своей привычкой". Еще один горлопанмаксималист
- подумал тогда ДиПалма. Но новичок ему понравился. Да и как мог не
понравиться парень, который так хотел стать копом, что ушел от отца, чей годовой
доход составлял десятки миллионов долларов.
Красавчик Грег. Дружелюбный и внушающий симпатию, пока не узнаешь его
лучше и не раскусишь, какая он мразь. Молодой, думал ДиПалма, еще наберется ума,
но ума пришлось набираться самому ДиПалме. Постепенно ДиПалма разобрался, что
ван Рутен отличается от других людей своими взглядами на жизнь. И репутация у него
была отнюдь не безупречной.
Он был виртуозом по части использования женщин в своих интересах, и не было в
Манхэттене копа, который бы не завидовал ему в этом. Жены, любовницы, дочери и
женщины - партнеры торговцев наркотиками. Ван Рутен эксплуатировал их всех с
религиозным пылом и со всеми спал, за что многие его хвалили и многие же осуждали.
Каких только прозвищ ему не давали: Рональд-распутник, гинеколог, Фредди
Фурбургер - лишь некоторые из них, ДиПалма называл его Акулий Глаз за его
немигающий, бесчувственный - как у убийцы - взгляд, от которого у людей мурашки
шли по коже. Впрочем, называй как хочешь, а парень умел вершить дела.
Начинал ван Рутен совсем неплохо. Он слушался ДиПалму, следовал его примеру и
делал все как положено. ДиПалма не мог припомнить другого молодого копа с таким
же талантом к секретной работе. Ван Рутен был прирожденный игрок, артист,
нашедший для себя идеальную роль. ДиПалма, который до него намучился с
несколькими партнерами, решил, что ван Рутен тот человек, которого он искал всю
жизнь. Вдвоем они могли провернуть все, что угодно.
В секретной работе действовало единственное правило: все дозволено. Ты мог
лгать, обманывать, предавать - делать все, что нужно, чтобы обнаружить
преступников и проникнуть в их организацию. Цель оправдывает средства. Наплюй на
этические нормы, иди только вперед и делай все, что хочешь, лишь бы выполнить
поставленную задачу.
ДиПалма усвоил, что копы, занимающиеся секретной деятельностью, должны быть
мошенниками-виртуозами, торгашами, способными продать кота в мешке, которые
выживали благодаря обману. Усвоил он и то, что раз ложь является единственными
способом остаться в живых, то, следовательно, нужно перестать замечать ее. Жизнь
секретного копа висит на волоске: одно неосторожное слово - и можешь уйти из
жизни с выколотыми глазами или с отрезанным и засунутым в горло членом. Так что ко
лжи нужно было относиться спокойно.
Секретная работа имела свои достоинства. Черт возьми, в некоторых отношениях
это была шикарная жизнь. В какой другой жизни, кроме этой, которую ежедневно
превозносит пресса и криминальные телевизионные сводки, сможешь ты осуществить
свои самые смелые мужские мечты?
Но если ты не будешь осторожен, секретная работа может тебя засосать.
Преступный мир имеет свои соблазны; честная жизнь не идет с ним ни в какое
сравнение по части секса, наркотиков, денег и власти. И где еще вы так свободны от
всяких правил, принципов и этических норм, от всяких ограничений? В мире
организованной преступности ты можешь поступать так, как тебе заблагорассудится, и
живущим другой, обыденной жизнью лучше не путаться у тебя под ногами. Заманчиво?
Да, сэр. Но ДиПалма предостерег ван Рутена: не пресекай черты. Пересечешь - и
можешь не вернуться обратно.
Однако предостережения ДиПалмы не помогли, и Акулий Глаз потерял всякий
интерес к обычному миру, к семье, друзьям, к нормальной жизни. Он поверил в этот
маскарад и сжился с ним, став обычным копом, не способным распознать собственную
ложь.
Азиатский преступный мир, казалось, совсем его зачаровал, и азиатские женщины
стали его страстью.
ДиПалма первым почувствовал, что маленькие компромиссы его партнера стали
большими. Один такой компромисс был связан с охраняемым свидетелем,
сорокалетним китайцем по имени Джордж Хинь, который снабжал оружием
молодежные группировки китайских кварталов по всей стране. Хинь помог копам
посадить несколько человек, и затем он и его семья получили новые документы и
переехали в Аризону. Шесть месяцев спустя, в канун Рождества, двое вооруженных
бандитов в масках застрелили его на лужайке пред домом в пригороде Феникса. Ван
Рутен был настроен к Хиням очень благожелательно. ДиПалме показалось, слишком уж
благожелательно.
Затем ДиПалма получил информацию от одного своего осведомителя, мелкого
гарлемского торговца наркотиками по имении Хани Форчен. Ваш парень продал его,
сказал Хани. Ван Рутен продал адрес Хиня очень нехорошим людям. Цена: 250 тысяч
долларов. Но прежде, чем ДиПалма успел воспользоваться этой информацией, кто-то
позаботился о Хани Форчене. Хани исчез, и никто его больше не видел. Без его
показаний ДиПалма не мог возбудить дело против ван Рутена.
Дальше последовало дело сына Черного Генерала. Джули Керт, манхэттенская
проститутка, курившая сигары и предпочитающая китайских клиентов, потому что те
хорошо платили и имели пристрастие к, сексуальным экспериментам, вознаградила
ДиПалму информацией за то, что он отшил от нее одного венесуэльского сутенера,
угрожавшего изрезать ей лицо, если она не будет на него работать. Один постоянный
клиент сказал ей, что Линь Пао собирается приехать в Америку. Он едет на "Золотую
Гору" с миссией милосердия, сказала Джули Керт.
Он хотел последний раз увидеться со своим единственным сыном, который умирал.
Юноша, студент Гарвардской школы бизнеса, ехал на велосипеде, и его сбил пьяный
шофер, бостонский пожарный по имени Сет МакДаниел. В крови МакДаниела
обнаружили также следы кокаина, его лишили водительских правки он ожидал допроса
и гражданского суда. А сыну Пао тем временем оставалось жить два дня, как
утверждали врачи.
Связавшись с АБН и бостонской полицией, ДиПалма подстроил для Пао ловушку в
бостонской больнице. Однако Пао так и не появился в больнице, и затея провалилась.
Какой-то коп предупредил его, сказала ДиПалме Джули Керт. Ван Рутен? Керт сказала,
что не знает имени, но обещала выяснить это.
Через неделю ее труп обнаружили во дворе перед высотным зданием в парке
Грэмерси: Джули Керт бросилась, упала, или ее столкнули с балкона ее квартиры на
двадцать втором этаже. Самоубийство, постановили в офисе коронера. Через месяц
МакДаниел, освободившись под залог и ожидая суда, исчез в центре Бостона, когда
направлялся в консультацию для алкоголиков. Его не смогли найти, но осведомители
сообщили ДиПалме, что его похитили, накачали наркотиками и вывезли из страны в
Тайвань, где Линь Пао распилил его на куски электропилой.
После этого ДиПалма наотрез отказался работать с ван Рутеном. Он также
попытался привлечь его к служебной ответственности. Рассерженный ван Рутен сказал:
"Что это за чертов вздор ты несешь?" Если ДиПалма выбирает войну - прекрасно. Ван
Рутену больше не нужен наставник. К тому же ДиПалма уже не тот, что прежде, и
выезжает на ван Рутене. С этого момента ДиПалма будет работать без него. Я в
прекрасной форме и обойдусь без тебя, сказал ван Рутен.
Он возмущен, чертовски возмущен тем, что ДиПалма за его спиной пошел в
департамент внутренних дел и хотел, чтобы ему предъявили обвинение. Это дерьмовый
поступок по отношению к своему партнеру. Если ДиПалма докажет, что ван Рутен
предал их - прекрасно. Если нет - тогда берегись. Ван Рутен никогда этого не
забудет. Скоро я с тобой рассчитаюсь, сказал он. Можешь в этом не сомневаться.
Главный источник ДиПалмы в ФБР сказала:
- Тебя это заинтересует. Тароко, женщина, что разбила сердце ван Рутена,
является любовницей Линь Пао. Любопытное совпадение, не так ли? Очевидно, она
обрабатывала его по приказу Линь Пао, а он в нее втрескался. Она с ним поиграла и
бросила. Пронзила сердце этому болвану. Рональд-распутник очень сильно переживал.
Он старается не касаться этой темы, но мы пытаемся его уломать и чувствую, он скоро
расколется.
Акулий Глаз. Человек, который не узнает правды, даже если она упадет с неба и
укусит его за зад. Тогда почему ДиПалма согласился встретиться с ним? Потому что
внутреннее чутье подсказало ему, что ван Рутен был искренен, когда позвонил ему и
сказал, что женщина по имени Джан Голден находится в опасности.
Ван Рутен сказал:
- Это произошло по моей вине, но все, что я могу, - это предупредить тебя. Я не
могу говорить об этом по телефону. Нам нужно встретиться и поговорить наедине. Я и
ты. С глазу на глаз. Будет интересно.
Джан Голден была женой ДиПалмы, у ван Рутена был с ней роман.
На крыльце помещичьего дома чернокожий охранник сказал ДиПалме:
- Ты знаешь, что надо делать.
ДиПалма кивнул, затем снял свою шляпу, пальто и протянул их для осмотра. Через
несколько секунд их ему вернули. Затем чернокожий охранник протянул руку к трости
ДиПалмы и сказал:
- Ты сможешь забрать ее, когда закончишь свой разговор.
Кэндо, японское фехтование и арнис, филиппинский бой с палками были страстью
ДиПалмы. Эта трость была его любимым оружием.
Трость эта была вручную вырезана из черного дуба, а на конце ее имелся
массивный серебряный набалдашник, украшенный тонкой работы драконами. Трость
эту он получил в Гонконге. Ему подарила ее медсестра Кэтрин Шэнь, когда он приехал
туда за торговцем героином, китайцем по имени Ники Ман, которого гонконгские
власти выдали американцам. Ники действовал за пределами манхэттенского китайского
квартала и был человеконенавистником, безумным, который обливал своих врагов
бензином и бросал на них горящую спичку. Он ворвался в дом ДиПалмы в Квинсе, взял
в заложники его первую жену и девятилетнюю дочь и затем застрелил их.
Тринадцать лет назад в Гонконге.
Влажная дождливая августовская ночь.
Промокший до нитки ДиПалма с пробитым пулей животом и раздробленной левой
рукой лежит в вонючей канаве рядом с опустевшим шоссе, связывающим остров
Гонконг и аэропорт Кайтак. У него кружится голова от потери крови, но мысли заняты
только Ники Маном. Ники Маном, которого у него только что забрали четверо
вооруженных китайцев.
Теперь они находились в бежевом "крайслере" и уезжали. Про ДиПалму они забыли
- он для них уже был в прошлом. Но под проливным дождем он выполз из вонючей
канавы на шоссе, не выпуская из виду "крайслер", положил смит-и-вессон на грудь
распростертого на дороге сержанта Арнольда Йехэа из гонконгской королевской
полиции, который тоже был в засаде и которому ДиПалма прострелил правый глаз.
Обессилевший ДиПалма выпустил всю обойму в задние фонари "крайслера". Пули
попали в бензобак. Через какие-то доли секунды он почувствовал ударную волну и
услышал взрыв: ба-бах! Он почувствовал жар на лице, когда "крайслер", взорвавшись,
превратился в огромный шар, осветил ночь и зазвенел по мокрому шоссе кусочками
раскаленного металла. Ники Ман покинул этот мир как настоящий наркоман.
Спустя десять дней в коулунской больнице ДиПалма впервые с тех пор, как люди
Ники Мана чуть не убили его, попытался встать на ноги. Это было ужасно. Не в силах
держать костыли, он потерял равновесие и упал на колени. Боль была невыносимой. Не
смогу, подумал он. Никогда не смогу встать на ноги.
Он уже хотел ползти обратно к своей кровати, но его ждала неожиданность. Дорогу
ему преградила медсестра Кэтрин Шэнь.
- Ползи к окну, - приказала она. - Или катись к окну. Но к кровати ты не
вернешься.
- Уйди с дороги, черт возьми, - простонал ДиПалма.
- Можешь меня ударить, - сказала она, - но к кровати ты не подойдешь.
ДиПалма сказал, что еще не может ходить, что, возможно, он никогда уже не
сможет ходить. Ему бы сейчас полежать. Его бесило собственное бессилие, бесила
перспектива навсегда остаться калекой и зависеть от других людей. Она была рядом,
почему бы не сорвать на ней свою злость? Волевая женщина - эта красавица Кэтрин
Шэнь. Не плакала, не выходила из себя, но не уступала.
Кэтрин стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на него. ДиПалма ее понял.
Подтянув к себе костыли, он поднялся на ноги и заковылял к окну. Он проклинал ее за
то, что она заставляла его, но он одолел эти десять футов. Черт, ему показалось, что он
прошел десять миль. Ему хотелось бросить костыли и упасть на пол, но он не доставит
ей такого удовольствия и продолжал идти, пока измученный, испытывая тошноту и
головокружение, не достиг окна, не достиг солнца, слушая воркование голубей на
карнизе и ощущая под собой твердый пол. Неожиданно горячие слезы потекли по его
лицу, он оглянулся и посмотрел на женщину, не боясь, что она увидит его плачущим.
Кэтрин Шэнь тоже плакала.
Впоследствии он мысленно не раз возвращался к этому дню, понимая, что если бы
тогда не сумел встать с колен и вернулся к кровати, он никогда бы уже не смог ходить.
Никогда бы он не смог любить.
ДиПалма вернулся в Нью-Йорк, не зная, что Кэтрин Шэнь родила от него сына,
Тодди. Затем она вышла замуж за крупного гонконгского банкира, Йана Хэсарда,
самодовольного маленького англичанина, который был подвержен необузданным
вспышкам ярости и представлял собой лишь себялюбивого прожектера. Убийство
Японскими ультраправыми Кэтрин и Йана Хэсарда послужило причиной приезда
ДиПалмы в Гонконг, где он впервые встретился со своим сыном.
К тому времени Тодду было уже двенадцать. Печальное лицо с большими темными
глазами было красиво почти женской красотой. Глаза его были удивительны: один -
темно-лилового цвета, другой - замечательно синего. И характер его был чрезвычайно
изменчивым: то он был весел, то угрюм; энергичный и живой, он в один момент мог
стать неподвижным и бездеятельным.
Каким-то образом Тодд сумел выучить японский язык, умел предсказывать будущее
и владел приемами кэндо на уровне, которому мог позавидовать сам ДиПалма. Забудьте
про его молодость и невнушительную внешность. С деревянным мечом или палкой в
руке Тодд был опасе
...Закладка в соц.сетях
