Жанр: Триллер

Партизаны

сторінка №6

не разбираюсь в огнестрельных ранениях.
- Карлос его осматривал? - это был скорей не вопрос, а требование.
- Даже если я отвечу "осматривал" - что это может изменить?
- Но Карлос... - Лоррейн, смутившись, умолкла.
- Что "Карлос"? Чем он мог помочь раненому?
- Он - капитан...
- Глупый вопрос и глупый ответ. Не понимаю, почему Карлос должен осматривать
раненого. Скажу честно, мне приходилось видеть гораздо больше огнестрельных ран, чем
Карлосу.
- Но вы же не врач?
- А Карлос?
- Карлос? Почему я должна это знать?
- Потому что вы знаете, - вежливо уточнил Петерсен.- Вы не умеете лгать, Лоррейн,
но с каждой фразой погружаетесь в пучину лжи все глубже и глубже. Конечно же, Карлос
врач. Он сам сказал мне об этом, но не вам. Откуда же вы это знаете?
Лоррейн стиснула кулаки, глаза ее предвещали бурю.
- Как вы смеете устраивать мне допрос?!
- Странно, когда вы сердитесь, Лоррейн, то выглядите еще прекрасней,- был
восхищен Петерсен - Некоторым женщинам гнев очень к лицу. Сказать, почему вы так
рассердились? Потому что попались, именно поэтому.
- Ваша самоуверенность кого угодно может вывести из себя! Такой спокойный,
рассудительный, самодовольный господин умник!
- Боже, неужели я действительно обладатель всех этих достоинств. Лоррейн, за что вы
на меня так обиделись?
- А вы не такой умный, каким хотите казаться, - Лоррейн насмешливо улыбнулась.-
Будь вы на самом деле умны, то вспомнили бы нашу беседу в кафе прошлым вечером, а
значит и то, что мы с капитаном земляки. Я тоже родилась в Пескаре. Почему же не должна
его знать?
- Лоррейн, Лоррейн. Вы тонете с головой в пучине лжи. Вы родились не в Пескаре, а в
Италии, но не итальянка.- Спокойные слова Петерсена прозвучали уверенно.
Наступило молчание. Затем Зарина, так же гневно, как и Лоррейн, воскликнула:
- Лоррейн, не слушайте его! Даже не разговаривайте с ним! Не видите разве, что оы
пытается сделать? Он подкалывает вас, расставляет калканы, заставляет сказать то, что вы
не хотели говорить. И все для того, чтобы удовлетворить свое непомерное "эго"!
- Мое непомерное "эго" не заметило, чтобы Лоррейн опровергла меня,- с грустью
промолвил Петерсен,- потому что она знает - я прав. Она также знает, что я не ошибаюсь,
говоря о ее дружеских отношениях с Карлосом. Только знакомы они не по Пескаре.
Возразите, если я заблуждаюсь, Лоррейн.
Лоррейн ничего не ответила. Она прикусила нижнюю губу и уставилась в стол.
- Вы ужасный человек,- снова вступила в разговор Зарина.
- Если для вас честность - порок, тогда я, несомненно, ужасен.
- Похоже, вы много знаете, Петер,- улыбнулся Джакомо.- Не так ли?
- Не очень. Ровно столько, сколько требуется, чтобы оставаться в живых.
Джакомо по-прежнему улыбался.
- Но вы же не скажете, что я тоже не итальянец?
- Не скажу; Если не хотите, чтобы я сделал это,
- По-вашему, я не итальянец?
- Как вы можете быть им, если родились в Югославии? В Черногории, если быть
точным.
- Боже! - вскричал Джакомо. Но ни в лице его, ни в интонации голоса не было
враждебности или обиды. Через мгновение он уже опять улыбался.
Зарина окинула Петерсена мрачным взглядом, затем повернулась к Джакомо.
- Что еще сделал этот... этот...
- Монстр,- услужливо подсказал Петерсен.
- Да, монстр. Хотя это довольно скромно сказано. Что еще противозаконного совершил
ночью этот человек?
Джакомо сцепил на затылке руки и, казалось, приготовился повеселить самого себя.
- Это зависит от того, что называть противозаконным. Например, он отравил газом
Алессандро и его людей.
- Отравил газом? - Зарина недоверчиво посмотрела на мужчину.
- Именно так. Отравил, использовав их же газовые гранаты. И, поверьте мне, они
заслужили это.
- Вы хотите сказать, что он их убил?
- Нет, нет. Они быстро очнулись. Я знаю, был там. Естественно, в качестве
наблюдателя,- поспешно добавил Джакомо.- Затем майор забрал их оружие, патроны,
гранаты, некоторые другие скверные вещи и запер этих людей. Вот и все.
- Вот и все... - Зарина дважды глубоко вздохнула.- Вас послушать, так, ничего не
случилось. Почему он их запер?
- Возможно, хотел уберечь этих людей от завтрака. Откуда мне знать? Спросите его
самого,- Джакомо посмотрел на Петерсена.- Вы довольно грубо заделали шов. Я
проверил вашу работу, когда прогуливался по палубе.
- О!
- В самом деле,- Джакомо перевел взгляд на Зарину.- Вы не почувствовали ночью
запаха дыма?
- Дыма? Да, но мне было так плохо.- Девушка содрогнулась, вспомнив ночную
бурю.- Что это был за дым?

- Это работал ваш друг Петер. Он заваривал дверь каюты Алессандро.
- Заваривал дверь? - в голосе Зарины прозвучала легкая истерическая нотка.- А
Алессандро и его люди находились в каюте? Но почему, черт возьми,... - она не могла
найти подходящего слова.
- Предполагаю, ваш друг Петер не хотел, чтобы они выбрались наружу,- усмехнулся
Джакомо.
Зарина и Лоррейн молча переглянулись. Им нечего было больше сказать.
- Вот все и объяснилось,- Петерсен бодро откашлялся. Зарина и Лоррейн словно в
унисон медленно повернули головы и посмотрели на него с полнейшим недоверием.- Как
говорится, прошлое - это пролог. Понадобится полчаса или что-нибудь около этого, чтобы
раздобыть какой-нибудь транспорт. Есть время почистить зубы и упаковать вещи,- он
взглянул на Джакомо.- Вы с вашим другом отправитесь с нами?
- Вы говорите о Лоррейн?
- А у вас есть другие друзья на борту?
- Все зависит от того, куда вы направляетесь.
- Туда лее, куда и вы. Не будьте шляпой.
- И все же куда?
- Вверх по Неретве.
- Тогда нам по пути. Петерсен уже поднимался из-за стола, когда в кают-компанию
вошел Карлос с бумажным листком в руке. Как и Джакомо, он был выбрит, свеж, и, вне
всяких сомнений, весел. По оживленному лицу капитана нельзя было догадаться, что он не
спал целую ночь.
- Доброе утро, господа. Вы уже позавтракали?
- Передавайте своему шеф-повару, что мы без ума от его искусства. Это для меня? -
Петерсен указал на бумажный листок.
- Да. Сообщение только что принято. Оно зашифровано, так что для меня это полная
бессмыслица. Петерсен посмотрел на бумагу.
- Для меня это тоже бессмыслица, пока нет под рукой шифровальной книги,- он
сложил листок и убрал его в карман.
- Вероятно, что-нибудь срочное,- сказал Карлос.
- Шифровка из Рима. Я вывел закономерность: то, что Рим считает срочным, на деле
таким не является.
- Мы недавно услышали, что сегодня ночью был ранен человек,- обратилась к
капитану Лоррейн.- Рана серьезна?
- Сам Кола считает свою рану серьезной,- без особого беспокойства в голосе
произнес Карлос,- я - нет. На всякий случай я послал за санитарами, но их все еще нет. -
Он посмотрел в иллюминатор.- Зато я вижу двух солдат, идущих по трапу. Одному из них
под девяносто, другому - меньше десяти. Вероятно, это за вами, Петер.
- Посмотрим.
Хотя Карлос преувеличивал, говоря о разнице в возрасте солдат, но ненамного.
Младший действительно был чрезвычайно молод - бритва еще не касалась его подбородка.
Возраст старшего давно перевалил за пенсионный. Старик запоздало отдал честь -
проворнее не позволял его застарелый артрит.
- Капитан Тремино, среди ваших пассажиров есть офицер югославской армии?
- Майор Петерсен,- указал рукой Карлос. Старик, повернувшись к Петерсену, вновь
отдал честь.
:- Комендант приветствует вас, сеньор. Он будет благодарен, если вы и двое ваших
людей пройдете к нему в канцелярию.
- Зачем?
- Комендант не ставит меня в известность, сеньор.
- Это далеко?
- В нескольких сотнях метров отсюда. Пять минут хода.
- Сейчас,- Петерсен достал свой "люгер". Джордже и Алекс сделали то же самое.
Пожилой солдат предупредительно покашлял.
- Господин комендант не любит, когда в канцелярию приходят с оружием.
- Что?! - воскликнул Петерсен.- Во время войны комендант важного военного
объекта не выносит вида оружия? - он взглянул на своих помощников и отложил
пистолет.- Вероятно, старческий маразм. Отнесемся к этому с юмором.
Они вышли. Карлос, проследив через стекло иллюминатора, как все пятеро спускались
по трапу, вздохнул.
- Не могу смотреть на эту картину. Не могу. Как итальянцу мне трудно наблюдать это
зрелище: беззубый старый пес и неразумный щенок в окружении трех матерых волков.
Точнее, трех саблезубых тигров,- Карлос повысил голос.- Джованни!
- Они действительно такие? - нерешительно спросила Зарина.- Вчера в Риме л
слышала, как один человек назвал их именно так.
- Несомненно, это был мой старый приятель полковник Лунц.
- Вы знакомы с полковником? - в голосе девушки послышалось удивление.-
Кажется, все вокруг все знают. Все, кроме меня.
- Разумеется, я знаю его,- Карлос обернулся, когда в дверном проеме появился тощий,
как типичный язвенник, повар-механик.- Джованни, приготовьте мне, пожалуйста, завтрак.
- Неужели ты в самом деле можешь есть эту дрянь? - изумленно сказал Джакомо.
- Если мысленно отключить вкусовые рецепторы и добавить каплю воображения -
запросто можно представить себя сидящим в "Максиме". Вы думаете, Зарина, что ко мне
подходят на причале в Термоли, тычут пальцем на восток и просят перевезти в Югославию?
Вас бы не было на борту, не знай я полковника. Вы с подозрением относитесь к каждому?

- Только к майору Петерсену. Я не доверяю ему ни на йоту.
- Хорошие вещи говорите о земляке,- Карлос сел за стол и принялся намазывать хлеб
маслом.- По-моему, он честный, прямолинейный парень.
- По-вашему. А подниматься в горы с этим человеком придется нам.
- Петер, кажется, знает здесь все вокруг. Вы прибудете к месту назначения в полном
порядке.
- Разумеется. К месту назначения майора или к нашему?
Карлос с легким раздражением взглянул на девушку.
- У вас есть другие варианты?
- Нет.
- Тогда прекратите толочь воду в ступе.
- Карлос! Как ты можешь с ней так разговаривать? - голос Лоррейн был резок.- Она
волнуется! Конечно же, Зарина волнуется! И я волнуюсь. Нам предстоит идти в горы с этим
человеком, а ты остаешься тут,- Лоррейн либо действительно нервничала, либо обладала
слишком вспыльчивым нравом. - Тебе хорошо сидеть в безопасности на борту "Коломбо" и
разглагольствовать!
- Перестань,- перебил Джакомо,- Не думаю, что тут столь уж прекрасно. Не
обращай внимания" Карлос. Уверен, Лоррейн так не думает,- он взглянул на девушку с
насмешливой укоризной.- Карлос охотно бы распрощался с этой безопасностью, со своим
броненосцем, и вместе с нами отправился в горы, но есть два препятствия: долг офицера и
жестяная нога.
- Прости меня,- Лоррейн, похоже, и впрямь уже искренне раскаивалась в сказанном.
В доказательство она положила руку на плечо капитана. Тот оторвался от сладостей,
которые подал ему Джованни, и добродушно улыбнулся.
- Джакомо прав,- сказала Лоррейн.- Я совсем не хотела тебя обидеть. А сорвалась
потому, что ощущаю свою беспомощность, как Зарина.
- Джакомо находится в одинаковом с тобой положении, однако он нисколечко не
кажется беспомощным.
Лоррейн встряхнула Карлоса за плечо.
- Как ты не понимаешь? Мы не знаем, что будет... Мы ничего не знаем. А он знает все!
- Кто - он? Петер?
- О ком же еще я могу говорить? - для такой аристократично выглядящей леди она
была слишком раздражительной.- То, что ты сейчас услышишь, быть может, заставит и
тебя поволноваться! Ты знаешь, что майору известно, куда направляемся я и Джакомо. Ему,
по-видимому, известно и мое происхождение. Петерсен догадался, что я - не итальянка,
догадался о нашем знакомстве. Он даже знает, что познакомились мы не в Пескаре!
Если Карлос и был взволнован, то скрывал это мастерски.
- Петер знает очень много, настолько много, что ты и представить себе не можешь. По
крайней мере, так сказал мне полковник Лунц, Наверное, Лунц рассказал майору про тебя и
Джакомо, хотя это на него не похоже. Возможно, Петер ожидал встретить вас на борту -
его не особо встревожило ваше присутствие.
- Зато обеспокоило присутствие Алессандро.
- Майор ничего не знал про Алессандро, которого контролирует другая служба.
- Откуда ты знаешь? - тотчас спросила Лоррейн.
- Мне сказал Петер. Девушка убрала руку с плеча капитана.
- У тебя с майором есть свои маленькие секреты,- она повернулась к Зарине.- Вот и
доверяй после этого каждому.
- Карлос, ты начинаешь играть роль мужа-подкаблучника,- усмехнулся Джакомо.
- Да я начинаю и ощущать себя так же. Дорогая моя девочка, я узнал об этом в четыре
часа утра. Что же, по-твоему, мне следовало делать? Колотить в двери кают и сообщать всем
это сенсационное известие? - капитан посмотрел на дверь кают-компании, в которой снова
возник повар-механик.
- Завтрак подан, Карлос,- доложил он.
- Спасибо, Джованни,- капитан взглянул на Лоррейн.- Прежде чем ты начнешь
подозревать меня в чем-либо, уточняю: Джованни хотел сказать лишь одно - он подал
завтрак нашим приятелям в носовую каюту.
- Как он мог подать им завтрак, если дверь заварена?
Карлос отложил нож и вилку.
- Дорогая моя,- со вздохом произнес он.- Ты опять сомневаешься? Еда была
спущена на канате, в корзине. Они приняли ее через иллюминатор.
- Когда ты собираешься поговорить с ними?
- Когда буду готов, то есть позавтракаю,- Карлос снова взял в руки вилку и нож.-
Если ты, конечно, дашь мне это сделать.
- ...Вы немного рисковали, изображая, что нам известны их планы и происхождение,
верно? - сказал Джордже.- В действительности мы ведь ничего не знали.
- Благодаря вам, Джордже, риск был невелик,- откликнулся Петерсен.- Моя игра
основывалась на нескольких ваших подсказках. Хотя я сработал не столь изящно, как это
могли сделать вы. Лоррейн сама рассказала намного больше, чем я из нее вытянул. Не
думаю, что она может стать хорошим шпионом.
Они пробирались мимо кранов, армейских и гражданских грузовиков, разбросанных
среди портовый сооружений, на несколько метров отстав от итальянских солдат. Снегопад
прекратился совсем недавно - северные склоны холмов Рилича покрыл снег. По-прежнему
было морозно. Утренний час и холод, не способствовали многолюдью. Навстречу редко
попадались солдаты, как и говорил Карлос, либо резервисты, либо юнцы, гражданские лица
тех же возрастных категорий. Казалось, мужчины среднего возраста в порту отсутствуют.

- По крайней мере, вы преподали им хороший урок морали,- продолжал Джордже,-
юным леди, во всяком случае. Джакомо не придает значения такого рода вещам. Что было в
сообщении, которое передал вам Карлос от наших римских союзников?
- Приказывают остаться в Плоче и ждать дальнейших распоряжений.
- Абсурд.
- Конечно.
- С их стороны было неразумно посылать такую шифровку. Мы могли предвидеть
нечто подобное.
- Я предвидел, хотел спровоцировать именно такое развитие событий. Теперь
инициатива в наших руках. Если бы мы беспрепятственно покинули порт, а затем вдруг
наткнулись на пару танков, перекрывших равнинную дорогу, то безнадежно утеряли
инициативу. Эти двое "гвардейцев" впереди не больно смышленые, правда?
- Потому что не обыскали нас? Один слишком стар, другой слишком неопытен, чтобы
позаботиться об этом. И потом, взгляните на наши честные лица.
Итальянцы, подведя процессию к невысокому дощатому бараку-времянке, поднялись на
крыльцо и постучали в дверь. Все пятеро вошли в маленькую комнатушку, такую же
убогую, как и само строение. Обстановка здесь была более чем спартанская:
потрескавшийся линолеум, два металлических шкафчика с картотеками, рация, телефон,
стол и несколько стульев. Увидев вошедших, офицер, сидевший за столом, поднялся. Это
был невысокий худой мужчина среднего возраста с толстенными очками на хрящеватом
носу, что исчерпывающе объясняло, почему он не на фронте.
Прищурясь, комендант близоруко всматривался в стоящих перед ним людей.
- Майор Петерсен? - после долгой паузы спросил он.
- Да. Рад нашему знакомству, комендант.
- Взаимно. Однако удивлен... - комендант смущенно прочистил горло.- Я только что
получил приказ о задержании.
- Тс-c! - Петерсен приложил палец к губам и шепотом спросил:
- Мы одни?
- Да.
- Вы уверены?
- Абсолютно.
- В таком случае, поднимите руки вверх.
Карлос, отодвинув стул, встал.
- Извините. Я должен проверить дверь носовой каюты.
- Ты до сих пор не видел ее? - удивленно спросила Лоррейн.
- Нет. Если Петер говорит, что она заварена, значит, дело обстоит именно так. Но все
же любопытно.
Он возвратился в кают-компанию спустя буквально пару минут.
- Заваренная дверь есть заваренная дверь. Единственный способ ее открыть - вновь
прибегнуть к помощи сварки. Я послал Пьетро на берег попробовать отыскать сварочный
аппарат, правда" не слишком надеюсь, что ему это удастся. У нас на "Коломбо" он был, но
Петер с друзьями сбросили его ночью в море.
- Говоришь так спокойно, точно это тебя ничуть не волнует,- заметила Лоррейн.
- Я не беспокоюсь по пустякам.
- А если ты не сможешь извлечь людей из каюты?
- Тогда им придется оставаться в ней, пока мы не вернемся в Термоли.
- Корабль не затонет раньше, чем это случится? Ты не думал о такой опасности?
- Да, это меня бы расстроило.
- Уже лучше. По крайней мере, хоть какое-то сострадание.
- Меня мог огорчить сей факт только потому, что я очень люблю этот старый катер.
Противно думать, что "Коломбо" может стать могилой для Алессандро,- и лицо, и голос
Карлоса оставались холодными.- Сострадание? Сострадание к этому дьяволу, к бандиту? К
убийце, который путешествует со шприцами и ампулами со смертоносными ядами?
Сострадание к психопату, который лишь посмеивался бы, отправив на тот свет тебя или
Зарину? Петер пожалел его - и напрасно! Сострадание... - Карлос резко повернулся и
вышел.
- Теперь ты его огорчила,- промолвил Джакомо.- Придирки, придирки. Ты
осуждаешь и обвиняешь людей, в данном случае Петера и Карлоса, не имея ни малейшего
понятия, о чем говоришь.
- Я же ничего плохого не думала,- Лоррейн была сбита с толку.
- Дело не в том, что ты думаешь, а что говоришь. Могла бы последить за своим
языком,- сказал Джакомо и следом за капитаном покинул кают-компанию.
Лоррейн осталась стоять неподвижно, уставясь в одну точку. Лицо ее было удрученным.
По щекам девушки медленно ползли две большие слезинки. Зарина положила руки ей на
плечи.
- Не принимай это так близко к сердцу,- сказала она.- Все образуется. Они не
понимают тебя, потому что мужчины.
Примерно десять минут спустя Петерсен с компаньонами подъехал к причалу на старом,
не то военном, не то гражданском, грузовике с брезентовым кузовом, и таким же
хлопающим на ветру пологом у заднего борта. Майор спрыгнул с води тельского сиденья на
землю о окинул взглядом пятерку, стоящую на палубе "Коломбо": Карлоса, Джакомо,
Лоррейн, Зарину и Михаэля. Рюкзаки и рации стояли у их ног.
- Готовы? Мы тоже,- сказал Петерсен. Он был в великолепном расположении духа.-
Только поднимемся на борт за своими вещами.
- Нет нужды,- откликнулся Карлос.- Два моих Пьетро уже несут их.

- А наше оружие?
- Не оставлю же я вас голыми,- Карлос спустился по трапу на набережную.- Как
прошла встреча с комендантом?
- Лучше не бывает. В теплой, дружественной обстановке и, как видите, с пользой для
дела,- Петерсен достал две бумаги.- Военный пропуск и разрешение на вождение этого
транспортного средства. Пропуск, правда, действителен только до Метковича, но там мы
уже выйдем на прямую дорогу. Оба документа подписаны майором Масса-мо. Вы не хотите
сесть вместе со мной в кабину? - обратился он к девушкам.- Там гораздо удобней и
комфортабельней. К тому же кабина отапливается, а кузов - нет.
- Спасибо,- сказала Лоррейн.- Я лучше сяду в кузов.
- О нет! Она не поедет в кузове! - воскликнула Зарина.- И я тоже - просто больше
не выдержу этой пытки.
Она взяла Лоррейн за руку и стала шушукаться с ней, в то время как Петерсен терпеливо
разглядывал небеса. Сперва Лоррейн энергично мотала головой, но затем с неохотой
кивнула.
На прощанье все обменялись рукопожатием с капитаном. Все, кроме Лоррейн, взор
которой был устремлен куда-то в сторону доков. Карлос, несколько раздраженно взглянув
на нее, произнес:
- Хорошо. Вы огорчили меня, а я, забыв про долг и обязанности офицера и
джентльмена, в свою очередь, расстроил вас,- он обнял девушку и довольно крепко
поцеловал ее в щеку.- Пусть это будет моим "простите" и "прощайте".
Петерсен запустил астматично закашлявший дряхлый мотор, и машина двинулась с
места. Престарелый часовой выглянул из окошечка караульной будки, проигнорировав
предъявленные майором документы, и мечтательно помахал вслед рукой. Перспектива
выходить на мороз его явно не привлекала.
Выехав с территории порта, Петерсен искоса взглянул на своих пассажирок. Лоррейн
сидела на противоположном крае сиденья, неподвижно глядя вперед. Лицо ее было залито
слезами. Майор вопросительно посмотрел на Зарину, но получил в ответ каменный взгляд и
сосредоточился на тряской дороге, то и дело ощущая ребрами прикосновение острого
локотка девушки.
В кузове грузовика, уже оскверненного сигарами Джордже, Джакомо изумленно
уставился на лежавшую у его ног груду просмоленного брезента. Он легонько похлопал
толстяка по колену.
- Джордже...
- Да?
- Вам когда-нибудь доводилось видеть брезент, живущий своей собственной жизнью?
- Пожалуй, нет.
- Вы можете сделать это сейчас. Толстяк посмотрел в направлении указательного
пальца Джакомо.
- О Боже, надеюсь, они там не задохнулись! - Джордже откинул брезент, обнажив три
скрюченные фигуры, прочно связанные по рукам и ногам.- Нет, все в порядке.
В кузове царил полумрак, но света хватило для того, чтобы Джакомо распознал старика
и юнца, которые этим утром заходили за Петерсеном.
- А кто третий? - поинтересовался он.
- Майор Массамо. Комендант или помощник коменданта, как я полагаю.
Михаэль, сидевший напротив них рядом с Алексом, пробубнил:
- Кто эти люди? Что они делают здесь? Почему они связаны? - вопросы задавались
без какого-либо реального интереса. Это были первые слова, произнесенные им сегодня.
Голос Михаэля звучал монотонно - он все еще пребывал в шоке. Морская болезнь в
сочетании с ночным инцидентом произвели на него неизгладимое впечатление.
- Комендант порта и двое его солдат,- повторил Джордже.- Они находятся здесь,
потому что могли поднять тревогу. А связаны и рты у них заткнуты, чтобы эти люди не
принялись петь и плясать по дороге, пока мы не покинем порт. Вы задаете неумные
вопросы, Михаэль.
- Это тот самый Массамо, на которого ссылался майор Петерсен? Как вы заставили его
подписать документы?
- Подозрительность, Михаэль, вам не к лицу. Комендант не подписывал никаких
документов. Это сделал за него я. В канцелярии полным-полно бумаг, на которых стояла
подпись Массамо. Не обязательно быть высококвалифицированным фальшивомонетчиком,
чтобы подделать подпись.
- Как вы намерены поступить с ними?
- Избавимся в подходящее время в подходящем месте.
- Избавитесь?!
- Успокойтесь, юноша. Вечером они вернутся обратно в Плоче. Благодарите Бога за то,
что вам не пришлось расстреливать ваших союзников.
Молодой человек, вновь посмотрев на связанных пленников, пробормотал:
- Понятно... Да... Союзники...
Время от времени грузовик останавливали итальянские дорожные патрули, которые
задавали стандартные вопросы.
Петерсен притормозил машину возле армейской заправочной станции, выскочил из
кабины и предъявил какие-то бумажки капралу. Дождавшись, когда тот залил в бак бензин,
майор протянул капралу деньги, за что был награжден удивленным салютом, и грузовик
беспрепятственно продолжил свой путь.
- Какие же это солдаты,- сказала Зарина,- они не должны себя так вести, тем более
на войне. Похожи на сонных мух.

- Согласен, энтузиазма им не хватает,- отозвался Петерсен.- Итальянские солдаты
предстали далеко не в лучшем виде. Они великолепно воюют,- но не на этой войне. С
самого начала итальянцы не хотели принимать в ней участия. Теперь это совершенно
очевидно. Они остались к войне равнодушны, - несмотря на воинственные речи
Муссолини. На передовой итальянские части сражаются вполне сносно, однако движет ими
не патриотизм, а всего лишь профессиональная гордость. Впрочем, нас это устраивает.
- Что за бумажки вы вручили тому солдату?
- Талоны на топливо. Мне дал их майор Массамо.
- Талоны на топливо, бесплатное, разумеется. И деньги для солдата вам дал майор?
- Конечно, нет. Мы не воруем деньги.
- Только грузовики и талоны. Или вы их позаимствовали?
- Да, одолжили на время. Во всяком случае, грузовик.
- Которые вы, естественно, вернете майору Массамо?
Петерсен удивленно взглянул на девушку.
- Я предполагал, что вы будете испуганной, нервной, но не такой любопытной. Не
люблю, когда меня допрашивают. Помните, что мы с вами находимся в едином строю? Что
же касается грузовика, то, боюсь, комендант вряд ли увидит его снова.
Дальнейший путь продолжался в молчании. Через пятнадцать минут машина въехала в
город Меткович. Остановив грузовик на центральной улице, Петерсен вылез из него и
зашагал куда-то по тротуару. Приоткрыв дверцу кабины, Зарина крикнула ему вслед:
- Вы кое-что забыли!
- Что?
- Ключи от машины. Вы оставили их в замке зажигания.
- Пожалуйста, не говорите глупости,- Петерсен перешел улицу и скрылся за дверью
лавки.
- Что он хотел этим сказать? - за все время поездки Лоррейн впервые заговорила.
- То, что сказал. Он много знает, в том числе и то, что я не умею водить машину. Во
всяком случае, не эту дребезжащую клячу. Даже если бы я и справилась с ней, куда я ее
поведу? - Зарина дотронулась до задней стенки кабины.- Дерево. Я не проехала бы и пяти
метров, как этот страшный Алекс застрелил бы меня... - Она выглядела так же, как и
говорила,- в высшей степени скорбно.
- Очень хотелось бы разок увидеть его ошибающимся, делающим что-то не так,
правда? - сказала Лоррейн.
- Да... Но мне почему-то кажется - что хорошо для майора Петерсена, то хорошо и
для нас. И наоборот.
Пролетели двадцать минут, прежде чем Петерсен возвратился. Для человека,
спасающегося от возможной погони, действовал он не слишком поспешно. Майор, не
торопясь, нес большую корзину, покрытую плотной картонной крышкой. Подойдя к кузову,
он п

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.