Жанр: Триллер
Партизаны
...роизнес:
- Капитан Тремино, если я сейчас спущу курок, этот человек сможет потом ходить?
- О, Господи,- Карлос, вероятно, не привык к подобным сценам.- Наверное, сможет,
но останется на всю жизнь калекой!
Петерсен отступил от пленника шага на два. Франко бросил на Алессандро умоляющий
взгляд. Тот отвел глаза в сторону. Франко вновь посмотрел на майора, вернее, на его
"люгер".
- Знаю,- он с трудом выдавил из себя слово.
- Откройте.
Франко отомкнул два латунных зажима и открыл крышку кейса. Ни взрыва, ни
характерного шипения газа не последовало.
- Почему вы не сделали этого сами? - спросил Карлос.
- Потому что мир полон ненадежных людей,- ответил Петерсен.- Такие кейсы часто
бывают с секретом. Если их открывает тот, кому это делать не положено, кто не знает
расположения потайной кнопки или выключателя, то рискует взлететь на воздух либо
вдохнуть какую-нибудь дрянь. Многие современные сейфы имеют подобные устройства. -
Майор забрал у Франко кейс. Изнутри он был выложен вельветом, на котором лежали
разноцветные стеклянные ампулы, маленькая круглая коробочка и два шприца для
подкожных инъекций. Петерсен потряс коробочку - внутри что-то перекатывалось. Он
положил коробочку на место и протянул открытый кейс капитану.- Вам как медику будет
интересно. Осмелюсь предположить, эти жидкости и таблетки предназначены для
приведения жертвы в бессознательное состояние, временное или постоянное. Видите, тут
семь ампул: одна зеленая, три голубые и три розовые. Думаю, зеленая жидкость -
скополамин, средство, ослабляющее память. Различный цвет шести других ампул имеет
только одно объяснение - три из них оказывают смертоносное действие, а три другие -
нет. Вы согласны со мной, капитан?
- Может быть,- отозвался Карлос. Его уже не удивляло недовольство Петерсена,
которое тот высказал вечером.- Все может быть. Хотя не исключено и иное.
- А по-моему, это бесспорно,- Петерсен оглянулся - в дверь каюты протиснулся
Джордже.- Ну как? Все нормально?
- Возникла небольшая заминка с юной леди, сообщил толстяк.- При изъятии
передатчика она оказала на редкость энергичное сопротивление.
- Следовало ожидать. К счастью, Джордже, вы гораздо сильнее ее.
- Едва ли этим можно гордиться. Рации находятся в вашей каюте, капитан,- Джордже
оглядел помещение, выглядевшее так, словно по нему недавно пронесся смерч.- Какой
беспорядок!
- Я немного поспособствовал... - Петерсен взял кейс из рук Карлоса и передал его
Джордже.- Как вы полагаете, что тут?
Трудно было представить, как пухлая, херувимообразная физиономия в одно мгновение
может превратиться в подобие могильного камня, но именно это случилось с лицом
толстяка.
- Яд.
- Верно.
- Ампулы принадлежат Алессандро?
- Да.
В течение нескольких секунд Джордже созерцал сидевшего на полу мужчину, затем
вновь повернулся к Петерсену.
- Думаю, придется с ним побеседовать.
- Вы допускаете ошибку,- голос Карлоса звучал не очень уверенно.- Я врач. Вы не
знаете человеческой натуры. Алессандро не станет говорить.
Джордже посмотрел капитану прямо в глаза, выражение его лица не изменилось - и
Карлос невольно отпрянул назад.
- Пять минут наедине со мной, десять самое большее - и любой человек будет
болтливым, как уличная торговка. Алессандро хватит пяти минут.
- Может, мы так и поступим,- сказал майор. - Кроме ампул, здесь есть еще кое-что
интересное. Например, пистолет с глушителем,- он указал на "вальтер",- газовые гранаты,
миниатюрные горелка и чайник, пара сотен патронов. Что скажете по этому поводу,
Джордже?
- Только одно: этот тип собирался нас усыпить, выкрасть некий реальный или
воображаемый документ, над паром вскрыть конверт - странно, но он был уверен, что
бумага лежит в конверте,- затем заклеить конверт и исчезнуть. Проснувшись утром, мы
почти наверняка не заподозрили бы, что произошло нечто непредвиденное.
- Да, это единственное, что можно было запланировать. Но я хочу получить ответы на
три вопроса. Почему Алессандро так интересовался нами? Какие у него планы на будущее?
И, наконец, кто его послал?
- Мы все это запросто узнаем,- сказал Джордже.
- Не сомневаюсь.
- Но не на борту судна,- вмешался Карлос.
- Почему? - толстяк с интересом посмотрел на него.
- На судне, которым я командую, не будет никаких пыток,- слова капитана смягчала
интонация, с какой они были сказаны.
- Карлос, не создавайте ни себе, ни нам лишних хлопот,- произнес Петерсен.- Нет
ничего проще, чем запереть вас вместе с этой кучкой бандитов. Не вы один знаете дорогу в
Плоче. Но мы не хотим поступать подобным образом. Ясно, что вы оказались в щекотливой
ситуации, и вовсе не по своей вине. Пыток не будет. Обещаем.
- Но вы только что сказали...
- Психологическое воздействие.
- Наркотики? - Карлос мгновенно насторожился.- Инъекции?
- Ни то ни другое. Все, тема закрыта. Меня мучает еще один вопрос: почему
Алессандро окружил себя неумелой компанией? Ответ очевиден - камуфляж. Он хотел
выглядеть обыкновенным разбойником. Да, этот парень находчив. - Петер-сен
огляделся.- Карлос, нельзя ли попросить кого-нибудь из ваших людей принести кувалду
или что-нибудь похожее на нее?
- Для чего вам нужна кувалда? - капитан вновь стал подозрительным.
- Вышибить из Алессандро мозги,- усмехнулся Джордже,- прежде чем начать
задавать вопросы.
- Дверной запор поврежден,- напомнил капитану Петерсен.- Кувалда понадобится,
чтобы закрыть каюту снаружи. Мы вобьем в дверь герметизирующие скобы.
Капитан вышел в коридор, отдал распоряжение и вернулся обратно.
- Пойду взгляну на раненого,- сказал он.
- Сделайте одолжение. Разрешите подняться в вашу каюту или как там называется то
место, где мы с вами вчера встретились?
- Конечно, а зачем?
- Если бы вам пришлось полтора часа мерзнуть на палубе, не стали бы спрашивать.
- Понятно. Тонизирующее. Надеюсь, джентльмены, вы справитесь без меня,- Карлос
помолчал и сухо добавил:
- У вас будет достаточно времени, чтобы подготовиться к моему допросу.
Он ушел, и почти тотчас же появился Пьетро, принесший небольшую кувалду.
Оставив пленников в каюте, Петерсен, Джордже и Алекс закрепили на двери все восемь
герметизирующих скоб и при помощи кувалды толстяк загнал их в пазы. Теперь даже
горилла не смогла бы открыть дверь изнутри. Оставив кувалду поблизости, троица
спустилась в машинное отделение. Там было безлюдно - управление катером
осуществлялось из рубки рулевого. Прошло меньше минуты, прежде чем они нашли то, что
искали.
- Ночная работенка вызывает кошмарную жажду,- сказал Джордже, наливая себе
третий стакан "граппы". Он взглянул на рации Зарины и Михаэля, стоявшие около ножки
его стула.- Надежней было запереть их в нашей каюте. Почему вы решили перенести их к
капитану, Петер?
- Потому что наша каюта - чересчур надежное место. Юный Михаэль никогда не
отважится проникнуть в нее.
- Не пытайтесь убедить меня в том, что он попытается извлечь свою рацию отсюда,-
промолвил толстяк.
- Маловероятно, согласен. Михаэль, ясное дело, не герой, если конечно, не
великолепный актер. Хотя, по-моему, актер из него такой же, как и герой. Однако, если он
окажется в отчаянном положении - а такое должно случиться, ведь он не сможет отправить
свое сообщение вовремя - то попробует добраться до рации.
- Не представляю, как у него это получится? Карлос скоро вернется в каюту и
передатчик снова будет под присмотром. К тому же от сейфа есть один-единственный ключ,
и тот у капитана.
- Карлос может дать ему ключ.
- О! Именно так должен работать изощренный ум,- воскликнул толстяк.- Итак,
остаток ночи мы не спускаем глаз с нашего Михаэля? Даже если тот попытается наверстать
упущенное - что это доказывает? Только то, что между ним и Карлосом существует какаято
связь?
- В этом я и хочу удостовериться. Глупо надеяться, что кто-нибудь из них добровольно
признается во всем. Тем более Михаэль. По прибытии в Плоче можно изолировать его -
приказать взять под стражу за неподчинение или по подозрению в попытке контакта с
противником.
- Вы действительно подозреваете его в этом, Петер?
- Упаси, Господь! Конечно, нет. Но он же собирался передать кому-то радиограмму?
Этот "кто-то" вполне может оказаться шпионом. Подобное обвинение произведет на
Михаэля должное впечатление. Я хочу знать наверняка: есть ли связь между ним и
Карлосом.
- А если есть, вы подвергнете Михаэля заключению?
- Несомненно.
- А его сестру?
- Она ничего не сделала, и поэтому сможет продолжить путь, присоединиться к брату
или, как вы сказали, подвергнуться заключению. Это ее личное дело.
- Рыцарский жест,- Джордже потянулся за "граппой".- Итак, можно подозревать, а
можно и не подозревать существование связи между Карлосом и Михаэлем. Но мы уже
знаем о связи Карлоса с Алессандро.
- Нет,- возразил Петерсен.- Я догадываюсь, что капитан знает об этом человеке
гораздо больше, чем мы, но не думаю, что он посвящен в планы Алессандро. Его появление
на корабле было для Карлоса столь же неожиданным, как и для нас. Действуй они сообща,
Алессандро не взял бы с собой горелку и чайник. Он мог воспользоваться камбузом, где
можно вскрыть все что угодно... - Петерсен улыбнулся вошедшему капитану.- Ну, как
поживает Кола?
- Опасности для жизни нет, но плечо сильно повреждено. Даже при полном штиле я бы
не рискнул что-либо предпринять. Нужен хирург,- Карлос открыл сейф, поставил обе
рации внутрь и вновь запер стальную дверцу.- Не спешите, господа. Я еще раз покину вас
- мне нужно подняться в рубку.
- Вы не могли бы на минуту задержаться?
- Да, Петер? - капитан усмехнулся.- Допрос?
- Разумеется, нет,- сказал Петерсен.- Всего лишь пара вопросов. Вы сэкономите нам
время и избавите от лишних хлопот.
- От каких хлопот? Речь идет о допросе Алессандро? Вы же обещали мне, что пыток не
будет.
- Я по-прежнему обещаю это. Алессандро пытался напасть на нас и выкрасть кое-какие
бумаги. Вы знали о его намерениях?
- Нет.
- Верю.
Карлос удивленно поднял брови, но ничего не сказал.
- Однако вас не очень-то беспокоит то, что ваш земляк-итальянец стал пленником
варваров-югославов,- заметил Петерсен.
- Если вы хотите сказать, что Алессандро лично для меня много значит, то глубоко
заблуждаетесь.
- Но его репутация. По-моему, вы хотите ее поддержать.
Карлос вновь промолчал.
- Вам известно о характере его деятельности. О чем нам еще неизвестно. Разве не так?
- Возможно. Но не рассчитывайте, что я расскажу вам об этом.
- Я не рассчитываю, просто надеюсь.
- И не надейтесь. Вы же не нарушите Женевские соглашения, чтобы выудить у меня
эти сведения?
Петерсен поднялся из-за стола.
- Разумеется, нет, капитан. Спасибо за гостеприимство.
Майор вошел в каюту, где находились пленники, держа в руках шезлонг и кейс с
ампулами. Джордже внес внутрь два куска толстого провода и кувалду, при помощи которой
он только что освободил дверь от герметизирующих скоб. Алекс не принес с собой ничего,
кроме своего оружия.
Петерсен раскрыл шезлонг, и, усевшись в него, с видимым интересом принялся
наблюдать, как толстяк заколачивает скобы во внутренние пазы двери.
- Как видите, мы работаем без перерывов,- Петерсен взглянул на Франко, Зеппо и
Гвидо.- Встаньте в свой угол. Если хоть один из вас пошевелится - будет пристрелен.
Снимите свою куртку, Алессандро.
Алессандро презрительно плюнул на пол.
- Снимите куртку,- вежливо повторил Джордже,- или я вытряхну вас из нее.
Алессандро плюнул снова, видимо не отличаясь оригинальным складом ума. Коротко
размахнувшись, толстяк ударил его в солнечное сплетение. Удар оказался не очень сильным,
но мужчина скорчился, взвыв от боли. Джордже сдернул с него куртку.
- Свяжите его,- приказал майор.
Швырнув стонущего пленника на брезентовую койку, толстяк связал его таким образом,
что руки Алессандро оказались плотно прижаты к туловищу. Ноги его также были связаны
вместе. Для большей надежности вторым куском провода Джордже крепко привязал
Алессандро к койке. Тот, уже восстановив дыхание, предпринял попытку освободиться от
пут, однако "торой удар толстяка окончательно убедил его в неуместности сопротивления.
С удовлетворением оглядев дело рук своих, Джордже повернулся к майору.
- В Женевских соглашениях что-нибудь говорится об этом, Петер?
- Возможно, возможно. Правда, я их никогда не читал,- Петерсен открыл кейс и
посмотрел на Алессандро.- Сейчас мы проведем эксперимент. В интересах науки, как вы
понимаете. Это не займет много времени.- Его слова звучали довольно легкомысленно, но
Алессандро не слушал. Он глядел на бесстрастное лицо майора, выражение которого плохо
соответствовало смыслу сказанного.
- В вашем кейсе, если помните, находятся три голубые и три розовые ампулы,-
продолжил Петерсен.- Мы, в том числе капитан Тремино, имеющий медицинское
образование, считаем, что три из шести смертоносны. К сожалению, нам неизвестно, какие
именно. Попробуем найти их методом исключения. Я введу вам под кожу содержимое одной
из ампул. Если останетесь живым - станет понятно, что находится в остальных,- Петерсен
вынул из кейса голубую и розовую ампулы.- Какая вам больше нравится, Джордже?
Толстяк задумчиво потер подбородок.
- Ответственное задание,- промолвил он.- От моего решения зависит жизнь
человека... Хотя, думаю, общество мало что потеряет, если... Мне больше по душе голубой
цвет.
- Голубой, так голубой,- Петерсен перелил в пробирку голубую жидкость и вставил в
шприц иглу. Алессандро со страхом наблюдал, как содержимое пробирки медленно
всасывалось в шприц.- Боюсь, я не особо умелый медик.- Спокойствие, с каким произнес
фразу майор, было страшнее любого крика.- Воздух, попав в кровеносную систему, может
образовать тромб... Однако вам, Алессандро, все равно, от чего умирать...
Глаза Алессандро вылезли из орбит, побелевшие губы затряслись от смертельного
ужаса. Петерсен прикоснулся к внутренней стороне его правой руки.
- Вена, кажется, подходящая.
- Нет! Нет! Нет! - Из глотки Алессандро вырвался нечеловеческий вопль.- Господи,
нет! Нет!
- Не о чем волноваться,- успокаивающе сказал Петерсен.- Если состав безвреден, то
останетесь живы и возвратитесь к нам через считанные минуты, если нет, то ускользнете от
нас навсегда, что тоже неплохо... - Майор снял наволочку с подушки и протянул ее
Джордже.- Он может дико орать в агонии. Будьте, пожалуйста, внимательны -
умирающий человек судорожно стискивает зубы.
Большим и указательным пальцем Петерсен оттянул кожу на руке связанного. Тот
взвизгнул. Джордже зажал ему подушкой рот. Через несколько секунд он снял подушку с
лица пленника. Алессандро уже не орал. Где-то глубоко в его горле рождались жуткие
всхлипы. Он выгнулся на койке, прилагая неистовые усилия для того, чтобы освободиться от
провода. Жилы на его лице напряглись - оно казалось олицетворением безумия. Казалось,
еще немного - и Алессандро забьется в припадке эпилепсии. Майор посмотрел на
Джордже. Физиономия толстяка покрылась крупными каплями пота.
- Это смертельный яд? - Спросил Петерсен пленника, но содрогавшийся в
конвульсиях Алессандро не слышал ни звука. Вопрос пришлось повторять до тех пор, пока
обезумевший разум его воспринял.
- Яд, яд... Смертельная доза! Смертельная доза! - пролепетал Алессандро, перемежая
слова ужасными всхлипываниями.
- От него умирают в страшных мучениях?
- Да! Да! Да! - Алессандро тяжело и часто дышал, будто находился в последней
стадии удушья.
- И это вы уготовили сами себе. У меня нет к вам ни жалости, ни сострадания. К тому
же вы можете и солгать.- Петерсен вновь дотронулся концом иглы до руки связанного.
Алессандро опять завопил, и Джордже опять заткнул ему рот подушкой.
- Кто вас послал? - Петерсен дважды повторил свой вопрос, прежде чем Алессандро
бешено завращал глазами. Толстяк убрал с его лица "кляп".
- Киприано... - Голос Алессандро ничем не отличался от вороньего карканья.-
Майор Киприано...
- Ложь. Никакой майор не уполномочен затевать такие дела,- Петерсен третий раз
осторожно прикоснулся концом иглы к вене, Алессандро хотел было завопить, но Джордже
успел вовремя зажать ему рот.- От кого получили задание? Спрашиваю последний раз,
Алессандро. Через секунду проколю вену. Для этого есть все основания. Чьи инструкции
выполняете?
Джордже в очередной раз снял с лица пленника подушку. На мгновение показалось, что
тот потерял сознание: Глаза бедняги закатились, но тотчас снова вернулись на место.
- Гранелли,- прошептал он едва слышно.- Генерал Гранелли...
Это было имя всемогущего шефа итальянской разведки.
- Игла все еще в миллиметре от вены - в любую секунду я могу нажать на поршень
шприца. Помните об этом, Алессандро. Полковник Лунц знал о вашем задании?
- Нет! Клянусь! Нет!
- Генерал фон Лер?
- Нет!
- Каким же образом генералу Гранелли стало известно, что я нахожусь на борту
"Коломбо"?
- Ему рассказал полковник...
- Так-так. Обычные доверительные отношения между союзниками. Что вы хотели
найти в моей каюте?
- Документ... Сообщение...
- Петер, возможно, будет лучше, если вы уберете шприц,- сказал Джордже. -
Кажется, он сейчас упадет, в обморок. Или умрет. Или что-нибудь в этом роде.
- Что вы добирались сделать с бумагой, Алессандро? - Острие иглы осталось на
прежнем месте.
- Сравнить текст с... моя куртка... там... - Алессандро действительно еле ворочал
языком.
Во внутреннем кармане его куртки Петерсен обнаружил сложенный вчетверо бумажный
лист. Это был дубликат документа, находившегося в их каюте. Майор вновь сложил бумагу
и убрал в свой потайной карман.
- Странно,- сказал Джордже,- он на самом деле близок к обмороку.
- Могут поспорить, его жертвы никогда не имели такой возможности... Что бы мне
хотелось, так это всадить ему полную дозу,- с искренним сожалением проговорил
Петерсен.- Несомненно, Алессандро представляет... представлял,- поправился он,-
особое подразделение, специализирующееся на тайных убийствах.- Понюхав голубую
жидкость в пробирке, майор бросил ее и открытую ампулу на пол. Затем разбрызгал по полу
содержимое шприца. Стекло хрустнуло под его подошвами.
- На спирту,- сказал Петерсен.- Испарится достаточно быстро.
...В коридоре Джордже вытер со лба пот.
- Не хотел бы пройти через это снова,- признался толстяк.- Как, впрочем, и
Алессандро...
- Я тоже,- добавил Петерсен.- А что испытали вы, Алекс?
- Ничего особенного,- угрюмо отозвался тот.- Разве что сожаление, когда вы не
нажали на поршень. Я бы пристрелил его, не моргнув глазом.
- Хорошая мысль. По крайней мере, ему не пришлось бы мучиться. В любом случае,
как оперативный сотрудник разведке Алессандро уже мертв. Его разотрут в порошок, когда
появится в Термоли. А возможно, и в Плоче. Давайте закроем дверь.
Алекс вставил в пазы все восемь герметизирующих скоб. Чтобы не было слышно
грохота ударов, он прижал к первой из них подушку, совсем недавно используемую
Джордже для другой цели. Толстяк взмахнул кувалдой...
Когда последняя, восьмая, скоба была забита, Джордже сказал!
- Будем надеяться, это задержит их на некоторое время. Особенно если мы выбросим
молот за борт.
- Поступим иначе... - Петерсен ушел и через минуту вернулся с газовой сваркой и
защитными очками. В сварочном деле майор был новичком, но недостаток квалификации с
успехом восполнялся энтузиазмом. Конечный результат его усилий не отличался большим
изяществом, однако в данный момент это не играло решающей роли. Что действительно
было существенным, так это намертво приваренная дверь.
- Теперь можно пообщаться с Карлосом и Михаэлем,- вздохнув, сказал Петерсен.-
Но сперва надо немного пошевелить мозгами...
"...По-моему, звучит неплохо",- похвалил сам себя майор. Он сидел за письменным
столом капитана. Перед нам стояла бутылка виски, рядом с которой лежало только что
написанное им послание.- Попросим Михаэля отправить это открытым текстом,
немедленно. Слушайте: "Полковнику Лунцу..." Затем, естественно, его кодовый номер.
Далее: "Ваши убийцы и/или террористы - неумелая шайка. Алессандро и его "сапожники"
находятся на борту "Коломбо" за прочно завален ной дверью. Извините, не могу поздравить
вас генерала фон Лера, генерала Гранелли и майора Киприано с удачным подбором кадров.
Привет. Зеппо." "Зеппо", как вы помните, мое кодовое имя.
Джордже скрестил под животом руки.
- Неплохо, неплохо. Но мы точно не знаем, что "убийцы и/или" из ведомства именно
полковника Лунца.
- А мы не обязаны это знать,- отозвался Петерсен.- Мы просто предполагаем.
Надеюсь, наше сообщение вызовет переполох в голубятне. Как вы считаете, Джордже,
голубки всполошатся?
Толстяк расплылся в улыбке.
- Полковник Лунц я генерал фон Лер ужасно расстроятся. Алессандро сказал, что они
не были в курсе мероприятия.
- Теперь они свяжутся с итальянцами и будут в курсе, - промолвил Петерсен.-
Хотелось бы мне послушать их телефонные переговоры, после того как Лунц получит
радиограмму. Ничто не распространяется с такой скоростью, как недоверие и
подозрительность. Особенно среди верных союзников. Полагаю, джентльмены, мы хорошо
потрудились и заслужили право пропустить по стаканчику виски перед беседой с Карлосом.
Рубка рулевого освещалась лишь тусклым светом нактоуза [* Ящик для судового
компаса]. У Петерсена и его компаньонов некоторое время ушло на то, чтобы привыкнуть к
темноте. Карлос стоял у штурвала. Майор сдержанно кашлянул:
- Я удивлен, Карлос... Нет, меня просто пронзает боль при мысли, что такой
благородный моряк, как вы, связан со столь беспринципными и неразборчивыми в средствах
персонами, как генерал Гранелли и майор Киприано.
Карлос, держа на штурвале руки, продолжал пристально глядеть вперед. Когда же
капитан заговорил, голос его был удивительно спокоен:
- Никогда не встречался ни с тем, ни с другим. А после сегодняшней ночи постараюсь
не делать этого и впредь. Приказы приказами, но я никогда больше не возьмусь перевозить
ни одного из наемников Гранелли. Они могут угрожать мне военным трибуналом, но дальше
угроз дело не пойдет. Как я понимаю, Алессандро заговорил?
- Да.
- Он жив? - Судя по интонации, Карлоса не особенно волновал ответ.
- Жив и здоров. Никаких пыток не было. Простое психологическое воздействие.
- Если бы это было неправдой, вы бы не сказали, да и не смогли сказать так. Я
потолкую с ним, сейчас же,- в голосе капитана не было и намека на спешку.
- Да,- сказал Петерсен.- Хорошо. Только, боюсь, толковать с Алессандро придется
через закрытую дверь. Мы ее заперли, понимаете?
- Все, что можно запереть, можно и отпереть.
- Не тот случай,- майор виновато вздохнул.- Приносим свои извинения за столь
бесцеремонное обращение с итальянским военным кораблем - мы сочли, что будет
благоразумнее приварить дверь каюты к переборке.
- Ах вот как? - Впервые за все время беседы Карлос взглянул на Петерсена с
выражением, далеким от вежливого интереса.- Вы приварили дверь? Оригинально.
- Сомневаюсь, чтобы вам удалось отыскать в Плоче сварочный аппарат.
- Я тоже.
- Чтобы их освободить, придется возвратиться обратно в Италию. Остается надеяться,
что вы доведете катер до итальянского порта. Будет неприятно, если Алессандро с
приятелями утонет вместе с "Коломбо". Но мы допустили еще одну оплошность, Карлос:
судовой сварочный аппарат лежит на две Адриатики.
Хотя Петерсен не видел блеска зубов капитана, он мог поклясться, что тот улыбался.
Глава 4
Море было бурным на протяжении всего плавания. И слегка успокоилось, лишь когда
"Коломбо" вошел в устье Неретвы. Сбылось обещание Карлоса: как только рассвело, тотчас
над торпедным катером взвился карикатурно огромный итальянский флаг. Портовый
гарнизон на этот раз воздержался от стрельбы, которая обычно производилась, когда какоелибо
судно показывалось на горизонте. Вскоре катер встал у причала Плоче - города,
который во всех довоенных туристских путеводителях именовался не иначе как "жемчужина
Адриатики".
Семеро пассажиров сидели в кают-компании за завтраком, без сомнения творением
механика Джованни. Неописуемую кашу из яиц и сыра, по-видимому, готовили на
машинном масле. Кофе казался сваренными из него же. Однако хлеб был не только
съедобным, но даже вкусным. Свежий морской воздух раздразнивал аппетит" особенно у
тех, кто пострадал во время ночного шторма.
Гладко выбритый и тщательно: одетый Джакомо, несмотря на кошмарную пищу, был,
как всегда, жизнерадостен.
- А где Алессандро со своими головорезами? - улыбаясь, спросил он и отодвинул
тарелку.- Парни многое теряют.
- Вероятно, они позавтракали раньше нас,- сказал Петерсен,- и уже сошли на берег.
- Я был на палубе: на берег никто не сходил.
- Значит, они предпочитают свою компанию нашей. Скрытные люди. Джакомо
усмехнулся.
- Будто у вас нет секретов.
- Иметь секреты и быть скрытным - совершенно разные вещи. Но у нас секретов нет.
Просто иногда бывает трудно запомнить, о чем можно говорить, о чём нельзя. Особенно
таким, как я, со скверной памятью. Живя во лжи, можно попасться в собственную ловушку.
Нет, я - за простую, честную жизнь.
- Поверил бы этому, сказал Джакомо, - если бы не стал свидетелем ночного
спектакля.
- Ночной спектакль? - вопросительно взглянула на него Зарина: Лицо ее было
бледным, из чего следовало - ночь она провела не лучший образом.- О чем идет речь?
- А вы не слышали ночью выстрела?
- Что-то похожее слышала,- Зарина улыбнулась краешком губ и посмотрела на
сидевшую напротив Лоррейн,- но было не до этого - мне казалось, я умираю. А что
случилось?
- Петерсен подстрелил одного из людей Алессандро. Несчастного по имени Кола.
Девушка изумленно посмотрела на Петерсена.
- Зачем вы сделали это?
- Долг платежом красен. Стрелял Алекс. Разумеется, при полном моем одобрении.
Зачем? Парень был слишком скрытным - вот зачем.
- Он... Он мертв?
- Упаси Господь! Алекс не убивает людей,- сказал майор, но большинство сидевших
за столом, похоже, придерживалось противоположного мнения.- Выстрелом повреждено
плечо Колы.
- Повреждено плечо! - темные глаза Лоррейн стали холодны, а губы поджаты.- Вы
хотите сказать, что пуля попала в плечо?
- Возможно. Я все же не врач и
...Закладка в соц.сетях
