Жанр: Триллер
Мозаика
... патрулирование.
Она глубоко вдохнула, приходя в себя и с трудом сдерживаясь, чтобы не обернуться.
Когда цокот копыт затих вдалеке, она с облегчением подняла глаза. Полицейский исчез. Но
какой-то молодой парень с маленькой коричневой сумкой, скрывавшей открытую бутылку
спиртного, сел рядом с ней. Он достал уже свернутую самокрутку с "травкой" и предложил ей:
- У меня тут вечеринка предстоит...
Должно быть, он почувствовал ее нежелание общаться.
Поднявшись со скамьи, Джулия увидела, как Сэм огибает угол длинными шагами, такими
же знакомыми, как и его долговязое тело. Она вздохнула с облегчением и удовольствием.
Прекрасные воспоминания о прошедшей ночи и об этом утре вспыхнули в ней. К чему бы это?
Он не собирался брать на себя обязательства, она тоже. Но когда она увидела, как он поймал ее
взгляд и улыбнулся, то вдруг ощутила, как привычное чувство одиночества отступило.
Он нес две сумки.
- Ты нашла Граффи?
Во время ее рассказа о встрече с Граффи они быстро шли к ближайшему общественному
туалету. Ему нравилось идти с ней рядом. С тех пор как они расстались утром, он не мог
успокоиться. Он очень боялся, что ее убьют, как Ирини, потому что его не будет рядом, чтобы
защитить. Но теперь все было по-другому. Чувство вины отступало. Самым главным была ее
жизнь.
Он рассказал ей, что принес с собой.
Она улыбнулась:
- Это должно сработать.
Джулия взяла сумку, отстояла очередь, а затем вошла в кабинку туалета. Она надела
шерстяные брюки цвета хаки из армейских излишков, спортивную фуфайку, шерстяную
куртку, свободную и больше смахивающую на блузу, и черный берет. Там также была
бутылочка с темным гримом цвета cafe au lait , который она размазала по лицу, шее и рукам.
В карман она сунула перечный спрей. Сейчас это было ее единственное оружие. Она сложила
свою блузку, брюки с дыркой на штанине и пальто в сумку и оставила ее в углу туалета в
надежде, что она пригодится кому-нибудь.
Сэм ждал снаружи, насвистывая "Янки-дудль", когда-то популярный веселый мотив. На
нем были морской бушлат, джинсы и бейсболка с эмблемой команды "Мете". Цвет лица у
обоих оказался одинаковым.
Она улыбнулась и сказала:
- Ты, похоже, неистощим на выдумку.
- А я думал, неистощим в...
- И это тоже.
Сэм усмехнулся и взял Джулию за руку:
- Какой красивый цвет лица. Мне он идет так же, как тебе?
- Больше. Ты гораздо красивее.
Он засмеялся, и они двинулись в южную часть Центрального парка. При этом каждый
молча молился о том, чтобы их новый внешний вид помог им избежать разоблачения.
8.42. ПОНЕДЕЛЬНИК
Они нашли кафе "Старбакс" на Седьмой авеню и перед ним телефон-автомат, который
описывал Граффи. Сэм купил себе и Джулии по чашечке кофе. Повсюду люди выходили на
улицу покурить. С дороги доносился обычный рокот потока машин, а завсегдатаи магазинов
спешили воспользоваться хорошей погодой.
- Думаешь, Граффи найдет его? - поинтересовался Сэм.
- Он всю жизнь прожил на этих улицах. Если кто-нибудь кроме полиции и может
сделать это, то только он.
- Ты думаешь, он действительно позвонит?
- За десять тысяч долларов он позвонит из загробного мира.
- Ты пообещала ему десять тысяч? Ну ты и горазда швыряться деньгами.
- А почему бы и нет? Твоими же.
Он удивленно посмотрел на нее.
Джулия улыбнулась:
- Шучу. Ему придется подождать, пока эта заваруха не уляжется. Только тогда я заплачу
ему.
Сэм кивнул:
- Приятно иметь богатую подружку.
Она ухмыльнулась:
- И толковую. Я почувствую себя по-настоящему сообразительной, если окажусь права
по поводу Граффи.
- Пока я не чувствую уверенности.
- Я тоже, - ответила она мрачным голосом.
Они всё пили кофе, уставившись на телефон, но тот не звонил.
48
10.49. ПОНЕДЕЛЬНИК
Выпив неимоверное количество кофе, Джулия и Сэм все еще ждали звонка в тени около
телефонной будки перед кафе "Старбакс" на Седьмой авеню. Солнце сияло холодным
равнодушным светом. Воздух пропах бензиновыми парами. Гудели автомобили, а где-то
вдалеке раздалась сирена "скорой помощи".
- ...Айона Шварц рассказала мне, как страстно дедушка хотел вырваться из приюта, -
говорила Джулия, - потом мы еще побеседовали, и оказалось, что в конце Второй мировой
войны дедушка Остриан и дедушка Редмонд находились вместе в южной Германии.
Сэм поднял затемненные гримом брови:
- Значит, велика вероятность, что они вместе оказались на швейцарской границе, потому
что мне подтвердили, что именно там находился Дэниэл Остриан. И они оба имели
возможность приехать в Цюрих...
Джулия перебила:
- И я была не права, когда считала, что Острианы всегда были богаты...
Ей было больно, потому что хотелось верить, что дедушка Остриан был честным и
справедливым человеком, каким всегда казался. Но ее вера растаяла, словно лед в пруду
Центрального парка, когда она услышала рассказ Айоны Шварц о молодом и нищем Дэне
Остриане, которому отчаянно хотелось вылезти из нищеты.
- Семья Острианов разорилась, и Дэниэл Остриан до войны еле сводил концы с концами.
Поэтому я не понимаю, какие деньги он мог вкладывать в совместное с Редмондом
строительное предприятие.
- Только...
Она кивнула с несчастным видом:
- Только если он украл клад Гиммлера. Я хочу узнать правду и понять, как эта история
связана с сегодняшними событиями.
На мгновение ей показалось, что она услышала телефонный звонок, но это был всего
лишь проезжавший мимо велосипедист.
- И еще мне бы хотелось знать, куда мог отправиться дедушка Редмонд. Я не знаю, где
еще спрашивать, кроме всех францисканских церквей.
Она понимала, что вычислить это место можно только путем строгого логического
рассуждения.
- Думаю, мы должны задаться вопросом: чего дедушка надеялся добиться своим
побегом? Доказать, что он вполне в своем уме? Отомстить сыновьям? Он достаточно драчлив,
чтобы решиться на борьбу с ними.
У Сэма вдруг возникла неприятная мысль.
- Если он действительно сбежал. А что если все это было лишь тщательно продуманной
инсценировкой? Они знали, что ты там появишься, и подготовили спектакль. Никакого отца
Майкла не было, а был просто кто-то во францисканском облачении, и твой дедушка мертв.
- Сэм! Прекрати!
- Проклятие Янтарной комнаты, - зловеще сказал он. - Я не рассказывал тебе об этом.
Согласно одной теории. Янтарная комната в конце войны была отправлена в Данциг. Ее
погрузили на корабль "Вильгельм Густлофф". Советская подлодка торпедировала его. Если
янтарные панели были на борту, они утонули и потеряны навсегда. Хуже того, вместе с ними
утонуло восемь тысяч пассажиров. Это была самая большая морская катастрофа в мире -
количество жертв в пять раз больше, чем на "Титанике".
- Это ужасно.
- Помнишь доктора Роде?
- Директора собрания искусств Кенигсбергского замка? Немца, отвечавшего за
сохранность Янтарной комнаты?
Сэм кивнул:
- Роде покончил с собой в госпитале в 1945 году.
- Не может быть!
- Я тебе рассказывал о профессоре Брусове. Кремль послал его в Кенигсберг, чтобы
разузнать, что же все-таки случилось с Комнатой. Когда он не смог ничего найти, его отозвали
в Москву, где он почти сразу же умер от сердечного приступа. А позднее Георг Штайн, немец,
который также разыскивал Комнату, тоже покончил жизнь самоубийством. - Красивое лицо
Сэма в темном гриме было задумчивым. - Эти смерти стали называть "проклятием Янтарной
комнаты". Затем Сельвестер Маас, который был убит, и, может быть, Дэниэл Остриан и вот
теперь Лайл Редмонд.
- Дед Редмонд не убит! Они не посмели бы...
И тут зазвонил телефон-автомат. Звонок казался громче колокола Биг-Бена. Джулия
бросилась к нему и прижала трубку к уху. Сэм застыл рядом с ней, напряженный,
встревоженный.
Она быстро спросила в трубку:
- Ты нашел его?
Граффи был злым и напуганным.
- Черт тебя подери, Джулия! Во что ты меня втянула? Лучше бы ты забрала свои десять
кусков вместе с деньгами на транспортные расходы.
- Ты нашел Стаффилда?
- Унюхал ли я это дерьмо? Да? Это стоило мне твоей сотни и еще одной сверху, которой
у меня не было, и потом они пытались убить меня!
- Кто пытался убить тебя?
- Откуда я знаю? Два крутых типа - это все, что я понял. Если бы я не знал тайного
выхода из гостиницы и если бы Рубен не думал, что это дурацкий рейд Администрации по
борьбе с наркотиками, я был бы уже на том свете. Теперь Рубен тоже ищет меня. Он думает,
что я привел их к нему, и хочет получить мою голову, нарезанную тонкими ломтиками на
блюде.
Джулия прикрыла трубку рукой и прошептала Сэму:
- За ним охотится тот, кто продавал ему наркотики, и два человека пытались убить его.
Наверно, он выследил Стаффилда по своим наркотическим связям. - Она опять заговорила в
трубку: - Граффи, прости. Мне и в голову не приходило, что это может быть так опасно. Я все
учту, но... ты нашел его?
Голос Граффи дрожал от раздражения.
- Когда я получу эти чертовы бабки?
- Сейчас я не могу тебе их дать. Мне нужно несколько дней...
Наступила долгая пауза. Она слышала учащенное дыхание и почти ощущала запах пота
Граффи.
- Дьявол, может, так будет лучше. Я всегда смогу найти тебя, Джулия, девочка. Сейчас
эти деньги свяжут меня по рукам и ногам. Я выйду на тебя позже.
- Граффи? - взмолилась она.
- Гостиница "Чифтейн" в "Адской кухне". Комната ЗС. - Он продиктовал ей адрес. -
Ну, я пошел. - Пауза. - Береги себя, детка. Кем бы ни были те два парня, они очень крутые.
Без шуток.
- Спасибо, Граффи. Свои десять тысяч, до последнего цента...
Но телефон уже отключился. Она повесила трубку и назвала Сэму адрес.
10.50. ПОНЕДЕЛЬНИК
Джеффри Стаффилд только что еще раз перезвонил в свой колумбийский банк. Вторая
половина его денег до сих пор не поступила. В ярости он посмотрел на часы, но ответ ему был
уже известен. Двадцать четыре часа Винса Редмонда уже давно истекли.
Он вернулся в комнату из тускло освещенного гостиничного коридора, уставился
невидящим взором в грязное окно и прикурил сигарету от зажигалки. Глубоко вдохнул. Когда
ярость немного улеглась, он решил, что останется здесь еще на полчаса. Не больше. Это все,
что он может дать Туркову. Жаль, что Туркова не было с ним с самого начала. Полчаса. Не
больше.
Но он знал, что это лишь бравада. У него было сильное подозрение, что Турков не
приехал. Проклятый киллер взял деньги, но не собирался выполнять работу. Или его
перехватили Редмонды. В конце концов, это одно и то же. Слишком много для верного
питбуля, подумал он с горечью. После окончания холодной войны никому нельзя верить.
Он подумал о Колле. Вот она в фартуке и в садовых перчатках подрезает розы - этакая
неприступная английская матрона. Он представил их гостиную с фотографиями детей. С
чувством самоуважения вспомнил, что держал руки подальше от них, даже пальцем не касался.
Но он расплачивался за этот покой в трущобах на континенте. Все эти сияющие мордашки и
гладкие, пухленькие тела чужих детей. Особенно маленьких мальчиков.
Даже сейчас в нем нарастало желание. Разум боролся с ним. По коже побежали мурашки.
Желание будет мучить его тело, пока он не найдет мальчика. Он еще раз затянулся сигаретой
"Плейерс". Давление... стресс... как там еще самый новейший идиот-гуру назовет его... стал для
него гибелью. Никто не способен без какой-нибудь отдушины иметь дело с отвратительными
преступлениями, с льстивыми кабинетными политиками и с таким, как у него, пуританским
образом жизни. Умом он понимал, что это неправильно. Но все остальное в нем требовало
выхода.
Он сделал три быстрые затяжки и схватил свой чемодан. Надо выбираться отсюда. В
любом случае у него есть четыре редмондовских миллиона долларов, которыми он может
распоряжаться. Этого может вполне хватить. Они с Коллой могут затеряться где-нибудь в
южной части Тихого океана. Нужно только вырваться из Нью-Йорка.
Он направился к двери.
Раздался стук, легкий, как условный сигнал. Турков. Это должен быть Феликс Турков. Он
с готовностью распахнул дверь.
- Феликс...
Подобно хорошо натренированным собакам-убийцам, четверо одетых в темное и
вооруженных незваных гостей ворвались в комнату, швырнули его на кровать и вырвали у него
пистолет "беретта".
- Кто вы? - спросил он, потрясенный, - Что вам надо?
Они не отвечали. Казалось, каждый в точности знал, что должен делать. Единственная
среди них женщина принесла чемодан и поставила его на стол. Чемодан выглядел точно так же,
как тот, что был у него. Тот, что из Хитроу и от Винса Редмонда. Один из людей пошел в
ванную комнату и вернулся обратно. Два самых высоких человека крепко держали Стаффилда
за плечи и руки. Они были в толстых перчатках для того, чтобы не оставить на его теле
синяков.
Ужас охватил его.
- Прекратите!
Он боролся, попытался неумело поднять кулак, но оказался слишком слабым.
- Да вы знаете, кто я такой? Только троньте меня, и Скотланд-Ярд вас похоронит!
Но никто его не слушал. Женщина засмеялась и начала срывать со Стаффилда одежду.
Все его настойчивые тайные желания куда-то исчезли. И когда лица его давно забытых жертв
одно за одним стали возникать в голове, Стаффилда прошиб пот.
- Извините, - прошептал он. - Извините. Еще можно все исправить. Разве моих
извинений не достаточно?
11.20. ПОНЕДЕЛЬНИК
Джулия много лет не была в "Адской кухне". Зажатый между сверкающим Бродвем и
широким Гудзоном, район изменился в лучшую сторону с тех пор, как она в последний раз
видела его. Тогда преступность царствовала на улицах в таких масштабах, что никаких усилий
полиции не хватало, чтобы справиться. Но теперь столетние многоквартирные дома были
отреставрированы, в них появились отличные магазины и рестораны, ювелирные мастерские и
гастрономы. Джулия и Сэм прошли мимо "Бруно" и "Кинг-оф-равиоли" на Девятой улице, где
воздух был насыщен запахом свежей выпечки.
Они свернули на запад в поисках гостиницы "Чифтейн". Обрывки бумаги летали между
зданиями. Стены были изуродованы граффити. Десятка полтора взрослых и детей выстроились
в очередь за супом в церковную кухню. Священник в черном костюме с белым воротничком
разговаривал с несколькими из них.
Гостиница "Чифтейн" была маленькой и черной от копоти. Они быстро обогнули ее,
нашли пожарную лестницу и дверь. Сэм подергал ее. Она оказалась запертой.
Поэтому они вернулись к фасаду и смело вошли внутрь через главный вход в гостиницу.
- Предоставь разговоры мне, - сказал он.
Но человек с серым лицом за стойкой только посмотрел на них. Они решительно
двинулись мимо него и вверх по лестнице.
- Хотите комнату? - вдруг спросил человек. - Тридцать долларов за ночь.
- Спасибо, - бросил через плечо Сэм. - Мы просто посетители.
Они взобрались на третий этаж, где чувствовался слабый запах мочи. Сэм посмотрел на
Джулию, на ее темное лицо с тонкими чертами, на голубые глаза. У него на мгновение
возникло неловкое ощущение дежа-вю, коридоров другой гостиницы и насилия, таившегося за
дверью. Он достал свой браунинг.
А она - свой перечный спрей.
Они тихо прошли через холл и подошли к двери. Нервы были натянуты до предела. Они
прислушались, но ничего не услышали. Сэм приложил палец к губам, повернул ручку и
приоткрыл дверь на несколько сантиметров. Опять ни звука. Джулия потянула его за руку, и он
отступил назад. Он непрерывно оглядывал холл, пока она стояла прижавшись к дверной щели.
Она слушала, пробовала почувствовать тепло тела, задействовала проприоцепторы и
почувствовала запах...
- Кровь.
Сэм толкнул дверь, и они вошли в освещенную комнату. Пока Джулия закрывала дверь,
он прочесывал пространство стволом браунинга. В комнате были лишь продавленная кровать,
исцарапанный столик с лампой и деревянный стул. Но не было Стаффилда. Свет в ванной
комнате был включен. У Джулии возникло мимолетное ощущение, что все их усилия, все их
поступки напрасны, и их сейчас ждет очередной провал. И на этот раз он будет гораздо
тяжелее.
Не говоря ни слова, они прошли в ванную и остановились у открытой двери. Запах крови
теперь превратился в зловоние. На потрескавшемся кафеле стены над ванной ярко-красной
кровью была написана одна фраза: "Я исполнил свой долг".
Взгляд Сэма проследовал от кровавых слов вниз. Нагое толстое тело Джеффри Стаффилда
с гротескным спокойствием лежало в наполненной водой ванне. Вены на обоих запястьях были
вскрыты, как у римского сенатора. Все тело белое как мел. Из него ушла жизнь.
- Он покончил с собой.
У Джулии стало выворачивать желудок, и она отвернулась.
Сэм вздохнул:
- Что, по-твоему, он хотел сказать словами "Я исполнил свой долг"?
От кровавого зловония, исходившего от воды в ванне, у Джулии закружилась голова. Она
вернулась в комнату, чтобы собраться с мыслями. Увидела пистолет, лежавший на столике
рядом с чемоданом. Подобрала оружие и положила в карман куртки.
- Крейтону это понравится, - пробормотал Сэм, выходя из ванной. - Человек,
похоронивший для него Дугласа Пауэрса, мертв. Так что правительство его уже не допросит.
Не могу избавиться от мысли, что ему заплатили или каким-то образом заставили пойти на это.
Но с другой стороны, он явно не собирался опять идти на пресс-конференцию и оглашать там
еще какую-нибудь несусветицу для Крейтона. Бедняга, вероятно, не видел выхода или, может
быть, ему помогли с той или другой стороны.
- Люди Крейтона или Пауэрса?
- Все возможно, - спокойно кивнул Сэм. - Мы знаем, что Крейтон отнюдь не чист как
стекло, и похоже, то же можно сказать о Пауэрсе. Но возможно, это дело рук слишком рьяных
сторонников Пауэрса. Сейчас этого не узнаешь.
- Ужасная мысль, но ты прав, - вздохнула Джулия. - Нам лучше убираться отсюда.
- Пожарная лестница, - решил Сэм.
Они вышли из маленькой комнаты и поспешили к окну в конце коридора, быстро
спустились по трем пролетам металлической лестницы в переулок, обошли вокруг здания по
тротуару и оставили гостиницу "Чифтейн" позади.
Они дошли до конца квартала и повернули. В это время к гостинице подъехала машина.
На опознавательной табличке, прилепленной к ветровому стеклу, было обозначено название
агентства Ассошиэйтед Пресс. Из машины вышли женщина и мужчина и поднялись по
лестнице. У мужчины на шее висел фотоаппарат, а на плече - сумка с принадлежностями.
К этому времени Джулия и Сэм уже вновь шли вдоль многоквартирных домов. Перед
кухней с бесплатными обедами выстроилось еще больше людей. Лица в очереди отражали
многообразие стран их происхождения - Перу, Мексика, Марокко, - белые, желтые и черные
лица бедных американцев. Из церкви вышла монашка, чтобы сказать что-то священнику.
Джулия остановилась посмотреть на простой черный костюм священника с белым
воротничком. Она бросила взгляд на вывеску кухни: "При поддержке ордена святого
Доминика". Она громко вздохнула:
- Сэм! Даже не верится, до чего я была глупа. Это было здесь, прямо передо мной. Я
знаю, где должен быть мой дед.
Но при этих словах Сэм вдруг схватил ее за руку:
- Не оглядывайся. У нас за спиной Майя Стерн. Пошли!
Джулия все-таки взглянула через плечо и увидела спешащую к ним троицу - убийцу ее
матери и двух мужчин. Улица была забита людьми и машинами.
Джулия и Сэм помчались прочь по улице, но вдруг остановились.
- Боже мой! - вырвалось у нее.
Еще два мускулистых человека стремительно двигались им навстречу. Они с Сэмом
оказались в ловушке между Стерн и двумя ее компаньонами сзади и другой парой
"чистильщиков" спереди.
Джулия не стала раздумывать. Сэм тоже. Словно слаженная команда, они резко
повернули и рванули в гущу машин.
11.43. ПОНЕДЕЛЬНИК
В грязном номере гостиницы "Чифтейн" женщина-репортер из Ассошиэйтед Пресс
пристально рассматривала тело Джеффри Стаффилда. Она присутствовала вчера днем на
пресс-конференции, и ее репортаж вместе со снимками фотографа быстро разошелся по
газетам, журналам, радио- и телевизионным студиям всей страны.
- Боже, ну и бардак, - сказала она фотографу.
- Да уж. Удивительно только, за что мы любим эту работу. - Он снимал безжизненное
тело в ванне р разных ракурсах. - Странно, зачем он это сделал? Ведь он мог заработать кучу
денег, заключив договор на написание книги. - Сработала вспышка, он перешел на другое
место и навел объектив на резкость. - Я словно вижу ее сейчас: "Человек, уничтоживший
кандидата".
Женщина отвернулась:
- Ага. И еще интересно, почему...
Они оказались здесь из-за анонимного звонка, адресованного именно ей. Он был от
человека, который, по его утверждению, видел Стаффилда здесь, в этой комнате, а теперь
звонил ей, потому что прочитал подписанный ею репортаж об обвинениях Стаффилда.
Она никак не ожидала найти Стаффилда мертвым. Самоубийство.
Ей нужно было позвонить в полицию, сообщить об этом. Но сначала...
- У тебя есть перчатки? - крикнула она в сторону ванной комнаты.
Она была известна своими разящими наповал разоблачениями и заработала эту
репутацию отнюдь не своей застенчивостью.
- Да. Из латекса. В сумке. - Фотограф высунул голову из ванной комнаты. - Не
занимайся самодеятельностью. Ты же не хочешь, чтобы тебя арестовали за подмену улик на
месте преступления.
- Нас. Перчатки-то твои. - Она натянула их.
- Черт подери. - Он продолжил съемки. - Полиция может быть здесь с минуты на
минуту.
Она быстро изучила содержимое маленькой сумочки для туалетных принадлежностей и
стопку чистого нижнего белья. Ничего. Тогда она направилась к чемодану и открыла его.
Наверху лежали документы, которые Стаффилд вчера позволил им фотографировать. Она
быстро просмотрела их. И остановилась. Нервное возбуждение выбросило адреналин прямо в
мозг. Оживившись, она быстро пробежала глазами новые документы. А затем нашла
фотографии...
Ее пульс участился.
- Да забудь ты об этом мертвеце! Иди сюда. Я хочу, чтобы ты сфотографировал это. Ну и
развратником был этот сукин сын. Неудивительно, что он наложил на себя руки!
11.44. ПОНЕДЕЛЬНИК
Движение машин замедлилось. Улица оказалась забита стоящими вплотную друг к другу
автомобилями. Воздух был насыщен выхлопными газами, и солнце вдруг стало холодным и
слепящим. Джулия и Сэм лавировали между машинами, пытаясь скрыться. Пульсирующая боль
в ноге Джулии напоминала о пуле, которая задела ее вчера.
Сейчас не было времени думать. Не было времени бояться. Только бежать и бежать.
Быстрее!
Майя Стерн мчалась за ними. В душе она радовалась. Несмотря на маскировку Сэма и
Джулии, они выдали себя, когда спускались по пожарной лестнице и бежали по переулку. Майя
оставила человека, который должен был сообщить о прибытии репортера и фотографа
Ассошиэйтед Пресс. Маневр Сэма и Джулии привлек его внимание, он успел рассмотреть их
фигуры, манеру двигаться и предупредил ее. Его подозрение оказалось верным.
Теперь она остановилась и взялась за пистолет обеими руками. Прицелилась и
выстрелила, несмотря на то, что Остриан была слишком далеко.
Джулия рванулась вперед. Пуля просвистела мимо ее уха и попала в капот дряхлого
"Доджа". Внутри машины кто-то закричал от страха.
Джулия и Сэм не могли остановиться. Они продолжали бежать. Еще две пули вспороли
воздух сквозь гул автомобильных двигателей.
Джулия вынула пистолет, взятый в гостинице Стаффилда.
Сэм увидел его:
- Черт подери! Ты увела еще один пистолет?
- Использовала возможность.
Обливаясь потом, они мчались к перекрестку. Майя Стерн приказала своим людям
рассредоточиться. Они петляли среди легковых и грузовых машин, пытаясь выйти на позицию
прямого попадания. Сердце Стерн учащенно билось от холодной радости погони охотника,
настигающего жертву.
Как только загорелся красный сигнал, Джулия и Сэм вырвались на перекресток и
повернули за угол, пробираясь среди остановившихся автомобилей.
Быстрее. Быстрее.
Сначала оглянулся Сэм, а затем Джулия. Двое из преследователей настигали их. За
несколько коротких секунд Джулия оценила критичность ситуации. Они умели хорошо бегать,
но у них не было возможности стрелять.
- "Чистильщики", - задыхаясь, сказал Сэм.
- Они вот-вот догонят нас! - предупредила она.
Он нервно улыбнулся:
- Да ну?
Впереди такси подъехало к тротуару, и у Сэма созрел план. Ноги несли его, пот заливал
лицо, но он наблюдал за тем, как водитель вышел из него, помогая пожилой женщине нести
какие-то сумки с продуктами. Двигатель такси оставался включенным. Сэм определил это по
серому дымку над выхлопной трубой.
- Сюда! - резко бросил Сэм и повернул к такси.
Не споря, Джулия последовала за ним. Движение возобновилось со скоростью ползущей
сороконожки. Многие водители громко выражали свое неудовольствие. Джулия задыхалась.
Страх и гнев переполняли ее. И злость. Но она уже настолько привыкла к страху, что не
принимала его всерьез.
Когда они подбегали к такси, пуля попала в левое плечо Сэма. Она так обожгла его, что на
мгновение показалось, что он теряет равновесие. Но пуля лишь прошила куртку и слегка
оцарапала кожу. Ближайшие два преследователя были всего лишь в нескольких метрах позади
и не собирались останавливаться.
- Садись в такси! - распорядился Сэм.
Джулия ударилась о водительскую дверь, не успев замедлить бег. Удар на мгновение
лишил ее дыхания. Она распахнула дверь и сразу же увидела, что коробка передач
автоматическая. Значит, она сможет вести.
Таксист закричал с тротуара:
- Эй! А ну вылезайте из моей машины!
Одним плавным движением Сэм развернулся на месте. На худых лицах обоих
преследователей на мгновение возникло удивление, когда Сэм широко расставил руки и со всей
силы врезался в них, поймав врасплох неожиданным нападением. Используя инерцию и грубую
силу, он бросил их спиной на открытый кузов пикапа, медленно двигавшегося с общим
потоком транспорта. Он услышал, как их позвоночники хрустнули, ударившись о стальной
бортик. У них закатились глаза. Один застонал. Они упали на асфальт.
В машине позади пикапа водитель смотрел через ветровое стекло на Сэма с ужасом,
омрачившим его и без того серое лицо. Он резко затормозил, едва не переехав поверженных
"чистильщиков". А Сэм тем временем развернулся обратно.
Таксист уже бежал спасать свою машину. Майя Стерн и ее "чистильщики" приближались
веером.
Джулия резко включила задний ход, влетела задом на тротуар и на
...Поділитися у соцмережах
