Жанр: Триллер
Пригвожденное сердце
...в на берегу... Надеюсь, мотоцикл маневрирует быстрее, чем они.
Когда-то я неплохо выступал на мотогонках по пересеченной местности. Если шоссе все еще
завалено камнями, я сумею перетащить мотоцикл через них. А может, попробую проехать через
дюны. Тогда, если мне удастся вырваться, я буду в Манби через двадцать минут. А еще через
несколько часов вертолеты уже снимут вас с крыши.
Энтузиазм Марка оказался заразительным. Соломинка для утопающего. Крис
почувствовал, что у него поднимается настроение.
Однако Тони не мог не вылить ушата холодной воды:
- Как все-таки ты собираешься сбить сафдаров с насыпи? Нельзя же просто ехать прямо
на них, надеясь, что проскочишь. Они собьют тебя с этого мотоцикла, как ребенка с
трехколесного велосипеда.
Марк улыбнулся.
- Понятия не имею. Однако знаю, у кого есть ответ.
Тони уставился на него сквозь толстые очки.
- У кого?
- У моего старого друга Тони Гейтмана, вот у кого.
Тони моргнул.
- Крис, Рут, прошу вас, налейте мистеру Гейтману кофе. Ему предстоит крепко
подумать. И если этот хитрый старый лис не сможет найти решения, то не сможет никто в
мире.
Тони покачал головой.
- На сей раз ты переоцениваешь меня, старина.
Марк улыбнулся.
- Ну, это мы еще посмотрим.
Крис сидел в фургоне на диване, положив руку на плечи Рут. Было восемь часов вечера.
На улице стемнело.
Она прислонилась головой к его щеке.
- Схожу проверю, как там Дэвид.
- Не спеши, с ним все в порядке. Наверно, десятый сон видит. - Крис улыбнулся. -
Когда Марк Фауст дал ему эти бисквиты, он так обрадовался, будто ему подарили невесть что.
Знаешь, я уверен: Дэвид понимает гораздо больше, чем мы ему рассказываем.
- Он смышленый мальчик. Нельзя скрывать правду до бесконечности.
- Но как это отразится на его психике?
Рут поцеловала ладонь мужа.
- Не волнуйся. Здесь Дэвид в безопасности, мы рядом. Сейчас он испытывает разве что
некоторые неудобства: нет конфет, нет видео.
В дверь фургона тихо постучал Тони.
- Извините за беспокойство, ребята. Но я думаю, вам не мешает знать... - Он поправил
очки на переносице. - Дело в том, что я, похоже, начисто лишился своих проклятых мозгов.
- У вас появилась идея?
- Да. Хотя она совершенно безумна. Пойдемте, я объясню.
Тони, держа в руке громко шипящую газовую лампу, прошел в дальний угол двора, где
поджидал Марк Фауст. Один из мальчишек Ходджсонов стоял возле своего драгоценного
мотоцикла, бензобак которого был выкрашен в бананово-желтый цвет. Марк тщательно
проверял двигатель, его большие пальцы ощупывали провода и трубки, а лицо было серьезным
и сосредоточенным.
- Так вот, Марк, - голос Тони звучал очень оживленно, - я сообщил этим добрым
людям, что сошел с ума.
- Не верьте его болтовне. Этот малютка - гений. Валяй, Тони, выкладывай.
- Значит, так. Марк хочет поехать за подмогой. Мы решили использовать мотоцикл.
Мотоцикл в порядке, бензина - почти полный бак, больше, чем нужно для дела. Главная
проблема - избавиться от сафдаров, которые последнее время, как только прилив спадает,
выходят караулить насыпь. Наши ружья до них не достанут. Значит, - Тони пнул ногой одну
из древних пушек, лежащих у стены, - мы приведем в порядок пару этих малышек и пальнем в
сафдаров, стоящих на дамбе. Конечно, мы их не убьем, но это даст Марку время промчаться
мимо и выскочить на шоссе.
- Вы шутите, - разочарованно сказал Крис. - Из этих пушек последний раз стреляли
лет сто тому назад. Они заросли грязью. С таким же успехом можно надеяться полететь на них
на Луну.
- Подожди, Крис. - Рут прижалась к мужу. - Выслушай до конца.
- Спасибо, Рут... Я знаю, пушки древние. Но, заметьте, они не проржавели насквозь.
Крис, в отчаянном положении необходимы отчаянные средства. Это не бредни. Я все
просчитал. В теории должно сработать.
- Пусть так. Однако пушкам двести лет. К ним нужны боеприпасы. Да и как из них
стрелять?
- В сущности, все пушки представляют собой металлический цилиндр, открытый с
одного конца. Со стороны отверстия вы помещаете взрывчатое вещество, потом забиваете пыж
- вату или рваные тряпки. Закладываете заряд, ядро или любые куски металла - болты, гайки,
гвозди. Забиваете еще один пыж. Затем направляете пушку на цель и поджигаете фитиль в
казенной части. К примеру, веревку, пропитанную бензином или натертую порохом.
Марк вытер замасленные руки о штаны.
- У нас есть все необходимое. Тони предлагает взять две длинные пушки. Старых болтов
в форте хватает, из них выйдет отличный заряд.
- В качестве взрывчатого вещества можно использовать патроны, - продолжал Тони. -
Извлечем порох штук из тридцати - сорока. - Он мрачно усмехнулся, постучав ногой по
одной из пушек. - Не забывайте, это было когда-то грозным оружием. Заряженные
шрапнелью, они делали из людей груды фарша на расстоянии пятидесяти шагов.
- А как мы поднимем эти штуковины на стену?
- Никак. Нацелим их на ворота. Когда будем готовы, откроем ворота и выстрелим из
пушек. Они сметут с насыпи все, включая сафдаров. Марк промчится по насыпи, как хорошо
смазанная молния, и скроется в направлении Манби.
- Откроем ворота? - Крис закусил губу. - Нельзя будет терять ни секунды.
- Именно. Второй попытки не будет. Ворота распахиваются, пушка стреляет, Марк
выскакивает как угорелый, и ворота захлопываются, прежде чем красные чудища приходят в
себя.
- Когда?
- Да прямо завтра. Во время отлива, часов в восемь утра.
Крис потер подбородок и подумал о Рут и Дэвиде. Это был их шанс выбраться отсюда.
- Ладно, так и поступим. Что я должен сделать?
Тони засучил рукава.
- Вы, Марк и я чистим пушки. Рут, разрезайте патроны. Будьте осторожны. Попросите
миссис Ходджсон помочь. Взрывчатого состава нам понадобится много. - Он улыбнулся. -
Хочу быть уверен, что, когда мы пальнем по этим тварям, выстрел услышат в Раю.
На первых порах все шло довольно легко. При свете лампы пушки перекатили через двор.
С помощью Ходджсонов поставили ствол на попа, отверстием вниз. На булыжники вывалился
ком сухой земли, похожий на здоровенный кусок собачьего дерьма. Потом Тони, орудуя
шваброй, намоченной в морской воде, тщательно вымыл внутреннюю часть ствола.
- Дрянь. - Он пнул одну из длинных пушек. - Эта накрылась.
- Почему? - Марк наклонился вперед, его глаза горели.
- Трещина в стволе. Ствол взорвется, как бомба. Возьмем другую.
Третья пушка была короткой, толстой, большого калибра, куда закладывалось ядро
величиной с футбольный мяч.
- Крис, скажите Рут, чтобы раскурочила еще тридцать патронов. - Тони поскреб
подбородок. - Не хотелось бы мне оказаться перед дулом, когда она выстрелит...
Почти не переговариваясь, они работали часа два, прочищая стволы пушек, потом с
грохотом подкатывая их по булыжникам к воротам. Там они установили орудия на стопки
кирпичей и нацелили на то место, где образуется проем, когда распахнутся ворота.
Потом Тони и Крис долго рылись в ржавом железе, отбирая болты толщиной с палец;
вылетев из жерла со скоростью триста миль в час, они обретут чудовищную убойную силу.
Когда Крис работал, ему вдруг вспомнилось, как жители деревни отчаянно пытались
забаррикадировать горохово-зеленый сельский зал. Тогда, при взгляде со стороны, ему сразу же
стало ясно, что это просто средство отвлечься от тревоги и страха. Теперь он смотрел на все
изнутри. Он трудился над тем, что, возможно, попросту являлось способом Тони отвлечь их от
мыслей о неизбежном.
Тони верит, что древний бог, который каждые несколько столетий приходит на эту
песчаную полоску между морем и сушей, требуя кровавой жертвы, вот-вот объявится.
Крис кидал пригоршни болтов в пластиковый таз.
Старый языческий бог.
Он приближается.
Медленно.
Крис ощущал его.
Как старик с крючковатым носом и пронзительными глазами из твоих кошмаров,
влезающий в окно спальни в самый глухой час ночи. Он здесь. Пока снаружи. Но начинает
влезать.
Вот протиснулся еще немного вперед - пробирается внутрь, на эту полоску суши, на этот
берег, в убогое старое здание, которое Крис мечтал превратить в гостиницу.
Скоро он появится - ожидая кое-чего от людей, которые тут собрались.
Чего-то особенного. Чего-то ценного. Иначе награда достанется тем красным
человекоподобным тварям. И тогда жизни Дэвида, Рут и всех здесь находящихся оборвутся.
Крис знал: если побег Марка не удастся, выбора не останется.
Жертвоприношение.
Это слово ударило в голову, как язык по колоколу.
Жертвоприношение.
Ему придется отдать - принести в жертву - то, что для него дороже всего на свете. Он
даже запретил себе думать, что это.
44
- Восемь часов! - крикнул Тони.
Начало наметили на четверть девятого.
Марк склонился над мощным мотоциклом марки "Хонда", мотор которого потихоньку
прогревался; заглохнуть на дороге было никак нельзя.
Тони, закатав рукава на тощих руках, возился подле двух пушек, установленных теперь на
деревянные лафеты.
- Крис, совсем забыл предупредить вас - когда будете поджигать запал, не тревожьтесь,
если ничего не произойдет.
- Тревожиться? Да я с ума сойду.
- После поджога запала требуется пара секунд, чтобы жар достиг заряда.
- А в такой ситуации, как наша, - заметил Марк, сидя на мотоцикле, - две секунды -
это чертовски долго...
Тони еще раз - наверно, уже двадцатый, - все проверил.
Четыре минуты девятого.
На стене стояли старшие Ходджсоны - Джон и Том; их лица под рыжими волосами
выделялись белизной, ручищи сжимали дробовики.
Крис сегодня поднялся пораньше, чтобы взглянуть на сафдаров. Пятеро тварей собрались
кучкой шагах в тридцати от ворот. Из ружья не достать, а вот из пушки можно. И если Тони
прав, предстоящая канонада сметет их с дороги, как опавшую листву веником. Этим, конечно,
красных ублюдков не убьешь, однако выведешь из строя, а тогда Марку удастся выбраться на
мотоцикле из проклятого форта и обратиться за помощью.
Крис глянул на часы - пять минут девятого.
В горле у него пересохло, сердце колотилось. Он оглядел двор: безлюдье создавало
впечатление простора, пустоты и какой-то нереальности происходящего. Словно бы
нормальные физические законы утратили свою силу и стали лишь предположениями, которые
можно было принимать либо игнорировать.
Губы пересохли; это просто тревога... всего лишь тревога...
Но Крис не мог пересилить себя и не думать о древнем божестве. Сейчас состоится его
пришествие.
Стараясь отвлечься, он попытался переключить свои мысли на что-нибудь другое: вот
прилив; сухой булыжник; дымка тумана не слишком отчетлива; других сафдаров на берегу не
видно.
А вдруг еще и в дюнах... Да нет, не думай об этом. Марк выполнит свое дело. Господи,
этот малый так взвинчен, что может нестись и безо всякого мотоцикла.
Шесть минут девятого.
Ходджсоны без устали топтались у ворот. В четверть девятого они должны их распахнуть
как можно шире - так раздвигается театральный занавес, показывая сцену с декорациями. В
данном случае - берег, насыпь и тех пятерых красных монстров, похожих на сырое мясо в
людском обличье.
Рут должна стоять позади с ружьем Марка в руках. Сам же он пойдет, вооружась лишь
ломом; ружье, как он пояснил, пригодится здесь.
- Почти десять минут! - пронзил тишину тревожный возглас Тони. - Пожалуйста, все
по местам, через пять минут выходим.
Господи, да он как телережиссер на рекламных съемках!..
Крис вернулся к своей пушке. Ему досталась "Коротышка", а на долю Тони выпало
орудовать "Верзилой Джоном".
Между двумя пушками, стоявшими параллельно друг другу, было пяток шагов, и по
этому проходу после первого выстрела шрапнелью Марку предстояло вырваться на мотоцикле
за ворота форта.
- Ну, Крис, начали!
Марк слегка нажал на газ. При помощи зажигалки Крис стал поджигать деревянные
щепки и головешки на листе железа. Рядом в бутыли с бензином мокли два шестифутовых
бамбуковых шеста с намотанной на них ветошью. Позже они с Тони воспользуются ими для
поджога запала - когда Ходджсоны распахнут ворота.
На дальней стороне двора призраком стоял преподобный Рид.
Двенадцать минут девятого.
Крис взялся за конец длинной бамбуковой палки, тяжелой от налипших лохмотьев.
- Ладно, ребята, открывайте ворота! - скомандовал Тони.
- Стойте!
Это был Том Ходджсон, он глядел в сторону двора.
- Что там еще? - вспылил Марк. - Нам пора, ждать нечего, открывайте чертовы
ворота!
- Нет! - Тони побежал вперед, вздымая руки. - Подождите! - Он стал подниматься
по каменным ступеням.
Том Ходджсон о чем-то пылко говорил, показывая за стену; мужчины совещались еще
минут пять, прежде чем Тони вернулся на место.
- У нас проблемы...
- Что за дьявольщина! - Марк Фауст, сидящий на мотоцикле, с вызовом упер руки в
боки.
- Я не знаю, способны ли сафдары видеть. Мы только знаем, что они уставились на форт
так, словно бы видят нас. И явились еще двое. Один из них поодаль, стоит и глазеет на ворота.
Другой - на берегу, ярдах в двадцати от форта и в дюжине ярдов от насыпи. - Тони перевел
взгляд с Марка на Криса. - Вне зоны обстрела, пушкой их не достать.
- Отлично, - вступил в разговор Марк. - В того, что на берегу, пальнем из ружья,
потом откроем ворота и остальных уложим из пушки.
- Марк, ты ведь понимаешь, что того, на берегу, из ружья не достать. Можно его
вспугнуть, но и только. А тот, что за воротами, расположился слишком близко, его со стены не
видно. И потом, ты же помнишь, что я говорил про пушку: потребуются добрых две секунды,
чтобы поджечь запал. За это время они могут ворваться в форт и перебить нас всех.
Марк всмотрелся в лицо Тони.
- Так, дело все хуже и хуже... Подождите.
Он спрыгнул с сиденья еще работающего мотоцикла и побежал к Ходджсонам.
Двадцать четыре минуты девятого; время не просто тянулось, оно вытягивало из них
жилы. Во всяком случае, такое ощущение испытывал Крис. Где-то там, за стеной, нависла
тяжкая угроза, и перевес получали сафдары. Если люди, собравшиеся во дворе форта, не
примут экстренных мер, сафдары станут хозяевами положения, а вслед за тем и овладеют
миром.
Двадцать пять минут девятого.
На верху стены Марк что-то втолковывал Ходджсонам, яростно при этом жестикулируя.
Крис напряженно ждал, все мышцы тела напряглись, словно его сжимал огромный кулак.
Ему хотелось хоть какого-то действия - борьбы, крика, бега, лишь бы выплеснуть
копившуюся внутри энергию.
Наконец вернулся Марк, взвинченный, словно внутри него работал неведомый двигатель.
Теперь ему никто уже не прекословил. Он снова забрался на мотоцикл и заговорил:
- Значит, так. Крис, Рут, Тони, план остается прежним... более или менее. Только надо
все делать быстро. - Он шлепнул кулаком по ладони. - Открыть ворота. Выстрелить.
Запалить пушки. - Он снова хлопнул кулаком. - Потом моя очередь. Я поговорил с Томом и
Джоном - мы считаем, что, если та тварь на берегу кинется за мной, они успеют выстрелить из
ружей. А я при этом успею отъехать и помчусь на всех парах.
Тони потряс головой.
- Ты просто псих... А тот, что прямо за воротами?
- Вот тут нужна Рут - если она станет чуть впереди Криса, то сможет выстрелить из
двух стволов одновременно.
- Но ведь Рут... Рут...
- А с Рут все в порядке, - вмешалась в разговор Рут, подняв перед собой ружье. -
Никаких премудростей - наводи и жми на спуск.
- Это большой риск, нам неизвестно, как...
В разговор вступил Крис:
- Слушайте, Тони, время уходит. Эти гады не должны сюда попасть. Да, риск, и большой
риск, но выбора у нас нет. - Он замолк, ожидая реакции лондонца; ее не последовало. - Тони,
я не желаю, чтобы мой шестилетний сын стал подобен Уэйнрайту. А это грозит нам всем.
Сафдары - солдаты, они пойдут дальше и станут убивать. Они зараза, вирус, косящий всех
подряд.
- Ладно. - Тони пожал плечами и обратился к Ходджсонам, стоявшим на стене, и к
двум молодым людям у ворот: - Пожалуйста, по местам.
Рут подобралась поближе к Крису и стала вровень с дулом его пушки.
- Рут, не так близко.
Она с неохотой отодвинулась и выдавила улыбку.
- Давай, дорогой.
Марк врубил первую скорость. Мотоцикл чуть дернулся, Марк удержал его на месте, не
сводя взгляда с ворот.
- Ну, Тони!
- Крис, поджигайте фитиль, - распорядился Тони.
Крис взялся за бамбуковую палку и поднес ее к огню; пропитанная бензином ветошь
воспламенилась с характерным звуком. Он передал шест Тони, сам занялся вторым. Вспыхнуло
ослепительно голубое пламя, похожее на огненную хризантему, от которой с треском
разлетались красно-синие огоньки.
Тони обратился к Ходджсонам:
- Открывайте ворота! Вперед!
Парни с силой налегли на ворота, разводя их широко в стороны и стараясь укрыться за
массивными балками от случайной шрапнели.
Казалось, время остановилось. Все вокруг предстало перед Крисом с неестественной
ясностью.
За воротами виднелась ближайшая фигура; ее красная кожа поблескивала, от рук, ног и
мышц исходила сила поистине маниакального свойства, вены вздувались так, что готовы были
вырваться наружу. Особенно обращала на себя внимание безжизненность лица с белесыми
остекленевшими глазами, которые уставились на что-то поверх головы Криса.
Ярдах в тридцати от этого человеко-ракообразного создания глазели на форт еще шестеро
тварей. И не только на форт, но и на насыпь, песок, дюны.
- Крис! Огонь!
Он всунул конец пылавшего факела в запал пушки.
Ничего не произошло.
Крис с недоумением взирал на слабый дымок, вившийся из жерла, и не верил в
происходящее. Боже...
Эта штуковина не желала действовать.
Всех обитателей форта перебьют.
Поодаль мелькнуло какое-то движение; это Рут сделала шаг и подняла ружье.
- Нет, Рут! Назад!
Боже мой...
Он посмотрел на фигуру в воротах. Тварь резко и вместе с тем плавно наклонила красную
безволосую голову и пристально глядела на него. Криса будто пронзило током, ненавидящий
вражеский взгляд буквально лишил его дыхания; эта мощь испепеляла его душу.
А потом нахлынула тьма. Так в доме, где прорвало канализацию, вся мерзость из сточных
вод льется на чистые ковры, заливает обстановку и предметы обихода. Темная сила одолевала
Криса, гася его рассудок, в памяти мелькали какие-то осколки прошлого.
Вот он на берегу с Дэвидом; мальчик бежит в одеждах Супермена и радостно смеется,
вздымая тучи песка. Но тут же нарастает темнота и уносит это счастливое воспоминание.
Дэвид...
Убить этого маленького негодяя! Сейчас же. Переломить его тоненькую шейку. Мой сын
- мерзавец, нечего его жалеть, уничтожить немедля.
Фигура в воротах сделала шаг вперед; казалось, в тоннель въезжает поезд. И тут...
БАБАХ!
Пушка выстрелила.
Старенькая несчастная двухсотлетняя пушка выстрелила! И послала хороший заряд в
ворота.
Оглушенный Крис протер глаза. В воздухе витал желтоватый дымок. Тварь, находясь все
еще в вертикальном положении, словно съежилась - сила пушечного удара отбросила ее в
сторону насыпи.
И тут с еще большим грохотом выпалила пушка Тони.
Как осенние листья на ветру, сафдаров разметало по песку. В воздухе разлилась жидкость,
словно тела их уподобились аэрозолю. На какой-то миг они зависли в воздухе алым пятном на
белесом туманном фоне, а потом просыпались на землю мелким дождем.
Слева от Криса мелькнуло движение - мотоцикл Марка Фауста пулей вылетел за ворота.
Через мгновение он врубился в мешанину жидких "тел", закрывавших ему проезд.
Тот, кого не доставала пушка, внезапно ожил, подобно большому коту, его красное тело
рванулось вперед в попытке ухватить Марка.
Ходджсоны выстрелили в ту сторону. Тварь споткнулась и стала падать, как спортсмен,
пытающийся перехватить мяч... Упала.
Мотоцикл Марка стремительно удалялся в тумане между дюн.
Красный монстр вскочил на ноги и кинулся вприпрыжку к форту, размахивая длинными
руками.
Крис двинулся вперед; рядом что-то кричала Рут. Он ничего не слышал, пушечная пальба
оглушила его.
Ребята Ходджсоны пытались закрыть тяжелые ворота, с одной стороны им помогал Тони.
Крис налег на деревянные балки с противоположного конца и уже задвигал громадный засов,
когда с внешней стороны в ворота со страшной силой ткнулся неведомый враг.
Ворота выдержали.
Пока что они были в безопасности.
Все полезли наверх - посмотреть, не видно ли Марка. Однако тот уже исчез в тумане.
Если бы Крис обладал сверхтонким слухом, то смог бы различить рев мотоцикла,
пробиравшегося среди дюн; но в его ушах еще звучало эхо пушечных выстрелов.
Он кинул взгляд на двор - везде висел дым, тлели остатки факелов, отбрасывая блики
синих огоньков на металлические бока фургона; все было как в кино. Виднелась Рут, шедшая в
направлении дома - должно быть, хотела проведать Дэвида.
Пушка Тони от пальбы соскочила со своего места и выставила жерло вертикально вверх.
Ходджсоны решили посмотреть сверху, что творится снаружи.
После неистовых событий, происшедших за пять минут до этого, сцена, представившаяся
внизу, олицетворяла полный покой.
Как будто на картине безумного художника, использовавшего разделанное мясо в
качестве материала для лепки, шестеро человекообразных фигур разместились в некоем
подобии бассейна в виде красной жидкой массы. Никакого движения не наблюдалось; твари так
и оставались лежать навзничь - в том положении, в каком их настиг пушечный удар.
Особенно досталось тому, кто был ближе всех к воротам, - его жалкий скелет отбросило ярдов
на двадцать.
Но хотя пушки поработали на славу, долго людям не продержаться. Та же сила, что
пробудила тварей после крушения "Мэри-Энн", вновь восстановит их телесную мощь. Зарастут
бреши, пробитые в плоти пушечными зарядами; свежая кожа вырастет поверх мышц; новое
зрение обретут глазные яблоки.
Уже сейчас было видно, как один из монстров протащил свои жалкие останки по песку; а
потом и остальные, как будто перемолотые судовым винтом, добрались до кромки моря. Через
несколько часов они вернутся - еще сильнее, чем прежде.
Как тот, кто сидел теперь в десятке ярдов от ворот. Только что он просто валялся поодаль,
а сейчас уставился на форт подобно зловещему краснокожему воину; в безжизненности его
тяжелых век не ощущалось ничего человеческого.
Этим тварям торопиться было некуда. Казалось, язык их тела вещал: Мы победим... надо
только дождаться...
- Осторожно, Марк, старина, осторожно, - приговаривал Марк, отпуская ручку газа. -
Не торопись. Потише... спокойнее, старина.
Мотоцикл замедлил ход и свернул с булыжной дороги на прибрежную полосу.
- Только не испорть все дело и не падай с мотоцикла; следи за собой.
Он опять прибавил газ, стрелка спидометра подпрыгнула. Прохладный ветерок освежал
разгоряченное лицо, внезапное чувство свободы окрыляло.
Марк потряс головой, стараясь стряхнуть с себя тот пушечный грохот. То же, что ему
довелось увидеть, уйдет из памяти не так скоро: красная мешанина из тел, по которым он
проехал, - остатки красной слякоти прилипли к переднему колесу.
Сердцебиение стало утихать, Марк почувствовал себя спокойнее и собраннее и стал
вглядываться вперед, насколько позволял туман.
Никаких сафдаров. Дюны смотрелись безжизненно; впереди, насколько он мог разглядеть
сквозь этот чертов туман, дорога была пуста; справа подступала ровная гладь моря.
Марк мчался вперед, наслаждаясь уверенным ходом машины по гудронированному
шоссе. Он должен прибыть в Манби через двадцать пять минут.
Было 8.29 утра.
Дэвид запнулся, в животе у него похолодело.
Комната была полна незнакомцев.
Он постоял секунду с затуманенным взглядом, обхватив аквариум с золотой рыбкой.
Как незнакомцы могли проникнуть в форт? Высокие, странного цвета. Стоят прямо, не
шелохнутся. Крикнуть отцу?
Нет...
В помещении было плохо видно - окно маленькое и страшно грязное, а электричества
нет, куда-то пропало. Дэвид не знал куда, но лучше бы здесь было светлее.
Он пересек комнату, обходя шесть больших баков с горючим, что разместились у стены,
застыв в синей форме, как призрачные солдатики в строю.
Мальчик поставил аквариум на покрытый пылью подоконник рядом с пепельницей,
переполненной старыми окурками. Теперь здесь, где хранят горючее, никому курить не
разрешается.
- Это опасно, - объяснил отец. - Нужно беречься от огня, сынок. Это ведь как бомбы,
поэтому будь осторожней.
Мальчик передвинул аквариум и уставился носом в стекло.
- Убери эту рыбину... она противная, - все время говорила та большая глупая
девочка. - Выброси ее. Мне она противна, ну просто ужасно противна. - Девочка была
большая, как взрослая, а лицо у нее было маленькое и белое, и голос какой-то детский. -
Убери эту рыбину, Дэвид... или я не выйду за тебя замуж! - Тогда она еще скорчила глупую
гримасу.
Он смутно представлял себе смысл слов "выйти замуж"; это, наверно, когда двое людей
живут вместе.
"Мы с Рози Тамворт, - подумал Дэвид с отвращением. - Да ни за что!"
И все равно рыбу лучше унести. Поэтому он взял маленький аквариум и вышел с ним во
двор.
Во дворе у ворот стояли большие пушки, пахло дымом (верно, что-то случилось; ладно,
взрослые хранят свои секреты, ну так и он может).
Дэвид решил избавиться от золотой рыбки, во-первых, потому, что был сыт по горло
Розиными причитаниями, а во-вторых, она и ему перестала нравиться.
Он слегка надавил пальцами на пластиковый бок аквариума и ощутил тепло, как от чашки
теплого молока.
Дэвид присмотрелся повнимательнее, но ничего нового не разглядел; комната была в
полутьме.
- Страшновато тут, - пробормотал мальчик, разглядывая синие баки-солдатики.
Вода в аквариуме приобрела зеленый оттенок - похоже на ту воду, что спускают в
туалете. На дне виднелись пузырьки, прежде они были бело-розовыми, а теперь на глазах
зеленели. Прямо как на картине - потерпевший крушение пиратский корабль на дне морском,
и...
Дэвид вдруг отпрянул, не поняв, что произошло.
Глаз...
Вот что его смутило - золотая рыбка уставилась на него большим круглым глазом. Нет,
теперь ему эта рыба совсем не нравилась.
Когда они выиграли ее тогда, на ярмарке, она была маленькая и хорошенькая (так
говорила мама). Сейчас она совсем другая.
Последние несколько дней вообще все стало меняться.
Теперь это была большая раздутая штуковина - такая здоровая, что еле помешалась в
аква
...Закладка в соц.сетях
